Текст книги "Миры Доставки 1-14. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава 27
КОРОЛЕВСТВО РЕДОНДЕРА

Расположенное на самом юге Первого Щита, а вернее, на его юго-западной оконечности, это высокогорное государство славилось своим боевым духом, который только слегка смогли надломить Львы Пустыни, и в последние годы – своим мудрым правителем. Последний монарх просидел на троне целых сорок пять лет, что вообще считалось немыслимым для данного мира. Но выжил сам и спас свой народ. Сумел избежать трений с соседями, подспудно укрепить свою державу, увеличить народонаселение, обеспечить себя железом и как следствие отличным оружием. Сельскохозяйственные угодья, несмотря на неблагоприятные высокогорные условия, считались одними из самых лучших на континенте. Животноводство покрывало не только внутреннее потребление мяса, молока, шерсти и всего сопутствующего, но немалая часть продавалась соседям. Мудрый был король, очень мудрый…

Но сейчас он умирал. Старость и тяжелые болезни распластали его тело на широком ложе, дыхание прерывалось, а по телу все чаще прокатывались последние судорожные усилия в борьбе за жизнь. Разве что глаза продолжали смотреть властно и строго. Но и в них уже появилась предсмертная поволока.

Король неотрывно смотрел на старшего сына, который со скорбным ожиданием ловил каждое последнее слово своего отца. В спальне присутствовал еще только один человек, граф Давахир Сенделай, самый преданный защитник королевской династии. В его присутствии и проходил последний разговор умирающего монарха. Закончив перечислять последние свои наставления и пожелания, он оставил самый сложный вопрос напоследок:

– Оксент…

– Да, отец.

– Поклянись мне, Оксент, что никогда не станешь воевать с королевством Кезохи.

Ни единой заминки или сомнения не послышалось в голосе наследника:

– Клянусь! – Правда, смотрел он при этом на скрещенные мечи на противоположной стене.

Но мудрый правитель этого не заметил. Облегченно вздохнув, он отчетливо прошептал:

– Спасибо, сынок. Правь справедливо…

Последняя короткая судорога, и смерть забрала старого короля в свои объятия. Словно продолжая разговор уже с покойником, Оксент заговорил:

– Справедливо? Да, постараюсь восстановить попранную справедливость, вырежу сердце своего врага и скормлю бешеным собакам. Это я тоже обещаю! Да и вообще, отец, ты ведь никогда не любил всей душой ни одну женщину, даже мою мать. Как ты можешь понять мои чувства к Ари? Вот именно… – Он закрыл ладонью остекленевшие глаза отца и повернулся к графу: – Давахир, поднимай войска! А на выходе объяви придворным, что положено.

Восторженный граф приложил правый кулак к сердцу и бросился к выходу. Пока наследник приблизился к смежному со спальней залу, там уже разносился рев исполнительного Давахира:

– На колени! Да здравствует его величество, король Редондеры Оксент Второй!

Новоиспеченный монарх прошел на середину зала, разглядывая своих подданных. Те вели себя соответственно табели о рангах: кто снял шляпу и лишь слегка склонился, кто встал на одно колено, кто на два, а кто и пал ниц. Придворные дамы присели в глубоком книксене, стараясь выставить свои прелести в наиболее выгодном свете. Но все затаили дыхание, ожидая первого слова своего властелина. И тот заговорил, после выдержанной паузы:

– Перед смертью мой отец благословил меня и дал добро на правление вами. Мы долго с ним обсуждали последние новости. Положение для моего королевства наступило самое благоприятное. Основной гегемон нашего мира, империя Сангремар, разгромлен. И в связи с гибелью императора Гранлео мы получили возможность наказать нашего кровного врага, королевство Кезохи. Мой отец дал благословение и на эту священную войну. Последнюю волю отца, высказанную в последние минуты его жизни, я поклялся выполнить даже ценой собственного благополучия. Поэтому слушай мое первое повеление: наши доблестные войска выступают немедленно. Все главы знатных родов присоединяются к колонне по ходу движения. Вперед! Победа будет за нами!

Казалось, все только и ждали этого последнего восклицания. Из открытых в восторге ртов вылетело торжественное:

– Да здравствует король Оксент Второй!!!

Восторг и желание повоевать действительно у подавляющего большинства придворных и присутствующей знати были неподдельными. Победа над заведомо слабым соседом всем представлялась легкой и скоротечной, нажива желанной и внушительной, а почет, слава и уважение – грандиозными. Причем все прекрасно знали, почему королевство Кезохи стало для только что взошедшего на престол короля камнем преткновения. Несколько лет назад тамошний принц выкрал из Редондеры одну княгиню, которая на то время только стала вдовой. Причем роковая женщина и знаменитая воительница вскружила голову до беспамятства не только умершему от ее похождений мужу, но и нескольким принцам. В том числе жутко ревнивому, вспыльчивому и высокомерному Оксенту. Да только пока она носила траурный наряд, принц из Кезохи оказался более предприимчивым и безрассудным в своей любви. Выкрал княгиню и в собственном дворце, перед тысячей свидетелей, предложил ей стать королевой. Роковая женщина попросила недельный срок на раздумья и… благополучно сбежала. И что самое странное, следов знаменитой воительницы так до сих пор не отыскали.

Вполне понятно, что о похищении узнали все, а потом и на розыски беглянки устремились многочисленные отряды как наемников, так и ловцов удачи, любителей обогатиться. Но, увы, никому из них не повезло – нигде взбалмошную княгиню отыскать не удалось. В том числе и в монастыре Дион, куда жрецы добровольно впустили сводный отряд из обоих королевств.

Зато после этого ненависть Оксента к соседям утроилась. Он решил, что соперник или продолжает прятать его любимую женщину, или убил в порыве ревности. Исходя из этих рассуждений, он поклялся стереть Кезохи с лица земли. К его жуткому сожалению, мудрый отец не пошел на поводу любовных амбиций сына и остановил кровопролитие. Мир наверняка так бы и продолжался, если бы не подкралась неумолимая смерть. И даже будь цела империя Сангремар, жив император Гранлео – все равно бы молодой монарх начал войну. Слишком уж долго он ждал возможности отомстить. А тут еще и Союз Побережья помог, словно по заказу. Теперь даже самых трусливых и осторожных представителей знати ничего не сдерживало. Все сразу согласились воевать.

И в этом ажиотаже, горячке выступления в поход совершенно позабыли о старом короле, которого только через несколько дней похоронили сердобольные слуги. На пустующем кладбище возле гробницы королевской династии присутствовало только полсотни оставшейся во дворце охраны да около сотни пришедших почтить память мудрейшего правителя горожан. Все остальные устремились на войну.

При таком численном превосходстве противника, ярости и внезапности нападения, королевство Кезохи оказалось захвачено в течение нескольких дней. Не повезло и тамошней королевской династии вместе с принцем-соперником – все они пали с оружием в руках, защищая крепостные стены своей столицы. Справедливость, провозглашаемая агрессорами, восторжествовала. Опьяненные кровью и победой завоеватели приступили к грабежам, усмирению и установлению своей власти.

Но не успели еще слуги смыть кровавые пятна в захваченном дворце, а новый властелин дать торжественный бал в честь победы, как вдруг к нему заявились полномочные послы от соседних государств. Причем от тех, кто никогда не проявлял инициативы. Оба нищих королевства, Бадисафа и Цилистина, находились на самом юге Первого Щита и вообще никогда не вмешивались в свары соседей. Но больше всего удивил Оксента не сам визит, а прибывшие представители: совершенно незнакомые по внешнему облику, полностью закованные в железо рыцари. Три громыхающие фигуры промаршировали по залу приемов, сняли свои шлемы с пышными султанами, насколько позволяли панцири, поклонились и начали речь. Причем произношение говорящего оставляло желать лучшего, и суть сказанного доходила с трудом из-за жуткого акцента:

– Приветствуем тебя, славный повелитель Редондеры и отважный покоритель Кезохи! Мы только позавчера узнали о победе, но сразу поспешили выразить тебе свой почет, преподнести подарки и предложить военный союз.

Не дожидаясь ответа, рыцарь махнул закованной в перчатку рукой, и четыре дюжих носильщика внесли в зал два внушительных сундука. Они ловко развернулись перед троном, открыли крышки и спешно удалились, тогда как король и все находящиеся рядом с ним приближенные удивленно замычали. И только граф Давахир Сенделай, после еле заметного движения пальца Оксента Второго, присвоил себе право задать вертящийся на кончике языка вопрос:

– Откуда в ваших королевствах столько драгоценностей?

– Понятия не имеем, – с неожиданной простотой ответил рыцарь. – Но вряд ли там еще насобирают столько же. Да и то искать придется…

– То есть вы хотите сказать, – граф замялся, подбирая слова, – что это как бы и не ваше золото, и не ваши драгоценности?

– Конечно! Они теперь принадлежат его величеству Оксенту Второму. Разве вы не расслышали, что это подарок?

Теперь уже и сам король снизошел до разговора с непонятливыми послами:

– То есть вы хотите сказать, что преподнесли эти подарки от имени королевств Бадисафа и Цилистина?

– Ни в коем случае! Прежние династии разогнаны, столицы захвачены, а на объединенном троне единого государства теперь восседает новый король из династии Керрангов. Мало того, он готов в дальнейшем стать вассалом вашего величества и силой нашей стальной кавалерии поддержать вашу власть во всем остальном мире. Наш король предлагает военный, политический и экономический союз. Потому что сложившаяся политическая ситуация в мире этому благоприятствует, как никогда. Практически все государства из центра Первого Щита вовлечены в тяжелую войну с империей Сангремар. Сейчас их объединенная армия пытается штурмовать Шулпу. Но скорей всего потерпит решительное поражение и будет уничтожена. В оставшихся без войск королевствах царит хаос. В связи с этим появляется уникальная возможность установить на большинстве территорий Щита твердую власть под протекторатом вашего величества. После объединения всех сил даже непомерная по человеческим ресурсам империя Сангремар побоится сюда сунуться.

Рыцарь сделал паузу, облизывая пересохшие губы и наблюдая за степенью произведенного эффекта. И дальше стал шпарить как по писаному:

– Сразу перейду к ближайшим планам. У нас в строю три тысячи рыцарей на самых мощных, покрытых броней лошадях. Плюс мы собрали на наших территориях около двух полков отлично вооруженной пехоты, которую погоним в нужном направлении. Уже через два дня мы будем готовы по вашей команде атаковать собранные у границы войска королевства Ранель. От вас ожидается только удар с фланга и с тыла. Остальную победу мы вам гарантируем. Желательно тоже, чтобы вы заручились поддержкой со стороны баронства Тариел. Оно маленькое, но в наших общих тылах может создать ненужные проблемы.

Словно уже согласившись на высказанные предложения, Оксент представил перед глазами карту и на ней маленький квадратик баронства, расположенного между его Редондерой и королевством Цилистина. Словно рассуждая, он бросил:

– Барон Тариел – мой старый друг и союзник. В случае надобности он и сам предоставит полк тяжеловооруженной конницы.

– Отлично, ваше величество! Мы очень надеялись на ваши дипломатические таланты и уникальное умение предвидеть любую ситуацию. После захвата и усмирения королевства Ранель, молниеносно атакуем Гачи. Вряд ли там, как и в баронстве Эдмондов, окажут хоть какое-то сопротивление. Войск там почти нет. А потом…

– Да нет, так нельзя. – Хоть и упивающийся своим невероятным величием и славой в самом ближайшем будущем, Оксент не потерял здравость рассуждений: – Прежде чем вторгаться в баронство Эдмондов, следует ликвидировать угрозу удара с фланга от королевства Бунлонг.

– Как прикажете, ваше величество! В нашем военном союзе вам сразу отведена роль главнокомандующего, и ваши приказы – превыше всего. Мало того, наш король Дашиг Керранги, готовый принести вам вассальную клятву, настаивает, чтобы ваша доля при дележе трофеев составляла две трети.

Король переглянулся с графом Сенделаем. По их мнению, в данном случае и половина – неплохой вариант. Но кто же будет отказываться от большего куска? Как говорят в таких случаях, торговля неуместна.

– Хорошо. После победы над Ранель я приму клятву у вашего монарха, и мы скрепим наш вечный союз по законам королевского рода. – Оксент поменял положение на троне, наклоняясь вперед и хмуря брови: – Только вот до этого момента меня вполне справедливо будут терзать серьезные подозрения. Хоть ваши подарки и располагают к полному доверию и дружескому расположению, но мне о вас ничего не известно. Кто вы такие, откуда взялись и какие цели преследуете. Ведь еще вчера на Юге не было ни одной крупной воинской силы, кроме нашей. А тут вдруг появляетесь вы. Да еще и с такими щедрыми предложениями. Моя армия позволяет мне не опасаться любой ловушки или предательства, но все-таки…

– Мы вас очень понимаем, ваше величество. Именно поэтому наш король Дашиг Керранги решил всю тяжесть всеобщей первой победы возложить на наши плечи. Вам только стоит показаться и вспугнуть противника. Чтобы он дрогнул и побежал. А после этого мы их растопчем словно пустой шлак. И мы очень надеемся, что после этого сражения все ваши сомнения навсегда останутся в прошлом.

Если у надолго задумавшегося короля еще и оставались хоть малейшие сомнения, то их развеял склонившийся к его уху граф Сенделай.

– Ваше величество, – с придыханием зашептал он, – только не упустите этот шанс прославиться на тысячелетия! Только не упустите.

И Оксент Второй представившийся шанс решил не упускать. Ведь ему и в самом деле очень хотелось прославиться. Совершенно позабывший о своей любимой княгине, которую после таких раскладов никто и разыскивать не собирался, тщеславный монарх теперь представлял перед собой только покоренные столицы и согбенные спины миллионов новых подданных. Любовь и ревность бесславно спасовали перед беспринципной, низменной жаждой величия.

Война на юге Первого Щита вступила в новую фазу и стала стремительно набирать кровавые обороты.

Глава 28
БЫТОВЫЕ НЕУРЯДИЦЫ

Когда экипаж флагмана увидел сходящего по трапу со своим сундучком кока, то почти все решились дара речи. Некоторые чуть ли не всплакнули. И только громкий комментарий старпома немножко смягчил такой удар судьбы:

– Ну чего уставились?! Машите ручкой нашему Додюру и радуйтесь. Теперь некому будет вас гонять до седьмого пота на камбузе и заставлять драить котлы до полуночи. Лафа теперь вам наступает…

– Ага! – не побоялся оспорить утверждение офицера боцман, один из самых уважаемых ветеранов. – Вот только чем мы теперь питаться будем? Да и сам-то ты не иначе, как на сухари решил перейти?

– Ой, не трави душу, – старпом сплюнул на некое подобие временного пирса и с явной неохотой дал более полные пояснения: – Наш адмирал решил пока отправить Додюра Гелиана на дворцовый камбуз. Поговаривают, там его святость таким дерь… хм, ерундой, в общем, кормят, что стыдно за них. Совсем Менгарец отощал от недоедания. Ну и помощники его такими же бледными тенями порхают. Так что придется нам на какое-то время затягивать пояса.

Кок все это прекрасно слышал и даже хохотнул в ответ:

– Не боись, братва, я молодого кока как следует успел натаскать. Должен справиться, таланты у него есть. Да и я там во дворце долго не высижу, мне корабль больше нравится.

– Эт ты прав! – одобрительно крякнул боцман. – Не забывай, что будем тебя ждать в любое время. А если даже в собачью склянку вернешься, я тебе лично трап спущу, не поленюсь.

– Ловлю на слове! – громко засмеялся Додюр, обмениваясь ударами ладоней с вышедшими на берег моряками. – Будьте здоровы и без меня не скучайте!

– Да скучать нам не придется, – вздохнул ему в спину старпом. – А вот для здоровья – нужна только здоровая пища. Ну да ладно… для кого, для кого, а для монаха не жалко. Мало того, что не накормят его дворцовые как следует, так еще и отравят ненароком.

– Тьфу ты! – нахмурился боцман. – Придумаешь всякие глупости.

Уже через несколько часов кок с флагманского корабля флотилии хозяйничал на огромной дворцовой кухне. Подобных комплексов здесь оказалось целых пять, но работало кроме этого еще только два – в крыле «увеселений». Сюда же сходились поесть гвардейцы из охраны, некоторые оставшиеся во дворце слуги и вся внушительная свита помощников высшего проповедника. Ожидалось и его личное появление к ужину, так что Додюр гонял неповоротливых поварят и девушек-помощниц, словно нашкодивших котят. При этом он умудрялся и все кухонные запасы проверить, и количество столующихся узнать, и срочный заказ поставщикам составить, ну и конечно же приготовить ту самую отменную и вкуснейшую пищу, за которую его так обожали товарищи по экипажу.

Совершенно неожиданно для всех на ужин, хоть и с некоторым опозданием, явилась в сопровождении Менгарца и наследница короны Чагара. Вернее, это не он ее сопровождал, а она его чуть ли не силой приволокла в зал столовой. Для его святости уже был приготовлен, как всегда, отдельный закуток, куда со всеми почестями и провели о чем-то недовольно спорящую пару. Кажется, Виктор поначалу и внимания не обратил, что ему подали и кто маячит совсем рядом. Но потом с некоторым удивлением принюхался к запаху, попробовал несколько ложек замечательного рагу из овощей с мясом и заметался взглядом вокруг себя:

– Додюр! Дружище! Я ведь совсем забыл, что адмирал тебя прикомандировал к береговой кухне. Как здорово ты приготовил, язык можно проглотить. Признаю, нам сказочно повезло!

– Рад, что понравилось мое приготовление, – степенно прогудел кок. – А вам как, ваше высочество?

Роза закатила глаза от восторга, быстро прожевала и призналась:

– Восторг! Да у нас на торжественных и званых обедах так не готовят.

– Не вздумай никому рассказывать, – осадил ее Виктор. – Не то заберут у нас нашего благодетеля, и опять будем нечто суррогатное за щеки пихать.

– Твоя правда, – согласилась принцесса и сразу перешла к укорам: – Ну вот, а ты ужинать не хотел! Все споришь со мной: и сыт он, и дел у него много. А сейчас вон как наворачиваешь.

– Так я и забыл совсем… Теперь буду самый первый в столовую бежать.

– Да и я прослежу.

Тон, каким это было сказано, смутил не только Менгарца, но и стоящего рядом со столом Додюра. Поэтому он после легкого поклона развернулся, собираясь уходить. И пожалуй, лишь из-за присущей ему щепетильности хозяйским глазом окинул приблизившуюся девушку с подносом десерта. Все вначале показалось идеально, он уже и несколько шагов сделал в сторону кухни, когда подспудно почувствовал что-то не то. Замер на месте, развернулся и еще раз осмотрел подаваемое на стол: ваза с булочками, вторая с коржами из песочного теста, пиалы с фруктами в меде, просто засахаренные фрукты, стеклянный кувшин с компотом и второй с соком. Вроде бы все правильно и на своих местах. Да еще и ее высочество смотрит на кока слишком строго, видимо, не может дождаться, пока их с монахом оставят одних.

Додюр пожал плечами, словно извиняясь, и уже собирался продолжить прерванное движение, как вдруг понял, в чем причина его беспокойства: компот! Какой-то мутноватый, словно и не процеженный собственноручно через многослойное сито. Заметив явное нарушение, хозяин кухни сразу терял всякое уважение к чинам. Он решительно вернулся к столу, взял графин и поднял на уровень глаз, рассматривая на свет. Потом рыкнул в сторону уходящей с пустым подносом девушки:

– Эй! Как тебя там… да неважно! Лучше скажи, что это за напиток?

Разносчица выглядела скорей удивленной, чем испуганной:

– Да ведь это же компот, который вы приготовили! Мне его только что лично повар Шендля налил.

– Вот так просто взял и налил?

– Почему просто… – Девушка чуть задумалась. – Вначале хорошенько еще ложкой помешал в кастрюле, а уж потом…

Видя, что ужинающие замерли с приоткрытыми ртами, Додюр охотно пояснил:

– Я лично компот перед этим процедил. Его хоть бы триста раз помешали – таким мутным он стать не мог.

Теперь уже и Виктор стал действовать. Достал из кармана узкую продолговатую коробочку, которая выдавалась матерью короля каждому высокопоставленному чиновнику Чагара, вынул оттуда плоскую палочку, пропитанную специальным раствором, и окунул ее в кувшин с напитком. Прямо на глазах пробник окрасился в темно-синий цвет. А другой рукой его святость уже подзывал ближайшего гвардейца:

– Ну-ка тащите мне сюда этого Шендлю!

С этого момента в огромном кухонном комплексе начался истинный переполох. Но воины генерала Тербона действовали правильно и быстро. Все выходы перекрыли, всех задержали, но вот искомого повара так и не смогли поймать. По заверениям остальных, все видели разыскиваемого человека буквально минуту-две назад рядом с собой, и даже удалось доказать, что Шендля кухню не покидал, но тогда получается, что он исчез словно пар, поднимающийся над котлами. Только что был, и вот его уже нет. Что, естественно, настроения никому не улучшило. Если отравитель сумел незаметно скрыться с места своего преступления, то и появиться он может точно таким же неожиданным способом.

Поэтому по тревоге подключили ко всеобщему поиску все охранные королевские службы. Прочесывался весь комплекс зданий, допрашивался каждый слуга как из своих, так и из оставшихся от прежнего правителя. Вот-вот на место неудачного покушения ожидалось прибытие и Грома Восьмого.

– Ты был прав, намекая на массу тайных проходов между стенами. – Сидя за опустевшим столом, Роза смотрела, как Виктор что-то тщательно вырисовывает на большом листе бумаги. – Только почему нам не удалось ни одного найти?

– Скорей всего мы их отыскали, просто еще не сумели открыть, – пробормотал Менгарец, сводя с помощью линейки прямые линии к одной точке. – Разве что и здесь сейчас попробуем отыскать нечто интересное. Вот посмотри: вот из этих точек многие свидетели в последний раз видели коварного отравителя. Значит, получается, что или они все врут, или Шендля умудрился спрятаться вот в этом углу. Скорей всего верно последнее утверждение. Никто его с этой стороны не видит, а с этой его прикрывает огромный котел. Причем не во весь рост, а чуть ниже. Если там и есть нечто, то надо туда юркнуть согнувшись. Верно?

– Идем туда?

– Конечно. Только ты, пожалуйста, стой за моей спиной, а сам угол ощупать я попрошу моих помощников.

Место оказалось ничем не примечательным, хоть и сравнительно чистым по причине всеобщих уборок, участившихся в последние дни. Минут десять ушло на поиск и конкретное обозначение подозрительного места и еще двадцать на вскрытие замаскированной панели. За ней открывался узкий проход, по которому боком вполне легко мог протиснуться не слишком обремененный излишним весом человек. Да только и проходить далеко не потребовалось, через четыре метра на нескольких железных штырях висела фигура мужчины в поварском фартуке. Монах повернулся к Додюру:

– Он самый?

– Ага… И вроде таким милым, исполнительным мне показался. Кто его так?

– Да сам, видимо, и ошибся, спешил и не застопорил систему безопасности. – Виктор кивнул своим людям: – Прощупайте тут каждый камешек и только потом попытайтесь его вытащить. Если не получится, вначале обыщите, а потом разрежьте. Все равно надо будет проверить, куда этот ход ведет дальше.

Подскочил один из гвардейцев:

– Господин Менгарец, здесь его величество!

Кажется, короля не на шутку взволновала попытка покушения как на его дочь, так и на пришельца. Хотя спрашивал только Розу:

– Ты успела что-то выпить из отравленного?

– Нет. Нас спас Додюр Гелиан. Вовремя заметил странную муть в компоте.

– Виновника нашли? – Они втроем расселись за тем самым столом в отдельном зале, где недавно проходил ужин.

– Мертвый. Сейчас выясняют, почему и как.

– М-да… повезло. – Гром вытер капли пота на лбу и перешел к укорам: – И зачем приходить кушать именно сюда? Ведь у нас надежнее: все повара свои и прислуга. А тут невесть кто ошивается. Неужели так трудно прогуляться лишних полчаса? Чего молчишь? Тебя спрашиваю. И сам ленишься, и дочь мою за собой тянешь!

– Так времени совсем нет! – возмутился Виктор. – Буду я еще три часа в день на прогулки по этим коридорам тратить! Вот Роза – другое дело…

– А при чем тут я?! – с возмущением перебила его принцесса. – Где хочу, там и питаюсь, а уж дело охраны обеспечить мою безопасность. Причем – не факт, что подобные скрытые ходы не ведут и на увеселительную половину. Ну и самое главное – убрать хотели не меня, а именно Менгарца. Значит, и надо исходить из того, кому это выгодно в первую очередь.

– Ха! Да его мечтает уничтожить любой из наших врагов. А вот твою безопасность я могу обеспечить, только если ты будешь рядом, – кипятился монарх Чагара. – А я чаще всего даже не знаю, где ты находишься. Мало того, и начальник охраны не знает. – Он повернул голову: – О! Легок на помине! Докладывай, что выяснили.

Старый ветеран, служивший еще покойному отцу Грома Восьмого, прежде чем говорить, озадаченно поморщился:

– Допросили всех. Подозрительных почти не осталось, только вот…

– Сомневаешься в показаниях?

– Нисколько. Несколько не связанных между собой свидетелей показали одно и то же. Вчера, сразу после обеда, госпожа Маанита встречалась с неизвестным мужчиной, который по описаниям очень похож на разыскиваемого Шендлю. Имела с ним короткий разговор. Он стоял перед ней на коленях и даже поцеловал на прощание руку, но суть разговора подслушать никому не удалось.

Король Чагара стал красным от резкого прилива крови:

– И… что?

– Ваше величество сам допросит госпожу или прикажет это сделать мне?

– Я сам… – Гром встал, избегая встречаться взглядом с дочерью, которая смотрела на него с жалостливым укором. – А ты пока тут осмотрись и все мне потом доложишь.

– Понял. – Начальник охраны посмотрел вслед уходящему королю, а затем спросил у монаха: – Может, следовало твою кандидатуру предложить для допроса Мааниты?

– Что бы это дало? – Виктор пожал плечами. – А вот сам факт подобной встречи – очень интересен. Зачем этот Шендля так стремился увидеть наложницу? Раньше они не встречались?

– Нет, я специально спрашивал.

– Значит, она о нем могла и не знать. Тогда получается, что он чего-то от нее добивался. Или…

– Или просил, – вставила принцесса, недоуменно двигая бровями. – Хотя чего он может у нее просить? Помощи близким? Так остальные утверждают, что он одинок. Может, у него появилась возможность нам сделать гадость и он хотел узнать, кого уничтожить в первую очередь?

– А вот это вполне возможно. – Начальник охраны, мучимый жаждой, налил себе стакан воды и выпил. Хотя перед этим с некоторым сомнением осмотрел стеклянный кувшин на свет. – Скорей всего он отыскал тот ход и был уверен, что избежит наказания. Правда, мои люди тщательно обыскали каждого оставшегося здесь слугу, их комнаты и личные вещи. Но дворец огромен, все не обыщешь.

Роза продолжала сомневаться:

– Если бы он знал про потайной ход давно, то без всяких сложностей избежал ловушки. Может, ему про эту дыру и способ открытия рассказала Маанита?

– Если так рассуждать, то тогда и яд она ему могла дать. А вызвать его к себе она могла и раньше, просто никто из свидетелей на это внимания не обратил.

Менгарец решительно встал:

– Ладно, тогда поспешим к этому потайному ходу, может, ребята там уже все подчистили и выяснили.

Действительно, пока они дошли до стены, помощники его святости уже завершили свою работу. Стопорное устройство нашли, штыри в стену обратно утопили, тело вытащили и обыскали, сам проход исследовали. Как раз один из них вылез из щели, стирая с лица паутину и передавая факел своему товарищу:

– По ходу движения, дальше ловушки из штырей, никто не заходил уже несколько месяцев, если судить по паутине. Ход делает два поворота и через двенадцать примерно метров заканчивается глухим тупиком в виде чуланчика, полметра на два с истлевшим матрасом из соломы. Скорей всего место предназначено для временной отсидки. Ни воды, ни продуктов запасено не было, а значит, этот повар ничего о внутренностях потайного хода не знал.

Второй помощник подал Менгарцу несколько предметов:

– А вот в карманах одежды мы нашли гораздо больше интересного. Две кожаные фляги с водой, кусок колбасы, два куска вяленого мяса, вот этот прозрачный флакончик и кусок выделанной кожи с определенными знаками. Знаки четко описывают и соответствуют тем манипуляциям, которые надо произвести для открытия каменной панели. А вот здесь – как закрыть панель за собой. На обратной стороне видны следы еще каких-то надписей и знаков, но они тщательно вычищены острым предметом, скорей всего ножом. По нашим предположениям, здесь могли располагаться сведения, как пользоваться стопорным устройством. То есть Шендля просто не знал о существовании ловушки, а может, его и намеренно ввели в заблуждение. По более полным показаниям обслуги кухни, отравитель сегодня с самого утра частенько подходил к этому месту, видимо, проверял, как открывается стена, а потом приступал к работе с весьма довольной улыбкой.

– Проверял, значит, как открывается. – Виктор в задумчивости рассматривал на свет оригинальный флакон из-под яда, а потом аккуратно передал его принцессе. – И вряд ли такой яд он нашел под ногами. Ведь надо еще знать, как, куда и когда его подмешать. Скорей всего и в самом деле Шендлю кто-то направил. Причем очень расчетливо и грязно направил, уничтожив все следы и самого исполнителя. Если бы не Додюр, нам бы пришлось несладко…

– Вот и мне кажется, – печально улыбнулась Роза, – что десерт не только полнит.