Текст книги "Вечные Пески. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Лео Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 76 (всего у книги 100 страниц)

– Да ладно тебе… Никто доподлинно не знает, что он такое… – присоединился к беседе Ферт. – И всё же он не совсем зло, Ишер. Ты слышал, как он ругался, когда появились истинные демоны? Он их жуть как не любит…

Я и в самом деле слышал сердитые нотки в Диком Шёпоте. А ещё я помнил, как он радуется, устраивая подлянки людям. Поэтому он для меня оставался злом, что бы кто ни говорил

И всё‑таки полученная информация была интересной.

– Харин погиб, к сожалению, – закончил я этот далее бесполезный разговор. – И нам придётся разбираться со всем самостоятельно.

А разбираться было с чем. В подземную тюрьму после бурной ночи было отправлено ещё две сотни хихикающих «сумасшедших». А за воротами пришлось сжечь немаленькую кучу тел.

– Если так пойдёт дальше, здесь, в Страже, никого и не останется… – зло выплюнул Ситранис, когда мы возвращались в кабинет, где у регоя был припрятан запас бодрящего ремита. – Сейчас заварим, накатим по десятку плошек и будем думать…

– А может, просто поспать? – предложил я.

И заслужил гневный взгляд товарища.

– Какое спать, Ишер⁈ Не, ну ты видел, что ночью было?.. – возмутился он, первым открывая дверь кабинета.

Если бы он не так спешил, то заранее бы догадался, что его там ждёт. Во всяком случае, услышал бы пьяное пение за дверью. Но Ситранис был слишком занят переживаниями, чтобы останавливаться и прислушиваться. А я не успел или не захотел его предупредить.

– И зака‑а‑а‑а‑атное со‑о‑о‑о‑олнце! Красит барха‑а‑а‑а‑а‑аны! – дуэтом выводили Наана и Даян, развалившись на полу.

– Это ещё что такое⁈ – нахмурился регой.

– Не что, а – кто! – пьяно поправила его Наана. – Я первый пупец Святого Хама! Прояви уважение!

Даян на это начал глупо посмеиваться. И мгновенно получил от Нааны подзатыльник:

– Кто тебе позволил смеяться⁈ – возмутилась она, попытавшись грозно сесть.

Игнорируя пьяные тела, Ситранис подошёл к столу, пересчитал кувшины и погрустнел.

– Ну вот… Все запасы вылакали. Нет чтоб полезный ремит пить! Его не жалко! Нет… Они выжрали благородную зерновую сивуху бабки Алафии… Да встретит её приветливо Отец Песков! А она после сегодняшней ночи и не сварит больше ничего…

– Это печально! – согласилось с пола нетрезвое тело Даяна.

– А всё ваши придурки из каравана… Добрались до неё! – Ситранис зло сплюнул на пол, возможно, даже на кого‑то попав.

А затем обернулся и крикнул пришедшим с нами воинам и паре слуг:

– Убрать тут всё! А этих положите где‑нибудь у стены… Чтобы я их не видел, пока не протрезвеют. И ремит заварите! Мне и Ишеру! Большой горшок! Нам очень много надо!

Через пару чаш мы уже сидели с чашами. И молчали, попивая бодрящий напиток.

– Понимаешь теперь, почему ты мне нужен здесь, Ишер? – спросил, наконец, Ситранис.

– Нет, – ответил я.

– Я всё это один не разгребу, брат!.. У меня ни шанса нет!.. – отложив чашу, схватился за волосы регой.

– Шансов у тебя и без того нет. Скоро в Приозёрье начнут просачиваться демоны орды, – не стал я обманывать его из жалости. – Ты мог бы накопить в крепости огромные запасы. Вот только людей у тебя практически не осталось. Ты не удержишь долго Страж.

– Видел подвалы в крепости? Их можно очень долго держать! – не согласился со мной Ситранис. – И запасов еды там уже много. А можно собрать ещё больше. Если выгадать десидолю, на засеянных полях вызреет первый урожай. Соберём его и будем вообще красавчики!..

– Ситранис, ты не удержишь крепость, – помотав головой, упорно повторил я. – Люди даже в подвалах будут умирать. Да, в меньших количествах, но будут. А потом до них доберутся высшие и всех перебьют. Эти твари всегда опаснее в закрытых пространствах.

– Проклятье!.. Проклятье!.. – Ситранис дважды приложил кулаком по столу.

– Я не понимаю, почему ты до сих пор не ушёл в Приречье, – честно признался я. – Собрал бы людей и свалил в Царский Сбор.

– Ты же помнишь, да? Заперевшись в крепостях, орду не остановить… – горько усмехнулся Ситранис. – Её силы надо измотать, растаскать по множеству осад… Лишь в этом случае получится обессилить и уничтожить. Страж должен был стать ещё одной точкой, на которую уходила бы часть сил орды… С двумя‑тремя тысячами воинов я бы здесь несколько лет просидел. Можно же вспахивать поля днём, а ночью сидеть в подвалах и отбиваться…

– Но у тебя нет этих тысяч… И у меня нет, – напомнил я. – Кочевники так себе бойцы для строя. У них принято тянуть одеяло на себя. Даже мои союзные кочевники этим болеют.

– Зато они лучники хорошие! – хмуро возразил регой.

– И что толку от их луков? Мелочёвку бить вроде песчаных людей? Если так хочешь выйти против демонов, надо захватывать Корабел. И, отобрав у местных корабли, бить демонов с воды. Это даст хоть какой‑то результат.

– О! А это идея! – обрадовался Ситранис.

– Ты дурак, что ли? – усмехнулся я. – Я ведь шутил. Кто во время орды людей убивает? Совсем, что ли, местным уподобился?

– Проклятье… – Ситранис обхватил лицо руками и глубоко вздохнул.

– Слушай… А может, ну его к демонам этот Страж? Пойдёшь со мной? – внезапно даже для себя предложил я. – Отправишь мирных и часть припасов в Приречье. Ну а мы с тобой тут, в Приозёрье, повоюем.

– Сначала надо разобраться с истинными… – мрачно кивнул подбородком в сторону пола Ситранис. – Как их убивать, как защищаться… Если твой шептун прав, и они любят сомневающихся, то мы все под угрозой. Вообще все: и ты, и я, и, тем более, эта пьянь в углу… Сегодня я непреклонный сторонник Законов Песка и Воды, а завтра в душу сомнение закрадётся, и всё… Должны ведь быть какие‑то способы защиты.

– Ты же слышал. Разве что в архивах Первого Храма Отца Песков что‑нибудь найдётся, – покачал я головой.

– Я тощ‑щ‑щно помню… Ш‑ш‑та про истинных демонов было в архивах Свя… Свя… Священного Хра‑а‑ама! – провозгласила Наана из угла, где уже беспокойно храпел Даян.

– Да спи ты, пьянь! – морщась, попросил её Ситранис.

– Если… Я вас… Намну!.. Найду!.. Нет… Найму! Вот! Тогда вы попадёте в Святилище! – гордо сообщила Наана. – Двенадцать тысяч золотых водянок! Это моё последнее слово! Хр‑р‑р‑р…

– Вот же неугомонная… – вздохнул Ситранис.

– Вообще‑то в этом есть смысл! – а я оценил перспективы.

– Я храмовых, кажется, тоже разочек посылал… Ну это… Вялый стручок поднимать… – потерев лицо руками, расстроенно признался Ситранис.

– Ну, может, и посылал, – пожал я плечами. – Скажешь, демоны попутали. Всех посылал, вот и их послал.

– Да? – Ситранис с сомнением посмотрел на меня.

– Привези им пару телег еды, и они тебя простят, – пожал я плечами. – Ты ведь к ним ещё и олово довезёшь.

– А может, лучше всё‑таки Корабел захватить? – засомневался регой. – Это уж точно полегче будет.

– Да брось. Нельзя убивать людей, даже придурков, когда всем грозят демоны. Помнишь, да? – я усмехнулся, легонько постучав пальцем ему по лбу.

– Ты слишком верен Законам Воды и Песка, Ишер… – сокрушённо вздохнул регой. – На этом тебя и попытаются поймать, чтоб использовать.

– Я, может, и верен Законам Песка и Воды. А вот использовать меня против воли сложно. Ханы уже пытались, и где те ханы? Последние со мной ходят. а остальные, небось, уже пополнили ряды западной орды.

– А что делать с теми, в подвале? – мрачно спросил регой, снова взяв в руки чашу.

– Что делать, что делать… – я вздохнул. – Перебить, что делать.

– Всех⁈ – Ситранис даже ремитом подавился.

– Всех, – кивнул я.

– А может… Вдруг можно их как‑то там вытащить, освободить?.. – регой с надеждой посмотрел на меня.

– Знаешь… – я ответил предельно честно, изложив то, что думал сам. – Вполне возможно, их единственное истинное обличье сейчас – то, которое мы видим в демонической форме. А если у тебя тело нафаршировано какими‑то отростками‑змеями, после освобождения ты вряд ли выживешь. В общем, надо просто снять с них доспехи, заставить принять нужную форму и избавить от мучений. Как‑то так, я думаю…

– Как, ять его за ногу, всё сложно!.. – застонал Ситранис, откинувшись на спинку стула.

– Пошли давай… Покемарим несколько гонгов и будем решать, как жить дальше! – предложил я. – Иначе и с ремитом голова не работает…

– Ладно, пошли… И давай соберём всех наших с тобой шептунов, чтобы они тоже думали! – согласился Ситранис. – Как же было просто в Кечуне, брат…

Глава 110

Вытащить их было нельзя… Ну или мы не знали такого способа. Ни я, ни Ситранис, ни Ферт, ни Мирим, ни Ашкур, ни Алана… Да, Алана. Шептун Воды в Страже была женщиной. Это случается, хоть и редко. И если шептуны Песка из женщин получаются слабые, то шептуны Воды – наоборот, чрезвычайно сильные. В женском случае дар развивается стремительно.

По силе, Алана, скорее всего, была здесь лидером. А вот по знаниям – сильно отставала от того же Ферта с Миримом. Ей требовалось пройти обучение в Священном Храме. Однако в последние годы с этим было не всё гладко, по известным причинам. Алана получила дар в шестнадцать, а сейчас ей стукнуло уже около тридцати. И до трудов из жреческой библиотеки она так и не добралась.

Увы, в текущей ситуации наших коллективных знаний не хватало. Даже на то, чтобы придумать надёжный способ защиты жителей и остатков гарнизона от возможного обращения близких, друзей и соседей. Да, мы составили список рекомендаций. Да, попросили предупреждать обо всех, кому не нравятся Законы Песка. Но проблема ведь заключалась не только в этом.

В конце концов, то же уныние могло накрыть любого, кто потерял близких и родных. И как этого избежать? Получалось, что никак. Конечно, в некоторых случаях таких людей получится выявить. Однако особо скрытные будут переживать беды в гордом одиночестве. И это приведёт к тому, что рано или поздно они могут стать одержимыми.

На сей случай предлагалось за окружающими смотреть в оба глаза. А, выявив странное поведение, немедленно оглушать и тащить в крепость… Надо ли говорить, что к следующей ночи у нас на пороге было сто оглушённых тел, ни одно из которых не являлось одержимым?

Пожалуй, и так всё ясно…

Наана осталась гостить в Страже. Деваться ей было некуда, потому что из погонщиков её телег в живых осталось три человека, а охрана уменьшилась вполовину. И вполне понятно, что жители Стража, привыкшие почитать Законы Воды и Песка, вовсе не стремились туда, где половина этих законов была объявлена вне закона. А значит, набрать новых людей Наане было решительно неоткуда.

К слову, на следующий день её тело уже трезвый Даян приволок под утро. Первый купец вновь «изволила истерить об утерянных прибылях», что навело начальника охраны на мысли об одержимости. Я не был уверен в том, что Наана не одержима. Однако точно знал, что у неё имелись твёрдые, хоть и аморальные основания, ну и сильнейшая любовь – правда, не к людям, а к золоту. Ну и куда там демонам?

А утром второго дня мы начали устранять одержимых. Поначалу дело шло медленно. Первого демона мы завалили лишь спустя гонг. Вначале долго решали, советовались, составляли план… Затем прочитали стишок, и планы тут же пошли побоку. В итоге, мы лупили потустороннего урода всем скопом, временами ослепляя его вспышками света, которые выдавал Ферт.

Потери у нас на первом демоне были. К счастью, не фатальные. Одного из воинов приложили об стену, а ещё одному дали когтистой лапой по лицу. Покалеченных унесли к шептуну Алане и заменили свежими бойцами.

Ключевым элементом изгнания в новом плане стали вспышки света. И дело пошло быстрее.

А когда мы, наконец, додумались предварительно связывать узников цепями, которых в тюрьме было в избытке… Тут‑то работа и понеслась, как покусанный за задницу перехан.

Впрочем, Ферт, умеющий делать яркие вспышки, у нас был один. И это ограничивало всеобщее рвение. Больше четырёх демонов за раз убивать не получалось. К тому же, команды демоноборцев быстро выдыхались, их нужно было регулярно заменять. И вскоре пришлось привлекать илосцев из моего войска.

Ребята проявили себя стойкими воинами. Они живо доказали всем, что против всякой нелюди копья – штука удобная. Особенно, когда решётка отделяет от связанного цепями врага. Прямо идеальная тренировка выходила. Да и убивать демона копьями может не три‑четыре человека, а сразу десяток. Копья‑то у моих ребят были длинные. А в крепости – в основном, короткие.

В итоге, от мечей все отказались, и я один продолжал орудовать топором. А всё потому, что топор – штука универсальная. И колоть можно, и рубить, и просто забивать до смерти удобно. В общем, полезная в хозяйстве вещь.

Под конец мы даже перешучивались между собой. Самой популярной стала шутка о том, что если у истинных демонов есть командование, то оно заречётся отправлять своих воинов в крепость Страж – с учётом того, какие потери они здесь несли. Каждую чашу по четыре истинных. Наверно, это должно было удручающе действовать на врага.

А в том, что демоны враги, я не сомневался. Да и никто не сомневался. Из того, что удалось общими усилиями сопоставить, картина выходила однозначная. Сначала у людей в этом мире всё было хорошо. Ну как… Они, конечно, убивали, предавали и порабощали друг друга, но исключительно по‑человечески.

Затем появились истинные демоны, с которыми началась большая война. А потом случился Катаклизм, и появился Дикий Шёпот. С одной стороны, это явление очень хотело всех людей истребить. Почему? Никто не знает… А вот с другой стороны, ещё больше Дикий Шёпот хотел истребить истинных демонов.

То ли люди в те времена решили сделать убойное оружие против демонических врагов… То ли сами демоны что‑то масштабное набедокурили… В итоге, случился тот самый Катаклизм, вырвался на волю Дикий Шёпот – и всё пошло по одному месту. Причём у обеих сторон, видимо.

Собственно, половина из этой истории – наши домыслы. Всё же сведений о тех временах было так мало, что хоть плачь. Впрочем, и о временах более поздних явно не хватало знаний. Сначала пришли Вечные Пески. Или они начали приходить ещё раньше Катаклизма? Мы так и не поняли. Так или иначе, человечество оказалось на грани выживания.

А тут ещё Дикий Шёпот распоясался настолько, что ночью никакой жизни не было. Последняя горстка людей добралась до нынешнего Приозёрья, устроив лагерь в том самом месте, где сейчас находится Священный Храм.

А дальше все убрались в Междуречье, используя водную преграду как препятствие для демонов. И началась долгая и беспощадная война, сохранившаяся в истории, как Тёмные Века. За эти века, несмотря на все сложности, человечество росло в численности, отстраивало великие города Междуречья… И вскоре людям стало тесно: начались войны между собой.

Ну а дальше шли вполне известные легенды о Первом Царе, что объединил людей, получил от богов божественное оружие – и начал беспощадную войну, расширяя Край Людей на близлежащие земли. Войну против орды люди тогда выиграли, хоть и потеряли в численности. Дикий Шёпот замолк, истинные демоны не появлялись, и наступил Золотой Век.

Зачем мы всё это вспоминали? Да просто было очень интересно узнать, каким образом, спустя тысячелетия, истинные демоны вновь появились в мире. И – главное – почему? Ну а из этого вытекало остальное: как их бить, как выявлять, как снова изгнать обратно.

Возможно, со стороны было бы смешно наблюдать за нашими обсуждениями. Сидит кучка голодранцев и решает судьбы мира. Но знаете… Обычно так оно и бывает в истории. В конце концов, история Первого Царя тоже началась с распития ремита в компании пятерых подельников. Их так называл, правда, только я: всех остальных нервировала мысль, что когда‑то Первый Царь был лишь бандитом с большой дороги…

А я, вспоминая истории о нём, именно к такому выводу и пришёл. Родился в бедной семье, рано потерял близких, научился владению оружием… Сиротка, ага, владению оружием, ага… У всех сироток, сумевших обучиться владению оружием, есть для этого веская причина. Я вот, например, отомстить хотел когда‑то. А Первый Царь никому вроде как не мстил. Зато в историях про него есть белое пятно, которое пропускает десять лет. Где‑то между его пятнадцатилетием и двадцатью пятью годами.

И если в пятнадцать лет он – нищий голодранец, у которого есть только меч, то в двадцать пять –уже местами уважаемый человек, тратящий золото направо и налево. И кто‑то хочет убедить меня в том, что за десять лет он состояние честным трудом нажил?

В общем, может, от нас сейчас ничего и не зависело. Однако мы всё же пытались решить очень важную задачу: выработать тактику и стратегию борьбы не только с ордой и её демонами, но и с истинными, которые снова вторглись в этот мир. И пусть наши личные истории могли прерваться в любой момент, зато пришедшие в головы идеи ещё пригодились бы остальным.

В любом случае, нам требовались дополнительные знания. И проще всего их было получить в Святилище. А значит, туда и лежал наш путь.

– Ну что? – спросила Наана, усаживаясь напротив меня и Ситраниса. – Что решили?

– Двадцать тысяч… – лениво разглядывая налёт в чаше с отваром, сказал я.

– Ой, да хватит! – всплеснула руками купец. – Вы издеваетесь, что ли? Вы же решили идти в Святилище! Я всё знаю! И вам что, жалко бедного купца заодно прихватить?

– За двадцать тысяч не жалко, – ответил я.

– Слишком дорого для охраны, Ишер! – отрезала Наана и надула губы.

– А кто говорит, что мы предлагаем услуги охраны? – удивился я. – Мы предлагаем тебе нанять войско. Не абы какое войско, а войско из людей, стойких к воздействию истинных демонов. Опытных людей, умеющих убивать и бандитов, и демонов орды, и истинных. Это в наши времена очень дорого стоит, между прочим.

– Слушай, ты же не думаешь, что прорыв к Святилищу будет увеселительной прогулкой? – нависнув над Нааной, поддержал меня Ситранис. – Надо будет пересечь всё Приозёрье, женщина! А что там творится… Да одни только боги знают!..

Наана поджала губы и демонстративно отвернулась к окну.

– К тому же, мы поможем тебе с перевозкой, – напомнил я. – Местные жители готовы уйти с небольшой охраной в Приречье, но ехать на север – не готовы. А твоим в Святилище очень нужен металл. Он сейчас, впрочем, всем нужен…

– Вы выкручиваете мне руки и лишаете прибыли! – искренне расстроилась Наана. – Ты, воевода, сейчас мне угрожал или так, больше стращал?

– И то, и другое, – не стал обманывать я.

– Готова к прошлому предложению накинуть ещё тысячу! По два золотых каждому местному рукожопу из гарнизона крепости! И всё! – сердито блеснула глазами Наана.

– И после этого ты ждёшь, что они грудью встанут на защиту презренного олова⁈ – возмутился Ситранис. – Да, у меня полтысячи воинов, зато они лучшие в Приозёрье, женщина! Лучшие! Я сам их натаскивал воевать!

– Ха‑ха! Воевода тоже уверяет, что у него лучшие! – ехидно оскалилась Наана. – И кому из вас я должна верить?

– Мне! – отозвались мы с Ситранисом одновременно.

И, лишь переглянувшись, заново распределили роли.

– Понимаешь, мои воины лучшие к западу от Разлома и Пограничных Холмов. А у Ситраниса лучшие в Приозёрье. Надо понимать разницу! – я поднял указательный палец вверх. – Так и быть, Наана… Мы сделаем тебе скидку. Девятнадцать тысяч.

– О‑о‑о‑о! Я что, нанимаю сотню Междуреченских регоев⁈ – изящно подпёрла ручкой подбородок Наана. – Да в жизни не поверю, что вы, мальчики, столько стоите… Ладно, четырнадцать тысяч, и по рукам!

– Да за четырнадцать сама езжай с телегами в передовое охранение! – возмутился Ситранис.

– Точно, – согласился я. – Соглашайся на восемнадцать тысяч. И будешь ехать в самом сердце войска. Под всеобщей надёжной охраной целой кучи «мальчиков».

– Да я и так ехала в самом сердце! – стукнула кулачком по столу Наана. – Что за детский лепет! Отправлять нанимателя в авангард, потому что он мало заплатил? Чушь и ерунда! Ладно, докину вам пять сотен, если будете кормить меня и моих людей. Однако на этом всё, моя щедрость кончается!

– Наана, даже я понимаю, что не может кончиться то, чего никогда не было… – спокойно возразил я. – За хорошую шутку, так и быть, скину цену до семнадцати тысяч. Но это уже всё… Иначе мы работать будем в убыток.

– Какой убыток у голодранцев⁈ – купец сморщила нос, как будто собиралась чихнуть, и яростно захохотала. – Вам и ста монет было бы достаточно! Но я заплачу вам пятнадцать тысяч! Пятнадцать!

– Шестнадцать! – оскорблённо буркнул Ситранис.

– Пятнадцать тысяч, и я замолвлю за тебя словечко перед жрицами! – решительно подалась вперёд Наана.

– По рукам! – кивнул я. – Пять тысяч сейчас, а остальное по прибытию. И обязательно контракт.

– Бюрократы! – сказала, будто выплюнула, купец.

И мы ударили по рукам. Переговоры, вяло протекавшие несколько дней, подошли к концу. А сразу за ними начались сборы, тоже нелёгкие и продолжительные. Во‑первых, надо было снарядить караван с жителями города и обеспечить им какую‑то охрану, чтобы они спокойно добрались с припасами до Приречья.

Первую‑то часть пути в сторону города Корабел люди проделают вместе с нами. А вот потом, на юг, им идти самим. И отсылать вместе с ними опытных воинов никто не хотел. Слишком уж бойцы требовались в нашем, куда более опасном маршруте. В итоге, решили вооружить самих жителей, наскоро обучив их владению копьём на уровне новичка. В качестве командиров им были приданы несколько осмов и два десятка воинов из гарнизона Стража, которые тоже хотели уехать со своими семьями.

Вместе с этими людьми на юг уезжала часть припасов, которые Ситранис собрал в закромах, рассчитывая на продолжительную осаду крепости. Другая часть припасов должна была отправиться с нашим общим войском на север. Что‑то регой рассчитывал отдать в Святилище, чтобы его охотнее прощали. А что‑то бы нам и самим пригодилось.

К счастью, в крепости хватало материалов, чтобы кочевники собрали дополнительные телеги. А ещё хватало гнуров и переханов, которые, в отличие от людей, не привлекали демонов, да и не пытались друг друга убить.

В итоге, этот вопрос удалось решить. Что меня очень радовало. Потому что, на самом деле, вопросов было столько, что впору за голову хвататься. Одни тренировки чего стоили. С одной стороны гоняли жителей города с копьями, с другой – гарнизон Стража, потому что к копью многие бойцы не были привычны. А уж стоять царским строем – и подавно.

Я честно старался за тренировками приглядывать. Однако меня постоянно что‑то отвлекало. В итоге, задача свалилась на Одори и выбранных им помощников‑илосцев.

Хорошо ещё, первая полусотня кочевников, наконец, освоила удар копьём из седла. И теперь уже сами эти обученные кочевники начали обучать следующих.

Вся эта суета продолжалась… Да я, честно говоря, и забыл, сколько времени ушло. Наверно, целая четверть или, может, две… Оглядываясь назад, я понимаю, что те события казались одним сплошным кошмаром из того разряда, которые хочется поскорее забыть.

В какой‑то из дней договорились с Нааной. В какой‑то из дней закончились одержимые в подвалах. В какой‑то опустели кладовые под крепостью, а весь город превратился в стоянку каравана. Улицы были завалены гнурьим и переханьим дерьмом, заставлены телегами и тюками…

Возможно, мы провозились бы со сборами дольше, но в одну из ночей охрана на воротах заметила несколько гухулов. Разведчики демонов явно приглядывались к городу и крепости. И всем сразу стало ясно: если задержимся ещё подольше, рискуем остаться в Страже навсегда. В лучшем случае, потому что орда обложит со всех сторон. В худшем – потому что сами станем её неотъемлемой частью.

Зона влияния демонов перевалила через Пограничные Холмы. А значит, вскоре сюда должны были подтянуться серьёзные силы. В результате, наше отбытие было запланировано на следующее утро. И, естественно, последний день выдался особенно суматошным.

Перед уходом Ситранис и его люди сделали всё, чтобы им было, куда возвращаться. Большинство из них родились в Приозёрье, хоть и не в Страже, однако многие считали его домом. Поэтому все двери были заперты, ставни – тоже, ворота – закрыты на засов. И даже подъёмную решётку на воротах опустили напоследок. Тем, кто занимался воротами и решёткой, пришлось по верёвкам со стены спускаться.

– Ну вот и всё… – вздохнул Ситранис, на прощание похлопав рукой по одной из створок. – Меня поставили эту крепость держать, а мы уходим без боя… Плохой я командир, Ишер…

– Хороший ты командир, – успокоил я его. – Времена просто такие. Сложные. Всё рушится на глазах. А, оставив крепость, ты, наоборот, избавишь её от внимания орды. Сам знаешь.

Когда закончилась Долгая Осада, мы удивлялись, обнаруживая в окрестностях Кечуна множество сохранившихся построек. Главным условием оказалось, чтобы они были брошены жителями ещё до того, как пришла орда.

– Знаю… Но всё равно на душе гадко, – согласился Ситранис. – Ладно, решение принято… Веди, Ишер!

И я повёл. Мы спустились с холма, сели на переханов и медленно поехали к городским воротам вместе с потоком людей. Ещё один город был оставлен перед лицом врага. Но я не считал, что это плохо. Лучше сохранить жизни и собрать силы, чтобы выиграть решающие сражения, чем гибнуть по отдельности. И жалел я только о том, что большая часть Приозёрья не собиралась сражать вообще.