Текст книги "Вечные Пески. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Лео Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 100 страниц)

Между тем, начали подтягиваться бойцы из отряда Борка. Выстраиваясь в линию, они перекрывали коридор. В это время остальные четыре отряда ещё спускались по лестнице с тихим, но всё же топотом и бряцаньем оружия.

Глухи, к счастью, появлялись не волной, а по одиночке. Приходили из разных ответвлений. Десятка наших бойцов хватало, чтобы встречать каждого точным, отработанным ударом. Это была не битва, а монотонный конвейер смерти.

Однако Аферн, стоявший в центре нашего каре, выглядел напряжённым. И смотрел не на падающих на землю мертвецов, а вглубь чёрных бездонных проходов, откуда они появлялись. Его лицо в свете факела казалось жёстким. Сквозь лоб пролегла глубокая морщина.

– Не расслабляйтесь! – голос Аферна был приглушён сводами, и эхо его не подхватило. – То, что здесь, это цветочки. Чем дальше вглубь, тем больше будет глухов. И ещё: не стоит нам застревать тут. Как только все спустятся, начинаем движение. Борк, ваш отряд с нами. Остальные – по плану, зачищаем проходы и движемся к главному стволу. Всем ясно?

Ответом было нестройное, но мужественное мычание.

А затем мы двинулись вперёд. Туда, где нас ждал ствол уводящей в глубину шахты. Элия, проходя мимо стрел, не забывала их поднять и вернуть в колчан. Правильно делала: наверняка пригодятся впереди.

Позади, за нашими спинами, оставались тёмные неподвижные тела глухов. И где-то полтора десятка очень активных голов. Расставшись с телами, они щёлкали зубами. И жадно таращились нам вслед пустыми глазницами.

Помимо них, тишину разрывали звуки нашего дыхания, лязг оружия и глухой топот ног по камню. И даже это было здесь оглушительно громко. Звук, казалось, оживал, сразу же отражаясь от стен и уносясь вперёд. А заодно предупреждал всех, кто скрывался там, в непроглядной темноте, о нашем приближении.

Аферн, как он сам настоял, шёл впереди, высоко держа факел. Каждый раз, приближаясь к очередному зеву бокового ответвления, он осторожно замедлял шаг. А потом замирал, поднимая вторую, занятую оружием руку. По этому сигналу вся колонна позади останавливалась. И сразу же наступала мёртвая тишина, которую нарушало лишь потрескивание факела и стук сердца в висках.

Если из темноты прохода доносился шелестящий звук, Аферн указывал туда рукой. Один из отрядов немедленно выдвигался вперёд. И вскоре из чёрного прямоугольника слышались глухие удары и хруст.

А если из прохода веяло ледяным безмолвием, Аферн опускал руку. После чего тут же спокойно продолжал путь. А вслед за ним начинала движение колонна, похожая, в итоге, на нервное многоногое существо.

Пока шли, я, пользуясь ночным зрением, разглядывал каменный мир вокруг. Это был не просто пробитый в скале тоннель. Его создатели, жившие очень давно, не были лишены чувства прекрасного. И не изменяли ему даже здесь, в царстве смерти.

Стены, хоть и грубо обработанные, не были голыми. В них, на равном расстоянии, были вырублены неглубокие ниши. В некоторых всё ещё стояли глиняные сосуды, покрытые толстым слоем пыли и паутиной трещин. В других нишах остались лежать лишь бесформенные кучи трухи. Всё, что осталось от даров, которые живые когда-то приносили сюда мёртвым: ткани, пища и, возможно, свитки.

На сводчатом потолке, высоко над головой, тускло поблёскивали металлические петли. Видимо, остатки местной осветительной системы. Когда-то здесь, в этих коридорах, горели масляные светильники, отбрасывая на стены дрожащие тени. Когда-то сюда регулярно приходили живые, чтобы почтить память мёртвых.

А теперь здесь бродили лишь пародии на жизнь. И даже свет с собой принесли те, кто пришёл навсегда запечатать это место.

Естественно, движение нашей колонны вызывало внимание. Всё-таки почти полторы сотни человек. Как ни старайся двигаться тихо, обязательно заметят. Глухи, привлечённые шумом и ощущением жизни, продолжали появляться. К счастью, не целой толпой, а по одиночке, как и раньше.

Они то и дело вылезали из темноты боковых проходов. А некоторые ковыляли нам навстречу из главного коридора.

Каждый раз, видя фигуру с вытянутыми руками и блестящими в ночном зрении когтями, я корректировал шаг. А потом делал короткий выпад, и мой топор описывал быструю эффективную дугу. Сопротивления практически не ощущалось. Лёгкий сухой хруст. И ощущение, будто рубишь мешок с ветошью.

Щёлкающая зубами голова откатывалась в темноту. Дважды мёртвое тело бессильно оседало на пол. А я, не сбавляя темпа, продолжал движение. Лишь краем глаза отмечал, как бойцы из отряда прикрытия оттаскивают безголовый труп к стене. Чтобы не мешал идущим дальше.

Эта монотонная работа дала сбой лишь однажды. Один из глухов, вывалившийся из ниши у меня перед носом, оказался проворнее собратьев. А может, просто удачливее. В итоге, топором пришлось махнуть дважды: под первый замах этот ловкач подставил высохшую руку.

Вскоре впереди показалась такая же стена, как в начале яруса. Пройти дальше можно было через невысокую каменную дверь. И, как и в предыдущий раз, её надо было сдвинуть в сторону, вдоль по пазу.

Вот только нам в этом вопросе уже помогали. С той, другой стороны. Десяток тёмных рук с чёрными когтями шатали преграду, пытаясь выбраться из могильника. Похоже, пространство за дверью было сплошь заполнено мертвецами.

– Отец Песков! – не выдержал Аримир. – Да сколько же их там?..

Том 1
Глава 21

Отчасти ситуации была забавной. Щели вполне хватало, чтобы через неё пролез один глух. Но мертвяки пёрли вперёд, не уступая друг другу. И делали это одновременно. Отчего сильно мешали собратьям.

Три глуха, застрявших в проходе, продолжали давить. При этом силы мертвецов были почти равны. Никому не удавалось взять верх. А сзади напирала толпа, плевала которая на проблемы других глухов. Естественно, в дверях образовался затор. И выход из него был только один.

Ещё немного сдвинуть дверь вбок.

– Вот так они и прорываются… – пояснил Аферн, кивнув на лезущие из щели руки мертвецов.

– А заклинить дверь нельзя? – спросил я.

– Заклиниваем… Но глухи упорные. Рано или поздно любое препятствие проходят. Да и дверь не закрывается совсем уж плотно: есть за что уцепиться. Однажды нам удалось закрыть её почти до конца. А со стороны паза, к тому же, вставили железную скобу, которая удерживала дверь. Продержалось всё это четыре десятидоли. А потом скобу всё-таки сломали… Ну и снова попёрли.

– И где теперь эта скоба? – уточнил я.

– Да где-то в щели лежит… – пояснил Аферн. – Не даёт двери открыться до конца, но глухи же додавят рано или поздно. Тупые и упорные. И времени у них, хоть завались.

За нашими спинами, между тем, собирались остальные наёмники. Все взгляды были сосредоточены на дёргающихся в каменной щели глухах. А те ещё больше воодушевились от близости людей. И, ожидаемо, стали дёргаться активнее. Правда, с тем же плачевным результатом.

– Ладно, делаем так, – решил Аферн. – Строимся здесь. Даём им пройти дальше. Если снова в щели образуется затор, я буду убирать лишнего глуха. Пусть так и выходят, как их щель пропускать будет: по одному-двое.

С этими словами заказчик поманил одного из командиров наёмных отрядов. Тот приблизился, держа руку на мече и косясь в сторону щели.

– Ирней, у твоих людей будет своя задача, – начал объяснять ему Аферн. – У вас там, вижу, есть трое с крюками на верёвках…

Наёмник кивнул, внимательно слушая стражника.

– Значит, твой отряд будет оттаскивать трупы подальше. Укладывайте их позади нас, вдоль стен. И смотрите, чтобы тут завала не вышло. Поэтому давай своим по очереди отдыхать. Чтобы всегда было, кому тащить трупы.

– Понял, сделаем, – кивнул Ирней.

– Остальные, разбейтесь на отряды по пять-шесть человек! – приказал Аферн. – Глухов много собралось перед дверью. Так что работа предстоит долгая. А нам потом вниз идти… Борк, ты со своими обеспечь прикрытие с тыла. Если тут на ярусе ещё кто-то восстанет, не хотелось бы в спину когтями получить. Ишер, Аримир, Элия, вы прикрываете меня. Ну и помогаете мне освобождать проход.

Это была долгая работа. И не самая увлекательная. А вот усталость накапливалась быстро.

Стоило Аферну пробить голову одного из застрявших глухов, как два других, толкаясь и топча убитого, выбрались. Правда, прожили на волне успеха недолго. Отряд в пятеро человек быстро с ними разобрался. Однако следом уже вылезали другие.

Каждые тридцать ударов сердца они проскакивали через щель. Один-два глуха, не больше. Трое мертвецов впритирку уже не пролезали. «Везунчики» тут же гибли под ударами копий, мечей и топоров. А их тела оттаскивали дальше по коридору. И так до бесконечности: чаша за чашей, гонг за гонгом.

Изредка отдельные глухи – видимо, с ярусов пониже – оказывались проворнее других. И тогда подключался либо Аферн, либо я. Ну либо мы вместе, помогая разобраться с юрким противником.

Иногда проход снова закупоривался. И тогда приходилось убивать глухов прямо в дверях. К счастью, завал из трупов в каменной щели нам не грозил. Прущие вперёд мертвяки растаптывали мумифицированных собратьев в пыль.

Отряд наёмников в забое периодически менялся. Те, кто своё отработал, уходили на отдых. Их сменщики со свежими силами вступали в дело. Сначала я считал убитых глухов, но после сотого врага понял: бесполезно.

– А они закончатся когда-нибудь? – спросил я между делом у Аферна.

– Обычно их здесь несколько сотен скапливается. И это всего за десидолю или две, – ответил стражник.

– Это нам их десяток гонгов убивать, – подсчитал я. – Как бы под землёй ночевать не пришлось.

– Придётся ночевать, Ишер… – безрадостно сообщил Аферн. – Это мы только первую волну вырежем. А как войдём в шахту, сразу потянутся новые. Мы же не просто так старались туда не соваться. Был уже неприятный опыт. Я как-то прошёл со своей триосмией на ярус ниже. А дальше никак. Мертвяки лезут без продыху, прямо-таки отовсюду. Пойдёшь ниже – вообще зажмут с двух сторон.

Мы на какое-то время замолчали. Я обдумывал услышанное, но триосм решил добавить сведений:

– И это ещё шахи, как их мои бойцы прозвали, не вылезли.

– Шахи? – спросил я, учуяв запах неприятностей.

– Да, это старые мумии, которые иногда выходят из дальних глубин. Сильные, быстрые, опасные. Убить их не так просто, как обычных глухов. Приходится изрядно попотеть. Наверху такие если и появляются, то в единичном числе. А вот там, в глубине… Думаю, их очень много на нижних ярусах. А значит, и выше может вылезти куда больше, чем один. Просто сюда, так высоко, они редко доходят.

– Их внешне отличить можно? – спросил я.

– К моему сожалению, нет. Ну или мы не заметили особых внешних отличий… – вздохнул Аферн. – Пока не начнут двигаться, выглядят, как обычные глухи.

Мертвецы за дверью начали заканчиваться, когда я уже потерял счёт времени. В какой-то момент даже ощущалось, что поток врагов будет беспрестанным. Однако всё в этом мире имеет начало и конец. Вот и глухи перестали толпиться за дверью. Теперь они приходили довольно редко и откуда-то, похоже, издалека.

– Заходим и держим первый зал! – приказал Аферн, налегая на дверь плечом. – А ну-ка подсобите!

Дверь удалось сдвинуть почти полностью. Что-то ей и в самом деле мешало в глубине щели. Я подозревал, за годы существования Илоса туда много набилось. Одной многовековой трухи хватило бы, чтобы не давать открыться до конца.

Аферн вступил в зал первым. И почти сразу снёс мечом башку спешившему откуда-то глуху. Следом за клиентом втянулись помощники: я, Аримир и Элия. Вслед за нами – небольшой отряд Борка. Ну а потом стали заходить остальные наёмники.

Один из отрядов сразу разбился на группы, и те побежали к проходам, ведущим из зала. К слову, эти семь проходов в глубину яруса, как выяснилось, не имели дверей. Да и сами арки наёмникам пришлось ещё поискать: в круглом зале было темным-темно. Это я с ночным зрением различал подробности. Мне вполне хватало света факелов и ламп.

– Обновляем тряпки в факелах и идём вниз, – решил Аферн. – Пока что нам очень везёт. Может, успеем сделать всё и выйти…

В этот момент, будто отвечая на его слова, с лестницы, уходившей вниз, раздалось шуршание ног. Аферн со своего места лестницу не видел, но безошибочно кинулся к ней. А следом поспешили и остальные.

Глухи вывалились наверх толпой. Падая, спотыкаясь и клацая челюстями. И если бы каждый из мертвецов не вёл себя, будто на лестнице один, нас бы, вероятно, взяли в оборот. Но задержка сыграла на руку, и остальные наёмники тоже успели встать в строй.

И когда первые глухи кинулись вперёд, наткнулись на готовых к драке бойцов. Засверкали мечи, топоры и наконечники копий. Элия принялась пускать стрелу за стрелой. Я, выступив вперёд из строя, раскрутил топор. И, не давая ему замедлиться, встречал врагов ударами по головам.

У такой манеры боя есть большой минус. Оружие какое-то время находится почти без поддержки. В бою против человека я бы так делать не стал – выбили бы сразу. Но против глухов самое то. Топор неизменно встречал каждую из тупых, бездумно прущих вперёд мумий. Противники валились рядом, будто скошенная трава.

А самые бойкие, избежавшие встречи с топором, получали щитом.

В результате, на нашем участке строя стали копиться сухие безголовые тела. Зато и бойцы за моей спиной уверенно держали позицию.

А вот остальные наёмники уже начали пятиться. Глухи напирали, бесстрашно подставляясь под удары. Насаживаясь на копья, они тянули свои чёрные когти к людям. И время от времени кто-то из наёмников делал шажок назад: то один боец, то другой.

– Держаться! Держаться, слабаки! – ревел Аферн. – Враги скоро кончатся! Держите строй!

Бесполезно. Наше кольцо вокруг лестницы неумолимо расширялось. Тем более, из боковых проходов, где стояло всего по два-три бойца, тоже подтягивались мертвецы. Если бы бой продлился дольше, глухи всё же разорвали бы наш строй. И где-нибудь да вылезли за пределы кольца, ощетинившегося оружием.

Однако Аферн оказался прав. Враги быстро закончились. Видимо, до этого они скапливались на ярусе ниже, постепенно мигрируя по лестнице вверх. А как почуяли нас, всей толпой кинулись выше. Но если так произошло здесь… Значит, и на ярус ниже стоило чего-то подобного ожидать.

К счастью, в этот раз обошлось. Жертв среди наёмников не было. Вытерев пот, Аферн приказал оттащить безголовых мертвецов в коридор. А дальше устраиваться на отдых, выставив охрану у лестницы.

– На следующем ярусе будет такая же волна! – подтверждая мои догадки, сообщил он, когда командиры отрядов собрались вместе. – И чем ниже спустимся, тем больше глухов будет лезть.

– Насколько больше? – нахмурившись, спросил один из командиров.

– Точно сказать не могу. Мы ведь ещё ниже не спускались, – честно сказал Аферн. – Но стоит готовиться, что, может, и вдвое больше будет. Никто ведь не знает, сколько там внизу встало мумий за прошедшие века. Мы даже не знаем точного количества ярусов.

– Да туда, поди, с Первого Царства никто не заходил! – прогудел Мерим, и остальные согласно закивали.

Первое Царство – это из области сказок и легенд. С тех времён почти не осталось письменных источников. Сгинули с появлением первых орд демонов. Согласно народным поверьям, в те времена Дикий Шёпот был не таким сильным. И люди не боялись хоронить мертвецов в земле.

В краю людей это что-то вроде легендарного золотого века. Когда реки Тихая и Глубокая разве что не из молока состояли, а их берега чуть ли не мёд покрывал. Сколько длился этот исторический период, доподлинно неизвестно. Может, тысячу лет, а может, и три. У нынешних людей летоисчисление идёт с образования Второго Царства.

Поэтому если говорят, что где-то не бывали со времён Первого Царства, можно считать, там не бывал никто и никогда. Удивительно, что все эти подземелья столько лет простояли. Немного осталось реликтов из той мифической эпохи.

Пока шло обсуждение, как действовать ниже, я осматривал зал. Раз в такое место попал, обязательно осмотрись. Если выберешься, будет, что потомкам рассказывать. Тем более, здесь и правда было на что глянуть.

Несмотря на прошедшие тысячелетия, зал сохранил великолепие. Огромный каменный свод, пилястры на стенах. И длинная вязь древнего языка под куполом. Чего-то не хватало в общей картине. И я даже знал, чего именно. Фресок и какой-нибудь позолоты. Но её, думаю, ободрали ещё во времена Второго Царства. Золото всё-таки.

Пока я разглядывал зал, Аферн и командиры отрядов выработали план. Был он простым: отдохнуть пару часов, а потом спускаться, зачищая волну за волной. Беда в том, что лестница вниз была винтовой. И начало каждого следующего витка лежало на другой стороне зала.

А значит, важно было не столько окружить лестницу, а быстро прорваться к ней. Чтобы не дать врагу вылезти наверх толпой. Если такое произойдёт, предлагалось отойти обратно, на ярус выше. И уже там предпринять вторую попытку.

Но есть один минус. С каждым ярусом свободных бойцов будет всё меньше. За счёт тех, кто остаётся охранять проходы на верхних ярусах. Значит, третий ярус и вовсе будет штурмовать половина наёмников. А глухи нас и на первом основательно потеснили.

Решение мне не понравилось. Но возражать я не стал. Хочешь ругать чужие планы? Предлагай свой. А у меня планов не было. Я бы, в принципе, в такое место не совался. Без армии в пару тысяч бойцов и десятка шептунов.

Прорыв на второй ярус начали через гонг. К этому моменту бойцы отдохнули, попили воды и перекусили. Первым вновь шёл Аферн. Следом мы, его помощники. За нами – десяток Борка. И уже потом другие наёмники.

Это неверно, что командир идёт впереди. Но мы были здесь, пожалуй, самыми умелыми бойцами. Приходилось вставать на острие прорыва.

Едва сойдя с лестницы, мы сразу же начали пересекать зал. Я вторую лестницу отлично видел. Как и пару десятков глухов, которые шатались по разным концам помещения. Ночное зрение выручало. Ничего удивительного, что у лестницы я оказался первым.

И мне же пришлось встречать толпу глухов, прущую наверх. Я успел раскрутить топор, пока спускался на несколько ступенек. Поэтому проредил мумий ещё до того, как они вылезли на этаж.

Нежить шла плотной толпой. Промахнуться было невозможно. Я работал топором с такой скоростью, что первые ряды глухов выбил, не отступив даже на ступень выше. Оборот – удар, оборот – удар.

Отцовский топор мелькал, как молния, рассекая головы лезущих мертвецов. Конечно, долго стоять на месте я всё равно не смог. Пришлось медленно пятиться, отступая наверх. Но мне на помощь уже пришли другие бойцы. Аферн встал рядом с проёмом лестницы, подрубая головы сбоку. Аримир колол копьём с другой стороны.

Это позволило продержаться ещё какое-то время. А дальше подтянулись другие наёмники, начавшие окружать лестницу. Любая башка, вылезавшая над уровнем пола, тут же срубалась или протыкалась.

Да и до меня теперь добиралось гораздо меньше врагов. И это позволило снизить темп рубки. Однако занятие всё равно было утомительным, кисть руки успела устать. Так что вскоре на лестнице меня подменил Аферн, а потом его сменил Аримир.

И мы снова смогли перебить прущих из глубины мертвецов. Оставалось спуститься ещё на один ярус. Заветная дверь была уже практически рядом. Но сначала мы решили перевести дух.

Именно во время отдыха обнаружилось, что тут, на ярус ниже, из боковых проходов вываливается больше глухов. Да и снизу они приходят почаще. А это значило, что долго рассиживаться нельзя. Запас сил у тех отрядов, что держат залы на каждом ярусе, тоже не бесконечный.

Прорыв на третий ярус мы начали, отказавшись от долгого отдыха. Всего-то чаш через восемь. и действовали так же, как прежде. Однако здесь всё сразу пошло не так. Стоило выскочить с лестницы, как различия бросились в глаза. Новый зал оказался с колоннами. Их было шесть, подпиравших свод. И глухов среди колонн оказалось заметно больше, чем в предыдущем зале.

А ещё эти глухи сразу кинулись нам наперерез. Почему они вели себя не так, как их собратья наверху? Я не знал. Но орава в четыре десятка мертвяков задержала нас. Пусть и ненадолго.

А когда я поспешил к лестнице на четвёртый ярус, то всё равно успевал сдержать толпу глухов, рвущуюся оттуда. Однако потерял мгновение, увидев ту самую дверь, о которой говорил Аферн. Закрыть её было целью нашего похода.

Увиденное мне очень не понравилось. Эта дверь уже была закрыта.

Точнее, закрыто было то, что от неё осталось.

Дверь представляла собой каменную плиту, которая опускалась на лестницу, перекрывая проход. Размеры и вес этой плиты были таковы, что в опущенном состоянии её не смог бы поднять ни один глух. И даже десяток глухов не осилил бы. А больше мертвецов в одной точке лестницы и не помещалось.

Однако плита раскололась на несколько кусков. И теперь они лежали в стороне от входа на следующий ярус. Вот только, даже собрав эти куски воедино, глухов остановить не вышло бы. Мертвецы бы вновь разобрали плиту по частям. И снова повалили наверх.

Как это случилось? Да кто знает? Может, дверь была открыта и висела на цепях, которые с годами проржавели и порвались. А плита, соответственно, грохнулась и не выдержала удара. А может, сами глухи её сломали с присущим им упорством.

Так или иначе, цель вылазки была недостижима. Проход между третьим и четвёртым ярусом Города Мёртвых не вышло бы перекрыть. И теперь вставал вопрос о том, что нужно отходить и придумывать что-то ещё.

Но если Удача отворачивается, везения не будет во всём. Вместе с толпой обычных глухов по лестнице вынесло ещё одного, необычного. Быстрого, сильного и крепкого. И даже мой топор не сумел пробить его череп.

Удар когтей я принял на щит. И полетел прочь от лестницы, упав в нескольких шагах. И да, я сумел перекатиться и встать на ноги, встретив «шаха» во всеоружии. Вот только остальные глухи продолжали изливаться с лестницы в круглый зал. И остановить их было некому.

Аримир и Элия отбивались от шестерых глухов, поймавших их между колонн. Аферн завяз, сражаясь сразу с десятком мертвецов. Борк и его бойцы сбились в строй, отражая волну, вырвавшуюся из одного из проходов. А другие наёмники пока ещё только бежали – кто через зал, а кто по лестнице с предыдущего яруса.

Шах ударил правой рукой. В этот раз я отклонил удар мертвеца щитом. А его левую руку отбил в сторону топором. И тут же, не мешкая, ударил ногой в тёмную грудь. Шаха отбросило на шаг, чуть не повалив на пол – лёгкий он, хоть и сильный. А я размахнулся топором и врезал по шее.

Псевдоплоть выдержала удар. Но затрещала так, что стало ясно: ещё чуть-чуть, и порвётся. Жаль, сразу нанести второй удар я не смог. Шах ожесточённо заработал когтями, норовя разрезать меня на ленточки. Пришлось быстро отскакивать назад.

Я шептал, не останавливаясь, старые слова, которым меня научил отец. Топор в моих руках теплел, как живой, будто напитываясь силой. А когда шах ошибся, увлёкшись ударами, мне удалось пропустить его мимо. Едва сместившись врагу за спину, я обрушил лезвие на тёмную шею. И наконец-то прорвал псевдоплоть.

Вот только к лестнице я не побежал. Я побежал обратно, крича на ходу, что дверь сломана и разбита на куски. Что надо отходить на ярус выше, потому что мёртвые прорвались.

И в этот момент сверху раздались крики других наёмников. Что-то происходило на втором ярусе, наверху. Что-то такое, что заставило оставшихся там бойцов отчаянно кричать.

Налетев на глухов, связавших боем Аферна, я помог ему. После чего мы вдвоём обрушились на врагов Аримира и Элии. Но всё равно не успели: глухи рвались снизу сплошным потоком.

– Назад! Назад! – закричал Аферн. – Держите лестницу на второй ярус!

Но что-то пошло не так. Что-то там, наверху, по-прежнему происходило. И первые наёмники с нашего яруса, вбежавшие обратно на лестницу, стали замедляться у выхода наверх. В результате, мы не могли даже два шага сделать на ступени. Нам, идущим последними, банально не хватало места.

А глухи уже шаркали к нам через зал, грозя задавить числом. И занервничавшие наёмники это видели. Напрасно Аферн хватал молодых за плечи, требуя встать в кольцо у входа на лестницу. Напрасно кричал, чтобы держали строй. Испуганные люди побежали.

Кто-то толкался, пробиваясь наверх и наводя панику. Кто-то бросился прочь в темноту уводящих из зала проходов. И только отряд Борка сохранял боеспособность. Я схватил Аферна за плечо, встряхнув ошалевшего и растерянного заказчика.

А потом указал на ближайший проход. Из оставшихся семи, что вели в глубину Города Мёртвых:

– Туда!

– Нет! Лестница! – заорал в ответ Аферн, показывая мне на ступени.

– Мы не удержим к ней подходы! – рявкнул я, встряхнув его снова. – А там, в ответвлении, сможем отбиваться!

К чести Аферна, мою мысль он всё-таки понял. И, махнув рукой мне, Элии и Аримиру, первым кинулся в ближайший тёмный коридор.

– Борк! За нами! – заорал я наёмнику, и тот кивнул, подгоняя свой отряд.

А следом увязалось ещё несколько наёмников. И, видно, в этот самый момент Удача вновь повернулась к нам лицом. Все мы успели проскочить под носом у приближающихся глухов. А они, между тем, мало-помалу смыкали кольцо у лестницы.

Пробежав по коридору до первого ответвления к могилам, мы свернули туда всем скопом. По пути снесли несколько глухов, торопливо ковыляющих нам навстречу. Мы пробегали мимо ниш, где лежали мумии, или было пустое место. Бежали прямо, никуда не сворачивая. Хотя имелись там и другие ответвления.

Наш бег закончился в тупиковой круглой комнате с каким-то алтарём. Узкий вход из коридора позволял занять здесь оборону. И держаться в надежде, что остальные сумеют отбить лестницу и вернуться.

Вот только крики, долетавшие из темноты, намекали: надежда эта напрасна. Там, в стволе шахты, творилось что-то очень нехорошее. И люди там гибли не самой приятной смертью.

– Проклятье… – отчаянно прохрипел Аферн, прислушиваясь к крикам. – Проклятье…