Текст книги "Миры Доставки 1-14. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

– Атака! Мне звонят из орбитального корабля прикрытия! Их атакуют! Городок не отвечает! Связь отсутствует полностью! Советуют смотреть по обстановке! Мигель, свечой вверх! Сканеры на осмотр!

Видимо его напарник за штурвалами и так уже осознал серьёзность обстановки. Потому стал на полной скорости поднимать боевой флайер для штатного осмотра местности. Тем временем и Смуглый проявил чудеса ловкости и сообразительности, преодолев разделяющие его и группу с принцем триста метров одним рывком. Двигатели взревели при жёсткой посадке, а телохранители уже закидывали растерянного принца в раскрытые створки кольцевых дверей. За ними горохом посыпались и курсанты. А запрыгнувший последним Парадорский выкрикнул ещё более категорично чем раньше:

– Взлёт! И над землёй вправо! Там через километр ущелье! Падаем туда!

Может Смуглый и сам придерживался точно такого же выбора. Потому что лихо стартовал на полном форсаже и, даже не набрав высоты в пару метров, с катастрофическим креном понёсся в указанном направлении. Разве что с его губ сорвалось никому конкретно не предназначенное ругательство. Кто не успел влететь в противоперегрузочные зажимы сцепив зубы катались по палубе и переборкам. Тантоитан только и успел заметить, что Клеопатра закреплена. Сам он сумел удержаться с помощью поручня возле самой двери. Когда крен выровнялся, рявкнул:

– В зажимы! – пока предохранялся сам и помогал товарищам, дал другой запрос: – Верх, что там?!

И почти тотчас раздалось в ответ:

– Прячьтесь! Нас атакует «Гузер»!

Одновременно с этим пилот несущегося над самой землёй флайера дал полный план внешнего обзора, используя для этого специальный прибор, называемый боефикатор. В виртуальном пространстве между бортами, прямо перед лицами пятнадцати человек развернулось действо воздушного боя, который зафиксировали обзорные радары. Флайер прикрытия только и попытался отвлечь на себя реактивную громаду внешнекосмического истребителя, потому что противостоять одному их лучших в Галактике бронированных монстров и десяток подобных летательных аппаратов был бы не в силах. Несмотря на некоторую неуклюжесть в атмосфере, мчащийся со стороны городка «Гузер» резко принял влево, чуть приподнял нос и спаренным залпом нескольких снарядов и лазерного оружия разнёс беззащитного противника вдребезги. Но благодаря этому отклонению, его остальные две ракеты, посланные чуть раньше по второй, низко летящей цели, не попали. Им помешал небольшой скалистый взгорок, принявший удар на себя. А дальше помешала всё та же скорость и огромная масса истребителя. Ему пришлось проскочить далеко вперёд, сделать там разворот с рефорсажем и только тогда пойти на второй заход атаки.

К тому времени Смуглый уже достиг желаемого ущелья и провалился вниз. Мастерски при этом, стараясь придерживаться одной из стенок и с жутким ускорением правя в самую узкую часть мрачного провала в коре планеты. В какой-то момент все закрыли глаза и перестали дышать, ожидая неминуемого удара о две выступающие глыбы. Тогда как боефикатор продолжал демонстрировать две несущиеся следом ракеты. Одна врезалась в кромку ущелья, а вот вторая разорвалась между тех самых глыб. Похоже, опытнейший пилот флайера успел сбросить сзади облако магностружки, что и спровоцировало второй взрыв.

Прямого попадания по корпусу удалось избежать, но вот опасная взрывная волна всё равно настигла. Флайер крутануло, лишая управления, ощутимо приложило его несколько раз об стену и только после этого началось кошмарное торможение. Максимум возможной на данном аппарате перегрузки, выбил дух почти из каждого. Затем последовало два удара об грунт, громкий, душераздирающий скрежет и завершающий, самый страшный лобовой удар.

А потом навалилась неестественная, все оглушающая тишина. Но длилась она недолго. Всё вокруг затряслось и задрожало, и по дну всего ущелья покатилась волна взрывов: истребитель произвел кассетное бомбометание по всему, что могло находиться в самом низу. И тут экипажу флайера невероятно повезло. А может и мастерство опытного бойца Дивизиона помогло. Но сплющенный и раскуроченный летательный аппарат оказался заклинен в конце узкой, уходящей наискосок чуть в сторону пещеры. А как только начались первые сотрясения, эту пещеру на входе завалило огромным обломком скалы. Затем разрывающиеся бомбы покрыли само напоминание о пещере толстенным слоем гравия и более крупных осколков. Так что посланные вниз многочисленные аппаратура засекла лишь рассеянные остатки лёгкого корпуса и дребезги оторванных элеронов. Доклад машинные поисковики на неизвестный истребитель послали в два слова: "Живых нет!" И муторный, часто повторяющийся грохот над ущельем прекратился. Только тогда Танти попытался вырваться из зажимов и прерывающимся голосом потребовать:

– Доложить о ранениях!

Первым отозвался Гарольд:

– Я в норме! – и с загоревшимся на забрале фонарём стал вырываться из перекосившейся страховки. Потом доклады стали поступать и от остальных, но больше всего обрадовал голосок Клеопатры:

– Ланьо – в норме.

– Ваше высочество? – спохватился командир отделения, пытаясь зажечь и свой фонарь освещения.

– Ну чего так кричать? – возмутился принц, оказавшийся от него всего в двух шагах, – Здесь я…, только вот голова чуток кровоточит.

Через минуту уже все расшевелились, сумели дать аварийное освещение и принялись оказывать друг другу первую помощь. Ощупывая лихорадочно свою вздрагивающую от пережитого ужаса девушку, Парадорский не забыл и про тех, кто не отозвался:

– Бровер, что с телохранителем? Стенеси – помоги пилоту!

Клеопатра тем временем оклемалась окончательно, коротко, но благодарно прижалась в Тантоитану и шепнула:

– Надо помочь Янушу!

Но того и так уже интенсивно обихаживало сразу несколько человек, так что пришлось пойти на призывы своих товарищей.

– Эй, Танти! Тут он, кажется уже совсем…, – растерянно отпрянул от неподвижного тела Бровер. – И его медицинский активатор горит красной лампой.

Действительно, один из телохранителей, оказался единственным человеком, которого зажимы не удержали. При последнем ударе воина швырнуло головой вперёд и шейные позвонки не выдержали. Первый труп. О втором доложил голос Гарольда:

– Пилот смят вместе с кабиной! Достать тело можно, но…

Управляющий флайером боец, находился в самом удобном месте, в верхней части корпуса. Это давало и лучший обзор и неплохие шансы для выживаемости, но в данном случае эти плюсы перешли в минусы. Вклинившийся между скалами аппарат больше всего сплющило как раз в том самом месте, где размещалась кабина. Но Смуглый перед собственной гибелью сделал всё, чтобы спасти остальных. Руки его так и остались на изломанном штурвале.

Тяжёлые потери. Не говоря уже о том, что пока выбраться из смятого корпуса наружу не удалось. Да и при первом размышлении Тантоитан решил не слишком шуметь в этом замкнутом, скорей всего тупиковом пространстве. Враг ведь мог продолжать поиски, оставшихся в живых. Поэтому посоветовал:

– Старайтесь не греметь и не стучать по возможности. Кто не занят – отдыхать. Ваше высочество, давайте связь с Оилтоном. Уж там наверняка в курсе всего, что здесь происходит.

– Да, да, сейчас, – Правая ладонь у Януша тоже оказалась повреждена, поэтому он с некоторой неуклюжестью пользовался левой. Тогда как все затихли, стараясь не пропустить каждое слово. Что говорил собеседник принца, никто не слышал, но вот кто он, догадались все и сразу:

– Отец! Да, это я! Со мной всё в порядке, успокойся!.. Ну да, все бойцы отделения Парадорского тоже в порядке. Да точно тебе говорю…, пока отделался лёгкими ушибами… Сидим на дне одного из ущелий, под обвалом, нас тут никто не разыщет и не достанет. Да, уверен на все сто! Отец, ты лучше объясни, что случилось? Кто нас атаковал и что с городом?

Долгое время он слушал молча, покусывая от переживаний губы и частенько почему-то поглядывая с тревогой на сидящую чуть в стороне Клеопатру. Затем на минуту оторвался от разговора и скомандовал:

– Приготовить все номерные модификаторы краберов, которые у нас есть!

Пока наследник продолжал вслушиваться в подаваемую самим императором информацию, окружающие собрали все имеющиеся у них краберы, высветили на тыльной стороне номера и выложили на искривлённой, но вполне пригодной для этого выдвижной панели. Помимо того "карманного чуда", по которому вёлся разговор, на пострадавшем флайере оказалось ещё сразу шесть краберов: Парадорского, Ланьо, и четырёх телохранителей. Причём нисколько не пострадавший крабер погибшего пилота Гарольду удалось достать из бокового карманы окровавленного скафандра на удивление легко.

Выслушав массу инструкций, наущений или чего там ещё, Януш Ремминг вначале передал координаты их местонахождения на Хаитане, а потом продиктовал все выложенные номера. Добавляя при этом кому конкретно, какой номер принадлежит или будет принадлежать. Затем кратко попрощался и пообещал ждать новых инструкций. Молча раздал краберы, вручая те, которые принадлежали погибшим воинам, Гарольду и Броверу. И только потом, аккуратно подбирая слова, стал обрисовывать сложившееся на планете положение:

– Пока чёткую картину составить никому не удалось. Все имеющиеся данные получены с корабля прикрытия, висевшего на орбите. Совершенно неожиданно прервалась связь с городом. Причём чуть ли не единовременно по всем каналам. При этом никаких видимых взрывов или разрушений под куполами замечено не было. А вот дальше из внутренностей планеты взвилось около десятка всекосмических истребителей. Часть бросилась уничтожать все автоматические станции и зонды на орбитах, а часть пошла в прямую атаку на корабль. Неравный бой закончился, так практически и не начавшись, и капитану удалось в самые последние критические секунды увести корабль в лунманский прыжок. При появлении из подпространства он передавал сжатый пакет информации, а затем вновь прыгал в другую сторону, потому что его упорно преследовали неизвестные истребители. Пока никто из врагов Оилтонской империи ни о каком начале военных действий не объявлял, политических или иных требований не выдвигал. Кто именно совершил это бандитское нападение, только догадываются. Хотя большинство сразу заподозрили сквоков. Остаются только удивляться, как это и когда горбатые наши соседи успели разместить скрытно на Хаитане подобное оружие.

– Планета огромная, но вот спутников над ней – сущий мизер, – напомнил Парадорский.

Хотел ещё что-то добавить, но так и замер с открытым ртом. Вновь всё содрогнулось и затряслось от повторного бомбометания. Когда грохот и толчки немного поутихли, все явственно слышно, как поскрипывает изувеченный корпус флайера.

– Нас здесь не раздавит? – поёжился принц.

– Снаружи может быть ещё хуже, – ответил Танти, высвечивая искривленные ребра жесткости. – Причем не только по причине обвала камней, а из-за толчков. Зверьё теперь точно всё взбесится.

– Но с чего это они вдруг повторили бомбёжку?

– Всё из-за тех же хищников. Мечущиеся в панике монстры наверное появились на дне ущелья, а оставленные приборы зафиксировали движение. Вот истребитель и зашёл на повтор. Может и этим дело не закончится.

– И что делать будем?

Все остальные сидели молча, полностью отдав инициативу разговора наследнику престола и молодому командиру отделения. Ни прославленный телохранитель, ни опытнейший боец Дивизиона не пытались влезть со своими комментариями или взять командование на себя. То ли время ещё не пришло, то ли без распоряжения Януша Ремминга его охрана на инициативу не имели права. Поэтому принятие окончательного решения оставалось за Парадорским.

– Считаю надо немедленно выходить наружу и постараться прорваться на глубины. Там отыщем достаточно удобную пещеру и пересидим сколько угодно.

Принц слушал его в явном сомнении, очевидно предпочитая оставаться на месте. Но раздавшийся вдруг скрип-стон одного из лонжеронов, подтолкнул его к правильному решению:

– Ладно, Парадорский, ты в джунглях лучше нас ориентируешься. Командуй!

Тотчас приказы понеслись во все стороны:

– Всем искать любой выход! Бровер, отдай мне этот игломёт, а себе постарайся очистить оружие пилота. Гарольд, учёт и полная сборка всех имеющихся боеприпасов. Ланьё – отыскать краберный маяк и немедленно отключить!

Получив в руки увесистый игломёт и тяжеленный подсумок с иглами к нему, Танти принялся прилаживать вожделенное для любого воина оружие на свою разгрузку. Тогда как Януш, осторожно ощупывая свою покрытую медицинским клеем рану на голове, удивился:

– Может маяк не стоит отключать?

– Наши найдут нас по подсказкам через краберы, а вот враги – по маяку. Мы ведь не знаем что там произошло в городке, вдруг все приборы действуют после захвата.

– Или после предательства, – подал голос телохранитель.

– Тоже исключать не имеем права, – согласился Парадорский поворачиваясь к двум воинам, с которыми габаритами мог сравниться лишь Гарольд Стенеси. – Как мне к вам обращаться?

До сих пор повода не было, и свои имена никто из сопровождающих принца не называл. Но вполне понятно, что в такой экстремальной обстановке следовало сократить официоз до минимума, а каждого обозначить определённым обращением. К тому же именно в этот момент, тот же боец дивизиона, наверняка имеющий офицерское звание, имел право перехватить командование в свои руки. Возможно по охранной инструкции даже наследник престола не смог бы ему запретить командовать. Да и взгляды принца и телохранителя, после вопроса молодого сержанта, замерли именно на задумавшемся бойце.

Очевидно тот сомневался. Ведь одно неверное слово или распоряжение, и весь экипаж чудом не взорвавшегося флайера всё равно погибнет. Но с другой стороны молодой парень действительно зарекомендовал себя героем. Прекрасно разбирался в подземных джунглях. Его авторитет среди товарищей был на удивление непоколебим. Да и перехватить командование никогда не поздно. Все эти размышления привели в итоге к короткому представлению:

– Ко мне обращаться Бит, – отчётливо проговорил служака из Дивизиона. – А к нему, – кивок на телохранителя, – Дейни!

– Отлично! – незаметно переводя дыхание, воскликнул Танти. – Дейни, Бит и курсант Ланьо! Ваша задача прикрывать его высочество! – заметив как начала хмуриться его любимая девушка, без паузы продолжил: – Курсант Ланьо у нас одна из самых лучших в стрельбе. Поэтому она идёт впереди, вы прикрываете с боков и тыла. Заодно слушайте её подсказки по самым уязвимым местам здешних хищников.

– Кажется, здесь можно выбраться! – раздался из сплющенного угла голос Граци.

– Гарри, помоги там! Бровер, что там с игломётом пилота?

– Цел. Почистил. Веду сборку! – отозвался сверху Роман.

– Сумка с иглами?

– Уже на мне.

Даже соединённые усилия по открытию аварийного люка, вначале ничего не дали. Мощные рывки и удары ногами вскоре прекратились и в ход пошло лазерное оружие. Но только через четверть часа сумели расширить достаточный проход в полость пещеры. И в него ужами протиснулись Пилс, Бергман, Магда и Бровер. Вскоре под аккомпанемент начавшейся стрельбы, послышался доклад Романа:

– Тут было целое гнездилище малауков. Но большинство осьминогов передавили при падении флайером, остатки мы сейчас добиваем, вроде видим несколько боковых проходов, но один из них почти перегорожен тушей каменного носорога. Завалили с парочки выстрелов. Раз он оттуда пришёл, значит, и мы там проскочим. Да и вообще, поторапливайтесь наружу.

Все уже и так интенсивно выкарабкивались, а напоследок по цепочке стали передавать боеприпасы, благо оных в придачу к двум тяжёлым пулемётам оказалось предостаточно. Другое дело, что передвигаться по джунглям с такой ношей проблематично, а по инструкциям категорически не рекомендовалось. Но вот оставить некий запас в каком-нибудь отнорке не помешает. Вдруг придётся вернуться?

Когда Парадорский выбрался самым последним из флайера, понял и причину, по которой Бровер поторапливал к выходу. По боку огромной, нависающей над прижатым аппаратом скалы, змеилась отчётливо различимая трещинка. Может она давно тут появилась, а может только что. Но из пещеры постарались убраться как можно скорей. Немного сдвинули тушу огромного носорога, и весь отряд стал протискиваться в проход. Вперёд опять ушёл Роман с игломётом, а замыкал колонну Граци. Именно этот курсант после неожиданно начавшейся третьей бомбардировки, догнал остальных вместе с клубами густой пыли и возгласом:

– Скала всё-таки рухнула!

И у многих засосало под ложечкой. Не так от своевременного и чудесного спасения, как от осознания, что неклассифицированный враг скорей всего так и не прекратит попыток по уничтожению вырвавшейся из их лап группы. А если ещё враг уверен, что принц здесь и охота идёт конкретно за ним, то шансы на выживание уменьшаются прямо на глазах.

Танти возлагал большие надежды, что в эти подземные дебри никто не полезет, а если и сунется, то местные хищники быстро укоротят непомерное рвение преследователей. Следовало только самим проскочить некоторый участок джунглей, а потом отыскать удобное и безопасное место для отсидки. Ведь при любом раскладе боевой флот империи прибудет сюда уже через несколько часов и как бы ни были страшны всекосмические истребители, оказать сопротивление крейсерам или эсминцам они не смогут. Да и у прибывших кораблей имеются истребители не хуже. Другой вопрос, что пока ничего не знали о конечных целях непредвиденного агрессора.

Монстров на пути попадалось очень много, но пока удавалось от них отбиваться только выверенными одиночными выстрелами. Видимо основной поток на поверхность двинулся по иным участкам.

На первой из остановок принц опять связался с Оилтоном:

– Мы тут покинули ущелье, потому что бомбардировки продолжились. Успели вовремя, остатки флайера завалило скалой. Сейчас двигаемся в направлении строго на город и наши координаты…

Пока вёлся разговор, Клеопатра приблизилась к Тантоитану и стала перешёптываться:

– Не стоит так часто менять ориентиры. Нас будут потом долго искать.

– Пусть лучше дольше ищут наши, чем очень быстро найдут враги.

– Сюда никто их них не сунется! – Резко возразила девушка.

– Откуда ты знаешь, кто они и на что способны? – пожурил её Парадорский. – Меня больше всего пугает, что их истребители прятались где-то в подземных ангарах. Так что вполне возможно, что агрессор имеет более действенные средства. Может он этих тварей просто выкашивают новым оружием? Заодно и нам достанется. Так что лучше оторваться от возможных преследователей как можно дальше. А то и глубже.

– Перестраховщик! – с осуждением прошептала Клеопатра, но вслух и при всех своего недовольства не высказала. И вскоре уже все слушали последние новости из большого космоса:

– Нам повезло. Невдалеке проводили учения несколько эскадр нашего флота, поэтому помощь на Хаитан подоспеет через полтора часа. Оилтон по всем каналам и через все средства массовой информации заявил Галактике об агрессии и первых жертвах. Шум поднимается огромный, но в ответ со стороны врагов полная тишина. Сквоки тоже ни на какие вопросы не реагируют или отвечают недоумёнными восклицаниями: "Чего вы, убийцы и разрушители, от нас ещё хотите? Мало вам нашей крови, так теперь войну начали?" В общем, полный дипломатически нонсенс. Вроде как издеваются, но и окончательно ни в чём не признаются. Кстати по поводу нашего продвижения аналитики посоветовали оставаться на месте. Дабы не затруднять работу спасательным отрядам десантников.

Курсант Ланьо с горделивым сарказмом взглянула на командира отделения. Но тот и не подумал идти на поводу у аналитиков, сидящих от этого места на немыслимом расстоянии:

– Нам тут из погреба, ситуация видней. В крайнем случае, всегда успеем двинуться спасателям навстречу. А сейчас двигаемся дальше и вглубь. Пока есть возможность, несём пулемёты и боеприпасы к ним. Феликс, сканируй маршрут прохождения в память карты.

Действительно, этот участок планеты был изучен ничтожно мало, и в памяти голографической карты высвечивалось километровой впадиной лишь само ущелье. Глубже и в стороны – скрывалась неизвестность. Хотя по твёрдому убеждению Парадорского ни одного нового монстра им на пути попасться не должно. А уж со старыми и хорошо изученными они уже как-нибудь общими силами справятся. Больше стоило опасаться прямого преследования. И опять прозвучала короткая команда:

– Вперёд!

Глава двадцать девятая

17-го июня, 3589 года, планетоид Колпи

Военный атташе королевства Пиклия титаническими усилиями старался не кривиться и смотреть в маленький экран крабера с должным почтением и стойкостью. И виной тому была не жуткая головная боль от непрекращающегося похмелья, а визгливый, срывающийся на истерику голос графа Де Ло Кле:

– Ну как, как они умудрились не захватить этого выродка живьем?! Взять всю планету, пленить почти всех колонистов и военных, а самую важную птичку упустить. Мало того, что скрыли от нас все свои планы, так ещё и не довели самое важное дело до конца!

– Извините, ваше сиятельство, – осмелился заговорить атташе. – Но сквоки сразу предупреждали, что у них хватит сил и возможностей для моментального захвата Хаитана.

– Говорили! – патетично воскликнул первый подручный Моуса. – Но кто им верил! Если бы они хоть чуть-чуть приоткрылись, давая нам уверенность, мы бы не прошлёпали наш разведывательный центр в системе Вихелоуса. Наши бы там сидели тихонько, как мышки.

– А что с центром?

– При штурме имперских ищеек наши резиденты приняли решение подорваться, но не сдаваться! – торжественно соврал граф, не моргнув и глазом. – Так что всем героям…, светлая память.

Оба собеседника тяжело вздохнули. Особенно тяжело получилось у атташе. Он боковым зрением посматривал уже давно на графин с охлаждённым соком и буквально умирал от желания поскорее закончить разговор и залить в своих внутренностях раскалённую пустыню. Де Ло Кле его понял по-своему:

– Ты так тяжело не переживай, потери при войне неизбежны, да и твоих знакомых среди них не было.

– Хотели кокнуть принца?

– Имели все шансы, но кто-то прокололся. Да и теперь вся игра имперцев стала понятна. Если бы мы сразу догадались, что наследник полетел прямо на Хаитан.

– Увы, сквоки только сами об этом узнали четверть часа назад, когда стали поступать доклады о первых допросах под домутилом. Мне эту новость передали сразу и я уединился для звонка.

– Но как им удалось без потерь захватить сразу два исследовательских городка? Да ещё и все силы охраны и безопасности?

– Боюсь, этот секрет они нам никогда не раскроют. Но зато сразу похвастались, что при захвате всей планеты у них даже раненых не оказалось.

– Невероятно! Их секретное оружие может напугать кого угодно.

– Похоже…, – загрустил атташе ещё больше, соображая как быстрей завершить разговор. – Разве что мне постоянно крутиться возле них и подслушивать каждое сорвавшееся слово?

– Конечно! Иначе, какого дьявола лысого ты там находишься!? – опять разозлился граф. – Кончай трепаться и за дело!

– Понял, приступаю! До скорой связи.

Он выключил крабер, с раздражением засунул его в наружный карман бытового скафандра и дрожащей рукой дотянулся до запотевшего графина. Пил долго, отфыркиваясь, с наслаждением. И не оторвался, пока последние капли не проскользнули в пищевод. Затем блаженно откинулся на спинку стула и простонал:

– Ох! Чуть не издох!

Потом всё-таки собрал всю свою волю в кулак, встал, и, растирая рукой правый бок, поспешил на розыски самого проинформированного сквока на планетоиде. Им оказался тот самый начальник штаба, с которым атташе здорово подружился за последние пять дней и который тоже в зеленоватом пиклийце души не чаял. Именно поэтому вечно пьяный полковник приказал дежурному на входе пропускать милого и обаятельного иностранца к нему в кабинет в любое время. Если бы он только знал, с каким самопожертвованием к выпивке достигалась эта самая обаятельность.

Вот и сейчас, начальник штаба несколько раздражённо выпрямился над столом, удивляясь, кто это посмел помешать в работе, но рассмотрев своего нового друга, воскликнул:

– Братан, Кур Шен Ли! Ты чего такой смутной и печальный?

– Так ведь совсем полечиться не с кем, – пожаловался атташе. – Только вот недавно генерала встретил, так он только последние новости пересказал и бежать. Я ему вслед: "А по маленькой!?" Так он только рукой махнул. Что это с ним?

– Ха-ха-ха! – заржал во весь голос полковник, нисколько не стесняясь ещё нескольких подчиненных, которые крутились рядом, – Стареет наш командир, стареет! Раньше он никогда от таких предложений не отказывался!

– А ты откажешься?

– И не стыдно? – сквок из-за своего низкого роста не мог обнять гостя за плечи, но нисколько не стесняясь прижал за талию и поволок в дальний закуток своего огромного кабинета. – Вот! Я тебя давно жду!

Его лапища, словно сапёрская лопатка хлебосольным жестом указала на уютный столик, заставленный бутылками и многочисленной, но отменной закуской. Сам безмерно удивляясь своим актёрским талантам, атташе радостно взвизгнул и в порыве чувств чмокнул низкорослого горбуна в макушку:

– Есть счастье в этом мире, есть! – глядя, как водка плещет в чистую, вынутую из отверстия в стене рюмку, сделал существенное дополнение: – Особенно когда рядом такой надёжный товарищ!

Полковник так расчувствовался, что чуть не всплакнул:

– Эх! Как это здорово, иметь таких союзников! За дружбу! – они залихватски выпили, но если гость сразу стал закусывать, то хозяин кабинета лишь протяжно выдохнул и поинтересовался: – У вас там все такие классные ребята?

– Откуда?! У нас там ни пить не умеют, ни праздновать! Никакой культуры отдыха и наслаждения. Я до сих пор своему счастью не верю, что именно меня к вам послали. Хоть нормальной водки попробовал.

В следующий момент его рюмка опять оказалась полна, а сердобольный товарищ пробормотал с жалостью:

– Да ты пей, пей, не стесняйся. – Себя он тоже обнести не забыл. Выпили, закусили. Но после этого, полковник понизив голос, извинился: – Тут у нас дела, но ты можешь возле меня остаться и мы будем время от времени подлечиваться. А, как тебе?

– Да я с тобой хоть сутками готов! – с блестящими глазами выпалил Кур Шен Ли. И кивнул подбородком в сторону центрального стола, – Только как же с секретностью?

На что горбатый полковник только крякнул и поманил своим пальцем-сарделькой гостя за собой. Атташе успел соорудить огромный бутерброд, благо здешними традициями и обычаями подобное обжорство только приветствовалось, и пошёл следом.

– Господа, – рыкнул начальник штаба, опять встав за столом. – Предупреждаю о сохранении государственной тайны в отношении нашего чудо-оружия. Ни одного слова! Но, в то же время, наш союзник может и должен быть в курсе всей операции на Хаитане по розыску и поимке наследника Реммингов. В этом вопросе у нас перед ним секретов нет.

Остальные сквоки лишь понятливо кивнули, делая себе зарубку в памяти и можно было с уверенностью заявлять: и в самом деле не ляпнут ни слова лишнего. Пусть даже напьются до поросячьего визга и станут ползать не четвереньках, но тайну не выдадут. В этом уже не раз приходилось убеждаться, и попутно удивляться, как эти пьяницы умудряются контролировать самое важное в своей речи?

Но с другой стороны, всё равно некие словечки, намёки и фразы проскакивали, и опытному разведчику не составляло большого труда всё это проанализировать и привести в единую систему. А потом и сделать правильные выводы. Казалось бы чего проще, Кур Шен Ли считался одним из самых лучших в Пиклии, недаром именно его Де Ло Кле послал на такие важные переговоры. Только вот имелось одно важное и почти непреодолимое препятствие на пути к правильным выводам: к тому времени когда следовало начинать грамотно направлять разговор в нужное русло, опытный разведчик уже чувствовал себя последней свиньёй. Причем свиньёй очень, можно сказать смертельно пьяной. Только и оставалось потом прослушивать в тяжёлом похмелье записи с простейшего диктофона и с содроганием пытаться вспомнить: что это он так выпытывали и что это ему отвечают. Хорошо что ни король Моус Пелдорно, но его сторонники подобного услышать не могли, хотя атташе и сберегал эти записи на всякий случай, отправляя с помощью крабера на свой резервный номер в тайном месте.

Сейчас, можно сказать, впервые повезло так крупно. Непосильные издевательства над собственным организмом и несчастной печенью принесли первые плоды. Несмотря на равномерное поглощение прихваченного бутерброда, пиклиец весь обратился в слух, а глаза так и пытались считать с любого экрана мало-мальски полезную информацию. Тогда как его приятель полковник совершенно трезвым голосом стал отдавать распоряжения по связи и выслушивать несущиеся из динамиков доклады.

– Ну и что там у вас? Докладывайте!

Сквозь шум и грохот, который обычно сопровождают интенсивный бой, донёсся голос прямо с Хаитана:

– Мы уже на дне ущелья, но пока ни о каком поиске человеческих тел не может быть и речи. Это зверьё словно взбесилось! Прут изо всех щелей рядами и колоннами! Ведь бомбометание оказалось хуже, чем землетрясение средней силы. Помимо хищников порой продолжают валиться на головы крупные обломки со стен ущелья. У нас уже два трупа и восемь раненых.

– Да что б вашу…! – длинное и затейливое ругательство вырвалось изо рта начальника штаба. Но на том конце связи тоже не слишком то испугались:

– Господин полковник! Вы моих ребят знаете, мы везде пройдём! Но только не здесь! Только даром весь отряд положим. Требую дать нам отход и заменить силами десятого полка.

– Никак иначе?

– Никак! Разве что тут и останемся навсегда.

Сквок скривился, но больше торговаться не стал:

– Ладно, отходите! – затем переключившись на другой канал связи: – Десятка! Немедленно на борт и в ущелье на поиски принца!

– Есть! – через довольно короткое время доклад продолжился: – Уже в пути! Но если монстры сожрали всех имперцев до единого?

– Разыскать то место, где их жрали! Хоть что-то, но с них останется. Ну и обязательно – остатки флайера. По данным авиаразведки, крупных обломков так и не обнаружили. С вашими сканерами – найдёте!

Собеседник с той стороны без всякой боязни перед высоким начальством рассмеялся:

– Мы и без сканеров всё отыщем и раскопаем!

Пока ждали высадку десанта таинственного "десятого полка" и слушали ругань эвакуирующегося со дна ущелья отряда, атташе опять был приглашен в закуток и полечен тремя рюмками прохладной водки. Во время этого Кур Шен Ли, набрался наглости и самым дружеским тоном поинтересовался: как всё-таки удалось уйти самой главной дичи из охотничьей облавы на Хаитане.