Текст книги ""Фантастика 2026-122". Компиляция, Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Абрам Палей

Соавторы: Квинтус Номен,Владислав Порошин,Ада Лисовская,Дмитрий Чайка,Антон Панарин,Елена Галунец
сообщить о нарушении

Текущая страница: 60 (всего у книги 350 страниц)

Глава 4

Аша

– Вы обещали меня не трогать, – прошептала я, не открывая глаз.

– Не обещал, вообще-то. Тебе больно? – спросил ректор, продолжая меня гладить.

– Нет, но я не хочу, чтобы вы меня трогали.

– Тебе неприятно?

– Может, уберёте руку?

Ректор со вздохом убрал свою ручищу с моей груди и немного отодвинулся.

– Ты бессердечная, но я терпелив и настойчив.

– Я заметила.

– Я скоро разведусь и позову тебя замуж. Пойдёшь?

– Нет. Вы меня не любите. Это всё магия Камня.

– Думай что хочешь. Ты Суфьяну нравишься, а это для меня очень важно.

– Он меня ведьмой считает.

– Это знак высшего уважения.

– Ну да. Кстати, ваша жена ведьму ищет. Приворожить вас хочет.

– Ну, пусть попробует и сильно удивится. На меня не действуют никакие заклятия.

– Правда? А как же печать?

– Это не заклятие, а знак того, что я весь твой. С потрохами. А ты моя, – сказал он и по-хозяйски положил свою руку мне на бедро. Мне пришлось её скинуть и лечь на спину, повернув к нему лицо. – Агъян нашёл кое-какую информацию, подтверждающую одну из моих догадок. И знаешь что?

– Что? – спросила я, глядя на улыбающиеся губы.

– У Царицы Гамиры Первой были приближённые, преданные ей люди. Сколько их было – неизвестно, но они каким-то образом все были связаны между собой, – сказал он, подложив свою руку себе под голову.

– Причём тут царица и я?

– У них у всех были похожие узоры на ладонях. Так сказать, её личная свита. А ты моя маленькая Царица, только начала собирать для себя подчинённых.

– Я должна в это поверить?

– А не надо верить, так и есть. Найдём корону, вставим камни, наденем её тебе на голову и «Да здравствует новая царица Аша Завоевательница!»

– С ума сошли? Какая из меня завоевательница? – воскликнула я и села.

Додар, дремавший на шкафу, захлопал крыльями, но ничего не сказал и к нам не спустился. Посмотрев на него, я подобрала под себя ноги, развернулась, сердито глядя на ректора. Тот окинул меня пристальным взглядом, и этот взгляд остановился в районе груди. Стало некомфортно. Зная, что на мне ночная рубашка из плотной ткани, я всё же подтянула к себе одеяло. Оно было для меня небольшой защитой от посягательств ректора.

– Ты знаешь, что означает твоё имя? – спросил он, потянув меня обратно лечь. – «Надежда!» Ты наша надежда на светлое будущее. Нынешний Гайсар Третий развалил всё царство, раздарил земли. Для орков он не авторитет. Когда их давно нужно было поставить на место, он их только уговорами и словесными угрозами стращает. А они весь лес на восточной границе уже вырубили и подмяли под себя десятки пограничных деревень.

– Откуда знаете про имя? – спросила я, укладываясь на спину, пропустив мимо ушей неинтересную для меня информацию про орков.

– Ну, когда ты сказала, что у меня женское имя, я пошёл проверять и заодно о твоём поинтересовался. Так вот! Из того, что происходит в последнее время, я с уверенностью могу заявить о скором перевороте. Перед тем как переместимся сегодня к Камню Правды, прикоснёшься к нашим водникам, и мы узнаем, кто из них твой «ручеёк». Эта возня сразу с двумя отнимает слишком много времени. А так будем знать, кого мне нужно обучать, и не тратить время на второго. Хотя они оба очень способные. Особенно адептка Триаль. Она со злости на своего родственника такое вытворяет на тренировке, что мне парня даже жалко. Он же, наоборот, боится ей причинить вред, а та лупит со всей силы.

– Вообще-то он её любит, и они не родственники, – сказала я, повернувшись к развалившемуся на полкровати ректору. Он спал раздетый, в отличие от меня, и, глядя на его грудь, увидела проплешины, оставленные огнём. Из-за меня ему тоже досталось. – Пора вставать, – тихо сказала я, резко отвернувшись. – Табиба скоро придёт с завтраком, и я не хочу, чтобы она видела нас в одной кровати.

– А что такого? Мне твои смущения вообще не понятны. Мы взрослые люди и…

– Не продолжайте, – перебила я его и, отбросив одеяло, поспешила в ванную.

На завтрак к нам присоединилась Джуния. В халате и с растрепанными волосами она выглядела по-домашнему мило. Чмокнув в лысую макушку ректора, она отодвинула стул и села рядом. Такое приветствие меня немного смутило, но я сделала вид, что всё в порядке. Додар, болтавший с нами, тут же замолчал и пошагал в спальню. Я проводила его задумчивым взглядом и решила потом узнать, отчего же ему не нравится Джуния, раз он так быстро сбежал.

– Агъяна надо тоже побрить. Волосы стремительно темнеют. Магические вмешательства, такие как простая иллюзия, он не потерпит, а зельями красить его густые волосы вообще не вариант, так что будем брить, – уверенно сказала она и отобрала из рук Самала надкусанный пирожок. – С мясом? Не вкусно, – сказала она, откусив, и сразу же отдала обратно.

– С картошкой есть, – указала я на другую тарелку.

Женщина улыбнулась и тут же взяла один.

– Я побуду с ним сегодня, а потом нужно возвращаться. Перед сном я столько вбухала в него, так что скоро должен проснуться.

И вправду, когда мы уже оделись и собрались выходить, я услышала, как Джуния воскликнула:

– Доброе утро, любименький!

Улыбнувшись, я мельком глянула на Самала. Тот завязывал шнурки на своих ботинках и вообще никак не отреагировал на то, что его друг пришёл в себя. Меня, кстати, нарядили в темно-синий тёплый спортивный костюм, укороченную чёрную куртку и вязаную полосатую шапку. На ногах у меня красовались чёрные ботинки с очень мягкими стельками. Самал, оказывается, ещё вчера приготовил для меня одежду.

Выйдя на улицу, я удивилась, как потеплело. Адепты ходили без шапок и нараспашку. Вдохнув поглубже тёплый весенний воздух, я не стала упираться и сразу же взялась за предложенный мне локоть. По пути с ректором все здоровались и вопросительно поглядывали на меня, а мне было уже всё равно. Пусть Самал сам разбирается со всеми этими нелепыми слухами, которыми мы с ним и так уже обросли. Хочет, чтобы я держала его под руку? Да, пожалуйста! В синем крыле мы зашли в кабинет магистра Пелекса. Он ждал нас, сидя за своим рабочим столом. Увидев меня, он удивился, но, кроме дежурных фраз, что-то типа: «Как дела? Как здоровье?» – больше внимания мне не уделил. Я предусмотрительно не снимала шапку, чтобы не удивлять магистра ещё больше, а только скинула с себя куртку и села на диван. Магистр вызвал к себе Маруа с Фуратом и, перебросившись несколькими фразами с ректором, покинул свой кабинет. Вот тогда я и спросила:

– А почему мы пришли сюда, а не в ваш кабинет?

– У меня там ремонт, – ответил ректор, опираясь бедром о край стола.

И тут я вспомнила, как Додар мне рассказывал про какой-то погром, учиненный Самалом в момент ярости. Спросить о том, кто умудрился так вывести его из себя, я не успела, потому что в дверь кто-то постучал. После разрешения войти я увидела ребят с озадаченными лицами. Они пришли вместе, не понимая, зачем их вызвал магистр. Увидев сначала ректора, одновременно поздоровались с ним, а потом уже обратили внимание на меня.

– Аша! – воскликнула Маруа и подбежала ко мне с объятиями.

Я не успела встать, как она повалилась на меня. Секундное прикосновение, и девушка, махая руками, взмыла в воздух и встала рядом с диваном. Самал постарался обезопасить меня от неприятных ощущений. Кожа моя ещё не позволяла таких объятий.

– Руку, – сказал он, и мы одновременно вытянули свои руки вперёд и улыбнулись друг другу.

Маруа, скорее всего, подумала, что просто достаточно рукопожатия, а я, зная истинную цель прикосновения, мысленно пожелала, чтобы она не оказалась моим «ручейком». Я не хотела, чтобы на девушку взвалилось это бремя. Сжав крепко ладонь, ничего не произошло, и я, выдохнув, посмотрела на Самала. Его увиденное не порадовало. Грубо отодвинув Маруа в сторону, он схватил за локоть ничего не понимающего парня и дёрнул его за рукав. Я улыбнулась ему, потому что правда была рада его видеть. Как только наши ладони соприкоснулись, в голове раздался тихий перезвон колокольчиков, и тут же заколол рисунок, но как-то слабенько, а вот парень с силой одёрнул свою руку и уставился на проявляющийся у него узор. Маруа вытаращила глаза и через плечо стала разглядывать, как ярко-красный полукруг медленно проявлялся у него на ладони. Померцав немного, он замер, да так и остался наполовину нарисованный, с чётко обозначенной границей посередине. Мы все удивлённо смотрели на него и не могли понять, почему проявилась только половина узора.

– Ручеёк, – выдохнула я, имея в виду, что парень ещё молод для полноценной печати, на что Самал выдал другую версию:

– Где-то вторая половина ходит.

– Вы думаете, что у меня должно быть два водника?

– Возможно, я не уверен.

– Я не буду всех адептов синего крыла трогать, – воскликнула я, поднимаясь с дивана.

– Может, объясните, что это? – тихо спросил Фурат, потерев пальцем рисунок.

– Я тебе расскажу, дубинушка, – ответила Маруа, беря его под руку. – Помнишь сказку про царицу, которую нам в детстве рассказывала нянюшка? Вот я думаю, что это не сказка была. Правда, господин Ректор?

– Отчасти, – согласился он и попросил рассказать её мне.

История была проста: жил-был простой деревенский парень, работал в поле. Мимо проезжала государыня-матушка со своей свитой, и вдруг сломалось колесо у кареты. А парень взял и наладил. В благодарность она дала ему золотую монету, на которой был изображён круг с рунами. Парень, как только взял монету в руки, так этот рисунок и проявился у него на ладони. Увидев это, государыня пригласила парня к себе во дворец, и стал он знатным вельможей. Женился на дочке генерала и прожил в счастье и достатке всю жизнь.

– И в чём мораль сказки? – спросила я.

– Да ни в чём. Это повесть получается, а не сказка, – ответила мне Маруа.

– Ну как сказать. Чем не сказка? Был работягой в поле, а стал знатным богачом при дворе благодаря этому знаку. В жизни так не бывает, – сказал Фурат.

– Так, будущий знатный вельможа! Жду тебя завтра на полигоне. А вы, адептка Триаль, можете больше не посещать мои занятия.

– Жаль. А можно я иногда буду приходить, когда нужно будет адепта Шарби погонять?

– Я тоже хочу посмотреть на ваши занятия, – сказала я, и все посмотрели на меня.

– Вот станешь адепткой этой академии, тогда и будешь посещать занятия, – ответил мне ректор, слегка улыбнувшись.

– Так значит, Камень Правды сказал неправду? У неё не исчез дар? – удивилась Маруа.

– Я вам что на первом занятии говорил? – строго спросил у неё ректор, и та вжала голову в плечи.

– Поставьте мне магический запрет! Боюсь случайно проболтаться, – прошептала она.

– Вот и возьму. Руку, адептка Триаль!

Девушка молча протянула руку, а Самал начертил в воздухе какой-то знак и, махнув пальцем, направил его вниз. Тот проявился у девушки на запястье, а затем исчез.

– Мне не надо. Я и с первой встречи, нет, со второй, понял, что Аша не такая как все, – сказал Фурат и улыбнулся мне, тем самым вызвав недовольный взгляд у ректора.

Поговорив ещё немного с ребятами, Самал отпустил их на занятия, а сам вынул из кармана портальный камень.

– Готова? – спросил он, беря меня за руку.

Я кивнула, и мы переместились в местечко под названием «Драконья гора».

– А почему вы портальный камень только что истратили, а не как обычно – сами?

– Потому что переход в такие отдаленные места, как это, отнимает много сил, – ответил мужчина и, выпрямившись, посмотрел вдаль.

Я проследила за его взглядом и замерла, разглядывая это чудо природы. Гора Дракон была ошеломляюще красива. Пещеры, скалы, кустарники и пока ещё голые деревья вырисовывали очень впечатляющую картину. Теперь мне стало понятно, откуда взялось это название. Сама гора была телом, а скалы, торчащие сбоку, напоминали открытую пасть. С другой стороны была высокая гряда – хвост, на которой росли деревья, и они напоминали шипы. Самал дал мне время насладиться видом и, указав направление, предупредил, что нам нужно переместиться к подножью этой горы. Вход в пещеру с Камнем находится в той самой «пасти». Переместившись, он попросил быть осторожной и максимально тихой, а также внимательной и беречь голову, так как с «драконьей пасти» постоянно что-то сыплется. Сказав об этом, он потянул меня за руку. Я шагнула следом и, задрав голову, посмотрела наверх. Даже на таком близком расстоянии всё равно было легко представить, что это действительно пасть, из которой торчали зубы этого каменного дракона. А падающие камешки – это то ли слюни, то ли останки людей, что сами лезут к нему на съедение. Нам тоже предстояло туда подняться. Самал махнул рукой вверх, привлекая моё внимание, и показал направление, куда смотреть. Я прищурилась и увидела самую крупную острую скалу.

– Вот там и есть вход. Переместиться сразу наверх не разрешают правила, и нам с тобой предстоит небольшой поход по этой протоптанной дорожке, – указал он пальцем на узкую тропинку, вдоль которой были вбиты колышки и натянута верёвка.

На вид очень хлипкие колышки и слишком тоненькая верёвка не внушали мне доверия, и я неуверенно посмотрела на ректора, а затем, задрав голову, снова посмотрела на торчащие «зубы».

– Удивлена? Это ты ещё не знаешь, где остальные Камни находятся. Синий Камень был раньше на дне Синегорского озера, и попасть к нему было почти нереально. Поэтому позапрошлый Хранитель отдал свою жизнь, но перенёс его в столицу, – сказал Самал, увидев моё вытянутое лицо.

Как я и предполагала, подъём в моём не самом лучшем состоянии оказался мне не под силу. Запыхавшись через десять минут, я вцепилась в верёвку и посмотрела вниз. Вроде невысоко поднялись, а колени уже дрожат и сердце готово выпрыгнуть из груди.

– Давай понесу, – предложил Самал, потянув ко мне руки.

– Вам будет неудобно. И опасно. Я сама потихоньку, – ответила я и покрепче взялась второй рукой за верёвку.

– Мы так до вечера будем подниматься. Давай на шею посажу или на спину?

– А может, своим ветром вы меня сразу туда закинете?

– Нет, тут магия под запретом, поэтому только пешочком, – усмехнулся он и подхватил меня на руки.

Пронес ровный участок, а затем отпустил. Присел на корточки и приказал зацепиться за его шею. От его тона, не терпящего возражений, я тут же сделала, как велел, и он, подхватив меня за бёдра, помчался наверх. У меня сначала захватило дух, глядя на всё это с высоты ректорского роста, но вскоре заложило уши и слегка затошнило. Зажмурившись, я стала чувствовать, насколько переменчива погода на этой высоте, и от очередного порыва ветра сильнее прижалась к могучей спине и спрятала своё лицо, уткнувшись в воротник ректорского пальто. Благо, ветер был тёплый, иначе я бы уже продрогла. Чем выше поднимались, тем чаще встречался снег в углублениях и среди камней. Добравшись до входа в пещеру, Самал аккуратно поставил меня на ноги.

– Добрый день, – услышала я мужской голос.

Не ожидая кого-либо здесь встретить, я схватила Самала за руку и резко повернулась. К нам навстречу шёл молодой мужчина в удлиненной куртке горчичного цвета, тёмно-синих зауженных штанах и тоже горчичного цвета ботинках. Длинные светло-русые волосы были собраны в небрежный пучок на затылке. И вообще он выглядел как какой-нибудь актёр. «Тоже пришёл к Камню? Нам придётся ждать своей очереди?» – подумала я, продолжая разглядывать этого красивого мужчину. А когда он подошёл ближе, у меня дыхание перехватило. Он ведь не может быть родственником Тэуна? Точно такие же светло-карие глаза, в которых живёт пламя.

– Добрый день, Хранитель, – чуть склонив голову, поприветствовал его Самал.

А у меня от удивления неосознанно рот открылся. «Ничего себе, какой красивый Хранитель у Красного Камня!» – подумала я, продолжая разглядывать «покорителя женских сердец». Это выражение было самым любимым у Ерке, когда мы обсуждали любовные романы.

Самал, увидев, как я пялюсь на Хранителя, осторожно прикоснулся к моему подбородку, закрывая рот. Мужчина, глядя на это, слегка улыбнулся. И тут я заметила след от ожога на его прекрасном лице. Шрам тянулся от левого края губ к шее. Разглядеть получше я не успела, потому что Хранитель повернулся в пол-оборота и пригласил нас следовать за ним. Шагнув первым в тёмную пещеру, он дернул кистью руки, и на его ладони появился огненный шар размером с крупное яблоко. От неожиданности я дёрнулась и крепче вцепилась в руку моего Щита.

– Господин Балодис, вам придётся подождать здесь, – сказал он необычайно глубоким голосом.

Внутри у меня даже что-то завибрировало, и я, напугавшись своей реакции, взялась второй рукой за предплечье Самала. Хранитель подошёл к широкой двери в скале и, открыв её, зажёг факел, который торчал из стены. Комнату тут же озарил тёплый свет пламени, и я увидела вполне приличную жилую комнату с мебелью: диванчик, кресло, стол, шкаф. И только потом я увидела ещё одну дверь, рядом с которой на полу стояли две корзины. В них, так же, как у Синего Камня, были полотна-рубахи и верёвки-пояса. Хранитель разулся, снял куртку и кинул её на рядом стоящий стул. Я успела оценить разворот плеч в облегающем чёрном свитере и мускулистые предплечья, невольно сравнивая с Тэуном.

– Ты мне руку оторвёшь, – прошептал мне на ухо Самал, и я вздрогнула, забыв о том, что в этой комнате есть кто-то ещё, кроме Хранителя, от которого у меня почему-то помутился разум.

Все его движения были плавными, и, если честно, я никогда не видела молодых мужчин с такими длинными волосами. Отпустив руку ректора, я наклонилась и принялась негнущимися пальцами развязывать шнурки. А когда выпрямилась, Хранитель оказался рядом со мной и протягивал мне рубаху. Опустив голову, чтобы не смотреть в эти завораживающие глаза и не показать своего смущения, я трясущимися руками начала расстегивать куртку.

– Не волнуйтесь, – сказал он, а я, сглотнув, облизала вдруг ставшие очень сухими губы.

Пребывая в каком-то не свойственном мне нервном возбуждении, я даже не заметила, как Самал забрал из моих рук куртку и отошёл в сторону. А Хранитель, наоборот, подошёл ближе и помог надеть рубаху. Она оказалась мне очень велика, и через дырку для головы я могла бы вся пролезть, но я замерла, как кролик перед удавом, боясь поднять руки и поправить сползающую с плеч ткань. Мужчина, имени которого я не знала и надеялась, что он всё же не родственник Тэуна, поправил ткань на моих плечах, и меня бросило в жар. Я почувствовала, как стали краснеть щёки, поэтому не стала поднимать голову и шагнула в сторону, уходя от странно влияющего на меня мужчины. Мне казалось, что он стоял слишком близко.

– Шапку нужно снять, – сказал он, поднимая руку.

Я тут же вцепилась в неё обеими руками. Мне стало невыносимо стыдно за мой внешний вид. Я почему-то не хотела, чтобы он видел меня без волос. Почему так? Ещё вчера мне было безразлично всё, а теперь я смущалась незнакомого мне мужчину. Краснея ещё сильнее, я всё же сдернула с себя свою маленькую защиту и почувствовала себя чуть ли не обнажённой. Не глядя, сунула её Самалу и повернулась к двери.

– Не волнуйтесь, – снова повторил он и подошёл ко мне со спины.

Своей широкой ладонью он закрыл мне глаза, и я вздрогнула от этого горячего прикосновения, а затем, как и в прошлый поход в подпространство, услышала звон колокольчиков и тихий шёпот: «Я так долго тебя ждала…» Сердце слегка сдавило. Узор на ладони немного нагрелся и уже привычно стал покалывать.

– Ух, какая! – раздался насмешливый голос. – Онгон, убери руку, дай посмотрю, что за чудо ко мне пришло, – продолжил он, обращаясь к Хранителю. Мужчина отстранился и медленно убрал свою ладонь с моего лица.

В нос ударил навязчивый запах жасмина и ещё чего-то приторно-сладкого, от чего меня слегка замутило. «Онгон. Значит, Хранителя зовут Онгон. Надеюсь, фамилия не Хаас», – пролетела мимолётная мысль перед тем, как я, задержав дыхание, стала потихоньку открывать глаза. Полумрак? Или я ещё не пришла в себя после перехода? Небольшое головокружение сбивало с толку, и я не сразу смогла разглядеть, где оказалась. Пляшущие тени на стенах от живого огня по углам помещения добавляли шаткости моему восприятию. Ненавязчивая тягучая мелодия и тошнотворный сладкий запах определенно мне не нравились. На глазах выступили слёзы, и я стала часто моргать, пытаясь разглядеть мутную картинку. Потерев веки пальцами, я прищурилась, да так и замерла с руками у лица. На многочисленных подушках разных цветов и размеров, разбросанных по всему полу, лежали две чёрноволосые девушки, одетые только в бусы на талиях. Они обнимали полуголого мужчину. Гибкие стройные тела блестели, словно были обмазаны маслом. Мужчина одной рукой наглаживал грудь одной из красоток, а во второй руке держал длинную палочку, дымящуюся на конце. Он был в красных полупрозрачных шароварах, и от моего взора не скрылось то, как вторая красотка наглаживает ему между ног. Одернув взгляд выше, я заметила его длинные чёрные волосы, а на остальное меня не хватило. Я снова зажмурилась. Закрывая лицо руками, я шагнула назад, но наткнулась на Хранителя, и он слегка придержал меня за плечи. От этого прикосновения я на секунду замерла и мгновенно села на корточки.

– Ты кого мне привёл? – игриво спросил полуголый мужчина со смешком, но вдруг его смех оборвался.

Секундная пауза, и вдруг он, повысив голос, сердито произнёс:

– Пошли вон!

Подушки зашуршали, и удушающий запах исчез.

– Так вот ты какая. Можешь открыть глаза и посмотреть на меня, – уже спокойным голосом проговорил он.

Я отрицательно мотнула головой, продолжая закрывать своё лицо. Ничего себе «Камешек!» А Хранитель? Почему у Синего Камня Хранитель видел только камень в коробочке, а длинноволосого старика видела только я? Почему сейчас мы оба находимся в подпространстве?

– Онгон, проводи гостью ко мне поближе.

– Не буду я её трогать. Она трясётся от любого прикосновения, – произнёс Хранитель, и я удивилась тому, как он нагло ответил.

– Аша! Здесь нет посторонних. Посмотри, я всё убрал. И садись, пожалуйста, в кресло, – вежливо обратился ко мне Камень.

Я не хотела ему подчиняться. Я пришла сюда с целью высказать ему всё, что думаю по поводу сгоревшего дома, но теперь я совсем не хочу с ним разговаривать. О чём с таким извращенцем можно вести беседы? Терпением Камень не обладает, и это я поняла через секунду, потому как он, громко цокнув языком, каким-то образом поднял меня в воздух, и я почувствовала спиной и пятой точкой, как подо мной появилось мягкое кресло. Сев ровнее, я всё же убрала руки и, прищурившись, посмотрела перед собой. Камень сидел на огромном белом диване, обложенном всё теми же подушками. Одет был в чёрный костюм с золотистой вышивкой. Теперь я могла разглядеть его необычное лицо с выступающими скулами: кожа смуглая, волосы длинные и чёрные как смоль, разрез глаз узкий с нависающими веками. Чёрные радужки сливаются со зрачком и такие же чёрные прямые брови, нос с небольшой горбинкой, под которым виднеется тёмная щетина. От такой нетипичной внешности для нашего царства меня отвлекла картина за его спиной. Сразу за диваном на стене был изображён дракон, извергающий пламя. По бокам горели факелы, а дальше я не стала вертеть головой, потому что Камень снова заговорил, привлекая моё внимание.

– Чем угостить? Чай? Кофе? Сладости? Фрукты? Мороженое? Что ты любишь? – спросил он, приподнявшись с одной подушки, и тут же положил под спину другую.

Перед диваном появился овальный столик, заставленный всем тем, что он перечислил. Я продолжала молча на него смотреть. И тут сзади отмер Хранитель. Он обошёл меня и, небрежно завалившись рядом с Камнем на диван, взял ветку винограда. Повертев веточку, он выбрал, видимо, самую спелую ягоду, оторвал её и изящным движением положил себе в рот. Я смотрела на него как заворожённая. У Онгона длинные пальцы, ухоженные ногти, идеально ровная кожа. Как мужчина может быть таким красивым и так плавно двигаться? Моё очарование длилось недолго, потому что он, прожевав вторую ягодку, так же не глядя на меня, с какой-то ленцой в голосе, проговорил:

– Она немая? Ещё ни звука от неё не слышал.

Я медленно опустила глаза и посмотрела на свои подрагивающие руки. Помимо вечного тремора, кожа была грубой, некоторые пальцы до конца не выпрямлялись, а то, что у меня теперь было на голове… точнее, не было… Тут же представила, как эти два красавца сейчас посмеиваются надо мной. И в подтверждение моих мыслей Хранитель мельком глянул на меня и ухмыльнулся. Стало противно. Ещё один Тэун Хаас. Красивый, а душонка мелкая. Огневик уж мог сказать мне про жену. Не с той целью, чтобы я не имела на него виды, а просто по-дружески. Всё то время, что он приходил, он не воспринимал меня даже как друга. Я была для него лишь работой. В этом я и видела мелочность его души. А этот… даже знать не хочу, какой он, потому что по его движениям и интонации всё понятно. Никого не уважающий, высокомерный, наглый и, скорее всего, избалованный вниманием из-за своей внешности…

– Она не немая, друг мой. И только что ты упал в её глазах ниже плинтуса, – перебил мой мысленный поток Красный Камень.

– Что я такого сказал? – удивился Хранитель и кинул виноград обратно на стол.

Сел ровно, осмотрел себя, заправил выпавшую прядь за ухо и вопросительно посмотрел на невозмутимого Камня. Я тоже посмотрела на него и лишний раз убедилась, насколько он тоже красив со своей нетипичной внешностью.

– Аша, прошу прощения за пожар. Пожалуй, я слишком легкомысленно поступил. Дело в том, что Нереус мне изрядно докучал и просил помочь тебя выкурить из леса. Ты ему нужна в городе. И вообще я не в восторге от его затеи собраться нам всем вместе. Мне и тут хорошо, – проговорил он и провел рукой по шёлковой подушке.

– Мне тоже этого не надо. Верните меня к господину Балодису и давайте попрощаемся, – тихо сказала я, поднимаясь с кресла.

– С радостью, но ты ко мне всё равно вернёшься. Онгон, почему ты не видишь, какой ущерб нанесён этой девушке? Нужно ей помочь. А ещё, Аша, выбирай любой подарок от меня. Я виноват перед тобой.

– Да ты сегодня сама щедрость. Там же полугнилой сарай в лесу был. За такую лачугу ты преподнесёшь ей дар?

– Помолчи. Ты не понимаешь, кто перед тобой сидит. И, кстати, почему у тебя ни единой мысли не возникло, почему она здесь и видит меня?

До Хранителя только дошло, что так не должно было быть, и, подобравшись, он уставился на меня, а Камень продолжил:

– Расслабились мы тут с тобой и давно людей не принимали. Придётся напомнить тебе твоё предназначение. Посмотри-ка вот это, – сухо произнёс он и прикоснулся указательным пальцем ко лбу Хранителя.

Мужчину как-то неестественно выгнуло. Он, сползая с дивана, запрокинул голову и встал на колени перед Камнем. Над ним стали мерцать изображения, и я увидела, как моя мать несёт в руках голого младенца, а позади горит большой особняк. Затем на этом полупрозрачном экране появилась маленькая я. Чумазая девочка с разбитыми в кровь коленками дралась с мальчишками за кусок хлеба. Далее картинка сменилась, и вот я вижу себя рыдающую над туго завязанным мешком. Я до сих пор помню этот мешок. В нём соседка утопила котят. Картинка снова сменилась, и я вздрогнула, увидев моего маленького братика. Я во все глаза уставилась на плачущего Мелека и почти не обратила внимания, что у самой заплывший глаз. Надо же! Об этом я и забыла, как накануне меня избил продавец на рынке. Шумно вздохнув, я продолжала смотреть, как менялись картинки, показывая различные события из моего детства. И вот вижу, как горит дом моей матери… закрытые глаза Мелека, затем лес… Кавим… И тут слёзы покатились по моим щекам, а события моей жизни продолжали мерцать в картинках над головой Хранителя. Вытерев слёзы, я отвернулась. Зачем смотреть, если и так о себе всё знала? Лишний раз о своём прошлом мне не хотелось вспоминать. Шмыгнув носом, я снова посмотрела на странную магию Камня и увидела, как я шагнула в огонь и как меня выдернул оттуда Самал. Это было настолько страшно! Всхлипнув, я опустила взгляд и заметила, как Хранитель обмяк, согнувшись над краем дивана. Он упёрся лбом в него и не шевелился. «Осмысливает», – подумала я и медленно пошла к двери. Замерев возле неё, я прекрасно помнила, что без разрешения не выйду, поэтому, стоя спиной к Камню, стала ждать, когда меня отпустят.

– Выбери себе любой подарок, – сказал Камень.

– Оставьте себе, – грубо ответила я, приготовившись звать сюда Самала.

Я понятия не имела, сможет ли он сюда попасть, но оставаться здесь я точно не хотела.

– Возьмёшь, когда будешь готова. А сейчас от Онгона прими помощь. В твоих это интересах.

– Нет у меня интересов. Я не буду вас собирать в корону, – прошептала я, хватаясь за ручку, но, не успев её опустить, возле меня оказался Хранитель. Он крепко обнял меня, причиняя боль и закрывая ладонью глаза, вывел из подпространства.

– Отпусти её, – услышала я гневный голос ректора.

Жёсткие объятия ослабли, и меня за руки потянул к себе Самал.

– Прости! Прости, пожалуйста, – взволнованно проговорил Хранитель, отступая назад. – Я не могу ослушаться Эдана. Всё, что я делаю, – это только по его воле. Сейчас он приказал закрыть брешь в твоём энергетическом поле. Позволь помочь! Другие Хранители не справятся, и я за один раз тоже не смогу. Она слишком большая! Она не только лишает магии, но и укорачивает твою жизнь! Господин Балодис, приведите ко мне Ашу. Сама она не придёт, – повернулся он к ректору, понимая, что отвечать я ему не собираюсь.

А я в это время, не говоря ни слова, сдернула с себя рубаху. Скомкав, кинула её в корзину и принялась обуваться.

– Что там произошло? Вижу, что плакала, – нахмурив брови, спросил мой Щит, помогая надеть куртку.

– Мы не вовремя пришли и помешали им развлекаться. А потом мы с Камнем договорились, что собирать их в корону я не буду. Так что всё теперь хорошо и приходить нам сюда не нужно. Прощайте, господин Хранитель! – выпалила я и, толкнув дверь, вышла в пещерный грот. «Проклятая гора! Теперь ещё спускаться на раскоряку!» – вскричала я про себя и, не дожидаясь, пока оденется Самал, схватилась за верёвку и чуть ли не бегом поспешила вниз.

Ректор быстро меня догнал и, не церемонясь, закинул на плечо. Вот так, с моими криками: «Отпусти, мне больно!» мы переместились на кухню к Агъяну. Хозяин своих покоев замер с открытым ртом и бутербродом в руках, а Джуния пролила чай мимо кружки. Самал опустил меня на пол и, избавив от верхней одежды, посадил за стол, всучив первую попавшуюся булку.

– Чай налить? – спросила Джуния и внимательно посмотрела на моё красное лицо.

– Он мне все внутренности отдавил и, наверное, рёбра погнул, – ответила я и всё же откусила сдобу.

– Ну как тебе огненный рубин? Я сама его не видела, но моя знакомая говорит, что у него очень красивая огранка «Кровавая капля».