Текст книги "Миры Доставки 1-14. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава 33
КОВАРНЫЙ ЛАБИРИНТ

Оба старца из легендарного монастыря Дион радовались словно дети. Настолько все хорошо и легко у них получалось. Прихватив для ношения нескольких керосиновых ламп одного расторопного гвардейца, они довольно быстро обследовали найденные чуть в стороне вспомогательные ответвления и в который раз убедились в правильности своих догадок и выводов. Как только человек проходил дезактивированную ловушку в проходе, а потом ее снова активировал и заставлял срабатывать, как уже с другой стороны некоторые камни кладки можно было утопить или сдвинуть. После чего отходила в сторону стена или открывалась широкая щель и появлялась возможность проникнуть в совершенно иную систему ходов и тоннелей, расположившихся не только в толщине стен, но порой и в пространствах между этажами.

Конечно, опытные жрецы не спешили сломя голову шагать в неизведанные лабиринты. Просто осматривали пустоты, насколько позволял свет продвинутых на шесте ламп, а затем тщательно записывали все способы открытия, правила обращения с ловушками и свои замечания о каждом месте.

Как только на большой кухне завершились все передвижения, они поспешили и вскрыли то место, где погиб пытавшийся отравить Менгарца повар. Здесь дионийцы решили поработать намного тщательнее и проникнуть внутрь лабиринта гораздо дальше. Ведь если они не сделают этого сейчас, то во время суетливой деятельности сонма поваров это сделать тем более не удастся. Не стоило перед посторонними раскрывать некоторые секреты усиленно ведущихся поисков. И так достаточно того, что многие видели, как выносили окровавленное тело Шендли. Хотя все знали суть происшедшего и от всей души порицали глупого повара, но все равно сам слух, что в толще стен есть какие-то укрытия и тайные места, был среди слуг и обитателей Шулпы нежелателен. Раз можно войти в эти лабиринты изнутри дворца, то масса народа может начать пытаться искать входы и снаружи, так сказать, с площадей и улиц. И никакие жертвы в рядах искателей сокровищ или приключений новых людей с авантюрным складом характера не остановят.

Начальный, уже всем хорошо знакомый участок преодолели без проблем. Прошли в тупик, активировали ловушку за своими спинами и вскрыли боковую стенку для выхода в общий лабиринт. Новые коридоры и щели решили обследовать до той поры, пока не свалит усталость. Тем более что вполне справедливо опасались смертельных сюрпризов у себя на пути.

Первым двигался самый предусмотрительный и осторожный Тернадин, лампу он закрепил у себя на груди и, орудуя трехметровым шестом, ощупывал каждую подозрительную точку каменного покрытия перед собой. В случае необходимости идущий последним гвардеец передавал вперед сразу несколько ламп, и обследуемый участок осматривался при усиленном освещении.

Фериоль двигался в нескольких метрах позади и старался зарисовать каждый изгиб, ответвление или перепад высоты. Ну и записать любое стоящее этого замечание. Первые шаги по неизведанным проходам таили и опасность. Строители не поскупились на угрожающую начинку, и оставалось только удивляться довольно простеньким и незамысловатым решениям. Тускло поблескивающую стальную проволоку идущий впереди диониец заметил сразу. Потыкал в пол вокруг нее шестом и сам после этого отпрянул назад. Проволока втянулась в стену на уровне пояса с такой скоростью, что могла бы разрезать на части любого исследователя. Скорей всего и рыцарское облачение не спасло бы, потому что кончик шеста из твердой породы дерева срезало как травинку.

– Смотри, сколько лет прошло, а как все замечательно действует! – цокал от восхищения Тернадин, глядя, как через какое-то время стальная нить опять заструилась из стены, произвольными петлями укладываясь на пол. – Попробуем ее перебить?

– А получится? – сомневался Фериоль, выглядывая на ловушку из-за плеча товарища. – Начнем громыхать молотком по зубилу, на нас еще чего со стороны свалится. Да и не факт, что сможем перерубить эту проволоку. Ищем стопорное устройство.

Когда отыскали блокиратор ловушки, то осмелились подержать стальную нить в руках и рассмотреть более тщательно.

– М-да, этим чудом и в самом деле любые доспехи перережет…

– Со временем можно попытаться ее отрезать. Представляешь, насколько ее прочность и гибкость могут пригодиться в других устройствах?

После преодоления опасного места прошли несколько десятков метров по извивающемуся ходу и обнаружили первый перекресток. Хоть и назвать такое пересечение перекрестком можно было условно. Просто на стенах с обеих сторон располагались аккуратно вырубленные ступени, ведущие куда-то к высокому потолку. Взбираться по ним следовало как в колодце, поэтому и послали наверх молодого и более расторопного гвардейца, заставив комментировать вслух каждый свой шаг и впечатление:

– Подниматься весьма удобно. Так… наверху две щели, вползаю в правую… Ага! Вижу камень в нижней части, заклиненный упором в потолок. Вынимаю… понятно! Теперь мне видно помещение, где сидит и ведет записи начальник всей кухни и шеф-повар. Освещение скудное, но я внизу был, узнаю все прекрасно. – Затем гвардеец перебрался на другую сторону, не забыв по указаниям старцев заложить отверстие подсмотра в прежнем порядке. – О! Здесь то же самое отверстие! Только ведет… хм, трудно рассмотреть, но мне кажется, это обычная раздевалка для персонала кухни. Ну да, точно! Вижу висящие фартуки, а совсем рядом на шкафу лежит поварской колпак.

– Хорошенько запомни это место, – поучал Тернадин. – Потом снизу, из раздевалки, попробуем рассмотреть и определить, какой из камней потолка ты вынимал для подсмотра.

– Постараюсь…

Чуть позже исследователи отыскали еще несколько подобных мест для подсмотра и прослушивания. При желании и знании всего лабиринта любой человек мог преспокойно следить чуть ли не за любым местом гигантского здания, где имело шанс собраться более двух человек и завязать беседу. К некоторым отверстиям приходилось забираться под потолок, другие открывались прямо в стенах, некоторые на полу, прямо под ногами. Причем все запоры имели самые разнообразные устройства удержания: от простых балок, поставленных на упор, до сложных металлических зажимных конструкций. Но самое важное для подсматривающего человека – никакого шума при открытии щели не возникало, а любой камень возвращался на свое прежнее место с удивительным присасыванием и прилипанием.

– Использованы магниты, – авторитетно заявил Тернадин.

Но его коллега сомневался:

– За такое длительное время магнитные силы обязаны были раствориться в окружающей породе, а они до сих пор действуют.

– Ну о таких тайнах наверняка и Менгарец не знает. Чего нам себе голову забивать? Ты только не забывай фиксировать каждую точку на плане, потом все это обязательно с той стороны осмотрим.

– Зарисовываю… ведь самому интересно.

Пару раз во время движения они замечали новые ловушки, которые предвещали выход из общего лабиринта во вспомогательные переходы, но только фиксировали их, не пытаясь выйти наружу. Так и двигались они, оставляя у себя за спиной безопасную дорогу с деактивированными смертельными сюрпризами. Но когда уже довольно устали и решили выбираться, то попали на очередной перекресток, одно из ответвлений которого заканчивалось железной дверью. Причем даже издалека можно было рассмотреть, что дверь не простая, а с литьем в виде завитков, листиков и прочих декоративных украшений. Массивная ручка, выполненная в виде головы какого-то зверя, так и манила на нее нажать и войти внутрь наверняка таинственного помещения.

Конечно, дионийцы не бросились по этому вполне широкому и ровному проходу сломя голову. Вначале тщательно обследовали каждую пядь пространства и вскоре обнаружили очередную штатную ловушку. Задействовали ее, и, глядя на вылезшие в середине прохода штыри, Тернадин не удержался от сарказма:

– Никакой фантазии! Точно такие же, на которых почил глупый повар Шендля. Так что у нас есть два варианта: действовать, как прежде, или попросту перелезть по этим штырям сверху – там ведь до потолка еще достаточно пространства.

Фериоль, словно что-то предчувствуя, не согласился:

– Да нет, только напоследок нам спешки не хватало. Ко всему прочему не нравится мне эта дверь. Слишком она показная, что ли…

– Да ладно тебе, – засмеялся его старый друг, – молнией пуганный!

Стали искать способ отключить ловушку, отыскали его, втолкнули стержни опять в стену и только тогда осторожно продвинулись вперед. Тернадин с шестом стал обследовать дверь, его коллега с лампой на груди стоял от него за пять метров, сразу за блокированной ловушкой, а гвардейца оставили в начале прохода, на случай если понадобятся манипуляции с запорными устройствами. Две лампы из своего запаса молодой воин оставил на перекрестке, а две поставил на пол, прямо перед собой. А сам готов был или подать запасной шест, или выполнить любые другие распоряжения.

Ничто не предвещало опасности, когда первый диониец отставил свой шест чуть в сторону и отчитался:

– Ничего не нащупал. Ручка опускается вниз легко, скорей всего должна открыться, только вот шестом ее не потянешь…

– А если захватить петлей? – посоветовал другой жрец.

– Тогда не получится открывать со всей осторожностью. Я хочу тянуть дверь маленькими рывками и каждый раз просматривать зазор направленным туда светом. Если замечу какой-нибудь зацеп, сразу уходим.

– Согласен, рисковать не стоит. Но, может, отложим все-таки на потом? После отдыха?

– Какая разница? Ловушку мы уже обезвредили, ничего нам не грозит. Да и разве тебе неинтересно взглянуть на то, что мы отыскали? Так что направляй больше света в мою сторону и прислушивайся к моим комментариям.

Он всем телом нажал на ручку и стал медленно тянуть дверь на себя. Неизвестно, подалась ли она, но в следующее мгновение Фериоль услышал сзади себя скрежет металла по камню, стук вонзившихся в стену штырей и запоздалое предупреждение-вскрик гвардейца. Оглянулся и с некоторым удивлением сообразил, что ловушка непроизвольно сработала снова. Причем при явной блокировке.

– Слушай, Тер, да тут, видимо, все механизмы удержания износились!

Его последние слова заглушил резкий хруст и неприятный скрип песка, словно между титаническими жерновами. А в следующий момент старец осознал, что стены вокруг него очень быстро сжимаются. Спас его только многолетний опыт в данных ситуациях. Невзирая на преклонные годы, он совершенно непроизвольно ловко вскарабкался по штырям наверх и там оказался в относительной безопасности в нише над ловушкой. И только тогда до него дошел весь ужас увиденного: стены сжимались по всей длине прохода! Первый дикий крик попавшего в смертельные тиски человека послышался со стороны гвардейца. Молодой парень не успел сделать до спасительного перекрестка всего один-единственный шаг и теперь судорожно дергался между равнодушно сходящимися каменными плитами. Потом раздался хрип со стороны Тернадина. Тот успел повернуться к коварной двери спиной и даже сделать два шага, но из-за этого его сухонькую фигуру теперь сдавливало не плашмя, а с боков. Но он и не пытался кричать, уже предчувствуя свою гибель, а только улыбался прощальной улыбкой своему древнему и самому лучшему товарищу. А в последний момент вместо крика боли или досады он выдохнутым резко воздухом загасил висящую у него на груди керосиновую лампу. Словно догадавшись, что лопни вдруг корпус от удара ломающихся костей или при падении на землю, керосин загорится, и его чудом спасшийся на штырях ловушки друг просто-напросто задохнется.

С глухим стоном Фериоль отвернулся, не в силах видеть гибель самого близкого для него человека и уже застланными слезами глазами с полным тоскливым равнодушием наблюдал за второй частью сужающегося коридора. Там ведь тоже стояли две лампы, и если они сейчас лопнут от давления, все равно смерть от удушья в этой западне гарантирована.

По неведомым причинам стены замерли в пятнадцати сантиметрах друг от друга. Вполне достаточно, по мнению строителей, чтобы умертвить любых попавших сюда посторонних исследователей. Так что лампы так и остались целы, освещая останки молодого парня, которого старцы взяли себе в помощники, и черную лужу крови, которая вытекла из-под тела прямо на пятно света.

Оставшийся в живых диониец долго стонал от чувства глубокого раскаяния, приписывая только себе вину за то, что не настоял отложить обследование опасного места на другой раз. Коварная дверь наверняка и была сделана с таким умыслом, что любой польстившийся на нее человек будет уничтожен. И вот эта сложнейшая западня и стала могилой сразу для троих человек. Троих – потому что старец из Диона уже смирился и с собственной смертью: слишком далека и ненадежна помощь, слишком мало сил в старческом теле для долгого ожидания и слишком ослабла в нем самом воля к продолжению жизни.

А потом Фериоль сжался от навалившегося на него горя и неморгающим взглядом уставился на два мерцающих в узкой щели огонька.

Глава 34
РАДОСТИ И ТРАУР

Коренное изменение направленности поисков в овальном кабинете вскоре дало свои результаты. Группа людей, ползающих хаотично по полу, замерла в самых живописных позах, когда сверху вдруг раздались громкие звуки размеренных, четких шагов прохаживающегося человека. А когда попытались задрать головы, сместиться или встать, услышали строгий приказ Менгарца:

– Всем оставаться на местах и старательно припомнить все свои последние манипуляции! Ждать, пока я не подойду, и повторять в памяти. Роза, засекай время.

Пожалуй, только принцесса не ползала на четвереньках по мраморному покрытию зала, хотя и не считала это ниже своего достоинства. Ей Виктор разрешил поиграть с музыкальным инструментом, установив громкость на самом минимальном уровне. Вот этим ее высочество и занималась, увлеченно рассматривая светящиеся программки управления на фортепьяно, тыкая в них пальчиками и пытаясь разобраться во всех сложностях и хитросплетениях. Но теперь под звук раздающихся с потолка шагов сразу пристроилась за его святостью с большим листом бумаги на тонкой доске. Обходя всех по очереди, он заставлял помощников повторять последние совершенные ими действия и отправлял в разные стороны с очередными заданиями. Пока он дошел до двенадцатой «точки», уже успели принести высокие стремянки и тщательно осмотреть потолок. Особенно те места, откуда исходили звуки.

– Здесь открылись маленькие щелочки, раньше их не было! – понеслись доклады. – Если к ним приложить палец, чувствуется сильная вибрация.

– Понятно, – отозвался Менгарец, переходя к следующему помощнику. – Направленный поток резонансного звука. Немного опасно для здоровья, если подумать. Но должен же он как-то отключаться!

Как раз после этого и отыскались точки воздействия. Сообразительный парень повторил свои манипуляции, и запись эхообразного хождения прекратилась. Новый набор прикосновений к полу – звук с потолка возобновился. И так несколько раз, пока принцесса не воскликнула:

– А ведь перед нами правильный пятиугольник!

– Вот и я над ним почти все время провел, – не стал скромничать помощник, – он мне сразу подозрительным показался. Только вот последовательность нажима не сразу смог подобрать.

– Зато теперь все кажется так легко и естественно. – Виктор внимательно посмотрел по сторонам: – И если следовать логике идеальной симметрии, то вот там второй точно такой же пятиугольник. Только наверняка его датчики будут действовать лишь под стук этих кованых сапог. Недаром Гранлео здесь «ходил» порой по целому часу. Попробуем. Включай!

Еще раз просмотрев последовательность прикосновений, он прошел к выбранному участку, встал на колени и в точности его повторил. К общему недоумению, ничего с первой попытки не получилось. Тогда монах еще раз призвал на помощь свою великую «симметрию» и сместился на одно деление по часовой стрелке. Во второй раз все получилось ко всеобщему восторгу: внушительный участок стены выехал одним краем вперед, образуя щель шириной в полметра. Вполне достаточно, чтобы пройти в любой парадной одежде.

Здесь тоже не обошлось без сюрпризов. Сразу две дублирующие друг друга ловушки поджидали неосторожных посетителей, но общими усилиями отключать их научились довольно быстро. Правда, выяснилось, что блокировка в этом месте только одноразовая. При повторном открывании входной щели вновь взводились пружины воздействия, и приходилось их блокировать при каждом визите. Само собой, что действия покойного Гранлео были отработаны до автоматизма, когда он многократно входил сюда. Но ведь все равно могло и с ним случиться несчастье. О чем и подумала вслух наследница короны Чагара:

– Неужели он девятьсот лет ни разу не ошибся? Ну ладно, пускай «они» не ошиблись?

– Вполне возможно. – Виктор внимательно ощупывал шестом перед собой ступеньки уводящей куда-то вверх узкой лестницы. – Но что тебя конкретно смущает? Заметила что-то странное или логика сработала?

– Нет, скорей просто женская интуиция… – Она возмущенно вздернула брови. – И не оглядывайся на меня так, словно злую волшебницу увидел.

– Почему злую? Они ведь и добрыми бывают.

– Но интуиция меня наталкивает на мысль, что даже в случае смерти от несчастного случая император бы остался…

– Жив? Тогда это не смерть, а ранение. И, будучи в такой момент с отцом или сыном, мог вполне успеть в Колыбельную для восстановления. Вполне возможно, что такие случаи в империи Сангремар имели место, только вот нам о них никто докладывать не собирается. И все эти технические детали при таком фундаментальном обеспечении дают все шансы на безбедное существование любой династии.

– Нет, я хочу сказать совершенно другое… – Роза посмотрела по сторонам и прикоснулась к толстой колонне из цельного мрамора. – У меня такое чувство, что Гранлео не погиб и может вернуться сюда в любое выбранное им время. Мне кажется, он даже подобную агрессию предвидел, захват Шулпы и много чего другого.

– Успокойся. Это не интуиция, а просто женская мнительность, – твердо возразил Виктор, поднимаясь первым на широкую, раскинувшуюся полукругом площадку. – Ну и твое естественное сомнение, которое гложет и многие миллионы обитателей этого мира: что тело Гранлео так и не было опознано среди обезображенных трупов.

– Тоже неверно. Я ведь, как и ты, видела его в последний момент и не сомневаюсь, что выжить под волной из воды и бетона невозможно, но вот во всем этом великолепии остался чужой дух, совершенно чуждый нашей планете. И вот именно этот дух, эта неуловимая душевная субстанция и заставляет меня думать, что Гранлео как истинный хозяин всего этого еще сюда вернется.

– Даже спорить не хочу о таких глупостях! – отмахнулся Менгарец, еле сдерживая себя от того, чтобы не бежать к виднеющейся совсем недалеко консоли главного управления. – Ты лучше туда посмотри! Вот, вот оно! Реактор! И я почти уверен, что с управлением не будет никаких трудностей. Стой здесь!

Вскоре он приблизился к выступающему из стены устройству и жадными от нетерпения глазами стал осматривать знаки и символы. Причем вся консоль была выполнена в самом лучшем стиле космической отделки. Строители словно пытались подчеркнуть такими изысками, что именно здесь находится главное сердце всей созданной вокруг инопланетной мощи. Так и хотелось за что-то схватить или погладить, и руки уже тянулись к клавише под монитором, когда спокойный голос принцессы немного охладил пыл познания и образумил:

– Скоро утро. Может, надо пару часиков отдохнуть? А потом на свежую голову, как ты сам любишь говорить, «с чувством, с толком, с расстановкой» все тщательно рассмотришь?

Тяжело вздохнув, Виктор повернулся и спросил:

– Ваше высочество, а почему бы вам не пойти в главнокомандующие?

– Зачем?

– Слишком хорошо у вас командовать получается: и крика нет, и возразить боязно. – И сделал первый шаг к выходу, обращаясь к толпящимся на лестнице помощникам: – Возвращаемся в «Рогалик». И там все спланируем на ближайшие часы.

Но уже в кабинете, глядя на совершенно незаметный стык после закрытия щели, Менгарец услышал обеспокоенный голос прибывшего с докладом офицера гвардейцев:

– Ваша святость, никак не можем отыскать нашего парня, которого забрали господа дионийцы. Хотя по всем срокам он должен был вернуться уже давно.

– Надо же! И как я мог про них забыть? – Монах потер двумя руками виски, пытаясь дословно вспомнить последний разговор со старцами. – Они собирались проверить напоследок тот самый потайной ход на кухне. Ржавчина на мою голову! А ведь могли и застрять там или заблудиться! Всем спать! А со мной пойдете вот вы трое.

– Может, еще одного возьмем? – деловито спросила принцесса, поправляя на себе и так чудно сидящую форму полковника гвардейцев.

Пришелец грозно нахмурился:

– Ваше высочество! Люди должны отоспаться, поэтому считаю, что и одного обычного наряда достаточно, чтобы проводить вас до спальни.

– Здесь я командую!

– Увы! Это мой кабинет! И вообще… – Изо всех сил сдерживая в себе раздражение, Менгарец со всей возможной вежливостью отвел девушку в сторону и зло зашептал: – Роза! Ты чего себе позволяешь?! На тебе уже лица нет, и ты просто обязана выспаться…

– На себя посмотри!

– …Поэтому просто требую мне не возражать и за мной следом не тащиться.

– А чего это ты мне приказываешь?

– Ну, Роза, имей совесть! – Тон у Виктора стал просительным. – Ты ведь не просто мне мешать будешь, мне придется отвлекаться на твою охрану и безопасность, и вместо одного часа мы в лабиринте застрянем на все четыре. Очень тебя прошу…

Плотно сжатые губки принцессы вдруг дрогнули в улыбке, прогоняющей гнев и капризы, и она примиренчески вздохнула:

– Ну ладно, иду к себе. Но чтобы к утру, как только я проснусь, под моей дверью уже стоял посыльный с докладом, что там у вас и как. Иначе…

– Чтоб я загорал возле сверхновой, если подведу! – торжественно поклялся его святость и церемонно поцеловал при расставании девичью ручку. Потом выпрямился и устремился к выходу со словами: – Ребята, за мной!

В первый проход пробрались без всяких проблем. Немного пришлось повозиться, пролагая дорогу дальше, ведь дионийцы рассказали о своих результатах Виктору только в общих чертах, но и тут больших задержек не произошло. Ловушки в самом лабиринте оказались дезактивированы, что и служило самой лучшей путеводной нитью для орудующего длинным шестом Менгарца. Так же хорошо указывали дорогу свежие пятна копоти на некоторых участках стен, куда исследователи ставили лампы для лучшего осмотра.

Задерживаться изучать их тоже не стали, сразу догадавшись об их предназначении. Словно предчувствуя недоброе, его святость с максимально возможной в незнакомом и опасном месте скоростью продвигался вперед. И действительно, не прошло и часа, как он заметил мелькнувшее впереди пятнышко света. Лампы, стоящие на перекрестке, все еще продолжали светить. А потом глазам задохнувшихся от увиденного спасателей предстала печальная картина: сплюснутая и окровавленная голова гвардейца, который не сумел сделать последний шаг.

Уже догадываясь о трагической судьбе дионийцев, пришелец не смог сдержаться от громких, присущих только ему космических ругательств. Каково же было его удивление, когда в ответ он услышал слабые крики из узкой щели, а потом и рассмотрел крохотный огонек где-то под самым потолком:

– Фериоль! Тернадин! Как вы там?

Вначале послышался горький стон, а потом голос Фериоля:

– Нет больше Тернадина… Погиб!

– А вы как?

– Да со мной все в порядке… относительно…

– Как вас оттуда достать? Думайте скорей, пока мы стены крошить не начали!

Кажется, предложение конкретных действий привело старца в чувство, и он стал выкрикивать указания:

– Мы попали в двойную ловушку: шевельнули дверь в конце этого прохода и задействовали штыри вместе со сжимающимися стенами. Наверняка на перекрестке имеются блокировки обратного действия. Поищите их!

Вчетвером удалось и в самом деле отыскать довольно быстро нужные блоки и рычаги. Но как только стены со скрежетом стали разъезжаться, на свои прежние места вошли и штыри, а стоящий на высоте человеческого роста Фериоль вскрикнул, проваливаясь в каменный мешок. Когда Менгарец добрался к жрецу, тот кривился от боли, указывая на раздробленную при неудачном падении коленку:

– Идти сам не смогу…

– Ерунда, вытащим. А вот как Тернадин? Я ведь-таки отыскал реактор! Вдруг мы успеем?

– К сожалению, моему другу уже ничем не помочь. Никакое волшебство твоего мира его не оживит.

– Ну да, если бы сразу… Ладно, поспешим, нам еще столько назад топать.

– Может, получится упростить дорогу, только вынеси меня к свету, – попросил старец. Оказавшись на перекрестке, он достал свои карты и рисунки и указал на уводящий в сторону коридор: – Мы можем попытаться выйти прямо через него. И как мне кажется, мы вынырнем вот на этом участке дворцовых помещений. Только пробуйте выход довольно осторожно. Вдруг там тоже двойная ловушка…

Может, Виктору в этот день фортуна передала долю удачи погибших, но уже через короткое время они вывалились в один из весьма неприметных залов и поторопились к апартаментам, где в последнее время и проживали оба старца из монастыря Дион. Вернее, они только редко здесь появлялись для короткого отдыха. Да хранили свои немногочисленные веши. В том числе и остатки желе гарбены, которое сейчас было необходимо для лечения сильно раздробленной коленки.

Роли поменялись, теперь уже Менгарец должен был врачевать своего персонального спасителя. Вначале освободил ногу старца от одежды и осмотрел рану. Выглядела она очень опасно, скорей всего при неожиданном падении затекшее старческое тело не успело среагировать на опасность. Коленная чашечка оказалась раздроблена и окрашена кровью, перемешанной с белой смазочной жидкостью сустава. Здесь и любой профан засомневался бы в возможности излечения традиционными методами. Благо еще, что хватало как нетрадиционных методов, так и появления в самом ближайшем будущем современной медицины большого космоса.

Чем и поспешил утешить пришелец.

– Ничего, пару дней побегаете с бандажной повязкой из вашего волшебного желе, а потом будете вторым на очереди в Колыбельную.

– А может, меня первым? – слабым голосом попросил диониец.

– Но ведь у вас будет еще целый месяц впереди, – не понял Виктор.

– Да нет, я в том смысле, чтобы первому проверить то ваше магическое устройство. Мало ли что там у него не сработает, а меня уже и не жалко, свое отжил…

– Что за чушь! – Следовало как можно быстрей взбодрить старика и не дать ему впасть в бессознательное отчаяние. – А кто работать будет? Кто мне тут поможет со всеми тайнами разобраться? И вообще, я за вами недоделки устранять не собираюсь!

– Какие недоделки? – растерялся Фериоль.

– Сами отыскали лабиринт – сами должны его изучить до последнего поворота! И Тернадин бы вам не простил бездействия! Получится, что вы не довели его дело до конца и бросили в самом начале пути. Так что вначале – работать! А в Колыбельную первым полезу я, тут и спорить не о чем. Кстати, – он все приготовил для предстоящего «таинства» и даже открыл маленький горшочек с чудо-лекарством, – может быть, стоит ради эксперимента наложить желе гарбены на все восемь узлов магического пересечения ауры? Вдруг вы в таком случае не только ногу залечите, но и вообще омолодитесь?

– Не получится, лекарства слишком мало. На меня, может, и хватит, но придется все израсходовать, а так поступать нельзя. Мало ли что случится…

– Но вы уже почти все нашли.

– Но не опробовали! – уже с присущей ему деловитой активностью и рассудительностью возразил Фериоль. – А вдруг кто-нибудь из очень важных фигур получит ранение? Принцесса, например?

– Зачем сразу о таких крайностях! – воскликнул Виктор, покрывшись мелкой испариной, только представив себе на нежной ручке Розы небольшую капельку крови. – Но, с другой стороны, я очень надеюсь на Колыбельную. Она вас не то чтобы на ноги поставит, а вообще силачом сделает.

– Вот и хорошо. Давай мажь! А то уже боль надоедать начала.

– Прошу прощения, заговорился.

Вскоре нога старца украсилась толстым кожаным бандажом, внутри которого толстым слоем застывало желе гарбены. Боль прошла, раненый расслабленно вытянулся на кровати. Да и отдых в его возрасте был крайне необходим. Наказав сидящей возле старца сиделке не давать ноге сдвинуться из зафиксированных лубков, монах перед уходом пожелал удачного выздоровления и пообещал:

– Пошлю посыльного к спальне принцессы, и, возможно, через два часа она вас проведает. Если сможете ходить к тому времени, сразу спешите ко мне и будите в любом случае. Мне теперь уже не нужны будут все помощники, так что смогу выделить пятерых в помощь при обследовании лабиринта.

– Хорошо, спасибо за спасение… – Фериоль уже засыпал.

– Не за что!

Продвигаясь по коридору к своим комнатам, Виктор со смешком заметил, что его клонит в сон прямо на ходу. И пробормотал:

– Нет, выспаться и мне в самом деле не помешает.

Но и это святое дело пришлось отложить на полчаса. Возле двери в спальню стояло несколько гвардейцев из личной охраны, а чуть в стороне скромно сидел на лавке тот самый генерал Баган Винеш, который скомандовал гарнизону дворца сложить оружие. Еще тогда его святость приглашал обращаться к нему в любое время и предупредил об этом свое окружение. Сейчас бывший воин находился в штатской одежде и без оружия, а заметив приближение Менгарца, с почтением встал и поздоровался:

– Здравия желаю! Честно говоря, мне не верилось, что тебя до сих пор нет. Думал, охранники просто берегут твой сон.

– Увы, покой нам только снится! И что, готов был ждать сколько угодно?

– Конечно. Потому как возникли определенные трудности.

– Без меня их могут решить мои заместители?

– Ни в коем случае. Они так прямо об этом и сказали.

– Тогда заходи. – Он жестом позвал отставного генерала за собой и уже внутри апартаментов, расстегивая пуговицы на вороте, попросил: – Рассказывай саму суть.

– Есть! Дело в том, что в последние дни появились в Шулпе довольно темные личности. Запугивают в первую очередь моих бывших подчиненных, офицеров и угрожают в скором времени жуткими карами и смертью, если не согласятся сотрудничать и готовить захват столицы изнутри. Двоих горлопанов нам вчера вечером удалось захватить и сдать людям Тербона.

– Вот и отлично! Те свое дело знают.

– Да и мы в этом не сомневаемся. Страшно другое, и я хочу, чтобы ты меня правильно понял. Вся проблема в том, что за это время скорей всего на той стороне собрали невероятное по силе войско, и мы просто уверены, что ваша армия будет разгромлена. Вопрос только в сроках.

Виктор непонимающе пожал плечами:

– Если разобраться, то вам любой вариант не страшен.