Текст книги "Цикл романов "Консультант". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Александра Торн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 152 страниц)

1 января

– Итого у нас один сгоревший труп, он же отец Грейс, неизвестно сколько тел из крипты и сорок шесть пострадавших в давке, – заключил Бреннон.

Шеф полиции пыхнул сигарой.

– Что дальше?

– Кеннеди сортирует уцелевшие останки из крипты. Я велел полицейским прочесать соседние кварталы – может, найдут еще кости. Вокруг храма выставил оцепление. Все работы в церкви прекращены, жителям приказано держаться подальше. – Бреннон кашлянул. – Сэр, нам понадобится помощь попов.

Бройд поднял бровь:

– Вы же атеист.

– Я, может, и атеист, но если они обольют паперть святой водой, прочитают молитвы и обложат храм святыми дарами или что у них там есть…

– Вы не доверяете консультанту?

– Доверяю. Но подстраховаться не помешает. Однако святош вам придется взять на себя, сэр.

– Уж конечно, – хмыкнул Бройд. – Вы почему-то вызываете у них нервные корчи. Я поговорю с епископом. Что еще?

Комиссар поднялся и подошел к окну. Ему казалось, что даже отсюда видно, как слабоумные зеваки вереницами тянутся к церкви Святой Елены.

– Лонгсдейл говорит, что это нечисть. Я сейчас иду к нему и попрошу выдать всем парням в оцеплении какие-нибудь амулеты.

Бройд смотрел на подчиненного поверх сигары внимательно и серьезно.

– Я понимаю, как это звучит, сэр, но…

– Я вам верю, – сказал шеф. – Но, помнится, Лонгсдейл уверял, что нечисть нельзя убить.

– Это так, – подтвердил Натан.

– Что же вы собираетесь делать?

Бреннон помолчал, подбирая слова.

– Ну, для начала пусть консультант выяснит, что это за тварь. А потом, – комиссар пригладил бородку, – потом… Он упоминал, что нечисть может превратить храм в свое гнездо. Может, если спалить ее берлогу…

– Я не думаю, что это хорошая идея – жечь существо, которое и так может превратить в костер целую церковь, – заметил Бройд.

– Ну, не спалить. Взорвать к чертовой матери и солью все засыпать.

– Солью?

– Суеверия, – буркнул Бреннон. – Лет тридцать назад в деревнях верили, что если дурное место засыпать солью, то нечистый дух из него уйдет.

– Проконсультируйтесь у Лонгсдейла.

– Еще, сэр. Я думаю, надо вывезти жителей соседних домов. Хотя бы на время.

– Как вы это им объясните?

– Я найду предлог.

– Бреннон, это может вызвать – да что там! – вызовет, не сомневайтесь, такую панику, что…

– Сэр, нам крупно повезло, что в давке никто не погиб, и я не хочу искушать судьбу по второму разу. Лонгсдейл не сказал, что жрет эта паскуда, – но я уверен, именно десяток-другой людей ей и нужен для плотного обеда.

– Тогда почему она вчера никого не съела? – осведомился шеф.

– Не знаю. Спрошу у Лонгсдейла. Он уже должен был оклематься.

– Ладно, идите, Натан. Как ваша племянница?

– С ней все в порядке, благодарю, сэр. Хотя от страха у нее немного отшибло память.

– Ничего удивительного, – проворчал Бройд. – Трое полицейских вчера заявили, что хотят уволиться. А ведь крепкие мужики…

Бреннон вздохнул.

– Я с ними поговорю, сэр.

Выйдя на улицу, комиссар с некоторым беспокойством посмотрел на кафе миссис ван Аллен. За последние дни он ни разу не видел вдову, хотя заходил по два-три раза (может быть, побуждаемый тревогой). В кафе хозяйничали Виктор и ее старшая дочь Марион, но никто из молодых людей больше не заговаривал с Натаном о миссис ван Аллен. А комиссар не чувствовал себя настолько близким другом семьи, чтобы первым спросить о ее здоровье.

Бреннон быстро дошел до дома восемьдесят шесть. Рейден впустил его: видимо, консультант наконец выспался.

«Убить его, значит, нельзя, – некстати подумал Натан, – а бессонницей уморить можно? Что за чушь – убить нельзя! А если голову отрезать?»

Лонгсдейл ждал посетителя в той маленькой гостиной, где Бреннон и шеф полиции коротали ночь после встречи с утбурдом. Пес, лежавший у камина, в знак приветствия приподнял морду и тут же снова опустил ее на лапы.

– Несладко тебе пришлось, приятель? – спросил комиссар, отметив странную апатию животного.

– Это отнимает силы, – сказал консультант. – Даже в отсутствие хозяина прогулка по логову нечисти – не самое простое дело.

– А главное – бесполезное. – Бреннон занял кресло напротив. – Вряд ли он поделится с нами впечатлениями.

– Я знаю, что он там видел.

– Он написал вам доклад в двух частях?

– Я смотрел его глазами, – произнес Лонгсдейл, не замечая, что снова пошатнул перед собеседником картину мира. – Собственно, это и вызвало некоторый упадок сил.

Рейден, который внес поднос с напитками, тихо, но выразительно фыркнул. Бреннон приник к стакану, чтобы успокоиться. Переведя дух, комиссар бегло описал, что уже сделано и что намерен сделать. Лапа отвернулся от камина и внимательно слушал, поблескивая глазами из недр густой гривы.

– По-вашему, это все имеет смысл?

Консультант задумчиво кивнул.

– Но вы понимаете, что это временные меры?

– За этим я и пришел. Что это за холера? Как нечисть вообще оказалась в храме? Разве… ну, разве церковь – это не последнее место, в которое она сунется?

– Обычное заблуждение. Церквей избегает нежить, а вот нечисть с удовольствием их оскверняет, если удается.

– Тогда какой смысл тащить в оцепление церковные цацки и читать псалмы или что у них там?

– Я не говорю, что это не сработает как механизм защиты людей, – возразил Лонгсдейл. – Я сказал, что изгнать нечисть с их помощью нельзя.

– А убить? Убить ее можно?

Пес фыркнул не менее выразительно, чем дворецкий.

– Нет. Это истинно бессмертный дух, и смерти для него нет.

Комиссар обдумал это странное выражение.

– А что же для них есть?

– Заточение или изгнание туда, откуда они пришли.

– На ту сторону?

Лонгсдейл кивнул.

– Ну ладно, – недовольно сказал Бреннон. – Начнем по порядку. Жертвой стал священник церкви Святой Елены отец Адам Грейс. Я полагаю, его прикончил тот, кто вызвал эту тварь. Но кто тогда нарисовал на двери этот ваш замок?

– Отец Грейс.

– То есть нарисовал замок, зашел обратно в церковь и дал себя убить?

– Ну…

Бреннон поднялся, сунул руки в карманы и описал круг по комнате.

– Ведь если патер нарисовал там эту штуку – получалось, что он знал, какая гадина может выползти на свет. Вдруг он вообще ожидал, что его попытаются убить, и понадеялся на то, что справится с убийцей… Вы сможете определить, когда этот замок нарисовали?

– Я попробую. Но зачем?

– Затем, – наставительно сказал комиссар, – что если отец Грейс разбирался в этой ереси не хуже вас и нарисовал замок в ночь смерти – то картина одна. В этом случае выходит, что он ждал нападения, и попытался к нему приготовиться. А вот если замок начертили задолго до этого – то получается, что Грейс мог стать настоятелем, знать не зная ни о каком замке, и оказался просто случайной жертвой. А вот в первом случае – есть шанс, что он знал убийцу, и тогда…

– Либо отца Грейса принесли в жертву, – перебил консультант.

Натан остановился.

– Чего?

– Мне нужно увидеть кости из крипты.

– Кеннеди еще сортирует…

– В четыре руки дело пойдет быстрее. – Лонгсдейл встал и позвонил.

Дворецкий явился так быстро, словно подслушивал у замочной скважины.

– В департаменте нужны защитные обереги от нечисти. Сколько штук?

– Ну, двадцать или тридцать…

– Двадцать или тридцать. Займитесь ими, Рейден. Когда закончите, пришлите в отдел комиссара Бреннона.

– А он успеет? – спросил Натан.

– До вечера? Почему нет?

«Потому что в доме ноль прислуги и у вашего дворецкого дел по горло», – хотел сказать комиссар, но решил приберечь это на потом.

– Кстати говоря, – продолжал Лонгсдейл, набрасывая шарф, – ваш патер мог и сам взывать к той стороне. Так что…

– Не вяжется. Во-первых, зачем он стал бы делать это в церкви? Во-вторых, с чего бы тогда нечисти его убивать? В-третьих, кто ему разрезал поджилки?

Пес насмешливо уставился на комиссара, словно такая самоуверенность его забавляла. Консультант улыбнулся.

– Ну, что касается «во-первых» – церковь ничуть не хуже любого другого места. В ней никого не бывает ночами. Что до «во-вторых» – чаще всего именно так и заканчивают все эти вызыватели демонов и прочие чернокнижники. Дозваться-то легко, а потом тварь с той стороны не без аппетита сожрет новоявленного повелителя на завтрак. Ну, а «в-третьих»… В-третьих, вы же не думаете, что я – единственный охотник в мире?

– Так что – вас таких много? – без малейшего восторга осведомился комиссар.

– Уж точно больше одного.

– Я бы на вашем месте так не радовался, – буркнул Натан.

Благородный мститель – охотник за чернокнижниками! Только этого для полного счастья не хватает…

Маргарет сидела у себя в комнате и занималась самым подходящим для юной леди делом – обклеивала ракушками шкатулку. Компаньонка, изрядно потрепанная после беседы с миссис Шеридан, не спускала с подопечной бдительного ока, другим оком следя за сюжетными извивами романа «Любовь среди роз». Насколько Маргарет знала матушку, домашний арест мог длиться и месяц, и два, в зависимости от тяжести преступления, которую миссис Шеридан еще не определила. Хотя первый день заключения едва перевалил за половину, девушке уже хотелось влезть на стену и повыть. Впрочем, может, дело в запахе клея…

Маргарет вытерла руки влажной салфеткой, поставила шкатулку на окно для просушки и села в кресло. На столике лежала стопка книг, и мисс Шеридан без особого интереса раскрыла второй том «Графа Вампира». Со стороны компаньонки донесся слабый всхлип – видимо, любовь в розах дошла до острого момента.

В памяти Маргарет день на мосту остался россыпью ярких картинок, очень четких – ровно до того момента, как лошади прыгнули в канал. Разбившийся об ограду экипаж был последним ясным воспоминанием. Маргарет смутно помнила, что забрела в какой-то квартал, но не могла сказать, как она туда попала и каким образом вернулась к мосту. Ясность возвращалась в ее память только после появления дяди и консультанта, точнее – консультанта и дяди. Хотя мистер Лонгсдейл стоял в тени церкви, его она заметила первым, и после этого туман в голове стал рассеиваться.

Мисс Шеридан перелистнула страничку и отрешенно уставилась на вампирического графа, который грозно нависал над несчастной девицей в белом. Когда кругом темнота и почти ничего не видно, кроме клыков и глаз, то все кажется куда страшнее, чем на самом деле. Было ли в храме что-то действительно настолько пугающее, чтоб отбить память, или все дело в тени и дымке внутри?

Маргарет вспомнила все события шаг за шагом и снова остановилась перед разбитым экипажем. Она была уверена, что видела после этого что-то еще, но это «еще» терялось в таком густом мареве, будто происходило во сне. Запутанные тесные улочки да запах мусорных куч – вот и все, что удержала ее память. Мисс Шеридан брезгливо поморщилась. Но все же бесформенное серое облако, которое заполняло всю церковь изнутри, – неужели оно тоже ей привиделось? Тогда зачем там был консультант из дядиного отдела?

Постепенно мысли Маргарет сосредоточились вокруг мистера Лонгсдейла. Он оказался совсем не похож на молодых наследников или еще не очень пожилых владельцев своего дела, которые обычно окружали мисс Шеридан плотным облаком всякий раз, стоило ей показаться в обществе. Пусть он вел себя просто вопиюще невежливо, Маргарет не могла не признать, что консультант гораздо красивее всех ее поклонников вместе взятых. Ни почтенные негоцианты, ни их сыновья не могли похвастаться орлиным профилем и такой шириной плеч. В основном их отличали ширина талии и обхват живота.

Девушка бросила книгу на диван и подошла к окну. Мисс Тэй тревожно встрепенулась, словно опасаясь, что подопечная сейчас умчится на волю через форточку. Миссис Шеридан не выбирала выражений («Мы платим вам не за то, чтобы нашу дочь разыскивали на улицах полицейские!»), и Маргарет вздохнула. Компаньонку, конечно, жалко, но любопытство намного сильнее.

– Мисс Тэй, вы хотите булочек? Или, может, пирогов с корицей?

Компаньонка оцепенела, стиснув «Любовь среди роз». Похоже, она судорожно соображала, чего еще ждать от благовоспитанной дочери респектабельных родителей, и никак не могла уловить, где подвох.

– А вы, мисс? – наконец спросила она.

– Хочу. – Маргарет присела на краешек кресла рядом и устремила на компаньонку полный раскаяния взгляд. – Я спрошу разрешения у матушки, не волнуйтесь.

– На что?! – вскрикнула мисс Тэй.

– На поездку в кафе «Раковина». Впрочем, если вы волнуетесь, то с нами поедет мой старший брат.

Компаньонка растерянно заморгала. Она оберегала честь юной мисс всего два месяца, а предыдущая дуэнья не успела поделиться своим плачевным опытом.

– Хорошо, мисс. Я… – Мисс Тэй глотнула воздуху, набираясь сил. – Я сейчас спрошу вашу матушку.

Маргарет озарила ее сияющей улыбкой. Компаньонка вышла и заперла дверь на ключ. Девушка откинулась на спинку кресла и снова предалась воспоминаниям. Ей еще ни разу не доводилось стирать кровь с чужого лица, и это оказалось куда увлекательнее, чем все, что могли предложить ей респектабельные ухажеры. Глаза у консультанта были очень яркие, голубые, и когда его взгляд впервые сосредоточился на мисс Шеридан, она ощутила, что он смотрит на нее совершенно иначе, чем другие. Как бы прочие джентльмены ни восхищались ее красотой, Маргарет не покидало смутное чувство, что для них она товар на полке и главное – собственно, ее товарный вид и размер приданого.

– Ваша матушка уехала с визитами, мисс, – сообщила мисс Тэй, вернувшись.

Девушка с трудом усидела на месте.

– Ну тогда мы можем ехать и без Эдвина!

– Но, юная леди, ваша матушка ясно сказала, что пока она вам не разрешит выходить на улицу, вы будете сидеть здесь.

– Так ведь кафе «Раковина» как раз напротив полицейского департамента, где работает мой дядя. Что там со мной может случиться?

– Вы, мисс, сбежали от меня, когда я выбирала гирлянды в совершенно приличном магазине.

– Я не сбежала, – возразила девушка. – Я просто вышла на улицу, а там началась паника, и я растерялась в толпе. Вы же не виноваты в том, что они все побежали. Но здесь-то что может случиться? Под боком у всей городской полиции?

– Ну, мисс, только если вы ни на шаг от меня не отойдете…

– О, конечно! Я вовсе не хочу вновь оказаться в каком-нибудь ужасном месте! – Компаньонка все еще колебалась, и девушка добавила: – Мама вернется только часа через три.

– Хорошо, юная леди, – наконец решилась мисс Тэй. – Но я с вас глаз не спущу!

«Да ради бога», – подумала Маргарет.

Вывеска над кафе скорее напоминала не раковину, а пышный сдобный рогалик. Окна светились теплым золотом; в одном из них, над вывеской, девушка заметила высокую женскую фигуру – женщина стояла спиной к свету, и можно было различить лишь силуэт.

«Та самая миссис ван Аллен», – хмыкнула Маргарет. Женская половина семейства Бреннон с нетерпением ждала, когда же последний холостяк в роду наконец наденет на даму сердца фату и кольцо, а мужская уже принимала ставки.

Мисс Тэй, увидев, что подопечная привезла ее не в какой-то притон, а к вполне приличному заведению, заметно расслабилась и покровительственно взяла Маргарет под руку. Девушка бегло осмотрелась и пересчитала окна кафе, из которых было видно улицу. Прямо перед ней внутрь забежали двое молодых полицейских, и Маргарет натянула шляпку пониже. Еще не хватало появления дяди, вооруженного громом и молниями!

– Ох, где же мы сядем? – расстроенно пробормотала мисс Тэй, когда их с порога окатил теплый воздух, аромат корицы и гул голосов. Кафе было забито под завязку; в углу двое официантов под руководством молодого человека ставили дополнительные узкие столы и табуреты. – Да тут яблоку негде упасть!

– Еще бы, в такой-то холод. – Маргарет принялась решительно проталкиваться к официантам. – Простите! Простите, пожалуйста, можно вас?

Молодой человек обернулся, уставился на мисс Шеридан и стремительно залился краской от корней волос до воротничка. Маргарет с удовольствием узнала симптомы, которые вызывала у молодых и не очень джентльменов, и подумала, что этот хотя бы высок, красив и белокур. Девушка нежно улыбнулась:

– Добрый день. Скажите, я и моя компаньонка – мы можем занять пару табуреток?

– А? – глухо выдавила жертва. – А, д-да, да, сейчас, м-мисс… мисс…

– Мисс Шеридан, – послышался рядом мягкий голос.

Маргарет подпрыгнула от неожиданности.

– Матушка! – очнулся молодой человек. – Зачем вы вышли? Здесь душно и слишком шумно, а вам нужен покой.

– Виктор, мой старший сын, – представила блондина миссис ван Аллен.

– Очень приятно, – пробормотала Маргарет.

Вдова показалась ей не очень здоровой или, скорее, очень уставшей, но сейчас девушку больше беспокоило, когда же прозвучит «Ну а теперь я пошлю за вашим дядей».

– Виктор, усади гостей. Примите заказ, – велела хозяйка официанту, любезно кивнула Маргарет на прощание и ускользнула в толпу.

– Прошу, мисс. – Послушный сын отодвинул для девушки табуретку.

Мисс Шеридан благодарно улыбнулась, шагнула ближе, и ван Аллена снова окатило густым румянцем.

– Послушайте, – зашептала Маргарет, – пожалуйста, посадите мою компаньонку – вон ту! – за другой стол и отвлеките ее! Скажите, что не можете меня найти!

– Но мисс…

– Пожалуйста! Мне нужно ненадолго уйти. Я вернусь, обещаю!

– Я не уверен… То есть я же не знаю…

– Спасибо! – пылко выдохнула Маргарет ему в ухо и юркнула в толпу посетителей, кое-как пробилась к выходу и вырвалась на волю.

Обернувшись, чтобы закрыть двери, девушка встретилась взглядом с миссис ван Аллен. Вдова каким-то образом оказалась у самого порога. Она неожиданно коснулась руки девушки длинными теплыми пальцами и несильно сжала, будто не решалась удержать. Мисс Шеридан непроизвольно подалась назад, и миссис ван Аллен выпустила ее запястье. Двери захлопнулись. Маргарет ошеломленно замерла, удивленная не то странной улыбкой хозяйки, не то темной синевой ее глаз. Всего за несколько минут до этого девушка была уверена, что они светло-голубые. На руке еще остался теплый след, и мисс Шеридан поторопилась натянуть перчатку.

Время приближалось к пяти часам, и в городе уже стемнело. Маргарет сбежала с крыльца, торопливо огляделась и решила в первую очередь отойти подальше от дядиных владений. Разобрав номера домов на белых табличках, девушка быстро зашагала к дому восемьдесят шесть, о котором случайно обмолвился Риган, пока она давала показания в департаменте. Конечно, юным леди не пристало бродить в темноте даже по главным улицам, но она не собиралась надолго задерживаться.

«Если он не человек, то и дом у него тоже не человеческий, – рассудила Маргарет. – А вдруг он действительно спит в гробу?! Вдруг там в саду есть склеп… Хотя откуда взяться склепу посреди респектабельного сада? Да и соседи заметят…»

Дом восемьдесят шесть удачно расположился между двумя фонарями – первый еще не дотягивался светом до ворот, а второй озарял только угол ограды, и потому особняк, сад и собственно ограда почти целиком тонули в тени. Маргарет остановилась на противоположной стороне, напротив ворот. По улице сновали редкие прохожие, и на девушку никто не обращал внимания.

В доме не горело ни единого огонька. Вдруг дверь отворилась, и на крыльце появился дворецкий. То есть Маргарет решила, что это дворецкий – разглядеть лицо с такого расстояния, да еще и в густых сумерках разве что вампир и смог бы. Дворецкий запер замок, пересек сад и вышел за ограду. В руке у него был чемоданчик, который мужчина поставил на тротуар, пока закрывал калитку для прислуги. Чемоданчик напоминал медицинский, разве что чуть больше; дворецкий подхватил его и направился к департаменту. Маргарет подождала, пока этот тип скроется в здании, перебежала улицу и остановилась перед калиткой, растерянно и нетерпеливо покусывая губу.

Дом окружала ограда из серого камня, с коваными темными остриями поверху. Ворота и калитка тоже были кованые, выкрашенные в черный. Острые углы в ажурных воротах переплетались в замысловатый рисунок. Мисс Шеридан довольно долго разглядывала узор, пытаясь уловить картинку, и наконец осторожно потянулась к калитке.

– Нет, – тихо выдохнул кто-то девушке в ухо, и мужская рука крепко стиснула ее запястье.

Маргарет пронзительно взвизгнула и попыталась вырваться. Освободить руку не удалось, но девушка развернулась на каблуках и уставилась на высокого худого джентльмена, который успешно прятал в тени лицо. Маргарет дернулась изо всех сил, но хватка не ослабла, а джентльмен даже не шелохнулся.

– Вы кто такой?! Пустите!

– Не надо трогать все без разбора.

– Пустите сейчас же!

– Заколдовано, – сказал незнакомец.

Это было единственное слово, способное мигом утихомирить мисс Шеридан.

– Правда? – прошептала она и жадно уставилась на решетку.

Джентльмен коснулся ограды, и по решетке стрельнул красный огонек.

– О! – восторженно выдохнула девушка.

Незнакомец уверенно развернул ее к темному проулку между домами восемьдесят шесть и восемьдесят четыре и потащил туда. Мисс Шеридан залилась краской смущения и негодования – он так крепко стискивал ее запястье, что уже пальцы немели, а еще она оказалась в полуобъятиях незнакомого мужчины, и на них уже оглядывались. Она яростно ткнула незнакомца локтем в бок, но он даже не поморщился, лишь на миг сбавил шаг около фонаря. Маргарет заметила блеснувшие из-под шляпы большие темные глаза.

– Да вы издеваетесь, – вдруг прошипел он. – Опять вы?!

– Что значит опять?

Они уже нырнули в проулок, тем самым перестали привлекать внимание прохожих, и джентльмен снова зашипел на Маргарет не хуже змеи:

– Что вы тут делаете? Шпионите?! За кем? Кто вы такая?

Мисс Шеридан безуспешно дернулась раз, другой и наконец злобно шлепнула свободной рукой его по лицу. Попала в челюсть и вскрикнула от боли – она оказалась очень твердой!

– Вы что себе позволяете? – гораздо спокойней спросил джентльмен, пока Маргарет дула на пальцы. – Это так теперь учат девиц себя вести?

– А вы кто такой, чтобы предъявлять претензии? – Маргарет чуть не прикусила язык, распознав матушкину интонацию. – Воспитанные люди не хватают девушек на улицах!

– Приличные девицы не бродят по улицам в одиночку в такое время.

Мисс Шеридан уже открыла рот для гневной отповеди, благо тут было что сказать, но стоило ей случайно взглянуть на улицу, как монолог испарился, оставив всего два слова:

– Ох, господи! Смотрите!

– Что? – Незнакомец окинул улицу долгим взглядом.

– Да не туда! Тени, тени!

Роксвилл-стрит опустела, будто прохожие инстинктивно поспешили убраться прочь. Фонари выхватывали из ночного мрака круги света, и между ними по снегу волной скользила пепельная тень. Как прибой, она то подкатывалась к оградам домов, то отступала к середине тротуара, избегая света. Над ней колыхалась прозрачная дымка, словно щупальца подводной твари или длинные космы водорослей. В слабом ветерке запахло гарью – еле уловимо, но отчетливо.

– Видите? – прошептала Маргарет.

– Нет. Я же говорил вам… – Джентльмен оборвал фразу и пробормотал: – Ах да. Вы не помните.

– Не помню что?

Не отвечая, он сунул руку во внутренний карман сюртука. Девушка замерла в предвкушении – что он достанет: волшебную палочку? могучий амулет? серебряный крест с частичкой святых мощей? Или… Джентльмен вытащил из кармана круглые очки с зеленоватыми стеклами и нацепил их на нос. Такого разочарования Маргарет не испытывала лет с шести, когда поймала отца за подсовыванием подарков под елку.

– Ну как, теперь лучше? – ехидно спросила мисс Шеридан.

Незнакомец наконец выпустил ее руку и придвинулся ближе к дому, следя за передвижениями тени.

– Она ищет, – сказал он.

– Что ищет?

– Вместилище. – Джентльмен перевел взгляд на особняк. – Это здесь сгорела вся семья во время пожара?

– Да, но…

– Значит, подойдет.

– Что подойдет? Для чего? – Не получив ответа, Маргарет нетерпеливо дернула его за отворот сюртука. – Зачем ему дом? Разве нечистый дух не должен вселяться в людей?

– Нечистый дух, – отозвался джентльмен, – ничего вам не должен. Вместилищем может быть все что угодно. Однако хозяева не торопятся.

Он, неразборчиво бормоча себе под нос, начертил на стене какой-то знак. Замысловатый символ вспыхнул красноватым огоньком, метнулся по кладке к воротам и заскакал, как белка, по кованому узору. Ограда отозвалась возмущенным звоном и россыпью цветных бликов. Тень на улице встрепенулась и быстро заскользила к дому.

– Вы колдун? – восторженно прошептала Маргарет.

Джентльмен насмешливо поднял бровь:

– Начали с пощечин, заканчиваем оскорблениями?

– Я не… – Мисс Шеридан смолкла.

Этот крючконосый профиль казался ей знакомым. Но где же она могла его видеть?

Тень легла перед домом. Дымка над ней, густея на глазах, поднималась ввысь, и вскоре улицу затянула густая пелена, сквозь которую едва просачивался свет фонарей. Сердце Маргарет кольнуло, и она невольно прижалась к незнакомцу, стиснула его локоть, словно он мог что-то сделать. Тень перетекла через бордюр. Тонкие щупальца поползли к ограде, скользнули по стене, задымились и с шипением отдернулись. Ажурная ковка налилась тусклым свечением. Тень издала глухой урчаще-чмокающий звук. Джентльмен высвободил руку и подтолкнул Маргарет себе за спину.

– Что это? – прошептала девушка.

– В халифате их зовут ифритами. Кто-то основательно потрудился, – пробормотал незнакомец, снял очки и сунул в карман.

– Вы что? – зашипела Маргарет. – С ума сошли? Вы же ничего не видите без них!

Джентльмен взял ее руку и прижал к ограде – каменная кладка мелко дрожала.

– Чувствуете? Не хочу получить стеклянные осколки в глаза, когда ифрит войдет в силу.

По раствору между камней поползла чернота. Чугунное кружево ворот вдруг стало просветляться, словно превращалось в стекло. Тень перед ними выгнулась дугой.

– Тем более, – меланхолично сказал незнакомец, – что теперь даже я вижу… Интересно, – полушепотом, почти про себя, продолжал он, – кто перековал ворота? Вряд ли предыдущий хозяин… А! – Он встрепенулся. – Вот и колдун. Явился наконец, – и насмешливо взглянул на Маргарет. – Самый настоящий колдун, как вы хотели.

Девушка осторожно выглянула из-за его плеча. Сквозь черную дымку Маргарет с трудом разглядела человека, который бежал со стороны департамента к дому восемьдесят шесть.

«Не он», – разочарованно подумала мисс Шеридан: для Лонгсдейла колдун был слишком худощав и ниже ростом. Вдруг перед ним распустилась огненная вспышка и осветила лицо.

– Это же дворецкий! – возмущенно воскликнула Маргарет.

Огненное ядро прорезало густую дымку, задело краем тень и расплескалось у ворот. К небу взметнулась прозрачная пламенеющая стена. Дворецкий остановился у края тени. Сквозь мутную взвесь пепла Маргарет различила только очертания узкого лица и глаза, горящие темно-оранжевым огнем.

– Колдун, – негромко, с равной долей отвращения и презрения, проговорил джентльмен. – Цепной пес.

– Но как же он прогонит ифрита огнем, если тот и сам может сжечь тут все дотла? – робко спросила Маргарет.

– Дело не в огне.

Горбоносый посмотрел на девушку, и ей вновь почудился знакомым этот долгий внимательный взгляд, и худое лицо, и большие, очень темные глаза… На улице полыхнуло так, что резкая вспышка высветила и его зрачки, и радужки, выкрасив их в зеленовато-карий. Джентльмен схватил Маргарет и втолкнул в самую глубь переулка, прижал к ограде и замер, глядя в сторону улицы. Девушка чувствовала исходящий от его рук и одежды запах каких-то химикатов, и тепло его тела, и то, как раскаляется стена за ее спиной.

– Вы должны ему помочь! – четко произнесла Маргарет.

– С какой это стати?

– Вы же колдун!

– Я человек, – резко сказал незнакомец. – И нечего лезть между колдуном и ифритом в разгар драки.

Он сжал трость, которая болталась у него на запястье на ременной петле, провел линию по снегу и начертил над ней три символа.

– Что это за рисунок на воротах? – спросила Маргарет. – Какой-то круг с листьями и дугами.

Джентльмен снова поглядел на нее – с одобрением и даже некоторым интересом.

– Это вид герона. Защитный знак, кото…

Над улицей взмыл огненный столб, расползаясь в небе большим облаком; раздался такой рев, что Маргарет вместе с незнакомцем вдавило в стену. Снег вскипел, и линия с символами исчезла. Слов, которые вырвались у джентльмена, мисс Шеридан не поняла, но вряд ли это были заклинания. Сквозь пылающее облако пронесся дымный вихрь, здания ощутимо тряхнуло. Раскатистый рев затих, рассыпавшись эхом по Роксвилл-стрит. На улице недолго горел розоватый огонь, понемногу истаивая, как сахар в кипятке. Наконец он угас, и наступила тишина.

Мисс Шеридан осторожно отлепилась от стены и двинулась вперед. Раздраженное «Куда?!» она пропустила мимо ушей, тем более что благодаря кринолину Маргарет приложило слабее, чем незнакомца. Девушка опасливо выглянула из-за угла ограды. Тень исчезла; ворота слабо тлели, и колдун стоял на коленях, спиной к ним, закрыв лицо руками. Ветер катал его шляпу по тротуару и трепал черные волосы. Маргарет кашлянула.

– С ума сошли? – зашипел незнакомец ей в ухо. – Не лезьте!..

Колдун заметно вздрогнул и вдруг упруго вскочил на ноги, как дикий зверь. Одним скачком он оказался около Маргарет, и тут джентльмен буквально швырнул девушку ему в руки. Колдун пошатнулся, мисс Шеридан вцепилась в него в попытке устоять на ногах и после нескольких па безумного танца обнаружила, что осталась на улице наедине с дворецким. Горбоносый незнакомец пропал; даже призрак не смог бы рассосаться во мраке так бесшумно.

– Ты еще кто? – спросил колдун низким хриплым голосом, сжимая Маргарет за локти.

– Я племянница комиссара Бреннона, мисс Шеридан, – холодно сказала девушка.

– А, черт, – ответил дворецкий. – Забыл.

Глаза у него теперь были черные, и смотрел он на редкость нагло. В смысле без малейшего почтения.

– Какого дьявола ты тут потеряла?

Маргарет поперхнулась от негодования.

– Как вы смеете!

– Так, – дворецкий щелкнул пальцами, и шляпа влетела к нему в руки, – мне некогда возиться. Где твоя нянька?

– Моя компаньонка в кафе «Раковина».

– А вы отошли на три шага и заблудились, – процедил колдун. – Но не бойтесь, дорогая мэм, я вас туда верну.

Он вдруг схватил Маргарет за подбородок, но не успела девушка испугаться пульсирующего в темноте его глаз огня, как дворецкий сам отстранился, и на его лице мелькнуло настороженное удивление.

– Я провожу вас, мисс, – почтительно сказал он, крепко взял обалдевшую Маргарет за руку и повлек к кафе «Раковина», что сияло в темноте нежным золотистым светом.

– Ограбил, значит? – спросил Бреннон.

Подозреваемый кивнул и шмыгнул разбитым носом.

– А топором зачем зарубил?

Преступник сплюнул кровь.

– Дак это… Орали шибко.

– Что, и младенец тоже?

– Не знаю, – буркнул несостоявшийся грабитель. – Нашло что-то. Как затмение какое. Ей-бо, не вру. – Он перекрестился большим пальцем.

В дверь допросной постучали.

– Сэр, – неуверенно позвал Келли, – вас мистер Кеннеди и этот… очень просят.