Текст книги "Миры Доставки 1-14. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава двадцать седьмая

3595 г. апрель, вотчина барона Аристронга

Понятно, что ни о своих выводах, ни про странное предвидение своей невесты, при пересказе истории барону Тантоитан не раскрывался. Но всё основную суть передал, философски добавляя:

– В любом случае я ещё раз туда обязательно наведаюсь. И уже точно постараюсь отыскать то самое место…

– Ага! Если сразу не нашли, то сейчас и подавно.

– Э-э-э, не всё так просто… Есть у меня одна задумка, основанная на современных научных разработках.

– Поделишься? – уже в который раз Зел плеснул в бокал своего собутыльника.

– Могу и поделиться… Гипноз! Мне будет достаточно настроиться должным образом и чисто на интуитивных воспоминания выйти на искомую точку.

– Разве такое бывает?

– У меня точно получится! – про готовящее продолжение опытов под руководством профессора Сартре, бравый майор никак бы не проговорился. Но для себя уже все грядущие возможности, в том числе и личный, программируемый самогипноз, уже нашёл для какого дела пристроить. Лишь бы так болезненная ИПФС быстрей закончилась и дала хоть какие-то уверенные результаты. А потом можно и ко второй программе преобразований переходить.

Барон на последнее утверждение согласно закивал:

– Ну, кто бы сомневался! Я и раньше твоим предвидением любой ситуации восхищался, а теперь, после события у моря… Эх! Давай за твою победу!

Они сделали по два глотка янтарного на цвет алкоголя, и хозяин планеты привычно пустился в пояснения о букете, выдержке и секретах купажирования. Всё-таки к роли воспитания нового, и главное, достойного дегустатора, он относился весьма ответственно.

Расслабленную, но весьма творческую атмосферу в медвежатнике, разогнал приход начальника охраны замка. Причём явно обеспокоенного последними новостями:

– Мы только что допросили под домутилом одного подозрительного типа, которого взяли за незаконный провоз оружия. Оказалось, что он слишком много знает. А именно: неизвестные лица в соседних баронствах щедро раздают крупные авансы любому отчаянному киллеру, за убийство баронета Артура. Авансы неимоверно крупные, но и после выполнения заказа обещано выплатить отличившимся миллион галактов.

– О! – с несколько неуместным восторгом воскликнул Парадорский. – Стоило только подучить твоего сына основам самообороны, как его цена выросла втрое.

– И по последним сведениям в вашу столицу, ваша светлость, – продолжил начальник охраны, – Уже прибыло более сотни человек.

От этой новости у барона глаза стали как блюдца:

– Какие суки этих уродов в таких количествах рожают? – затем грохнул кулаком по столу и стал трезветь на глазах: – Что будешь делать, майор?

– Да ничего. Прибытие одиночек, нам только на руку. – Как ни странно, но Тантоитан выглядел совершенно трезвым и уверенным в себе. – Вот увидишь, насколько быстро мы эту сотню уничтожим. Но для этого надо будет снять всю видимую на фронтонах здания и вокруг него аппаратуру слежения, оружие защиты, сигнальные устройства и два внутренних забора с колючей проволокой. Быстро и немедленно. Прямо сейчас!

Барон недоумённо переглянулся со своим начальником охраны:

– Но тогда большое подразделение прорвётся в замок штурмом.

– Пшик! И его остановим. Тем более что идею атак больших подразделений на пару месяцев можно считать неуместной. После нашего разгрома пиратов на морском побережье, твои враги сделали ожидаемую мной ставку на одиночек. А ведь у нас два высших образование за плечами. И мы как раз с одиночками лучше всего может сражаться. Только и надо, что дать сопернику не один или два шанса, которые он не сможет использовать по подозрению ловушки, а двадцать, а то и тридцать. Мол, смотрите: вы и сюда можете попробовать голову засунуть, и вот здесь ножкой поболтать, а вот в этих направлениях можете даже смело кулаком угрожать. Но всё это будет только видимостью. На самом деле все сто процентов надо постараться перекрыть изнутри замка сразу несколькими системами безопасности.

– Хм! Может у тебя уже и более конкретные предложения есть?

– А то! Чем ты думаешь, сейчас мои ребята занимаются, пока мы с тобой оговариваем общие стратегические задачи? Как раз и пытаются переориентировать твою оборону на массовые уколы со стороны не одной, а даже нескольких сотен одиночек.

– И когда они начнут свои диверсии? Ведь в любом случае люди могут пострадать. Как в охране, так и слуги.

– Ну, мы то с охраной люди военные, – подморгнул Танти командиру местной баронской стражи. – Так что нам к войне не привыкать и выстрелов не бояться. А вот гражданские лица будем беречь всеми возможностями. Особенно тех, кого пожелают подкупить и они в этом сразу признаются.

– Вроде все и не раз проверены, предателей в стенах дворца не осталось, – но после своих же слов барон сам и скривился, вспомнив о явных проколах при тройной перепроверке, – Почти…

– Вот и будем посматривать…, за каждым…! – Парадорский многозначительно постучал пальцем по толстенным доскам стола. – И о следующей новости должно знать только три человека! Тех, что вы видите вокруг себя! С завтрашнего дня каждый будет иметь в свое одежде несколько замаскированных устройств для постоянного прослушивания.

Оба собеседника понимающе переглянулись, Но вопросы продолжил задавать Зел:

– Уверен, что попытаются моих людей перекупить?

– Так ведь цена утроилась! Теперь любой киллер и весь свой аванс в размере двух сотен тысяч галактов не пожалеет для какой-нибудь прачки, что бы та ядовитым цветочком баронета в спальне порадовала.

Таких тотальных превентивных мер в столице баронства ещё никогда не принимали. Но всё равно сомнения оставались:

– И что, вот так всех убийц мы выловим, постреливая по ним из окон дворца?

– Отнюдь! Добрую часть мы будем выманивать на живца. Причём в тех случаях, когда их точно определим и будем уверены в их намерениях. Для этого будем переодевать под "а ля Артур" и Феликса, и меня, и даже Гарольда. Покажем пару раз истинного баронета на крупных театральных постановках, неожиданно засветим его на концертах, сымитируем съёмки прямого эфира с участием Артура где-нибудь на знаменитой выставке или в парочке художественных галерей.

– Стрельбы будет!… Поймёт ли нас народ?

– А вот пусть сам народ и ратует за введение военного положения. А чтобы ему ещё и меркантильный интерес привить, смело объяви премию в сто тысяч галактов любому, кто конкретно и правдиво укажет на истинного киллера и предотвратит покушение. Причём делай два варианта награждений: сохранить имя бдительного в тайне по его желанию, или расписать его подвиг во всех средствах массовой информации. Опять-таки, если тот ничего не боится. При соответствующем антураже очень многие горожане воспрянут в патриотическом порыве, и в любом случае самые лояльные к тебе окажут неоценимую поддержку. А деньги…

– Денег мне для святого дела и для увеличения благосостояния моего народа не жалко. Будут премии!

– Вот и отлично! – майор Парадорский встал и откланялся: – Спасибо за угощение, но мне и в самом деле пора присоединиться к ребятам. Сегодня ночью предстоит многое сделать, организовать и многое перестроить.

– Тогда я с тобой! – решительно встал и барон. – В любом случае мне будет полезно и за твоими действиями понаблюдать и к некоторым секретам вашего Дивизиона присмотреться. Как-никак без пяти минут…

– Ага! Без пяти минут и нескольких месяцев. Пока летом последние зачёты и тесты на выживаемость не сдадим, числимся как кандидаты и стажёры. Побежали…!

Следующий месяц так и вошёл в историю баронства как месячник отчаянной борьбы с киллерами и диверсантами всех мастей. Невероятное по размаху действо велось и денно и нощно, втягивая в свой вихрь порой чуть ли не всех обитателей столицы. А уж о драконовских и довольно жестоких мерах правосудия, пор всей Галактике прокатилась волна слухов и ужасающих сплетен.

Нет, Зел Аристронг не возродил смертную казнь для преступников. Всё-таки номинально баронство входило в состав Оилтонской империи, и там жестко поддерживалась хартия о запрете уничтожении разума в любом его виде. Хотя любого киллера в наглую так и старались пристрелить при малейшем сопротивлении при аресте. В ход пошла другая тактика: тактика забвения. Пользуясь своими правами единоличного диктатора, барон порой даже до судебных разбирательств не доводил. Преступгника просто хватали, вытягивали у него не церемонясь все сведения из головы с помощью домутила, и бросали в тюрьму до конца разбирательств. Причём "бросали" порой во всех смыслах этого слова, ломая и руки и ноги. Дальше могло быть ещё хуже: забывали давать и пищу и воду. Жестоко. Очень жестоко…

– А рваться сюда с намерением лишить жизни других людей – это не жестоко?! – орал порой взбешенный барон, на пройдошных представителей адвокатуры или представителей родственников, которые пытались выяснить судьбу арестованных преступников. – Так почему это я должен предоставлять убийцам мирных людей места в дорогостоящих медицинских центрах, когда у меня и так там очереди? Всё лучшее – моим честным подданным! Преступникам – в последнюю очередь. Вот многие и не доживают… Да-с! Умирают! Причём не от тяжких болезней или полученной при аресте инвалидности, а от печали, от глубокого осознания собственной вины и тяжкого раскаяния в совершённых преступлениях. Запись покаяний вам могут предоставить в порядке поступившего запроса.

Записи и в самом деле предоставляли, хотя через такие немыслимые сроки, что и слёзы по бандитам давно забывались. Мало того, тяжкая поступь баронской фемиды и не щадила самых рьяных адвокатов или родственников убийц. С теми тоже, чего только не случалось: то голову свернут при купании в собственном бассейне, то перепьются алкоголем да разобьются в дребезги. А то вообще исчезнут с горизонта, словно их и не бывало там никогда. Разве что после себя оставят некое признание в гиперактивных сетях, да обвинят в своей возможной гибели других преступников. Которые дескать пожалели затраченных на них денег.

То есть, со всякими тварями, ханжами, лицемерами и демагогами правитель звёздного баронства не церемонился. В ответ на разные экономические санкции для своей вотчины он только хохотал. И с издёвкой плевал на поднявшийся вой в свой адрес информационных служб недовольных соседей. Диктатор в своём праве!

Только всем и повторял с завидным упорством:

– Не трогайте меня – и с вами ничего не случится. Не стреляй в меня и сам от пули не издохнешь. Не покушайтесь на моих подданных, и вас никто не обидит. И прежде чем брать аванс от моих врагов на убийство, сразу закажите для себя место на кладбище.

Эти предупреждения, а ещё больше решительные и продуктивные действия сил безопасности баронства, привели к тому, что уже к концу мая, в вотчину Зела Аристронга поток киллеров, а вернее как их стали называть "самоубийц" иссяк окончательно. Причём их порой стали выдавливать и без зазрения совести уничтожать сразу после составления договора у вербовщика. А этот коварный удар напугал уже всех киллеров окончательно. Дошло до того, что они сразу сбегали из тех мест, где заходил разговор о бароне Аристронге. Себе дороже! Неровён час, посторонние слушатели ещё просто подумают, что он решил поучаствовать в этом деле.

И мало кто знал, что в превентивных целях подложных вербовщиков содержал и отправлял в нужные месте не кто иной, как сам барон. Идею эту, ему после огромных сомнений и колебаний подсказал всё тот же майор Парадорский. И свои сомнения он объяснял довольно подробно:

– Такие действия могут и нам сильно навредить… Если узнают, скандал будет огромнейший. Это ведь только представь, чот до последнего, окончательного действа остаётся всего лишь шаг. Только и надо выявить в головах у тех, кто решится на покушение злодейские мысли и сразу пристрелить его на месте.

– Да это просто было бы феноменально! – восторгался Зел. – Подумала тварь о преступлении, собралась что-то делать, а тут бац, ему пуля прямо в лобешник и в навоз! Забросили в труповозку – и на удобрения. Красотища!

– Ну так тоже нельзя. В любом случае человеку надо дать шанс одуматься, самостоятельно остановиться, тем самым укрепив свой дух и волю. Ведь сам знаешь, сколько раз некие люди брали аванс у нанимателей, составляли договор, но! Даже и не думали идти на преступление. Просто сменяли место жительства и пропадали с горизонта заинтересованной стороны.

– Ха! Это – не раскаявшиеся или одумавшиеся люди. Это – натуральные аферисты! Да и большинство в мою вотчину не полезли, потому что знают – бесполезное это дело. И не спорь! По большому счёту – они тоже преступники.

– А может всё-таки…?

– Не переживай, Танти! Весь грех за создание подставных вербовщиков я беру на себя, – убеждал барон. – На тебе только и останется что окончательный инструктаж и помощь при внедрении на месте. Так что кончай отлынивать и принимайся за дело: готовь для начала четырёх человек.

И уже в кругу свои товарищей Парадорский жаловался:

– Вот так наказывается чрезмерная инициатива. Отныне мы начинаем выискивать и уничтожать врага на его же территории.

Глава двадцать восьмая

3585 г. конец апреля, вотчина барона Аристронга

Людей майору Парадорскому стало не хватать. И он попросил у командования ещё один десяток, намекнул, что будет рад видеть в его составе и Николя. Разговор состоялся двадцать шестого числа, и весьма довольное успехами группы командование пообещало прислать подкрепление уже двадцать восьмого.

С этой радостной новостью и поспешил Танти в штаб охраны дворцы. На тот момент возле него бессменно оставался только Алоис, Малыш, да Бергман. Все остальные разлетелись по соседним баронствам, подстраховывать мнимых вербовщиков. Кстати их внедрение в преступную среду уже дало первые результаты. Было сразу обезврежено пяток одиночек и две малые группы потенциальных убийц. О новых успехах Алоис стал пересказывать после радостной новости про Николя:

– Да, такой отличный пилот нам давно нужен. Как и подкрепление. Потому что в нашего подставного вербовщика на Эдеме намечаются определённые трудности. Сегодня утром наёмные силы барона взяли двух киллеров, но уже час назад тех стали интенсивно разыскивать подельники. Скорей всего придётся валить всю их банду целиков.

– Но два дня парни там продержатся?

– В любом случае. Тем более что мы перебросили туда Гарольда с Зариной.

– А-а… Ну там бы и одного Гарри хватило. Хотя куда он теперь без Зарины.

– Неужели наш большой каменный друг влюбился? – стал ёрничать Малыш. – Даже не верится, что у него есть сердце. Настолько он не понимает юмора и моих философских мыслей.

– Ага, вам только даф пофилософствовать, – улыбался анти, вспоминая вечные подколки друзей друг к другу и последний любовный роман.

Всё-таки Гарольд серьёзно решил захватить штурмом крепость целомудренности Зарины. А когда первый штурм не удался и контрразведчица устояла, капитан Стенеси обложил прекрасную крепость по всем правилам любовной науки и терпеливо начал осаду. Причём по всем показателям крепость скорей всего долго не выстоит, и с дня на день выкинет белый флаг сдачи. Как ни старалась оставаться Зарина холодной и недоступной, но в любом случае она уже воспринимала Гарольда словно самого близкого и желанного друга. Уже разрешала и за ручку подержать, и за талию обнять и шейку или щёчку снисходительно подставить для поцелуя. Всё-таки траур по погибшему мужу заканчивался, а молодое, здоровое тело стремилось к жизни и к радости, игнорируя любые неприятные воспоминания.

Все наблюдатели ни словом, ни действием не поторапливали события, да и не желали вмешиваться даже нечаянными расспросами. Разве что Гарольду иногда поощрительно подмаргивали после очередных ухаживаний.

А вот Танти про себя поражался: и что это старого друга так заклинило? Раньше он больше парочки вечеров ни с одной красавицей не встречался, а тут, без явной взаимности настолько запал душой и сердцем. Правильно говорят, что если нет ответных действий, то это ещё больше разжигает желание. Но с другой стороны в жизни Гарри и отказчиц хватало! И он за ними в такую погоню даже не думал бросаться.

Скорей всего воистину две половинки одной судьбы встретились.

Пока разбирали ворох последних новостей, в штаб подтянулся и Артур Аристронг. Как раз он закончил трёхчасовую тренировку в спортзале, и готов был получить любое очередное задание. По всему замку он передвигался в единой для всей охраны форме, выглядел уже довольно мощно, накачано и ни у кого с первого взгляда не хватило бы наглости не признать у нём вполне солидного воина. Всё-таки четыре с половиной месяца интенсивных занятий, тренировок и специального обучения превратили парня если не в некое подобие офицеров, кандидатов в Дивизион, то уж точно в представителя дворцовой охраны. Что позволяло быть более спокойным за здоровье баронета и больше озабочиваться собственным. Потому что в последнее время киллеры стали частенько путать объекты своих покушений. Как следствие: старались подстрелить кого-нибудь их охраны. Два человека, увы, так и погибло. Что и явилось дополнительным поводом для просьбы о подкреплении.

Сегодня Артур вначале выслушивал новости и прислушивался к делаемым выводам. Потом, когда понял что на Эдем будет отправлена внушительная группа, предложил:

– Может, и в её составе себя попробую?

– У тебя ещё опыта никакого, – сразу осадил его Алоис.

– А вот Танти, когда первый раз попал на Хаитан…

– К тому времени он прошёл на отлично первые шесть с половиной месяцев обучения, – стал нраво учительствовать Бергман. – И учти, он и тогда был самым лучшим среди нас. Так что тебе, в любом случае ещё парочку месяцев следует подтягиваться. А вот когда завершишь курс "молодого космодесантника"…

– Ха! Да у меня тогда уже зубы от старости выпадут, – обиделся Артур. – В любом случае мне военным не стать, но хоть в некоторых операциях я бы мог участвовать?

Все уставились на Парадорского, который словно не слышал разговора, всматриваясь в какой-то документ. Но он ответил, показывая, что улавливал каждое слово:

– Во-первых: ты уже участвуешь, почти во всех наших операциях…

– Скажешь тоже!

– … Своей ролью живца. Мы и так рискуем, показывая тебя в публичных местах и заставляя выступать с небольшой речью. Во-вторых: с твоей подготовкой тебе ещё рано участвовать в перестрелке, а тем более в настоящем бою. Какие твои результаты в тире?

– Почти в норме…

– И очень далеки от нормы после физических нагрузок. А ведь по врагу не всегда приходится стрелять, словно в тире. Порой столько усилий надо затратить, чтобы выйти на позицию удачного выстрела, а ручки-то дрожат! И коленки подгибаются! Верно? Вот видишь… Ну и в-третьих: твой отец пока ещё лично запрещает тебе любые боевые действия. Только в случае самозащиты. Да и не ты ли делаешь огромные успехи в изучении химии? Лидия хвасталась, что ты скоро нас всех за пояс заткнёшь.

– Ну… – несколько смутился баронет, хотя видно было что подобная похвала ему очень приятна, – Пока ещё рано хвалить… Хотя и в этом твоя заслуга. Если бы ты не уговорил отца разрешить мне совершенствоваться в химии, у меня бы сейчас не было такой огромной лаборатории. Ну и преподаватели – мечта некоторых институтов.

Уже пару месяцев во дворце жило два профессора. Старенькие, давно пенсионного возраста, но оба живчики, которым весьма захотелось тряхнуть стариной, вспомнить молодость и дать нужные знания молодому баронету. Тем более что за дачу этих знаний ещё и неплохо приплачивали. Мало того, последние несколько недель, при условии свободного времени, конечно, на уроки профессоров захаживали и офицеры подразделения Парадорского. Слишком много нового и полезного можно было получить на подобных занятиях. Ну и этими посещениями сам Тантоитан лишний раз подчёркивал Артуру золотое правило: учиться никогда не поздно, любое знание может оказаться полезным. Правда сам он на занятиях сразу пытался сорвать программу и свернуть на изучение конкретных свойств конкретных веществ, которые могут быть использованы для ведения боевых действий. Возможность создать взрывное устройство практически из ничего, его всегда очень прельщала и манила. А ведь такие возможности у опытного, великолепно подкованного теоретически химика имеются всегда.

Но какое-то задание парню на короткое время следовало дать обязательно:

– Алоис, что у нас там по анализу вчерашних посланий от горожан?

– Никак не успел с этими утренними новостями, – отозвался негр.

– Отдай весь материал Артуру, пусть проверит.

Чернокожий аналитик с некоторым сомнением скосил глаза на баронета, но нужные данные на два расположенных осторонь экрана вывел:

– Они уже рассортированы на три группы важности, но в любом случае выводы следует делать по всем. Осилишь?

– Постараюсь! – баронет решительно уселся в кресло.

– Если что спрашивай…

Подобной ответственной работы молодому Аристронгу ещё не давали. Казалось бы, что сложного? Прочитывай внимательно, да бери себе на заметку конкретные подсказки в письмах и сообщения подданных. Но в том то и дело, что чуть ли не половина важной информации вылавливалась среди ничего не значащих на первый взгляд деталей. И каждая деталь – это чьё-то готовящееся преступление, это чья– от спасённая мирная жизнь.

Видно было, что парень гордится полученным заданием, и понятно не подозревает: после его ухода на занятия по химии в любом случае кто-нибудь ещё раз проверит все поступившие сообщения. Не хватало только что-то упустить в анализе. Да и зная общее положение дел, легче провести должные параллели между событиями. А лучше всех знал дела чернокожий аналитик.

Вот и сейчас он вывали на командира подразделения кучу проблем, которые требовали немедленного решения. Обо всех Танти знал и помнил, но одну всё-таки упустил:

– Что-то я не припомню: зачем барону покупать впепланетный челнок? Один у него есть, второй наш, да плюс личная яхта Зела, которая не хуже нашего. Ну и более мелких кораблей у него пруд пруди.

– Не хватает для покрытия тактического простора и стратегических перемещений. Если задействовать все три единицы, в критической ситуации ничего не остаётся в резерве. В средствах Аристронг не стеснён, сам предупреждал, чтобы не молчали и не стеснялись. Тем более челнок и в самом деле нужен.

Танти ещё немного подискутировал на эту тему, вовлекая в разговор и Малыша и Бергмана, а потом вскочил с кресла, пытаясь скрыть неожиданно резкие боли после волны физической саморегуляции, морщась сделал пяток разминочный упражнений, констатируя при этом:

– Всё-таки кабинетная работа не для меня. Год за три уходит, сразу кости начинают скрипеть.

Малыш тут же откликнулся:

– Вот потому наш негр частенько плачется о своей старости, болезнях и слабости.

Алоис ехидно улыбнулся:

– Тем не менее, на полосе препятствий от некоторых длинных шлангов не сильно отстаю. Порой и раньше командира к финишу добираюсь.

– Ничего, ничего, вот завтра на тренировке посмотрим, кто раньше…, – с этими словами Парадорский поспешил к барону. Как ни странно тот оказался в своих апартаментах, но дверь была закрыта наглухо. Естественно, майор входил в число той троицы, которые могли беспокоить местного правителя в любое время дня и ночи без предварительного согласования. Так что стучать стал без раздумий. И только когда увидел самого хозяина апартаментов в довольно примятой одежде, запоздало подумал: можно было и позже наведаться.

В последнее время Зел Аристронг чрезмерно ударился в любовные похождения. Вернее даже и не любовные, а скорей развратные, потому что рослому, красивому мужчине почти никакая женщина не могла отказать в ласке, а то и сама с разгону норовила повеситься на шею. И многочисленные красотки местного бомонда прямо-таки чередой проходили через спальню местного правителя. Мало того, этот правитель и ни одной симпатичной мордашки среди служанок не пропускал и как раз вот в такие дневные паузы обхаживал как правило кого-то из собственной челяди.

За свои действия, Зел ни пред кем и оправдываться не собирался, и только Тантоитану, во время очередного урока дегустации в медвежатнике признался, что после секса становится не в пример спокойным и рассудительным. Так что принимает телесные удовольствия скорей как лекарство, а не как поблажки собственной похоти. Парадорский только вздохнул на это, и выделил впоследствии ещё двоих человек из дворцовой охраны для пристальной слежки за всеми "входящими-выходящими" из спальни правителя. И ещё порадовался вслух, что Зел не теряет голову, и не покрывает своих служанок там, где на них натыкается.

– Что-то случилось? – Аристронг нетерпеливо посматривал на плотно прикрытую дверь своей спальни.

– Пока ничего. Но уже сейчас, срочно следует закупить новый внепланетный челнок, – пояснил Танти причину своего визита, и стал раскладывать все доводы и рассуждения на эту тему. Но правитель его оборвал:

– Беру новый, хочу такой как ваш. Можешь договориться о покупке с имперскими верфями от моего имени?

– Ну…, если ты желаешь…

– Желаю, желаю! – барон уже подталкивал визитёра к двери. – Скажешь, что вечером переведу деньги.

– Я попросил помощи, послезавтра утром прилетит десяток офицеров, Могут сразу и перегнать твою покупку.

– Отлично! Чтобы я без тебя делал…

Вернувшись в штаб, Парадорский сразу приступил к делу. Вначале выспросил разрешения на покупку у военного адмиралтейства. При покупке подобного корабля требовалось добро практически от самого императора. Хорошо, что у барона имелся карт-бланш при покупке чего угодно. При желании он и целый крейсер мог купить в личное распоряжение.

Потом рьяно поспорил непосредственно с производителями. Хотя те ничего больше дельного у себя не строили, зато гонору имели как барон Монклоа. Но тот считался самым богатым человеком Галактики, обладал поясом астероидов "Железный поток" и на его заводе-планете строились самые современные, самые универсальные по всем показателям корабли. Любая верфь Оилтонской империи выглядела по сравнению с тем заводом-планетой, словно поточная линия для изготовления деревянных корыт рядом с механизированной линией производства скорострельных пушек.

В результате спора челноку придали сразу два дистанционно управляемых истребителя, прототип которых так помог при обороне Нирваны. Может и не пригодятся в условиях баронской вотчины, но раз есть деньги, то чего не купить такие роскошные, для любого пилота, игрушки? Сам Парадорский лелеял нескромную мысль попрактиковаться в управлении такой летающей словно молния смертью.

Ну и напоследок, получив добро от командования, договорился с группой прибывающих офицеров о перегонке челнока к месту будущего базирования. Говорил конкретно с Николя:

– Если деньги правитель переведёт без задержек, от уже завтра пополудни можете забирать товар.

– Хо-хо! Так это ж здорово! – обрадовался капитан Чарески. – Нам ведь уже конечное время сбора назначили: перед обедом, А обедать мы уже собирались на гравилёте по пути в порт на другой континент. Там транспорт, то, да сё, только ночью вылет… Сейчас вообще красота! Если сразу челнок примем, то уже в полночь будем у вас. А то и раньше.

– Вот именно: примем! Как бы потом барон обратно вас с неисправностями не отослал. А малые истребители мы с Малышом лично принимать будем.

– Вот теперь всё понятно! Слышал про тот шорох на Нирване, жаль сам ничем из глубокого бункера помочь не смог.

– Ничего, сейчас поможешь…

– Хоть в двух словах: как вы там? Что нового?

– Справляемся, помаленьку. А нового…

– Есть и новости, – вмешался в разговор Малыш. – Наш самый большой товарищ кажется, отыскал свою возлюбленную.

– Ух, ты! -поразился и порадовался от души Николя. – И кто эта счастливица?

Танти осудительно посмотрел на Малыша, и постучал костяшками пальцев по столу. Мол, не сглазь раньше времени. При этом отвечая:

– Пока ещё рано заявлять настолько смело. Короче, прилетишь сам и на месте всё увидишь. Если ничего больше нет, конец связи.

Потом был короткий разговор с Эдемом, откуда Гарольд дал последние ланные и свои размышления по готовящейся операции.

Ну а затем настал первый звёздный час молодого баронета. Он несколько нерешительно кашлянул, привлекая к себе внимание, и перешёл к подведению итогов своего анализа. Хотя, если бы ничего значительного не отыскал, просто бы развёл руками и помчался на занятия по химии.

– Из всех стоящих моментов я выделил только одно. Один из соседей госпожи Чаройи, сообщает, что у неё появилось сразу пять прехорошеньких девушек в числе близких, интимных подруг. Они порой и ночами забавляются, устраивая гулянки, прыгая в бассейн и создавая шум на всю округу.

– Напомни мне, кто такая эта Чаройя? – попросил Танти.

– Одна из самых богатых и прекрасных вдовушек нашего баронства. Входит в свиту моего отца и считается особой очень приближённой.

– Но она ведь…

– Да, лесбиянка. Причём, как говорится, махровая. Она и замуж-то выходила, когда престарелый жених еле в инвалидной коляске передвигался.

Парадорский, вместе с остальными коллегами недоумевали:

– Вроде как твой отец с ней никак в интиме пересечься не может?

– Естественно, Виолетта Чаройя только потому в свите считается, что хватка у неё не очень деловая и доставшееся её дело она сумела удвоить за короткое время. Да и с батей она дружит воистину как мужик с мужиком.

– Так, теперь мне предыстория ясна. Но какое это всё отношение имеет к нам?

– Вроде бы как и никакого…, – Артур несколько замялся, но всё-таки продолжил с завидной настойчивостью. – Но госпожа Чаройя имеет привычку и своих интимных подруг выводить в свет. В том числе и на балы в этом дворце. При этом она совершенно не ведает такого чувства как ревность. Например три недели назад Виолетта привела свою тогдашнюю подругу сюда, а та и начала вдруг флиртовать с отцом. В тот же вечер они и… Надолго им запала не хватило, но насколько я знаю та дама ещё два или три раза встречалась в интимной обстановке…

– Четыре раза, – выдал всё знающий Алоис.

– Вот… Потом она пропала, в том числе и в вилле госпожи Чаройи больше не появлялась. Та в случае измены так и поступает: устраняет от себя старую любовницу и заводит новую.

Малышу первому надели такие длинные предварительные рассуждения:

– Нам теперь что, в каждую постель знатных дам заглядывать? Хотя чего скрывать, подобные фильмы с участием шести красоток мне всегда нравились.

– Конечно, я не берусь судить и давать оценку: сколько у нас в баронстве премиленьких лесбиянок, – стал подводить итоги баронет, – Но сразу пять? Тем боле не из местных? Они что, специально прибыли с другой планеты?

Вот теперь уже все и догадались, что через госпожу Чаройю не просто во дворец могут попасть подозрительные люди, а и к самому барону в постель, грамотно используя его тягу к лекарству в виде безудержного секса.