Текст книги "Миры Доставки 1-14. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава 22
3602 год, Оилтон, императорский дворец

Мало кто знал (а точнее, таких людей было всего лишь двое), что у старшего имперского следователя Энгора Бофке имеется свой человек в далёкой столице королевства Пиклия. Энгор сам воспитал этого человека, обучил, можно сказать, выпестовал, и теперь этот уникальный дознаватель, разведчик, резидент и лазутчик в одном лице сумел пристроиться почти в самом сердце злостного врага Оилтонской империи.

Первый, кто знал об агенте, так это нынешний командир Дивизиона Минри Хайнек. Ему просто по должности полагалось об этом ведать, ибо бравый офицер и под его командованием какое-то время прослужил. А так просто уйти или исчезнуть из элитного воинского соединения было невозможно. Командир просто обязан знать, куда это и по каким делам отправился его подчинённый.

Ну и второму человеку надлежало знать о резиденте в тылу врага по роду своей работы и по занимаемой должности. Это был шеф оилтонской разведки генерал Эрли Манг. Без его директив, выделяемых средств, подаваемой информации и пособничества агенту ну никак не удалось бы внедриться вначале на саму Пиклию, а чуть позже и на работу устроиться в главный космопорт королевства. Фактически именно с момента отправки в тыл врага ушлый, жутко сообразительный специалист и отменный аналитик перешёл в ведомство разведки. И был бы потерян навсегда для следственных органов империи. Как бы…

Но не менее ушлый Рекс, с его бульдожьей хваткой, умудрился отдать своего воспитанника с одним-единственным, но основополагающим условием: любые поступающие разведданные «оттуда» должны дублироваться и для него. Тогда ещё генерал Манг сильно удивлялся этому и бурно возражал, но Бофке сумел настоять на своём, мотивируя свои требования насущной необходимостью знать, что творится в стане неприятеля. Ещё и привёл в доказательство несколько примеров, когда подобные знания помогали отыскать шпионов в Старом Квартале и тем самым предотвратить множество преступлений. Как ни возмущался тогда шеф разведки, но ему пришлось уступить.

И вот сейчас главный имперский следователь с яростным интересом вчитывался в лежащий у него на столе отчёт и в нервном предвкушении потирал ладони. Сразу было трудно оценить и верно интерпретировать полученную информацию, но в том, что это будет бомба, вздымающая в невесомость не одну личность, Рекс не сомневался.

Резидент, проходивший по документам как Шег Пятый, докладывал о весьма странной ситуации. И не просто докладывал, а несмотря на невероятный перерасход дорогостоящих батарей для крабера, сумел передать заснятые им картинки. К каждой из них он сделал свои выводы, основанные на скрупулёзном анализе. Но вообще-то резиденту Шегу Пятому за раскрутку данного дела наверняка придётся и звание внеочередное давать и наивысшей наградой, Изумрудным Листком, одаривать.

«Заслужил парень! Молодец! – мотал головой Рекс, уже по второму разу перечитывая внушительный по объему текст. – А мы теперь посмотрим, как кое-кто слишком умный и наглый выкручиваться станет!»

Резидент сообщал о том, что он увидел в далёком космопорте столицы Пиклии. Шег заблаговременно обратил внимание на известие о предстоящем прибытии челнока с орбиты, в котором находится баронская чета Кири. А как раз накануне была получена ориентировка с родины, что именно начальник лагеря теперь заслуживает наибольшего внимания в плане плотного наблюдения и проверки всех его связей. Ибо по иным каналам поступили сведения, что Фре Лих является весьма близким другом и сподвижником самого узурпатора Моуса Пелдорно. И, как говорится, вхож к нему в любое время дня и ночи, имея при этом право открывать дверь ударом ноги. То есть подобная личность сразу же подпадала под пристальный взгляд любого находящегося рядом с ней разведчика.

Ну и Пятый приложил все усилия, а также присущую ему сообразительность, чтобы получить максимум информации. Для этого он успел установить вокруг прибывшего челнока сразу три камеры наблюдения и благодаря полученным записям сумел рассмотреть высадку с трёх ракурсов. И был поражён, опознав тех вояк, которые первыми вышли вместе с бароном Кири, установили трап и проверили близлежащее пространство космопорта, как истинные представители охраны. Ими оказались хорошо знакомые Шегу телохранители и бойцы из команды консорта империи его величества Тантоитана Парадорского. Этих трёх бойцов он знал преотлично, и даже если появились некоторые сомнения из-за их довольно обильной маскировки на лицах и попытках с помощью определённых средств изменить внешность, то потом, после просмотра записей, уверенность стала стопроцентной.

Затем на трапе появилась баронесса, а следом за ней на землю Пиклии стали спускаться ещё две странные личности. После невинных вопросов коллегам по работе Пятый узнал, что пара – это люди из числа телохранителей начальника лагеря, но обычно он брал с собой другую пару. То есть уже было подозрительное изменение в выборе сопровождающих. Ну и ко всему прочему, восседающий в инвалидной коляске тип, отдающий незаметно приказания чуть ли не всем вокруг, вдруг показался странно знакомым. Причём узнавание пришло на уровне подсознания, неких инстинктов. А потом, работая на виртуальном компьютере и убрав зелёный цвета кожи и маскировку с лица, Шег пришёл к невероятному выводу: перед ним сам консорт! Тем более что в бытность свою Шег служил рядом с Танти, участвовал с ним во многих боевых операциях и съел вместе с ним не одну чёрствую, разделенную пополам горбушку. Ну а рядом с Парадорским оказался тоже чуть ли не сразу узнанный из-за своего роста Малыш. Он же прославленный Агнер Ллойд, он же супруг Синявы Кассиопейской, внучки богатейшего человека Галактики, обладателя Железного Потока барона Монклоа. И он же – хорошо и сотни раз виденный во многих бытовых и экстремальных ситуациях боевой товарищ.

«Вот это они и замаскировались! – изумился резидент, и гордясь боевыми товарищами, и страшно переживая за них. – А по какому случаю они здесь?»

Но делать окончательные выводы имело право только непосредственное начальство. Его дело было всё доложить и описать свои размышления. Дальнейшее решал шеф разведки, генерал Эрли Манг, ну и в несколько меньшей степени старший имперский следователь Энгор Бофке.

А события между тем развивались, и их продолжали фиксировать. Баронская чета и два высших сановника империи, замаскированных под зеленокожих уроженцев Пиклии, довольно поспешно подались в сторону королевского дворца. Что тоже вызывало немалое удивление.

Далее резидент Оилтона вообще проявил чудеса в умении добывать нужную информацию. Забросив свои обязанности на работе, он смотался в город и там сумел проследить путь прибывших не только до громады самого дворца, но с помощью нескольких новых, заполученных с помощью искренних угощений друзей выяснить: в данное время барон Кири с супругой обедают в компании его величества, шефа безопасности Пиклии графа Де Ло Кле, директора монетного двора маркиза Ваб Дер Гела и министра энергетики барона Су Кар Чо. Ну а так как рядом с ними консорт и Агнер Ллойд, то дальнейшие выводы делать было уже страшно.

Зато доложить следовало немедленно. Что Шег Пятый и сделал.

Как отреагировал на эту информацию генерал Манг, Бофке пока понятия не имел, и когда прочитал и просмотрел все в третий раз, крепко задумался:

«Если идти сейчас к шефу разведки и попытаться выяснить его позицию, а потом и согласовать нашу реакцию – то что получится? Сомневаться в благонадёжности генерала – последнее дело, ведь это человек, не запятнавший свою репутацию, да и родственник императрицы как-никак… Но! Сомневаться надо в любом случае! Мало ли что… И если он во всём этом тоже замешан, то… Хм! Как бы со мной чего не случилось… Тем более зная, что я тоже уже прочитал скандальную информацию… Враг, если он враг, обязательно попробует меня устранить… А значит, надо предпринять немедленно действия, мешающие моему устранению… Ну и обезопаситься не помешает и в другом… М-да! А вот кому сбросить всю эту инфу? Патрисии? Пока рано… Алоису? Так он по-любому с Танти заодно! Янушу Реммингу? Ох, этот учёный давно плевать хотел на такое, и как отреагирует – неизвестно. Профессору Сартре? Так тот вообще тёмный тип, но скорее всего примет сторону Парадорского. Кто ещё остаётся? Правильно: только наш бравый солдафон Минри Хайнек. Пусть и твердолобый, пусть и не признающий окольной дипломатии, зато самый мною проверенный и надёжный парень! Решено…»

Сделал несколько копий отчета и разослал их своим наиболее проверенным помощникам. Если с ним что случится, они обязательно раздуют дело и в любом случае добьются торжества справедливости. Покинул императорский дворец и, договорившись с командиром Дивизиона по краберу, встретился с ним в одном из подсобных помещений, прилегающих к казармам элитного воинского соединения. Сразу, без предисловия, ткнул отчет в руки Хайнеку:

– Читай!

Когда тот пробежал глазами строчки о весьма странном поведении консорта и поднял затуманенные глаза на следователя, спросил:

– Ну и как тебе такие расклады?

– Явный обман! – в голосе Минри слышались ярость и осуждение. – Даже императрица уверена, что её муж сейчас развлекается в родном герцогстве. А тут получается, что он не просто ей изменяет с какими-то…

Он запнулся, не зная, как помягче выразиться, а Рекс с досадой воскликнул:

– При чём тут «какие-то»? Ты не о том думаешь! Тут пахнет более страшным, чем простая супружеская измена. Понимаешь, о чём я?

Ярый солдафон раз пять кивнул, а потом заявил:

– Нет! Не понимаю! Хотя прекрасно понимаю, что ты имеешь в виду.

Энгор Бофке даже растерялся немного от такого противоречия:

– Как это? Я ведь намекаю на нечто иное… На самое, самое опасное для империи.

И тут Хайнек остался последовательным и непоколебимым:

– Нет. Танти не может изменить. Если он не находится под гипнозом, или вообще не лишён разума, то он никогда не изменит империи.

Такая твёрдая уверенность, казалось бы, старого противника Парадорского во многих делах заставила следователя сдать немножко назад:

– Да я пока ничего такого и не утверждаю…

– Так чего ты от меня хочешь?

– Ты просто обязан меня подстраховать и с тыла и с боков. Потому что если генерал Эрли Манг вдруг захочет вытворить нечто радикальное, то ему в первую очередь понадобится уничтожить именно меня. Понимаешь? – Дождавшись кивка, он продолжил: – Уже хорошо… Ну а если шеф разведки сам будет в недоумении и начнёт внутреннее расследование, то мы с тобой должны принять в этом расследовании самое активное участие. Ибо только мы, при нашем знании некоторых реалий, можем верно оценить те или иные действия. Вполне возможно, что, наоборот, Тантоитану срочно требуется наша помощь. А может, и помощь самой императрицы. Но в любом случае мы должны будем среагировать и поступить единственно правильно. Учитывая при этом, что задача обеспечения безопасности Патрисии остаётся главной.

Собеседник выдохнул и не очень уверенно произнес:

– Ну… если так… то конечно…

И тут на крабер Рекса поступил вызов. Тот посмотрел на номер и прошептал:

– Сам генерал Манг мне звонит. Вот сейчас всё и выяснится… Да! Слушаю, старина. А-а… конечно, получил… Вот как раз читаю… – Он подмигнул командиру Дивизиона, который слышал и каждое слово генерала. – Надо встретиться? Конечно, готов… К тебе? – И, прекрасно поняв жесты Минри, улыбнулся и предложил: – А давай подскакивай в комнату совещаний комсостава Дивизиона. Она пуста сейчас… Здесь и удобнее, и нам обоим будет ближе, да и никто посторонний не помешает… Согласен? Тогда до встречи!

Выключив крабер, он вопросительно уставился на подтянувшегося и прищурившего глаза Хайнека.

– Иди туда, – сказал тот. – А я обеспечу тебе должное прикрытие со всех сторон. Нечего нашим офицерам прохлаждаться, при такой-то внушительной зарплате. Пусть отрабатывают!

И оба важных имперских функционера поспешили по новому делу своей службы.

Глава 23

Еще на борту челнока мы опять провели допрос сразу по четырём каналам и поняли, что надо хоть маленько перестраховаться. Именно поэтому наш «барон Кири» тут же связался с начальником планетной службы полиции, который являлся и начальником лагеря по режиму:

– Как там у вас дела?

– Всё в порядке, ваша светлость!

– Никакие потроха уголовные не сбежали?

– Никак нет, в лагере всё спокойно, заключённые работают в прежнем, усиленном режиме.

– Отлично! Я уже вылетаю, и часов через семь буду, – ошарашил Фре Лих таким заявлением своего зама на Элизе.

Тот задвигал бровями и удивленно спросил:

– А что за спешка, ваша светлость? Ведь на несколько дней собирались…

Он знал, что барон намеревался заняться омоложением. Кири обещал ему в награду за примерную службу тоже вскоре предоставить возможность омолодиться вне всяких очередей и за чисто символическую оплату. А раз шеф вдруг поменял планы, то и для рьяного служаки желаемое действо отодвигается в неопределённое будущее.

– Отложили омоложение на неделю, – пояснил барон. – А для тебя об «окошке» договорился, еще через неделю.

– Ох! Даже и не знаю, как благодарить…

– Работай и бди! – грозно посоветовал Фре Лих. И добавил, как о чем-то второстепенном: – Кстати, разрешаю снять блокаду. Пусть все летают, куда им вздумается… А то меня уже эти деловые торгаши до спинного мозга проели своими жалобами и нападками. Да и прочая шушера задолбала! – наша актриса уже не смущалась и бодро оперировала жаргонными словечками.

– А как со слежкой за конторскими?

– Тоже снимай, пускай люди отдохнут. Я тут по иным каналам получил полную инфу об этой конторе, вполне лояльные парни… пусть работают…

Помощник знал, что барон при желании может выведать информацию у самого шефа безопасности графа Де Ло Кле. Поэтому такого ответа ему хватило.

– А как же этот Добряк? И себя консортом называл, и собеседницу свою принцессой… Неужели просто шутка?

– Хуже! И такое уже не лечится! Этот дебил такую ролевую игру со своей бабой постоянно разыгрывает. Хорошо хоть мы не подслушали иного развлечения, когда они обращались друг к другу «ваше величество». Так что… не будем дальше позориться, и так пришлось выкручиваться да извиняться перед Сиккертом.

– Понял, снимаю наблюдение. Разве что вопрос о транспорте: орбитальный загружен наполовину. И три челнока с перламутрицами готовы к взлёту на охраняемой части космопорта, принадлежащей лагерю.

– Отлично. Пусть ждут моей команды. Скорее всего я лично загляну на корабль на орбите перед его отправкой.

– Вас встречать? Будут ли ещё какие-то распоряжения?

– Да нет, всё как обычно… Если что-то срочное, с орбиты с тобой свяжусь. Бывай…

– Всего наилучшего! До встречи!

Мы прибыли на трофейный корабль и ушли от планеты, набирая скорость для Лунманского прыжка. Прыжок планировался совсем коротким, рассчитанным всего на час. Долго оставаться «слепыми и глухими» было нельзя. Нам следовало как можно скорее выходить на связь со всеми и разруливать создавшуюся ситуацию. Если остальных ребят вместе с Броверами отпустят в течение часа – это хорошо. Ну а если будут чинить препятствия, придётся вмешаться. Причём срочно, действуя издалека, отправив к Элизе находящиеся рядом резервы.

К сожалению сильно уставших риптонов, поспать ни им, ни тем более нам в начале прыжка не удалось. А всему виной были мои боевые товарищи, которых поддержали и наши симбионты. Мои коллеги, образно говоря, вручили мне «чёрную метку». То есть единодушно сняли меня с командования и потребовали устраниться от всех дел. Вернее, не от всех: мне надлежало отправиться на Лерсан и подлечиться.

Понятное дело, молчать я не стал:

– Ребята! Вы чего?! Когда позади остались основные сложности, вы вдруг решили сами сливки снять и все ордена забрать?! Да у нас только и осталось что несколько простых дел, при исполнении которых мы все отдохнём и развлечёмся…

– Хватит, Парадорский! – без всякого пиетета оборвал меня Гарольд. – Ты вон уже как наразвлекался! На ногах не стоишь, и глянь на себя: даже Булька твою бледность скрыть не может.

– И глазами так на нас не надо сверкать! – подхватил Малыш. – Никто тут тебя не боится, да и по всем канонам раненый выбывает из строя, а не ползает по передовой, увлекая воинов в атаку. Всегда его заменяют здоровые. Ибо в таком плачевном состоянии, как сейчас, ты только мешаешься под ногами и подвергаешь дополнительному, совершенно неоправданному риску наши жизни.

– Та-ак… – окончательно растерялся я.

– С оставшимися делами мы и сами прекрасно справимся, а твоё место сейчас возле твоих родственников, – командным тоном сказал полковник Стенеси. – Сам понимаешь, насколько важно сейчас затаиться. И дело не в наградах, а в отходе на замаскированные тыловые позиции. В три часа пополуночи вокруг Пиклии такое начнётся, что не приведи судьба нам даже случайно оказаться рядышком. Реакция как мирового сообщества, так и Доставки может быть непредсказуемой. Как консорт Оилтонской империи, пусть и сильно израненный и битый по голове, ты должен это понимать.

– Кто это сильно израненный? – спросил я с неожиданным хрипом и закашлялся. Получилось более чем жалобно и неубедительно по той причине, что это мой обнаглевший симбионт применил ко мне какие-то понижающие голос штучки.

«Булька! Ты что творишь?! – мысленно заорал я. – Зачем мне рот затыкаешь?!»

«Я не затыкаю, мне просто уже сил не хватает твое тело поддерживать в тонусе. Оно перетрудилось, в том числе и горло».

– Заговор?! Бунт?!

Все сделали вид, что не услышали мои хрипы. Гарольд, уже нисколько не сомневаясь в своём праве, принял командование на себя и стал распоряжаться так, словно я уже лежу в медицинской камере:

– С Танти вопрос решили, отправляем его немедленно на Лерсан. Он уже и говорить сил не имеет, только хрипит… Побудет пару часиков с родственниками – и в омолодитель.

– Всё верно, – аристократично кивнул наш Лорд адмиралтейства. – Разве что стоит к нему в комплект зарядить и чету Броверов. Пусть они хотя бы перед младшими сестрёнками засветятся, как пострадавшие в полёте путешественники и древние друзья.

Его супруга смотрела ему в глаза и кивала. А потом поинтересовалась:

– Что будем делать с пленными?

– Да тут у нас почти все преступники. Отдадим их следователям, а потом пойдут под суд. Если пара торговцев окажется достойными свободы, позже отпустим, когда шум со сменой монарха на троне Пиклии уляжется.

Цой Тан тоже оказался предателем по отношению ко мне как к командиру, потому что, спрашивая, смотрел только на полковника Стенеси:

– А куда мы вначале отправимся? Освобождать замок профессора Сартре или за моим отцом?

Гари долго не думал:

– Сектор Рыжих Туманностей в противоположной стороне, делать две ходки некогда. Поэтому двинем в оба места одновременно. Благо у нас сейчас есть два прекрасных корабля. А для поддержки задействуем оба дружественных нам соединения. Группа кораблей герцога Мишеля Лежси отправится с тобой, Цой, за твоим отцом, господином Юсимой Тан Уке, – он сделал выверенную паузу, подчёркивая свою отличную память на имена. – А соединение Цезаря Малрене поможет нам справиться с пиратами на планете в системе Блеска.

На моё фырканье, означавшее, что я и сам мог отдать такие же команды, никто демонстративно не обратил внимания. Поэтому мне ничего больше не оставалось, как ругаться с риптоном, занявшим непреклонную позицию.

«В любом случае мы с тобой могли бы вначале заскочить в систему Блеска, – делал я последние попытки доказать свою незаменимость, – а уже потом отправиться на Лерсан. Вдруг ребятам понадобится именно наша подсказка…»

«Ух ты, какой поумневший стал! – ёрничал Булька. – «Мы с тобой»! «Наша подсказка!» Начал вспоминать и обо мне? Ай, какой добрейший у нас командир! Неужели решил официально признать, кто его от всего оберегает, спасает и кто его вытягивает из всех смертельных неприятностей?..»

«Да ладно тебе, – попытался я его осадить. – Уж тебе-то мне не надо доказывать, насколько мы с тобой дружны, близки и насколько друг другу доверяем…»

«Ага! Ещё скажи, что ты жить без меня не можешь! Ха! Да это и и так понятно! Иначе давно бы уже тебя разжаловали в рядовые…»

«Ну, это ты уже загнул! Этак договоришься до того, что я до знакомства с тобой жил как овощ и ничего в этой жизни не добился. Не стыдно все наши успехи приписывать только себе?»

Как же, смутишь такого философа, крупного ученого и самого удачливого экспериментатора всех времён.

«Не стыдно! Не знаю, как ты до меня выживал, но с тех пор как мы вместе, на твоё тело так и валятся приключения, полные смертельной опасности. Я мечтал, что ты после женитьбы остепенишься и станешь более домашним, так ты и тут из-под надзора супруги сбежал!»

«О-о-о! Да ты никак меня предать надумал? Может, ты ещё и Патрисии сейчас позвонишь и во всём чистосердечно признаешься?»

«Может, и признаюсь… если будешь себя плохо вести! – на полном серьёзе пригрозил мой риптон. – И вообще, у меня уже сознание отключается от усталости. Проваливаюсь в сон… А ты хорошенько поешь за нас двоих и тоже ложись спать. Иначе… когда я проснусь и что-то будет не так… тебе мало не покажется!»

«Спи, спи! Всё будет хорошо! – пообещал я, радуясь исчезновению хоть этой надоедливой опеки. – Тут как раз кормёжка носителей намечается…»

Симбионт вроде уснул, но всё-таки перестраховался и мне напоследок напакостил. Ибо, попробовав вмешаться в разговор, я понял, что со своими хрипами ничего сказать не смогу. И что обиднее всего: я ничего не мог этой напасти противопоставить. Я имею в виду – полное моё игнорирование. Нельзя было без тяжёлых вздохов видеть, как все они собираются действовать. А я был безмолвным наблюдателем… Только и оставалось себя утешать мыслями о мщении да здравыми рассуждениями:

«Будь я на их месте – поступил бы точно так же с этим заносчивым и вредным консортом! М-да… тем более что толку от него в данный момент…(чего уж там кривить душой!) и в самом деле никакого…»

Печально… но зато самокритично и реалистично.

Единственное, чего я добился для себя на первом этапе мероприятий, так это присутствия в главной рубке трофейного корабля. Меня пристроили в уголке, поставив рядом столик с напитками и закусками. Благодаря этому я оставался в курсе всех происходящих событий, порой впадая в оздоровительную дрёму и просыпаясь в самые интересные моменты.

Вся наша команда успела поесть, так что из подпространства ребята выскочили полные сил и боевого задора. Хотя нападать на нас никто не собирался, как и интересоваться, что мы здесь забыли. Недаром выбирали именно этот редко посещаемый сектор звёздного королевства.

Ну и стали действовать, а точнее говоря, интересоваться осуществлением наших планов на других фронтах. Первым порадовал Алоис:

– Принц Сте Фаддин понял, что к чему, и согласился занять трон. Правда, с некоторыми условиями и оговорками, с которыми нам пришлось согласиться, – наш мавр выглядел вполне довольным, значит сумел выторговать самое главное для нашей империи. – Он заявил, что примет окончательное решение, только когда узнает реакцию пиклийцев на его кандидатуру. Он ведь уже пробовал сместить Моуса с помощью военной силы, помните? Тогда у него не получилось убить узурпатора, хотя дворец превратился в руины, и больше всего его обидело тогда, что народ не бросился грудью на амбразуры и не уничтожил незаконный режим. И сейчас он хочет обратиться к народу с воззванием, а потом проследить за его реакцией.

– Это не страшно. Подобное расстройство легко излечивается! – веско заявил Гарольд на правах командира.

Что интересно, наш прославленный аналитик кивал только ему, в мою сторону даже не посматривая.

– Верно. Если Моус будет умерщвлён, то вопрос автоматически снимется с повестки дня. Второе условие несколько сложнее. Сте Фаддин Пелдорно желает, чтобы мы немедленно оповестили всех его сторонников, сочувствующих политиков и лидеров нескольких эмигрантских группировок, чтобы те стали подтягиваться к столичной планете королевства. На иных он совершенно, мол, не надеется. На такое мы пока идти не можем, так я ему сказал, и должны посоветоваться с руководителями империи. Попросил на раздумья десять часов… о! Уже осталось восемь с половиной… Как раз к этому сроку всё окончательно и прояснится.

Ну да! В столице королевства будет три часа ночи. Если узурпатора спасут, то сразу начнётся вой на всю Галактику. Дескать, враги совершили покушение на самого доброго, прославленного монарха, любимца народа и авторитетного политика. А вот если сидящего на троне уголовника спасти не удастся, то вся его клика и слова лишнего не скажет, пытаясь как можно быстрее обезопасить себя лично и свои активы. Возможно, приложат и все силы, чтобы удержать власть в своих руках, надев корону на голову самого подходящего для этого кандидата из своей среды.

То есть в нашем распоряжении будет десять минут после часа «Х», когда всё станет ясно. Сразу пойдут в ход заготовленные сообщения, будут задействованы самые лучшие трюки массовой пропаганды, а политики на своих уровнях начнут единственно верную игру, в результате которой никто иной, кроме правомочного короля, не сможет занять его место.

Сте Фаддин выдвинул и ещё несколько условий, касающихся проведения полностью независимой политики. Он боялся, что оказавшие ему помощь оилтонцы дальше станут действовать в стиле Дирижёров Доставки: выкручивать руки и держать его на коротком поводке. А нам как раз этого и не надо было. Оилтон уже сейчас настолько экономически силён, что легко и, самое главное, незаметно перетянет на свою сторону любого лояльно и мирно настроенного соседа. Главное, чтобы не завязалась крупномасштабная война и никто со стороны в неё не вмешался.

Алоис остался на постоянной экранной связи, и к нам на звуковую через краберы зашли поговорить наши ребята с Элизы. Оттуда сразу по двум эшелонам действий отчитывались Роберт Молния и Николя.

Наш военный комендант конторы первым делом порадовал сообщением, что блокаду сняли сразу, а так как к вылетам были готовы давно, то сразу на орбиту, с отвлекающими действиями, были отправлены два челнока. Следовало проверить, не будут ли чиниться препоны и не будут ли производиться обыски. К данной минуте челноки уже пристыковались к кораблю УБ-6, и тот даже преспокойно сделал несколько манёвров. Никто его не трогал и пушками не грозил. А в космопортах творился хаос: все спешили наверстать упущенное во время блокады время. Торговцев, путешественников, поставщиков и геологов тоже никто не беспокоил.

А это значило, что уже следующим челноком наши многострадальные друзья Магдалена и Роман Броверы будут доставлены на орбиту. А там уже последует отправка наших доблестных разведчиков к ближайшему омолодителю.

В самой конторе Роберт тоже прекрасно разобрался. Особенно со слишком шустрым и много ведающим сторожем удачно получилось. Он уже со вчерашнего дня вроде как малость приболел, а может, попросту сказался таким, ожидая массового ареста всех конторских. Поэтому на него натравили под видом местных уголовников парочку наших спецов, и болезнь переросла в тяжелую. Вряд ли сторож теперь вообще с кровати встанет.

А наша выдвиженка Сара Чешинска продолжала работать на благо конторы с поразительной эффективностью. Уже сейчас только благодаря заключённым ею контрактам можно было смело утверждать: прибыли получатся очень и очень внушительные. А это значило, что мы всегда можем вернуться на Элизу и, если будет нужда, чуть ли не легально организовать там добротную базу. А уж профиль базы будет зависеть от обстоятельств и политической благонадёжности королевства Пиклия.

Николя, Зарина и Армата не менее плодотворно действовали в сфере своего прикрытия. Они всеми силами, не посвящая, конечно, подкупленных и привлечённых помощников в главный замысел, готовились к захвату и угону военного транспорта, который собирался вывезти с планеты почти двухмесячный урожай собранных и облагороженных на каторге палеппи. Имея на руках такой козырь, как внешность барона Кири и его командный голос, мы могли провернуть эту операцию бескровно. И грех было не воспользоваться таким уникальным случаем.

Правда, беспокоила некая моральная нелогичность готовящегося захвата. Мы собирались помочь взойти на трон нашему будущему союзнику, а сами в то же самое время нагло разворовывали народное достояние Пиклии. Но оправдание нашлось: в данное время королевством управляет наш злейший и подлый враг Моус Пелдорно, а значит, любой урон, нанесённый ему, в том числе и экономический, есть заслуживающее похвалы деяние.

Мало того, если операция будет проведена без крови и лишней шумихи, то потом вину за угон военно-транспортного корабля легко можно будет свалить на уголовников. А тем страдать за неправое дело – не привыкать! Тем более что некоторые из них косвенно, а многие непосредственно, и так уже замешаны в этом деле.

Так что… мы сжимали кулаки и мысленно умоляли судьбу, чтобы всё окончилось благополучно. Хотя пока ещё никак не верилось в такую возможность. Совершить столько геройских деяний? Да ещё и сорвать при этом огромнейший куш в виде драгоценных жемчужных перламутриц? Такое нами и в самых смелых мечтах не планировалось.