Текст книги ""Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Виктор Стогнев

Соавторы: Виктор Стогнев,Кирико Кири,Квинтус Номен,Петр Блэк
сообщить о нарушении

Текущая страница: 311 (всего у книги 351 страниц)

Я делаю шаг вперёд и возникает стойкое ощущение, что нахожусь где-то над бездной. Дна не видно, как и не видно верха. Просто мост, зависший над ничем.

По очереди мы быстро проходим по нему, попав на другую сторону. В какой-то момент возникает стойкое чувство, что он вот-вот обвалится или его обвалит что-то, но обходится. Мы оказываемся с другой стороны и продолжаем свой пусть, ища проход дальше.

Ещё через полчаса бесконечных однотипных коридоров мы выходим к лестнице наверх, которая выводит нас в ещё один коридор. Он куда больше, шире и выше. Главный коридор, ведущий, видимо, от мостика к жилым помещениям, станции вагонетки и проходу к реакторам под нами.

В отличие от остальных, он украшен и металлическими конструкциями в готическом стиле. На стенах вырезаны характерные для многих линкоров заповеди Империи, висят портреты великих полководцев, главнокомандующих и Воителей. А вдоль стен в несколько рядов стоят свечи, которые давно уже потухли.

И никого.

Мы оглядываемся и движемся в сторону монументальных ворот. Грог щёлкает по пульту управления, и они начинают разъезжаться в стороны, открывая огромный зал, святая святых любого линкора и даже просто корабля.

Капитанский мостик.

– Дошли, чтоб его… – бормочет Зигфрид, сжимая крепче градомёт.

– Да… – выдыхаю я.

Капитанский мостик представлял из себя помещение всё в той же готике, похожий на огромный храм, что вытянулся вверх, будто мы находились в огромной башне. Огромные окна закрывают металлические ставни, отчего здесь темно, как в склепе.

Мы делаем шаг в огромный зал.

Вдоль стен по кругу идёт огромный балкон, на котором сконцентрировались все системы управления, представленные множеством громоздких компьютеров, которые сейчас спали. Весь линкор мог управляться прямо отсюда, из этого места, достаточно было лишь группы пилотов. В самом центре, как на пьедестал, висела круглая платформа.

Мы переглядываемся и идём к ней.

Царит гробовая тишина. Единственный звук – наши шаги, которые расходятся эхом по залу.

Мы подходим к лестнице на платформу в центре и медленно поднимаемся наверх, где нас ждёт капитанское кресло и отключённый голографический проектор.

Как выяснилось, не только они.

– Капитан, – негромко произносит Грог, вскидывая градомёт.

Отсюда мы видим только массивное кресло с управлением в подлокотниках и массивные плечи активной брони капитана.

Грог медленно обходит кресло, после чего опускает оружие.

– Чисто.

В кресле действительно сидело тело капитана, одетое в белоснежную активную броню, обрамлённую позолоченными символами империи и инквизиции – всё буквально кричало о его статусе и звании. Модель активной брони явно получше, чем у нас по многим параметрам. Но был один нюанс – от головы капитана осталась лишь нижняя челюсть, остальная голова попросту снесена.

Кровь забрызгала кресло капитана и пол по левую сторону от него. Она запачкала его белоснежную броню и забрызгала пульты управления в подлокотниках. Я даже мог различить кусочки костей, мозгов и имплантов, которые разлетелись вокруг кресла. И судя по высохшей крови, произошло это достаточно давно.

– Значит Тагер и его команда добрались до капитанского мостика, – Грог окинул взглядом тело капитана.

– Только вряд ли это они его устранили, – Зигфрид поднял с пола градомёт пистолетного типа и покрутил его в руках. – Судя по всему, он покончил жизни самоубийством.

Грог подошёл ближе к телу, внимательно разглядывая его.

– Слабаков не берут в инквизицию и тем более в командиры линкора.

– И тем не менее всё говорит о том, что он сам вышиб себе мозги, – Зигфрид осторожно положил градомёт на подлокотник.

Пока они разглядывали тело, я подошёл к подлокотнику и нажал кнопку. В тот же миг зал ожил. Включился голографический проектор, ставни на окнах начали разъезжаться, впуская свет газового облака в зал, разгоняя мрак и вызывая какое-то облегчение. До этого отрезанные от остального мира крепкими стенами линкора вид из окна будто возвращал нас обратно в реальность из тёмных коридоров.

Я даже почувствовал какое-то облегчение.

Компьютеры во всём зале ожили: запикали системы, засветились зеленоватым светом мониторы, загудели системы – капитанский мостик ожил.

– Надо найти судовой журнал, – я внимательно пробегаюсь по системе управления около кресла взглядом, после чего щёлкаю на несколько кнопок.

Перед телом появляется голографический экран. Пока я пытаюсь найти журналы корабля и капитана, Зигфрид подходит к голографической карте. С помощью пульта управления перед ней он меняет вид, отдаляя карту на максимум и позволяя окинуть взглядом всю галактику. После чего щёлкает пару кнопок, и всю галактику расчерчивают линии, которые помогают отследить весь путь линкора за последние годы.

– Большую часть времени они находились на задворках галактики, в самых отдалённых системах и облаках астероидов, – внимательно разглядывал её Зигфрид. – Что они искали?

– Не знаю.

– Вот здесь, это база инквизиторов, но они возвращались сюда достаточно редко. И эта планета, Параллакс, сюда они тоже возвращались несколько раз.

– И что там? – спросил Грог.

– Не знаю. Вообще не слышал об этой планете, – пожал он плечами. – Но каждый раз они возвращались на задворки галактики. Будто что-то искали. Облетели несколько пограничных систем, даже системы душегубителей. А потом…

Он указал пальцем на линию, которая уходила за границы галактики и исчезала.

– Вышли за пределы галактики. А здесь, – он показал на линию, которая возвращалась с той же стороны, но в другом месте, – вернулись, после чего ещё пару лет летали, но уже ближе к центру галактики, пока не исчезли.

– Не попали сюда, – добавил я. – Нашёл бортовые журналы.

– Что там? – обернулся Зигфрид.

– Тут… – я взглядом пробегаюсь по записям.

По большей части это приказы, координаты, где они были, имена тех, кто стоял на вахте, и много другой ненужной информации, которую обязаны записывать в журнал. Каждый день имеет свой файл, чтобы удобнее было искать. Внутри идёт столбик сообщений, всё аккуратно и понятно расписано по секундам.

– Почти всё. И ничего. По крайней мере, интересного.

– Есть, куда они летали за пределы галактики?

– Надо искать в архиве. Но записи прерываются пятьдесят один год, три месяца и девять дней назад. Это когда они скакнули сюда с абордажной командой на борту.

Я открываю файл на последнюю имеющуюся дату.

Информации было минимум. По большей части, какие приказы были, куда был распределён экипаж и так далее. И сначала всё стандартно, но потом появляется запись, что рядом обнаруживают линкор ордена «Грозовой вал». Он идёт на перехват. С перехватчика следует приказ отключить двигатели, бортовое вооружение и ждать абордажную команду. После этого запись, что поступает приказ от командира линкора на увеличение мощности реактора и подачи всей энергии на главный узел. Следом сообщение, что на корабль высадилась абордажная группа. Место входа: третья палуба, пятый сектор. Дана команда не оказывать сопротивления и по возможности покинуть сектор, а затем…

Всё. На этом записи прерываются. Их больше никто не ведёт. Ровно после того, как они скакнули в никуда. Однако есть одно «но».

– Странно…

– Что? – Зигфрид с интересом оборачивается на меня.

– Записи. Здесь есть записи о перехвате, о высадке абордажной команды и о том, что они начали подавать все мощности на главный узел. Но нет сообщения подготовке к варп-прыжку и о самом варп-прыжке.

– Не успели? – пожимает плечами Грог.

– О высадке абордажной команды успели занести, а о хотя бы подготовке к варп-прыжку нет? – покосился я на него и вернулся к журналу. – Обычно это делается автоматически. Но здесь нет ни единого слова, что они даже готовились к варп-прыжку или просто пытались уйти на своём ходу. Бортовой журнал обрывается, будто они исчезли там и оказались здесь.

Я внимательнее пробегаю взглядом по журналу, который дал ещё больше вопросов. Всё расписано буквально по минутам и секундам. Высадка в четырнадцать-семнадцать-двадцать восемь по времени линкора, команда о несопротивлении и эвакуации четырнадцать-семнадцать-пятьдесят один. И всё. Больше ничего.

– Тагер прошёл, получается, пять секторов до мостика, и ни одной записи? – уточняет Зигфрид.

Вместо этого я перевожу записи журнала вместо карт на голографический проигрыватель, чтобы они могли сами в этом убедиться.

– Он говорил, что они встретили часть экипажа. А потом все начали пропадать. Один за другим. И даже часть абордажной команды. Видимо, это происходило уже здесь, в Альта Семите.

– А по поводу капитана? – кивнул на труп Грог.

– Ни одной записи. Что бы не произошло, он сделал это уже здесь. Возможно, есть журнал капитана.

Да, командиры кораблей любят вести свои собственные записи, будто личные мемуары, которые никогда не перечитают.

Я роюсь в архиве данных, когда слышу лёгкий, едва заметный щелчок металла. Резко поворачиваю голову… и не вижу ничего. Пустой зал, освещаемый газовым облаком, работающие компьютеры и трое нас, космодесантников Империи в массивной броне. Рядом со мной всё так же сидит труп командира корабля в бело-золотой активной броне инквизиции.

Я ещё раз пробегаю взглядом по округе и возвращаюсь к личному компьютеру капитана.

Ладно, посмотрим, удастся ли выяснить, что скрывал отступник-инквизитор от чужих глаз…

Глава 166

Отсюда можно следить практически за всем кораблём, а при желании и управлять им на самом простом уровне. Сердце линкора, не иначе.

Мне попадаются данные о состоянии корабля, которые выглядят без каких-либо отклонений. Всё в полном порядке, будто мы и не встречали пространственных аномалий. Никаких отклонений по жизненно важным показателям тоже нет. Работа в двигателях, ошибки системы, работа систем жизнеобеспечения – всё в норме. Корабль практически в идеальном состоянии, готовый отправиться в полёт прямо сейчас.

Единственно, что зафиксировано – повреждение обшивки на третьей палубе пятого сектора. То самое место, где высадилась абордажная команда, и там же выявлена нештатная ситуация. И всё. Как не посмотришь, обычный линкор без учёта того, что с ним что-то происходит.

Ещё интереснее то, что в системе отмечается, что почти весь экипаж жив.

Благодаря чипам, что вживлены каждому, можно отслеживать их состояние, и сейчас показывается, что девяносто девять и девять процентов находятся здесь, на борту, и в полном порядке. Верная команда линкора осталась с кораблём.

Ради интереса я пробегаю взглядом по погибшим. Двадцать пять человек мертвы, и среди них числится уже знакомая мне Лайла Симс. Следовательно, остальные двадцать три могли быть в составе той туши, что мы уничтожили по пути сюда и один – это командир корабля, что сидит рядом со мной в кресле.

Журнал был затерян в недрах системы корабля на диске личного компьютера командира корабля, к которому нельзя было подключиться извне. Я потратил минут пять, ища его среди многих других документов и данных, часть из которых сохранились ещё с постройки линкора.

– Есть.

– Заблокирован? – сразу спрашивает Грог.

– Странно, но нет. Доступ открыт.

– А кто ещё посмеет сесть за его личный компьютер? – отвечает Зигфрид. – Что там?

– Сейчас…

Вхожу в файл и тут же вывожу информацию на главный голографический проектор, чтобы остальные тоже могли прочитать.

И начинаются записи с самой последней, что была занесена в дневник. Я пробегаюсь по строкам глазами, на мгновение представляя, как их заносил сам командир линкора.

* * *

Меня предупредили, что ищейки Инквизиции уже летят за нами. Они должны выйти где-то рядом с нашим линкором в этой системе. Эти глупцы, слепые воплощения невежества, не понимают, что стоит на кону. Мы должны действовать. Это наш шанс на спасение. Это шанс на спасение всего человечества. Мы не имеем права на ошибку.

Нам остался всего лишь один прыжок. Один-единственный прыжок, чтобы воплотить наши мечты в реальность. Чтобы дары Императора осветили наше будущее и подарили человечеству власть над всем мирозданием. Вся та кровь, боль и ужас, что пролили мы, окупятся в бесконечность раз.

* * *

Последняя запись. Явно сделанная перед тем самым моментом, как Тагер и его группа высадились на корабль, бесследно исчезнув вместе с линкором, переместившись сюда.

– Дар Императора? – нахмурился Зигфрид.

– Оружие? – предположил Грог. – Главная угроза – это демоны. Если оружие, то против них.

– Или инсектов, – добавил я.

– Судя по тексту, это должно быть что-то еретическое или принадлежащее отродьям. Оружие, которое отступает от норм прав и морали, – предположил Зигфрид.

– Но явно действенное, – прогудел Грог.

– Важно другое, – прервал я их предположения. – Он успел даже сделать запись в дневник, а в бортовой журнал нет? Они не делали варп-прыжок.

– Тогда каким образом они здесь оказались?

– Вот это сейчас и выясним.

Я перещёлкиваю на следующую запись.

* * *

Мы вернулись, и одно я осознал точно – нам нет там места. Это наш единственный дом, наша галактика, наша гавань, которую окружают бушующие воды ужаса и защищает свет Императора.

Вернувшись оттуда, я до сих пор слышу шёпот, который невозможно описать. От моих людей осталась одна четвёртая команды, но даже они, лучшие из лучших, те, самые стойкие, кто пережил тот ужас, вымотаны и опустошены. Они сходят с ума, и лишь свет Императора даёт им силы следовать его воле и моим приказам. Если это достигло меня, страшно представить, что пришлось пережить остальным.

Что касается нашего корабля, то я слышу, как его стены дышат, чувствую, как он следит за нами. Путешествие за грани реальности не прошло для него бесследно. Теперь это необычный корабль из металла, это нечто иное, что имеет свои планы на нас.

Наш корабль стал тем, кем назывался – Мучителем душ. Такова плата за путешествия за грань реальности. Пора отправляться в её центр.

* * *

Записи очень короткие. Я перещёлкиваю на следующую.

* * *

Поля трещат от напряжения. Оно, они, это – всё рвётся на борт корабля. Мы консервируем одни отсеки за другими, и через систему связи я слышу ужасные крики, на которые только способны люди. Даже пытки не способны выдавить такой крик, как место, где мы оказались.

Однако, слава Императору и его вере в нас, мы выполнили свою задачу. Текста были правы, оно существует. С трудом нам удалось добраться до него, и теперь у нас есть всё необходимое.

Пора возвращаться. Я отдаю последний приказ, и мои люди бегут его выполнять быстрее, чем при атаке демонов. Нам надо вырваться отсюда, любой ценой мы должны вернуться обратно.

Мы почти у цели.

* * *

– Команда на корабле, – вслух прочитывает Зигфрид. – Здесь и не здесь одновременно. Они или запустили что-то на корабль, или принесли с собой часть того мира, часть иного измерения.

– Такое возможно? – поинтересовался Грог.

– Сложно сказать, что возможно, а что нет. Но если они напитались энергией, как пропитываются радиацией вещи, становясь радиоактивными, то такое может быть. Давай дальше, Грант.

Я открываю следующий файл.

* * *

Экипаж продолжает пропадать. Пропадают люди, что идут работать или в туалет, пропадают по одному и целыми группами. Служба безопасности не может найти их, а иногда пропадает и сама во время этих поисках. Линкор внезапно стал враждебен уже к нам самим. Но они не исчезают, они до сих пор на этом корабле. Они среди нас.

Но мы близки к цели. Нельзя останавливать поиски. Если даже останусь я один, то буду идти вперёд к цели.

_____

Теперь я знаю, что находится за границами галактики, и жалею об этом. Но если таков путь, такова воля Императора, я её выполню.

Ставни на иллюминаторах закрыты, но достаточно было одного кадра с внешних камер, чтобы все, кто их увидел, сошли с ума. Удалось сохранить рассудок лишь мне и людям ордена, чей разум защищает вера и импланты. Но даже мы слышим отголоски ужаса.

То, что вокруг нас, не похоже даже на миры хаоса. Это… как сплетение нитей, как огромные бесконечные туманы и облака, целые обезумевшие океаны, где есть всё и ничего. Среди них бродят они, летаю и ползают. Мы смогли захватить двух особей, заманить их внутри и запереть в самых прочных камерах что у нас только есть. Возможно, они смогут послужить на благо Империи.

Но даже на борту корабля мы не в безопасности. Мы не включили сразу щиты, и край корабля зацепился за них бортом. Они прошли сквозь обшивку, и тот отсек погрузился в ужас. Люди пропали, но перед этим я слышал их крики, разрывающие горла несчастных.

* * *

Теперь было понятно, откуда взялись твари. И если верить командиру, их захватили всего две штуки, пару, что слегка успокаивало. Одну уничтожили курги, другая ходит по лесу, а значит на корабле больше никого из представителей другого мира нет.

Но в нём осталось иное измерение. Зифгрид был прав, они зацепили часть того мира, возможно, те самые нити, о которых говорил командир, и принесли это с собой, в нашу галактику. Теперь корабль был сам по себе тем самым островком иного измерения. И глядя на него, я отчётливо понимал, что там, в другой галактике нам попросту будет не выжить.

Но картина становилась ясной.

Инквизиторы искали какой-то дар Императора. Оружие, которое способно раз и навсегда защитить человечество от любой угрозы. Они рыскали по границам нашей галактики, выискивая следы, и те привели их в другую галактику к чему-то, что показало им путь в… Альта Семита?

Я быстро перебрал в голове всё, что прочитал, и вышло именно это. И если предположить, что там они нашли…

– Они принесли этих тварей сюда из другой галактики, – Зигфрид пробегает взглядом по тексту, сбив меня с мысли. – Поэтому ты и не можешь описать их. Твоё сознание не может воспринимать то измерение, в котором они существуют, и поэтому они выглядят для тебя тёмным пятном.

– Значит они нашли, что искали? – спрашивает Грог, глядя на нас.

– Вряд ли успели, – он бросает внимательный взгляд на тело командира. – Думаю, что корабль сделал своё дело быстрее. Хотя и с трудом верится, что он свёл счёты с жизнью.

С трудом верится вообще, что они так далеко смогли забраться. Хотя меня продолжает волновать вопрос, как именно они перемещались так далеко. Возможно, ответ мог находиться в более ранних записях.

* * *

Десятилетия поисков наконец дали результат. Найти эти древние записи наших предков было не так просто, как казалось в первый раз, но это того стоило.

Никто не знает, что нас будет ждать там, за границами нашей родной галактики. Я в лёгком предвкушении, но чувствую какую-то тревогу. Сложно объяснить, однако что-то внутри меня буквально ноет, едва я подумаю об этом.

И тем не менее мы полны твёрдости и уверенности сделать это. Возможно, это тот самый шанс на спасение, который может нам больше и не предоставиться. Он выглядит самым многообещающим после провала «Грязной крови». Я до сих пор вспоминаю случившееся на Параллаксе, где мы как никогда были близки к тому, чтобы обезопасить человечество от врагов, и то, как мы всё потеряли за раз.

Теперь всё будет иначе. Я лично проконтролирую, чтобы всё прошло идеально. То, что есть у нас сейчас, не пойдёт ни в какое сравнение с тем, что мы найдём там. Это может стать новой эрой для человечества, которую предвидел Император.

Я командую начать подготовку. Пора выйти за пределы нашей колыбели.

* * *

Он умел держать интригу, этого не отнять. Уже какое сообщение, а в журнале ловко избегается тема того, что они искали и как смогли до этого добраться.

Хотя сейчас мой взгляд больше привлекает упоминание проекта «грязная кровь». Я не могу объяснить, почему именно меня зацепило это, но я чувствую тревогу, глядя на название. Грязная кровь… Как и с названием этого корабля, оно мне казалось смутно знакомым, я не могу вспомнить, где именно слышал об этом и когда.

– Вы хоть раз слышали о проекте «Грязная кровь»? – поинтересовался я.

– Мало ли каких проектов у инквизиторов? – спокойно пожал плечами Зигфрид. – Они постоянно что-то ищут и экспериментируют, иногда в поисках истины заходя настолько далеко, что не замечают, как сами ударяются в ересь.

– Просто, когда мы в первый раз увидели этот корабль, – я окинул капитанский мостик взглядом, – он показался мне смутно знакомым. Будто я уже видел его или слышал о нём.

– Учитывая, что это инквизиторы-отступники, то вполне возможно, что ты мог о нём слышать. Я, например, слышал, как на одну из их баз однажды напали демоны. Их нашёл по сигналу бедствия какой-то орден, но спасать там было уже некого. Всех подчистую вырезали.

Но я уже не мог успокоиться. Я хотел знать, что это был за проект, и почему мне он кажется столь знакомым. Поэтому я недолго думая сворачиваю записи журнала капитана и быстро пробегаюсь по всему компьютеру в поисках ответа.

– Что ты ищешь? – спросил Грог.

– Хочу узнать, что за проект.

– Я думал, мы здесь за ответами, что это за корабль.

– Да. Но мне почему-то кажется, что это тоже важно, – ответил я, пробегая по файлам взглядом.

Где-то здесь должен скрываться ответ. Обычно общие базы данных не хранятся на кораблях, но насколько я понял, этот линкор был не простым кораблём, и командовал им кто-то достаточно высокопоставленный. Возможно, это был даже главный флагман отступников, учитывая его особенности. И если у них есть база данных, то её, скорее всего, должны были продублировать на его хранилище.

Не то, не то, не то, не то…

Я открываю папки одну за другой. Подписывай их нормально, не цифрами, было бы проще, однако они, видимо, не утруждали себя подобным. Но вместо ответа на свои вопросы, я нахожу информацию по поводу какой-то конструкции внутри самого корабля. Она находилась в носовой части линкора и называлась «антиэнергетический преобразователь». Собственно, именно к ней и подходили все те кабели, что мы видели.

Молча, я отправил её на голографический проектор.

– Это…

– То, что стоит на линкоре. То, куда шли все те кабели, что мы видели в техническом туннеле, – пояснил я.

– Антиэнергетический преобразователь, – прочитал вслух Зигфрид. – Звучит как бред. Есть антиматерия, но антиэнергия?

– Бред или нет, но это стоит на корабле.

– Может это помогало им проскакивать такие большие расстояния? – предположил Грог. – Как сеть курги?

– Там есть что ещё про это? – спросил Зигфрид.

– Сейчас… – я пробегаю взглядом по описанию, открываю другие файлы. – Сказано, что это какой-то проект «меч возмездия» и что-то ещё про антиэнергию. Разработка какого-то оружия, что-то вроде этого. Тут без подробностей, но…

В этот момент я вижу какое-то движение перед собой и поднимаю взгляд…

И рука командира, что спокойно сидел мёртвым на кресле, наотмашь бьёт меня в грудь. И так, что я улетаю в сторону на самый край платформы. В моей голове успевает промелькнуть мысль «какого хрена», прежде чем я врезаюсь в какой-то компьютер с такой силой, что срываю его с креплений и сбрасываю вниз с платформы. Если бы не он, вниз улетел бы уже я.

Зигфрид и Грог реагируют молниеносно, и зал наполняется грохотом выстрелов градомётов.

Никто из нас даже не успевает понять, что происходит, и в кого мы конкретно стреляем, действуя на чистом автоматизме, когда огромная туша вырастает прямо перед Грогом и Зигрфидом. Нога врезается в грудь Грога, и тот улетает, врезавшись в голографический проектор и войдя в него так, что торчали только руки да ноги. Во все стороны посыпались искры.

Замах, но Зигфрид успевает уклониться от кулака внезапно ожившего командира без головы.

Я выхватываю плазмострел и без каких-либо колебаний стреляю. Попадаю прямо в тушу, но тот лишь покачнулся от взрыва. На его броне не остаётся никаких следов после попадания, когда обычных космодесантников буквально прожигает насквозь.

Он оборачивается и бросается на меня. Второй выстрел попадает ему ровно в грудь, но тот будто этого и не замечает. Оказывается рядом со мной с такой прытью, что становится не по себе, поднимает за ногу, замахивается и со всей дури бьёт об пол, выбивая из меня весь дух. Вновь дёргает за ногу, замах, и вновь бьёт о пол, как какую-то тряпичную куклу.

Меня мотает внутри брони. Я бьюсь так, что чувствую, как хрустят внутри кости после такого удара.

Третьего не последовало – в него врезается Грог, пытаясь сбить с ног, но тот даже не сдвигается с места. Труп командира бросает меня в сторону Зигфрида и бьёт его кулаком, заставляя отлететь в сторону. Я на четвереньках быстро ретируюсь к Зигфриду, удирая от разбушевавшегося покойника без головы. Встаю и, несмотря на боль в теле, хватаюсь за цепной меч на поясе, другой рукой взяв градомёт – плазмострел я благополучно выронил.

Мы втроём встаём напротив одного-единственного противника, облачённого в активную броню. Даже без головы он всё равно выше нас сантиметров на двадцать, шире в плечах и, скорее всего, тяжелее. Даже после смерти командир линкора стоит на страже своего корабля и его секретов.

Он срывается в нашу сторону так быстро, что мы отшатываемся. Вот он стоит перед нами в двадцати метрах, а вот уже оказывается рядом замахиваясь.

Я не успеваю увернуться и получаю удар, который даже через броню ощущается, будто мне влупили в грудь молотом. Меня отбрасывает, и я задыхаюсь от боли и сотрясения, слыша, как где-то рядом гремят выстрелы, жужжат цепные мечи и грохочет металл.

– Об… обезболивающее, одн… одна десят-тая…– кряхтя и закашливаясь кровью, произношу я.

Чувствую, как в поясницу делается укол, и почти сразу наступает облегчение. В голове немного проясняется, и я приподнимаюсь, глядя на то, как командир раскидывает моих товарищей. Он уже отправил в нокаут Зигфрида, и сейчас с ним сражается Грог, который без раздумий лупит его кулаками. Его сломанный меч валяется рядом, разорванный напополам. Он лучше нас владеет активной бронёй, но это ему не сильно помогает, и оживший труп в активной броне медленно и верно теснит Грога.

В тот момент, когда Грог уже не успевает увернуться, моя рука резко взмывает вверх. Тень молча поднимает десятки кольев, которые опутывают ублюдка, на мгновение останавливая его. Грог успевает отскочить, хватает плазмострел и стреляет, не нанося тому видимых повреждений. К нему присоединяюсь я, бросая несколько шаров энергии хаоса, но те после себя оставляют лишь небольшие оплавленные вмятины на броне.

Никак вера в Императора его защищает.

Нашёл время шутить…

Я вскакиваю и начинаю стрелять из градомёта, быстр сближаясь. Патроны не производят ровным счётом никакого эффекта. Немного эффективнее силы хаоса, но с такими темпами я буду его убивать целый день. Ни колья, ни лепестки, что прожигают всё на своём пути, ни шары энергии или веерообразные лучи, что я выбрасываю, не могут его остановить. Разве что выплеск энергии почти в упор помогает его отбросить назад, но бывший инквизитор всё равно остаётся на ногах.

Мы втроём набрасываемся на него, пытаясь сбросить с платформы, не сговариваясь друг с другом. Я уклоняюсь от его кулака, и в то же время Грог пинком пытается заставить его сделать шаг назад. Сам отскакивает, когда с другой стороны Зигфрид делает выстрел из плазмострела без видимых повреждений. Тут уже бью я выплеском энергии в упор, заставляя его вновь отступить, и вновь нападает Грог, безуспешно ударяя по нему кулаками.

Мы проводим достаточно успешную контратаку, когда мёртвый командир неожиданно бросается вперёд. Врезается в меня плечом, как таран, и откидывает назад. Наотмашь бьёт Зигфрида, и тот отлетает как тряпичная кукла. Грога он достать не успевает, так как тот попросту отскакивает, выпуская в него один заряд плазмострела за другим.

Я не знаю, что именно мной управляло в тот момент…

Глупость.

…но когда труп в активной броне поворачивается ко мне спиной, я вновь бросаюсь в атаку. Если мы не можем его вытолкнуть с платформы, то мы его с неё просто выбросим.

– Зигфрид! – вскрикиваю я, врезавшись в командира, после чего обхватываю и слегка приподнимаю над полом, продолжая тащить его перед собой к краю платформы. Это удивительно, но поднять его у меня выходит несмотря на то, что мы не могли его сдвинуть с места.

Я тут же получаю удар сверху локтем и падаю на колени, но в этот момент уже подоспел Зигфрид. Он виснет на его руке, не давая ему обрушить на меня второй удар. Тот пытается ударить его, но теперь уже Грог хватает труп за свободную руку.

Втроём мы облепили тело, пытаясь обездвижить, и я делаю над собой усилие. Сквозь боль и слёзы что есть сил я начинаю его толкать, приподнимая над полом. Вместе с Зигфридом и Грогом мы тащим к краю платформы активную броню, которая пытается сопротивляться. Но теперь, когда мы втроём хватаемся за него, сил бороться против нас у него не хватает.

Шаг за шагом мы приближаемся к краю платформы, и когда уже оказываемся прямо перед бездной внизу, мне прилетает удар ногой. Моё тело кубарем отлетает назад. Командир останавливается на самом краю платформы, сбрасывая с себя Зигфрида. Грог получает удар, от которого его ноги подкашиваются, ещё один удар, но тот продолжает цепляться за него.

Я понимаю, что если мы не покончим с ним сейчас, то покончат по итогу с нами. Поэтому из последних сил я вскакиваю и бегу прямо на него, пока тот занят Грогом. Когда труп в броне наносит ещё один удар, наконец освободившись от Грога, я на полной скорости прыгаю на покойника, обхватив руками и ногами, словно мартышка дерево. Тут же следом за мной на него прыгает Зигфрид, и туша слегка покачивается на краю платформы, после чего толчок…

И мы трое срываемся вниз навстречу недрам линкора.

* * *

Грог, стоя на краю молча наблюдал за тем, как его товарищи и ожившее тело без головы исчезают во тьме. Некоторое время слышатся металлические удары, после чего стихают и они.

Он остался единственным на мостике капитана.

Озадачено оглядываясь, он понимал, что совсем чуть-чуть оплошал, толкнув их всех троих вниз. Вроде план и состоял в этом, да только вместе с командиром вниз улетели и его товарищи, оставив его совсем одного на платформе.

– А что я-то остался? – озадаченно спросил он в пустоту, глядя в бездну.

Немного подумал, пожал плечами, и сделал шаг следом за остальными, скрывшись во тьме.