Текст книги "Вечные Пески. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Лео Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 73 (всего у книги 100 страниц)

Глава 105

Пленников мы отпустили. Но для начала убедились, что триосмия из Стража ушла далеко. И что она не собирается следить, как мы расправляемся с разбойниками. Правда, мне кажется, триосму было наплевать на то, как в итоге с пленниками поступят. Он бежал требовать и приказывать не для того, чтобы справедливость восторжествовала. А чтобы, по всей видимости, не допустить допроса.

Ну а коль скоро допрос состоялся, то и на пленников ему стало наплевать. А вот у меня теперь голова болела, когда я обдумывал дальнейшие планы. Выходит, если мы придём к Стражу, как планировали, то там столкнутся интересы сразу двух группировок, обитавших сейчас в Приозёрье. Гарнизон крепости был одной из них. А Наана со своим караваном – представителями другой.

И это если не считать косвенное взаимодействие с жителями края. Теми самыми брошенными бедолагами, засевшими в Стионе, местной столице… А этот вопрос точно всплывёт, потому что в разборки гарнизона Стража с жителями Стиона мы умудрились вмешаться.

Обратно к каравану я из‑за этих размышлений ехал задумчивый и молчаливый. Истор то и дело поглядывал в мою сторону, видимо, подозревая, какие вопросы меня терзают. Однако на помощь не рвался. Подозреваю, юный аристократ и сам не знал, как поступить.

Своим людям я отдал приказ не говорить, что разбойников мы отпустили. Во всяком случае, не рассказывать этого караванщикам. Они, конечно, узнают рано или поздно… Но лучше бы, конечно, поздно.

Естественно, едва мы вернулись к колонне, Наана возжелала узнать подробности. Я ей вкратце пересказал, что во время вылазки было, закончив словами:

– … Воинов отпустили, разбойников казнили. Больше ничего интересного.

– Ясно… А ты допрашивал разбойников? – как бы между делом спросила Наана.

– Бегло и по верхам. Где‑то здесь бродят ещё их силы. Числом, как я понимаю, в несколько сотен… – ответил я. – Однако, думаю, у нас есть шансы проскочить… Правда, знай я заранее о размерах местных банд, взял бы с тебя оплату вдвое больше.

– Но ты не знал! – подняла вверх палец очень довольная Наана. – И уже подписал контракт!..

– Только это и мешает мне развернуться, чтоб свалить отсюда подальше, – подтвердил я.

– Послушай, вопрос оплаты ведь можно решить, воевода! – Наана даже привстала на телеге, чтобы говорить тише, исключительно для меня.

А чтобы не потерять равновесие, как бы случайно опёрлась о мою ногу. Причём ладонь положила мне на бедро так, что ещё чуть‑чуть – и наше знакомство стало бы чрезмерным. Я даже уловил краем глаза ревнивый взгляд Элии. Можно было, конечно, сделать шаг назад от Нааны и дать ей упасть… Но всё же, согласно контракту, я обещал её и её имущество охранять. Не стоило нарушать соглашение даже в такой мелочи.

– Кажется, ты очень нравишься одной девушке в отряде!.. – заметила, между тем, Наана, тоже поймав ревнивый взгляд Элии. – И, кажется, вы даже близки…

– Это тебя не касается! – ответил я, сохранив внешнее спокойствие, но вышло резко. – Ну и как ты хотела предложить решить вопрос с оплатой?

– Ну, например… Зачем идти в Страж? Вы могли бы проводить нас сразу на север! – задумчиво прищурилась Наана. – Не заходя в другие поселения. И минуя Страж. Тогда я заплатила бы вам… Скажем, впятеро больше…

Она чуть пошевелила рукой, оглаживая моё бедро. А я подумал, что эта женщина, пожалуй, последний человек на много сиханов вокруг, кто вызывает желание физической близости. И не потому, что она была некрасива. Нет, Наана была весьма привлекательна. Но вот последствия близости с ней… Ничем хорошим это не могло закончиться.

К тому же, зачем мне она? У меня была Элия, которая мне нравилась, с которой было хорошо. Мчаться в объятия другой лишь потому, что она мне бедро погладила, вызывая определённый ответ организма на такие действия? Ну глупость же. Хотя, признаю, будь мне двадцать с хвостиком в первый раз, могло бы и сработать. Когда в голове мало опыта и мозгов, их легко заглушить зовом безотказной природы.

– Наш контракт заканчивается с прибытием в Страж, – отрезал я. – И до тех пор не считается выполненным. А перезаключать его нет смысла, пока не добрались.

Наана тяжело вздохнула и убрала руку с ноги.

– Упрямый ты, воевода! Тебе не хватает гибкости! – заявила она, усаживаясь обратно на телегу.

– Гибких я видел много и в Илосе, и в ханствах… – парировал я. – Но сюда добрался только упрямый я, Наана. Подумай об этом!

Я отвёл перехана от телеги купца и погрузился в мысли. Разговор с Нааной прошёл не впустую. Купец очень хотела избежать посещения Стража. Да и вообще заездов в какие‑либо поселения.

И если вспомнить о словах пленного кузнеца, выходило, что, как минимум, часть рассказанного им – правда. Если Наана принадлежит к группе избранных, которые заперлись в Святилище и Корабеле, значит, в любом другом месте она легко может потерять свой груз. Обозлённые местные его просто‑напросто силой отберут.

Я, правда, не понимал, почему она сразу не пошла из Блестящего Холма на восток по северному Предгорному Тракту… Однако, по всей видимости, причины были веские. Или демонов там, на севере, было больше. Или очередные разбойники закрывали путь.

А на нормальную охрану она, конечно же, пожадничала. Это мы ей достались по дешёвке, а наёмники Блестящего Холма наверняка запросили в несколько раз больше. По десять золотых на человека, как минимум. И это, если в охране наберётся полтысячи бойцов. Если же охраны будет меньше, то и сумма оплаты на каждого заметно возрастёт. Риск всё‑таки огромный.

Ночевать снова пришлось среди холмов. На картах многие подробности не были отрисованы, и казалось, будто пересечь гряду можно всего за день. А по факту, идти приходилось такими петлями, что маршрут увеличивался чуть ли не втрое.

Одно радовало. На следующий день путешествие по этим неприветливым землям подойдёт к концу. Тем более, если верить пометкам на карте, в Страже имелся хороший колодец. А значит, мы сможем пополнить запасы.

Ночь выдалась не самая спокойная. Сначала пришлось шёпотом уверять Элию, что я не собираюсь изменять ей с Нааной, и вообще, купец совершенно меня не привлекает. А потом то же самое пришлось доказывать делом. И не один раз.

Утро преподнесло новые сюрпризы. Не успели мы отъехать от лагеря на пару гонгов, как вернулся один из разведчиков. Впереди, рядом с дорогой, был обнаружен лагерь давешних военных из Стража.

А в лагере – телеги, пятнадцать трупов и лишь один выживший. Да и тот какой‑то странный.

Разведчикам я передал приказ не спускать с лагеря глаз. А сам, вместе с остальным караваном, продолжил путь. Когда за очередным поворотом открылось место происшествия, я приказал каравану остановиться. После чего спрыгнул с перехана и прошёл вперёд, к группе кочевников‑разведчиков.

Почти сразу ко мне присоединились Наана, Даян и… Элия. Которая шла так близко ко мне, что сразу становилось понятно: защищает от поползновений со стороны купца. Наану всё это действо, похоже, крайне забавляло. Во всяком случае, лицо у неё было довольное, будто сладостей объелась.

Подтянулись к лагерю и Истор с Гелаем, Севием и Тадаром. Все вместе мы и опросили стороживших лагерь разведчиков.

– Что нашли? – спросил я.

– Странно оно здесь всё, воевода… Ощущение, будто они между собой передрались! – признался кочевник, возглавлявший отряд. – Мы следы проверили. Получается, что никто в лагерь со стороны не входил. Значит, они приехали, встали на ночлег, а потом отчего‑то устроили драку между собой. Часть людей ушла, один выживший остался тут… Ну и телеги. У меня память хорошая, я ещё вчера запомнил, что и как там. Так вот, рогожу с них никто не снимал. Внутрь не лазили. Это и по следам вокруг видно.

– Сколько людей ушло? – спросил я.

– Точно определить не выйдет. Один камень вокруг. Да и животные разбежались. Однако по тому, что мы увидели… Наверно, человек пять! – отозвался разведчик.

– Хорошо, а где выживший, что с ним? – спросил я.

– Он не в себе, воевода. Вон, рядом с нашими сидит… – показал направление разведчик.

– Я пообщаюсь с ним, а вы проследите, чтобы сюда никто не совался… – попросил я. – И отправьте людей, чтобы собрали гнуров и переханов по округе!

К пленнику я двинулся не прямым путём. Всё же я человек, и некоторые мои решения, как бы я ни был в них поначалу уверен, позже вызывают сомнения. В общем, я до сих пор не знал, стоило ли вчера отпускать военных так запросто. Или надо было проверить их телеги?

Что ж, никто не запрещал мне сделать это сейчас. Я развязал тесёмки, откинул рогожу… И не без удивления уставился на плетёные ящики с сухими пайками.

Я хоть и не верил до конца пленным «разбойникам», но почему‑то не сомневался, что воины везут уголь. А вот теперь, проверяя телегу за телегой, понимал, что угля там никогда и не было. Я ни чёрного следа на стенках телег не нашёл.

Везде лежали сухие пайки.

– Разбойник соврал вчера? – то ли спросил, то ли утвердительно сообщил Гелай.

– Нет… Он верил в то, что говорил, – ответил я так тихо, чтобы Наана не услышала. – Они ошиблись… Уголь у них увёл кто‑то другой…

Разобравшись с этим вопросом, я отправился к выжившему. Однако пленник и в самом деле пребывал не в себе. Отвечать на вопросы он был не в состоянии. Только вздрагивал, косил глазом в сторону, а иногда раз за разом повторял:

– Не сейчас… Потом… Уже… Не сейчас… Цифра…

И так по кругу, снова и снова. Я не стал его пытать: бесполезно и бесчеловечно. Развернулся и отдал приказ своим людям: запрячь телеги, взять переханов под уздцы и готовиться ехать дальше.

– Что думаешь делать с добычей, воевода? – прежде чем мы ушли, промурлыкала Наана.

И будто специально встала так близко, что будь у неё грудь, она бы ею точно ко мне прижалась.

Элия сверкнула на «соперницу» глазами, но смолчала. Умная девушка понимала, что не стоит кидаться на нанимательницу, тем более, при всех. Однако взгляды на купца бросала такие, что я бы на месте Нааны боялся воспламениться. Жаль, этой змее было ни по чём.

– Отвезу в Страж, – определил я судьбу трофеев.

– А, может, продашь их мне? – быстро облизнув губы, спросила Наана. – Будь уверен, я предложу очень хорошую цену!..

И как‑то исхитрилась приблизиться так, что вроде и приличия не нарушила… Но всё же невзначай коснулась своими прелестями моей руки.

– Их везли в Страж! – отрезал я, стойко игнорируя домогательства. – Туда я их и доставлю.

– Но можно ведь не заезжать в Страж! – зарядила старую песню Наана.

Зато хотя бы прекратила издеваться над Элией, которая, казалось, вот‑вот взорвётся от злости.

– Нельзя! Мы едем в Страж! – вновь отрезал я, показывая всем видом, что вопрос не обсуждается.

Трупы я тоже осмотрел, кстати. И согласился с выводами разведчиков: воины дрались между собой. При этом одна часть отряда напала на другую очень неожиданно. Тех, кто был убит сразу, прямо на местах, где отдыхал, было гораздо больше, чем тех, кто умер, защищаясь.

Особенно показательной была смерть одного молодого воина. А вместе с ним и заместителя триосма, который вчера приходил на переговоры. Заместитель пытался убить юного соратника, однако тот успел вытащить кинжал и ударить в ответ. В итоге, умерли они оба. Парень, пронзённый и порезанный, лежал снизу. И всё ещё сжимал рукоять кинжала, вбитого в сердце заместителя триосма.

Картина, откровенно говоря, была загадочной. И, даже больше скажу, мистической. А ещё по‑настоящему страшной. Я не очень понимал, что заставило этих людей убивать друг друга. Пожалуй, во всей нашей компании, бродившей среди трупов, разве что Наана выглядела беспечно‑спокойной.

И, подозреваю, лишь потому, что не понимала, что здесь произошло.

– Да не поделили что‑то! – легкомысленно отмахнулась она от объяснений Даяна, главы охраны её каравана.

Даян растерянно посмотрел на меня, мол, ну не дура ли, а я просто пожал плечами. Втолковывать этой женщине очевидные вещи я не считал нужным. Если воины что‑то и не поделили, то почему победители ничего не взяли? Я вообще не хотел к Наане лишний раз подходить, чтобы не вызывать бурю со стороны Элии. Ещё женских разборок на почве ревности не хватало…

– Выжившего аккуратно связать, – приказал я. – И глаз с него не спускать. Пусть рядом с ним постоянно находится пара охранников. Не знаю, что тут было, но выглядит очень зловеще…

А спустя ещё чашу наш караван двинулся дальше по древней дороге. Здесь, среди холмов, она была в гораздо лучшем состоянии, чем на равнинах Серого Угорья. Поэтому скорость у нас нынче была приличная.

После полудня местность начала меняться. Холмы становились ниже, а их склоны – более пологими. Теперь это были не маленькие горы, а вполне обычные холмы.

Вместо сухой травы уже попадалась молодая, зелёная. Кое‑где виднелись целые заросли мха и лишайника, густо покрывавшего валуны. На склонах изредка мелькали чахлые низкорослые деревья, пустившие молодые листья после зимы. Дорога, и та, всё чаще и чаще вела по прямой.

А вскоре показалась и конечная цель нашего пути.

Крепость Страж была возведена на вершине окраинного холма, на пару сиханов удалённого от основной гряды. Это была древняя постройка, сделанная на совесть и на тысячелетия. Каменные блоки буквально врастали в склоны холма. Будто сама крепость была его природным продолжением.

Шесть высоких башен смотрели за округой с высоты. Толстые стены надёжно прикрывали внутренний двор и постройки. На шпилях сверкали позолотой стионские серпы.

А ниже развевались на ветру две синих ленты, которые ясно указывали: эта крепость представляет интересы Междуречья.

Что показалось мне странным… Ведь Страж находился в Приозёрье, которое было независимым образованием – хоть и союзным Междуречью и Приречью.

Однако вокруг было столько странностей, что чужие флаги над крепостями не вызывали удивления. Ну захотели в крепости украсить шпили синими лентами, так пожалуйста… Может, командиру гарнизона этот цвет очень нравится…

На склонах холма, вокруг крепости, приютился городок. Именно городок, а не город. Внутри виднелся купол храма, крыши и стены домиков с куполами и башенками‑ветрогонами. А местами проглядывала свежая зелень древесных крон. Небывалая роскошь по меркам земель, откуда мы прибыли.

Город был окружён приземистой стеной с такими же приземистыми башенками. Защита была, прямо скажем, хлипенькая. Внешние стены сложены из кирпича, а, скорее всего, внутри кладки – и вовсе сырец. На подобные постройки я насмотрелся за время странствий.

Нет, строили основательно, да и за укреплениями приглядывали. И всё же шесть скачков стены назвать серьёзной защитой язык бы не повернулся. В лучшем случае, поможет от небольшого отряда или от хищников, а вот основательные штурмы не сдержит.

Потому, видимо, и город был небольшой. Чтобы жители могли под прикрытием внешних стен вовремя спрятаться в крепости на вершине. Лишь в этом случае можно было выдержать долгую осаду. А поскольку крепость размерами была не слишком большой, то и город сильно не разрастался. Жители, видимо, понимали, что места внутри на всех может не хватить.

Вокруг города раскинулись поля. Сейчас они стояли пустыми. Зимний урожай, похоже, успели собрать, а новый пока не сеяли – хотя для сева было самое время. Но в ситуации, когда вот‑вот могут нагрянуть демоны, засев полей и впрямь выглядел рискованным.

Посевной материал потратишь, а вот урожай можешь не собрать. Ну и зачем тратить время и силы? Впрочем, парочка полей в отдалении была готова к посевной. Остальные лежали, укрытые соломой и сухой травой.

Между полями тянулись заросли кустарников и тех же чахлых деревьев, что росли на склонах холмов. Попытка сохранить почву от выветривания и опустынивания. Когда мы проезжали крайнее поле, я заметил в чащу кустов канаву, где что‑то поблёскивало. Скорее всего, вода. Город мог себе позволить орошение посевов.

Было бы интересно узнать, как оно осуществлялось. Но это, скорее, праздный интерес. Важнее было то, как нас сейчас встретят в крепости. Всё‑таки я подводил к городу практически армию в шесть тысяч бойцов. И если верить тому, что вчера сказал триосм, наши силы превосходили силы защитников Стража в несколько раз.

Караван я остановил в трёх полётах стрелы от города. Вперёд поехали я, Истор и Тадар с десятком охранников. Оружие с собой взяли, конечно. Мечи и топоры. Но, приблизившись к стенам, демонстративно обвязали его нитками. Чтобы достать было сложнее. И чтобы сразу было видно мирные намерения.

Это сработало. Суета на стенах поутихла, а вскоре ворота приоткрылись, и наружу вышел один человек. Судя по доспеху и умению себя держать, регой.

Возможно, даже из царских, но обедневших родов. Шёл он спокойно, не торопясь, не озираясь на крепость. Просто шёл поговорить.

И я, спустившись на землю, двинулся ему навстречу. Тоже пешком. Мы встретились на полпути к крепости. Сюда уже не долетали стрелы, но можно было быстро вернуться под защиту стрелков. Мужчина, вышедший на переговоры, был довольно молод – лет тридцать всего. Но видно было, что успел где‑то повоевать. Лицо показалось мне смутно знакомым. Однако я не сразу вспомнил, где именно его видел.

– Регой Ситранас, – представился он. – Командир гарнизона крепости Страж.

Мужчина на миг замолчал. А затем, прежде чем я успел ответить, добавил, внимательно следя за моим лицом:

– Прошу представиться, как велят Законы Воды и Песка!

Я удивился, но виду не подал. Только улыбнулся на слове «Пески».

– Я уважаю Законы Песка и Воды… Мир тебе, регой Ситранас, пусть всегда найдёшь ты тень в полуденный зной. Моё имя Ишер. Я триста пятнадцатый номер Гильдии Наёмников Илоса и воевода, возглавляющий большую часть людей за моей спиной. Со мной караван первого купца Священного Храма Нааны, что направляется в Святилище, – от меня не укрылось, как поморщился Ситранас на упоминании храма и города. – Я сопроводил её сюда согласно заключённому контракту.

Закончив, я снова посмотрел на командира. А затем дважды повторил его имя, вспоминая:

– Ситранас… Ситранас…

И лишь потом уверенно кивнул:

– Вторая триосмия внутренней стражи Замка Водопада.

– Ты же Ишер из внешней стражи Кечуна! – вспомнил он, разулыбавшись в ответ. – Добро пожаловать в Страж, братишка!.. И если поручишься за этот караван и своих людей, то и они пускай заходят…

Глава 106

Караван медленно подтягивался к распахнутым городским воротам. И хотя стража косилась на наше войско с подозрением, но для их командира моё слово оказалось важнее. Когда‑то давно Кечун и Долгая Осада пережевали нас всех и выплюнули, слепив в единое целое. И хотя затем мы разошлись по жизни своими путями, это чувство плеча никуда не исчезло.

– Разместим твоих в городе! – пообещал Ситранас. – Половина домов стоит пустой: люди либо свалили в Святилище, либо в Междуречье… Танас! Танас! Покажи гостям, где разместиться.

– Моих людей отдельно от людей купца! – не мешкая, попросил я.

– Вот сам Танасу сейчас и растолкуешь! – кивнул Ситранас. – Я, в рот мне ноги, вообще не понимаю, кто у тебя там кто…

Я отошёл от регоя и жестом позвал Истора с Тадаром. И, показав на воина, которого определили нам в помощь, дал указания:

– Нас разместят в городе. Селитесь рядом, а Наану с её людьми отдельно. Лучше всего сначала её заселить, а уж потом ищите дома для себя. Про дежурных не забываем. Мы хоть и в городе, но практически пустом. А значит, будьте готовы ко всему.

– А ты? – уточнил Истор.

– Пообщаюсь с регоем Ситранасом. Он ветеран Кечуна, и мы шапочно знакомы. Может, он мне растолкует, что за дерьмо здесь творится, – пояснил я.

– Ясно, воевода! – ответил Тадар. – Всё сделаем!

– Иди общайся! – подтвердил Истор.

– Готов? Разобрался со своими? – спросил Ситранас, когда я вернулся к нему.

– Указания раздал, а дальше справятся без меня, – подтвердил я.

– Тогда пошли в крепость, накатим по маленькой! – регой хлопнул меня по плечу.

– Подожди, у нас гостинец для тебя… – опомнился я, огляделся, нашёл глазами ближайшего сотника и заорал: – Гвел! Гвел! Найди трофейные телеги и выжившего! Катите их сюда!

– Что за телеги? – насторожился Ситранас.

– Да вот вчера наткнулись на твоих, похоже… – пояснил я, пока к нам подкатывали трофеи. – Одна триосмия, командир не представился. Мы помогли им, когда на них напали полторы сотни оборванцев. Оборванцы утверждали, что твои люди у них уголь увели.

– Да на кой мне их уголь⁈ – искренне удивившись, воскликнул Ситранос.

– Знаешь, на кой кому уголь, я разбираться не стал, – пожал я плечами. – Помог твоим, разбойников допросил, ну и… Казнить не стал. Не такие уж они и разбойники, как оказалось. Отпустил с миром.

– Ну и правильно. Нечего со стионцами отношения портить! – поддержал меня Ситранос.

– Я так и не понял, что у вас здесь творится, – честно добавил я. – Но явно какое‑то дерьмо…

– О‑о‑о‑о‑о! Брат, это ты верное слово подобрал! Ты просто размеры дерьма представить не можешь!.. – безрадостно хохотнул Ситранос. – Ну и что там с телегами и моими людьми?

– Сегодня утром мы набрели на их лагерь, – объяснил я. – По всему выходит, что они друг с другом передрались насмерть. И те, которые победили, ушли, бросив телеги.

– Дева Воды!.. Вот же… – Ситранос побледнел, помрачнел, но взял себя в руки и махнул рукой. – Я, честно скажу, сам ни демона не понимаю…

– Мы тоже. Однако телеги и одного выжившего захватили с собой. Выживший не в себе. На вопросы не отвечает. А телеги целы, да и пайки на месте.

– И как это мымра из Священного Храма лапу на них не наложила? – удивился Ситранос.

– Пыталась выкупить, конечно… Но я её послал, – улыбнулся я.

– А ты знаешь, что она сама везёт? – спросил регой, снова помрачнев.

– Догадываюсь, – ответил я. – Ты её, надеюсь, грабить не будешь?

– Не‑не… С этими храмовыми бабами лучше не связываться, брат. Там у них сейчас серьёзно всё… Ограблю её и, считай, труп… – он вздохнул. – Я‑то знаю, что эта стерва олово, небось, набрала. Опередила караван из Приречья и всё, что могла, вывезла. Караван через нас прошёл недавно. А ей больше неоткуда идти, судя по новостям с севера и запада.

– Надеюсь, приреченским олова тоже хватит… – нахмурился я.

– Воевода! Ишер! – это подошли илосцы, ведущие выжившего, который по‑прежнему бормотал себе под нос. – Как ты и просил!.. Телеги тоже подтянули!

– Спасибо, ребята! Идите отдыхать! – кивнул я.

– Тележечки! Еда! – обрадовался Ситранис. – Этого теперь надолго хватит! А это у нас Ферш… И что он там бормочет?

– Не вовремя, номер, уже, не сейчас… И всякое тому подобное по кругу, – пояснил я.

Ситранис подошёл к воину, прислушался и, прочистив ухо, помотал головой.

– Бред какой‑то, – согласился он. – Танас! Танас!.. Ай, демоны, я ведь его уже подпряг… Линош! Линош! Забери телеги, это наши все! Тащите их в амбар!

– Ясно, командир!

– Пошли, Ишер! – предложил Ситранис. – Пошли ко мне в кабинет, там посидим. Может, заодно Ферш прочухается…

Регой потянул выжившего за собой, а тот послушно пошёл за командиром, раз за разом повторяя свои излюбленные словечки, но таким тоном, будто жаловался. Я отправился за этими двоими следом.

– Да‑да, Ферш! Дам тебе выпить, бедолаге! – на особенно жалобный пассаж ответил подчинённому регой, а затем повернулся ко мне с хитринкой в глазах. – Ишер, братишка, а тебя твои вроде воеводой называли?

– Да, было такое, – кивнул я.

– А ты не тот ли воевода, который прошёл по землям ханств, загнал их всех воевать с демонами, а сам освободил пленников из Рамдуна и свалил в Эарадан? – пряча улыбку во взгляде, спросил Ситранис.

– Было такое… – усмехнулся я.

– О‑хо‑хо! А ты молодец! Прямо красавчик! – оценил Ситранис, наконец, расхохотавшись и хлопнув меня по плечу. – Я ещё тогда подумал, что ты и есть тот самый воевода, когда новости услышал!.. Подумал, ну кто ещё Ишером ребёнка назовёт в наше‑то время⁈

Тем, кто не знаком с двумя древними языками, дошедшими до наших дней, стоит знать: моё имя на одном из них означает «ошибка». Вообще‑то мои родители считали ошибкой не меня, а мой пол – потому что были уверены, что родится девочка. Но, демоны забери всех зубоскалов, кто будет узнавать подоплёку, если «и так всё с тобой, Ишер, ясно»?

– А ты хорошо потоптался на западе! А к нам‑то какими судьбами? – отсмеявшись, уточнил Ситранис.

– Так я потом на Сером Угорье демонов гонял. Но там уж больно крупные толпы шли в последнее время, – объяснил я. – Пришлось уходить на восток. Думал побродить вдоль Пограничных Холмов, повырезать тут гадов…

– Ценю! – Ситранис вновь хлопнул меня по плечу. – Достойно… Только это здесь, понимаешь, на гнилой стручок никому не нужно, братишка… Здесь, чтоб их всех гнуры драли, такой беспорядок в головах!..

Регой замолчал и остановился. Я тоже встал рядом, глядя на него. Когда Ситранис вновь заговорил, у него в голосе была такая тоска, что даже жалко его стало:

– Слушай, как всё просто было там, в Кечуне, а?.. Вот люди – это свои. Даже придурки – свои. Все понимали, что враг – это демоны. Как они появлялись, сразу обиды и драки в сторону, и мы толпой шли бить демонов. А здесь у нас что? Я даже не знаю, кто из людей против кого воюет! Понимаешь? Одни морщатся при упоминании Законов Песка, другие готовы за кусок угля удавить… Откуда в местных людях злоба такая ненормальная, Ишер?

– Поверь, в ханствах не лучше, – заметил я. – Они вообще Законы Песка и Воды забыли. Только и делают, что врут друг другу и предают один другого. Я столько за всю жизнь не врал, сколько там за одну четверть приходилось. Я даже… Слушай, мне там одному хану яйца пришлось отрезать, чтобы привести в чувство союзных мне на тот момент ханов!

– Аха‑ха‑ха‑ха! Прямо вот отрезать⁈ Совсем чик‑чик⁈ – обрадовался Ситранис.

– Да прямо вот чик‑чик… – кивнул я.

– Ну и зря только яйцами ограничился! Надо было ещё башку отпилить! – сделав выразительный жест, регой снова двинулся вверх по дороге, идущей серпантином к воротам крепости. – Эти сволочи одного купца несколько лет назад взяли в заложники. Просили у семьи за него огромный выкуп. Так семья не собрала, не смогла столько. А они голову ему отпилили, сунули в ящик с солью и отправили родным… Я думал, тогда всем миром на этих уродов навалятся и растопчут… А все языки в жопы засунули и как будто забыли.

– Недолюбливаю я политику, – признался я. – Как же многое из этого… Неправильно.

– Согласен с тобой, – Ситранис закивал. – Я так и сказал, когда ко мне все эти начали лезть с вопросами, на чьей я стороне… Я им знаешь, что сказал?

– Что? – поддержал я.

– Я им сказал, чтобы шли и поднимали свой вялый стручок, а не ко мне лезли. И даже показал со стены, какой стручок. А своим приказал над крепостью две ленты Междуречья вывесить. Чтобы все эти от нас отвалили! Зараза!.. – Ситранис даже покраснел и снова показал опущенный средний палец куда‑то в сторону севера. – Выкусите!..

– Давай ты мне подробно расскажешь, что у вас здесь, – предложил я. – Я когда допрашивал тех бедолаг, толком ничего и не понял. Только, что очень у вас дерьмово вокруг.

– Расскажу, брат! Хоть кому‑то от всего сердца пожалуюсь… Сил моих больше нет на всё это смотреть!.. – ответил Ситранис и дёрнул выжившего за руку. – Ферш, пошли, хорош слюну пускать!..

В крепость нас пустили через маленькую дверку сбоку от ворот, которые, похоже, вообще не собирались открывать. Кажется, Страж находился на осадном положении и выходить из него не планировал.

Я, Ситранис и Ферш разместились в просторном кабинете регоя, в плетёных креслах за резным каменным столом. Выживший так и пускал слюну, бормоча по кругу свои фразочки, а Ситранис принялся рассказывать мне, что здесь, в Приозёрье, творилось. И пусть его рассказ, изобилуя эмоциями, был довольно однобоким, но ещё детальнее раскрывал картину.

– Святилище с подачи Священного Храма давно воду мутит и песок стряхивает, ха‑ха! Оценил, да? Видишь ли, Закон Песка им не по нраву, слишком жестокий, и всё такое… А я ведь как считаю, Ишер? Понимаешь, Закон Песка – это закон мужчин. А Закон Воды – это закон женщин. А там же, в Священном Храме, одни бешеные бабы! Вот эти гади… Жрицы, то есть, и решили, что они главный пуп всего Края Людей. Им даже богиня отвечать перестала, понимаешь? А они всё не уймутся!..

– Подожди‑подожди! Так это не слухи, что богиня молчит? – удивился я.

– Да какие слухи⁈ У них в главном зале Храма вода с потолка капать перестала! Священные источники пересохли! Ни одного благословения уже лет пятнадцать никто не получал! За пятнадцать лет над полями Святилища ни одного дождя не пролилось! И это, чтобы их гунры драли, прямо на берегу Озера Тысячи Ключей и у подножия Арахаманы!..

– Вот те раз… – нахмурился я. – И что, ни у кого в голове не щёлкнуло, что не так что‑то?

– Щёлкнуло? Да чему там щёлкать, если там пусто, брат? Они всем, кому могли, головы этим дерьмом забили! Даже командующий всеми силами Стиона, регой Илан, который меня сюда поставил, и тот поддался этому безумию! – Ситранис отхлебнул из кружки. – Ишер, это дерьмо здесь далеко не первый год… Оно ещё до Кечуна начиналось. Я думал, когда на юг уходил, что вся эта история мозги людям вправит обратно, как какой‑нибудь вывих. Да вот, видишь, ошибался… С каждым годом хуже и хуже становилось. Эти чокнутые после Долгой Осады хоть и притихли, но продолжали своё продавливать…

– А что было потом? – уточнил я, когда он ненадолго замолчал.

– Ну а что могло быть? – вздохнул Ситранис. – Тут же никто в демонов не верил. Мои рассказы считали байками. Говорили, что преувеличиваю. Помнишь Фараба? Такой здоровый, как гнур, мужик? Он тоже отсюда был! Пытался проповедовать Закон Песка. Рассказывал людям, как оно там было в Кечуне… Так утопили его!..

– Кто? – моя бровь стремительно поползла вверх.

– Ну все догадываются, кто… Только доказательств нет! – с горечью стукнул кулаком по столу Ситранис. – Тут воинов больше нет, Ишер. Всех, кто был, замели ещё во время сбора войск в Приречье и Междуречье. А как их замели, некому стало противостоять этой гнили из Священного Храма. Местные правители и вовсе впали в истерику, как бабы… Ну и бабы эти бешеные из Храма тоже… Они все обосрались, понимаешь? Испугались, что их к войне с демонами привлекут. Раньше ведь как? Жрицы Священного Храма в первых рядах шли с ордой воевать. Помнишь старшую жрицу Тонию в Кечуне? Вот какими должны были жрицы Священного Храма быть!

Тония всегда была на стене. Всегда. Она молила Арахаману дать нам сил, и почему‑то силы у нас после её молитв всегда появлялись. А пока мы отсыпались после боя, Тония готовила ритуалы в городском храме, чтобы ослабить врага. Когда она погибла, разорванная надвое высшим демоном, плакал по ней весь осаждённый город.

– А так‑то горемыка из Стиона правильно рассказал. Эти жадюги тянули всё, что могли, в Святилище, строили там и в Корабеле свои эти корабли… Население нищало, но терпело. Думало ведь, что для них корабли строят. А я сразу понял, что не по нашу честь эти корыта. И даже не для корабелов, ха‑ха!.. Я даже не удивился, когда Святилище с Корабелом рассорились вдрызг!.. – Ситранис вновь грохнул кулаком по столу, отчего кружки подпрыгнули.