Текст книги ""Фантастика 2026-122". Компиляция, Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Абрам Палей

Соавторы: Квинтус Номен,Владислав Порошин,Ада Лисовская,Дмитрий Чайка,Антон Панарин,Елена Галунец
сообщить о нарушении

Текущая страница: 188 (всего у книги 350 страниц)

Глава 22

Между тем, молчание затягивалось. Нужно было что-то говорить, однако известие о гибели аж шести десятков наших предшественников придало разговору определённый колорит. Выражаясь конкретнее, намечающийся договор дурно попахивал.

– Допустим, мы принесём кристалл, – осторожно начал я, и Рагнар бросил на меня предупреждающий взгляд.

Марта подалась вперёд.

– Допустим.

– И за него мы получим рекомендацию, убежище и полный пансион на время выполнения задания, – принялся перечислять я. Кажется капитан хотел предупредительно дёрнуть меня за одежду, чтобы я не зарывался, но не успел. – И ещё на неделю после нашего возвращения.

На лице Марты, тем не менее, проступал определённый интерес. Так профессиональный торгаш смотрит на человека, осведомлённого о реальной стоимости товара, который он хочет приобрести или продать. С одной стороны это вызывает досаду, с другой – только делает торг интереснее. Поэтому я решил ковать железо, пока оно горячо:

– А ещё – новую руку для Рагнара… за твой счёт.

Марта прищурила единственный глаз.

– Два дня после возвращения. И ни часом больше.

– Три.

– Два с половиной. И не получишь ни минуты сверху.

Я протянул руку. Марта пожала её – хватка была как у кузнечных тисков. В прошлой жизни со мной здоровались за руку генеральные директора и топ-менеджеры – но ни один из них не жал с такой силой. Пальцы хрустнули, но я не поморщился – вопрос репутации и принципа.

– У вашей команды будут комнаты в моём доме, – Марта разжала хватку. – Еда, выпивка, бани. Лекарь осмотрит Рагнара завтра утром.

Она встала и подошла к карте. Палец, украшенный тяжелым золотым перстнем, упёрся в обведённую красным точку.

– Храм Утопленников. Три дня пути отсюда к северо-востоку. Немало подготовленных бойцов вошли туда, но ни один до сих пор не вышел.

Марта подняла глаза и посмотрела на меня. Без насмешки, без вызова. С чем-то даже похожим на уважение.

– Вы уверены?

Я обернулся к своей команде. Рагнар стоял, сжав руку в кулак так, что побелели костяшки. И пусть он качал головой, будто в сомнении, но в глазах читалось: «Делай что должен, сынок». Гелиос молча кивнул. Кашкай с невинным видом ковырял ногтем бок тяжелого серебрянного письменного прибора, стоящего на столе. А Сульфур уже набрал было воздуха для торжественной речи, но Рагнар вовремя сжал ему плечо.

– Уверены, – ответил я за всех. – Когда выдвигаемся?

Марта скупо усмехнулась, затем повернулась к Рагнару.

– Откуда ты его выкопал? – бросила она, кивнув в мою сторону.

– Он сам себя выкопал, – буркнул Рагнар. – Как обычно.

Железная Марта рассмеялась. Низким, густым смехом, от которого задребезжали лампы на стене. И я понял, что первый раунд переговоров мы выиграли. Остались сущие пустяки – выиграть следующий раунд в Храме Утопленников, где на карту будут поставлены наши жизни.

Подумать только – шестьдесят мертвецов за последний год. И один маг Воды, который планирует вернуться живым – ваш покорный слуга, бывший менеджер, а теперь – кризис-менеджер вселенского масштаба. Ничего нового, в общем-то.

Из кармана раздалось тревожное «Кули-кули». Акула чуяла неладное. И, честно говоря, я был с ней полностью солидарен.

Утро в Порт-Каракуме началось с грохота. Обстановка позволяла предположить, что это атака пиратских пушек, но это был всего лишь Кашкай, который уронил сковороду на каменный пол. Звон набатом прокатился по комнатам. Подскочив на кровати, я схватился за топор, но потом сообразил, что опасности нет.

Марта предоставила в наше распоряжение целый этаж: четыре отдельные комнаты, вырубленные в скале. Каменные стены, деревянные кровати с матрасами из верблюжьей шерсти. По меркам Пустоши это была настоящая роскошь. Правда по меркам моей прошлой жизни – общежитие при заводе, впрочем не стоило об этом думать.

– Духи велели приготовить завтрак! – бодро объявил Кашкай из коридора.

– Духи велели тебе не ронять посуду в шесть утра, – прорычал Гелиос из соседней комнаты.

Я умылся, оделся и составил план на день. Экспедиция в Храм Утопленников была назначена через двое суток, необходимых на сборы. Времени было мало, а подготовить предстояло многое.

Необходимо было изучить весь доступный материал о местной флоре, фауне и демонах, пусть даже это окажутся лишь легенды. Также нужно было запастись зельями, верёвками, факелами и прочими походными мелочами, без любой из которых предприятие может обернуться трагедией.

Ещё оставался открытым вопрос с составом команды: кто отправится в поход со мной, а кому лучше подождать нас здесь.

Пока же я отправился на предварительную разведку в одиночку, оставив Рагнара на попечение Гелиоса. К первому, как обещала Марта, должен был прибыть врач, чтобы осмотреть его и проверить возможность установки нового протеза; второму же было категорически противопоказано появляться на рынке – учитывая палатку торговца демонами. И она там наверняка не одна.

Так что паладин и рынок были несовместимы – как керосин и спички.

Рынок занимал целый ярус каньона. Десятки лавок, палаток и прилавков. Свитки, артефакты, амулеты, склянки с жидкостями. Торговцы зазывали покупателей, расхваливая свой товар.

Я напрямую направился к замеченной ещё вчера палатке Мубарака. Того самого, с вывеской про связывание демонов. Хозяин оказался тощим стариком с бородой до пояса и хитрыми глазами. Он сидел на подушке, окружённый стопками пергаментов.

– Добрый день, почтенный. Мне нужна информация о подпесчаных демонах, – начал я без лишних предисловий.

Старик прищурился и оценивающе оглядел меня.

– О каких именно, уважаемый? О Песчаных червях, например? Или о дюнных призраках? А может, о чём поэкзотичнее?

– Меня интересуют Левиафаны. Водяные демоны, привязанные к источникам воды, – я решил не скрывать своей осведомлённости, по крайней мере не изображать уж совсем кромешного невежу. Это должно было помочь направить разговор в нужное русло.

Мубарак перестал улыбаться. Хитрость в глазах сменилась настороженностью. Он наклонился ближе и понизил голос.

– Левиафаны, значит. Молодой человек, ты либо очень храбрый, либо совершенно безумный, – покачал головой старик.

– Будем считать, что одно не исключает другого, – спокойно парировал я.

Торговец хмыкнул, порылся в стопке свитков. Вытащил один, перевязанный красной нитью. Развернул на прилавке и начал объяснять.

Левиафаны – Древние Водяные элементалы. Не демоны в привычном смысле. Они существовали задолго до людей и магов. Суть их такова, что они привязаны к природным источникам воды. В древности считалось, что они являлись одновременно и хранителями, и частью водоёма. Убить Левиафана означало уничтожить источник. Связать, подчинить, запечатать одного из них – позволяло получить контроль над всей водой в его владениях.

– Это можно сделать при помощи специального артефакта? – напрямую уточнил я, с тоской вспоминая о потерянном Хрустальном Глазе.

Мубарак поднял мохнатую бровь.

– Если у тебя есть Око Ловца, то – теоретически – да. Но Левиафан в десятки раз мощнее обычного демона. Представь, что ты ловишь сетью кита. Может сеть и выдержит, вот только у рыбака оборвутся руки.

– Обнадёживающая аналогия, – хмыкнул я. Что-то расхотелось проверять этот метод…

– Я торгую знаниями, а не надеждами, уважаемый.

Я купил три свитка с описанием водяных элементалов. Заплатил пять золотых из остатков своих скромных средств. Свитки подробно описывали повадки Левиафанов, а также их сильные и слабые места. Их отпугивали и могли причинить хоть какой-то вред огонь, святое оружие и резкие перепады температуры. В остальном же они имели полный контроль над водой в радиусе своей территории, вледели регенерацией, а кроме того были разумны и хитры.

Последний пункт настораживал больше всего. Разумный противник опаснее сильного. В корпоративном мире я это усвоил на собственной шкуре.

Свитки я спрятал за пазуху и направился к таверне. Так как завтрака от Кашкая я так и не дождался, надо было перекусить и обдумать прочитанное.

Таверна «Ржавый якорь» располагалась на втором ярусе. Тесная, шумная, провонявшая жареной рыбой и кислым пивом – типичное портовое заведение. Я протиснулся через толпу матросов и нашёл свободный стол в углу.

Заказал рыбу и кружку местного пойла. Разложил свитки и вновь углубился в чтение. Левиафаны общались через воду. Могли создавать водяные щупальца, стены, копья. Упоминалось так же, что они могли менять давление жидкости, превращая мирный ручеёк в убийственный гейзер.

Я настолько увлёкся, что не заметил, как кто-то подсел напротив.

– Александр! Клянусь всеми шлюхами Стамбула, это ты!

Я поднял голову и на секунду потерял дар речи. За моим столом сидел Эмир. Живой, здоровый и загорелый, только чёрные кудри подстрижены короче, чем я помнил, да на правом плече виднелся новый шрам, розовый и свежий. Однако весело улыбался он от уха до уха.

Левая кисть у него отсутствовала. Обрубок запястья был аккуратно перевязан кожаным чехлом. А на поясе висел меч, от которого исходило едва заметное голубоватое свечение. Ифритский клинок, полученный от Хашешу в обмен на руку.

– Эмир⁈ – я подскочил на месте. – Ты живой⁈

– А ты ожидал застать мой труп? – авантюрист расхохотался и обхватил меня здоровой рукой. – Я слишком красив, чтобы умирать в какой-то дыре!

Объятие было крепким, искренним. От Эмира пахло вином, кожей и порохом. Мы уселись за стол, и он тут же подозвал хозяйку.

– Два кувшина лучшего вина! За встречу старых друзей!

– Как ты выбрался из оазиса? – я не мог сдержать любопытства.

– Проход, который открыл ифрит, вывел меня на поверхность. Три дня шёл по пустыне, чуть не сдох, но потом наткнулся на караван до Порт-Каракума.

Он поднял обрубок левой руки и покрутил им в воздухе.

– Кисть, конечно, жалко. Но знаешь что? Этот меч стоит десяти рук! Скорость, сила, реакция – всё в разы лучше. Я с тех пор стал лучшим наёмником в городе!

– Скромность тебя не мучает, как я погляжу, – хмыкнул я, улыбаясь.

– Скромность, это для людей без талантов, – он подмигнул и отхлебнул вина, которое хозяйка уже успела принести и поставить на наш столик вместе с парой небольших кружек. Видимо Эмир относился к числу её любимых клиентов.

Мы обменялись историями. Я рассказал про Воронеж, Липецк, Рагнара, Гелиоса, кочевников и Сульфура. Эмир слушал, откинувшись на спинку стула. Лицо его меняло выражение: от веселья до серьёзности и обратно. Когда я дошёл до Храма Утопленников, авантюрист подался вперёд.

– Храм? Настоящий Левиафан? И кристалл Воды в придачу?

– Именно, – подтвердил я, на всякий случай оглядываясь по сторонам: не слышал ли кто лишний.

– И ты собираешься идти туда, откуда не вернулись уже шестьдесят человек?

– Других вариантов не наблюдается, – пожал я плечами.

Эмир помолчал ровно три секунды. Потом его лицо озарилось знакомой безрассудной ухмылкой.

– Я иду с тобой, – заявил он без колебаний.

– Эмир, – попытался урезонить я, – это тебе не прогулка по базару.

– Мне скучно, Александр. Всё режу да режу глотки мелким бандитам за медяки. А скука убивает быстрее любого демона. Зато с тобой всегда происходит что-нибудь интересное.

– Интересное, это мягко сказано, – фыркнул я, несколько ободрённый вином, которое, кстати, было весьма неплохо – в отличие от пива, отчётливо попахивавшего тухлятиной. Но бдительности всё же не утратил. – Тебе одной потерянной кисти мало?

– Да это что! – беспечно отмахнулся здоровой рукой неунывающий искатель приключений. – Обживусь, подзаработаю – может и новую сделаю. Или железную, или и вовсе к химерологам схожу. Они знаешь, что могут? У-у, такое видел, если бы сам не видел, не поверил бы, так они…

– Верю, – перебил я, совершенно не желая сейчас слушать про достижения химерологов. – Вот только солидной прибыли за предприятие для тебя лично не намечается.

Эмир даже не нахмурился, продолжал смотреть на меня выжидательно, с живым интересом.

– Понимаешь, мы идём туда не за деньги. Договорились с заказчиком – вроде как «услуга за услугу». Нам это и правда нужно, а вот тебе – сомневаюсь. Естестенно, выворачивать карманы по выходе из Храма тебе никто не станет. Но оплаты за риск уж точно предложить не могу. А будет ли там что ценное, или нет – как знать?

– Значит, договорились! – Эмир хлопнул ладонью по столу так, что кружки подпрыгнули. – Когда выступаем?

С минуту подумав, я решил, что всё складывается очень даже неплохо и не стал спорить. Эмир с ифритским клинком, усиливающим скорость и реакцию – серьёзное подкрепление. А в Храме, полном воды, нам понадобится каждый клинок.

Обговорив некоторые детали, мы душевно распрощались и отправились каждый по своим делам. Я собирался узнать, что сказал Рагнару доктор, а также обсудить предстоящий поход с Гелиосом. Но не тут-то было.

Как оказалось, врач как раз был у Рагнара (что поделать, «утро» в пиратском городе понятие весьма растяжимое, к тому же тогда, когда никто никуда не спешит). Доктор выглядел солидно: дородный мужчина лет пятидесяти с едва наметившимся брюшком и скромной ухоженной бородкой.

Он подробно объяснил, что протез ставить можно, но сначала следует провести подный курс анализов, убедиться, что сердце и нервная система пациента в порядке (ведь в порядке же?), а также исключить нагрузки и любые стрессы (судя по всему, уважаемый пациент не бережёт себя в последнее время, это очень и очень неосмотрительно с его стороны)…

Далее последовали подробные инструкции, указания о правильном образе жизни, список предстоящих исследований, ещё более подробные промеры, которые понадобятся мастерам, чтобы изготовить новую железную руку…

В этот момент явился посыльный от Марты. Нам он принёс завтрак; тяжело груженая тележка поскрипывала колёсиками по камню, чуть не прогибаясь под обильным содержимым тарелок и плошек на пятерых. Сульфур ошалело уставился на это, скосив глаза (видно успел испробовать стряпни с уроненной поутру сковородки).

Господина доктора же Марта приглашала на завтрак к себе. Что было очень кстати: мне и так было ясно, что восстановление протеза – процесс долгий и дорогостоящий. Хорошо, что платить придётся не мне… если, конечно, удастся выжить в предстоящей заварухе.

Впрочем, в данный момент было дело куда поважнее, и только закрылась за доктором дверь, как я немедленно потребовал от спутников ответа.

По словам их словам, как только прибыл врач, Гелиос куда-то отправился. Естестенно, даже не подумав предупредить хоть кого-нибудь, куда.

Побродив по дому и осмотрев окрестности, я не заметил ничего необычного. Марта была у себя и не велела её тревожить, занимаясь какими-то собственными делами. Во дворе суетились – в город прибыл богатый караван, и предводитель ожидал возможности обратиться к Марте, вероятно с дарами и просьбой о разрешении на торговлю.

Пару раз осторожно спросив у пробегавших мимо подручных, я выяснил, что воин, остановившийся в гостях у госпожи, с час назад вышел за ворота, никого ни о чём не спрашивая. Нехорошее предчувствие, успевшее зародиться в душе, взвыло и превратилось почти что в панику. Хмель от вина, выпитого с Эмиром стремительно улетучился, да и выпил-то я от силы пару кружек.

Стараясь не привлекать нездорового внимания, я выскочил за ворота и быстро пошёл по узким каменным улочкам, оглядываясь по сторонам. Расспрашивать всех подряд, не видел ли кто паладина было бы, мягко говоря, неуместно. Так что оставалось рассчитывать только на себя и на удачу.

Однако, мне не повезло. Осмотрев ближайшие улицы и не обнаружив пропажи, к полудню я вернулся на рынок, чтобы найти Гелиоса. И, к своему ужасу, нашёл.

Глава 23

Паладин стоял посреди демонологического ряда и сжимал за горло тощего торговца. Вокруг валялись опрокинутые клетки, из которых разбегались мелкие бесы. Чёрные, мохнатые, размером с кошку, они визжали и метались между ногами покупателей.

Торговец хрипел, болтая ногами в воздухе. Гелиос легко удерживал его одной рукой, лицо паладина было белым от ярости.

– Ты торгуешь богомерзкими тварями, – цедил Гелиос, – запертыми в клетки, как безобидный скот.

– Это… просто бизнес… – сипел торговец.

К месту происшествия уже стягивалась охрана рынка. Четверо вооружённых мужиков: лица у них были злые, походка уверенная, а дубины в руках – увесистые.

Протиснувшись сквозь толпу зевак, я подбежал и схватил Гелиоса за плечо.

– Отпусти его! Отпусти немедленно! – рыкнул я, надеясь, что если паладин послушается прямо сейчас, досадный инцидент ещё можно будет как-то замять и списать на несчастный случай.

– Он торгует демонами как домашней скотиной, – в ответ прорычал паладин.

Я сменил тактику и спешно понизил голос до свистящего шепота:

– Если ты не заметил, мы не в империи, святоша! Здесь свои правила! Устроишь побоище – и нас вышвырнут из города. А может быть, и того хуже.

Гелиос скрипнул зубами, стальная хватка нехотя разжалась. Торговец рухнул на прилавок, сминая ценные свитки, хватаясь за горло и кашляя. Охранники подошли ближе, выразительно помахивая дубинками, и задали именно тот вопрос, на который я не вполне готов был отвечать.

– Что здесь происходит?

Я выставил ладони вперёд в умиротворяющем жесте. В деловом мире обычно ценятся люди, умеющие бесконфликтно выходить из пиковых ситуаций.

– Недоразумение, – объявил я максимально миролюбиво. – Мой друг немного перенервничал. Но мы сейчас же уходим.

– А с этими что? – ближайший амбал отмахнулся окованной железом дубиной от назойливого беса, норовившего ущипнуть его за штанину.

– Знать не знаю, уважаемый, – я мгновенно принял недоуменный вид. – По всей видимости, клетки почему-то открылись. Может, замки плохие?

Это предположение было неслучайным. Такая бесовская мелочь хороша была только для одного: кому-нибудь напакостить. Запущенный в дом бес переворачивал, ронял и бил всё, что можно было перевернуть, уронить и разбить; а после, как правило, скрывался в неизвестном направлении.

Открыть замок эти твари могли запросто, что охотно проделывали, из чисто спортивного интереса уничтожая, например, ценные бумаги в тайниках. Кроме того они обладали чем-то вроде коллективного разума. Так что стоило выпустить одного, как процесс приобрёл каскадный характер.

– Дед, – охранник устало водрузил дубину на прилавок рядом со стариком, только-только начавшим приходить в себя. – Ну сколько раз тебе повтороять? Не таскай ты с собой эту пакость. А таскаешь, так на замках не экономь. Говорил я тебе, что ещё раз такое будет, и…

Дальше я не слушал. Схватил паладина за локоть и, осторожно отступив сначала шаг, потом другой, потащил прочь. Гелиос пытался гневно выдернуть руку, но шёл. Мелкие бесы разбегались по рынку, вызывая визг и ругань в разных местах. Однако судя по всему, здесь и такое временами случалось.

– Я не могу на это смотреть, – процедил паладин, когда мы отошли на безопасное расстояние, таким тоном, будто это всё объясняло и заодно полностью оправдывало его действия.

– Тогда не ходи на рынок, – сердито отрезал я, всё ещё не до конца веря, что нам так легко удалось спастись из нарождающейся передряги. – Я серьёзно, Гелиос. Нельзя, чтобы нас вышвырнули отсюда до начала экспедиции. Да и после неё – не хотелось был. Так что сделай над собой усилие и потерпи для начала хотя бы двое суток.

Паладин буравил меня взглядом. Потом отвернулся и молча зашагал к дому Марты. Всё произошедшее действовало ему на нервы чем дальше, тем больше. Я видел это по сжатым кулакам и напряжённой спине. Рано или поздно этот нарыв прорвётся, и воин снова попытается объявить войну всем демонам Пустыни и тем, кто с ними управляется. Надеюсь только, что это произойдёт не в ближайшие двое суток.

Тем временем с другой стороны рынка донёсся шум. Знакомый, громкий и невыносимый.

– Подданные! Прошу вашего внимания! Великий Сульфур объявляет сбор податей!

«И когда только успел? – мельком подумал я, даже не надеясь, что мне мерещится, и это орёт какой-нибудь чужой идиот. – Я же оставил его с Рагнаром…»

Впрочем, по всей видимости, пока я искал Гелиоса, Сульфур успел не только позавтракать, но также заскучать и отправиться в люди в поисках новых ощущений.

В очередной раз пробившись сквозь разношерстную толпу, мы увидели картину маслом. Лучник стоял посреди рыночной площади и размахивал свёрнутым пергаментом. Рядом с ним два торговца, красные от злости, тянулись к своим поясам. Нет, не к увесистым кошелям, чтобы заплатить. А чтобы достать длинные ножи.

– Налогообложение – это основа любой империи! – вещал Сульфур, не замечая надвигающейся расправы. – Каждый торговец обязан внести долю в казну!

Публика, очевидно регулярно платившая подоходные сборы Марте, или кому там полагалось это делать на данной территории, встретила нового сборщика податей очень радушно.

Первый удар он получил мешком с крупой по затылку. Второй – кулаком в ухо от мясника. И хотя кулак был размером в пудовую гирю, Сульфур пошатнулся, но не упал. Зато сорвал лук с плеча, и схватился за тетиву.

– Не стреляй! – заорал я, бросившись к месту событий.

Но Кашкай оказался быстрее. Шаман возник из ниоткуда, подхватил Сульфура под мышки и поволок прочь.

Пока народ соображал, что делать, и откуда взялся этот блаженный с пучком разукрашенной пакли, стоящим дыбом на башке, свободной рукой шаман стащил с прилавков мешок зелий и связку вяленой рыбы.

Я ткнул локтем несколько обалдевшего Гелиоса, и мы, не сговариваясь, устремились за ними. Спустя полминуты мы поравнялись с беглецами.

– Духи велели отступать! – пояснил Кашкай, уворачиваясь от летящего в них башмака. Хотя меня больше интересовало, как они вообще оказались на рынке, когда велено было сидеть дома.

– Великий Сульфур не отступает! – возмущался лучник. – Великий Сульфур совершает стратегический манёвр!

Они исчезли в переулке, преследуемые проклятиями торговцев. Я остановился, тяжело дыша. Мешок с зельями Кашкай утащил ловко. Внутри побрякивали склянки. Шаман украл бы кошелёк у самого императора.

Пожалуй, это был уже перебор. Один из моих спутников только что чуть не задушил торговца демонами, другой ограбил ещё двух, третий попытался заделаться рекетиром рыночной площади в далеко не самом законопослушном городе. Пусть Рагнар лежит там себе, отдыхает в ожидании новой железной руки. А вот друг Эмир наверняка пьёт вино в ожидании приключений.

Я поймал себя на мысли, что мучительно хочу в отпуск. И конечно же, никакой отпуск в ближайшем будущем мне не светит.

Вечером Марта передала мне дневник – потёртую кожаную тетрадь с засохшей грязью на обложке. Нашли его у тела разведчика, лежавшего на ступенях, ведущих в Храм. Разведчик выполз из подземелья, но умер от ран. Или от какого-нибудь прокляться – кто знает теперь, ведь когда его нашли от бравого воина остался лишь полуобглоданный скелет…

Я сел у лампы и начал читать. Почерк был мелкий, нервный, местами буквы расплывались от воды.

«День третий. Спустились на второй уровень. Вода здесь повсюду. Холодная, тёмная, неподвижная. Но она РЕАГИРУЕТ. Когда Хасим приблизился к стене, вода поднялась и ударила его в грудь, отбросив на три метра. Сломала два ребра».

«День четвёртый. Потеряли двоих в ловушке с водяными лезвиями. Струи воды под давлением разрезают камень. Мы даже не успели среагировать».

«День пятый. Добрались до центрального зала. Зал огромный, куполообразный, полностью затоплен мутной водой. Кристалл находится на постаменте в центре, он испускает яркий голубой свет. Но мы не можем подойти. Вода не пускает».

«День шестой. Потеряли ещё пятерых. Вода нападает волнами. Формирует щупальца, стены, копья. Что-то контролирует её. Вероятно – невообразимо огромное. Я видел глаза. Сотни светящихся глаз в глубине. Командир говорит, что я рехнулся. Но я точно знаю, что видел: они следят за нами».

Последняя запись была короткой и почти неразборчивой.

«Бежим. Оно идёт за нами. Тень в воде с тысячью глаз. Бежим».

Я закрыл дневник и положил на стол. Пальцы слегка дрожали. В прошлой жизни самым страшным документом был акт налоговой проверки нашей компании. Этот дневник был пострашнее.

Тень в воде с тысячью глаз. Левиафан, древний водяной элементал. Древний монстр, охраняющий кристалл. Шестьдесят человек не смогли к нему даже приблизиться. А я собирался как-то с ним справиться.

Рагнар зашёл ко мне перед сном. Капитан выглядел обнадёженным после визита лекаря. И всё же заметно приуныл.

– Марта советовалась с врачом; говорит, мне нельзя идти, – он опустился на стул у двери.

– Она права, – кивнул я. Признаться, я и сам оставил бы Рагнара здесь, ибо калеке, каким бы героем он ни был – не пройти в Храм, где сгинуло уже столько искателей славы и наживы. А если и пройдёт – то обратно не выйти уж точно. Просто я никак не решался заговорить с ним об этом.

– Знаю, что права, – Рагнар стиснул кулак. – Но мне не нравится отпускать тебя одного.

– Я не один. Со мной Гелиос, Кашкай, Сульфур и Эмир.

– Паладин с кризисом веры, юродивый с горсткой зелий, сумасшедший лучник и потрёпанный жизнью авантюрист. Блестящая команда, сынок. Просто блестящая!

Я невольно усмехнулся. Рагнар был прав. Команда выглядела как сборище циркачей после закрытия цирка. Но других кандидатов не было.

К тому же я поймал себя на мысли, что этим четверым в непредсказуемой ситуации, пожалуй, доверяю больше, чем самым профессиольнальным и высокооплачиваемым бойцам. Что бы ни происходило, они моя команда, а не случайный сброд, который разбежится при первых признаках реальной опасности.

Капитан поднялся, подошёл ко мне и положил руку на плечо. Крепко сжал и посмотрел в глаза.

– Вернись живым, сынок. Это приказ капитана.

– Есть, капитан, – ответил я без тени иронии.