Текст книги "Цикл романов "Консультант". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Александра Торн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 101 (всего у книги 152 страниц)

Диего повернулся и увидел столб дыма, подсвеченный всполохами пламени, который поднимался над верфями. В этот же миг дальше, над предместьями Виллера, к небу протянулся еще один густой черный столб, а третий заклубился над центром города.

– Какого черта… – прошептал Уикхем.

Диана, побледнев от гнева, вырвала из его рук Морреля, отвесила ему затрещину и впечатала спиной в стену склада так, что ребра хрустнули; юнец заскулил.

– Ты, никчемный безмозглый недоносок! – прошипела Диана. Моррель слабо дернулся. – Что еще вы пожгли? Отвечай!

– Я не стану! – вякнул сын арматора.

– Не станешь? – с внезапной холодностью переспросила Диана. – Ладно. Держи его крепче.

Она швырнула юношу оборотню. Диего обхватил Морреля обеими руками, а мисс Уикхем коротко шепнула в ладонь заклинание – и тут же, без предупреждения, ткнула огненный шар прямо в лицо юноше.

– Не надо! Не трогайте меня! Пожалуйста!

– Что, вблизи уже не так нравится?

– Пустите меня! Вы… вы не можете…

– Отвечай, что еще вы подожгли!

– Верфь! – взвизгнул Моррель. – Верфь Сен-Мара! И фабрику! И еще контору!

– Ублюдки… – выдохнула Диана. – Там же люди!..

– Кто вам приказал? – спросил Диего.

– Неважно, – оборвала его мисс Уикхем, погасила шар и бросила на Морреля парализующие чары. Он тут же повис на руках Диего, как тряпка, и жалобно застонал. – Позже узнаем кто, когда допросим. Сейчас важнее успеть. – Она взглянула на столбы дыма и пламени. – Беги к верфи, а я открою портал в предместья на фабрику. Потом встретимся у конторы Сен-Мара.

* * *

Диего мчался по лабиринту складов, забросив Морреля на плечи. Щенок все еще ухитрялся что-то негодующе мычать, но оборотню было плевать – герон неугасимого огня потому и назывался неугасимым, что затушить это пламя было не под силу пожарным. И едва ли Анастазия научил молодых идиотов тому, как ограничивать действие герона.

Дым, гарь, крики и рев пламени привели Уикхема прямо к цели – верфи, где пылали два корабля Сен-Мара. Даже оборотень отпрянул от такого жара, прикрывая рукой лицо. К доку успела добраться местная пожарная бригада, к ней присоединились матросы, рабочие, грузчики – все, кто мог заливать огонь водой, но он пожирал ее, словно масло, и поднимался только выше. Языки пламени уже танцевали на мачтах. Одна со скрипом и треском рухнула на палубу и проломила ее до ватерлинии.

Диего бросил Морреля на бухту[29] 29
  Бухта – вид укладки снасти кольцами.


[Закрыть] веревок и ринулся к огромным огненным цветам. Уикхем хоть и был не особо хорошо в магии, все же знал заклятия и надеялся, что сумеет обезвредить герон, пока… хотя для людей, работавших на кораблях, все равно уже поздно. Они сгорели в таком пламени почти мгновенно.

В суете, дыме и адском жаре от бушующего пожара никто не обращал внимания на огромного мужчину, который ломился к огню, словно безумный самоубийца. Диего взбежал по остаткам обугленных мостков как можно ближе к пылающим остовам кораблей, собрал воедино, как его учили, волю, желание, воображение и крикнул:

– Ignis, mori![30] 30
  Огонь, умри! (лат.)


[Закрыть]

Огонь чуть дрогнул, затрепетал языками, словно живой, но и не подумал гаснуть. Рот, горло и легкие Уикхема наполнила удушливая гарь.

– Ignis, mori! – в отчаянии взревел он. – Ignis, mori!

Пламя изогнулось над ним, будто змея, обдало жаром лицо, осыпало искрами… и вдруг застыло, а потом стало медленно отползать. Диего судорожно закашлялся от дыма и снова прохрипел:

– Ignis… mori…

Жар стал чуть слабее. Диего даже успел обрадоваться, хотел еще раз выкрикнуть заклятие – но тут мимо него неспешно прошел человек в черном. Из-под шляпы странно блеснули темные глаза, будто подсвеченные слабым светом костра угли. Человек шел, не кашляя, не задыхаясь, прямо в огонь – перескочил с мостков на осевшую под весом мачты палубу и двинулся вперед, к носу корабля. Пламя отступало перед ним, втягивало жадные языки и стекало вниз, оставляя за собой почерневшие мачты, похожие на скелет, обугленные доски палубы и оголившиеся ребра бортов. Оборотень, завороженный этой безмолвной прогулкой, которую сопровождал лишь треск огня, невольно последовал за человеком в черном. Диего больше не чуял запаха, потому что обоняние отшибло, но уже понимал, кто это. Он знал только об одной, кому это было под силу когда-то…

Женщина в черном мужском платье прошла по кораблю от носа до кормы, и когда последние язычки пламени исчезли, повинуясь ее воле, легко перепрыгнула на палубу соседнего судна. Там огонь коснулся ее одежды и рук, но тут же отпрянул. Она же вдруг протянула к нему ладонь и погладила вьющиеся языки пламени – они облизали ее пальцы и рассыпались искрами. Диего уловил тихий вздох.

Она все так же молча зашагала по второму кораблю – перед ней катился огненный отлив, как вода в океане, обнажающая песок и камни по воле луны. Диего шел за женщиной до самого носа, где виднелись остатки носовой фигуры. Огонь скатился по ней и угас в соленой, маслянисто блестящей воде верфи. Женщина медленно провела рукой по лицу, пробормотала:

– Да, кое-что еще могу. – И провернулась к Диего: – Где твоя сестра, Уикхем?

– На фабрике, в предместьях.

Ведьма перевела взгляд на редеющий и медленно бледнеющий столб дыма. Второй такой же рассеивался там, где горела контора Сен-Мара.

– Девчонка с делом справилась, – удовлетворенно сказала мисс Рейден. – А ты оплошал. Впрочем, оборотни и магия… – Она хмыкнула. – Где вы уговорились встретиться?

– У конторы. Но она… мы вряд ли успеем…

– Я уже успела. Открыла портал прямо от нее сюда. Через него и вернемся. Ты что-то нес?

– Подозреваемого.

– А! Недурно. А где он?

– Я оставил его там. – Диего неопределенно махнул рукой в сторону причала. – Он не убежит. Диана связала его заклятием.

– Орать может?

– Нет.

– Отлично. Иди забери. Жду тебя у портала. Отсюда прямо и направо.

Мисс Рейден спрыгнула с останков корабля на причал и направилась к узкому тупичку между двумя складами с почерневшей от гари вывеской. Диего поспешил к Моррелю. Теперь, когда пожар был потушен, оборотня терзала тревога за сестру. Неугасимый огонь – это не шутка, в нем может погибнуть даже опытный чародей, если позволит пламени перекинуться на тело или одежду.

Моррель, которого он снова взвалил на плечи, уже смирился со своей судьбой и только слабо замычал, когда Уикхем быстрым шагом двинулся не к воротам, а в глубь верфей.

* * *

Они нашли Диану сидящей перед конторой Сен-Мара на некогда красивой зеленой скамейке. Сейчас краска почернела, вздулась, пошла пузырями и хлопьями. Девушка, уронив голову на руки, вся в черной копоти и пепле, сидела неподвижно, и только ее плечи слабо подрагивали.

Диего с невнятным хриплым возгласом бросил Морреля в руки ведьме, кинулся к сестре и прижал ее к себе. Диана вцепилась в его плащ, уткнулась лбом в грудь оборотня и, всхлипнув, прошептала:

– Сколько людей! Сколько людей…

Диего погладил ее по плечам и коснулся губами волос, посеревших от пепла – она где-то потеряла шляпку. Вокруг них сновали жандармы, пожарные, врачи, все еще раздавались крики и плач пострадавших и тех, кто уже понял, что их родные не вернутся домой. Ни на мужчину, который обнимал девушку, ни на ведьму с Моррелем никто не даже не взглянул; разве что быстро подбежал молодой человек с повязкой санитара, но мисс Рейден коротко бросила ему пару слов, он кивнул и исчез.

– Ну, полно, – наконец сказала ведьма с грубоватым сочувствием. – Ты сделала все что могла.

Диана, услышав знакомый голос, дернулась как подстреленная и чуть не вырвалась из объятий Диего. Оборотень мягко ее удержал.

– О, мисс! – Девушка вспыхнула и поспешно утерла слезы, размазав копоть по щекам и ладоням. – Простите! Я должна была… это я должна была догадаться! Мне нужно было успеть!

– Кто же мог знать, – мрачно буркнула наставница, – что бартолемиты так быстро вернутся к любимому занятию. Ну да ладно. Здесь мы уже сделали все, что следовало. К тому же мне изрядно надоело держать этого молодого человека, который пока что не приносит нам никакой пользы. Идите за мной.

Ведьма быстро направилась в сторону, противоположную Променаду. Уикхемы поспешили за ней. В толпе они ничем не выделялись среди прочих пострадавших, так что без помех добрались до тесной улочки, застроенной домами еще в XVI веке. Там находилась гостиница с историей в три столетия; хозяин стоял на пороге и с тревогой вглядывался и вслушивался в происходящее. Увидев мисс Рейден с друзьями, он поспешил раздать приказания слугам насчет еды, воды, вина, а когда Диего полез в карман за кошельком, замахал руками, поморщился и с возгласом «Не надо, не надо!» скрылся в кухне, откуда тут же донесся яростный грохот кастрюлек и сковород.

Ведьма, Уикхемы и Моррель поднялись на второй этаж, в номер, который сняла мисс Рейден. Слуги тут же принесли туда горячего супа, воды, льда, вина, хрустящего хлеба, сыра и множество полотенец. Один из слуг спросил о враче, но Диего ответил, что им помощь не требуется.

– Ну что ж, приступим, – деловито сказала ведьма, когда суета наконец улеглась. – Circulus silentii![31] 31
  Круг тишины! (лат.)


[Закрыть]

После этого никто не услышал бы из их комнаты ни звука. Затем Диана сняла с Морреля заклятие немоты, и он тут же огласил помещение отчаянным воплем:

– Помогите! Помогите! Спасите меня! Бандиты! Убийцы!

– О нет, это почетное звание принадлежит не нам, – холодно сказала ведьма, и Моррель заткнулся. – Ты не стал убийцей только благодаря ей. – Она кивнула на Диану. – А вот твои приятели, о которых ты нам сейчас расскажешь, уже наработали на виселицу… А! Или у вас тут убийц гильотинируют?

Юноша побледнел.

– Я вам ничего не скажу!

– Ладно, – пожала плечами мисс Рейден. – Я все равно проголодалась.

Она схватила юношу за руку и сломала ему палец. Моррель испустил дикий крик боли, а ведьма, наклонившись к нему, жадно ее впитала. Диана невольно придвинулась к Диего.

– Сюда придут! – простонал юноша. – Услышат меня и придут!

– Никто не придет. Твой бартолемит разве не рассказывал вам о чарах тишины?

Моррель слабо всхлипнул.

– Продолжим. – Ведьма взялась за второй палец, и сын почтенного арматора громко взвыл.

– Кто твои сообщники? – быстро спросил Диего.

– Каспар Дельмас, Ги де ла Ро, Люк Криспен!

– Кто вас этому всему научил?

– Я не знаю, – прошептал Моррель и тут же закричал: – Я правда не знаю! Не трогайте меня!

– Ну, хоть описать его ты сможешь?

– Высокий худой черноволосый мужчина, он говорил с иларским акцентом, он познакомился с нами в кружке…

– В каком еще кружке? – недоуменно нахмурился Уикхем.

– В кружке, где мы изучали труды ученых социалистов. Я не знаю, как он там оказался, ему на вид тридцать или тридцать пять, и шрам тут. – Моррель дернул рукой, но показать не смог из-за пут и сказал: – Через левую щеку, старый, бледный.

– Как от удара саблей, – пробормотала ведьма, и Диего понял, что ей этот тип тоже знаком. – И что же он вам рассказывал?

– О, ну… сначала мы говорили о различии идей Жюстена и Сен-Виктора…

– Праматерь! – поморщилась мисс Рейден. – Давай без этих подробностей. Сумасшедшие нас не интересуют.

– Он сказал, что Жюстен был еще и мистиком, и показал… – Моррель сглотнул. – Ну, показал кое-что. А потом некоторых пригласил к себе.

– В чем состоял ваш план? – вдруг спросила Диана. – Убить побольше людей барона?

– Н-ну… нет, он говорил, что это ради того, чтобы устрашить богачей и показать народу, как можно с ними бороться.

– А ты относишь себя к богачам? – полюбопытствовала ведьма. – Потому что для народа у тебя слишком холеные ручки и слишком дорогой сюртук.

Моррель покраснел.

– Ладно. Где этот ваш народный благодетель?

– Не знаю. Мы встречались в условных местах, когда он присылал нам сообщения.

– Где они?

– Мы всегда их сжигали.

– Ладно. Сейчас мисс вернет подвижность твоей руке, и ты напишешь нам адреса, где можно найти твоих приятелей.

– А потом? – пролепетал юноша.

– Потом пойдешь со мной.

– Нет!

– Как будто тебя кто-то спрашивает. Дай ему бумагу и карандаш, – велела оборотню мисс Рейден. – Пусть пишет.

– А вы? – спросила Диана. – Как вы здесь оказались?

– Меня прислал шеф, поглядеть на местный университет. У шефа есть подозрения, что адепты урода из Фаренцы принялись окучивать неокрепшие умы молодняка. Умы! – фыркнула ведьма. – Было бы о чем говорить. Социализм, тьфу!

– Вы останетесь?

– Нет. Я доставлю щенка к шефу, а вы возвращайтесь в деревню. Делайте что поручено. К тому же барона, видимо, теперь нужно еще и охранять.

Брат с сестрой переглянулись.

– Мы видели этого человека, – сказал Диего. – Он все это время находился в деревне. Он назвал себя Карл Анастазия, говорил, что доктор философии. Но он не пытался причинить вред ни нам, ни барону.

– Я бы не полагалась так на его добродушие. Напишите подробный рапорт, пришлите миледи и не затягивайте с делом. Чем скорее вы оттуда уберетесь – тем лучше.

* * *

Портал, открытый ведьмой, доставил Уикхемов к замку барона. То ли мисс Рейден на что-то намекала, то ли это вышло случайно, но брат с сестрой оказались прямо у донжона, и Диего даже показалось, что кто-то следил за ними сквозь ставни.

В имении Сен-Мара царила такая суета, что Уикхемов даже не сразу заметили. Они столкнулись с бароном нос к носу, когда тот стремительно шел к своей карете, окруженный телохранителями и мрачный как туча. За ними следовали взмыленные, несмотря на зимний морозец, гонцы – пока агент и рекруты Бюро боролись с пожарами, к владельцу кораблей, склада и конторы уже долетели плохие новости.

– Вы! – коротко гаркнул барон, когда Диана и ее брат заступили ему дорогу; затем он окинул рекрутов внимательным взглядом и помягче спросил: – Откуда вы в таком виде?

– Оттуда, куда вы направляетесь, – ответила девушка. – Хотя я бы не советовала.

– Это еще почему?

– Прежде чем вы уедете, мы должны сказать вам несколько слов по делу, для которого вы нас наняли, – произнес Диего.

Сен-Мар жестом велел слугам ждать и повернул к дому, на ходу бросив встревоженный взгляд на донжон.

Барон сам провел гостей к своему кабинету, оставил охрану за дверью и тщательно ее запер. Диана опустилась в кресло и, не дожидаясь вопросов со стороны нанимателя, коротко изложила все, что ему следовало знать. Сен-Мар слушал, не перебивая, а когда девушка закончила, сказал:

– Я уже знаю, чьих рук это дело. С полчаса назад я обнаружил, что на моем столе появилось письмо, которое само по себе сгорело через несколько минут после того, как я взял его в руки. Так что вам остается лишь поверить мне на слово.

– Что в нем было?

– Угрозы. Мне грозили потерей имущества, если я не соглашусь на требования, и обещали, что имущество – это только начало. – Барон грозно фыркнул: – Начало! Похоже, они считают, что я ставлю свою жизнь ниже своих кораблей и товаров!

– Однако вы наняли телохранителей и нас, – заметил Уикхем, – что осложнило задачу тех, кто пытался вас убить.

– Так что они покусились на источник дохода, – мрачно сказала Диана, которую любая мысль о потере денег приводила в крайне угнетенное расположение духа.

– За кого вы меня принимаете? – холодно ответил барон. – За торгаша вроде Моррелей? Люди, которые погибли в пожарах, служили мне и были под моей защитой! И я заставлю тех, кто их убил, поплатиться за преступление!

– О? Ну ладно, попробуйте. Но, может, вы наконец нам скажете, чего от вас требуют эти люди? – устало спросила мисс Уикхем.

Сен-Мар осекся, отступил, глаза его забегали, и он как-то сдавленно пробормотал:

– Мне нужно подумать над этим вопросом.

После чего он устремился к двери, на ходу бросив:

– Я предоставляю в ваше распоряжение лучшие комнаты в доме. Пошлите за вашими вещами в гостиницу. – И с этим скрылся за дверью.

Диана проводила его почти безразличным взглядом и, опустив голову на руку, прикрыла ладонью глаза.

Диего положил руку ей на плечо.

– Даже такая гнида понимает, что там погибли десятки людей, – прошептала девушка. – А этим – все равно!

Оборотень обнял ее, и она снова уткнулась лицом ему в грудь и всхлипнула.

– Ты не виновата, – тихо сказал Диего. – Никто не смог бы успеть.

– Но я должна была!

– Даже ведьме не удалось их спасти.

– Да потому что она и не пыталась!

– Это несправедливо, – сказал Диего. – Ты же знаешь, что она однажды сделала.

– Ох, да. – Диана отстранилась и вытерла щеки манжетой. – Что-то я расклеилась. Пойдем в комнаты. Мне нужна ванна и сон на несколько часов. Надеюсь, барон пробудет в городе допоздна, потому что у нас по плану сегодня еще одна встреча.

Она тихонько высморкалась, а Диего наконец вспомнил, что им назначил свидание загадочный узник в башне – предмет отчаянных поползновений бартолемитов и главное сокровище Сен-Мара, которое им следовало по приказу миледи выкрасть и доставить в штаб-квартиру Бюро.

* * *

Наступила полночь. Уикхемы, прикрывшись завесой невидимости, выскользнули из покоев для гостей, где их разместили по приказу барона, и тихонько прокрались к лестнице. Сам барон все еще не вернулся из Виллера; что же до гостевых покоев, то их охраняла недреманная стража, и это навело Диего на мысли о том, что под гостеприимством скрывался обычный арест.

Трое вооруженных слуг старательно таращили глаза в темноту, глядя сквозь брата и сестру, которые быстро спускались в бальную залу, чтобы выбраться из дома через большие окна, которые смотрели в сад. В бальной зале было темно, хоть человеческий глаз выколи, но оборотню вполне хватало света луны, который сочился между тяжелыми темными портьерами, закрывающими окна в пол. Диего взял сестру за руку, провел по зале к ближайшему окну и отодвинул портьеру. Девушка шепнула отмыкающее заклинание, и они вышли в сад.

По той же дорожке, по какой вел их барон во время праздника, Уикхемы добрались до донжона и обнаружили перед ним еще шестерых стражников. Число телохранителей Сан-Мара росло не по дням, а по часам.

Но он полагался не только на людей и ружья. Диего принюхался и уловил озоновый запах магии. Диана прочла несколько заклинаний и указала ему на синеватую полосу в снегу, окольцовывающую башню.

– Подстраховался, – шепнула девушка.

– Сможешь ее убрать?

Мисс Уикхем присела на корточки и некоторое время рылась в поясной сумке с амулетами и инструментами. Наконец девушка вытащила из нее пакетик с порошком, заклинанием пробудила герон на пакетике и аккуратно высыпала содержимое поверх синей полосы. Она несколько раз мигнула и погасла.

– Протискивайся осторожно, – велела брату Диана. Она проскользнула над обезвреженным участком защитной полосы с легкостью облачка. Диего, пыхтя, постарался ужаться как можно сильнее и боком перешагнул через порошок.

– Отлично. – Диана деловито огляделась. – Охрану мы не потревожили. Молнией нас тоже не поразило, значит, барон еще не так далеко продвинулся в магии. Но что дальше?

– Наверное, ждать, – предположил Диего.

– Ждать? – приуныла девушка. – А долго? Давай кинем в ставень камушком!

– В какой именно ставень? Мы же не знаем, где комнаты мальчика.

– Вот будет прекрасно, если он спит и десятый сон видит, забыв о нашей встрече, – проворчала мисс Уикхем. – Ну, давай хотя бы в башню зайдем! Мне не нравится торчать у них на виду даже под завесой.

Однако над защитой двери донжона Сен-Мар постарался куда сильнее, чем над линией на земле. Диана, высунув от усердия кончик языка, безуспешно шуршала в зачарованном замке то одним инструментом, то другим, пока Диего наконец не предложил:

– Давай я ее просто выбью.

– А вдруг там что-то взрывоопасное?

– Ну и что? Ладно, хочешь, перекинусь для большей безопасности?

Девушка недовольно нахмурилась, и тут в лоб оборотня ударил мелкий кусочек черепицы. Уикхем поднял голову и толкнул Диану в плечо: за ставнями второго этажа мелькал белый огонек.

– Вот вам и призрак королевы! – прошептала девушка.

Огонек несколько раз качнулся направо. Уикхемы переглянулись, и Диего сделал несколько шагов вправо от двери. Огонек закивал и то же скользнул вправо.

Обойдя донжон, брат с сестрой обнаружили узкую маленькую дверь, наполовину заколоченную. Под стрельчатым сводом виднелось забранное решеткой оконце. Здесь никакой магией не пахло.

Через несколько минут ожидания чуткий слух оборотня уловил за дверью еле слышные шаги. Под ставнем, что закрывал оконце за решеткой, мелькнул узкий луч света, а затем клацнула щеколда. Кто-то открыл ставень, и за решеткой, похожей на медовые соты, показалось лицо – точнее, верхняя его часть: падающие на высокий лоб темные кудри и плотно завязанные шелковым шарфом глаза.

– Э… доброй ночи, – пробормотала Диана, несколько опешив. – Как поживаете?

– Где медведь? – после короткой паузы отрывисто спросил баронский сын; голос у него был хрипловатый, но совсем юный. Диего по этому голосу дал бы ему не больше семнадцати-восемнадцати лет.

– Я здесь, – сказал оборотень и шагнул к двери.

Юноша повернул к нему голову, и у Диего возникло странное чувство, будто тот смотрит на него прямо сквозь платок.

– Надо же, – прошептал юноша. – Надо же! Никогда таких не видел… Кто ты такой? Кто твоя хозяйка?

– Я – Диана Уикхем, – представилась достойная дочь профессора. – Я не хозяйка Диего, я его сестра, и мы…

– Лжешь! – оборвал ее сын барона. – Он – не родня тебе по крови. Ничего общего, – тихо добавил юноша и снова завороженно уставился на Диего. Оборотня уже начало это смущать, и он отступил за спину Дианы.

– Мой отец усыновил Диего, так что он – мой брат не по крови, но по семье.

– У-сы-но-вил? – по слогам повторил молодой человек, до крайности удивленный этим фактом. – Какого черта профессор усыновляет говорящих медведей? Ты, – закрытые платком глаза обратились к оборотню, – что ты такое? Не человек, не полностью зверь, еще и говорящий!

– Во-первых, – суховато сказала Диана, – давайте-ка вести себя повежливей. Мой брат – оборотень. Один из последних своего племени.

– Оборотень! – восторженно прошептал юноша. – Такой страшный! Настоящий!

– Во-вторых, он не животное, чтобы обсуждать его в таком тоне. В-третьих, а вы кто, собственно говоря, такой?

– Шарль Мируэ… а вы что, разве не знаете?

– Ваш почтенный батюшка не соблаговолил вас представить.

– Странно, – пробормотал юноша. – Я-то думал… Нет, конечно, он не станет так делать! Тьфу, что это была за глупость! Не стоило и надеяться…

– Почему ваш отец прячет вас в башне? – спросила Диана, но парень ее, кажется, не услышал. Он о чем-то глубоко задумался, опустив голову и нахмурив брови.

– Разве мой отец позвал вас не для того, чтобы… меня вылечить? – наконец с запинкой спросил он.

– Вылечить? – мягко переспросила Диана. – От чего?

Юноша поднял руку и коснулся тонким пальцем своих глаз.

– От этого, – хрипло сказал он. – Я всегда просил его только об одном. Чтобы он нашел того, что вылечит меня от этого. Но он-то никогда не захочет, – с горечью добавил молодой человек

– Вылечить? Но вы не больны.

– А если я попрошу? Вы сможете?

– Но зачем? У вас особый, уникальный дар…

– Дар?! – гневно зашипел Мируэ. – Дар! Да пошли вы к черту! Такие же, как он!

Он захлопнул ставень, и Диего услышал, как юноша быстро взбегает по лестнице.

– Погодите! – крикнул оборотень и осторожно стукнул кулаком в дверь, чтобы случайно не выбить. – У нас нет лекарства, но мы способны помочь!

Шаги Мируэ замерли, а потом он, помедлив, спустился и буркнул:

– Помочь? Чем это?

– От вашей особенности нет лекарства, как и от моей, – сказал Уикхем, – но ее остроту можно уменьшить. Если вы откроете, я дам вам очки.

– Очки? – разочарованно повторил юноша. – Придурок! На что они мне? И я без стекол вижу столько, что ты бы от этого просто рехнулся!

– Я знаю. Это не просто стекла с дужками.

Протекла долгая минута, прежде чем Мируэ приоткрыл ставень и высунул в него руку. Диего достал из-за пазухи футляр с очками и вложил в узкую худую ладонь. Шарль развязал шарф, и он соскользнул на его плечи. Веки юноши были плотно закрыты, но он явно рассматривал футляр.

– И правда, – прошептал сын барона. – Особенные!

Он достал из футляра очки с круглыми светло-фиолетовыми стеклами, надел и поднял взгляд на Уикхемов. Глаза у него были большие, светло-карие, миндалевидные, как у девушки, с двумя золотистыми кольцами вокруг зрачка и радужки, и казались незрячими.

– Ну как? – спросил Диего.

– Намного лучше! – воскликнул Мируэ, вертя головой, как любопытный воробей. Он взглянул на Диану и покраснел; хотя видно это было только по алой краске, залившей лоб и скулы, потому что все остальное до сих пор скрывалось за дверью, забитой досками.

– Так вот, – выдохнул Мируэ, – вот как видят мир нормальные люди!

Он снова уставился на оборотня с жадным любопытством, так что даже глаза расширились.

– Ты ничего, – наконец изрек юноша. – Не такой страшный, как без них, – немного разочарованно добавил он, постучав пальцем по дужке, и тут же спросил: – А ты сильный?

Диего усмехнулся в усы:

– Да.

– Можешь выломать дверь?

– Нанести урон имуществу вашего батюшки?

Шарль громко фыркнул:

– Можно подумать, его это разорит! Я хочу выйти, а он зачем-то заколдовал дверь и выставил там охрану.

– А вы выходили раньше?

– Редко, – поколебавшись, ответил юноша. – Из-за моего этого, – он моргнул, – я не могу долго находиться там.

– Там?

– Снаружи. Я вижу, – он прерывисто выдохнул, – я вижу разное…

– Вы видите мир в истинном свете, – сказала Диана. – Ваш дар так и называется – Истинный Взор.

– Это хуже всего, – пробормотал Мируэ. – Видеть все, всегда, и я не могу прекратить! Я бы душу продал, чтобы избавиться от этого!

– Ну нет, зачем такие радикальные решения… Что это там? – Диана повернула голову в сторону парадного входа. Диего напряженно втянул ноздрями воздух. В ночном безветрии он уловил усилившийся запах магии. Сразу же за запахом последовал звук падения нескольких тел. Раздался слабый вскрик, и сразу же – треск магического тока и чей-то сдавленный вопль.

– В башне чужие! – изумленно воскликнул Мируэ.

– В башне бартолемиты! – зарычала Диана. – Диг, вышибай!

Оборотень вырвал дверь из проема и отшвырнул в сторону. За дверью оказался долговязый, тощий, как доска, юнец лет восемнадцати на вид, такой бледный, словно ни разу в жизни не выходил наружу. Он с криком отшатнулся от Уикхема и уперся спиной в старую лестницу. От нее до порога было едва три шага, и Диего услышал, как за стеной мечутся люди, с грохотом разбрасывая мебель.

– Не подходи! – крикнул Мируэ, выхватив из-за пояса длинный кухонный нож. Диего вырвал оружие из руки щенка, подхватил его и взвалил на плечо.

– Пусти! Пусти меня, скотина!

Стена под лестницей содрогнулась и пошла трещинами. Уикхем выскочил наружу за секунду до того, как стена лопнула, словно мыльный пузырь.

– Scutem![32] 32
  Щит! (лат.)


[Закрыть] – крикнула Диана.

Невидимый щит прикрыл их от града осколков, а над проломом в стене прогремел знакомый Уикхемам голос:

– Вы что делаете, идиоты?! Мальчишку велено доставить живым!

В оседающей каменной пыли и хлопьях известки появились три человека, но четвертый растолкал их, бросился к пролому, вскинул руку, в которой вспыхнул огненный шар, – и замер. Перед Уикхемами стоял доктор Анастазия, но почему-то вместо того, чтобы метнуть шар, он застыл, пристально глядя на Диего.

– Отдайте мальчика, – тихо сказал профессор, но оборотень отступил, крепче прижав к себе мальчишку, который извивался в его руках, как змея, тщетно пытаясь вырваться.

– Чего вы ждете?! – крикнул из-за его спины бартолемит. – Убейте их!

– Сами убивайте, – ответил Анастазия, погасил шар и отступил, скрестив руки на груди.

– Беги отсюда! – яростно зашипела Диана. – И щенка с собой забери!

– Но… как же… а ты?!

– Отвлеку их на себя!

– Но я…

– Ты вернешься за мной. Диг, беги! – Она повернулась к щиту, который уже задрожал под градом заклятий со стороны бартолемитов, вскинула руки и развела их в стороны. Между ее ладонями вспыхнула огненная дуга. Мируэ от изумления даже перестал брыкаться. Оборотень сделал шаг назад, другой, третий, развернулся и опрометью бросился прочь от дома.

Риада, замок Редферн

Маргарет пригубила чай и открыла еще одно досье на кандидата в рекруты. Сегодня ей не очень хотелось этим заниматься, но предстояло одно неприятное дело – точнее, еще один допрос, и она хотела оттянуть этот момент. Энджел, который уже почуял неладное, с неестественным энтузиазмом читал досье через ее глаза; Джеймс после подвига в Ла Мадрине отправился вздремнуть и до сих пор спал с чувством выполненного долга. Пойманных бартолемитов мисс Шеридан передала в руки ведьмы и более не волновалась об их судьбе. Еще никому не удавалось утаить что-либо от Джен, когда она была голодна.

Наконец стук в дверь прервал интереснейшее чтение; Маргарет с удовольствием захлопнула папку, щелкнула пальцами, и дверь отворилась.

– Шеф уже говорил вам, чтоб вы такого не делали, – недовольно сказала ведьма. – Вдруг это не я?

– Ну да, вдруг это прокравшийся в замок бартолемит. Он-то точно будет стучать.

– Шеф просит вас спуститься в тюремный блок.

– Пленные рассказали что-то важное? – оживилась Маргарет; Энджел принялся расталкивать Джеймса.

– Нет, эти пока все еще рассказывают. Я их основательно разговорила. – Джен сыто облизнулась. – Немного отощала, пока была в Виллере, добывая щенка, на которого шеф и просит вас взглянуть. Там есть еще один – говорит, перспективный.

Мисс Шеридан поднялась, накинула жакет и в сопровождении Джен направилась в тюремный блок. Ведьма за минувшие почти два года прониклась к ней некоторым почтением – хотя довольно часто смотрела на нее, как кошка, которая видит призраков. Маргарет от этого было неуютно – ей казалось, что ведьма различает души Редфернов.

Дядя поджидал их в кабинете над допросными. На столе стояло большое зеркало. В нем отражалась камера на двоих – на одной койке съежился белокурый молодой человек в хорошем костюме, который, однако, пребывал в полном беспорядке; на другой сидел юноша с темными вьющимися волосами и черными глазами, с любопытством разглядывающий соседа по камере.

– Добрый день, дядя, – сказала мисс Шеридан и потрепала по ушам Кусача, который радостно устремился ей навстречу, размахивая хвостом-бубликом. – Ты звал?

– Да. Присаживайся, посмотришь на театр.

– Театр?

Бреннон замялся.

– Так мы во время оно, когда я еще служил в полиции, называли подсаживание одного уголовника в камеру к другому, чтобы разговорить обоих, – быстро пробормотал он.

Маргарет улыбнулась. Дядюшка по привычке волновался насчет того, что можно, а что нельзя слышать юной леди.

– Кто это?

– Беленький – мальчишка из Виллера, – пояснила Джен. – Некий Флоран Моррель. Черненький – Паоло Челлини, пойман в Иларе после попытки пролезть к Фаренце.

«Отважная душа», – заметил Энджел.

«Малолетний идиот, – добавил Джеймс и тут же обеспокоенно спросил: – Надеюсь, никто из них нам не родственник?»

«Не похоже. О втором мальчике упоминал дядя, а вот первый… впрочем, сейчас узнаем».