Текст книги ""Фантастика 2026-122". Компиляция, Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Абрам Палей

Эпилог

После замечательного ужина, на котором познакомились Сония и Бруно, Дамиан наконец-то стал относиться к отцу немного теплее. Стал разговаривать с ним и когда отец собрался уезжать обратно в Инсанию, предложил ему продать там свое имущество и переехать в Таклин. Бруно в тот день так расчувствовался и извинившись за то, что был таким упрямцем, на прощание обнял сына. Я даже слезу пустила. Настолько трогательно это было. В квартире у Арда закончился ремонт, и они с Минной все чаще стали ночевать там. Подруга не хотела насовсем переезжать от нас. Она старалась днем быть как можно чаще со мной, зная о том, что осенью у нее начнется учеба и тогда мы будем редко видеться. Мне наняли репетитора, и я уже горела желанием как можно скорее подтянуть минимальные школьные знания, чтобы в следующем году тоже пойти в академию. Сония меня поддержала и даже предложила нарисовать мой будущий храм по моим словам. В голове я перебрала столько вариантов, но глянув на свое обручальное кольцо, решила сделать мой храм золотым. А что? В Индии есть Золотой храм, а тут точно такого нет. Тем более золото у них не в цене. После нашего разговора о том, что я примерно уже знаю, чего хочу, Дамиан выкупил бывший дом Ригли и перед тем, как его снести пригласил нас с Сонией в последний раз посмотреть на него. Сония плакала. Мне было невыносимо ее жаль. Я понимала о ком она плачет, но я могла лишь быть с ней рядом и разделить на двоих ее горе. Мы прошлись по всем комнатам и когда я напомнила ей о том, что у нее теперь новая жизнь, а прошлое нужно отпустить, она вышла на улицу и неожиданно крикнула строителям:

– Сносите его к шхановой матери!

Такая уверенная в себе Сония мне нравилась. Кнуд окружил ее заботой, и она рядом с ним словно расцвела. Даже Дамиан это заметил. Местные Боги меня не тревожили. Яра я тоже не видела до тех пор, пока меня утром не стало выворачивать. В тот день Дамиан уже был на работе, а я поздно встала и неважно себя чувствовала, спустившись на завтрак я только глянула на яичницу и рванула к унитазу. Вот тогда Яр возник рядом со мной и облегчил мои страдания. Он рассказал, что ребенку нужна его подпитка, поэтому он будет приходить раз в несколько дней. Вечером меня ждало какое-то невообразимое торжество. Приехали почти все, кого я знала. Они поздравляли нас с Дамианом, дарили подарки, а Норвал, как всегда, был в своем репертуаре. Его очень интересовала моя беременность с научной точки зрения. Я пообещала приезжать к нему два раза в неделю и тогда он наконец-то расслабился и позволил себе выпить бокал местного шампанского, название которого я так и не смогла выговорить. Больше всех радовалась Ингрид, она с такой любовью смотрела на своего приемного сына, ведь она и вправду была ему как мать. Я бы даже сказала самая лучшая мать, ведь она смогла вырастить целого командора, который, кстати, теперь стал Верховным. Эту должность ввели сразу же после суда над Вильосом. Весь Совет теперь возглавляет мой муж! Все были рады таким изменениям, кроме меня, потому что я стала видеть его на два часа меньше. Он приходил уставший, правда обещал, что через пару месяцев все утрясется и он будет целиком мой. Вильоса по нашей с Сонией просьбе посадили на пожизненное, а вот Йон не дожил до своего суда. Когда прошло достаточно времени и мой живот было уже не скрыть, Сония вдруг захотела навестить его. Я удивилась, но не смогла отказать. Дамиан пытался меня отговорить, чтобы я лишний раз не переживала, но я не могла отпустить туда Сонию одну. Приехав на место, она не разрешила Кнуду идти с нами и вот когда нас проводили в помещение куда привели заранее заключенного, мы не узнали в том человеке, что, сгорбившись сидел на стуле того высокомерного жестокого Вильоса, что знали раньше. Коротко подстриженные абсолютно седые волосы, впалые глаза и щеки, плотно сжатые губы. Не было той идеально подстриженной бороды и с таким гладким подбородком он выглядел очень странно. Подойдя ближе, я даже разглядела родимое пятно в виде галочки, какое было у Киры на виске. Вильос смотрел перед собой и не реагировал на голос конвоира, который приказывал ему встать.

– Грэг, – тихо сказала Сония и вот тогда он поднял свой взгляд. От увиденного у него расширились глаза, и он вскочил на ноги, но подойти не смог, так как был прикован к железному стулу, на котором сидел. Он жадно рассматривал Сонию и лишь потом перевел свой взгляд на меня. Увидел мой живот и улыбнулся.

– Зачем пришли? – спросил он хриплым голосом. – Нравится увиденное?

– Не нравится, – ответила я.

– Ну прости, дочь. Храмовники тебя не донимают?

– Нет. Это я теперь их донимаю.

– Молодец. Моя кровь.

– Не твоя, – вдруг сказала Сония, за что получила от него укоризненный взгляд. – Я шла сюда с мыслью сказать тебе все что я думала все эти годы и особенно последние месяцы, но увидев тебя я не хочу этого делать. Просто живи, Грэг. Теперь тебе есть о чем подумать, а я научилась уже не вздрагивать, вспоминая тебя, но скоро я вообще не буду о тебе думать, ты мой страшный кошмар, который утром уходит вместе с солнцем. А для меня наступило уже утро и теперь у меня есть свое солнце. Прощай, – грустно сказала она и взяв меня за локоть потянула к выходу.

Вильос стал дергать свои наручники, а затем крикнул как раненный зверь:

– Сония! Прости меня. Кира!

На улице нас ждал Кнуд, который как недавно оказалось, на самом деле был Ланс. Это имя мне больше нравилось, тем более он скоро станет моим отчимом. Ланс приобнял Сонию и посмотрев в ее сухие глаза, молча усадил в авто.

– Как все прошло? – шепнул он, провожая меня к моему водителю и охране.

– Нормально. Я не знаю для чего она хотела встречи, но думаю, что она всё для себя уже решила. Свози ее сегодня в оранжерею или в картинную галерею. Ей нужно осмыслить увиденное.

Приехав домой, я позвонила Ивару, рассказать о встрече с Кириным отцом. Друг мой был тоже против того, чтобы мы навещали этого злодея, поэтому ждал с нетерпением моего отчета. С Иваром мы теперь созванивались и виделись намного чаще чем раньше. Две недели назад он женился. Его жена – девушка милая, но очень ревнивая. На церемонии она глаз с него не спускала и следила за тем, чтобы мы не дай бог не уединились где-нибудь в закутке. О моей беременности на тот момент знал только очень близкий круг моих знакомых и как раз Ивару я собиралась сообщить об этом на церемонии. Платье на мне было свободное и воздушное, поэтому весь праздник ни у кого даже мысли не возникло о моем интересном положении. Розана познакомила меня с остальными сестрами. Их дети носились по всей территории и устраивали мелкие пакости друг другу. Я улыбалась, глядя на это. Интересно, мой Инг тоже будет таким озорным мальчишкой?

В разгаре танцев я наконец решила поговорить с моим другом. Поймав его взгляд, я махнула рукой показывая на комнату для отдыха. Ивар кивнул и шепнув что-то на ухо своей супруге, прямиком пошел туда. Марит поджала губы глядя на нас с Дамианом. Я улыбнулась ей в ответ и взявшись за руку моего мужа, специально пригладила платье, показав свой живот. Выражение ее лица сразу изменилось, и она явно выдохнула от облегчения. Об этом я конечно же рассказала Дамиану. Тот только посмеялся и проводив меня к Ивару, остался ждать в коридоре, потому что как только он оставался один к нему сразу же подходил кто-нибудь из гостей и пытались познакомиться поближе. Ведь просто в городе встретить такого человека совсем не реально, а на прием записаться нужно ждать почти месяц. А тут сам Верховный командор и на свадебной церемонии простого правоохранителя!

– Как и говорила Богиня, ты нашел свою судьбу, – сказала я, закрывая за собой дверь.

– А когда это она тебе говорила?

– На моей церемонии с Дамианом. В храме.

Ивар задумался на пару секунд, а потом рассмеялся своим заразительным смехом.

– Ты не поверишь! Я ведь ее в тот же день и встретил. Дверью чуть не убил правда.

Усадив меня на диванчик, он рассказал про Марит и про то, что он оказывается ее знал еще с юности.

– Вот видишь, от судьбы не уйдешь, – смеясь сказала я и положила руку на живот. Ивар замер, глядя на мою округлость. Надо было видеть спектр его эмоций на лице. Но он держал себя в руках и трогать меня не спешил, просто сказал как он рад и хотел бы обнять, но откровенно теперь боится.

– Я ж не хрустальная! – воскликнула я и встав, сама его обняла.

После церемонии они с Марит стали частыми гостями у нас в доме. Дамиан снисходительно к нему относился и делал вид что Леннс ему безразличен, хотя как сам организовал ему повышение по службе и подарил им небольшой домик в том районе, где учится его жена. Вот такой щедрый у меня муж. Познакомившись поближе, мы очень сдружились с Марит. Она рассказала свою версию знакомства с Иваром и то, как она влюбилась в него, когда он был еще студентом, а она тощим подростком. И про свою ревность рассказала, а я успокоила ее тем, что, между нами, ничего не было. А еще мне было забавно видеть ее реакцию на мой внешний вид, когда однажды она приехала ко мне утром. Я вышла к ней в халате и без платка на голове. Увидев волосы чуть ниже плеча и мои разноцветные глаза, она уточнила точно ли это я. Еще бы! Она видела меня всегда при параде. С накладными волосами, макияжем, синими линзами, в красивых нарядах и туфлях на невысоком каблуке, а тут вышла пузатая коротышка с неприличной длиной волос. Пришлось ей рассказать, как мы познакомились с Иваром и тем самым обзавелась еще одной преданной подругой. Минне тоже понравилась жена Ивара. Она взвалила на нее нелегкую задачу подготовить меня к поступлению в академию, помимо репетитора, с которым у нас совсем плохо шло обучение.

С Дамианом у нас было все просто замечательно. Ингрид научила меня готовить любимые блюда моего мужа, и я с нетерпением ждала его вечерами. В выходные он возил меня на различные мероприятия, какие мы должны были посещать в связи с его статусом, а иногда увозил за город к озеру Рица, возле которого успел купить дом. Я была счастлива в те моменты, когда мы были лишь вдвоем. Дамиан знал о Яре. Я ему сразу сказала, что он меня навещает, точнее нас навещает. У меня не было от мужа никаких секретов, поэтому я всегда говорила в какой день был Яровит, а этот хитрец приходил ко мне днем, пока Дамана не было. На глаза Ингрид и охране понятное дело не показывался. Поначалу я вздрагивала, когда он появлялся в комнате или в моей кровати, пока я спала после ухода Дамиана, но он никогда не позволял себе лишнего. Пошлости говорить это да! Он мастер в этом деле, но целоваться не лез и руками кроме живота нигде не трогал. Нагло задирал мне сорочку и прикладывал свои горячие ладони к малышу, а тот, чувствуя отца, сам тянулся к нему. Уже на поздних сроках, когда он слишком буйствовал и устраивал дискотеки в моем животе, причиняя мне боль, я сама несколько раз звала Яра и тот сразу приходил. Положит ладонь мне на живот и мелкий сразу затихает. Когда я уже стала ходить как пингвин и быстро уставать, Ингу требовалось больше подпитки, и он мог теперь сам меня переносить к отцу. В первый раз я испугалась, обнаружив себя посередине ночи в кровати Яра. Тот невозмутимо гладил мой живот и улыбался. Так происходило несколько раз пока не произошел конфуз. Я проснулась от женского визга, открыв глаза я увидела, как с кровати Яра вскакивает его очередная рыжая красотка. Она, прикрывшись тем, что валялось на полу пыталась разглядеть что появилось в кровати во время их игрищ. Яр даже не стал прикрываться, он приказал девушке уйти, а меня уложил обратно, потому что я уже пыталась сползти с кровати. Лежать с возбужденным мужчиной и делать вид что ничего такого не произошло было еще то испытание.

Инг родился за день до Кириного дня рождения. Четырнадцатого числа месяца Первоцвет. С самого утра нас поздравляли все кому не лень. По всем каналам разлетелась новость о наследнике Верховного командора. Норвал поставил тройную охрану. Репортеры просто ломились в больницу. Мне пришлось даже позвать Яра и попросить угомонить этих людишек, как иногда он называл всех нас. Инг родился беленький, цвет глаз пока голубой, но, когда подрастет не известно чьи гены вылезут. Зеленые как у отца или все же мои. Погладив по голове своего малыша, я выдохнула от облегчения, потому что Яр был со светло-каштановыми волосами, а Дамиан с темно-коричневыми. Сын скорее всего будет блондином и глядя на меня ни у кого не возникнет вопросов. Обращаться с младенцами я уже умела. Тиза тяжело перенесла роды, и мы с Ингрид по очереди нянчились с маленькой Радой Полди. Девочка была для нас радостью, поэтому они и прислушались к моему мнению как ее назвать. Я тут скоро введу в моду земные имена. Леопа с семейством поселились рядом с Сонией. Маленькая Ирина была вылитая Снор. Так я обрастала новыми родственниками и новыми способностями, которые стали проявляться уже через неделю. Однажды ночью я почувствовала, как умерла Жива. Просто стало невыносимо грустно и пусто на душе, а потом меня выкинуло на ту самую поляну и возле меня стоя на коленях появились полиморфы. Они были все одинаковыми. Тощие человекообразные тела, словно слепленные из разноцветного пластилина. На головах не было волос и не было лиц. Один из них медленно протянул мне руку, и я почувствовала, что это Хорс. Шагнув к нему, я вложила свою ладонь в его переливающуюся разными цветами руку, и он вспыхнул так ярко, что я зажмурилась, а когда открыла глаза, то его уже не было. Повернувшись к остальным, я не знала, что сказать. Вопросов было много, но какой задать первый я не могла определиться. Вдруг они поклонились еще ниже и исчезли, а я проснулась в своей кровати. Никаких знаний Жива мне не передала, и как позже мне объяснил Яр, что я сама виновата, нужно было не закрываться тогда от них. Теперь я познаю магический мир путем проб и ошибок, но Яр помогает чем может. Инг видя отца начинает дрыгать ножками, махать ручками и улыбаться, а вот когда его на руках держит Дамиан, то малыш просто замирает и как будто разглядывает того, кто будет его отцом. Яровит обрадовал меня тем, что теперь он будет реже приходить и как только поймет, что малыш окреп, совсем перестанет появляться.

Строительство храма началось сразу же как местные архитекторы согласовали между собой наш с Сонией эскиз. С появлением Божественной силы я устроила храмовникам представление и те, кто был чист душой остались служителями в храмах, а остальных я разогнала. Еле отговорила Дамиана не наказывать их. Пусть привыкают теперь к новой жизни. Однажды утром, когда я кормила Инга почувствовала, как умер еще один старец на этой планете. Старичку было сто тридцать шесть лет, но тут же в Кантае родился новый. Закрыв глаза, я дала ему свое благословение и вспомнила, что обещала навестить Тезаиру. Она уже совсем оправилась от болезни и осталось только одно напоминание о ней – это короткий ежик русых волос на голове. Райд после того, как Дамиан предупредил его о смещении с должности завязал с алкоголем и уехал в свой округ. После смерти Живы песок стал освобождать города и появилась зелень. Некоторые реки сменили свои направления и разветвляясь стали питать засушенные районы. Люди начали возвращаться в свои покинутые города и Райду прибавилось забот. Я старалась не афишировать людям свои способности, но несколько тяжелобольных людей в больнице Норвала все же вылечила. Я узнавала сначала про семью этого человека и принимала сложные для себя решения. Если считала, что этот человек очень нужен своим детям и родственникам, то лечила его мгновенно, а если вмешивался Чернобог я оставляла ему эту душу. Кощей был странно послушен, он был вежлив и учтив, но я не подпускала его близко. Слишком опасное существо.

Когда Ингу исполнился месяц, приехал Бруно. Привез кучу подарков и сообщил, что продал всю недвижимость в Инсании и теперь он займется воспитанием внука. Дамиан успокоил меня тем, что через неделю новоявленный дед сбежит, выдумав срочные дела, как, собственно, и произошло, но у Инга было столько нянек, что порой мне приходилось отбивать его чуть ли не силой. Через месяц к моему строящемуся храму потянулись паломники. Они мешали строителям тем, что устраивали прямо на дороге палаточный лагерь. Пришлось приютить всех в главном храме и вот тут я увидела старца. Его принесли на носилках его правнуки. По рыжим кудрям этих мужчин я поняла, что они прибыли из Таралии. Сев рядом с ним, он молча взял меня за руку. В голове мгновенно пролетела его жизнь и те воспоминания что вложила в него Богиня. Все-таки не совсем она была бессердечная. Она показала мне как сама стала Живой и что ей пришлось пережить. Показала основные запреты, которые нельзя нарушать, живя в человеческом теле и самое главное показала, как она путешествовала по мирам. В тот же вечер я решилась попробовать попасть домой. Мне хотелось увидеть родителей. Обдумав как лучше сделать, решила сделать это днем, когда возле Инга полно нянек. Как раз должна была Сония приехать и Минна обещала заглянуть. Всю ночь готовилась к встрече, придумывала что я скажу отцу, а что маме. Но когда настал день, я просто не смогла. Ничего не получалось. Решив, что я еще не готова к такому, оставила свои попытки на потом. И вот моему капризуле уже четыре месяца, а спать один в своей комнате он так и не хочет. Яр, как и обещал на глаза нам не показывался, а Дамиан, наоборот, набрал помощников и мог теперь себе позволить поехать в Совет не раньше обеда. В один из таких дней, когда муж с утра был еще дома, а Минна с Ардом ночевали у нас, я проснулась «разбитым корытом». Муж мой забрал сына и дав мне немного поспать, носил его по всему дому. Ночью у него поднялась температура, он куксился и плакал не переставая. Так что я провела ночь таская на руках маленького страдальца. Утром Минна намазала ему десну специальной мазью, потому как причиной этого недомогания стал первый зуб. Промаявшись до обеда, решила звать Яра, заранее отправив женщин в магазин. Предупредила Дамиана о своей затее, чмокнула в щеку мужа и проводив его до авто, мы с сыном отправились звать на помощь. Яр как всегда сразу появился. Инг радостно задрыгал ногами, чуть ли не вырываясь с моих рук. Яровит тут же потянул руки навстречу, улыбаясь своей невероятной улыбкой. Папаша из него просто идеальный, он подхватил своё чадо, потискал, покрутил вокруг себя и чмокнув в пухлую щеку положил в кроватку. Инг попытался возмутиться такому, но Яр прикоснулся указательным пальцем в то место откуда собирается вылезти зуб и малыш сразу же умолк, улыбнулся и начал засыпать.

– Ты тоже так можешь, – прошептал он, беря меня за руку.

– Научи, – шепнула я в ответ и глянув на то, как Инг уже спит, улыбнулась своему спасителю.

– За ночь с тобой, – лукаво произнес он, поднеся мою руку к своим губам.

– За две не хочешь? – прошептала я, пытаясь забрать свою руку из его захвата.

– Хочу. Я вчера был с блондинкой и представлял тебя.

– Попроси Кощея принять мой облик и развлекайтесь сколько влезет.

– Ты как всегда, – разочаровано выдохнул он. Пойдем покажу как пользоваться силой.

Он уложил меня на диван, который стоял возле кроватки Инга и предупредил что я услышу если сын проснется.

– Расслабься и перестань думать обо мне, настрой сбиваешь, – прошептал он и надавил мне большим пальцем на лоб. – Вспомни те ощущения, когда ты отдавала искру. Да перестань ты думать обо мне, не буду я к тебе приставать! Сосредоточься. Всё, я ухожу, дальше сама.

Я раскрыла глаза и увидела, как вокруг меня колышется воздух. Подняла руку с желанием потрогать то, что вижу и заметила тонкую пленку, которая словно обтягивала мое тело. Лоб болел в том месте куда нажал Яр и я, посмотрев на свою руку представила, как посылаю свое тепло. Ну да, похожее я ощущала, когда лечила людей, но все как-то иначе. Вдруг меня посетила мысль что в таком состоянии я могу повидаться с родителями и тут же усиленно стала представлять моего папу. Вот он сидит в своем любимом кресле. В правой руке держит пульт от телевизора. Затем свою комнату и вдруг поняла, что я ее не представляю, а именно вижу. На столе раскрыта тетрадь по истории античности, к которой я готовилась как раз перед аварией. На кровати лежат вещи мною кинутые в спешке. Я прекрасно помнила тот день. Вадим позвал меня покататься на мотоцикле и сказал, что заедем к его другу Антону за деньгами, которые он ему занимал. Увы больше я не вернулась в эту комнату. Окинув еще раз свой заваленный книгами стол, пошарпанный стул и свою теперь уже не привычно маленькую односпальную кровать я поспешила выйти, чтобы найти родителей. Не сразу я поняла, что на дворе ночь. Видимо опять у меня светятся глаза, и я прекрасно вижу в темноте. Тихо заглянув в зал, я прошла в спальню родителей. Они мирно спали каждый на своей половине, отвернувшись друг от друга. Мне не хотелось их будить, но и уходить тоже не хотелось. Подошла к стулу, который испокон веков стоял на этом месте, отодвинула его от стены и села, разглядывая родительскую спальню. Я уже стала забывать, как она выглядит. Повернув голову к кровати, я увидела, что проснулся отец. Он медленно повернулся и осознанно посмотрел на меня.

– Ты меня видишь? – спросила я, на что он утвердительно кивнул.

– Пап, ты, наверное, подумаешь, что это сон. Пусть будет так. Я не хотела тебя пугать, но я так скучаю по вам.

Отец медленно приподнялся и сел поудобнее, затем потянулся за очками, не отводя от меня взгляд и надев их внимательно стал меня разглядывать. Я тут же глянула на себя чтобы понять какую он меня видит и удивилась тому, что я была как раз одета в джинсы и широкую футболку с синими полосками, именно это я надела в день аварии. Подняв голову, я посмотрела в окно и увидела луну. Желтую, так мною любимую. Ее яркий свет освещал комнату так хорошо, что я видела, как дышит мама. Папа почему-то молчал, но взгляд не отводил. Тогда я улыбнулась и решила все ему рассказать. Я торопилась, боялась, что не смогу тут пробыть долго, поэтому упускала незначительные подробности, но все же я рассказала о том, как я счастлива теперь. У меня есть любимый муж, сын, подруги, друзья и самое главное то, что я стала Богиней своего мира.

– Папа! Я могу лечить людей! Я отдаю им частичку себя, и они выздоравливают!

Вдруг я услышала детский плач. Ну вот, Инг проснулся.

– Прости, меня сын зовет. Сегодня всех нянек отправила по магазинам, так что присмотреть сейчас за ним некому, – улыбаясь сказала я и встала со стула. – Маме можешь не рассказывать, она все равно не поверит, но знай, я люблю вас очень сильно и скучаю каждый день. Простите меня что вас бросила, но я не хотела и не вини Вадима пожалуйста. Я, кстати, его тоже видела, у него ребенок уже в садик ходит в тот самый что ты меня водил. Все, мне пора, Инг прямо надрывается…

Не успела я еще что-нибудь сказать, как оказалась в своей комнате. Малыш заливался в своей кроватке, я подскочила с дивана и взяла маленькую привереду на руки, и он сразу же замолчал, растягивая рот в улыбке.

– Что ж ты мне не дал с твоим дедушкой поговорить подольше? Вот подрастешь и мы с тобой попробуем переместиться к ним, и я вас обязательно познакомлю. Он самый лучший дед на свете! – говорила я качая на руках белокурого капризулю.

Предупреждаю! Те, кто любит Хэппи энд дальше не читайте!!!

В одной из больниц одного из северных городов России в обычной реанимационной палате лежала молодая девушка девятнадцати лет, подключенная к системе жизнеобеспечения. Вчера она попала в аварию вместе с молодым человеком, который погиб на месте, а ее успели доставить в больницу, но вечером из-за тяжелой травмы и сильного отека произошла смерть мозга.

В палату вошел главный врач этой больницы и проверив показатели только вздохнул, глядя на девушку, которую смерть решила забрать в столь юном возрасте. Вскоре раздался стук в дверь, заставивший врача обернуться.

– Здравствуйте, где мне можно найти Лаоха Евгения Степановича? Мы по телефону с ним договаривались на это время. Я Самарский Игорь Викторович.

– Здравствуйте, это я. Прошу проходите.

Мужчина не смело шагнул в палату и замер, глядя на свою дочь. Его девочка была уже мертва, и он знал об этом, потому как ночью она приходила к нему во сне и попрощалась, рассказав, как всегда, невероятную историю. Она всегда была большой фантазеркой. Сколько разных историй она рассказывала ему в детстве, а сколько игр она устраивала во дворе, и сколько находила приключений с соседскими мальчишками на даче… Игорь Самарский обожал свою дочь и был откровенно против того что она начала встречаться с одноклассником, который был слишком избалован своими родителями, но и его теперь нет, так что свою обиду, злость, отчаяние он не мог вылить ни на кого.

– Игорь Викторович, я Вам забыл вчера сообщить о беременности Вашей дочери. Пять недель… Если бы срок был больше, то мы могли бы попытаться продержать тело еще недель двадцать, но тут огромные риски, вы сами понимаете. Да и ребенок будет слишком слаб и большая вероятность инвалидности. Вы с супругой уже в возрасте и вам тяжело будет тянуть это все. Хотя кто я такой чтобы Вас переубеждать. Вы можете поговорить с другими специалистами, но время идет на часы, люди в очереди стоят годами. Все же предлагаю тот вариант что мы с Вами обговаривали вчера. Вы обдумали мое предложение? – тихо произнес Евгений Степанович.

– Да, мы с женой подпишем все бумаги. Мы разрешаем трансплантацию органов. Мы хотим, чтобы хоть какие-то частички нашей дочери пожили на этой Земле и пусть в чужих телах. Она бы сама этого хотела. Ира очень добрая девочка, – сказал мужчина и наклонившись взял девушку за руку, чтобы в последний раз ощутить ее теплую ладонь.