Текст книги ""Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Виктор Стогнев

Соавторы: Виктор Стогнев,Кирико Кири,Квинтус Номен,Петр Блэк
сообщить о нарушении

Текущая страница: 231 (всего у книги 351 страниц)

– Как и есть ресурсы защищать дом Барбинери, – ответил глава семьи Шнейрдент. – Не зря тогда все подозревали, что он может быть из спецслужб. Это не просто мальчишка, который имеет талант пробиваться наверх. У него за спиной или какой-то куратор из столицы, или свои собственные достаточно внушительные силы. Едва появился он, Марианетта тут же вернула контроль над своими тремя несчастными предприятиями, и сократила на одну четвёртую личную гвардию Крансельвадских.

– А вон и сами Крансельвадские, – кивнул Арден Лорье. – Предъявят претензии или будут улыбаться и делать вид, что ничего не произошло?

– А что им предъявлять? Что они не смогли отобрать бизнес и были избиты одинокой женщиной на её же территории? От позора не отмоются.

– Думаете, у них теперь есть своя маленькая армия, чтобы не бояться их? – спросила другая женщина.

– Гвардия? Вполне, – кивнул глава дома Даркмод. – У парня есть ресурсы и немаленькие. А значит теперь они есть и у Марианетты. Они явно теперь работают вместе. Того глядишь, и она может припомнить старые обиды.

Все смолкли, вспоминая те дни, когда её семью уничтожали, но никто так и не вступился за них. Кому-то было не до этого, кто-то не хотел проблем и портить отношения с влиятельными домами столицы. А кто-то в этом ещё и участвовал.

– От крови устанем отмываться… – негромко произнёс Джеферсон Голд.

Он слушал все эти слухи и не верил, что такое может произойти. Однако дома, которые считали себя самыми умными и сильными, долго не жили. Всегда должен был быть запасной план. Например, дочери, которые помогут установить кровное родство и обезопасить от войны.

А главы семей тем временем продолжали наблюдать за гостьей.

Глава 66

– Да, мой сын рассказывал о вас, – окинул старик взглядом меня с ног до головы. – Лучший по математике, победитель олимпиаде. Вы очень заметная и очень занимательная личность, юноша, что иногда может выйти боком.

– Не сказать, что я бы хотел подобного, господин Крансельвадский. Просто так выходит.

– Я бы на вашем месте был бы чуть-чуть спокойнее и рассудительнее. Молодые всегда хотят всегда и сразу, но это до добра не доводит. Я знаю по себе, уж поверьте. Поэтому лучше несколько раз подумать, прежде чем толкаться локтями. Прислушайтесь к совету старика.

– Непременно.

– Занимаетесь чем-нибудь?

– Учусь. Общаюсь с Марианеттой.

– О, так вы уже на «ты», это очень мило, – посмотрел он на неё. – Рад, что для вас жизнь продолжается, госпожа Барбинери. Как говорится, не стоит зацикливаться на прошлом.

– О, не беспокойтесь об этом, – ответила она с улыбкой. – У меня большие планы на будущее.

– Рад это слышать. Что касается вас, юноша, то я слышал, что ваша прошлая встреча с моим сыном прошла не очень удачно.

– Да, он не постучался в дверь, когда пришёл к нам. Я лишь немного напомнил ему о правилах приличия. Не более.

– Немного? А вы дерзкий молодой человек, – заметил старик. С его сухих губ не спадала улыбка.

– Не могу сказать про себя того же, господин Крансельвадский. Я живу, учусь, отстаиваю свои интересы, не более, – покачал я головой.

– Такие люди пригодились бы в любой семье.

Намёк на присоединение к ним? Да, но я вижу по его глазам, старик понимает, что я никогда на это не соглашусь.

– Я уже нашёл семью, в которой я пригожусь, мистер Крансельвадский.

– Брабинери? – бросил он взгляд на невозмутимую Марианетту.

– Именно.

– А вы не боитесь, что с вас спросят за содеянное, молодой человек? В этом мире любой поступок имеет последствия.

– Тогда бы я предпочёл знать, сколько в вашей личной гвардии людей, господин Крансельвадский.

– Зачем это? – я смог даже заставить его немного удивиться. Хотя ответ был банален.

– Чтобы потом не пришлось созваниваться с вами при пересчёте всех желающих спросить, – ответил я невозмутимо.

Повисла тишина, после которой он рассмеялся.

– Ваш язык остёр, молодой человек, остёр, – погрозил он пальцем.

В этот момент вмешалась Марианетта.

– Прошу прощения, что прерываю вашу беседу, господин Крансельвадский, но нам надо ещё поприветствовать других гостей.

– Да-да, я понимаю, понимаю… – закивал он. – Тогда не смею вас больше задерживать, госпожа Барбинери. Хорошего вам вечера, надеюсь, что мы ещё пообщаемся.

– Непременно, – кивнула она ему и подхватила меня за локоть, намекая, чтобы я уводил нас отсюда. Мне повторять второй раз было не обязательно.

Я повёл Марианетту прочь от старика, чувствуя себя странно. Она молчала, пусть и выглядела столь же безмятежной, как и прежде, будто не разговаривала с теми, кто приложил руку к разрушению её семьи.

– Ты хорошо держался, – негромко похвалила она меня.

– Там не было ради чего держаться, Марианетта, – ответил я. – Просто старик, просто борзая семья.

– Борзая семья, – рассмеялась она. – Так это ты видишь?

– Я другого не понимаю. Как вы можете улыбаться им после того, как они сделали подобное с вашей семьёй и пытались ещё и ограбить?

– Игра. Это всё игра, Грант. На людях ты улыбаешься, приветствуешь всех, желаешь здоровья, а за спиной грызёшься и дерёшься. Приходится следовать правилам, чтобы не скатиться в анархию.

– Это всё лицемерие.

– Естественно, – не стала она отрицать. – Будь уверен, что у меня было не меньше желания наброситься и выцарапать им глаза, чем у тебя. Но надо ходить с гордо поднятой головой, и показывать, что тебя ни капельки не трогают их попытки задеть. Гордость и достоинство.

– Мне сложно связать гордость и достоинство с этим обществом, – ответил я, окидывая взглядом зал. – Зачем они подошли к нам?

– Посмотреть на тебя, – просто ответила Марианетта. – Оценить, взглянуть на твой характер, на твоё умение держаться. Это очень важно, ведь всё всегда зависит от главы семьи.

– Я не глава вашей семьи.

– Но ты нас защитил, а значит именно ты стоишь между мной и их семьёй. Умеешь ли ты держать себя в руках, будешь лебезить или говорить чётко и прямо. Показываешь страх или уверенность – это очень важно, чтобы понять, чего ждать от тебя. Да и думаю, что главе Крансельвадских было просто интересно лично взглянуть на того, кто едва не забрал у него среднего сына.

– У нас будут проблемы?

– Рано или поздно они точно будут. Но сейчас Крансельвадским требуется собрать силы, оценить угрозу и решить, стоит ли с нами вообще связываться. С одной стороны, на их репутацию бросили тень, что может плохо сказаться на попытке создать собственный дом. С другой, потери могут перевесить все преимущества. Поэтому оценить тебя, будешь ли ты сразу готов вцепиться им в горло, почувствовав угрозу своим интересам, для старика было важно.

– Он оценил?

– О, он хорошо тебя оценил, – рассмеялась она.

Мы ходили медленно по залу, где Марианетта показывала мне присутствующих. Она знала здесь почти всех. Рассказывала, кто чем занимается, какое имеет влияние в обществе и с кем мне стоит познакомиться, а кого избегать.

– А ты не хочешь с ними поздороваться? – поинтересовался я.

– Это будет выглядеть неловко, если я буду к каждому подходить и здороваться, не находишь? Будто бегаю по залу и пытаюсь подольститься, ища поддержки. Нет, мы не за кем не бегаем, у нас есть гордость, и с кем надо, мы поздороваемся. К тому же у нас есть ты.

– Я?

– Ты, – кивнула она с улыбкой. – Ты вызываешь интерес у людей, а потому они точно захотят лично с тобой перекинуться парочкой слов. А теперь… так, видишь тех дам, что стоят вместе?

Я нашёл взглядом группу женщин, человек семь, что переговаривались между собой, бросая на нас косые взгляды.

– Да.

– Надо подойти к ним и поздороваться. Оставишь меня с ними, пожалуйста?

– Не думаю, что они хотят нашего общества.

– Дело не в том, что они хотят. Дело в том, чтобы ты должен показать. Показать, что у тебя всё хорошо, что ты не сломлен и полон сил. Никто не должен видеть твоей слабости, потому что как ты себя покажешь, так к тебе и будут относиться.

– Даже если все знают, что ты не можешь дать сдачи?

– Ну… сейчас-то это не так, – улыбнулась Марианетта. – Сейчас у меня всё хорошо, я полна сил и стремлений. Будущее ждёт, как говорил мой муж.

Её умению двигаться вперёд несмотря на то, что она потеряла всё, вызывало уважение. Как и то, что Марианетта продолжала улыбаться в лицо всем тем людям, которые её ненавидели.

Я отвёл её к женскому обществу, которые по большей части пытались оценить меня, а не её.

– Господа, – кивнула она. – Рада видеть всех вас в добром здравии.

– Госпожа Марианетта, – кивнули они в ответ, не спуская с меня глаз.

– Позвольте представить. Мистер Роковски. Очень целеустремлённый и перспективный молодой человек.

– Перспективный? – улыбнулась одна из них. – Марианетта, не уж то тебя потянуло на молодых?

– Ох, Алиси, скрой свою зависть, – рассмеялась она, отмахнувшись грациозно рукой. – Мы лишь работаем вместе.

– Над чем же? – улыбнулась другая.

– Над всем, – ответила та весело.

– Грант… Грант-Грант-Грант… Я где-то о вас слышала, – одна из присутствующих внимательно вглядывалась в моё лицо.

– Наверное, оттуда же, откуда и все. В полиции ошиблись и вместо опасного преступника задержали меня, а потом долго извинялись, – ударил я наперёд.

– Полиция? А вы опасен, молодой человек.

– Не опаснее коварных женщин, госпожа, – слегка поклонился я, и женское общество на пару с Марианеттой рассмеялись.

Все женщины смотрели на меня заинтересованным взглядом. Одна даже подмигнула мне. Но я чувствовал себя, как человек, которого растянули на операционном столе и хотят вскрыть ради интереса.

И тем не менее Марианетта смогла завладеть их вниманием, позволив мне ретироваться. И если быть честным, то я чувствовал себя куда спокойнее и увереннее в мужском обществе, чем в женском. Ещё в Империи я уяснил для себя одно – женщины были не менее коварны, чем хаос. У нас были женские ордена, как Дочери Войны. И пусть они были слабее орденов космодесантников, это не мешало соперничать с другими на равных.

* * *

– Давно мы с тобой не виделись, Марианетта, – улыбнулась одна из присутствующих. – А потому рассказывай, что за юноша рядом с тобой?

– Мой деловой партнёр. Я наняла его помочь мне по поместью.

– Такого молодого?

– Дело не в молодости, а во внутреннем стержне, – улыбнулась она.

– Так-так-так, о каком именно стержне идёт речь? – подалась вперёд одна из женщин с коварной улыбкой. – Я что-то упустила?

– Ой, молчи ты, – задвинула её обратно на место другая, но сама же и подалась вперёд. – И как? Между вами… ну… есть что-то?

– Бизнес.

– Это так теперь называется? – пошутил кто-то, и все рассмеялись. Кто-то, пряча улыбку за веером, кто-то в ладошку, кто-то открыто.

Улыбнулась и Марианетта.

– Просто бизнес. Мне не хватает людей в поместье, а он из тех, кто умеет находить нужных людей и контролировать всё, несмотря на возраст. Из него вырастет хороший человек семьи.

– Ну раз это просто бизнес, может позволишь мне… с ним пообщаться? – улыбнулась одна из женщин. – Мне нравятся юные и пробивные.

– Нет, не позволю, – с улыбкой ответила она.

– Скучно… – вздохнула женщина. – Но я, будь тоже одинокой, присмотрелась бы к нему, несмотря на возраст. Мало ли что получится…

Марианетта бросила взгляд на Гранта, который сейчас общался с другими. Вроде и молодо выглядит, но даже не скажешь, что ему семнадцать лет. Слишком уверенно, по-взрослому держится. Не отводит взгляда, говорит прямо, и не убегает от проблем. Как её покойный муж. Будь Грант постарше, и она вполне могла бы влюбиться в него…

– У нас деловые отношение, – повторила Марианетта, но уже непонятно, для самой себя или для других. – Не хочу примешивать к делам личное, так как это плохо заканчивается.

– Как скажешь, как скажешь… – сдалась та.

И Марианетта поспешила сменить тему. В конце концов, ей хотелось узнать последние новости, и кто, как не у них она могла услышать последние слухи. И тем не менее каждый раз Марианетта ловила себя на том, что бросает в сторону Гранта взгляд.

* * *

Я наблюдал издали, как Марианетта беседует с женщинами, о чём-то смеётся и даже, кажется, спорит.Иногда к ним подходили мужчины, но судя по тому, что я видел, женщины без проблем одерживали верх над одинокими собеседниками, заставляя тех смущаться и с улыбкой оправдываться.

Страшная сила.

Я тоже не остался без внимания. То и дело, какая-нибудь пара между делом подходила ко мне, чтобы познакомиться поближе. Не положено было среди аристократов вот так подходить к простолюдину первыми, иначе это бы выглядело, что они все идут чуть ли не на поклон к нему. Однако интерес был куда сильнее, потому все как один делали вид, что подходили к столу с закусками и как бы между делом заводили со мной разговор.

– Не Роковски ли это, о котором так много говорят на этом вечере? – улыбнулась женщина, подошедшая вместе со своим мужем. Начинали разговор именно женщины, видимо, исходя из того, что женщинам позволительно проявлять любопытство.

– Да, – в ответ я всегда кланялся, как и положено. – Грант Роковски, приятно с вами познакомиться.

– Я Зирия Пирси, – кивнула она.

– Фадей Пирси, – кивнул её муж. – Мы наслышаны о вас, мистер Роковски.

– Надеюсь, что только хорошее, хотя плохое вы, наверное, тоже уже слышали.

Мужчина улыбнулся.

Марианетта упоминала их. Это свободная семья аристократов, которые поднялись за счёт строительства. Не самые крупные подрядчики, не сравнить с теми же Шнейрдентами, которые выполняют госзаказы, строят небоскрёбы или какие-то объекты для важных людей. Их уделом было строительство частных домов, отдельных заказов, тех же ангаров или складов и простых жилых многоквартирных домов.

Такое знакомство было полезно.

– Да, плохого мы тоже о вас наслушались. Но о ком не распускают грязные слухи в наше время, не так ли? Учитесь в гимназии Гагарина?

– Да. Мне улыбнулась удача поступить туда.

– А с госпожой Барбинери вас многое связывает? – спросила Зирия.

– Мы деловые партнёры, пусть для многих это выглядит иначе. Я помогаю ей в улаживании… некоторых деликатных вопросов.

– Да, мы наслышаны… – мужчина многозначительно взглянул на Крансельвадских. – Хорошо, что у неё появилось крепкое мужское плечо, на которое можно опереться. Сейчас одному, будь то мужчина или женщина, сложно удержать семью, особенно в тех условиях, где она живёт.

– Да, есть такое, я заметил.

– Чем занимаетесь? – поинтересовалась его жена беззаботно, пусть у меня и было стойкое ощущение, что они работают в паре.

Здесь каждая семейная пара работала вместе, между делом интересуясь мной, поочерёдно спрашивая, чтобы это не выглядело, будто один из них слишком любопытный и пытается всё вызнать.

– Разным, – пожал я плечами. – Конкретно в данный момент я помогаю госпоже Барбинере защитить поместье от изгнанников из прорыва. Вы, наверное, наслышаны о происходящем.

– Наш сын работает охотником. Мы слышали, там была страшная трагедия. Такие потери… – кивнула она. – И раньше охотники гибли, гибли целые группы, однако поговаривают, что там всё было совершенно иначе. Времена страшные…

– Уверен, что наше государство в надёжных руках, когда их защищают такие ответственные люди, – я взял два бокала, после чего протянул семейной паре, после чего взял ещё один. – За вашего сына. Благодаря таким людям мы и держимся.

– Хорошо сказано, – кивнул мужчина.

Мы чокнулись и отпили мерзкое пойло.

Пусть я и не принимал в прошлой жизни особого участия в подобных мероприятиях, но был не настолько туп, чтобы не сложить два и два и понять, как стоит себя вести, что стоит говорить и как расположить людей к себе. Комплименты, подчёркнутое уважение, вежливость – залог хорошего отношения. А отношения с теми, кто строит, стоило поддерживать.

– Уверена, он скоро вернётся обратно, – улыбнулась она. – А то я уже устала от бессонных ночей.

– Уверен, что всё будет хорошо, – кивнул я. – А чем вы занимаетесь?

– Строительство, – ответил мужчина с толикой гордости. – Мы не самые крупные подрядчики, однако без работы не остаёмся.

– Поместья, ангары? – спросил я.

– Всем подряд. Зависит, что конкретно вас интересует, – кивнул он.

– Допустим, поместье.

– А вам нужно построить поместье? – поинтересовалась Зирия.

– Восстановить. Поместье Барбинери. После визита Крансельвадский там требуется ремонт, – вздохнул я наигранно.

– Что ж. Не премину предложить услуги нашей строительной фирмы, – улыбнулся мужчина, достав из кармана визитку и протянув мне. – Думаю, мы сможем помочь в этом вопросе.

– Примерно благодарен вам, господин Пирси, – чуть поклонился я.

– Не стоит, бизнес есть бизнес, молодой человек, а мы всегда ищем новых клиентов. Глядишь, и мы станем хорошими знакомыми.

– Я на это надеюсь.

Это было лишь одно из полезных знакомств, которые я сегодня приобрёл. Ещё одна семья, Гейршейн, держала сеть магазинов электроники. Они её не производили, закупали из столицы, но даже без этого они, с их слов, могли достать всё, что угодно, если это не запрещено законом. Хотя проскочил намёк, что достать, что запрещено, они тоже способны.

В этот вечер ко мне подошла и чета Брокфорсов, родители Рудена, которые занимались производством оружия в регионе. Здесь оружие пользовалось особенным спросом ввиду близости к диким землям и постоянной необходимости в тех же патронах и запчастях.

Те просто подошли поговорить со мной и проведать, как у меня дела. И если глава семьи вёл себя сдержанно, то вот его жена была более радушна ко мне. По большей части потому, что я общался с их сыном, что она не преминула упомянуть несколько раз. Расспрашивала, как у меня дела, чем сейчас занимаюсь и, естественно, что меня и Марианетту связывает. Мой ответ был стандартным – бизнес.

Но человеком, с которым меньше всего мне бы хотелось говорить, был Ройт Крансельвадский. И честно, я не понимал, что он вообще забыл рядом со мной и к чему ему было подходить к человеку, который едва не отправил его на тот свет.

– Скучаете, мистер Роковски? – поинтересовался он буднично, взяв со стола бокал. – Не чувствуете себя лишним сейчас?

– Не чувствую, господин Крансельвадский, – спокойно ответил я.

– Зря. Очень зря. Знаете, иногда можно взглянуть на толпу, и сразу будет видно, кто здесь лишний.

– Вы удивитесь, но я даже чувствую себя как дома, – даже не взглянул я на него, оглядывая зал.

– Да неужели? Я думал, что ваш дом, это… где-то там, в спальных районах, если не в трущобах среди не лучших представителей нашего общества.

– Вы абсолютно правы. Там мой дом. И здесь, глядя на некоторых людей, я чувствую, будто вернулся обратно в те самые трущобы, о которых вы говорите. Просто не лучшие представители нашего общества переоделись в модные пиджачки и брюки, а суть всё та же, – посмотрел я ему прямо в глаза, чтобы он точно понял, о ком речь.

Ройт прямо-таки замер на месте. Не знаю, о чём он думал, но голос его был пропитан холодом.

– Не забывайтесь, юноша. Это вам не двор, где вы можете наводить свои порядки.

– Здесь – нет. Но там, на земле, далеко отсюда, – посмотрел я в сторону балкона, – всё иначе. Ни вам ли не знать, господин Крансельвадский?

– А ведь за эти слова я могу потребовать вас ответить, знаете ли?

– Да. Так же, как знаю, что один звонок, и мои люди направятся в любую точку этого города, которую я назову. И там будет не один единственный железный воин.

– Угрожаете?

– Я обычно не угрожаю, а сразу действую, господин Крансельвадский. Например, желай я вам зла, сейчас бы загрузил и проиграл на всеуслышание наш диалог у поместья Барбинери.

Он точно хотел что-то сказать, но я его перебил.

– На ваш месте я бы не задерживался рядом с таким, как я, человеком с улиц. А то чего доброго другие подумаю, что вы у меня прощения просите, – бросил я красноречивый взгляд на зал.

И был прав. Многие действительно косились в нашу сторону, пытаясь понять, о чём мы говорим. Ройт скользнул по присутствующим взглядом, после чего улыбнулся.

– Что ж, тогда я вас оставлю. Лишь позволю себе напомнить, чтобы вы выбирали себе врагов осторожнее. Некоторые могут оказаться вам не по зубам.

– Мои железные рыцари с этим не согласятся, господин Крансельвадский.

– Это мы ещё посмотрим.

Есть такие люди, которые затаят обиду, и потом всеми силами будут пытаться вставлять палки в колёса. Исподтишка, трусливо прячась в тени, словно ересь.

Эй!

Но стоит их вывести на свет, как они начинают строить из себя невинных жертв, уменьшаясь в размерах пропорционально тому, какими они пытались казаться до этого. Как Ройт Крансельвадский. Он даже не смог сдержаться, чтобы не подойти ко мне и не начать пытаться унизить в ответ на произошедшее. И я не удивлюсь, если и их вся семья была как раз из людей такой категории.

После нашего разговора ко мне больше никто не подходил. Присутствующие потихоньку начинали сбиваться в большие группы, освобождая место в центре. Видимо, пришло время танцев для благородных. К этому моменту ко мне подошла и Марианетта.

– Вижу, поговорить с тобой подошли многие, – улыбнулась она. – О чём говорил с Крансельвадским средним?

– Взаимные предупреждения быть осторожнее.

– Вижу, он не может успокоиться после произошедшего. Гордость задели, – хмыкнула Марианетта, бросив на них взгляд, и вновь посмотрела на меня. – Уже нашёл интересных людей?

– Пирси, строительный бизнес, – сразу ответил я.

– Сказал, как отчитался, – тихо рассмеялась она. – И что думаешь о них?

– Думаю, что они нам могут пригодиться. Поместье само себя не построит.

Марианетта странно взглянула на меня.

– Что-то не так? – осведомился я.

– Нет-нет, просто… нет, ничего. Спасибо, – по тёплому улыбнулась она мне.

– За что?

– За то, что стоишь на страже интересов моей семьи, – ответила Марианетта. – Сейчас, кстати, будут танцы.

– Нам надо ретироваться?

– Можно, если не хотим в них участвовать, – кивнула она. – Предлагаю пойти на балкон и переждать. Иначе меня пригласят на танец.

– Я думал, что ваша семья находится в определённой изоляции, – заметил я.

– Мы не в изоляции, просто есть враги, а есть те, кто относится к нам нейтрально. И ко всему прочему… – она между делом красноречиво поправила грудь, – мужчины остаются мужчинами, и некоторые не против найти интрижку на стороне даже с такой, как я, на один раз без обязательств.

– Не боятся, что на них косо посмотрят из-за тебя?

– Всегда можно использовать и бросить, будто ничего и не было. К тому же все всё прекрасно понимают, и никто не скажет ни слова. Стоит ли мне тебе рассказать о последних новостях, что я услышала, кто с какой служанкой спит и кому изменяет на стороне?

– Не интересует.

– Тогда предложу тебе отправиться на балкон и там переждать танцы. У меня тоже нет желания слушать скользкие предложения и ловить взгляды на своей груди.

Остаток вечера прошёл стандартно. Танцы длились не так долго, около часа, после чего все вновь вернулись к своим разговорам. Следом были безобидные конкурсы по типу викторины, где надо было правильно отвечать на вопросы, или игра в лотерею, где каждому выдали билет, и лишь один давал право получить приз.

Удача нас здесь обошла стороной.

Сам праздник закончился лишь к четырём утра. Люди стали потихоньку расходиться, кто поднимался наверх на посадочную площадку, кто спускался вниз к машинам. Наш транспорт прилетел одним из последних, тем не менее вызывав интерес у всех остальных. Нечасто аристократов возят военные корабли при полном вооружении.

И надо сказать, что Марианетта выглядела после этого вечера довольной.

– Нет ничего лучше, чем вернуться к жизни, – произнесла она умиротворённо. – Почувствовать, что это ещё не конец, и твой род продолжит свою жизнь несмотря на все невзгоды, – Марианетта посмотрела на меня глазами, будто сейчас заснёт. – Спасибо тебе, Грант.

– Я не сделал ничего пока, за что меня можно было бы благодарить.

– Уже сделал. Даже если это будет последним, что ты сделал для нашей семьи, – ответила она и закрыла глаза.

И поэтому летели мы в полной тишине под гул двигателей, которые то набирали обороты, то сбавляли их.

Путь до поместья занял ровно столько же, сколько и туда. Я даже сверился с часами. Сразу видно хороших военных – всё делают минута в минуту, прямо как в космодесанте. Снаружи нас встретили слуги, которые буквально на руках отнесли Марианетту обратно в дом. Меня же сопроводил слуга мужчина. Сначала до ванной, потом, поинтересовавшись, голоден ли я, до столовой, а следом в мою комнату.

Признаться честно, мне не хотелось ничего. Не привык я к таким приёмам, где постоянно на тебя глазеют люди, подходят поговорить, и ты пытаешься понять, враг он тебе или нет. Слишком много людей, слишком много внимания. Хотя кому-то подобное явно нравится.

Странно, что я устал, так как и не делал ничего особенного. Даже не заметил, как уснул. Сначала лёг, смотрел в потолок, обдумывал план и возвращался к сегодняшнему вечеру, а потом просто отключился.

И именно по этой причине я сразу ничего не заметил, хотя в другой ситуации среагировал бы раньше. Тем не менее даже в таком состоянии, когда хотелось спать, рефлексы сработали идеально, как часы, когда мне прямо под ухо вскрикнул Тень:

– Элиадирас! Тревога! Противник!

Я подлетел с пистолетом в руке в ту же секунду…