Текст книги ""Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Виктор Стогнев

Я не терял времени даром: пока кузнец работал, я собрал еще одного голема. Мастер доделает заказ, а машину я дособеру, когда посещу город в следующий раз. Забрал наконец заказанную книгу, и даже получил навык «самоконтроля».

И вот голем был собран. Я установил пружинные механизмы для натяжения и запуска болтов, закрепил хранилище, куда можно будет легко добавить новые снаряды, и даже присоединил к голему маленький щуп, чтобы тот мог самостоятельно собирать болты в хранилище. Я установил и перепроверил все модули, и еще раз перебрал в памяти команды, которые нужно будет дать механизму после включения. Кроме обычных, которые уже получили Тенеплет, Пламенный и Железный, мне нужно будет выдать и особые: например, при каждой возможности голем должен пополнять пенал доверху, и постоянно знать, сколько у него там арбалетных стрел. Но не в бою – тут пополнению боезапаса отводится второстепенная роль, кроме случая, когда он исчерпан. Также, когда голем будет сидеть на плече громадной машины, отлучаться и искать снаряды ему не нужно.

И между этими командами мне придется балансировать, выставляя приоритеты и исправляя возникающие конфликты противоречащих приказов.

После полной сборки я активировал голема и отошёл на пару шагов, наблюдая, как машина оживает и делает первые шаги. Неказистая с виду установка походила на безголовую черепаху, панцирь которой изрядно раздуло и покорежило. Внутри голема не осталось свободного места – я с толком использовал каждый сантиметр.

Теперь нужно проверить голема на профпригодность.

Как я недавно узнал, в Гильдии был полигон: большой ангар с толстенными металлическими стенами. Именно на нем испытывали новых големов, проводили бои различной техники, дуэли. Именно тут жгли, плавили, били и резали броню. Сюда я и пошел в компании Ахрила и Ильзы, параллельно с этим пичкая голема командами и установками. За пару дней, что я провёл в Гильдии, приятели успели выяснить, чем я занимаюсь, и напросились на тест голема. Я не видел в этом ничего интересного, но и запрещать не стал.

В данный момент ангар был свободен. Мы вошли внутрь, а за нами, бодро ковыляя, зашел голем, который ростом был мне по колено. Он может двигаться и быстрее, но именно здесь я и проверю, насколько быстрее.

– Чем займёшься в первую очередь? – поинтересовалась девушка.

– Узнаю, насколько хорошо малыш стреляет. Если не трудно, можешь отнести эту мишень подальше? – вынул я из сумки небольшую коробку с намалёванными со всех сторон кругами. Сумку я тоже сменил – взял себе отличный и непомерно дорогой артефакт за двадцать золотых. Цена кусалась, зато теперь сумка привязана лично ко мне, и не придется беспокоиться, что туда что-то не влезет. Восемь кубометров – это не шутка. Можно будет гоблинов отрядами в подпространство засовывать, если у меня вдруг появится такое странное желание.

Кстати, а что, если зомби засунуть в подпространство? Живые существа там не выживают, это я точно знаю, а что с не совсем живыми? Если умирают, то нельзя ли использовать подпространство, как оружие?

От размышлений меня отвлёк Ахрил.

– Так ты ещё не проверял, как он стреляет? – хмыкнул паренек. – Как так?

– Потому что новые модели, спроектированные и собранные впервые, должны использоваться на полигонах, а если рядом нет таких – то на местности, где нет людей. Такие правила безопасности. Тут даже щиты можно включить по периметру – видишь по углам артефакты в виде каменных платформ?

– А почему ты тогда не проводил испытания наших големов?

– Ну… Потому, что ваших големов я собирал на основе уже существующей и зарекомендовавшей себя модели и изменений вносил не так много, – отмазался я и побыстрее перевёл тему. – Ну что, начинаем?

Ильза как раз вернулась, поставив коробку-мишень посреди ангара.

– Давай.

– Ну, начнем.

Я отдал приказ. Голем взвел арбалет и выпустил первую стрелу.

Щелк!

И в центр одной из мишеней вонзилась стрела.

– Непло-охо, – протянул Ахрил, но не успел он договорить, как машина выпустила следующую. А потом – еще.

Голем бил в мишень с отличной точностью. Стрелы неизменно вонзались в центр мишени: даже когда голем стрелял от края ангара, и даже когда уперся в коробку и отодвинул ее до стены, а сам отбежал к противоположной.

С каждым щелчком, которым сопровождалась спущенная стрела, с каждым сочным треском дерева, с которым она вонзалась в центр мишени, я видел, как загораются глаза приятелей. Моя техника работала безупречно, и это вселяло в них восторг, будто не мой голем, а их машины находятся сейчас в десятке метров от нас и бьют в цель.

Щелк!

И болт мелко дрожит посередине мишени, а ящик чуть сдвигается в сторону.

Щелк! И рядом с первым снарядом вырастает второй.

Я ухмылялся и едва не светился от гордости, представляя, как эти стрелы будут косить врагов. Только нужно будет задать параметры для противников: зомби бить только в голову, рыцарей смерти – в щель забрала, а в призраков и блуждающие огоньки не стрелять, если стрелы не посеребренные.

– Вилатос, это шикарно! – не выдержала Ильза. – Сделаешь мне такого голема? Ну пожалуйста!

– Я подумаю, – натянуто улыбнулся я. – А теперь давайте узнаем, как он стреляет по движущейся мишени.

Вот только задать Железному команду взять ящик я не успел: после двух суток бездействия Тенеплет подал сигнал. Подключившись к его окулярам, я выругался. Голем вляпался в проблемы.

Глава 18

Ваззи слонялся по дому, не находя себе места. Мастера одолевало беспокойство, но причину мужчина обнаружить не мог. На самом краю сознания притаилось ощущение опасности – неявной, затаившейся, словно ползающий у изголовья кровати шершень.

Сперва Ваззи не придавал значения странному чувству, но чутье отчаянно пыталось заставить его обратить внимание на опасность, и мастер сдался. Он оглядел дом, поговорил со служанкой, но не нашел, что могло вызвать тревогу. Все было по-старому: вещи не пропадали, новых не появлялось, троица охранных големов не заметила никого подозрительного, вот только атмосфера была… иной. Недоброй.

Может, опасность прячется вне дома?

Ваззи вышел на крыльцо и прислушался к своим ощущениям. Ему показалось, что он слышит какое-то шуршание, похожее на тихий шепот, идущий одновременно отовсюду. Но охранные големы по-прежнему молчали и не обращали внимания на звуки. Их слышал только мужчина.

Ночь прошла тревожно. Мастер не единожды просыпался, выныривая из кошмаров. День оказался каким-то блеклым: Ваззи был рассеян, срывался на послушников и даже перепутал аудиторию, вломившись на занятие другого преподавателя. Следующие сутки прошли еще хуже. Из сновидений исчезло все, кроме смутных кошмаров, а ощущение опасности нарастало, будто спрятавшийся шершень увеличивался в размерах. В Гильдии ощущение опасности будто притуплялось, а вот дома – возрастало.

Может, прислуга задумала его убить?

Мастер отпустил на неделю служанку, извинившись перед женщиной, и стал обедать и завтракать вне дома. Это ничего не изменило.

Когда он вернулся из Гильдии на третий день, то обнаружил, что из строя вышли два голема из трех: у обоих лопнул энергетический кристалл. Ваззи обследовал каждое металлическое тело как можно тщательнее, но все укладывалось в износ механизмов. Сразу двух. В один день.

Диверсия была ювелирной – не подкопаешься. Никаких следов вскрытия, никаких отметин на кристалле, кроме мельчайшей сеточки трещин.

Големов мастер починил – это было несложно. Но теперь мастеру мерещилось, что в доме есть кто-то еще. Скрипели половицы в пустых в комнатах, где никого не могло быть, перемещались с места на место вещи. А големы не замечали посторонних. Не смог их обнаружить и лектор. Приглашенный мастер-медиум также не заметил в доме ни следа потусторонних существ.

Все происходящее напоминало Ваззи болезнь рассудка, и от этого становилось страшнее. Безумие – вот чего мастер боялся больше всего. Помутнение рассудка – это полнейшая беспомощность. Угасает сознание, а человек даже не замечает этого, выстраивая у себя в голове иллюзорный мир.

Мастер ощущал себя препарируемой лягушкой. Нечто исследовало его слабости, страхи, и с хирургической точностью било по ним. И чем дольше Ваззи боролся с невидимой силой, тем сильнее она становилась. Нечто играло с его эмоциями, вызывая беспокойство, страх, агрессию. От недосыпа стены между реальностью и кошмарами стирались. В душе поселилось отчаяние и безысходность. Его будто кто-то пытался ломать, оставаясь незамеченным. Вел к краю.

Мастер в очередной раз проснулся посреди ночи… только в этот раз дом казался чужим. В соседней комнате скрипели половицы и слышался мелкий дробный топот. По стенам бегали тени, а шепот усилился, но по-прежнему оставался неразборчивым.

А големов не было.

Мастер попытался нашарить сознание механизмов, но обнаружил лишь пустоту. Либо машины покинули город, либо нечто уничтожило каждую деталь, каждый модуль.

В детстве Ваззи, ужасно боявшийся того, что может прятаться в темноте. Задержавшись у друзей, вечерами бежал по улицам, и ужас перехватывал его дыхание, и ожидание, что нечто может укусить за пятки, заставляло бежать, покуда дыхание не собьется и не оставят силы. А когда он влетал в родительский дом, где в очаге горело мягкое, тёплое пламя, где пахло уютом и безопасностью, понимал, что страхи беспочвенны.

С недавних пор у кровати мастера стояла керосиновая лампа.

Лектор зажег огонь, но облегчения не наступило. Пламя казалось тусклым, безжизненным, как лунный свет, и скорее подчёркивало тени, чем разгоняло их.

Ощущение чужого присутствия скачком возросло. И шло оно со двора.

Лектор приблизился к окну и увидел силуэт голема, принадлежащего недомерку с длинным языком. Голем стоял, пялясь окулярами на лектора, и под его внимательным взглядом хотелось сжаться, забиться в самый дальний угол комнаты.

– Что за бесовщина…

А еще голем не ощущался, будто его не было. Ни перехватить над ним контроль, ни ударить мощным, до предела насыщенным силой плетением по внутренней структуре, расшатывая энергетику.

– Это кошмар? Какое-то видение?

После обнаружения причины тревоги и страхов в душе шевельнулась робкая надежда. Чтобы всё закончилось, нужно всего лишь избить до полусмерти пацана, который командует големом, и заставить его отозвать тварь.

Когда решение было найдено, Ваззи даже улыбнулся. Окажись кто рядом, не назвал бы этот безумный оскал улыбкой, но мастеру было плевать. Он вцепился в ручку лампы, и поспешил на выход.

Только вот у самого порога что-то метнулось ему под ноги. Лектор споткнулся и полетел на пол.

Прочные доски проломились, и Ваззи упал куда-то вниз, больно приложившись затылком. А когда пришёл в себя, обнаружил, что не может пошевелиться. И абсолютно ничего не видит.

На запястьях и лодыжках ощущались тугие ремни. Под головой – мягкая подушка.

– Где я? – спросил Ваззи тонким, звонким голосом. – Есть здесь кто-нибудь?

– Сынок! – произнес мамин голос, и женщина взяла его за ладонь. – Как я рада, что ты пришёл в себя!

– Ты… Не может быть! Ты ведь… вместе с папой, тринадцать лет назад, в деревне…

– Снова бредишь. Ничего, скоро придёт доктор и даст тебе таблетки. Они помогут тебе дольше оставаться в ясном сознании.

Происходящее было бредом. Кто-то представляется его матерью, но зачем? И почему Ваззи слышит свой подростковый голос, не огрубевший за десятки лет, без привычной хрипоты? Ответа не было, а в мыслях царил сумбур.

– Мама, почему я тебя не вижу?

– Не видишь, да… – невпопад сказала ему мать. – И не увидишь. Ведь во время очередного приступа ты выколол себе глаза. Это было пять лет назад, Ваззик. Живешь в выдуманных мирах, считаешь себя строителем големов…

Мать всхлипнула, и сердце резануло болью. А в животе медленно ворочался страх.

– Что значит – считаю? Но я ведь и есть…

– Прекрати, пожалуйста, – добрым грустным голосом попросила мать. – Я уже столько слышала об этом, что сама могу о твоих фантазиях рассказывать. Гильдия, несносный мальчишка, темный дом, тревога.

Ваззи попытался собраться с духом, но липкий отвратительный страх кутал, путал мысли.

– Поговори со мной, – попросил он, крепче сжимая ладонь матери. – Расскажи… расскажи, как папа.

Даже если происходящее – бред, пусть он лучше наслаждается этим бредом. Слышит голос матери и держит ее за руку. Делает то, чего не смог сделать, когда мертвецы прорвались в деревеньку Тяжкины овраги, – находится рядом.

А мать рассказывала. Про новую работу отца – водит ватаги сборщиков трав по лесам, возвращается каждый раз невредимым, и людей своих в обиду не дает. Шутка ли – обладатель архетипа Лунного мечника в ранге подмастерья! Небывалая сила для здешней глуши.

– Вот и доктор, – с теплом в голосе проговорила мама, прерывая рассказ.

– Ну-с, молодой человек, жалуйтесь. Хе-хе… Шучу. Ваша мать говорит, что вы снова с нами? Значит, настойка схельдримских трав помогает лучше предыдущих лекарств.

Голос доктора был знакомым.

– Вилатос! – рычит Ваззи. – Я тебя достану, я…

– Малыш, – укоряюще говорит мама, – Я понимаю, что в твоих видениях многое происходит, только не нужно переносить события из них в реальность. Ты уже не раз оскорблял доктора. Может, сегодня обойдемся без этого?

Ваззи не чувствовал стыда, но перечить матери не хотелось. Он безропотно выпил таблетки, ледяные и колючие – они с трудом проскользнули внутрь, и теперь в животе ощущался холод. А еще – перед глазами начали проноситься иные воспоминания, в которых Ваззи видел себя будто со стороны. Жизнь в селе, откуда он так и не уехал. Нарастающие кошмары. Момент, когда от них захотелось избавиться, а под рукой так удачно оказалась мамина спица…

– А теперь – наш стандартный разговор, – скучным голосом сказал доктор. – Я обязан снова рассказать вам, как можно выбраться из сетей видений, куда вы так радостно прыгаете раз за разом.

– Что мне нужно будет сделать?

– Он опять забыл, – шепчет мать.

– Немудрено, – устало отвечает доктор. – Все-таки дело это очень трудное, особенно в его состоянии.

– Напомните, что мне нужно будет сделать.

– Вы готовы меня выслушать, молодой человек? Но не как в прошлый раз, а выслушать и принять мои рекомендации на веру.

– Говорите уже, – бормочет Ваззи. Слепой, скованный, беспомощный. – Думаю, я готов.

– Я понимаю, Ваззи, что тебе трудно, и сочувствую твоим страданиям. Но тебе нужно сделать кое-что очень-очень трудное. Для этого тебе нужна будет вся сила духа. Ни я, ни твоя мать не сможем вытащить тебя из этого кошмара, если ты сам этого не захочешь. Молодой человек… Мне трудно повторять это в энный раз, но вам придётся убить себя в кошмарах.

* * *

Идея натравить на лектора Тенеплета показалась мне забавной. Новые книги, новые знания, а в придачу: весьма курьезное явление – големостроитель с боязней големов.

Вот только я не ожидал, что мастер Ваззи прикончит себя.

Когда я подключился к Тенеплету, то увидел, как бедного голема кошмарит самый настоящий лич, еще не утративший сходства с лектором. Тенеплет не мог спрятаться в тень и ускользнуть – быстрые удары лича выбивали голема из тени.

Я скороговоркой объяснил Ахрилу и Ильзе, что происходит, после чего сразу же выбежал из здания Гильдии, сопровождаемый Пламенный и Железным.

– Ненавижу мертвецов… – выдохнул я на бегу.

А когда-то я зачитывался книгами жанра постапокалипсис. Упивался безысходной экзистенциальной тоской и наоборот – хотел хотя бы на страницах книги увидеть, как цивилизация рушится. Как падает вся непрочная система, выстроенная лысыми обезьянами. Как сидящие на самой верхушке социальной лестницы холёные толстые люди в костюмах стоимостью в шесть моих зарплат, тупо смотрят на сводку новостей и понимают, что их тесная и уютная вершина пирамиды падает к подножию.

Апокалипсис – возможность обнулить свои жизни, причем для всех. Сбросить весь социальный прогресс.

Правда, если ты и раньше был у подножия, скорее всего, снова окажешься на том же самом месте. Но никто же не запрещает помечтать, верно?

Апокалипсис – жанр для тех, кто хотел бы побыть в анархии, где нет ни законов, ни правил. Где можно залезть в магазин сквозь проломленную витрину и вынести десяток ящиков тушёнки без регистрации и СМС. А спустя десять минут – из трофейного ружья прострелить колено оскорбившему тебя мародёру.

В этом мире апокалипсис пошёл немного по-другому. Менее радужно. Может, кто-то и выносил тушенку, грабил артефактные магазины и стрелял по ногам, но самая мякотка прошла мимо меня. Я в этом не участвовал, так как попал в этот мир уже через семь лет после основных событий. Хотя, попади я в тело подростка, который оказался в одном из захваченных нежитью городов, без архетипа и навыков сражений, наверное, просто сдох бы. Тут не то РеалРПГ, где получаешь опыт за убитых мертвецов, тут навыки развиваются иначе. Первый же высокоранговый зомби выбил бы мне мозги. Погибали даже весьма развитые и опытные люди – не на пустом ведь месте появлялись в первые дни личи.

Однако частичками апокалипсиса я мог насладиться в полной мере. Они гуляют по лесам, сидят в некрополисах, ютятся в курганах. Иди и бери, наслаждайся. Только вот не слишком хочется.

Я пока не знаю, что для меня несет появление лича-големостроителя – опасную схватку и проблемы с Гильдией, если они узнают, кто причастен к смерти мастера, или дополнительный бонус в качестве навыков, которые можно выпить. Для начала – разберусь с носителем навыков, а потом уже начну выяснять.

До дома мастера я добрался за рекордные шесть минут.

Лич стоял у Тенеплета, растягивая в усмешке гнилые губы, и раз за разом пытался пробить защиту и подчинить голема. Ветер играл жидкими седыми волосами мертвеца. Судя по отстранённой улыбке, бывшего мастера не волновали ни я, ни Железный с Пламенным. Что ж, сейчас я покажу, как опасно недооценивать меня.

– Фас, – скомандовал я големам.

Железный бросился первым, размахивая мечом, и лич вынужден был отступить в сторону. Тенеплет упал без сил – мана на нуле. Истощенный, но не сломленный. Хотя установленную защиту ему здорово покорежили – будто ножом вскрывали. Еще немного, и пароль личу не понадобился бы.

От ударов Железного лич скользнул в сторону к Пламенному, и атаковал сам – пнул голема в грудь. Пламенный закрылся рукой, но удар оказался столь силен, что голем упал на спину, будто попал под удар тарана. В момент удара раздался скрежет металла и рука изогнулась. А лич повернулся ко мне.

– Готов, червяк? Эх, знал бы ты, сколько секретов скрыто здесь, за гранью… Рад, что ты пришел. Но чем ты будешь драться – шипастым шаром, сопляк? Это ведь даже не артефакт. Этот мусор годен лишь на то, чтобы…

Я молча бросился, занося для удара моргенштерн. Лич отступил и повернулся так, чтобы видеть и Пламенного: тот ворочался на траве, пытался подняться, опираясь на искореженную руку.

Время послушно замедлилось. Я налетел на врага, как молния. Ударил билом, метя в голову, но лич прогнулся в поясе, уворачиваясь, и выстрелил рукой, принимая железный шар на ладонь.

– Вот так вот брать его…

Сочно шмякнуло – шипы оружия вошли в гнилую плоть, но лич лишь оскалился, и второй рукой ухватил короткую цепь. Я пнул монстра в колено, но безрезультатно – тот даже не шелохнулся. Мертвец напряг руки, и цепь с громким звоном лопнула. Бесполезные части оружия полетели на землю.

– И выкидывать. Кстати, спасибо, что привел мне новых големов, – издевательски кивнул мне лич. И я почувствовал, как его воля пытается продавить мою связь с механизмами. Ага, как же…

У меня имелся опыт в борьбе за контроль над машинами. В прошлой жизни изредка находились люди, которые пытались забрать у меня големов. Зачастую такие люди заканчивали свою жизнь в канаве от клинка голема, в которого я засунул массу триггеров как раз на такие случаи, но иногда удавалось схватиться с жадными до чужого добра людьми в прямом ментальном противостоянии. Схватка за схваткой, год за годом, но я копил опыт ментальных поединков.

И у меня было преимущество перед личем: я сражался на своём поле, за своих големов, связь с которыми у меня была налажена, а он пытался эту связь поломать. И даже если у него вдруг получится, в чём я не уверен, ему придётся устанавливать новую связь, защищаясь от моих атак.

Лектор точно стоил звания мастера. При всём моём преимуществе, я лишь охнул, когда мертвец сплел заклинание и направил его на мою связь с Пламенным. Силы он вложил немерено: я едва успел сплести контр-заклинание, смотря на руны, выскальзывающие из его пальцев, но даже так попытка перехватить контроль ощущалась, как прямой удар в челюсть. Правда, и лича больше, чем на одно заклинание не хватило.

– Откуда опыт? – удивился лич. – Ты же сопля зеленая! Когда я осваивал эти знания, ты еще под себя ходил.

Отвечать я не стал – попытался сблизиться и нанести удар по центру груди. Сработало с одним личем, сработает и с другим.

Только вот ударить я не успел. Мертвец будто бы знал, от чего защищаться: ловко развернул корпус, пропуская руку мимо себя. А потом – попытался задеть меня когтями. И я уверен, несмотря на всю мою крепость тела, эти коготки, если попадут по коже, располосуют ее лучше артефактных ножей.

– Убить меня вздумал, подонок? – хрипел лич между ударами. – Я тебя сам убью! Иди сюда…

Мне пришлось активировать комплекс уклонения, иначе я бы не справился. Да и так разорвать дистанцию не выходило: лич преследовал меня, уже не пытаясь овладеть големами, старался меня прикончить.

Но чем больше он промахивался, тем больше терял над собой контроль. Из горла нежити уже рвался рык, а сам он будто обезумел – забыл о големах, и упрямо наносил удар за ударом.

На запредельных скоростях я не мог сражаться часами. Даже с учетом влияния дорогого зелья, даже с учетом всех навыков, усиливающих меня. А лич не показывал усталости. Каждый раз когти пролетали все ближе и ближе от тела. Пару раз мою броню разрезал острый кончик когтя, и в эти мгновения я чувствовал, как кожа покрывается мурашками. От одного их касания расползется и кожа, и мясо.

Вот только утративший разум мертвец позабыл о големах. За время, что я отвлекал лича, Железный и Пламенный подкрались к нему со спины и бросились вперед, хватая его руки. Мне нужен был всего лишь миг на удар, и я его получил.

Рука рванулась вперед. Пальцы захрустели, ломаясь, но все же вошли в грудную клетку мертвеца.

– Не-ет! – заорал лич, но вырваться уже не смог. Его сила исчезала, поглощаемая мной.

В этот раз ощущения от пожирания лича были совершенно иными. Не знаю, что тому виной – относительная свежесть мертвеца, или схожесть наших архетипов, но мне показалось, что я окунул руку в кипящий котел.

Энергия рванула по пальцам, по предплечью, распирая энергоканалы. Я застонал – ощущение было неописуемо. Я даже не мог сосредоточиться на навыках, ранг которых нужно повысить: все силы шли лишь на то, чтобы не заорать от боли и не выдернуть пальцы из груди лича. Думаю, если бы я попытался выдернуть руку, голод, будто сорвавшийся с цепи, не дал бы мне этого сделать. Рука помимо моей воли погружалась все глубже в гнилую грудину.

[ Ранг навыка«наделение силой» повышен!]

[Наделение силой, ранг – мастер]

[Ранг навыка «рунная магия» повышен!]

[Рунная магия, ранг – мастер]

[Ранг навыка «создание големов» повышен!]

[Создание големов, ранг – мастер]

Сообщения расплывались перед глазами, и я в них почти не вчитывался. Единственное, что пробилось даже сквозь боль, последнее:

[Ранг архетипа повышен!]

[Архетип: Архитектор големов, ранг – мастер]

А потом в голову ворвался поток поглощенной информации, и я погрузился в темноту.