Текст книги ""Фантастика 2026-122". Компиляция, Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Абрам Палей

Соавторы: Квинтус Номен,Владислав Порошин,Ада Лисовская,Дмитрий Чайка,Антон Панарин,Елена Галунец
сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 350 страниц)

Глава 32
Истинная пара

Спустя несколько минут я уже мчалась из покоев ведьмы в сторону обеденной залы, на ходу засовывая руки, вновь объятые тенями, в перчатки. В голове была полная неразбериха, перед глазами – дымка, но ноги несли меня сами.

Черная макушка принца с едва приметной короной – первое, что бросилось в глаза, когда я вошла в залу, замедлив дыхание и поправив на себе наряд ведьмы. Аластор сидел во главе стола, взгляд его был отсутствующим, и девушки рядом не могли пробиться через эту непреодолимую преграду, безуспешно пытаясь разговорить его. Я почувствовала укол ревности, заметив бледную руку Лисаны с россыпью веснушек в опасной близости от кисти принца.

– Не мешайте его высочеству есть, девушки, – обронила я, присаживаясь рядом. – Почему ты опять заставил всех ждать, Аластор? Нам с твоими невестами очень интересно.

Слуги принесли еду, и девушки расселись по своим местам. Я знала, что они чувствовали: всем, кроме Лисаны, не часто выпадал шанс поболтать с наследником, а сегодня он явно был без настроения.

– Был занят, леди, – ответил мне Аластор, и я хмыкнула, притягивая к себе приятно пахнущее блюдо с мясной нарезкой. Сверху ароматного мяса лился оранжевый соус, и я сглотнула слюну.

Фернис стоял в углу комнаты и смотрел на меня с благодарностью во взгляде. Я знала, что меньше всего ему хотелось расстраивать своего короля.

– Ты должен лучше питаться, – заметила я, когда Аластор отодвинул от себя тарелку, и свела брови. – Быстро доедай. На вот, запей, – я придвинула к нему кубок и хотела поругать за такую беспечность, как вдруг принц усмехнулся.

Он поднес кубок к лицу, а потом… Демонстративно, глядя мне прямо в глаза, вытянул руку и вылил его содержимое на пол. В зале воцарилась напряженная тишина, лишь оставшиеся капли красной жидкости стекали по стенкам кубка и падали в лужу.

– Ах ты гаденыш, – процедила я в гробовой тишине, а потом моргнула, осознавая кое-что, о чем напрочь забыла. Только теперь я заметила необычно розовые лица девушек за столом. Все они как одна, кроме Фауны, сидели с покрасневшими щеками и стыдливо опускали глаза, елозя на стульях. Я ахнула и тут же бросила испуганный взгляд на призрачную служанку ведьмы. Все мои мысли были заняты Аластором, так что я совсем забыла о зелье и своем же приказе.

Что, черт возьми, она им всем подмешала?!

– Правило первое в общении с ведьмой – не доверяй ей. – Губ Аластора коснулась улыбка, и я сглотнула. Он красноречиво посмотрел на своих невест и покачал головой.

– А второе? – прошептала я.

– Не влюбляйся.

– Это всего лишь…

Договорить я не успела: Бургильда, до того сидящая как мышка, стремительно вскочила со стула, заставив его упасть с оглушительным грохотом. Глаза ее лихорадочно блестели, а лицо было настолько красным, что я испугалась за ее состояние. Камилла, вытянувшаяся в струнку, схватилась за рукав ее платья и потянула обратно, но Бургильда оттолкнула ее руку.

– Д-девушки… – Я тоже встала, Фернис подбежал к нам, непонимающе переводя взгляд с лужи на полу на меня и обратно. – Спокойно… Фауна, – взвизгнула я, и служанка ответила мне спокойным взглядом, – что у них в кубках?!

– Госпожа, там лишь зелье, о котором вы говорили. Что-то не так?

Я схватилась за голову и осела на стул обратно.

Грудь Бургильды часто вздымалась, и она прищурилась, сделав несколько довольно больших шагов к наследнику. Аластор опешил и с мольбой посмотрел в мою сторону. Бургильда была довольно крупной, и я лишь надеялась, что она не набросится на принца прямо здесь, при всех. Но если так… Фауна говорила, что зелье подтолкнет истинную пару друг к другу. Если это так и Бургильда начала действовать, то мне ничего не остается, кроме как молча наблюдать за развитием ситуации. Все же Аластор ошибся тогда в саду? Я закусила губу с такой силой, что почувствовала во рту привкус крови. Зачем же я это затеяла?!

– Принц Аластор, – невеста прочистила горло и высоко подняла голову. Завитые локоны обрамляли ее покрасневшее до ушей лицо, и я заметила каплю пота, стекающую по виску. Девушка очень уж нервничала. Она поджимала губы, а руки ее были в непрерывном движении: она не знала, куда их деть, и то прятала за спину, то выкручивала, пока наконец не свела впереди розового платья, в котором я и увидела ее впервые на знакомстве. Девушка не отличалась красотой, но сейчас ее горящий взгляд компенсировал и ее нескладность, и грубые крупные черты лица.

– Да? – робко поинтересовался принц, и я заметила, с каким усердием он вжимался в спинку стула.

– Я сгораю от любви! Умираю от страсти! Ваше Высочество, прошу, поймите мои чувства!

По залу разнесся звук разрываемой одежды, а уже через секунду сквозь тишину я отчетливо услышала приглушенное пение птиц где-то за пределами замка. А потом завизжала, срываясь с места и отскакивая от обеденного стола и невесты куда подальше.

Впервые я видела полуобнаженного мужчину так близко. Ткань платья свисала с его мощной груди рваными розовыми лоскутами. Бургильда… Бургильд сбросил с шеи желтую подвеску, и, кажется, с этим движением чары рассеялись окончательно: теперь я никак не могла видеть в нем девушку. Парик с белокурыми локонами теперь тоже валялся у его ног.

– Мамочки, – прошептала я, переводя взгляд с лженевесты на принца и обратно. Девушки и вовсе выглядели шокированными. Все, кроме одной. – Что же это…

На миг я испугалась, что Бургильда все же не оставит попытки добраться до принца и добиться его любви, но, хвала всем богам, у мужчины оказались совсем другие планы. Он встал на одно колено перед застывшим от шока или ужаса наследником и склонил голову, подтолкнув остатки платья себе за спину, делая из них подобие розового плаща.

Он был красив. Так красив и мужественен, что я не могла понять, как все это время ему удавалось водить нас за нос. И оставался главный вопрос: зачем?

– Что происходит? – процедил принц, и впервые я испугалась его. Глаза Аластора метали искры, на скулах ходили желваки. – Объяснись сейчас же, пока я не велел казнить тебя.

– Это выше моих сил, Ваше Высочество! Я прошу вашего благословения и милости.

– Объяснишь в темнице, – прищурил глаза Аластор. – Стража!

– Нет! – Камилла подбежала к мужчине и села рядом с ним, умоляюще смотря на принца. Лицо ее стало бледнее обычного, черные блестящие волосы растрепались, сейчас она совсем не была похожа на ту избалованную и капризную наследницу, какой я увидела ее впервые. – Мой принц, прошу, не казните его! Это все из-за меня и моего отца… – она замолчала, промокнув увлажнившиеся глаза краем белого платка, и принц зарычал, сметая со стола тарелку с едой.

– Вздумали выставить меня идиотом перед всем двором и королевством?! Как ты посмел?! Мужчина на отборе!

– Ваше Высочество, – взмолилась Камилла, падая на пол и склоняя голову. – Это только моя вина, накажите меня! Мой отец знал о пророчестве богини, о «враге», поэтому не хотел отпускать одну. Но он изменил решение, когда меня вызвался охранять его лучший воин.

– Я здесь не только из-за твоего отца, Камилла, – сказал мужчина, и все замерли. – Я здесь, потому что люблю тебя. И всегда любил. Я хотел просто защищать тебя и выполнять свой долг, хоть и смотреть, как ты бегаешь за принцем, – выше моих сил… Я не хотел мешать тебе, клянусь, я понимаю свое положение. Но сегодня что-то перевернулось во мне, стало невыносимо видеть тебя так близко без возможности сказать о своих чувствах.

– Я… Я тоже люблю тебя, Гильд! – подбородок девушки задрожал, и она кинулась на шею опешившему мужчине, громко зарыдав.

– Камилла!

– Прости-и-и! – завопила девушка, прижимаясь к Гильду всем телом, закрывая его от взглядов присутствующих темно-фиолетовым пышным платьем. – Мой отец никогда бы не разрешил мне даже заикнуться о таком. Я хотела стать принцессой… Но сейчас я… Ва-а-а! – она уткнулась в его плечо, захлебываясь рыданиями.

Фея, Лисана, я – мы смотрели на парочку во все глаза, пытаясь осмыслить происходящее. Лисана вытерла глаза рукавом платья и прижала руки к груди.

– Ваше Высочество, если вы хоть раз любили… – умоляюще прошептала Камилла, не отпуская воина.

– Аластор, – всхлипнула я, проникаясь жалостью к влюбленным.

– Святые лучи, и вы туда же, леди, – глаза принца закатились, а после он встал и стремительно направился к выходу. – Делайте что хотите. Вы двое – вон из моего замка и никогда более не попадайтесь мне на глаза. Казню.

Я икнула, вновь посмотрев на парочку на полу: Камилла рыдала то ли от радости, то ли от безнадеги, а может, и от всего сразу. А мужчина застыл и немигающим взглядом смотрел на ее черноволосую макушку, не в силах поверить своему счастью. Отец Камиллы – влиятельный человек в этой Сфере и точно не отдаст свою дочь тому, кого посчитает недостойным, Гильд – обычный воин. Что ждет их в будущем?

– Ох, э, вот, накиньте, – Лисана стянула скатерть со стола и неловко предложила ее воину, старательно отводя взгляд от его обнаженной загорелой груди. Фея же прищурилась, а потом звонко хлопнула ладонями по своим красным щекам, будто пыталась вернуть ясность мысли. Короткие каштановые волосы ее подпрыгнули и улеглись обратно на плечи.

– До свидания, леди, – откланялась она и тоже пошла в сторону выхода, прихватив с собой смущенную служанку.

Одна лишь Фауна выглядела невозмутимой. Как нашкодивший кот, она стояла в стороне, будто все это завертелось без ее участия. Но, как ни странно, я не жалела о своем приказе. Один взгляд на Камиллу и Гильда заставлял думать о правильности того выбора. Элексир сделал свое дело, хоть я и выбирала для него другую роль.

– Что теперь будет, Гильд? – всхлипнула девушка, смаргивая слезы. Даже плачущая, она выглядела очаровательно: вздернутый нос едва покраснел, ресницы слиплись и теперь были темнее и тяжелее обычного, а синие глаза сияли ярче сапфиров. – Мой отец никогда не позволит… Если он узнает…

– Ты сделала меня самым счастливым, я и не мог надеяться на твой ответ, – большая рука мужчины легла на ее щеку и стерла бисеринки слез. – Все остальное оставь мне.

Она кивнула, старательно поджимая губы, но подбородок ее продолжал дрожать.

Я вытерла уголки глаз и прокашлялась.

– Что ж… – Я моргнула раз, второй, пока все присутствующие ждали, но не могла подобрать слов. Извиниться за зелье? Но все счастливы. Благословить их? Но кто я такая. – Теперь на отборе три невесты. Камилла, Бу… Гильд, надеюсь, вас ждет счастливое будущее. Боритесь друг за друга, ведь истинная любовь приходит к нам не так часто. Она – ценность, самая великая в этой Сфере и всех прочих. Отец или целый мир – не позвольте никому отнять ее у вас. Прощайте.

Девушка кивнула, и взгляд ее наполнился решимостью. А мужчина прижал ее к себе еще крепче, чуть склонив голову.

Я развернулась и пошла прочь. Три невесты. Нет, их осталось двое. Фея и Лисана.

Истинная судьба и враг. А еще была я.

Кто есть кто?

Глава 33
Колыбельная матери

Маленькое желтое платье Мориэллы почти разошлось по швам, когда я не рассчитала время и перевоплотилась в ведьму прямо в нем, так что теперь я завязывала ее плащ на шее, скрывая одежды. Что Аластор подумает о такой неопрятности?

Я хлопнула себя по щекам: не время думать о подобных глупостях. С самого утра я была как на иголках. Осталось всего две невесты. Или целых две, учитывая, что теперь они почти мои конкурентки в любви… Я немного жалела, что Аластор так и не выпил то зелье, но теперь ничего не поделаешь. Я могла проверить его слова лишь несколькими способами, и ни один из них мне не нравился. А уж Люцитору подобный расклад не понравится тем более.

– Ты пришла, – парень встретил меня возле коридора его покоев, как мы и договаривались. Ни одного стражника, а вот голоса слуг я слышала отчетливо.

– Тут слишком людно…

Аластор лишь спокойно кивнул и подал мне руку в галантном жесте. Я не смогла сдержать улыбку, и через минуту мы уже прогуливались как настоящая парочка.

– Рядом с моими покоями есть пустующее крыло. Раньше там жили слуги, пришедшие за моей матерью из ее королевства.

– Они ушли обратно, когда она… – я запнулась, почувствовав неловкость. – Расскажешь мне?

– Не тогда, – принц мотнул головой. – Они обрели здесь дом, и я застал многих из них. Пока мой отец не развязал войну. Покинули нас не только слуги мамы, местные тоже, но это крыло до сих пор пустует, король запретил селить туда новый народ.

– Вот как, – я приподняла брови, чувствуя ногами нарастающий сквозняк по мере нашего приближения к пустующим комнатам.

– Раньше он называл это место островком Эйвиниума. Их уклад совершенно отличается от нашего, другие люди, другие порядки. Сейчас увидишь и поймешь меня.

Я тут же вспомнила, что в этой Сфере было три Дома. Света, Эйвиниум и Долина, родом из которой фея Фавилорра.

Светло-золотистые коридоры сменились пестрыми цветами в один момент. Ярко-желтая стена выросла перед нами, и принц довольно улыбнулся, погладив облупившуюся местами краску кончиками пальцев.

– Резкий контраст, – сказала я, наклоняя голову. – Ты часто бывал тут?

– Вот здесь, – он указал рукой вниз, – раньше росли цветы. Всех размеров и расцветок, ими были заполнены стены, коридоры и комнаты слуг, и не волновала никого несуразность и нагромождение красок. Дети бегали по коридорам в развевающихся цветных мантиях, и ни один чванливый слуга не мог их остановить, таких здесь не было. Не ступала сюда и нога Ферниса. Вот здесь, – мы двинулись дальше, и Аластор указал на высокое окно в потолок, затянутое паутиной, – всегда находился кто-то, играющий на фоваре, инструмент лежал и ждал своего нового хозяина. Его музыка разносилась по всему замку, не меньше. Однажды служанка вела меня на обед и принялась танцевать и петь вместе с остальными, лишь услышав музыку. Я был маленьким и ничего не понял, но сейчас присоединился бы к ним, это точно.

– Звучит весело, – я смотрела на затянутые серостью и пустотой коридоры и не могла представить здесь и половины из того, о чем рассказывал принц.

– У слуг здесь были пышные юбки, сшитые из разных тканей, но как красиво они выглядели в танце! Служанки крутились вокруг себя, и я выходил из этого крыла с кружащейся головой, – Аластор хмыкнул. – А потом отец обезумел, и все закончилось. Люди из Эйвиниума – мирный народ.

– Жаль, что так случилось, – сказала я. – Наверное, они любили тебя так же сильно, как и твою мать. Раз пришли сюда за ней.

– Поспорил бы с тобой, – пожал плечами Аластор. – Да и я мало что помню, они разбежались, когда мне стукнуло пять или около того. Хотя одну женщину я мог бы узнать и сейчас. – Парень потер подбородок и кивнул головой вперед. – Мне не разрешалось есть с отцом и старшими сестрами, еду приносили мне в покои, изредка выводили в столовую для слуг. Та женщина, должно быть, жалела меня. Я не помню ее имени, а вот вкус ее яблочных пирогов до сих пор не дает мне покоя, – Аластор засмеялся. – Она была похожа на тебя, такая же добрая и светлая.

– Она подкармливала тебя?

– Приходила проведать, уложить спать, – кивнул принц. – А потом живот ее округлился. Я еще не знал, что это значит, думал, она просто располнела, но быть с ней стало еще теплее. Ласковая служанка была. Хочу проведать ее комнату, там они жили с мужем.

– А король заставил ее бежать от войны беременной, – мрачно произнесла я. – Он нравится мне все меньше и меньше.

– А я? – неожиданно спросил Аластор, и я чуть не споткнулась. – Не делай такое лицо. Я ведь чувствую, наша магия тянется друг к другу. Как и должно быть.

– Магия? – опешила я. – Во мне нет никакой магии.

Брови парня сошлись на переносице, и он почесал ее указательным пальцем.

– У всех в Сфере есть ее остатки в крови. Они могут не влиять на твою обычную жизнь, ты можешь их не чувствовать, но в такие моменты очень полезны, – уголок его рта пополз вверх. – Ведь я узнал тебя из тысяч других девушек именно по ней. Хотя почти ничего и не помню про тот день в саду.

Сердце в моей груди пропустило удар. Он ошибался, ошибался.

– Аластор… – мой голос дрогнул, и я потрясла головой. – А что, если… Допустим, магии во мне нет… Вообще нет. Какая участь мне будет уготована рядом с королевским наследником?

– Узнаем, когда проведем брачный ритуал, – он беспечно пожал плечами. – Не переживай.

– А если он убьет меня?

– Нет, если ты моя пара.

– Ах ты эгоистичный кусок… – я зарычала сквозь зубы от бешенства. – Кусок пирога, Аластор! Гнилого!

Принц опешил и остановился перед дверью в комнату слуг.

– Что жизнь девочки-кондитера в сравнении с жизнью принца, да?! Пыль! Не прошла ритуал одна, так найдется другая! Но я на такое не подписывалась!

– Ты все не так поняла, – попытался остановить меня принц. – Я ни за что не позволю тебе умереть.

– Тебе плевать на меня!

– Святые лучи, нет…

– Если бы это было так, ты бы слушал меня, поверил бы про магию и не захотел бы рисковать!

– Да черт возьми, замолчи! – неожиданно Аластор схватил меня за плечи и прижал к стене, шумно дыша. – Я не стану рисковать. Потому что я уверен в том, что все получится, больше, чем в чем-либо в своей жизни. Ты предназначена мне. Я – тебе. Ритуал не представляет для нас опасности. Ты та единственная, кто может пройти его со мной, вот и все. Но если ты не хочешь – я не буду заставлять.

Я заморгала, пытаясь унять грохочущее в груди сердце.Не буду заставлять из его уст равнялось умру от проклятия.

Что, черт возьми, я делаю? Я ведь хочу спасти его. Хочу сильнее всего на свете.

– Аластор, – сглотнула я, отводя взгляд, – но пророчество…

– Ты знаешь… – нахмурился принц, а потом кивнул самому себе. – Конечно, ты знаешь. Я подумал об этом. В нем говорилось о дюжине девиц, так?

Я кивнула, и парень продолжил:

– А теперь посчитай, сколько их было всего. Ихдолжно было быть столько. Одна не явилась на отбор, другая вообще призрак, ее списали со счетов организаторы еще до начала испытаний. Это не допускается правилами, лишь блажь безумной ведьмы. С ней просто не захотели спорить, вот и все.

– Вот как, – прищурилась я, запихивая обиду куда подальше.

– Всего десять. Не двенадцать, – закончил принц. – А ты пришла ко мне во время первого испытания, вспоминай. Фактически, ты появилась на отборе в самом его начале, – он почесал подбородок. – Я так думаю.

Я замерла, поняв, что по этой логике я была на отборе с его первого дня, еще до испытания, только вот Аластор об этом не знал. В теле Мориэллы.

– В пророчестве ничего не сказано про невест, – продолжил принц. – И как девица, ты вполне подходишь.

Аластор усмехнулся, когда увидел мое выражение лица. Но если я была одиннадцатой… То кого богиня посчитала за двенадцатую?

– И мне ты подходишь вполне. Как принцесса. – Парень прищурил свои темные глаза, и я вздохнула.

– Но никакая я не принцесса, Аластор. Ты обманываешь сам себя.

– Верно. Ты лучше, – улыбнулся он. – Принцессы бывают глупыми, у меня две сестры, уж я-то знаю.

Я ничего не ответила, лишь шагнула внутрь комнаты, которую для меня открыл парень.

Скоро твоя принцесса превратится в ведьму, Аластор. Карета – в тыкву, а восхищение и любовь принца в ненависть.

Комната служанки была маленькой, но Аластор с большой любовью окинул ее взглядом. Следы наших ног остались на полу, затянутом толстым слоем пыли. Свет едва-едва проникал в помещение через мутное оконце под самым потолком, и в лучах его теперь плясала пыль, которую мы потревожили.

– Тут все почти так, как я помню, – поделился Аластор, проводя пальцем по маленькому столику у стены. Рядом с ним стояла кровать на крошечных ножках, и я задалась вопросом, как она еще не развалилась. На ней лежал скомканный плед. Обычный бордовый плед крупной вязки, но почему-то я испытала непреодолимое желание пощупать его.

– Ничего, что принц ходил по комнатам слуг? – спросила я, медленно подходя к кровати. Резной подголовник прислонялся к стене вплотную, и узоры на нем показались мне тоже знакомыми. У ведьмы в комнате были такие же? Вряд ли. Солнце, вырезанное по дереву, его витиеватые лучи, расходящиеся по всей поверхности, и маленькие засечки.

– Тетушке стало сложно приходить ко мне, когда срок ее стал больше, она еле передвигалась. А я был капризным ребенком, – он усмехнулся, а потом подтянул одиноко стоящий посреди комнаты стул и поднялся на него, чтобы протереть оконце рукавом своей рубашки. – Я был здесь всего однажды. Но счастье переполняло меня, когда няня наконец привела меня повидаться с ней. Только вот ее муж… – принц поджал губы. – Наверное, он боялся, что я буду обнимать ее слишком сильно, и стоял надо мной коршуном. Или остерегался моего проклятия. А может, прознал, что я обещал жениться на его жене, когда вырасту, – Аластор захохотал. – Ты, наверное, думаешь, что я был требовательным?

– Не думаю. Ты и сейчас такой.

Комнатку вновь заполнил бархатистый смех принца. Я заметила, что здесь, в окружении вещей, которые принадлежали людям, которых он когда – то любил, принц стал раскованнее и чаще улыбался.

– Я просто не мог заснуть без ее колыбельной.

– Вот как, – сказала я, почувствовав легкое головокружение. Слюна стала вязкой, и я сглотнула, оттянув ворот плаща от шеи. Странное чувство преследовало меня вот уже несколько мгновений с тех пор, как мы перешагнули порог этой комнаты, и от него никак не получалось отмахнуться. А потом Аластор запел. Тихо, улыбаясь свету, что лился из окна теперь без преграды.

 
– Свет звезды стучит в окно,
Так у нас заведено.
Носик прячь под одеяло.
 

– Завтра день начнем сначала, – продолжила я, перестав дышать. Я слышала, как кровь шумит в ушах, а Аластор счастливо улыбнулся и продолжил:

 
– Спряли нам лучи светил
На сегодня много сил.
Чтоб мольбам богини вняли,
Их в веках мы прославляли.
Свет звезды стучит в окно,
Спят все малыши давно.
Спи и ты, мой нежный лучик,
 

– С тобою будем… – я сглотнула и подняла глаза на принца – он казался размытым, – неразлучны…

Аластор подошел ближе и положил ладонь мне на щеку, и только теперь я почувствовала на ней холодные дорожки слез.

– А говорила, у нас с тобой нет ничего общего.

– Я знаю ее, – прошептала, воскрешая в памяти тихий мелодичный голос женщины, что пела ее мне в далеком детстве.

Принц начал что-то говорить, но я уже не слышала его. Я знала эту колыбельную, знала эту служанку. Знала ее голос и запах. Знала эту комнату, это место, этот плед и этот свет из окна. Это былмой свет. Мой. Мир рушился внутри меня, голову простреливало болью по мере того, как я вспоминала еще и еще, а рядом стоял ничего не понимающий Аластор.

Люцитор соврал. Мог ли он не знать? Правда ли я появилась в этом мире случайно?

– Аластор, как она выглядела? – мой голос был похож на хрип умирающего, но парень все равно разобрал слова.

– Обычная женщина, – пожал плечами принц. – Полная, с добрым лицом.

– А, – я сглотнула и потрясла головой. – он? Ее муж, Аластор. Куда они бежали, когда началась война?!

Мне нужно было схватиться за что-то еще помимо моих странных чувств, обрывочных воспоминаний и песни. Что-то еще! Хоть что-то!

– Что-то случилось? – обеспокоенно спросил принц, и я мотнула головой.

– Я! – выкрикнула я бессвязное, а потом схватилась за руки принца. – Она… Посмотри на меня. Помнишь, ты сказал там, в саду, что я напомнила тебе кого-то из твоего детства? Это была она?!

– Сейчас, когда ты сказала… – он нахмурил темные брови, вглядываясь в мое лицо, и глаза его загорелись узнаванием. – Ох… Если бы ты была полнее, то… Только ее волосы были темны, а вот у мужчины… – принц тронул прядь моих волос, и кадык его дернулся.

Женщина, что здесь жила, была моей… мамой? Ребенок, что отнял ее у одинокого маленького Аластора, – это я? Я забрала эту колыбельную для себя, а потом что-то… или кто-то забрал у меня моих родителей. Но если это так…

Я не успела подумать, как это было возможно – лавина чувств хлынула на меня с новой силой и потопила под собой, стирая все, во что я верила. Я больше не знала, кто я такая. Сердце едва не разрывало грудную клетку, а ладони стали мокрыми. Я зажала рукой рот, пытаясь сдержать тошноту.

– Аластор, – горло словно пережали, воздуха не хватало, и я начала задыхаться.

– Дыши! – голос принца доносился до меня словно через толщу воды. Я видела, как шевелятся его губы, но не могла разобрать слов. Он плыл перед глазами, как и вся комната вокруг. Моя комната?

– П… Помоги мне, – проскрипела я, хватаясь за его одежду. Я нуждалась в том якоре, что вытащит меня.

– Да что же это… Смотри на меня, смотри! – Аластор вцепился в мои плечи и встряхнул несколько раз, со страхом вглядываясь в мое лицо. – Смотри на меня. Я здесь, с тобой.

Я отклонилась. Сердце билось так громко и сильно, в глазах потемнело, и мне казалось, я умираю. А потом Аластор громко чертыхнулся, встряхивая меня в последний раз.

– Смотри! На! Меня!

Губы принца оказались теплыми. Последнее, что я увидела, – это его распахнутые от удивления глаза, прежде чем я крепко зажмурила свои. Словно он и сам не ожидал от себя того, что сделал. Аластор застыл ровно на секунду, а потом его руки прижали меня к себе крепче. С губ его сорвалось рычание, а потом я обнаружила себя почти сжатой между твердым телом принца и стеной позади. Я толкнула парня в грудь, разрывая поцелуй, и Аластор с настойчивостью потянулся за мной.

– Я думала, я умру, – шепнула я ему в губы, пытаясь отдышаться. – Спасибо.

– Я отведу тебя к лекарю. И если я правильно понял… – принц выглядел смущенным. – Слуги, жившие здесь, были твоими…

– Молчи, – тут же оборвала его я, зажмурившись. – Я не готова говорить об этом сейчас. Все уже прошло, со мной все в порядке.

В голове немного прояснилось, и я стыдливо опустила глаза, обнаружив на себе горящий взгляд королевского наследника. Его руки все еще были на моей талии и сжимали ткань платья.

– Но… У нас осталось несколько минут, и я должна идти.

– Сегодня ты останешься со мной до рассвета.

– Ошибки ничему тебя не учат, Аластор, – попыталась отшутиться я, но серьезное лицо принца сигналило о беде. – Немедленно прекрати!

– Прекратить что? – вкрадчиво поинтересовался Аластор, и я застыла.

– В-вести себя так. Это пугает.

Принц помотал головой, выглядя при этом совсем расстроенным, но меня это успокоило.

– Я готова. На брачный ритуал, – сказала я, отводя глаза в сторону, и Аластор вскинул голову. А потом на его лице расползлась хитрая улыбка.

– Я знал, что мои поцелуи хороши, но чтоб настолько… Ты быстро передумала.

– Это не из-за него! – тут же вспыхнула я. – Возможно, наше тесто не такое уж и разное, как мне казалось…

Я сделала глубокий вдох. Мне срочно требовалось увидеть Люцитора. И вытрясти из него ответы.

– Тогда почему ты не хочешь остаться со мной еще?

– Потому что… – я закусила губу, – мне есть что скрывать, Аластор. Что-то, что может напугать тебя и оттолкнет. Если это произойдет, я…

Парень взял мое лицо в ладони и поцеловал в лоб.

– Что бы это ни было – мне нет до этого дела. Пока ты рядом со мной.

Я отпустила страх. Отпустила сомнения и доверилась себе и своим чувствам. Всю свою жизнь я мечтала узнать о родителях хоть что-то, крупицы информации, но и такая мелочь была мне недоступна. Мысли о том, была ли я любима, была ли желанным ребенком, почему они исчезли, терзали меня с детства. И даже бабушка, казалось, совсем ничего не знала. Я не смогла их отыскать, но нашла кое-что большее. Теперь я знала свои корни, ступала по земле, по которой когда-то ходили они, дышала воздухом, что наполнял их легкие. Я больше не была одна. Осознание этого переполняло все мое нутро. Окрыляло. Казалось, сейчас я могу все и даже больше. Пусть я и не знала, куда злая судьба занесла моих родителей, между нами образовалась нить.

Но вместе со вкусом счастья пришел привкус горечи.

Если бы отец Аластора не заставил свой народ бежать от войн, я бы росла здесь? Бок о бок с Аластором. Возможно, смогла бы избавить его от проклятия еще давным-давно, не терзалась бы мыслями, достойна ли я и не умру ли. Мы могли влюбиться друг в друга без препятствий, лжи и масок. Просто потому, что предназначены друг другу.

Аластор привел меня сюда случайно.

Он показал мне мое прошлое, а я хотела сражаться за его будущее.

– Я не могу рассказать тебе всего, – сказала я, набираясь мужества. – Но могу сделать кое-что иное.

Я протянула парню руку и серьезно посмотрела прямо в его глаза. Они снова были темны, намек на синеву моря исчез из их глубины и оставил мне черный омут.

– Пойдем туда, где все началось, Аластор. Знай, что я не желала зла ни тебе, ни кому-либо еще, не хотела никого обманывать, ладно?

Лицо принца посмурнело.

Он кивнул и сжал мою ладонь в своей, не произнося ни слова.