Текст книги ""Фантастика 2026-122". Компиляция, Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Абрам Палей

Понаблюдав за искренними эмоциями, я вспомнила, что ещё не рассказала о новой головной боли по имени Джикони. Девушка чрезмерно агрессивна и злопамятна. Самал поселил её рядом со мной в четвёртой комнате. Естественно, скромные покои её не устроили, и она закатила скандал, как только мы вернулись домой после того, как передали в заботливые руки госпожу Хаас. Самал с разгневанной дроу не церемонился. Выслушал сначала её гневную тираду и сказал, что поселит её в общежитие к неодарённым простолюдинкам, которые живут по трое в одной комнате, зато бесплатно. Бывшей принцессе пришлось сдаться, но она выкатила огромный список того, что ей понадобится, причём как можно быстрее. Первым пунктом была служанка, и тут Самал её тоже обломал. На первое время приставит помощницу, а дальше она должна будет научиться самообслуживанию. Вот тут из неё полезла магия. Она попыталась внушить что-то Самалу, но мы пришли уже подготовленные. Получив рикошетом своё же пожелание, она была вынуждена согласиться со всем тем, что наговорил ей Самал. В итоге она ушла спать в свою комнату, а я, взяв сменное бельё, отправилась вслед за моим мужчиной в его покои.

На следующий день мы активно знакомились друг с другом. Было очень тяжело, но к вечеру дроу немного угомонилась и перестала меня выводить из себя. Обговорив правила поведения и её внешний вид, остановились на том, что она уроженка Ягвата, должна соответствовать их национальности. А это значит, что волосы должны быть тёмными, кожа загорелой, глаза соответственно тёмно-карие и, само собой разумеющееся, человеческие уши.

С наведением морока у неё проблем нет с самого детства, поэтому, одевшись в принесенную госпожой Смилгой одежду, мы пошли знакомиться с академией. По поводу формы, с её нестандартным даром, она была вольна, как и поисковики, ограничившись только шевроном с логотипом академии. Самал составил индивидуальный план обучения, и вроде бы её начало всё устраивать. Приставленной помощницей стала адептка последнего курса, дальняя родственница Агъяна – Разана Икрам. Она неудачно упала и сломала руку накануне практики, поэтому её группа уехала без неё, а ей было необходимо пару дней после лечения подержать поврежденную конечность в покое. Девушка была со слабым даром земли, но с очень сильным характером. С такой не забалуешь, поэтому она сразу же после знакомства взялась за Джикони с усердным рвением. Вот и сейчас я решила познакомить своих водников с капризной принцессой. Они, возможно, подружатся или, по крайней мере, смогут найти общий язык. Пригласив их завтра вечером к себе, я покинула общежитие и отправилась к Самалу. Надо было рассказать ему о том, что поведал Хок.

Новость о том, что отец Хока – господин Бекдияр захотел личной встречи, Самалу совершенно не понравилась. Он запретил мне идти завтра к Камню и неожиданно повысил на меня голос. Обвинив в глупости, он резко высказался в том, что я не имела права назначать кому-либо встречу. Эти слова очень задели меня, но я стойко выслушала его, пытаясь проглотить обиду. А что я хотела? Самал не будет же всю жизнь со мной нежным и ласковым. У него куча забот, а тут ещё я. Ставя в ту же секунду ментальные щиты, я похвалила себя за то, что не стала ждать вечера и пришла к нему в кабинет. Нашу «беседу» прервал стук в дверь, и это было моё спасение. Мне не хотелось что-либо больше обсуждать, и я, пропуская в кабинет магистра Пелекса, поздоровалась с ним и тут же вышла. На улице я всё же не сдержала слёз и, стараясь не попадаться никому на глаза, чуть ли не бегом пришла в свою комнату, совершенно забыв про Алека. Я не ожидала, что он так рано вернётся домой. Мой оборотень переодевался, снимая с себя дорогущий костюм. Самал полностью обеспечивал нас с моим волком, и осознание своей полной зависимости от этого мужчины резануло ножом по сердцу. Мне стало трудно дышать, и, глядя на ничего не понимающего Алека, я завыла в голос.

– Ты чего? – спросил он, вжимая моё лицо в свою волосатую грудь.

Я не могла ничего ответить, вцепилась в бока и, громко шмыгая, вспомнила, как в прошлую свою истерику из-за магического всплеска я точно так же обнимала Самала.

– Оу, я не вовремя? Хотела со зверушкой поиграть, а у вас тут драма, – услышала я голос Джикони.

– Джини, давай потом, – ответил Алек, и я удивилась тому, как прозвучало это «Джини».

И что значит «поиграть»? И кого это она зверушкой назвала? Отстранившись, я вытерла ладонями лицо и повернулась к принцессе.

– Вижу, дело в ректоре, – передернув плечами, утвердительно сказала она и всё же зашла в комнату.

А я всё не могу привыкнуть к тому, что она мастерски обходит ментальный щит и копошится в моих мыслях.

– Что случилось? – спросил у меня Алек, продолжая переодеваться.

Мне хотелось честно ответить ему, но меня смутило то, как Джикони плотоядно разглядывала моего оборотня. Когда он натягивал домашние штаны, она облизнула губы, и я тут же забыла про свою обиду. Не знаю, откуда взялось это собственническое «моё», но отдавать ей Алека для утех я точно не хотела.

– Завтра вечером придут Маруа с Фуратом. Хочу вас познакомить, – попыталась я сменить тему.

– Лучше к Белому Камню отведи. Илф'олг сказал, что у нас со Светиславой схожий дар.

– Он тебе и про демона рассказал? Может, ты знаешь, как его из Агъяна вытащить?

– Рассказал, но откуда мне знать, раз великие маги не знают. Птички об этом не нащебетали. Кстати, мне можно парочку своих попугайчиков сюда забрать?

– Спроси у ректора. Я тут ничего не решаю, – ответила я и снова вспомнила про свою обиду.

– Хочешь, я поговорю с ним? – как-то подозрительно благодушно заговорила она, погружая меня в какое-то вялое состояние.

– Да что произошло-то? – снова спросил Алек, выводя меня из навеянного дурмана.

«Вот коза!» – выругалась я, замечая на высокомерном лице слабую улыбку. Пришлось брать себя в руки и рассказать о том, что сказал мне Хок и как среагировал на это Самал.

– Пфф! Так в чём он не прав? Ты о чём собиралась разговаривать со старым интриганом? – ехидно проговорила она.

– Ни о чём. Просто хотела выслушать, и не одна же я там была бы. Нереус подсказал бы, что ответить.

– Ладно, тебе решать. Пойду я тогда к себе, раз у вас тут настроение… неподходящее. Уныло как-то с вами. Псинка, если захочешь, то можешь прийти ко мне, – погладила она плечо Алека и направилась к выходу, кокетливо посматривая на него. У самой двери она вдруг остановилась, словно что-то вспомнила. – Выкинь в мусорное ведро свои мысли о зависимости от ректора. Он имеет тебя, так что пусть платит. Ты сто́ишь больше, чем какая-то одежда, проживание и еда, – высокомерно проговорила она, заставляя покраснеть мои щёки.

В присутствии Алека я не хотела обсуждать свою интимную жизнь, поэтому ничего не ответила, глядя, как за принцессой закрылась дверь. У Алека хватило ума ничего не спрашивать, и я сама пришла к мысли, что Самал, скорее всего, уже пожалел, что повысил на меня голос.

Чтобы не разговаривать с ним сегодня, я ушла спать, предупредив Алека, чтобы не будили меня. Но среди ночи я почувствовала лёгкий поцелуй и ворчание моего волка. Алек спал в ногах в своей волчьей ипостаси, поэтому Самал постоял над душой немного и ушёл к себе.

Утром мне нужно было бежать в лекарское крыло на практические занятия с четвертым курсом. Выскакивая в коридор, я столкнулась с Джикони. Она тоже шла на лекции. Пришлось сбавить шаг и вместе с ней пойти до учебного корпуса. Что сказать, внешность у неё была необычайно прекрасна. Вдобавок её идеальная осанка и гордо поднятый подбородок с презренным взглядом ещё больше привлекали мужское внимание. Вот и сейчас мы только вышли, а её уже ожидает три ухажёра. Либо она задурманила им мозги, либо они и вправду заинтересовались высокомерной красоткой. Увидев меня рядом с ней, они стушевались, не зная, как реагировать. С недавних пор вся академия знает, кем я прихожусь ректору. Он объявил меня официальной невестой, поэтому я не стала мешать им и ушла вперёд, давая принцессе насладиться эмоциями парней.

После занятий я не осмелилась нарушить запрет Самала и не пошла на встречу с господином Бекдияром, о чём заранее предупредила его сына. Хок расстроился, но, узнав о ректорском решении, вроде бы смирился. Для поднятия настроения я пошла к своим друзьям в зоопарк и пробыла с ними до самого вечера. Осень полностью вступила в свои права, и без куртки с заходом солнца было очень холодно. Стуча зубами, я обхватила себя за плечи и поспешила домой, как вдруг Самал появился на дороге, преграждая мне путь. Он заключил меня в свои объятия, укрывая ректорским удлиненным пиджаком, и это напомнило мне, как на этом же месте мы стояли под снегопадом. Это было так давно, что я даже забыла, как я, прихватив его одеяло, сбежала от него в тот же вечер при помощи портального камня. А ведь мне и тогда не понравились его собственнические замашки. Я вспомнила, как он за ужином не считал важным рассказать о своих делах, не воспринимая меня всерьёз. И если подумать, и сейчас ничего не изменилось. Что если отец Хока прав, и Самалу так удобнее управлять мной? Он с лёгкостью забрал Суфьяна у матери, запретив ей приближаться к нему. Все её родственники не могут с этим ничего поделать, хотя там тоже не совсем простые люди. Может, я ослеплена его заботой и не вижу на самом деле, какой он человек? Постояв так немного, мы переместились в его покои, и он, как ни в чём не бывало, принялся меня раздевать. Я смиренно позволила ему уложить меня в кровать. От горячих поцелуев я всё больше раздражалась, и тут вспомнила намёк Джикони о том, что мне не нужно с ним спать в благодарность за его заботу, но остановить возбуждённого мужчину я не смогла. И вот, снова подавив в себе эмоции, я щедро поделилась с ним своей магией, но никакого отклика в душе не получила.

Месяц пролетел незаметно. Учебная рутина увлекла меня с головой, и мне некогда было думать о своих чувствах. Камни всё так же не могли договориться между собой в дальнейших действиях насчёт демона. Одарённая Джикони быстро вникла в студенческую жизнь и наслаждалась вниманием адептов. Алека мне пришлось отправить в деревню, потому что он стал всё чаще пропадать у неё в комнате, и меня это сильно раздражало. Мои водники, познакомившись с ней, остались в восторге и не могли поверить в её коварство. Она профессионально могла притворяться кем угодно. Вот перед ними она была само очарование и весело щебетала с Маруа о каких-то косметических средствах. Как только мы оставались наедине, с её лица тут же сползала фальшивая улыбка, и она становилась сама собой. От её красных глаз у меня до сих пор мурашки периодически пробегают. Просто эти глаза мне напоминают глаза одного кусачего гада, который наведался ко мне на днях. Дело в том, что я давненько не приходила к Агъяну, боясь усилить демона, но от этого стало только хуже. Демонюка, не получавший от меня подпитки, ускорил превращение лекаря в некроманта и, появившись во сне, только рассмеялся моим попыткам избегать его.

Выглядел он в этот раз ещё прекрасней. Самодовольное лицо с нотками снисхождения говорило о его высоком происхождении. Одет он был в деловой костюм, и на ногах даже имелись лакированные туфли. В отличие от меня. Я как была в ночной сорочке, так и оказалась стоящей перед ним босиком. Он каким-то образом узнал о Джикони и попросил привести её к Агъяну. Сказал, что предчувствие какое-то толкает его на это знакомство. Что бы это не значило, я не собиралась выполнять его просьбу и, выставив перед собой руку, попросила не целовать меня. Красноглазый усмехнулся, осторожно взялся за моё запястье и прокусил кожу, забирая мою магию.

С моим увеличенным резервом такая отдача мне ничем не грозила, но я начала уставать от того, что всем от меня что-то нужно. Только навещая Майгу, у меня таких мыслей не появлялось. Мы хоть и договаривались с Джунией вести беременность госпожи Озолс поочередно, но когда я была не занята, я с удовольствием проводила вечер в её компании. Сегодня был как раз мой черёд, и я, как всегда, выбежав за периметр академии, увидела чёрный автомобиль и села на заднее сиденье. Поздоровавшись с Лентом, я тут же спохватилась, что за рулём оказался не он, а вообще незнакомый мужчина. Я же не могла ошибиться машиной? Хотя могла. Я даже на номер не посмотрела. Только собралась открыть дверь и вылезти, как услышала щелчок, означающий закрытие всех дверей, и водитель рванул с места. У меня даже голова откинулась на подголовник.

– Куда вы меня везёте? – воскликнула я, искренне не понимая, кому могла понадобиться.

Елена Галунец
Потомок царицы-3

Глава 1

Аша

Интересно, о чём думал господин Бекдияр, когда планировал моё «похищение»? То, что это именно он прислал за мной водителя, я только что узнала от самого мужчины. Он извинился и пообещал после встречи отвезти обратно. Что, если отец Хока не поверил архимагу Вигену и считает меня ненастоящим потомком? Даже захотелось посмотреть на его лицо, когда узнает, как ошибался. Я ведь могу в любой момент уйти, правда, я побаиваюсь ещё самостоятельно перемещаться, и чем сейчас не повод попробовать? Но, пожалуй, сделаю это чуть позже. Посмотрим, что меня ожидает.

«И куда ты подевалась?» – спросил по нашей связи Самал, и я вздрогнула от неожиданности.

Совсем не подумала про полковника. Он, не дождавшись меня у ворот, скорее всего, обратился к ректору.

«Отец Хока пригласил поговорить. Водитель сейчас везёт меня к нему», – ответила я, не забывая смотреть по сторонам, стараясь запоминать названия улиц.

«И почему ты до сих пор в чужой машине, а не с Лентом? Я разрешал тебе идти на встречу с Бекдияром? Быстро возвращайся!» – раздражённо воскликнул он, и мне совершенно не понравился этот приказной тон.

Он всё чаще стал забываться, с кем говорит, и в который раз за этот месяц повысил на меня голос. Мне это категорически не нравилось. Прекрасно помня, каким он был, когда приходил ко мне в гости в лесной домик, и каким был до нашей близости – нынешний Самал меня нешуточно настораживает. Возникла мысль, будто он стал считать, что я теперь целиком принадлежу ему, и поэтому он может командовать мной. Нет, я не возомнила о себе невесть что, но у меня всегда была гордость. Пусть я раньше боялась людей и занята была лишь своим выживанием, но я всегда была сама по себе, и даже тогда сама принимала решения. Когда нужно, я могу стерпеть, но на постоянной основе позволять кому-то решать за меня и тем более приказывать… я не позволю. Меня и так в последнее время остро тревожила мысль о своей никчёмности. Я как была поберушкой Ашей, не имеющей ничего своего, так до сих пор ей и оставалась. У меня никогда ничего не было, приобретённого на честно заработанные деньги. Даже те вещи, что давал нам Юрт с Агли, я получала в обмен на шкурки, добытые Кавимом и Алеком. Душевные терзания усиливала Джикони. Она смеялась надо мной по поводу того, что я не пользуюсь своим полным правом жить во дворце, а живу, как простолюдинка, в убогих комнатах, и что Самал слишком экономит на мне. Думать о своём происхождении я вообще не хотела. Я не ощущала себя аристократкой и быть ей мне совсем не хотелось. На свадьбе Майги я нагляделась на этих лицемерных людей и больше видеть их не хочу. Оборвав связь с Самалом, я поставила ментальный щит и, поправив сползающую перчатку, уставилась в окно.

Приехали мы довольно быстро. Трёхэтажный особняк был окружён высоким кованым забором с острыми пиками. По территории разгуливали крупные собаки без привязи. На воротах стояли два стражника, и, оглядев всё это, я улыбнулась. Господин Бекдияр либо опасается за свою жизнь и имущество, либо это всё было приготовлено для меня. Он что, Самала совсем в расчёт не берёт? Если я не смогу отсюда выйти, то мой Щит ему голову оторвёт, ни о чём не спрашивая. Подождав, когда водитель откроет мне дверь, я покинула автомобиль и, оглядев ещё раз добротный каменный дом, шагнула в сторону мраморного крыльца. Поднимаясь по лестнице, я оглянулась на водителя, но он сел обратно за руль и поехал к воротам. «Ну вот. А обещал обратно отвезти», – подумала я одновременно со звуком открывающихся дверей. Мне навстречу вышел крупный господин с пышными усами, а за его спиной я увидела Хока.

– Рад вас видеть! Прошу прощения за доставленные неудобства, но иначе никак не получалось познакомиться. Охад Бекдияр к вашим услугам, – проговорил мужчина, приглашая войти.

Оглядев изысканное убранство «маленького дворца», я задумалась над тем, что зря, наверное, никогда не интересовалась, что это за семейство такое… богатое. Глянув на смиренно шагающего рядом с отцом Хока, я последовала за ними, и мы вышли в просторную залу, сверкающую тысячами огней со всех сторон. Повсюду был хрусталь и зеркальные поверхности. От такого избытка света я даже поморщилась.

– Если вы не ужинали, то предлагаю продолжить знакомство в малой столовой, – проговорил мужчина и снова показал рукой направление, куда мне предлагают пройти.

Я и вправду была голодна, потому что собиралась составить компанию Майге. Ой-ё! Что сегодня с памятью моей? Нельзя оставлять её без подпитки, и почему сюда до сих пор не явился Самал? Я уверена, что он, прождав минуту, ринулся меня забирать. Може, тут защита стоит какая-то? Сменив зрение на магическое, я не заметила ничего похожего на плетения защиты. В этом меня натаскала госпожа Цафрир. Она показывала, как выглядит пространство, если в округе имеются чары. Усаживаясь напротив хозяина дома, я подметила, как по лёгкому кивку он указал Хоку, чтобы тот сел рядом со мной. Молчаливый здоровяк тут же повиновался, и тогда слуги начали выносить блюда.

– Разреши обращаться на «ты»? Мне так проще, и прошу называть меня тоже по имени. После моего рассказа, думаю, ты не будешь против, – добродушно проговорил мужчина и положил себе салфетку на колени. – Ещё раз приношу извинения за похищение. Это вынужденная мера. Мы долго подгадывали нужный момент. Балодис, зная моё отношение к его семье, игнорирует даже официальные запросы. Да и не только от меня. Он прячет тебя за семью замками. Ну, да и хрен бы с ним, но у моих соратников накопилось очень много вопросов. Все хотят знать правду. И вот сейчас, увидев тебя, я с уверенностью могу заявить на весь мир, что ты – прямой потомок царицы Гамиры Первой. Мне не нужно даже смотреть на твои узоры, потому что ты невероятно похожа на свою маму – Селестину. Я прекрасно знал твоих родителей и был хранителем их тайны. После пожара я вместе с ликвидаторами исследовал останки погибших, но в том хаосе было очень трудно что-либо разобрать. Магическим зрением я видел сгустки телепортации, битвы и откровенную резню. Затем видел работу огневика, который сжигал тела, но магический след младенца я совсем не видел и не мог понять, успела ли Селестина родить или нет. Всё дело в том, что там был не простой маг. Не каждому под силу применить особое заклинание, чтобы скрыть свои следы. И после его работы от многих тел совсем ничего не осталось. Мы недосчитались четырёх слуг и самой Селестины. Будь просто огонь, остались бы кости, а так… О! прости, пожалуйста, это не та тема для ужина, но хочу, чтобы ты знала. Если бы я тогда был уверен, что ты родилась и тебя спасли, то обязательно отправился искать. И вот как только я услышал о том, что появился Потомок, я решил, что это неправда. Пусть Хок и описывал тебя, но я отказывался верить, пока ко мне не пришёл архимаг Виген. Он сказал, что Камень Правды отправил его ко мне, заставив обойти магические клятвы, данные Балодису.

– Архимаг Виген не захотел ставить мою печать. Почему Камень выбрал его? И почему Самал не хотел, чтобы мы с вами встретились? – завалила я вопросами откровенного господина.

– Я не знаю, – покачал он головой.

В этот момент слуги закончили сновать туда-сюда, и Хок тут же принялся есть. Последовав его примеру, я тоже взяла вилку. Никакой опасности я не ощущала, и, доверившись своей интуиции, я поставила в свою большую тарелку маленькую, с какой-то холодной закуской.

– Тартар из лосося, – указал Охад на выбранное мной блюдо, видя мою заинтересованность. – Я не хотел бы подвергать себя и сына опасности в виде разгневанного Балодиса, и поэтому задерживать сегодня надолго не буду, тем более зная о том, что тебя ждёт госпожа Озолс. Мне очень хочется познакомиться с тобой поближе. Надеюсь на нашу скорую встречу, и тогда удастся тебе побольше рассказать о твоих родителях. Всё, что написано в газетах тех времён, – лишь сухие факты об успехах твоего отца, – проговорил он, не прикасаясь к еде. – Чувствую, нам придётся покинуть тебя чуть раньше. Дам-ка я тебе пищу для размышлений. Самал уже познакомил тебя со своими родителями? Ты знаешь, кем был его дед? Знаешь, как они разбогатели? И самый главный вопрос: как он стал ректором столичной академии? – спросил он, явно занервничав.

Я отрицательно мотнула головой и удивилась, как Хок вскочил со стула. Он, скомкав салфетку, бросил её в тарелку и, обойдя стол, встал рядом с отцом.

– Я не буду называть имена и даты, но фамилия Балодис стала известна в последний год царствования твоей прабабушки. Эта семейка предателей и убийц. Прошу прощения, – проговорил он и вынул из кармана портальный камень.

Секунда, и они с Хоком исчезли, а входную дверь вышибло мощным потоком воздуха. Следом появился злющий Самал, и я, поперхнувшись рыбой, закашлялась, смотря на всё это круглыми глазами.

– Что я тебе сказал сделать? – угрожающе произнёс он, подходя ближе.

А у меня до сих пор звучал в голове голос Охада: «Эта семейка предателей и убийц». Потянувшись за стаканом воды, я не ожидала, что Самал перехватит мою руку и дёрнет вверх, одновременно сметая магическим ветром всё со стола. Грохот бьющейся посуды был оглушающим, и я зажмурилась, не зная, что дальше ожидать от разъяренного мужчины. Он рывком поставил меня на ноги, и по лёгкому головокружению я поняла, что мы куда-то переместились.

– Слава всем Святым, – услышала я голос Майги и с облегчением выдохнула, отстраняясь от пышущего гневом архимага. – Я так волновалась, когда Лент сказал, что тебя куда-то увезли, – потянула она меня в сторону дивана.

– Всё в порядке. Меня просто пригласил на ужин господин Бекдияр, и мы…

– Я жду. Давайте быстрей, – перебил меня Самал, грозно нависая над нами.

Мне пришлось мгновенно сесть, сосредоточиться и прикоснуться к животу, удивлённой таким поведением господина Балодиса женщине. Ведь обычно он всегда спокоен и сдержан. Напитав крохотную жизнь, я обратила внимание на свой тремор. Руки в этот раз дрожали сильнее. Было ли это причиной моего нервного потрясения или иная причина, я не успела понять, потому что Самал потянулся, чтобы меня поднять с дивана, но я отодвинулась, гневно глядя ему в глаза. В этот момент он вроде бы понял, что явно перебарщивает, и замер, слегка согнувшись. Лент тоже заметил неладное и попытался сгладить ситуацию.

– Я ничего плохого о Бекдияре не слышал, так что могу предположить, что он мог просто таким образом удовлетворить свое любопытство. После того как ты ушёл, я думал, что ты быстро заберешь оттуда Ашу, и поэтому гнал домой, нарушая скоростной режим.

– Он воспользовался имением Вигена, поэтому я не сразу её нашёл. Потерял время на посещении нескольких адресов. Аша научилась закрываться от меня. Может, скажешь, для чего ты это устроила? – обратился он уже ко мне.

По участившемуся пульсу Майги я поняла, что не следует при ней устраивать разборки. Посмотрев на неё, я слегка улыбнулась, подержала ещё немного за руку, попыталась успокоить её, когда у самой на душе бушевал ураган. Вежливо попрощалась с ней и Лентом, пообещав прийти послезавтра. Поднялась с дивана и, глядя в глаза Самалу, просто подумала о месте, где бы я хотела сейчас оказаться.

Деревенский вечерний морозец мгновенно привёл меня в чувство. Я специально представила двор семейства Каулиньш, чтобы не пугать никого своим внезапным появлением, и не ожидала, что здесь уже минусовая температура. В городе пока ещё было относительно тепло для середины осени, и я как-то быстро стала забывать свою прошлую жизнь. Постучав в дверь, мне тут же открыл её Юрт. Он услышал лай собак, которых я не стала успокаивать, и, выглянув в окно, увидел свою названную дочь без верхней одежды. Запустив меня в дом, он крепко обнял. И, видимо, поняв что-то по моему лицу, не стал задавать вопросов, чтобы не будить разговорами домочадцев, а потянул сразу на кухню. Из верхнего ящика вынул бутыль местной браги и, плеснув в кружку, поставил на стол, усаживая меня на лавку. После того случая с пожаром я ни разу не пила алкоголь, а сейчас, выдохнув, я в два глотка опустошила крепкое не знаю, что. Скорее всего, самогон.

– Ещё? – спросил он, и я отрицательно кивнула, вращая головой, и в конечном счёте протянула кружку за добавкой.

– Когда у тебя всё хорошо, ты не приходишь. Я рад, что мой дом для тебя то место, куда ты можешь прийти хотя бы поплакать или пожаловаться. Мы тебя поддержим, и я всегда буду на твоей стороне, – проговорил он, наливая ещё немного мутной жидкости.

– Я правнучка Гамиры Первой, и у меня была нормальная аристократическая семья, – призналась я, делая второй заход.

Выпив горячительного, что обожгло с непривычки моё горло, я со стуком поставила кружку на стол и посмотрев на ошарашенное лицо Юрта спросила:

– Где Алек?

– У своей зазнобы. Неделю уже там живёт.

– Она дождалась его?

– Дождалась. А других-то женихов в деревне и нет. Остались зелёные юнцы да женатые.

– Всех разобрали? – усмехнулась я, почувствовав лёгкое опьянение.

– Всех. Кенели наш тоже с невестой определился. Ты надолго к нам? Познакомились бы.

– Не знаю. Надо остыть да подумать. Много что произошло. Всё и не расскажешь. Я возьму шубу? Хочу на улице побыть, – похлопала я по предплечью Юрта, заодно просканировав его здоровье, наметила парочку запущенных болячек.

Усадила на лавку, пустила свой дар и, удовлетворившись проделанной работой, поспешила во двор. Закутавшись вместе с головой в лисью шубу, я слушала дыхание близлежащего ночного леса и с тоской разглядывала звёздное небо. Вот разберусь с демоном и брошу их там всех. Сыта по горло я этими приключениями. Пусть они там играются в свои перевороты, заговоры и интриги.

Просидев почти до утра, я окончательно замёрзла и, прошмыгнув в свою комнату, не раздеваясь, забралась под одеяло.

– Общий сбор! – воскликнула я, представляя Камней.

Вообразила наспех комнату с шестью стульями, стоящими по кругу, и заняла близстоящий. Первым пришёл Нереус. Он сел рядом со мной. Затем появилась Светислава, дальше – Асфир вместе с Илф'олгом, и последним возник Эдан.

– Мы ещё не придумали, как открыть портал так, чтобы оттуда никто к нам не вылез, выпихнуть туда демона и сломать его навеки вечные, – проговорил он, усаживаясь на последний свободный стул.

– Я не поэтому вас собрала. Почему я всё время должна что-то выспрашивать у вас после того, как узнаю об этом от посторонних людей? Почему вы меня не предупреждаете и не делитесь важной информацией? Кем был дед Самала?

– А почему ты спрашиваешь это у нас? – хохотнула сумасшедшая Светислава. – У него бы и спросила. Или ты язык теперь только для оральных ласк используешь?

Я была не в том настроении, чтобы с ней ругаться, поэтому тут же представила, что её тут нет, и она исчезла. Стул тоже растворился.

– Уилмер Балодис был наёмником, которого нанял Гайсар Кирмат для выполнения грязной работы. Балодис организовал подпольную группировку по отлову отмеченных Гамирой людей. Они избавлялись от тел так, что царица не могла определить убийц. После переворота Уилмеру был дарован титул, богатства и вседозволенность, и он продолжал быть карающим палачом Гайсара Первого, – проговорил Асфир своим детским голосом, вертя в руках какую-то игрушку-головоломку.

– А родители Самала? – выдавила я из себя, осмысливая ужасную правду.

– Нас уже не было при их жизни, – подал голос Илф'олг.

– Сейчас узнаю, что ветер принесёт, – сказал Асфир и, закатив глаза, откинулся на спинку стула.

Вокруг него сформировался воздушный поток, который стремительно стал набирать обороты, тем самым заворачивая мальчишку в непроницаемый купол. Нереус тоже вдруг сформировал вокруг себя водный поток и завернулся, как в одеяло. Я посмотрела на Эдана, и тот почему-то отвёл взгляд.

– Сдаётся мне, друг мой, что ты и в тот раз недоглядел, – вдруг обратился к нему дроу, и Красный Камень вдруг поднялся со стула и подошёл ко мне.

– Я не буду ничего говорить. Онгона с объяснениями отправлю, – и, не дав мне и слова сказать, просто исчез.

– Сбежал, – усмехнулся Илф'олг. – Не смотри на меня так. Я не знаю причины, но согласись, странно, что все беды у тебя от огня и сердце трепещет перед этой стихией.

«Особенно перед огненными магами», – подумала я, переводя взгляд на Асфира.

Вокруг него всё так же кружил ветер, а вот водный поток у Нереуса иссяк, и старик огорченно покачал головой. Я в нетерпении повернулась к нему и взяла за руку.

– Одна новость печальнее другой. Начну с той, что тебя напрямую не касается. Своё детище – академию я оставил на моего ученика Рейнарда Горна. Он, как ты знаешь, был одним из предыдущих ректоров, и его портрет висит у входа.

Я кивнула и пододвинулась ещё ближе. На общих лекциях, которые я успела посетить с первым курсом, нам рассказывали, каким умнейшим человеком был господин Горн, пока его не свалила неизвестная болезнь. После него был назначен магистр Нугер, при котором академия пришла в упадок, а затем пришёл Самал, и теперь всё вроде бы хорошо, и никто не жалуется.

– Так вот, Рейнарда убили за отказ выдать обо мне информацию. Он успел спрятать всё, что было связано с Гамирой и со мной в библиотеке и ничего не рассказал гайсаровским ищейкам. Нугер был временным ректором, потому что Самал был ещё слишком молод для такой должности. Родители юного архимага готовили почву для своего сына с особым трепетом: подбирали лояльных членов совета и преподавателей, а неугодных убирали. Не зря Карлин Балодис выбрала себе в мужья исполнительного вояку, умеющего только выполнять приказы. Магнар даже взял фамилию жены, чтобы сам Уилмер Балодис одобрил его. Натворили они дел, скажу я тебе, – со вздохом проговорил Нереус, снова покачав головой.

– Так я больше скажу. Эта Карлин даст фору любому боевому магу. Отец вырастил её настоящим бойцом, она безжалостна ко всему живому, – вдруг раздался голос Асфира.

Я выпрямилась и развернулась, показывая всем своим видом, что готова слушать.

– Ты здесь уже долго находишься, и нужно выходить. Твой волк беспокоится, – попытался выпроводить меня Нереус.