Текст книги "Миры Доставки 1-14. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Но сейчас Танти, вновь выдвинувшись в авангард отряда, вдруг с запоздалым раскаянием пожалел, что втянул Бровера в космодесантные войска. И пообещал себе на первом же привале раскрыть правду. Если опять-таки, появится подходящая возможность и время остаться наедине.

Пока отряд передвигался довольно быстро, несмотря на изрядную усталость и отсутствие карты местности. Многочисленные тоннели, выходящие по верхнему радиусу чаши, позволяли обойти неудобные места в толще пород. А переплетаясь между собой, древние промоины от воды создавали в скалах вокруг озера настоящие лабиринты. Так что старались как можно чаще возвращаться на «берега», чтобы сориентироваться. Некоторые зевы промоин виднелись и на самом своде гигантской пещеры, но углубляться в том направлении никто и не собирался. Стремились именно к той точке огромного пустотелого пространства, от которой уже имелась подробная, сравнительно конечно, голографическая карта. Там и до первого бункера близко, а это значит – и нормальная еда, и дополнительные боеприпасы, и полноценный отдых.

Вот поэтому Тантоитан так и спешил. Хотя понимал крайнюю непригодность наследника престола к подобным перенапряжением организма. Ещё индивидуальный разговор с командиром отряда Януш выдержал, а вот дальше го опять пришлось практически нести на себе телохранителям. Ещё больше Танти переживал за Клеопатру. Ему казалось, что она идёт уже как-то неровно, плечи опустились, да и постреливает по сторонам с некоей вялостью и отупением. Привал требовался немедленно, иначе недалеко и до глупых ранений или травм, вызванных усталостью.

А так как намеченная точка приближалась довольно медленно из-за надоедливого петляния по лабиринтам, то следовало взбодрить личный состав чем-нибудь кардинально страшным или весёлым. К счастью, пока пугаться было нечего, и Парадорский по всеобщей связи предложил:

– Ребята, а давайте споём что-нибудь бодренькое? Или вы, девочки, что-нибудь предложите.

Его отделение, ещё когда обмывало медали в Старом Квартале, знатно не только погуляло и отпраздновало, но и спелось. Многие песни знали наизусть, многие пели при скучных занятиях по физ подготовке в училище, под некоторые даже любили потанцевать во время посиделок в кафешках и ресторанах. Вот именно одну из таких песенок и вспомнил Бровер, несколько неожиданно для всех. Всё-таки большинство подыскивало в памяти нечто эдакое, подъёмно-патриотическое, будоражащее, благо и таких песен хватало в общем репертуаре. Да и присутствие в отряде самого наследника престола Оилтонской империи налагало некоторый налёт серьезности при подборе.

Поэтому, когда Роман сыграл губами вступительные аккорды и стал залихватски петь, Парадорский сжал зубы от досады и запоздалого раскаяния:

«Напросился! Нет, чтобы самому выбрать боевую песню и скомандовать „Запевай!“ Что теперь Януш о нас подумает? Кабацкая, дешёвая песенка, ни глубины, ни ширины, а уж тем более высоты! Может остановить, пока не поздно?..»

Тем временем песня звучала всё интенсивнее и забористей. Со второй строчки, обожающий любые музыкальные проявления Граци, стал подыгрывать губами партию большой трубы. С третьей строчки, звонким голосом вдруг вступила пошатывающаяся до этого от усталости Клеопатра:

Почему я не родился скрипачом?

Мне политика бы была нипочём!

По ночам бы в ресторанах пировал,

На чудесной скрипочке своей играл!

Эх!

А припев уже грянул, подхваченный шестью, или семью глотками, Не сдержался от подпевания и сам командир:

Струны моей души

Со скрипкой, ох, хороши!

Праздник – всегда со мной!

В будни и в выходной!

Второй куплет, про повышенное к скрипачу внимание дам, восторг, а порой и слёзы от чудесной игры на скрипке, прозвучал несколько сумбурно, вразнобой. Зато к третьему, все распелись основательно:

Не работал бы, не сеял, и не жал,

Лишь зарплату из футляра доставал

Я б единственную тяжесть пережил

Когда свою скрипочку носил!

Эх!

В прозвучавшем напоследок припеве, даже послышались голоса Дейни и Бита. Может, они и не знали самой песни, но лёгкий припев подхватили с удовольствием. Тем более что идти пришлось по уклону вниз, и его высочество передвигался сам. А когда пение закончилось, Януш похвально фыркнул и признался:

– Взбодрили, спасибо. Даже падать на камни и умирать расхотелось. – После вежливых смешков, спросил: – Курсант Бровер, я так понял карьера скрипача вас манит и зовёт, словно путеводная звезда?

Роман принял шутливый тон, стараясь конечно при этом придерживаться рамок приличия со вторым человеком в империи:

– Да нет, ваше высочество. Теперь я мечтаю стать генералом, чтобы потом со всей авторитарностью и правом заставлять отжиматься кого угодно и сколько угодно.

– Солидное желание, – одобрил принц, – Самое главное – очень нужное для вооруженных сил. Ибо, если не будут воины и офицеры отжиматься, то…, понятно, что с нами случится. Но вот все остальные ваши сослуживцы меня удивили ещё больше. Курсант Ланьо, вы не хотите сделать карьеру певицы?

– Никак нет, ваше высочество! – несколько хамовато и развязно ответила Клеопатра. От чего Танти даже дыхание затаил. – У меня совершенно другая стезя в жизни.

Наследник династии Реммингов нисколько не рассердился от подобного ответа. Наоборот коротко посмеялся:

– Всё равно, все так лихо подпевали, что теперь я точно уверен: вам бы свой музыкальный ансамбль собрать, или оркестр, да с гастролями по всей Галактике… А вы тут с автоматами носитесь. А?

Вопрос выглядел чисто риторическим и ни к кому конкретно не адресованным, но как главный запевала, Бровер поспешил ответить:

– Ваше высочество, так мы ведь ещё много песен знаем. Например, одну такую очень древнюю, про торговку бубликами и тоже весёлая. Так что нам теперь продавцами идти работать? Или пекарями?

– Не слышал, – признался Януш. – Споёте?

Ребята спели. Потом ещё парочку, попутно обсуждая достоинства кабацких перлов и манеру исполнения при таком интенсивном движении. Развлечение сказало своё воздействие: до намеченной точки добрались незаметно, без травм, без ранений.

Затем принялись осматриваться и ориентироваться на местности. Для привала выбрали несколько крутоватый, поднимающийся каскадами тоннель, Похоже здесь когда-то протекала солидная речка, а потом водопадом срывалась в озеро. Зато благодаря крутизне оставшегося русла в нем почти не было хищников, а уж крупных – тем более. А несколько десяток летяг быстро успокоили огнестрельным оружием. Несколько смущало наличие большой стаи, вдруг где-то дальше русло перекрыто обвалом? Но посланная в разведку тройка, вскоре вернулась и доложила, дальше проход разбивается на несколько рукавов и входил в густо заросшие джунглями долины. Причём все долины прямо-таки кишат всевозможными монстрами. Так что выход отсюда имелся, и по сути несообразительные хищники намного предпочтительнее чем обозлённые преследователи с самым современным вооружением.

Устроились отдыхать вполне удобно, командир даже разрешил короткий сон по два часа в смену. Двух воинов поставил по направлению русла впереди, одного оставил охранять спящих, а сам с Гарольдом отошёл чуть в тылы, устроился в стратегически выгодном месте в створе узкого прохода и стал внимательно через бинокуляры забрала просматривать долину. А чтобы самого в сон не сморило, трепался с товарищем по поводу дальнейшего маршрута. Гарольд возражал против поиска и использования ближайшего бункера:

– Раз сквоки захватили всех и вся, то и карты у них имеется. Значит догадаются сделать засады. Или заложить незаметно детекторы движения с краберными маяками.

– Сомневаюсь, для этого им целой армии не хватит. Да и не обязательно знать о сети подземных хранилищ, аптечек и лабораторий. Подобные карты имелись лишь в специальных хранилищах блокпостов и выдавались на руки командирам и штурманам лишь после идентификации. Если помнишь, такое правило введено недавно для лучшей регистрации уходящих на исследования групп. Даже если сквоки будут вести допрос под домутилом, то им надо ещё догадаться задать конкретный вопрос про наличие каких-то там вспомогательных мест выживаемости в подземельях. Им наверняка и других важных дел хватает.

– Хорошо, может ты и прав. Но как только мы довооружимся, подновим запас медикаментов, всё равно надо уходить и прятаться где-нибудь в стороне, подальше от городка.

– Может и так, – Танти вначале не хотел распространяться о вводной, которую ему лично дал Януш Ремминг, но уж с кем по этому поводу посоветоваться, как не с лучшим другом? – Но на данный момент очень важно выяснить главную тайну сквоков: как им удалось без боя взять контур. Сам понимаешь, чем незнание чревато…

– Ещё бы! – друг сразу понял к чему идёт дело: – То есть отсиживаться нам не светит?

– Угадал…

– Ну…, раз надо, значит будем действовать. Только я предлагаю оправить меня в сторону городка с парой тройкой ребят. Мы там всё высмотрим и разведаем.

– Нет! Ничего у тебя не получится. Считай что монстры. Уже начали возвращаться с поверхности в свои места постоянного обитания. Так что через них нам и всем скопом не прорваться. Тут надо придумать и использовать нечто совсем другое.

– Что именно?

– Вот когда придумаем, тогда я тебе и отвечу. Пока ничего в голову, кроме как взять «языка» не приходит.

– М-да, та ещё задачка, – Гарольд замычал с недовольством. Потом цокнул в задумчивости несколько раз языком: – Попробуй этих горбатых сковырни с седла, а потом ещё из под усиков шуршонов выдерни. Повалить весь отряд, может мощности батарей на парализаторах не хватить. Это – раз. Ну и второе: а если наши преследователи – простые воины? И ничего о секретном оружии не знают? Риск по их пленению удесятеряется, а вот будет ли толк после допроса? Ха, чуть не забыл: и где мы возьмём домутил? Станешь пытать несчастных горбунов древними методами?

– Если нужда заставит, то и этим придётся заняться. Хотя если подумать, для этого дела лучше Дейни и Бит подойдут. Особенно если принц им прикажет, они из любого пленника нужную информацию выколотят.

– Негуманно…, да и они могут не согласиться.

– Думаешь? Мне кажется, Биту будет достаточно напомнить о его товарищах, которых уничтожил вместе с флайером сквоковский истребитель.

Два часа в таких дебатах пролетели незаметно. Всё оставалось в относительном спокойствии, если можно так сказать о джунглях, в которых дикое зверью и коварные растения так и пытались сожрать друг друга и всё что им не нравится внешним видом или похоже на пищу. Только и пришлось паре друзей сделать с десяток профилактических выстрелов по мелкой живности.

Связавшись по коммуникатору с дежурным возле спящих, Парадорский скомандовал почти шёпотом:

– Телохранителей и самого принца старайся не будить. Пусть отоспятся перед следующим проходом. На наше место давай Бровера с Магдой, остальных вместо себе и дальше по руслу.

Вскоре заявился зевающий Роман со своей не менее заспанной боевой подругой. Внимательно оценил позицию и похвалил:

– А вы тут неплохо устроились! Местечко как по заказу.

– Для вас старались, – буркнул Гарольд, с некоторой ревностью возвращая игломёт его новому хозяину. Смотрите только не задремайте!

– Злой ты Гарри! Ну ничего, вот стану я генералом…

Тогда как Магда внимательно осмотрела окрестности и сразу заметила парочку подстреленных тушек:

– Тихо?

– Здесь почти рай, а вот там, – Танти указал рукой в направлении центра огромной долины, – Падаольщиков прибавилось. Немного, как для этих мест, но шевелятся интенсивно.

– Ладно, – Бровер удобно уселся в нагретую выемку, – Желаем удачно выспаться.

На месте отдыха, Тантоитан с некоторым удовлетворением сообразил, что Клеопатру дежурный так и не разбудил. Видимо посчитал девушку входящей в состав телохранителей. Да и то верно, когда Бит с Дейни волокли принца на своих плечах, Клеопатре приходилось бдеть и отстреливаться за троих. И это было просто здорово, что ей удастся поспать ещё пару часов. В крайнем случае. Если она опять станет обижаться и ворчать на командира за поблажки на боевом проходе, всегда можно свалить вину на дежурного. Дескать я сказал разбудить, а он и не понял.

Потому и лёг Парадорский с другой стороны пещерки. Как ни показалось ложе жестким и неудобным в первый момент, но заснул сразу, лишь прикрыл уставшие веки. Только и расслышал сквозь туман сна успокаивающее похрапывание Гарольда.

Можно сказать, что и второй смене повезло: спали целый час и пятьдесят одну минуту! И только потом всех одновременно поднял на ноги вскрик дежурного:

– Тревога! Бровер докладывает о появлении в большой пещере сквоков!

Понятно, что молодой командир постарался вскочить на ноги самым первым, подхватить свой игломёт и скомандовать поднимающемуся Гарольду:

– За мной! Остальным, собраться и оправиться и быть готовыми к выступлению немедленно!

Когда они приблизились к наружному посту, Роман стал быстро рассказывать:

– Вначале мы рассмотрели на противоположном краю лишь одного наездника. Он выдрался вон из той расщелины, что говорит о том, что двигался не по нашим следам, а скорей всего наобум. Потом он видимо связался со своими коллегами по краберу и теперь их рядом с ним уже десяток. Да около двадцати прирученных шуршонов рядом мечется. Кажется, внимательно рассматривают долину.

Теперь уже и Парадорский успел настроить бинокуляры в нужную точку и рассматривал группу врагов. По всей видимости они решали куда и как двигаться, но вскоре кто-то из них заметил лежащие в центре чаши туши и указал на них рукой. Это и стало поводом для командира сквоков отдать опрометчивое приказание. Вся группа, в окружении гигантских муравьёв устремилась прямиком через долину. Ну ещё бы! Слишком уж разбаловались элитные воины своей безнаказанностью и кажущейся безопасностью. А может они никогда ещё не сталкивались с таким количеством летяг? Или, что скорей всего, они и предположить не могли, сколько этих самых летяг вдруг свалится на их головы.

Потому что вскоре, ближе к центру чаши творился сущий кошмар. Словно для истории, Танти успел ещё включить свою камеру на шлемофоне и зафиксировать историческую попытку «прохода». Тучи ятаганов, летающих крыс, называемых месями, и ящеромечей устремились в сторону дерзких возмутителей относительно спокойствия. А уж столько моссуонов в одном месте наверняка не наблюдал ни один из покорителей Хаитана. А может и наблюдал, просто не числился теперь в списке выживших. Наверняка такие очевидцы погибали. Как вскоре случилось и с десятью сквоками: ни один из них не пересёк долину, ставшую для них братской могилой.

Самого последнего наездника, наблюдатели рассмотрели наиболее отчётливо и даже где-то в душе стали болеть за него. Видимо его шуршон оказался самым быстроногим, потому как вырвался из сплошной тучи атакующих летяг и на предельной скорости понёсся к спасительному краю долины. При этом сквок ещё довольно активно и метко постреливал из игломёта над собой, вокруг себя, и даже разворачиваясь назад. Пришлось Тантоитану приказать всем залечь наглухо, а если и выглядывать краем глаза, то только через бинокуляры. У командира в тот момент ещё мелькнула молнией мысль, что если бы «горбатый пьяница» прорвался к ним, то имелся бы отличный шанс взять языка". Тем более что судя по игломёту, спастись пытался если не офицер, то как минимум командир отделения. То есть, наиболее знающий воин.

Увы! Непроизвольное сопереживание закончилось единовременным выражением досады. Каждый высказался по-своему, ну суть восклицания сводилась к одному: гайка! Несколько ящеромечей зашли в атаку с большого круга и двигаясь над самыми зарослями нацелились своими костяными пиками прямо на всадника. Нескольких беглецу удалось сбить из игломёта, но со всеми справиться не смог. Острый меч летяги пробил скафандр в районе шеи. При этом вполне понятно, что и ящер погиб, его туша так и застряла в мёртвом теле человека. Всё это вместе сильно затруднило движение всесильного шуршона, тот словно взбесился и стал с дикой скоростью вращаться на месте, вставать на дыбы и кувыркаться через голову. Похоже, что постромки, подпруги, или что там ещё сдерживало седло, как-то сильно раздражало потерявшего управление муравья. А может он, таким образом, выражал ярость из-за гибели своего хозяина? Но при этом огромный муравей потерял остатки своей сообразительности, чувство собственной безопасности и стал лёгкой добычей налетевшей стаи летающих крыс. Каждая меся, величиной с собаку имела короткую, в виде бульдожьей, пасть и в считанные моменты большинство лап шуршона оказались перекушены, а потом и само его тело погребли взмахивающие крыльями серые тушки.

Первым нарушил мрачное величие вершащейся расправы Роман

– Мы бы и одного шанса не имели прорваться. Если уж шуршоны не помогли…

– М-да, вот тебе и минусы больших открытых пространств, – проворчал Гарольд. А Парадорский рассудил вслух:

– Остаётся только надеяться, что перед своей смертью эти сквоки не свалили свою гибель на нас. Иначе сюда обязательно потянутся и все остальные.

Магдалена высказала очевидную мысль:

– Было бы здорово и всех остальных точно так же под удар летяг подставить.

– Вряд ли остальные теперь сунутся прямо через долину, – возразил Тантоитан. – И не забывайте, летяг здесь не бесконечное множество. Если уж не три, то четыре или пять боевых десятков завалят эту чашу древнего озера трупами, но пройдут сюда с приличной скоростью.

– То есть?

– То есть уходим отсюда как можно скорей! Бегом!

Уже приближаясь к отряду, Гарольд пожалел:

– Позиция для обороны там превосходная, можем защищаться сутками.

– Гарри, ты забыл об огромных сёдлах, на которых сквоки могли закрепить всё, что угодно. Вплоть до управляемых реактивных снарядов. Бахнут таким в створ тоннеля и любая позиция растекается туманом. Да и по другим направлениям они могут быстро перебросить подкрепление и резко зайти нам с тыла. Не успеешь открыть один фронт сражений, как тебя уже со всех стронон возьмут в клубок окружения. Нет, наше единственно верное оружие – это наши ноги. Так бежим сейчас в ближайшему бункеру. За мной! Не отставать!

Все сорвались с места, и наследнику престола, держащемуся двумя руками за болящие бока, тоже ничего не осталось делать как с места перейти на трусцу. Хотя и попытался при этом пошутить:

– За всю жизнь столько не прошёл, сколько мне уже здесь пробежать пришлось…

Глава тридцать третья

20-го июня, 3589-го года, Оилтон, малый Совет

Для подобного собрания в комплексе зданий императорского дворца имелось определённое помещение. Помимо гарантий неприкосновенности и отсутствия какого-либо подслушивания, помещение имело все необходимые средства как для связи с остальным миром, так и для дачи соответствующих распоряжений любому роду войск в любую систему и территориальную единицу империи. За огромным столом в произвольном порядке сидели самые верные и проверенные сподвижники императора в количестве пяти человек, ну а он сам сидел в торце и давал направления ведущимся дискуссиям. В основном на повестке дня стояло лишь два вопроса для обсуждения: как понять или как распознать нависшую над столичной планетой угрозу и сумеет ли спастись горстка воинов, среди которых находятся сразу два члена императорской семьи.

Последний аспект больше всего заставлял нервничать командира Дивизиона. Серджио Капочи и так вырвался из рук врачей лишь силой собственно приказа и сидел бледный от недомогания и от осознания собственной профессиональной непригодности. Его лучшие воины в данный момент не могли ни штурмовать врага, ни преследовать, ни сражаться с ним в крайней экстремальной ситуации и оставалось лишь надеяться на умения и удачу совершенно зелёных, в понимании любого военного человека, молодых курсантов космодесантного училища. Ребята только, только перешли на второй курс, а столкнулись сейчас с такими трудностями, что впору любому ветерану растеряться.

Только вот растеряться никто не имел право. Именно поэтому, только час назад поднявший с больничной койки Серджио, при молчаливом попустительстве самого императора, сейчас на высоких тонах разговаривал по краберу со своим подчинённым. И этот разговор отчётливо слышали все присутствующие в помещении для Совета. Командир Дивизиона больше всего возмущался и поражался тому факту, что его опытный, прошедший не одну опасную операцию подчинённый вдруг уступил командование пусть и уникальному, но в сотни раз более неопытному парню:

– Бит, ты мне потом в глаза посмотришь и повторишь то же самое? – шипел Серджио, вращая от злости глазами.

– Так точно, командир! Готов повторять это всегда: Парадорский отлично разбирается в местной обстановке и отстранять его от командования нет смысла.

– Нет смысла? Или не хватает смелости?

– Хочу заметить, – тон бойца оставался ровным и вежливым, – Что смелость должна идти в ногу со здравым рассудком.

– То есть твои погоны, знания, полученные в секретном корпусе, по уровню равны одному курсу общевойскового училища?

– Конечно нет, господин полковник. Помимо этого я и сам отбывал практику на Хаитане, так что вы зря меня упрекаете. Но вы поймите, этот парень действительно нюхом чувствует опасность, и могу с уверенностью утверждать: его быстрые и чёткие приказы уже несколько раз спасли жизнь всем членам отряда. Так что зачем вмешиваться? Я один раз вначале попробовал, до сих пор каюсь. Да я уже докладывал…

– Но не мне! – перебил его бледный командир и поднял взгляд на императора. Павел Ремминг смотрел на него с укоризной и жестом призывал немедленно успокоиться. – Ладно, надеюсь, мы ещё поговорим на эту тему при личной встрече…

– Так точно, командир! – отчеканил Бит перед выключением крабера.

Пока командир Дивизиона откладывал в сторону свой горячий прибор связи, император, недоумённо пожал плечами:

– Ну и чего ты кричал? Вместо того чтобы ободрить?

– Извините, сорвался…

– Откуда сорвался? С коечки? Так тебя никто не звал. Сам обещал что только тихонько посидишь в сторонке и послушаешь. А теперь тебя не унять, так разошёлся.

Серджио ещё ниже наклонил голову, хоть и нахмурился при этом так, что дальше некуда. И его решил несколько «утешить» сидящий напротив марких Грок:

– Командование отрядом ведётся идеально, так что ты зря кричал на Бита. За эти трое суток Парадорский совершил невозможное: сохранил всех бойцов, запутал, вымотал, проредил основательно противника и довольно чётко продолжает контролировать ситуацию. Как подсчитали наши аналитики, лучшего командира в нашей армии нет. Он и тебя в тестах и прогонке ситуаций обогнал по набранным баллам. Так что…

– Ха! Так прямо и обогнал? – воскликнул с нескрываемой обидой Серджио, совершенно непроизвольно потирая скулу. – Неужели можно сравнивать?

– Нет, конечно, в очной схватке ты его может, и поколотишь, – многозначительно вмешался Павел Ремминг, знающий о коротком спарринге, – Но вот в реальном мире подземных джунглей Хаитана, Парадорскому и в самом деле нет равных. Только его идея использовать гранаты, позаимствованные из бункеров и соединённые с дистанционными или сенсорными взрывателями, чего стоит. Сквоки теперь только и заняты разгребанием завалов, да выемкой расплющенных трупов. Но парень и на этом не останавливается. Правильно делаешь, присмотрись к экранам с пятого по двенадцатый. Там собрана вся информация по событиям прошедшим, текущим и предстоящим. Оцени!

Но командир Дивизиона и так уже не сводил взгляда с вышеназванных виртуальных экранов. И сразу начал просмотр с тех событий, которые происходили в данный момент. Просмотрел и не сдержался от очередного восклицания:

– Да этот ваш Парадорский вообще мозгами поехал! Зачем ему понадобился живой шуршон?

– Он не только наш, но и твой, – вовремя напомнил Винселио Грок. – Не ты ли за него заступался и всюду рекомендовал? – порадовавшись недовольной гримасе Серджио, маркиз продолжил: – Тем более что просьбу доставить к нему в лабораторию шуршона, высказал его высочество.

– Зачем?

– Нет, он совсем отстал от жизни, – пожаловался начальник дворцовой стражи императору. Тот как раз листал какие-то бумаги, поэтому лишь раздражённо отмахнулся. Мол, вводи его в курс дела сам. И старый ветеран продолжил:

– Всё тот же Парадорский выдвинул одно интересное предположение по поводу приручения шуршонов. Раз они так чувствительны к запахам, то этот фактор, скорее всего и есть самый основной в дрессировке. Вдобавок он в дальней вылазке наткнулся на растерзанные останки сквока и поразился, как от того жутко чем-то воняет. Трупы, при всей допустимой накачке спиртным, так разить неприятным запахом не могут. К сожалению, парню пришлось спешно покинуть то место из-за приближения врагов, но свои ощущения он запомнил и поделился с принцем, когда они добрались до законсервированной лаборатории. Вот принц сейчас и занимается разработкой самых различных концентратов запахов. Благо нужные компоненты и реактивы имеются. Да и кто станет сомневаться, что отсутствие какого-то лакмуса или ингредиента остановит нашего великого химика.

– Да, – Серджио осторожно кашлянул, прислушиваясь к боли в поломанных рёбрах. – Лучше бы это мы остановили принца от поездки на Хаитан. Да и принцессу…

Император поднял голову и оборвал главного куратора имперской безопасности:

– Вот когда станешь оракулом, тогда и будешь останавливать, и не пущать! В данный момент отряд нам раскрыл глаза на очень многое в поведении сквоков и мы теперь косвенно предупреждены о готовящейся агрессии с использованием неизвестного оружия.

– А как и откуда враг это оружие использует?

– Вот этим мы и занимались до твоего прихода. Проверяем любую гипотетическую возможность противника нанести нам удар. Но пока ничего не обнаружили. С минуты на минуту ожидаем срочное сообщение от нашей агентуры в Пиклии. Оказалось, что король Моус Пелдорно заключил некий военный союз со сквоками и даже отправил к ним военного атташе. Вполне возможно что союз – это лишь прикрытие, для того чтобы втереться в доверие и выведать главную тайну агрессивных республиканцев, но даже подобное прикрытие вызывает справедливое опасение с нашей стороны. В данный момент всё наша внешняя разведка спешно перестраивается на выяснении позиции Пиклии.

– Наша агентура в Пиклии надёжна? – этот вопрос Серджио, император переадресовал министру внешнего сношения, который тоже сидел в ворохе бумаг и молотил пальцами по виртуальной клавиатуре.

– Надёжного нет ничего, – вздохнул тот, не отрываясь от работы. – Просто в последние месяцы Моус затеял грандиозное строительство нового дворца, взамен разрушенного в короткой войне за трон. Попутно ещё и всю галактику решил при этом удивить роскошью и современным дизайном. Вот на всплеске привлечения массы художников и специалистов нам и удалось пристроить временно во дворце своих людей. Можно сказать что граф Де Ло Кле, руководящий органами безопасности – большой мастер своего дела. Нашим людям ничего не удается сделать наверняка. Так, мелкие шалости в виде на время оставленных подслушивающих устройств. Но иногда и это срабатывает. Вот один разговор второсортных клерков и удалось подслушать таким образом. Несколько удивительно их всезнайство, но подобное и у нас порой встречается: один министр молчит как медуза и ничего не рассказывает своему коллеге другому министру, а их секретари уже обсуждают направления предстоящего сотрудничества.

– Это понятно, – не выдержал словоблудия командир Дивизиона. – Что за разговор?

– Суть его заключалась в том, что атташе Пиклии всё-таки что-то разнюхал и сделал некие выводы, по которым получается, что нас будут очень сильно щемить. Основную тайну он не узнал, но дал пояснения: когда атака начнётся, тайна перестанет быть тайной. Вот мы и думаем, откуда они могут ударить. Вот, ждем передачи того самого подслушанного разговора. Наш агент сейчас на виду, поэтому не может уединиться.

Действительно, если у сквоков имелись какие-то устройства, которыми они могли парализовать временно большую часть населения планеты Оилтон, то обязательно их доставят сюда самые быстроходные военные крейсера. Так предполагали аналитики. Другой вопрос, что пока никакие военные армады противника границу не пересекали, и следов торможения из лунманского прыжка, когда происходит огромный выхлоп энергии из подпространства, зафиксировано не было. Ни в самой системе Ландышей, где располагался центр Империи, ни в окружающем космическом пространстве. Одиночные выходы неопознанных или незарегистрированных кораблей большой роли не играли. Одиночки войну не выиграют.

Стало доходить до крайностей. Появилось предположение, что неизвестные устройства уже давно установлены на Оилтоне, и теперь врагу останется лишь запустить его в действие. Вроде как и чушь, но ведь и вокруг городков на Хаитане ничего не заметили, да и с орбиты их не атаковали. Поэтому в данные часы интенсивно проверяли, и сканировали все подземные пространства на столичной планете.

Ну и само собой, что все космические войска стянули к центру, ввели режим повышенной боевой готовности и проводили самые различные профилактические мероприятия по поиску возможного противника. Империю лихорадило и трясло, но не это пугало сейчас собравшихся на малом Совете больше всего.

Срочно следовало раскрыть главную тайну готовящейся агрессии. И если удастся, то выставить навстречу надлежащий оборонный щит. А ещё лучше, вовремя нанести превентивный удар встречного направления. В качестве альтернативы предусматривался удар по столице республики сквоков, и вполне достаточная часть флота уже спешно выдвигалась к границе. Всё-таки "горбатые пьяницы" первыми объявили войну и теперь у империи были развязаны руки для любого карательного рейда. И если бы не угроза от неизвестного оружия, крупномасштабная война уже началась.