Текст книги "Миры Доставки 1-14. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Кажется, получилось преотлично. Когда отъезжали, толпа путников человек в пятьдесят вполне спокойно и цивилизованно приступила к подсчёту и делёжке.

На это жрец из монастыря Дион воскликнул:

– Вот тебе и дикие Львы Пустыни! Вполне нормальные и адекватные люди. Мне кажется, большинство из них раньше просто боялись самого упоминания о Шулпе и об императоре Гранлео. А уж с Извозчиками тем более связываться не хотели. Зато теперь всё резко меняется.

– Увы, народ можно запугать до смерти. – Виктор ещё раз оглянулся назад, а затем пустил своего коня вскачь. – Только вот империи больше нет, Гранлео мёртв, и отлаженная за века государственная машина рассыпалась. Теперь осталось только под шкуру Извозчикам добраться, и… будет жителям Шлёма счастье.

Глава девятнадцатая
Четыре холма

Для обследования интересующей Виктора местности пришлось сильно отклониться с маршрута и добрый час двигаться в глубь континента. А вот уже в пределах видимости нужных холмов отряду пришлось разделиться. Потому что прибор, фиксирующий загрязнения окружающей среды, стал сигнализировать о повышенном уровне радиации.

Виктор и Додюр облачились в защитные костюмы и дальше двинулись пешком, не желая рисковать даже лошадьми. И по мере подъёма на седловину между холмами наблюдали незначительное увеличение радиационного фона. А когда взобрались, то инопланетянину хватило только одного взгляда, чтобы понять подоплёку случившейся здесь в далёкой древности трагедии.

На самом деле здесь имелось лишь три природных холма, расположившихся неправильным треугольником. А между ними пролегала довольно глубокая, совершенно безжизненная сейчас пустыня. На ней только и белели иссушенные местным солнцем кости умерших животных. А четвёртым холмом оказался самый банальный, скорее всего бетонный, саркофаг, которым накрыли как останки космического истребителя, так и землю вокруг него. Конечно, сам саркофаг тоже имел некое сходство с природным образованием, почему в итоге местность и получила название не трёх, а Четырёх Холмов, но знакомому с подобными сооружениями человеку удалось разглядеть искусственность сразу.

Всему континенту Шлём, а скорее всего и водам пролива Змеиный несказанно повезло, что истребитель рухнул именно в эту природную впадину. Ну и правильно сделали тогдашние колонисты, что сразу накрыли останки летающего корабля и разрушенный аварией реактор защитным куполом из специального бетона. Иначе последствия экологической катастрофы и жутких мутаций среди живого наблюдались бы долгие тысячелетия.

Но с другой стороны, раз имеется такой внушительный саркофаг, то скорей всего в этих лёгких костюмах внутрь никак не попасть. Это представитель технической цивилизации сразу понимал. Другой вопрос, есть ли возможность проникнуть внутрь бетонного сооружения вообще? Ведь колонисты могли и наглухо замуровать место крушения, особенно если там осталось только расплавленное месиво из металла и высокопрочного бронированного пластика. Против такой версии выступало само наличие имеющейся карты. Раз кто-то когда-то проник к останкам истребителя, значит, проход оставили, и тот лихой человек по какой-то важной для него причине решил рискнуть. Карты, а может, что-то и более ценное он на свет божий достал, а вот защитный костюм его не выдержал. Или уровень радиации оказался чрезмерно высок, а без наличия приборов это простым глазом не увидишь. Понадеялся на космическое средство защиты, а ведь каждое из них имеет свой предел.

Вход в саркофаг существовал, и его отыскали довольно быстро по особенно огромной белеющей груде костей возле него. Видимо, не одна сотня искателей лёгкой наживы пришла под эти стены, приблизилась к массивным воротам и попыталась их сдвинуть подручными средствами. Да там и падали во время своей последней судорожной работы. Причём их кости не всегда последователей отрезвляли и не всегда подсказывали бежать из этого места сломя голову. А если кто и убегал, то вряд ли успевал добраться до холмов обратно. Потому что, если судить по приборам, даже сейчас доза излучения возле ворот была такой, что побывавший здесь без средств специальной защиты человек мог прожить не более часа.

Переговариваться приходилось прислонившись шлемами – средства мобильной связи, к сожалению, из-за полной разрядки батарей не работали:

– Додюр, дружище! Дай-ка прибор мне, а сам отойди метров на сто вон в ту сторону.

– С какой стати?

– Попробую открыть эту дверь и глянуть, что там творится. Если уже сейчас мы на наши костюмы имеем чуть ли не половину дозволяемой нагрузки, то внутри этого холма невидимая смерть может свирепствовать и похлеще.

– Так, может, лучше я загляну? Ты ведь…

– Прекрати! Не место и не время для спора. Тем более что ты и код не подберёшь. Он не должен быть сложным, но тем не менее… Давай сюда!

Менгарец перехватил прибор, повесил себе на грудь и проследил, как кок дисциплинированно потопал в указанном направлении. И только затем стал разбираться в довольно простенькой системе управления воротами. Колонисты здесь не шли к сложному: в любом случае радиация – наилучшая преграда, запор перед потоком людей любопытных, алчных или глупых.

Полчаса ушло на разгадывание простенького пароля, и вот уже загорелась лампа готовности для управления массивными воротами. Похоже, здесь не просто оставляли лазейку для прохода человека, но предвидели возможность въезда внутрь и более внушительной, громоздкой по размерам техники.

Вначале Виктор сделал небольшую щель и присмотрелся к показанию прибора. Три четверти от допустимого. С сомнениями приоткрыл ворота больше и шагнул в кромешную темноту. Фонарик высветил небольшую панель управления без всякого кодового пароля. Причём только с двумя кнопками. Верхняя обозначала освещение, и после её нажатия яркий электрический свет чуть не ослепил исследователя.

Стало понятно, что здесь ещё не конкретное место катастрофы, а так называемый предбанник. Дальше виднелись вторые, ещё более массивные ворота, и, судя по всему, вторая кнопка на панели предназначалась для их открытия.

Но Менгарец не спешил ею воспользоваться, а просто выждал некоторое время. И минут через пять интенсивный свет стал меркнуть. То есть кнопки выключения здесь и не предусматривали. Надо – вошёл. Не надо – быстро вышел. Скорее всего, и вторая дверь должна открываться только при удержании кнопки открытия, а отпустишь – станет закрываться. Недаром вторая кнопка тоже отсутствует.

Показатель на приборе передвинулся ещё на одно деление к опасной черте, и это настораживало. Скорее всего, в следующей пещере уже и находится непосредственно сам истребитель. Вернее, его обломки. Но, по логике, там и радиация наверняка выше. Вполне может оказаться, что и вдвое. Тогда в данном костюме туда и заглядывать не стоит.

Добавив опять освещения, Виктор расстроенно фыркнул и нажал кнопку открытия. При этом глаз не отводил от показаний прибора. И поступил правильно: щель едва достигла сорока сантиметров, а уровень радиации уже чуть ли не перевалил дозволенный максимум. Палец сам отдёрнулся от кнопки, и ворота с той же неспешностью стали закрываться.

И то хорошо! Иначе пришлось бы бегом покидать сам предбанник и уже снаружи закрывать первые ворота. Хотя нельзя сказать, что инопланетянин покидал опасное место вразвалочку. Уж он лучше всех в этом мире осознавал, что следует торопиться, и двигался чуть ли не трусцой.

Кажется, его поспешное отступление и быстрое закрытие наружной двери не стались незамеченными. Кок заторопился к Менгарцу бегом и, когда приблизился, с волнением поинтересовался:

– Что?! Прохода нет? Или…

– Вот именно! Придётся нам, дорогой господин Гелиан, в следующий раз сюда наведаться в тех костюмах, которые ты называешь «толстыми». Иначе не пройдём. Вернее, пройдём, но вот назад уже и до холмов не доползём.

– Сурово этот холм встречает.

– Ага, по этим горам костей сразу заметно.

Вернувшись к стоянке, долго и тщательно омывали костюмы снаружи водой и время от времени посыпали их специальным порошком, прихваченным из склада с костюмами. Аристина и Фериоль уже замучились таскать воду из ближайшего ручья, но остаточную радиацию с костюмов устранить так и не удалось. Поэтому Виктор принял решение закопать космическое обмундирование в укромном месте. И опасности никакой, и тяжести меньше в дальней дороге. Всё-таки весила защита преизрядно.

Затем отряд вновь ускоренным маршем двинулся к границе с княжеством Карранги. Причём сам переход проходил буднично и размеренно. Сопровождение с небес к тому времени тоже отработало для себя определённую тактику действий. Два орла, среди которых, как правило, находился Мурчачо и его наставник Чтец, в основном висели над головами Виктора и его товарищей. Бдели, так сказать, в непосредственной близости. Один орёл, чаще всего Ветер, летал впереди, по ходу движения отряда, и заранее высматривал возможные опасности. Благодаря этому удавалось легко объезжать любые подозрительные воинские скопления, различные заслоны на дорогах, а то и разбойничьи засады. И всадники все препятствия объезжали заблаговременно. Так считалось гораздо вернее, чем ненужные бессмысленные стычки или лишние попытки с помощью бумаг доказать свою значимость и неприкосновенность.

Ну а четвёртый, Ураган, прикрывая тылы, частенько летал с осмотром в сторону Змеиного пролива и попутно занимался охотой. Его поставки свежей дичи позволяли коку быстро и своевременно готовить на костре столько жареного мяса, что хватало наесться как в обед, так и оставить кое-что в холодном виде для второго завтрака, а то и полдника во время пути.

Таким образом, не обагряя лишний раз своё оружие в крови врагов или случайных противников, отряд и добрался ещё через полтора дня к основной цели своего путешествия.

Глава двадцатая
Перевал отшельников

Сама местность возле перевала поражала: нагромождением скал, стоящих единой стеной; идеально пробитой, с ровным покрытием, уходящей плавным изгибом в горы дорогой и обширным каменным плато, вплотную к которому подступал величественный лес. Плато пересекало сразу несколько ручейков, и именно на нём, по рассказам придворных, располагался на две недели весь путь совершающего сюда ежегодное паломничество императора либо семейной пары правителей отец-сын. Весь дворянский цвет империи Сангремар, ближайшие подручные и личная гвардия Гранлео жили здесь, не смея даже пройти в сторону перевала Отшельников. Они со смирением, молчаливым терпением дожидались возвращения своего владыки. По слухам, им даже не разрешалось интересоваться у императора, куда и зачем он наведывается в земли княжества.

А перед самым началом уложенной тяжеленными плитами дороги стояла громадная каменная стела, наверняка высеченная из возвышавшейся здесь скалы. А на её почти гладкой поверхности были глубоко вырублены такие слова:

«Нищим не подаём, убогих презираем, больных не лечим, а всех остальных гоним в шею! И только человек, имеющий власть над драконами, имеет право прохода в благословенные земли Керранги!»

Если включить здравый смысл, то, видимо, только император Гранлео имел упомянутую власть над таинственными драконами. Оставалось выяснить, что это конкретно за драконы, где находятся и какой с них толк. А для этого не мешало бы вначале увидеть Отшельников, стерегущих перевал, переговорить с ними, а по возможности и уговорить иными методами на право прохода. Ведь, судя по надписи, никого из идущих по дороге людей отшельники не убивали, а просто «гнали в шею». А уж подобное унижение любой истинный исследователь как-нибудь переживёт.

Момент прихода на плато совпал с закатом, поэтому люди расположились на ночлег возле самых скал, Мурчачо и Чтец пристроились ночевать рядом с ними, а Ветер и Ураган устроились на ночёвку в окрестностях перевала, на пиках гор. Эти разведчики собирались утром поведать как о своих наблюдениях, так и о впечатлениях о неприступном перевале.

Ночью разразилась жуткая гроза. К счастью, основные ливневые извержения обошли бивак стороной, но грохота и мерцания огромных молний хватило почти на полночи. Спокойно удалось уснуть лишь под утро. А уж орлам-разведчикам никто не завидовал, наверняка им по самый хохолок досталось на открытых всем ветрам вершинах.

Правда, когда они приземлились на плато после рассвета, то выглядели вполне сухими и в прежнем величии. Похоже было, что гроза им нисколько не повредила. А вот их донесение о первых осмотрах совсем не отличалось оптимизмом:

– В любом случае перевал и центральное сооружение на нём неприступны. В том числе и при атаке с воздуха. Что касается тех таинственных сооружений в горах, чуть дальше от дороги, то они скорее выглядят как каменные холмы без следов всякой растительности. Подойти к ним лучше с дороги, хотя с определёнными сложностями можно добраться и в обход, прямиком через скалы.

– Интересно. – Виктор вместе со всеми наминал жареную оленину, которую кок принялся готовить ещё в темноте. – Но эти лысые холмы имеют прямую связь с самим перевалом?

– Скорее всего нет. Потому что ни единой тропы к отшельникам не идёт. Да и те дозорные, что видны на вершинах боковых донжонов, в сторону холмов даже не посматривают. Более того, насколько мы смогли рассмотреть, непосредственно лысые холмы напрямую не видны с перевала. Они как бы прячутся за окружающими их скалами.

– Уже легче. Если не сумеем договориться о беспрепятственном проходе в княжество, то уж проникнуть в эти строения колонистов особого труда не составит. А на месте как-нибудь разберёмся.

– Пойдём полным составом? – уже в который раз уточнял Додюр.

– Несомненно. Так мы будем выглядеть гораздо представительнее.

– А может, всё-таки отправишься сам? – сомневался Фериоль, с раннего утра доказывающий свою гипотезу, что любого инопланетянина отшельники пропустят в любом случае. – Моё мнение ты знаешь: драконы, в иносказательном смысле, – это не что иное, как знания и умения ответить на любые технические вопросы. Гранлео всё это знал и по этой причине никогда не брал с собой свидетелей. За годы нежелательные помощники и сами могли запомнить правильные ответы и легко пройти в княжество. Или продать секреты любому желающему.

– Пусть даже и так. В таком случае мы только и пройдём все вместе, а мне не придётся возвращаться за вами.

Завтрак закончили лёгкой разминкой для Менгарца и Фериоля. Тогда как кок получил очередной, пусть и короткий, но невероятно жёсткий, интенсивный урок по фехтованию. Аристина скрупулёзно держала слово, поэтому везде, где только выпадала свободная минута, наставляла своего нового ученика на путь истинного мастерства и совершенства.

Так и тронулись в путь: трое весело переговариваясь, обсуждая всё увиденное вокруг, а один – плотно сжав губы от непроизвольных стенаний. Слишком всё его тело ныло, дёргалось от боли в побитых конечностях и отбитых плечах. Наставница нисколько не жалела своего учителя по птичьему свисту и нещадно лупила боевой рапирой по любому открывшемуся при обороне месту. Причём по умению разговаривать свистом княгиня уже превзошла кока, а вот ему ещё предстояли долгие и тяжеленные тренировки в его учёбе. Ибо разница в мастерстве и умении орудовать смертельным оружием у них была преогромнейшая. Мало того, даже многоопытный жрец с неослабным вниманием присматривался к каждому уроку одной из лучших воительниц Первого Щита, а порой и сам тут же пытался повторить уникальные связки и скоростные выпады. Ещё и восклицал при этом радостно:

– Не будь у меня такого помолодевшего обновлённого тела, я бы и мечтать не смог о таких движениях. А так кое-что получается!..

Аристина благосклонно похваливала недавнего старца:

– И весьма неплохо получается. Хорошая начальная школа сразу видна. Основы мастерства просматриваются великолепные.

Когда взобрались по отменной дороге к седловине и преодолели последний поворот, сразу согласились с мнением орлов-разведчиков, что штурмовать такую твердыню даже несметным войском будет бессмысленно.

Между самим зданием и подходящей к нему дорогой пролегала внушительная, глубиной более ста метров, пропасть. В ширину это препятствие получалось около тридцати метров, а через это пустое пространство пролегал узенький мостик, на котором только и смогли бы с трудом разойтись два пешехода. Два троса, чуть провисшие в середине, ясно давали понять, что в случае опасности для Отшельников мостик будет поднят. Более крупный, широкий мост, способный и танк на себе выдержать, был поднят и стоял на другой стороне почти перпендикулярно вверх. Похоже, его вообще опускали крайне редко. И наверняка последний раз это случалось при выходе в поход трёхтысячного войска бронированных рыцарей, которые добровольно присоединились к армии императора Гранлео, идущей на Чагар.

Все внутренние помещения форпоста были выдолблены в природной скале, а две боковые башни служили скорее чисто декоративным украшением да местом, где красовались наряженные, как павлины, дозорные. Скорее стоящие на посту отшельники не сражаться готовились или бдеть за окружающим пространством, а отдавали дань древней традиции, обязывающей носить эти аляповатые и совсем несуразные в боевом плане одежды. Но оружие у них имелось вполне смертельное и боевое.

Сам форпост располагался на своей стороне пропасти вогнутым полукругом, давая дополнительную возможность держать под прицелом луков как сам мостик, так и противоположный, нависающий на пропастью край обрыва.

Естественно, что отделение боевой космической пехоты, даже не имея в своём распоряжении летающих фланеров или мини-платформ, взяло бы такой бастион противника в считаные минуты. А потом бы играючи вырезало весь гарнизон только с помощью ножей. Но вот простым обывателям данного мира подобные умения были не под силу. Не было огнестрельного оружия. Отсутствовали специальные якоря с прочными синтетическими тросами, подтягивающие штурмующего десантника. Не было надлежащей брони. Да и много чего другого, о чём можно помечтать.

Имелись знания, но вот помогут ли они?

Видимо, гости или просто заезжие путешественники здесь считались необычайной редкостью. Потому что следовало только путникам остановиться у края обрыва и затеять разговор с дозорными на башнях, как площадки и оконные проёмы твердыни живо заполнила гомонящая, пёстро одетая братия отшельников. Они поначалу даже к ведущемуся диалогу не прислушивались, настолько самозабвенно предались осмотру путников и обсуждению их внешнего вида.

– Приветствуем вас, воины славного княжества Керранги! – восклицал Виктор, приподнимая руки в приветственном жесте.

– И вам наше здравствуйте, – с некоторой наглецой отвечал один из дозорных. – Заблудились или с какими иными целями здесь бродите?

– Бродят только лешие по болотам да тараканы по стенкам! – поучительно стал хамить в ответ командир отряда. – Люди путешествуют по надобности или в связи с собственным любопытством.

Дозорный нехорошо рассмеялся:

– Может, вы неграмотные? И не смогли прочитать предупреждающую надпись в начале этой дороги?

– А может, вы умеете быть вежливей? – в том же тоне последовал вопрос от Менгарца. – Или здравый смысл у вас просыпается только при виде драконов?

Гомон и разговоры сразу стихли как по мановению волшебной палочки, и уже совсем иным голосом, звенящим и сердитым, второй дозорный воскликнул:

– Покажи вначале свою власть над драконами и только потом требуй должного уважения.

Из чего следовало, что обозначенных зверей, скорее всего, следовало иметь с собой. Или как минимум уметь рассмотреть неких драконов в окружающем пространстве. А может, их следовало вначале вызвать? Вдруг они живут в самой пропасти? Может и такое случиться, что неких монстров направляют сами отшельники. Ведь свидетелей паломничества, вернее, конкретного перехода вот этого мостика императором никто не видел.

После некоторого раздумья над основной загадкой прохода Виктор решил пойти по пути скользкого и шаткого ощупывания истины словами:

– Будить жутких монстров для устрашения – дело неблагодарное. Разве вы не боитесь драконов?

– Наши страхи – это наши проблемы. Твоё дело, чужестранец, продемонстрировать власть. Приступай!

«Ага! Значит, я ещё и сам этих неведомых зверюшек разбудить должен? – размышлял Менгарец. – Или всё-таки достать их из кармана? Абсурд! Имей император с собой хоть каких-либо животных, об этом бы обязательно знали придворные. А что же это могло быть? Вдруг он имел с собой действующий проектор пространственного изображения?! М-да! Тогда он мог перед этими павлинами какое угодно представление разыгрывать! Но в таком случае и мне ничего не светит, продемонстрировать мне нечего. Увы! Не до конца мы дворец обыскали! Гранлео удалось ещё много сюрпризов припрятать. Ладно… Попробую их победить элементарной диалектикой…»

– А вы разве не слышали последних новостей?

– Каких именно?

– Император Гранлео пал в сражении возле Радовены, и теперь его тело уже доедают земляные черви.

– Да. Дошли до нас такие слухи. Но что из этого?

– А то, что теперь и все законы этого мира изменились.

– Не тебе, незнакомец, судить о наших законах и традициях.

– Я и не сужу. Просто как человек, унаследовавший почти все знания и возможности покойного императора, знаю очень важные вещи, которые во многом определяют судьбу этого мира. А чтобы не выглядеть голословным, я вам расскажу, что случится в скором будущем. Хотите послушать?

Напряжённое молчание со стороны отшельников можно было смело трактовать как согласие, и Менгарец, переглянувшись с друзьями и прислушавшись к короткому свисту с неба, означающему, что всё в относительном порядке, приступил к изложению пророчеств:

– Триумвират распался, одного из его основателей отравили, и Шлём стоит на пороге гражданской войны. Мало того, на Втором Щите появился самозванец, называющий себя Гранлео и Сыном Гранлео. Он грозился уничтожить на материке всё живое. Кстати, ваш трёхтысячный корпус рыцарей не погиб во время уничтожения войск императора под столицей Чагара и сейчас находится на юге Первого Щита…

Кажется, это сообщение вызвало пока наибольшее оживление. Среди слушателей прошелестел шум напряжённого вдоха.

– …Весь остальной мир тоже изменится. Началось планомерное и систематическое уничтожение Извозчиков и их приспешников. Скармливание живых людей морским монстрам отныне предано огласке, и любой нормальный разумный человек воспринимает недавнее рабовладение с ужасом. Мало того, вскоре все кашьюри будут уничтожены до последней особи…

И вновь головы отшельников качнулись в едином движении.

– …Людям предстоит подружиться и научиться мирно сосуществовать с иным видом разумных существ. И в результате этого княжество Керранги перестанет быть оторванным от всего остального мира.

После недолгого молчания из проёма одного из окон вылетел вопрос:

– А что с драконами?

Короткое размышление подсказало Виктору обтекаемый ответ:

– Если жители Керранги будут противиться всем мирным изменениям, то драконы могут взбунтоваться и принести вам много горя, смертей и разрушений.

Кажется, он угадал и не слишком-то переборщил. Неизвестные зверюшки, похоже, и в самом деле имели немыслимые силы или возможности. Потому что отшельники явно заволновались. Но свою линию поведения продолжали гнуть с твёрдостью, достойной лучшего применения:

– Так ты не имеешь власти над драконами?

Опять пришлось отвечать двусмысленно, без всякой конкретики:

– В данный момент мне нужно время, чтобы разобраться с драконами… – Гулкая тишина в ответ показала инопланетянину, что он на верном пути. – Они в последнее время стали так капризны и своенравны… покойный Гранлео их совершенно не жалел… – полное внимание со стороны перевала. – Не оберегал и не оделял своей заботой… А ведь так не может продолжаться вечно! Всё имеет свой предел…

Дальше играть словами было опасно. Следовало дождаться хоть каких-то наводящих вопросов. И они последовали со стороны отшельника, на голове которого красовалась наиболее пышная, украшенная перьями шляпа:

– Значит, ты драконов нам не покажешь?

– Пока – нет.

– Но если ты не имеешь над ними власти, то сам погибнешь.

– Это уже мои проблемы. Да и судя по вашей реакции, вы меня оплакивать не станете.

– Естественно. Только вот при твоей смерти и мы можем пострадать.

– Не волнуйтесь. Если вы меня пропустите в княжество, я ручаюсь за полное спокойствие драконов.

– Это всё слова, незнакомец. Они нас не устраивают, и прохода ты не получишь, пока не выполнишь условия.

– Гранлео погиб – условия меняются. Отныне пропуск путников будет только на ваше усмотрение.

– Да мы не против такого изменения. Но вначале ты должен показать свою власть над драконами, а потом мы будем готовы выслушать твои распоряжения.

Как оказалось, никакое словоблудие не может выбить отшельников из многовековой канвы правил и одного-единственного закона.

Пришлось ещё помимо тумана подпустить немного и прикрытой под вопросами угрозы:

– Как вы думаете, почему Гранлео каждый год сюда приходил?

– Мы не думаем, мы знаем причину его прихода.

– Помимо посещения озера Шулугар, – с ухмылкой продолжил Менгарец, – Гранлео не просто показывал власть над драконами. Вы ведь знаете, насколько они опасны? – Опять угрюмое молчание, подсказывающее, что неведомые монстры наверняка где-то здесь, совсем рядом. А значит, можно и дальше немножко пофантазировать на эту тему: – А вы не задумывались, что именно делает император своей так называемой властью? Он не просто вас запугивал… он не просто показывал свою силу… он ещё и пытался при этом вновь усыпить драконов на следующий год. И что будет, если в ближайшее время очередное паломничество к озеру Шулугар не состоится? Догадываетесь? И ведь это не шутка – священный перевал Отшельников может пострадать. И ещё как может!

– Мы в любом случае спасёмся! – с высокомерием ответил самый разряженный воин обители.

Но Менгарец уцепился за эту фразу, понимая, что бравада и угроза насчёт неповиновения якобы не усыплённых драконов имеет под собой реальную основу. Что же это за чудовища такие, если сооружения на перевале и в самом деле могут пострадать? Как бы это выведать поделикатнее и не назойливо? И самому догадаться почти невозможно. Почти…

– Если изголодавшиеся драконы, разозлённые потерей сна, взбунтуются, то и сами отшельники не успеют сбежать! – Инопланетянин понимал, что форпост построен по космическим технологиям и скорее всего горно-разрабатывающими роботами, поэтому догадывался о подвалах и запасных подземных выходах через скалы. – Вас не спасут идеально ровные и прочные тоннели, рухнет всё! Вас не спасёт временная отсрочка после пробуждения чудовищ: драконы начнут атаковать сразу и уничтожать вокруг себя всё живое.

Опять полное молчание подсказало, что он на верном пути. Следовало ещё поддать истерии и паники:

– Содрогнутся горы! Вспучится земля! Покроет всё огненной лавой, и расколется самый прочный камень! Раскалятся недра, и задохнётся тот, кто не успеет изжариться живьём. Смерть падёт с неба и опустошит это место на веки вечные!

Кажется, слушателей проняло основательно. Они сгрудились в глубине помещения и принялись оживлённо совещаться. Тогда как спешившийся Фериоль встал рядом с Виктором и признался шёпотом:

– Я весь взмок от переживаний, но так и не понял: о каких драконах идёт речь?

– Ха! Если бы я сам это знал! – прошептал Менгарец в ответ. – Понятия зелёного не имею, хотя догадок и гипотез предостаточно.

– Хоть одной поделись!

– Скорее всего, в пропастях таится нечто смертельное, которое показывается наружу при манипуляциях ушлого Гранлео. А может, он им просто многомерные модели проектором показывает.

– А могут эти драконы таиться в тех самых лысых холмах за скалами?

– Вполне! Если нас сейчас не пропустят, то именно туда мы в первую очередь и отправимся.

Жрец из монастыря Дион тоже умел мечтать и фантазировать:

– Вдруг те ключи, что прислала тебе Роза, как раз имеют отношение к драконам?

– И такое возможно. Хотя до сих пор нам не удалось услышать даже примерного количества этих неведомых монстров. Разве что уверены: он не один. А вот два их или двести – открытый вопрос.

– О! – Фериоль дернул бровями, показывая на обитель. – Кажется, о чём-то договорились.

Отшельники и в самом деле вновь прильнули к оконным проёмам, но теперь с явно агрессивными намерениями: в руках у большинства имелись луки. Опять их то ли офицер, то ли выборный староста принялся вещать от имени остальных:

– Интересные новости ты нам сегодня поведал, незнакомец. Тебе удалось нас заинтриговать и развеять нашу скуку. Но самого главного ты так и не сделал: своей власти над драконами не показал. А значит, все твои слова – пустой звук, и веры им нет. Поэтому наш тебе совет: иди отсюда вместе со своими попутчиками подобру-поздорову. Иначе мы начнём упражняться в стрельбе и имеем на это законное право. Любой путник, пребывающий на той стороне без нашего разрешения более двух часов, должен быть уничтожен. Если он сразу проявит агрессию или станет угрожать, мы его убиваем в первую минуту. Таков закон.

Виктор вскочил в седло своего коня и развёл руками:

– Очень сожалею, что побеспокоил ваш покой. И хочу пожелать вам перед расставанием очередного благостного дня. Тем более что он может оказаться последним в вашей девятисотлетней истории. Всё течёт, всё меняется, и в этой кутерьме жизни выживает лишь сообразительный, рассудительный, умеющий прочувствовать дух нового времени и благоразумный.

– Ты угрожаешь нам, незнакомец?!

После этих слов стрелы стали ложиться на тетивы.

– Нисколько! – хотя рука уже поглаживала внушительный круглый щит, притороченный к передней луке седла. – Тем более что мне и так ещё предстоит личная встреча и общение с драконами. А вы ведь знаете, что они гораздо страшней ваших стрел и гневных взглядов.

– Не настолько знаем, насколько догадываемся, – скривился в гримасе отшельник. – Да и древние легенды о силе драконов высечены на камнях стен нашего пиршественного зала. А древние легенды никогда не лгут. Так что мы не говорим тебе «до встречи!», мы говорим тебе «прощай!». Если ты сразу не имеешь власти над смертью, то ты уже её и не восстановишь… Разве только…

Уже развернув коня, Виктор попытался уточнить с вежливой улыбкой:

– Разве только что?

– Разве ты только не сам император Гранлео.

– О! Вам и такие умения моих собратьев с дальних звёзд известны? – после этого вопроса Виктор естественно рассмеялся. – И частенько Гранлео менял свои лица и восставал из небытия?

Задавая этот вопрос, он и в самом деле жутко бравировал и соображал, какую чушь он порет. Скорее всего, просто хотелось подурачиться и хоть чем-то унизить следующего неукоснительно своему долгу отшельника. Но тычок пальцем в небо неожиданно получил чёткий и скорее всего правдивый ответ: