Текст книги ""Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Виктор Стогнев

Глава 139

Вновь поднялась стрельба.

Автопушки и пулемёты начали огрызаться огнём, стреляя в ответ, но те не спешили сразу срываться в атаку под пули. Пусть, если грамотно чередовать щиты, они и могли пройти под нашим огнём, однако пока нападающие предпочли стрелять гранатомётами. Видимо, пытались выбить огневые точки, и от каждого попадания стены поместья вибрировали.

Грог тоже не стоял без дела, поливая мелькающих то тут, то нам наёмников из пулемёта. Кто-то успевал спрятаться, кому везло меньше, и я наблюдал за тем, как отбрасывает их тела. Где-то над нами обвалилась стена дома от ещё одного попадания. Вниз посыпались кирпичи, поднимая пыль.

– Скоро пойдут на штурм, – произнёс я.

– Пусть идут, – спокойно ответил Грог. На его поясе болтался цепной меч, и я был уверен, что ему уже не терпится пустить его в ход.

Так продолжалось минут десять. За это время у нас затихло несколько огневых точек, включая автопушку – прямое попадание гранатомёта обычные люди выдержать не могли в отличие от нас.

Так от одного из попаданий Грога отбросило вглубь комнаты. Меня тоже обдало взрывной волной, осыпав осколками, но каких-либо критических повреждений мы не получили. Грог после такого спокойно встал и отряхнулся, бросив расстроенный взгляд на пулемёт, который взрыв пощадил меньше.

Судя по всему, стреляли они обычными фугасными снарядами, что были для нас не столь опасны. Стреляй они бронебойными или кумулятивными, тогда бы вряд ли Грог смог бы также легко подняться. Броня была крепка, но и она имела свой предел, а так…

Такая небольшая огневая подготовка со стороны нападающих вскоре закончилась, после чего в ход вновь пошли дымовые гранаты. И густой дым быстро заволакивал округу, скрывая наступающих от чужих глаз, и даже визоры не могли пробиться через плотную пелену.

– Началось, – пробормотал я и бросил взгляд на Грога. – Ты знаешь, что нужно делать.

– Знаю, – вкрадчиво ответил он, снимая с пояса цепной меч.

Может пси-райдеры и были сильны на открытом пространстве, однако внутри помещения, там, где противник мог выскочить из-за любого угла и всё решала обычная реакция с удачей, им придётся значительно труднее.

Пулемёты ещё стреляли наугад, поливая свинцом через дым округу в слепой надежде достать хоть кого-то, когда я спустился вниз следом за товарищем. Оставшиеся защитники поместья собирались вместе, занимая помещения, чтобы дать последний бой нападавшим. Возможно, самый последний и самый важный бой в своей жизни, когда с нами вышли на связь.

– Говорит, Фарен, нас кто-нибудь слышит? На нас напали! Повторяю, на нас напали! Изгнанники! Они лезут ото всюду! Мы держим оборону, однако такими темпами долго простоять не сможем! Повторяю, изгнанники! Их целые полчища! Приём!

Только этого нам не хватало.

– Фарен, это Грант. Сколько у вас патронов? Приём.

– Нормально, но, если так дальше пойдёт, мы долго продержаться не сможем! Лес буквально кишит ими! Они взялись просто из ниоткуда!

Я не верю в случайности. Особенно такие. Я не знаю, связан ли кто-нибудь из Лорье ещё с демонами или те пришли как подмога, однако сейчас людям просто некому было помочь. Я и Грог должны остаться здесь, а Зигфрид до сих пор в лесах бьёт по флангам, уничтожая огневые точки. Разве что он и мог вмешаться сейчас, находясь за пределами поместья, однако сможет ли?

– Фарен, держитесь сколько сможете. Мы придём, как только появится окно.

– Вас понял.

Мы с Грогом переглянулись.

– У нас будет возможность? – спросил он.

– Зависит от того, насколько быстро покончим здесь. Расходимся, будем их встречать.

Я знал, что должен оказать помощь гражданским. В первую очередь из-за Марианетты, на которой сходилось абсолютно всё. А ещё там была… Катэрия.

Внутри что-то сжалось. Появилось стойкое желание всё оставить и броситься туда на подмогу. Но вместо этого я стиснул зубы и пошёл за Грогом.

Оставим поместье, и его сметут следующей атакой. Это был единственный шанс добить всех тех, кто оставался, чтобы закончить эту войну. Если не сделать это сейчас, то потом такой возможности уже не представится. Что касается корабля, то он должен выдержать атаку демонов: его броня могла защитить людей внутри от острых когтей демонов, а огонь бортовых турелей должно было хватить отбить их атаку.

Если они не привели с собой кого-то покрупнее.

* * *

– Нам надо отступить и перегруппироваться, – настаивал командир наёмников. – Мы выжали из них все силы и если привести ещё больше людей, мы вполне сможем в следующий раз взять их.

Мужчина смерил его слегка безумным взглядом. Теперь он был главным после семьи Лорье. И не сказать, что был достаточно опытен, чтобы понимать, что происходит.

– Никаких потом, – процедил тот. – Мы закончим это здесь и сейчас. У них остался один долбанный дом. Мы что, не сможем взять его⁈

Они расположились в лесу в окружении подальше от поместья, чтобы не получить шальную пулю или выстрел от снайпера откуда-нибудь с крыши дома, которая могла бы сразу поставить точку в этой войне. Их окружали верные люди из гвардии и семей, что хотели поквитаться теперь с Барбинери: почти все так или иначе имели теперь свои счёты с этой семьёй или исполняли свой долг.

Где-то там, в лесу уже орудовала небольшая группа диверсантов. Они стали неприятным сюрпризом, который сейчас оттягивал на себя часть сил. Однако они тоже не должны были стать проблемой, едва поместья не станет.

– А если они заминировали дом так же, как и подходы к нему? – спросил командир наёмников.

– Взорвать собственное поместье? Которое простояло не один век⁈ Своё родовое гнездо⁈ Ты вообще слышишь, что говоришь⁈ Какому ублюдку придёт это в голову, взорвать собственный дом, связанный с ним кровью⁈

Казалось, сама эта мысль о таком простом варианте не могла улечься у мужчины в голове. Это было просто немыслимо. Поместье – это, по сути, часть самой семьи. Это показатель его долгой истории, часть жизни. Никто не будет взрывать собственную часть жизни.

– Но им же пришла идея заминировать деревню и подходы к дому, – не согласился он. – Я вам скажу на собственном опыте, господин. Если загнать людей в угол, они пойдут на всё. И эти, те, кто защищает дом, они пойдут на это.

– Мы пойдём на штурм, – прошипел мужчина, приблизившись к командиру так, что они едва не касались носами. – Эти твари убили мою жену, они убили моего сына. Они убили правящую семью Лорье в полном составе. Оглянись, твою мать! Каждый! Каждый из этих людей потерял кого-то из-за этих сраных Барбинери. Мы пойдём. Пойдём и вырежем всю эту долбанную семейку, чтобы развесить их головы вокруг их же поместья. Я ясно выражаюсь?

Командир наёмников смотрел мужчине прямо в глаза. Он не испытывал перед ним страха. В такой профессии ты общаешься со многими людьми и вскоре вообще перестаёшь бояться кого-либо. И что он мог сказать, так это что человеком перед ним правили эмоции и чувства, но никак не логика.

А это верный шаг к гибели.

Но…

– Как скажете. Я объявлю о начале штурма, мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы войти в поместье.

– Вот и отлично, – прошипел тот.

Но он не собирался терять солдат в откровенно сомнительной операции. Одно дело отправлять людей на небольшие штурмы с определённой цель, медленно обескровливая противника. Отправлять их в лобовую атаку, зная, что это принесёт плоды. Ты теряешь людей, несомненно, однако в этом есть смысл и несёт определённый результат. Но другое – идти в бессмысленную атаку, которая ничем хорошим не закончится.

Он обеспечит им подход к поместью. Обеспечит им безопасный путь и позволит туда войти. Он выполнит приказ и будет рядом, чтобы в случае чего оказать поддержку. Но ни один из его людей внутрь не войдёт. Если эти благородные хотят таким образом свести свои счёты с жизнью – это их право. Он же людьми разбрасываться был не намерен.

* * *

Зигфрид слышал первый взрыв. Он слышал и второй, который прозвучал слишком скоро. Это лишь значило, что оборона в поместье проходила не так хорошо, как предполагали они изначально. Ему хотелось выйти на связь, чтобы узнать, что у них происходит, однако Зигфрид сдержался. Его товарищи справятся, это их работа. А у него своя.

Зигфрид окинул взглядом свою команду. Из семи человек осталось лишь пятеро. Пять человек, готовых сложить головы ради семьи и собственных родных. Ему нравился их настрой, они были хорошими солдатами, которые имели право с честью называть себя солдатами Империи. Однако…

– Вам придётся действовать дальше самим по обстоятельствам. Я выдвинусь к кораблю, чтобы убедиться, что они отобьют атаку, и сразу вернусь.

Никто не спорил. Почти у всех там были свои родные люди, ради которых они сейчас стояли здесь. Они бы и сами туда отправились, но каждый был уверен, что их временный командир справится с этим и в одиночку.

– Продолжайте работать ради семьи и ради своих родных. Победа будет за нами.

И Зигфрид скрылся в лесу. Несмотря на свои размеры в броне, растворился во тьме, и лишь его тяжёлые шаги разносились по округе ещё несколько секунд.

* * *

Они пошли на штурм.

По стенам поместья застучали пули, начали врезаться пси-атаки, разрушая здание ещё больше. Мы отвели солдат от окон, приготовившись встречать противника на первом этаже. Если сюда ворвутся обычные солдаты, то проблемы вряд ли возникнут. Если пси-райдеры… преимущество закрытых пространств было всё равно на нашей стороне.

Ворвались пси-райдеры. Хлынули со всех фронтов: через окна, через дыры в стене. Железную дверь выбили, будто она и вовсе была деревянной, после чего в коридор ворвалась молния, взорвавшаяся прямо посередине – её раскаты разошлись в разные стороны, поджарив двух наших солдат.

Пси-райдеры закидывали дом техниками, отбирая жизни у защитников, пока внутрь не ворвался первый из них. Нырнув через окно, он тут же выпустил в меня снаряд изо льда, который покрыл броню ледяной коркой. Пиликнуло сообщение о воздействии критически низкой температуры. Не способный поставить щит одновременно с атакой в ответ он получил очередь из пулемёта, которая разорвала его грудную клетку.

Но не успело тело упасть, как в окно уже пролезли ещё двое. И пока один закрывался щитами, второй начал щедро покрывать помещение техниками, от которых трещали стены и обваливался потолок. Мне пришлось отступить в коридор, в который уже прорывались другие пси-райдеры.

Они не просто штурмовали поместье – они выжигали его, прикрывая друг друга. Я вышел прямо под пламя, которое заполнило коридор, словно лавина. Вновь пиликает предупреждение, сообщающее теперь уже о предельно высоких температурах.

Я ринулся на атакующих.

Выскочил прямо перед носом у первого, пройдя через его щит. Удар наотмашь ножом, и его располовиненное тело, заливая всё кровью, отлетело в сторону. Пинок в следующего, и переломанная туша, как кегли сбило позади стоящих.

Но едва я успеваю сделать ещё шаг, как боковую стену сносит вместе со мной. Около двух сотен килограмм металла отлетают, как мячик, проламывая стену в соседнее помещение, после чего прямо мне на голову обрушивают потолок. Бетонные плиты едва не погребают меня под собой, а визор вновь мигает – пси-райдеры от души вдарили молниями, пытаясь спалить костюм.

Ничего не выйдет, он устойчив к перегрузкам, предохранители попросту не дадут сжечь его начинку. Однако пока я пытаюсь встать, меня усиленно пытаются задавить техниками.

Где-то жужжит цепной меч и атаки прекращаются.

Грог, словно ангел смерти носится по поместью, вырезая всё живое. Он не пользуется дверьми – он создаёт двери сам. Пробивает стены, выскакивая в самых неожиданных местах, рубит всех мечом, после чего скрывается в следующей стене, оставляя за собой лишь пыль, кровь и ужас. Вот он есть, а вот его уже будто бы и нет.

Прямо фокусник.

Правда, когда я попытался так сделать, получил такой заряд пси-удара, что на мгновение заклинило ноги у костюма.

Внутри стоял самый настоящий хаос. Коридоры и комнаты заполняла пыль, гремела стрельба и взрывы техник, крики людей и треск ломающихся стен. Нормально разглядеть что-либо было невозможно. В один момент на меня просто напрыгивает один из пси-райдеров. У него в руках огненные клинки. Первый удар попросту перерубает мне пулемёт, второй оставляет след расплавленного металла на броне. Пропихни он его в сочленение брони, и мне не мало не покажется.

Я схлестнулся с ним на клинках, но нормально справиться с ним в активной броне, которая плохо управляется, у меня не выходит. Меньше, чем за минуту вся броня покрывается расплавленными порезами, пока мимо не проносится Грог, разрубая того напополам. Опять он есть и его нет. Просто исчезает в клубах пыли.

Мы очень быстро сдавали первый этаж. Нас было всего двое, а солдаты попросту не могли ничего противопоставить пси-райдерам.

Разве что Вакс показывал свои навыки и опыт. На моих глазах он схлестнулся с пси-райдером, который уже собирался ударить по нему огнём. Противник уже собирал на ладони огненный шар, когда тот внезапно потух – без воздуха пламя просто не горело. Пси-райдер ставит щит, закрываясь, и прямо около него возникает маленький торнадо, несущее в себе осколки стекла и битого кирпича, которые попросту срывают плоть с костей, оставляя лишь скелет.

Другого противника Вакс убил резкими перепадами давления. Тот смог сделать только пару шагов прежде, чем из его глаз, рта и носа хлынула кровь. Мужчина захрипел и повалился замертво.

Насколько мне известно, пси-способности Вакса имели ограниченную дистанцию, он не мог бить далеко, однако в поместье этого и не требовалось.

Но пси-райдеров у нас было всего четверо, поэтому так или иначе это всё равно не могло повлиять на исход.

Прямо передо мной в коридор выскочило сразу четверо пси-райдеров, и я уже приготовился, что меня опять будут пинать по всему коридору, когда откуда-то с потолка… свалился Грог. Попросту раздавил первого, остальных троих перерубив мечом, после чего скрылся в стене.

Я развернулся и дал очередь по наступающим со спины прежде, чем меня вновь отбросило техникой. На этот раз компьютер выдал предупреждение о повреждении приводов. Не критично, но в таком режиме долго они работать не смогут.

Теперь пси-райдеры активно пользуются огненными клинками и электрическими хлыстами, буквально врезаясь в защитников. Мне с активной бронёй приходится не легче. Я не поспеваю за атаками, пропуская удары, и вся броня покрывается рубцами. Приходится ставить упор на защиту, проминая противников, топча и разбрасывая, где не требуется точность движений, но это до первой атаки, которая отправляет меня в полёт.

Почти весь первый этаж был захвачен, а значит пришло время к последней мере.

– Все в подвал! Все в подвал, отступаем!

Я отхожу назад, прикрыв одного из наших собой, и толкаю его в сторону лестницы вниз. Нас осталось около десятка и станет ещё меньше, если мы не уйдём.

– Грог! Уходим, быстро!

Под всеобщую неразбериху люди бросаются на лестницу, пока я с Грогом буквально собой закрываем их живым щитом, принимая удары со всех сторон. Броня пиликает о критических повреждениях, но ещё двигается.

Насколько мне известно, пси-райдеры Лорье не такие уж и сильные, но если они смогли повредить настолько броню, можно представить, что сделает сильный пси-райдер, которых тоже в этом мире хватает.

Мы пятимся назад. Грог перешёл на градомёт пистолетного типа, огнём не давая пройти за нами. Он стреляет до сухого щелчка, быстро перезаряжается и вновь стреляет, пока мы не оказываемся на лестнице в подвал. Здесь мы занимаем последний рубеж обороны. Дальше отступать было нельзя.

– Надо продержаться ещё минуту.

– Принял.

Надо собрать их всех внутри дома. Заманить как можно больше в поместье, заставить продавливать нас всеми силами, которые у них есть.

И эти минуты кажутся нам вечностью. Пси-райдеры скапливаются в дверном проёме в подвал, закрывшись многими слоями щитов, и продолжают бить техниками. Кажется, что уже весь мир – это один большой хаос. Мы ждём сколько можем, и когда становится понятно, что даже в активной броне не сдержать всего напора, я отдаю команду.

– Взрывай!

И всё здание вздрагивает в предсмертной агонии.

* * *

Командир наёмников наблюдал за штурмом с опушки леса. Поместье было хорошо видно в свете осветительных ракет, которые заливали округ мёртво-белым светом.

Его люди не пошли на штурм, предоставив это одарённым дома. Они лишь взяли в окружение территорию, внимательно следя за тем, чтобы никто как внутри, так и снаружи не смог проскочить.

Бой внутри был нешуточный. Слышалась беспрерывная стрельба и взрывы. То и дело из разбитых окон вылетали облака пыли и огня. Иногда там мелькали силуэту людей, но понять, свои это или противник, было невозможно.

Учитывая, что на штурм пошли одарённые, было интересно наблюдать за тем, как отчаянно и долго сопротивлялись защитники поместья, удерживая первый этаж. Бой не прекращался ни на секунду, одарённые лезли внутрь через все щели, и казалось удивительным, как они все там помещаются. Даже новый глава дома, и тот пошёл на штурм, хотя командир наёмников пытался его переубедить. Но тот слишком сильно хотел лично лишить жизни защитников. И теперь командир сомневался в его здравомыслии и адекватности после потери жены и ребёнка.

Оборона дома держалась минут пять, после чего весь бой сконцентрировался в одном его участке. Возможно, новый глава дома и был прав. Неизвестно, с какими потерями, но его людям удалось взять поместье штурмом и почти полностью его захватить. Судя по всему, им оставалось дожать последний очаг сопротивления…

Когда дом взорвался.

Всего мгновение назад он стоял на месте, а потом внезапно исчез чёрном облаке пыли, за мгновение до которого можно было заметит красный шар взрыва. Мощность была такая, что солдат обдало мощным порывом ударной волны. Куски кирпича и бетона долетали даже досюда. Один пролетел совсем рядом с головой командира, второй ударился в ствол дерева праве. По земле застучали падающие обломки поместья, словно дождь.

Командир наёмников не сдержался от улыбки. Никто не будет взрывать родовое гнездо, говорил он? Что ж, это будет на совести главы дома, если тот, конечно, сможет пережить такой взрыв.

– Дай рацию, – не глядя протягивает он руку в сторону и ему в ладонь кладут трубку, которую он подносит ко рту. – Полтергейст вызывает орла, приём? Полтергейст вызывает орла, как вы меня слышите, приём?

Эфир отвечал ему тишиной.

– Полтергейст вызывает орла, ответьте, приём? Орёл, вы можете доложить обстановку?

Он пытается выйти на связь со своим нанимателем ещё пару минут, после чего отказывается от попыток.

Будет ли у него репутационная потеря оттого, что он позволил нанимателю погибнуть? Это смотря как подать информацию.

Наёмникам репутация была важна, и они распускали слухи по своим каналам новости, чтобы привлекать новых клиентов. И если их наниматель не выжил, то всё это тоже можно представить в нужном свете. Они провели идеальный штурм, загнали противника в угол, но наниматель не послушался советов и полез в атаку сам, за что и поплатился. Да и сама ситуация, когда наниматель лезет вперёд профессионалов, сама за себя говорит.

– Прикажи людям немного отступить и ждать дальнейших распоряжений, – приказал он своему помощнику.

– Разрешите поинтересоваться нашими дальнейшими действиями? – спросил тот неуверенно.

Командир смерил его спокойным взглядом.

– Подождём. Выживет отлично. Не выживет – что ж, не наша вина, мы пытались его переубедить. В любом случае, меня этот придурок уже изрядно достал. Сдохнет – скатертью ему туда и дорожка.

Но будто мало было до этого событий, в этот момент в рации раздался голос одного из его подчинённых.

– Это группа-фланг семь, приём.

Командир поднёс трубку ко рту.

– Это полтергейст, я вас слышу, приём.

– Наблюдаем несколько неопознанных… солдат, которые движутся в сторону поместья. Больших солдат.

Командир нахмурился. Неопознанные большие солдаты? Подмога семьи? Или подмога дому? То есть непонятно, свои или чужие. Кого-то ещё принесло поучаствовать в этом хаосе?

Немного подумав, он наконец произнёс:

– В бой пока не вступать. Повторяю, в бой не вступать. Просто наблюдайте. Посмотрим, по чью душу они пожаловали.

Глава 140

Всё вокруг подпрыгнуло с такой силы, что устоять было невозможно. Даже мы с Грогом, находясь на лестнице, попросту скатились вниз. Было ощущение, что разрушилось не само здание, а весь мир вокруг, и отголоски грохота ещё пару минуту гуляли по пустым коридорам под угрожающий треск.

Но надо было отдать подвалу должное – он выдержал. Я до конца не был уверен в его надёжности, пусть тот и выглядел прочным, но он действительно смог пережить этот взрыв, не обвалившись нам на головы следом за домом.

– Грог, ты меня слышишь? – сквозь продолжающийся грохот спросил я в пустоту.

– Да.

Включились визоры, разгоняя кромешную тьму. Вокруг было настолько пыльно, что мы будто плавали в мутной воде.

Мы с Грогом лежали у основания лестницы, заваленные обломками здания и песком. Дальше по коридору медленно приходили в себя покрытые пылью оставшиеся солдаты. Кто-то из них включил фонарик, водя лучом света по помещению.

Я насчитал девятерых. Очень мало. Что касается целостности подвала, потолок в некоторых местах покрылся трещинами, и через них то тут, то там осыпалась земля. Кое-где булыжники и вовсе выпали.

Однако даже это был ещё не конец, так как теперь нам предстояло выбраться отсюда.

– Поднимайся, Грог, – медленно, под скрип металла и сервоприводов встал я на ноги. – Надо выбираться отсюда.

Поднявшись по лестнице, мы обнаружили, что проход был закрыт большой бетонной плитой, как крышкой. Это был единственный выход из подвала. Неизвестно, сколько обломков сейчас навалено на неё сверху, но если мы не сможем сдвинуть её, то окажемся похороненными здесь заживо, если только нас не откопают потом.

– Грог, давай вместе, – произнёс я, упираясь плечами в бетонную плиту. – Попробуем приподнять или хотя бы сдвинуть её.

Надо было выбраться наружу как можно быстрее. Если даже мы закончили здесь, оставался ещё корабль, который сейчас должны были штурмовать демоны.

* * *

Демоны лезли буквально со всех стороны, заставляя без умолку жужжать турели короткими очередями. Они даже прыгали с деревьев на крышу, в безумной и отчаянной попытке добраться до тех, кто был внутри, но тщетно. Их когти не могли пробить крепкую броню корпуса, а огонь из турелей лишний раз не давал подойти тем, кто был покрупнее.

Внутри все люди сжались в ужасе. Не плакали дети, не кричали женщины. Лишь изредка от особо сильного удара по броне по десантному отсеку пробегал дружный напряжённый вздох.

Никто не хотел даже представлять, что происходит там, за этими бронированными плитами, о которые скрежещут когти изгнанников, пришедших из самых глубин ужаса.

Фарен и Марианетта сидели в кресле пилотов, наблюдая за обстановкой через бортовые и камеры турелей. То и дело Фарен перехватывал управление, чтобы скорректировать огонь и сэкономить патроны. Неизвестно, как долго им ещё предстояло здесь сидеть.

– Они точно не прорвутся? – тихо спросила Марианетта, разглядывая существ через камеры.

Было пугающе осознавать, что их разделяет, по сути, всего-то какие-то десятки сантиметров металла.

– Мелкие – вряд ли. Но те, что покрупнее… я не знаю. Ни разу не испытывал бронирование этого корабля на них.

Где-то сбоку Марианетта услышала, как кто-то упорно скрежещет в стенку, будто действительно намереваясь прорыть нору через листы брони. На мгновение она представила, как там сидит какая-нибудь мерзкая тварь с огромной пастью и когтями водит по броне, щёлкая зубами, которые надеется запустить в человеческую плоть.

Однако Фарену было совсем не до этого. Среди изгнанников внезапно он разглядел две фигуры. Две очень знакомые фигуры, которые в другой ситуации он был бы рад видеть, но сейчас… среди тварей…

К тому же турели не опознали два больших бронированных доспеха, что спокойным шагом направлялись в их сторону и уже, раскрутившись, направили на них свои стволы.

Однако Фарен не спешил открывать огонь, не рискуя случайно расстрелять своих же. Он помнил о радиомолчании, однако не мог сейчас не выйти на связь, чтобы не совершить чудовищной ошибки.

– Говорит Фарен. Я вижу двоих в активной броне, они движутся в нашу сторону, но система не определяет их как своих. Повторяю, вижу двоих в активной броне. Это вы?

И не успели ему ответить, когда один из металлических солдат поднял, как ему показалось, пистолет и нажал на спуск. Синий луч разрезал пространство, но не дотянулся до корабля, взорвавшись о щиты где-то в полуметре от брони, сжигая сразу нескольких изгнанников рядом.

– Твою мать…

И почти одновременно с этим послышался искажённый связью голос Гранта.

– Фарен, это Грант, открыть огонь! Это противник! Повторяю, открыть по ним огонь! Не подпускайте их к кораблю!

Фарен больше не медлил, переводя турели на незваных гостей. В его голове крутился один-единственный вопрос – какого хрена сейчас происходит, но миниганны уже зажужжали, плотным огнём встретив противника.

Пули врезались в одного из неизвестных. Полетели искры от активной брони, но тот устоял на ногах, тут же отступив в сторону. Второй тоже сделал выстрел и быстро начал огибать корабль с другой стороны, пытаясь уйти из-под огня. Его преследовал луч трассеров, который срезал всё на своём пути.

Бронебойные пули крупного калибра разносили стволы деревьев в щепки, пытаясь достать неприятеля, а компьютер уже выдавал о просадке щитов. Ещё один луч прогремел, не сумев пробиться через них, и компьютер поспешил об этом сообщить.

Двое человек в активной броне, поочерёдно выглядывали, стараясь не попадать под огонь. Турели безжалостно поливали их свинцом, но такими темпами было непонятно, кто из них сдастся первым. Теперь они гремели без передышки, заставляя всех в десантном отсеке сжаться от страха перед неизвестностью.

– Это же они, да? Почему они стреляют по нам⁈ – пискнула Марианетта, вжавшись в кресло пилота.

– Это не они, – бросил Фарен, в ручном режиме целясь по противнику, когда на связь вновь вышли.

– Фарен, это Зигфрид, – раздался голос в рации. – На тебе крайний правый. Не давай ему высунуться. Я займусь левым от тебя.

Одновременно с этим один из неизвестных в активной броне неожиданно отвлёкся, обернувшись в сторону, и успел сделать лишь один выстрел, когда в него на полном ходу врезался космодесантник, повалив на землю. Уже его турели опознали как дружественную цель.

Около корабля разыгралось нешуточное сражение.

* * *

– Ещё их нам не хватало… – пробормотал я, пока мы с Грогом пытались вытащить кусок бетона, который перекрывал наш путь наружу.

Я не сомневался ни в турелях, ни в щитах, которые могли спасти корабль от попадания, однако если всё грамотно разыграть, то даже они не спасут гражданских. Каким бы ни был хорошим корабль, но если предатели вооружены чем-нибудь покрупнее обычного градомёта, то это лишь было вопросом времени, когда они пробьются через щиты. Поэтому тот факт, что в дело вмешался Зигфрид, значительно успокаивал меня.

Мы же продолжали разгребать завал. Вот ещё один кусок бетона был отброшен назад, скатываясь с грохотом вниз по лестнице, и завал наконец на нашими головами начал наконец обваливаться, открывая путь наружу. По броне застучал камни, осыпаясь вниз, и я подался вперёд, не без труда выбираясь наверх.

Сейчас было главное выбраться и присоединиться к Зигфриду. Втроём при поддержке турелей мы без проблем расправимся с ними.

С трудом, слыша, как скрежещет металл о камень, я протиснулся в получившийся лаз, пробивая проход наружу. Позади вперёд меня проталкивал Грог. Сантиметр за сантиметром, ещё немного и я наконец выбрался наружу. На четвереньках выполз по обломкам, после чего встал и быстро огляделся.

От поместья ничего не осталось. Теперь это были руины, груды камней, над которым поднималась пыль. То тут, то там виднелось что-то, что напоминало о поместье: мебель, куски стен, ещё покрытых обоями, перила лестницы. Сохранилась лишь дальняя стена с окном, но она выглядела на фоне разрухи, как гнилой одиноко стоящий зуб.

Я множество раз видел подобную картину. Разрушенные до основания города, которые сровняли с землёй после операций космодесанта. Эта картина была мне привычна и не вызывала в душе никакого отклика.

Но что действительно удивило меня, так это выжившие. Рядом со мной, закашливаясь, пытался поднять с себя бетонную плиту какой-то мужчина, явно из нападавших. Я без каких-либо зазрений совести просто наступил ему на голову, оборвав тщетные попытки выбраться из-под обломков. Где-то в пыли шаталась ещё парочка, словно ожившие мертвецы.

За моей спиной наружу вылез и Грог.

– Идём, добьём этих и двинемся к кораблю, – кивнул я на людей.

– Что насчёт остальных наёмников? – спросил Грог.

Я осмотрелся по сторонам.

– Здесь больше нечего удерживать. Одни руины. Мы сделали всё, что могли, и теперь можно отступить. А там будет видно, как действовать дальше.

Первым был какой-то контуженый парень, который до последнего не мог сообразить, что его ждёт, тупо уставившись на меня, пока мой клинок не снёс ему голову. Его тело безвольно осело на камни, заливая их кровью.

А второй даже попытался оказать нам сопротивление. В его руках вспыхнули клинки, и он бросился на меня. Даже смог прыгнуть, но его прямо в полёте перехватил за шею Грог.

Мужчина был явно не в себе.

– Я убью вас! Вы будете молить о смерти! Вам всем конец, я вырежу всех вас, твари, – продолжал он хрипеть и дёргаться, даже запустив в Грога огненный шар, который не мог ничего сделать броне.

Я даже узнал этого человека. Если не изменяет мне память, то именно он должен был занять место после Лорье в их доме. Что он делал здесь, в авангарде и почему не остался в тылу, было для меня загадкой, однако мы были не из тех, кто стал бы просто так устраивать ему мучительную смерть за всё. Мучить противника без необходимости – это верный путь однажды быть поглощённым хаосом, поэтому Грог просто сжал ладонь, сломав тому шею. Тело мужчины повисло в его руке, как тряпичная кукла, и тот отбросил его в сторону.

Наверняка, здесь остались ещё выжившие, однако сейчас на них не было времени. Мы быстро спустились с руин здания на перекопанную землю. Повсюду были кирпичи и обломки, раскиданные вплоть до леса. Вся земля была перекопана после боя, будто её пытались вспахать. Но едва мы успели сделать пару шагов, как…

Слева!

Среагировал первым не я – Тень. И мои руки сами по себе, явно управляемые им поднялись, создавая щит, после чего меня откинуло назад. Я пролетел пару метров, кубарем прокатившись по земле, после чего приземлился на одно колено, вцепившись пальцами в рыхлую землю, и сразу вскочил на ноги.