Текст книги "Вечные Пески. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Лео Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 98 (всего у книги 100 страниц)

– Они умрут. Каждый из вас волен выбирать. Идти ли со мной или уйти из города, к отряду, – глухо произнёс я, усевшись за стол и глядя на свои руки, а на самом деле, скорее, сквозь них. – Я иду спрашивать ответа у жриц. И я получу этот ответ. И если он мне не понравится, а, скорее всего, он мне не понравится… Тогда я, вероятно, убью их всех. И тоже умру. Последний пункт без шансов.

– Я с тобой, брат! – положил мне руку на плечо Ситранис. – Мы прошли Кечун, пройдём и это.

– Я с тобой с самого Илоса, воевода… – закряхтел Тавр, задумавшись. – И Элию жалко… А ты не из такого дерьма выбирался.

– А я и так живу благодаря тебе, – негромко добавил Тихап. – У ополченцев без тебя шансов не было. Сдохну, и ладно. Отдам долг.

– Вот вы все придурки‑то… – усмехнулся Денос. – Но я с вами. Это будет… Увлекательно.

– Я обещал Харину за тобой приглядывать, – Ашкур пожал плечами и скромно усмехнулся. – Не думал, что так быстро всё закончится… Но ладно, обещание выполню.

– Вас придётся полечить… – неуверенно, но всё же проговорила Алана. – Иначе вас на первом же посту храмовая стража так отделает, что никуда вы не доберётесь… Я тоже пойду, ладно…

Был ли я рад, что они со мной? Я уже плохо помню. Вероятно, нет. Я знал, что живыми мы не вернёмся. И не забыл их ещё дважды предупредить. А в остальном… Перед глазами будто пелена опустилась. Я видел пятно прямо перед собой. А, кроме неё, кровавую муть по краям. Злость и ярость рвались наружу. Им требовался выход.

За дверью раздались шаги. Это я призвал своего песчаного воина. А остальные покосились на дверь. Когда это чудо зашло внутрь домика, пожалуй, лишь Ашкур не выругался вслух.

– Это ты создал? – догадался молодой шептун.

– Да, – объяснил я. – На меня напали в коридоре. Четверо сбежавших убийц. Надо было прикрыть спину. А получился этот парень… Наверно, я сумею создать ещё.

– Дерётся‑то хорошо? – спросил Ситранис, не без затаённого восторга разглядывая моё «творение».

– Я не видел, – признался я. – Занят был.

– Создавай, сколько можешь! И пошли искать жриц! – оскалился Денос, одобрительно, хоть и не без опаски рассмотрев, а затем и хлопнув моего «воина» по плечу. – Уверен, местные такого точно не ждут!..

– Они не ждали даже, что мы выживем… – буркнул Тавр, с хищным видом поглаживая свой топор.

Мы вышли из гостевого домика и остановились. Закрыв глаза, я потянулся к Дикому Шёпоту. Надо было вычленить те звуки, которые помогли мне создать воина. Вокруг нас взметнулись пылевые вихри – один, два… Сразу десяток…

Каждый вихрь я заставлял уплотняться. В каждый из них вливал волю, представляя, как мне сейчас нужны бойцы, как требуется подмога. И вихри дёрнулись, стали уплотняться. Каждая масса песка мало‑помалу обретала форму человеческой фигуры.

Да, корявой фигуры. Да, кособокой и уродливой. Зато у каждой фигуры в руке появился топор, песок в котором так уплотнился, что почернел и стал твёрдым.

Одиннадцать фигур с топорами застыли вокруг нас. Но я не остановился. Знал, что могу создать больше.

И ещё четыре фигуры встали рядом, получившись из новых вихрей. А я очень чётко ощутил, что, максимум, одна‑две – и с гарантией перенапрягусь. Ну а этих пятнадцать воинов смогу поддерживать очень долго.

– Невероятно… – с круглыми глазами признала Алана.

– Пятнадцать воинов из песка… Ишер, может, тебе впору на орду самому идти, а? – хохотнул Ситранис.

– Люди хуже орды, брат, – тихо сказал я. – Приозёрье они угробили сами, без демонов.

– Люди разные, Ишер… – негромко возразил Ашкур. – Одни нарушают правила, другие бережно хранят. Ты и сам знаешь.

– В этом храме остались только нарушители… – ответил я уверенно. – Я не собираюсь никого жалеть… И да, надо забрать Элию из моих покоев. Не хочу оставлять её тело здесь…

У бокового входа в Священный храм никто нас не остановил. В коридоре по‑прежнему лежали в лужах крови четыре убийцы. Пока мои спутники вновь зажигали лампы, я зашёл в покои и остановился рядом с кроватью.

Элия лежала на спине, руки сложены на груди. Между пальцев – маленький букетик цветов, которые я нарвал. Глаза её теперь были закрыты. Лицо казалось спокойным и умиротворённым.

– Прости, – прошептал я, глядя на неё. – Прости меня… Не уберёг…

Острая горечь потери уже отступала. Слишком быстро для обычной жизни. Слишком медленно для безумного мира на грани катастрофы.

Однако ярость, как и прежде, требовала выхода.

– И ты прости, Аримир… – прошептал я снова.

В голове всплыла наша первая встреча на постоялом дворе. Спокойный и опытный Аримир. Порывистая Элия, обиженная на меня. Мир ещё не рухнул в те дни. Люди не знали, что за беда надвигается на них.

Всё изменилось слишком быстро. Те, кто не успевал за изменениями, погибал. Оставались самые безжалостные, самые сильные, самые выносливые.

– Увидеть Святилище и умереть… – прошептал я, вспоминая разговор с девушкой. – Надеюсь, ты счастлива, Элия… И в новой жизни тоже будешь…

А потом я поднял лёгкое тело на руки и двинулся на выход. Впереди будет много крови, много боли и много смертей. Но сжечь её… Сжечь Элию было выше моих сил. И я знал поблизости только одно место, где тела можно не жечь.

В центральном святилище Священного Храма. Там мертвецы не гнили и не становились глухами. И даже если все чудеса Храма давно закончились… Я очень сильно попрошу Арахаману сделать для Элии исключение. Глупо? Ну да…

Нет ничего глупее человеческих чувств. И всё же только они дают силы вставать после поражения. Вставать, идти дальше – и совершать то невозможное, о чём когда‑нибудь будут петь по вечерам у огня, рассказывать истории… И, может быть, даже называть подвигом.

Я шёл, чтобы черпать силу в злости и ярости. Я шёл, чтобы утвердить порядок в песках беззакония и подлости. Я нёс боль и войну тем, кто попрал все законы и правила. Потому что больше не мог иначе.

Я не выбирал этот путь.

Его выбрали они.

Глава 144

Перво‑наперво мне нужен был ответ на вопрос: «А куда собственно идти‑то?». Конечно, не в плане того, что мы дорогу не нашли бы. Просто нам требовались именно жрицы. А где жриц искать посреди ночи? Они ночуют в Священном Храме? Или у них домики где‑то посреди зарослей?

А ещё надо было понять, что за шум доносится из города. Города по ночам обычно не шумят. Разве что большой праздник устроили. Однако мы об этом ни слова днём не слышали.

Кроме того, хотелось бы понять, отчего вокруг так мало храмовой стражи. Уж этих ребят здесь точно должно быть побольше. Особенно ночью. Особенно в свете происходящего в городе.

Первый пост храмовой стражи обнаружился при выходе из гостевого крыла. Сравнительно неподалёку от места, где располагались мои покои. Два молодых воина скучали за игрой в костяшки. Игра простенькая, на восемь трёхгранных костяшек. Зато крайне популярная здесь, на севере. У меня в деревне, кстати, тоже все умели в костяшки играть.

Увы, если сделал умное оружие, не забывай, что это всего лишь оружие… Мои песчаные воины, похоже, чувствовали «хозяйские» эмоции. А я воспринимал стражников как врагов. И нашёптанные воины обошлись с ними, как с врагами. Не дали даже подняться из‑за стола. Рот, и то, успел открыть только один, однако и звука не издал. Чёрные топоры молниеносно обрушились на шеи, и броня стражников не спасла.

– Нет, ну воины они знатные, брат… Быстрые, сильные… – Ситранис оглядел оба трупа, не без опаски косясь на застывших, как истуканы, песчаных бойцов. – Но разве нам не требовались языки, нет?

– Требовались… – согласился я, с досадой глядя на бессловесных, увы, мертвецов. – Моя недоработка. Воины решили, что это однозначно враг.

– Кажется, тебе надо с ними поработать! – зябко повела плечами Алана.

И на всякий случай отодвинулась от «истуканов» подальше.

– Конечно надо. Только времени нет, – спокойно пожал я плечами. – Сейчас придумаю что‑нибудь…

– Они вообще на людей непохожи, когда двигаются!.. – добавил Денос, с интересом разглядывая моих воинов. – Как будто песок перетекает. Жутковато. Ну хоть не песчаные демоны, и то ладно…

– Жутковато? – хмыкнув, переспросил Тавр. – Да я чуть не поседел, когда они мимо проскочили! Я вообще не заметил, как они с места сорвались!..

А Тихап и вовсе промолчал, нервно сжимая рукой древко копья. Я видел, что парень всё ещё пытается осмыслить происходящее. Он переводил взгляд с мёртвых стражников на песчаных воинов и обратно… Туда и обратно, и снова, и снова… Для него, бывшего ополченца, подобная магия была за гранью понимания.

Своё «что‑нибудь» я придумывал не меньше чаши. Воображал «нужное» поведение своих бойцов, искал похожие звуки в шёпоте, раз за разом представлял желаемый эффект… В итоге, добился того, что воины стали меньше кособочиться. А вот стали ли более сдержанными, могло показать лишь время.

– Отправлю их тыл прикрывать, – решил я. – Хотя бы первыми в бой кидаться не будут.

Второй пост стражи искать пришлось долго. Центральная часть храма как будто вымерла. Ни слуг, ни послушниц – никого. Это было подозрительно. Что, естественно, заметили и мои спутники.

– Так не бывает! – озвучил общие сомнения Денос.

Тёмные переходы, освещённые редкими лампами, были пустынны. Двери в залы – закрыты. Окон внутри огромного здания почти не было. Вокруг стояла тревожная тишина.

Мы шли и шли. С каждым шагом тишина становилась более гнетущей. Коридоры Священного Храма, днём полные деловой суеты, ночью походили на брошенный лабиринт. По пути я всё старательно вспоминал, где находится центральное святилище. То самое, о котором рассказывала Наана, когда вела меня на приём.

Мы миновали ещё четыре перекрёстка, выбирая направление наугад. Я ориентировался по смутным приметам, которые удавалось выудить из памяти. Однако я их видел днём, а ночью они выглядели совсем иначе. И чем дальше мы шли по храму, тем меньше было знакомых ориентиров.

В какой‑то момент мы, наконец, вышли в широкий коридор. Насколько я вспомнил, именно он должен был вести к центральному святилищу. Здесь было светлее из‑за того, что горящие лампы встречались чаще. Их пламя колыхалось от сквозняка, проникавшего через открытые где‑то двери. Впереди слышались голоса, мужской и женский. Надеясь получить ответы на вопросы, мы пошли на звук.

– … Никого не впускать! Приказ Верховной! И не тебе его оспаривать, Лирт! – сказано было женским голосом.

Это первые слова, что я разобрал. Ответ прозвучал неразборчиво. Однако говорил точно мужчина.

– Нет! Без исключений! – отрезал женский голос.

Я показал своим, чтобы двигались тише, а песчаных воинов и вовсе остановил. Эти ходили, как могли: не слишком громко, но вблизи их шаги сложно было не услышать. А значит, пусть пока постоят в сторонке и не мешаются. Их время ещё придёт.

Тело Элии я тоже опустил на пол. Ей сейчас неважно, где лежать. Аккуратно уложив её у стены, я двинулся дальше. И вновь напряг слух, прислушиваясь к разговору.

– Ребятам нужно подкрепление, жрица! – разобрал я слова мужского голоса. – Бой уже идёт на ближайших улицах! Скоро сюда повалят жители…

– Скоро всё решится! – перебила его жрица. – Ваша задача не изменилась. Охраняйте проход в Священный Храм. Ухаран со своими людьми пусть стоит у центрального святилища. Арин останется охранять территорию Священного Храма. И твёрдо запомни: Никаких жителей, никаких беженцев! Никаких подкреплений! Тебе это ясно, Лирт?

– Ясно, жрица! – покорился мужчина, но не забыл тяжело вздохнуть.

– Запомни, Лирт! Одно ма‑а‑аленькое нарушение, и ты пожалеешь!.. – прошипела напоследок женщина.

А следом послышались торопливые шаги. И они явно приближались.

Я обернулся к своим, показав знаками, чтобы прижались к стене. А сам приготовился к атаке на стражников. Жаль, не успел выглянуть в коридор и посчитать количество.

Вывернув из‑за угла, жрица быстро зашагала в сторону центрального святилища. Нас она, естественно, в итоге заметила… Однако люди без опыта не всегда сразу понимают, что именно видят. Особенно, если увиденное выбивается из их представления о ситуации.

Конечно, жрица распахнула в удивлении глаза, открыла рот, чтобы закричать… Но я уже плавно скользнул к ней. И врезал по шее так, чтобы ребром ладони передавить сонную артерию.

Жрица и пискнуть не успела. Однако шума избежать не удалось. Сам удар – один звук. Шуршание одежды, когда жрица начала падать – второй. Ну и оборвавшийся звук шагов – можно сказать, тоже шум.

Поэтому я даже не стал ловить падающее тело, не та ситуация. Сразу рванул за угол, на ходу выхватывая из петлицы топор.

На наше счастье, врагов оказалось всего двое. Судя по знакам отличия, триосм с заместителем. И оба не ждали нападения. Командир и вовсе был без шлема. Чем я и воспользовался: приложил его плашмя топором по маковке.

Ситранис и Денос в этот момент хватали его заместителя. Правда, тот не стал тратить силы на борьбу, а раскрыл рот и заорал на весь Священный Храм:

– Тревога!!!

– Замолчи, урод! – попросил его Ситранис.

При этом регой схватил парня за шею сзади и слегка придушил. А Денос вцепился заместителю триосма в руки, не давая достать меч.

Я посмотрел на выход из коридора. Из‑за угла доносился топот ног.

– Откуда бегут? – спросил у своих, затаскивающих в коридор пленную жрицу.

– От входа! – отозвался за всех Тавр. – Триосмия, похоже…

– В коридор, живо! – потребовал я.

«Вот и случай проверить своих воинов», – мелькнуло в голове.

– Заканчивайте с этим, – приказал я Ситранису и Деносу. – Обязательно свяжите всех. Строимся у входа в коридор.

Пока что там строились лишь мои песчаные воины. Строем, конечно, их кучку можно было назвать с большой натяжкой. Однако не в этом была их сила, а в том, что песчаных воинов не так не жалко. Потеряю одного – сделаю нового. Главное, пусть задержат основную массу стражников, спешащих на зов заместителя.

Спустя пару мгновений я уже смог оценить результат. И, надо сказать, был очень впечатлён. Песчаные воины встретили стражей не защитой, а – атакой. У них не было щитов, не было толком брони. И будь я на их месте, поступил бы так же: дождался, как враг приблизится, и резко пошёл навстречу. В ближнем бою у них больше шансов и ошеломить, и убить противника.

Тем более, стражники, когда кинулись на помощь, бежали не единым строем. А значит, легче было встретить их в движении. Такое сработало бы у меня. Сработало и у моих песчаных воинов.

Более того, мои «нашёптыши», как прозвал их Ситранис, действовали слаженно. Прикрывали друг друга, как настоящие люди. Не так хорошо, как опытные воины, но всё же старательно. А если учесть высокую скорость и неплохую силу ударов… Да и тот факт, что сами по себе они были страшноваты… В общем, эффект оказался лучше, чем я ожидал. Во всяком случае, первые пять стражников выбыли с самого начала схватки. А мои воины при этом не понесли потерь.

Затем, правда, начали уступать. Сначала один, затем второй воин рассыпались обратно в песок. Но в том‑то и была прелесть нашёптанных бойцов. Я начинал шептать, и выбывший воин оперативно возвращался в строй. Да, пока я поднимал одного, убивали ещё двух. Но у стражи ведь тоже имелись потери.

Мои спутники, между тем, закончили со связыванием «языков». Один за другим они становились рядом со мной, наблюдая, как гибнет под ударами триосмия стражи.

– Кого‑то они мне напоминают! – заметил Ашкур, наблюдая за схваткой.

– Кого? – не понял я, отвлёкшись от возвращения в строй очередного песчаного воина.

– Да тебя они напоминают всем!.. – буркнул Ситранис. – А мы им, кстати, помогать‑то будем? Или постоим‑поглядим?

– Я не знаю, как они вас всех воспримут, пока бой не закончен, – признался я. – На всякий случай лучше не спешить.

Шанс поучаствовать нам всё‑таки выдался. Когда стражники поняли, что проигрывают, то решили сразу и отступить, и послать за подкреплением. Пришлось отправлять вслед посыльным нашёптанных бойцов, а самим вставать на их место.

Рубились храмовые стражники отчаянно. Особенно больно огрызаться они стали, когда мы прижали остатки триосмии к стене. Правда, это им слабо помогало. На опасные направления я отправлял песчаных воинов, которых не жалко. Да, нашёптанные бойцы гибли, иногда по три‑четыре сразу. Зато уносили очередную вражескую жизнь, а я поднимал нам новых союзников.

Я ожидал подкреплений, ждал, что сейчас прибежит ещё больше стражи. Однако в тишине коридоров разносились лишь звуки нашего боя. Никто не бежал на помощь обречённым защитникам Священного Храма. Последний осм отчаянно сражался, загнанный в угол. И вскоре тоже пал, сражённый чёрным топором моего воина.

– Постой‑постой! Не надо пыток! – попросил триосм стражников, когда его и других пленников привели в чувство, а я взялся за нож.

Мы находились в одном из залов Священного Храма. Как раз неподалёку от того места, где перебили триосмию охраны. В зал мы вошли благодаря мне и Тавру. Недолго думая, прорубили дверь топорами и вошли. Топор – вещь удобная, много для чего подходит. Мечами дверь рубить далеко не так сподручно.

Пленников, разместив на стульях, к ним накрепко привязали. А затем Алана с помощью шёпота обрушила на каждого где‑то с полведра ледяной воды. Жрица, триосм и его заместитель, очнувшись, некоторое время просто хлопали глазами. Вероятно, пытались, глядя на нас, разобраться, во что именно вляпались.

До тех пор, пока я за нож не взялся. Тут‑то соображать некоторые из пленников стали быстрее.

– Ты же воевода, который сопровождал Наану! – зачастил вдруг командир стражи. – Мне есть, что тебе…

– Замолчи!.. Молчи!.. – завизжала, как резаная, жрица и задёргалась в путах.

В зале, кроме нас четверых, находились Ашкур, Алана и Ситранис. А Денос, Тавр и Типах стояли в коридоре, подальше от зала. Сторожили проход, чтобы не прозевать в случае чего новых стражников.

– Себе это скажи, дура! – рявкнул Ситранис и отвесил женщине такую оплеуху, что в первое мгновение мне казалось, будто он ей шею свернул.

Однако жрица помирать не собиралась. С ненавистью уставилась на нас и вновь принялась истошно орать:

– Помогите!.. Они тут!.. Они живы!..

Ситранис замахнулся снова, но я его остановил. Вещи мы захватили с собой, так что при мне имелись старые обмотки для ног. Их я и присособил в качестве кляпа, туго забив ткань в рот пленнице, отчего та могла лишь яростно мычать. Чтобы не вытолкала кляп языком в неподходящий момент, я обвязал его кожаным ремнём.

– Так лучше, – решил я, одобрительно глядя на результат, и повернулся к триосму: – Что ты хотел рассказать? Лирт, кажется, да?

– Да, я Лирт, воевода… А что… Что ты будешь с нами делать? – настороженно уточнил мой собеседник, косясь на нож, лежащий на столе.

– Вообще‑то я тут вопросы собирался задавать… – напомнил я. – Но давай так… А что ты хочешь?

– Уйти живым, – ответил храмовый триосм, взглянув на меня исподлобья. – А ещё лучше, уйти со своими людьми.

– Твой заместитель уже напортачил. Он сделал так, что живыми, в лучшем случае, уйдёте лишь вы двое… – покачал я головой.

Оба стражника вскинулись и уставились сначала на меня, а потом друг на друга.

– Ты что сделал⁈ – возмутился Лирт, глядя на своего заместителя.

– Ну как полагается, начальник… – промямлил тот.

– Он поднял тревогу, – прервал я их диалог. – Твои люди прибежали на помощь и погибли.

– Все? Вообще все⁈ – огорошенно прошептал командир.

– Все до единого, – не став попусту обнадёживать, кивнул я. – Так что отпустить их живыми я, видишь, не могу. И не могу отпустить жрицу. Она сразу побежит докладывать Верховной, что я и мои спутники живы. Так что… Нет, Лирт, исключительно ты и твой заместитель.

– Пусть так! – решительно, будто в пропасть сиганул, ответил триосм.

– Командир!.. – его подчинённый едва не подпрыгнув от возмущения вместе со стулом. – Он же убил наших!..

– Хочешь тоже умереть? – с горечью на лице оскалился Лирт. – А о своей семье ты подумал, демонов глупец? А?

– Их защитят… – насупился заместитель.

– О чём речь вообще? – поинтересовался я. – Меня тут полночи убивали ваши сослуживцы, переодетые в форму стражников Основателя. Я как‑то пропустил, что у вас ещё, кроме нарушения Законов Воды, происходит. Только шум за храмовой стеной слышал.

– Демоны напали на город… – мрачно сплюнул на пол стражник. – С двух сторон сразу, сволочи… С востока и с запада. Их тысячи! Десятки тысяч!

Уточнять, какие именно демоны, я не стал. Про истинных мало кто знает. А значит, речь идёт о демонах орды.

– Твои люди за стенами. А значит, тоже, скорее всего… – триосм замолчал и отвернулся.

Видимо, думал, что за плохие новости я могу и убить обоих.

Если честно, я действительно заволновался за своих. При штурме орды мы купол не испытывали и не знали, сможет ли враг увидеть лагерь. Я только надеялся, что при первом штурме сильных демонов не будет. А мои люди разберутся с тем, как действовать.

– Ясно. Вся храмовая стража ушла отражать штурм? – спросил я.

– Не вся… Три триосмии охраняют центральное святилище! – охотно отозвался Лирт, убедившись, что я не убиваю за дурные вести. – Ещё пять триосмий охраняют внешнюю стену территории Храма. Одну триосмию разбили на пары и послали охранять входы из боковых пристроек в главное здание. Наша триосмия охраняла главный вход.

– А где все обитатели главного здания? – уточнил я. – Тут же народу было ого‑го сколько. Послушницы, жрицы, чиновники…

– Всех, кто был в главном здании… Их вроде бы отправили вместе со жрицами в центральное святилище, – резко посмурнев, ответил Лирт. – Но когда я заходил туда… Почему‑то там были только жрицы, которые молились Арахамане.

Пленная жрица сразу же грозно замычала. А, кроме того, замотала головой, силясь выплюнуть кляп.

– Я не знаю, что с ними стало… – признался Лирт, беспокойно покосившись на буйную женщину. – Я спросил у жриц, но мне сказали, мол, не моего ума дело… И чтобы не совал нос, куда не просят…

– А сколько людей, в итоге, пропало? – хмурясь, уточнил я.

– Семнадцать человек. Чиновники из городского правления. С ними вместе Первый Купец и её заместители. И одиннадцать послушниц, которые убирались в главном здании, – напрягши память, хмуро перечислил триосм.

А его заместитель вдруг разулыбался, поглядывая то на командира, то на меня, то на жрицу… Я, между тем, посмотрел на Алану и Ашкура, и те кивнули, подтверждая, что Лирт, скорее всего, говорит правду. Они вроде как следили за Диким Шёпотом, не среагирует ли тот на враньё. Но я был уверен, что это бесполезное занятие. Если снаружи город осадила орда, Дикий Шёпот вряд ли обратит внимание на такие мелочи.

Во всяком случае, в моей голове он буквально ревел. Мне даже песчаных воинов в последние две чаши стало тяжело восстанавливать. Слишком уж громко голоса в голове воспевали кровь и смерть на стенах Святилища.

– Отпусти меня, воевода! – вновь попросил Лирт. – Меня семья в городе ждёт… Я всё, что знал, тебе честно сказал.

– Ладно, – легко согласился я, подошёл и срезал ножом путы с пленника.

Лирт поднялся, разминая запястья, и взглянул на своего заместителя. А тот всё сидел и улыбался, мерно покачивая головой.

– Ты обещал отпустить Иаса! – напомнил мне триосм.

– Да… Но я бы советовал оставить его здесь, – заметил я, отходя подальше, однако положив нож на край стола.

– Но ты обещал… – растерянно проговорил триосм.

– Видишь нож? – спросил я.

– Вижу, – кивнул триосм.

– Можешь сам срезать с него путы и уйти вместе с ним, – сказал я, встав рядом с Аланой, Ашкуром и Ситранисом. – Но если хочешь увидеть свою семью, я бы не советовал этого делать. Честно‑честно.