Текст книги ""Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Виктор Стогнев

Соавторы: Виктор Стогнев,Кирико Кири,Квинтус Номен,Петр Блэк
сообщить о нарушении

Текущая страница: 302 (всего у книги 351 страниц)

– И ты всё это время молчал?

– Мы были сосредоточены на этой капсуле, – ответил он спокойно.

Логично. И за неимением других вариантов стоило перед тем, как жечь лес, проверить то место.

– Тогда обратно к кораблю. Посмотрим, что там заметил Грог, – скомандовал я и, бросив прощальный взгляд на капсулу, которой было суждено остаться здесь навсегда, мы двинулись обратно.

Возвращаться было заметно легче, чем идти к туда. Не требовалось прорубать проход через растительность, достаточно было двигаться по тому же пути, которым мы шли до этого. Лес вокруг выглядел достаточно миролюбиво. На своём пути мы не встретили никого, кто мог бы представлять угрозу.

Только тот факт, что мы их не встретили, не значило, что здесь никого не было, и первым об этом заговорил Грог.

– Знаете, что мне не даёт покоя? – на полпути спросил он.

– Что? – спросил я, уже по привычке вертя головой в поисках какой-нибудь твари, что могла спрятаться на деревьях или в кустах. Может я и параноик, но побывал бы любой другой в тех лесах, где был я, и тоже таким бы стал.

– Капсула. Спасательная. Она работала.

– Я бы не сказал, что она работала, – не согласился я. – К тому же она, по-видимому, давно здесь.

– Я о другом. Другие капсулы не подают сигнала, хотя они должны были по всем правилам приземлиться здесь же.

– У них закончился заряд, – пожал я плечами.

– Именно. Члены экипажа покидают корабль. Покидают не все, раз большая часть спасательных капсул осталась на корабле. Что-то произошло на борту линкора, почему они, кто успел или выжил, вынуждены были в спешке эвакуироваться. Поэтому и воспользовались капсулами. Раз в спешке, то, скорее всего, одновременно. Поэтому у всех закончился заряд аккумуляторов. У всех. Но не у этой. Эта капсула покинула линкор последней и покинула его значительно позже, чем все остальные.

Я остановился. До меня только что дошло, куда он клонит, а Грог продолжил.

– Когда, по идее, никого на борту линкора уже быть было не должно…

– Да. Когда все, кто ещё мог, уже покинули корабль так давно, что кончились аккумуляторы, кто-то или что-то покинуло корабль недавно, и поэтому капсула ещё подаёт сигналы.

Внезапно светлый густой лес перестал казаться мне столь дружелюбным и спокойным. Моя паранойя заставила меня оглядываться, чтобы найти любую угрозу, которой здесь не было. Или пока не было.

– У спасательных капсул аккумуляторы рассчитаны на три года беспрерывной подачи сигналов, – произнёс Зигфрид. – Значит она упала не так давно, но достаточно, чтобы признаки её приземления уже заросли. Это год, как минимум.

– Нам надо вернуться на корабль, – произнёс я. – Быстро.

Но сам успел сделать пару шагов, прежде чем вновь замер, вслушиваясь в окружение. Вновь кручу головой, пытаясь разглядеть что-то кроме зелени, чувствуя, как организм вновь погружается в холод, становясь спокойным и сосредоточенным, как случается при любой опасности.

Даже если я её не вижу.

– Вы слышите? – негромко спросил я.

– Я ничего не слышу, – ответил Грог.

– Вот именно. Лес вымер.

Достаточно просто это заметить. Заметить, что уже не трещат бесконечно насекомые, и что птицы больше не кричат в агонии. Лес погрузился в мёртвую тишину, что выглядело неестественно.

Больше не требовалось ни слова. Зигфрид и Грог вместе со мной тут же встали вкруг спина к спине, включая все датчики, что только были на активной броне. Мы вскинули оружие. У Грога в руках засветился готовый к стрельбе плазмострел. Я и Зигфрид подняли стволы пулемётов, водя ими по округе.

Инквизиторы славились тем, что защищали мир от всяких тварей, чаще всего, демонов. Но космос огромен и опасен, а тварей, жадных до людской плоти, очень много. И одному Императору известно, что они могли перевозить на борту своего линкора.

И если Грог прав, одна из тварей могла вполне спрыгнуть на этот кусок планеты на спасательной капсуле, чтобы закончить с теми, кого не достала на линкоре.

Компьютер в активной броне вёл активный поиск в разных спектрах. Перед моими глазами на экране мигал сигнал о поиске противника, однако как я ни вглядывался в лес, ничего заметить не мог. И мы простояли две с половиной минуты неподвижно, прежде чем я отдал приказ.

– Возвращаемся на корабль. Надо подняться с земли, и уже в воздухе решим, что делать. Грог замыкающий, Зигфрид первый.

Как самого слабого я поместил себя в середину, а Грога, как самого сильного и опытного в беспощадных бойнях в конец, так как именно на замыкающего нападают первым.

Мы сдвинулись с места. Не бежали, но и не медлили. Быстрым шагом двигались по дороге, которой пришли, протискиваясь иногда через густые заросли, что перекрывали нам путь.

Я не боялся, что тварь поднимется к нам на борт – там негде спрятаться, да и сам десантный корабль мы всегда закрываем перед уходом. Только там я буду чувствовать себя в безопасности. И когда между бесконечной зелени начинает мелькать серый корпус нашего корабля, я выдыхаю спокойно…

Чтобы в тот же миг ощутить странное и неприятное присутствие чего-то другого, чего-то, как бы ни звучало из моих уст, потустороннего перед тем, как улететь глубоко в лес от удара в правый бок.

В самую последнюю секунду на экране вспыхивает предупреждение, однако оно уже не может ничего исправить. Не хватает ни реакции, ни скорости, чтобы отреагировать на опасность.

Костюм жалобно заскрипел. Я проламываю своей тушей кусты, пока не падаю на землю, пропахивая головой борозду. Переворачиваюсь на спину и тут же вскидываю пулемёт, после чего кричу:

– В стороны!

И через доли секунд очередь начинает срезать передо мной кусты, как газонокосилка. Выстрелы на мгновение оживляют округу. Треск не только пулемётного огня, но и ломающихся кустов разносится в разные стороны. Я не знаю, куда именно стреляю, но гашетку не отпускаю, пока не вырезаю просеку перед собой.

Вскакиваю на ноги и сразу бросаюсь в сторону корабля, слыша, как где-то впереди за густым слоем зелени гремят выстрелы. На бегу меняю короб с патронами, но успеваю пробежать не более двадцати метров, когда передо мной проскальзывает через кусты тень.

Мне не хватает времени даже вскрикнуть оружие, и что-то бьёт меня в грудь, отбрасывая назад. Вновь лечу так, будто ничего не вешу. Броня на груди прогибается от удара, но выдерживает.

Я вновь падаю на землю, теперь уже спиной, и встать на этот раз не успеваю. В этот момент меня хватают за ногу и с лёгкостью утаскивают в кусты, будто тащит какой-то грузовик. По лицу начинают хлестать ветви и листья растений, закрывая обзор.

– Грант, оно у тебя!

Спасибо, я уже понял.

– Оно утаскивает меня! Утаскивает в лес!

Что-то неприятное пробирает меня до костей. Что-то пугающее и ужасное, не похожее на ауру демонов или каких-либо других тварей, коих я встречал на своём пути. Но человек – то существо, что будет всегда цепляться за свою жизнь. И я, следуя инстинктам, хватаюсь за пулемёт и начинаю стрелять, зажав гашетку.

Пули рвут растения передо мной, но меня продолжает утаскивать, после чего внезапно тень проносится прямо перед моим лицом, рассекая пулемёт напополам.

Не теряя присутствие духа и желания выжит, я хватаю плазмострел и стреляю в существо попросту в упор. Вспышка, взрыв, и ногу наконец отпускает. Моё тело в броне откидывает взрывом назад. Я делаю кувырок через голову, но тут же встаю на ноги, целясь перед собой из плазомстрела.

– Зигфрид, вы видите меня? – спрашиваю я, водя стволом по округе. Вокруг стоит пугающая тишина, особенно ощутимая после стрельбы. На лес будто опускается ночь, всё вокруг темнеет.

– Отслеживаем по маячку в костюме. Мы уже близко.

Близко или нет, но я ничего не слышу. Ни своих товарищей, ни существа, что рыщет рядом.

И вряд ли услышишь.

Ты знаешь, что это?

Могу лишь намекнуть.

Намекай.

Ничего хорошего.

Помощь, конечно, императорская, ничего не скажешь.

Что-то мелькает прямо перед моим носом, и компьютер тут же вспыхивает предупреждением, пытаясь поймать её в захват, но не может. И я открываю огонь. Стреляю один раз, стреляю второй, третий.

Нечто кружится около меня по кустам, и я не останавливаюсь, выжигая округу плазмострелом, пока вокруг не остаётся выжженная перепаханная выстрелами земля. Где-то с треском падает подкошенное дерево.

– Зигфрид, где вы?

– Уже близко. Идём на выстрелы с тридцати пяти!

У нас выставлен внутренний компас, берущий корабль, как ноль, который синхронизируется, показывая общее для всех направление. Очень полезно в подобных ситуациях…

Но в моём случае он бесполезен.

Потому что от него нет никакого толку покойнику.

Наш незваный гость выпрыгивает прямо передо мной, будто специально показывая себя во всей красе, заставляя рассудок трескаться, как стекло. Мои глаза, кажется, в первый раз в жизни расширяются от ужаса. Что-то в мозгу щёлкает. Щёлкает, как хруст веток, словно сознание отказывается воспринимать увиденное. Я слышу в голове жужжание роя насекомых, и сердце окончательно пронизывает первобытный ужас перед чем-то необъяснимым.

Палец жмёт на спусковой крючок.

И я стреляю в упор.

Глава 153

Говорят, мозг не способен воспринимать то, что находится за пределами привычных алгоритмов и ассоциаций. Не способен обработать что-то иное, чужеродное, то, что он не может с чем-либо ассоциировать или осознать. И единственной на что-то столь чуждое будет ужас и агрессия.

Поэтому я не мог описать то, что было передо мной. Мой мозг отказывался воспринимать это.

Я видел перед собой лишь тёмное пятно, что-то массивное, но не толстое. Бесформенное и источающее тьму, которое пронизывала всю округу и поглощая весь свет вокруг. Что-то похожее на щупальца и… зубы. Даже его цвет, его попросту не существовало в нашем мире.

Мозг будто пытался зацепиться хоть за что-то, подогнать это под привычные рамки, но трещал.

Что бы передо мной ни было, он не было из того мира, к коему мы привыкли. Оно было другим, и всё кричало об этом.

А потом взорвалась плазма между нами.

Меня отбросило взрывом назад. Уже в который раз, не способный управлять нормально активной бронёй, меня бросает из стороны в сторону, как мяч. Но в этом случае, возможно, это был спасением, так как позволило разорвать между нами дистанцию.

Оно то ли отпрыгнуло, то ли отлетело – переместилось ближе к кустам, после чего лишь на миг замерло и вновь бросилось вперёд. Мои руки взметнулись вверх, и между нами выросла целая стена кольев, которые под напором нечисти затрещали.

А теперь я бы на твоём месте бежал.

Но мои…

БЕГИ!

Когда ты не знаешь, что делать, когда ты в панике и не способен сам соображать, лучшее, что можно сделать – следовать тому, что тебе говорят. Так нас учили в учебке. И старые уроки не прошли зазря.

Я встал и побежал. Понёсся во всю прыть и ту скорость, которую был способна выдать активная броня, будучи синхронизованной наполовину.

А потом…

Сзади! Стреляй!

Я оборачиваюсь, компьютер ловит тварь на прицел, но выстрелить не успеваю. Оно врезается и всё темнеет. Я слышу скрежет металла, и чувствую боль в боку и как выкручивает руку. Что-то протыкает ногу. Меня обволакивает тьмой.

Сознание перестаёт как-либо реагировать вообще, но рука сама тянется к ножу и начинает остервенело бить клинком это. Вторая рука от бедра в упор пытается выстрелить из плазмострела, но он просто… исчезает из моей руки. Я слышу отдалённый крик, безумный и нечеловеческий, и кажется, это мой крик, однако мне этого не узнать. Компьютер выдаёт ошибки, бегут красные надписи…

А потом неожиданно тьма отступает.

Я продолжаю отмахиваться, когда понимаю, что здесь уже не один, и оно не пытается меня сожрать. И не могу поверить своим глазам, так как передо мной собрался целый лепрозорий.

Огромный красный демон, просто гора мышц с копытами и рогами, стоит передо мной. Кажется, что его рога пылают огнём, а лицо, это что-то типа человеческого череп, обтянутого кожей с красными, как кровь глазами.

Метра три или четыре, он попросту срывает с меня это, после чего бьёт своим, похожим на молот кулаком, после чего замахивается второй рукой, в которой держит меч из чистой энергии хаоса, обрушивая его на существо, заставляя то отскочить.

Демон оборачивается ко мне, и я слышу его голос в своей голове.

Беги.

И я вскакиваю.

За моей спиной две огромных твари сталкиваются вместе и начинают бить друг друга, но мне не до этого. И через мгновение я вновь слышу его голос.

Так, на один фокус у нас теперь меньше. Дай контроль над телом.

Я…

Не спорь, просто дай.

Нет!

Я вламываюсь в кусты. Вокруг одна зелень. Ветви и листья хлещут меня по лицу. Иногда рука или нога цепляются за лианы, но я просто рву их, продолжая бежать.

Да твою мать, Элиадирас! Что с тобой так сложно⁈ Да, я демон, я хаос и тварь. И я делаю всё для выживания, но я сдохну вместе с тобой, и мне выгодно, чтобы ты выжил! Сейчас мы на одной стороне!

Я вырываюсь из кустов и наконец лес обрывается. Я оказываюсь на уступе, который срывается вниз. А дальше только водопад, который гремит огромными потоками воды, которые обрушиваются вниз.

Бежать некуда, только прыгать.

Я лихорадочно оглядываюсь, пытаясь найти выход. Прыгать? У меня сейчас перед глазами мигает, что повреждён реактивный ранец. Ещё много чего мигает, однако это в данной ситуации самое важное, потому что выход, по сути, только вниз. Далеко вниз.

Я оборачиваюсь.

Лес за моей спиной окутывает тьма. Оно приближается.

Дай!

Я чувствую, как Тень пытается перехватить контроль и сопротивляюсь.

Ты хоть иногда будешь меня слушаться⁈ Я дал клятву, что присмотрю за тобой! Так что хватит сопротивляться и просто доверься, ты, неблагодарный кусок дерьма!

Оно выходит из леса. Мозг просто видит чёрное пятно на месте него, и я слышу сумасшедший смех. Не пойму, мой или существа, которое ломает моё сознание, однако я всё же расслабляюсь. И я начинаю двигаться сам собой.

Вот и молодец. А теперь будь паинькой и не мешайся под ногами.

Тело перестаёт трясти. Металлические перчатки начинают нагреваться, и через несколько секунд из моих рук сквозь броню выскакивают клинки из энергии хаоса. Я стою, чуть раскинув руки в стороны, и колени слегка присгибаются, будто готовятся к рывку.

Оно выползает из леса, и замирает перед нами.

Не смотри на него.

Моё тело начинает медленно двигаться вбок, осторожно переставляя ноги.

Существо не двигается. А потом бросается прямо на меня. Я срываюсь вперёд, как пружина, и клинки делают первый взмах.

* * *

Грог и Зигфрид не знали, что они только что увидели. Что-то мелькнуло прямо перед ними, и каждый почувствовал неприятное ощущение нереальности происходящего, едва их взгляд скользнул по противнику. Однако это не помешало обоим одновременно нажать на спусковой крючок, встречая и провожая тварь в ближайшие кусты плотным огнём.

Они замерли буквально на секунду, после чего буквально одновременно произнесли:

– Элиадирас.

И бросились за тварью следом, проламываясь через густые заросли растительности.

– Грант, оно у тебя! – крикнул Зигфрид, но в ответ получил леденящий полный ужаса голос.

– Оно утаскивает меня! Утаскивает в лес!

Элиадирас был известен своим стойким характером и стальными нервами. А здесь он был не просто напуган – их товарищ был в полном ужасе на грани истерики, судя по голосу, и этот страх передался к ним. Было жутко представить, что напало на них, если вывело из равновесия даже такого, как их командир.

Впереди округу разрезала беспрерывная и отчаянная пулемётная очередь, после чего её сменяет взрыв.

– Зигфрид, вы видите меня? – раздался голос Элиадираса по связи. Его голос не просто напряжён, он напуган, на грани паники, едва не срывается.

– Отслеживаем по маячку в костюме. Мы уже близко, – слегка запыхавшись отвечает он.

Два монстроподобных доспеха, чуждые для этих мест, что раньше сами внушали праведный ужас своим врагам, неслись через джунгли со всех ног с оружием наизготовку, не зная, что им предстоит встретить. Казалось, им не ведом ни страх, ни сомнение, но люди внутри брони боялись. Боялись, пусть и не показывали этого. Уверенно бежали вперёд, быть может, на встречу смерти, готовые принять последний бой.

Это был их долг, вопрос чести. Они не могли поступить иначе, не могли бросить своего брата по оружию. Каким бы он ни был, что бы не подхватил от хаоса, и Грог, и Зигфрид понимали, что Элиадирас на их месте никогда бы не бросил товарищей. И что бы там ни было, втроём они смогу справиться.

Вновь слышатся взрывы, они уже где-то близко где-то прямо перед ними. Элиадирас, судя по всему, стрелял из плазмострела без остановки, выжигая лес, и обоих пробирало чувство неуверенности перед неизвестностью, с которой им предстояло столкнуться.

– Зигфрид, где вы? – в его голосе слышались истерические нотки.

– Уже близко. Идём на выстрелы с тридцати пяти!

А потом слышится ещё один взрыв, после чего всё смолкает.

Когда они выскочили на выезженный участок леса, никого уже не было. Вся земля была перекопанная, повсюду виднелись воронки и вырванная с корнем растительность. Одно из деревьев рухнуло, подкошенное выстрелом из плазмострела. Что бы здесь не произошло, их брат явно не поскупился на патроны, выжигая лес вокруг себя. И было сложно сказать, достал ли он цель или нет.

Они напряжённо оглядывались, прислушиваясь к тому, что происходит вокруг. Компьютер пытался поймать цель, однако их окружал лишь пугающий и враждебный лес.

– Ты видишь что-нибудь? – тихо спросил Зигфрид.

– Вижу, куда они ушли, – Грог кивнул на следы, которые уводили глубже в лес.

Они неуверенно взглянули в чащу джунглей, после чего переглянулись…

И микрофоны в их шлемах разрезал нечеловеческий крик агонии. Безумный, полный ужаса, отчаяния и боли крик человека, которого, казалось, попросту разрывают на части. А следом крик резко оборвался. Как обрубили, и эфир заполнила тишина.

Не сговариваясь, они бросились по следам дальше. Первым бежал Грог с плазмострелом и цепным мечом на перевес, готовый вцепиться зубами в любого, кто встанет на его пути. Следом за ним Зигфрид, чей палец не сходил со спускового крючка. Им приходилось прорываться через заросли, и на мгновение Грог остановился на вытоптанной поляне посреди джунглей, однако Зигфрид промчался дальше.

Он бежал, не зная, что встретит…

Пока не выскочил на уступ. Через секунду за ним из джунглей вышел и Грог.

Два массивных доспеха с виду невозмутимых и бесстрашных замерли, холодным взглядом визоров окинув округу. Сами по себе выглядящие как металлические монстры, они внимательно осматривались по сторонам.

На уступе никого не было. Лишь следы недавнего боя, вытоптанная трава, и следы на земле, будто кто-то бил по ней острым, как бритва, мечом.

– Я потерял сигнал маячка, – негромко сообщил Грог.

– Я тоже… – пробормотал Зигфрид.

– И на связь он тоже не выходит.

– Да.

– Думаешь, мы его потеряли? – спросил он прямо. Грог не видел смысла ходить вокруг до около. Если он о чём-то думал, то спрашивал это прямо, не таясь.

Зигфрид подошёл к краю и бросил взгляд вниз.

– Он смог срыгнуть с уступа, чтобы спастись. С реактивным ранцем.

– Я так не думаю, – он протянул товарищу кусок металла. – Если я не ошибаюсь, это кусок реактивной тяги ранца активной брони.

Зигфрид пробежался взглядом по гладко срезанной запчасти и вновь бросил взгляд на бушующий внизу водопад.

– Тогда мог и не выжить.

– Что нам делать?

Что делать – извечный вопрос в таких ситуациях. Идти на его поиски? А если существо, что они встретили здесь, ещё живо? Они были готовы отдать жизни в сражении, знай, что их товарищ жив, но сейчас это было под вопросом. Будь тварь нестрашной, и Грант бы сам справился. А если у него это не получилось, то значит он мог быть уже мёртв.

Рисковать оставшимися или продолжить миссию?

– Мы… мы должны попробовать его найти. Обыщем местность вокруг этого уступа на предмет следов. Если не найдём здесь, то спустимся вниз и поищем следы там. Если и внизу ничего не найдём, то тогда возвращаемся к кораблю и продолжаем операцию.

– Бросим его? – спокойно спросил Грог. Он не обвинял и не осуждал, лишь спрашивал.

– Будем действовать по инструкции. Ограничим зону поиск и если это ни к чему не приводит, то будем выполнять задачу дальше. Это единственное, что мы можем сделать.

Потому что, если Гранта убили, мы будем следующими на очереди, подумал он, но не озвучил этого.

* * *

Тень выступил против твари.

Я чувствовал, как мои руки делают взмахи, как рассекают воздух, врезаясь в нечто, пробивая её плоть клинками, сплетёнными силами хаоса. Чувствовал, как моё тело стремительно двигается в броне, то влево, то вправо, пытаясь уклониться, прыгает вперёд и отскакивает назад. А ещё, как по броне приходятся удары, от которых трещали металл и кости.

Мы будто танцевали с клинками, сражались на дуэли чести, где платой была жизнь.

Я старался не смотреть на существо, как и просил Тень, однако то и дело краем глаза замечал его. И каждый раз эта тень вызывала в моём мозгу что-то похожее на крик или смех… или это я…

Как бы то ни было, в какой-то момент мы сорвались с уступа.

Я не знаю, когда это произошло. Просто почувствовал странный полёт, весь объятый тьмой, и мы не ударились о поверхность воды. В костюме ты или нет, но сила гравитации будет действовать на тебя ровно так же, как и без костюма.

Меня тряхнуло, послышался хруст, и это не был хруст брони. Перед визорами тут же появилась бурлящая вода, вспененная и наполненная пузырями, а руки продолжали остервенело бить куда-то вперёд.

Нас то выбрасывало на поверхность, где я успевал разглядеть окружившие бурный поток джунгли, то вновь погружало на дно, где под водой виднелись камни. Что-то продолжало цепляться за меня, и мои руки раз за разом рубили это нечто, будто пытаясь отцепить, пока нас продолжало уносить.

Вода была бы нам не страшна… если бы я не чувствовал холод и воду, которая заливается в активною броню через пробоины. Тело мгновенно намокло, ноги погрузились в воду и продолжали погружаться всё глубже и глубже, как тонущее судно.

По идее это должно было вызвать у меня хотя бы какую-то реакцию, но кроме желания забиться в угол я ничего не чувствовал. Меня сожрали, я уже внутри этой твари, меня переваривают. Я чувствую, как смоль, что-то за моё тело продолжает цепляться, пока нас у носить всё дальше и глубже, пока мир окончательно не погружается под воду.

Внезапно я начал уходить всё глубже и глубже, наблюдая, как меркнет свет. Как камень вокруг становится всё более тёмным. Автоматически включились визоры, пытаясь разогнать темноту, и это была не тварь – нас только что засосало куда-то под землю. И уже здесь мы продолжали бороться, Тень продолжал бороться.

Это было как во сне.

В какой-то момент он силой дёрнул ногой, и выпустил шар, после чего я почувствовал, что нас наконец вырвало из этого болота. Тело неожиданно стало лёгким, а в голове прозвучал торжествующий голос моей заразы.

Счастливо оставаться, мразота!

Меня интересовал только один вопрос…

Нет, не победили. Его понесло в другую сторону, хотя вломили мы ему знатно. А вот нам бы теперь надо выбраться, так как ты у нас исправно тонешь.

Вода уже заполнила активную броню по грудь и продолжала пребывать в то время, как вокруг была лишь темнота.

Ты в порядке?

В полном.

Не похоже. Дружок, тебе бы успокоительное вколоть себе, а то тебя нереально штырит.

Я в порядке.

И поэтому сейчас истерически смеёшься?

И только после его слов я понял, что тот сумасшедший нечеловеческий смех, который я слышу, издавал я сам. Я смеялся, смеялся навзрыд, закашливаясь кровью, и мне с трудом удалось немного вернуться к реальности, такой же нереальной, как сон.

Мы тонем, мы…

Падаем.

Неожиданно визоры отключились, в глаза ударил свет, и я вновь почувствовал полёт, прежде чем опять уйти под воду и удариться о дно. Вода подступала к шее, она подступала к подбородку, и уже касалась носа, вот-вот грозясь попасть в него.

Надо… надо выбираться.

Берег прямо перед тобой.

Да, берег…

Я обезумел? Не знаю. Но мне мерещилось всё: от того, что я до сих пор на корабле до людей, которые сидели на дне воды и смотрели на меня. Они что-то шептали, но я не слышал – вода дошла до ушей, и скоро зальёт глаза.

Я бы тебе помог, но сейчас сам отключусь, поэтому тебе лучше начать двигаться.

Двигаться? Зачем? Здесь мой дом, он уютный, а ты ничего не понимаешь. Я же дома, да? Он должен быть где-то здесь, мой цепной меч, ты… я…

Хватаясь за какие-то осколки собственного сознания, я заставляю себя встать.

Выбраться-выбраться-выбраться-выбраться.

Я кричу это в голове, чтобы зафиксировать мысли на фоне окутывающего сознание бреда и галлюцинаций.

Но что, если водопад – это иллюзия? Что если я уже в бреду, и сейчас в реальности вступаю на край крыши? Как отличить иллюзию от не иллюзии?

Нет. Нет-нет-нет, я чувствую воду и холод. Я чувствую… жжение в глазах из-за контакта с водой.

В лёгких ещё остаётся кислород, путь теперь дышать и невозможно, и я заставляю себя подняться, после чего идти прямо по дну прямо. Ведь прямо, да?

Да.

Может ты тоже иллюзия?

Не проверишь, не узнаешь.

Резонно. Хотя я помню мысль, что должен выбраться. Я ей и произнёс вроде как.

Под ногами шевелятся камни, и я чувствую страх. Страх, что это я шагаю по существу, которое просто играет со мной.

Но хуже не будет, верно? Что так тебя убьёт, что так. Бояться поздно, пора…

Действовать.

Надо мной сквозь толщу воды пробивается свет. Вода настолько чистая, что я способен видеть, где находится берег. И что есть сил отталкиваюсь вперёд, несмотря на боль, постепенно приближаясь к заветному склону к небу. Шаг за шагом ближе к этому поблёскивающему в лучах солнца барьеру, который волнуется над моей головой. Но мне хорошо, ведь так? Какой смысл ещё…

Руки дёргаются к шлему и неожиданно поворачивают его до щелчка, после чего отбрасывают куда-то вперёд. И в это же мгновение вода схлынула с головы, позволяя сделать хриплый вздох.

Оказывается, что я выбрался из воды вообще на четвереньках.

Не в силах больше удерживаться, я попросту заваливаюсь на спину и замираю.

Деревья надо мной склонились, полностью закрыв небо. Я нахожусь в пещере, и они словно живые, которые хотят протянуть свои ветви ко мне и сожрать. Они часть этой твари, часть этого ужаса. Пальцы активной брони потянулись к лицу, чтобы почесать глаза. Чтобы выдернуть их и забыть, что я видел. Потому что этот кошмар до сих пор продолжал мерещиться мне.

Эта тварь, она повсюду, в тени деревьев и кустов, в порывах ветра и влажной прохлады, в моей собственной броне. И если только запихнуть самому себе гранату внутрь…

Я замер, услышав смех.

И потом понимаю, что это мой смех, слегка безумный и отрезвляющий. На голову будто опускается просветление, которое на мгновение позволяет хоть что-то сообразить. Только что именно…

Ты хотел крикнуть «ввести успокоительное» или что там вы вводите.

Ввести транквилизатор?

Точно!

Разве?

Мамой твоей клянусь.

А почему моей?

Да кричи уже!

Это забавно, ты забавный.

Да просто блять обхохочешься. Больной на голову космодесантник, приехали.

Ты злишься?

ДА КРИЧИ УЖЕ!

Ладно, ладно… а что, говоришь, кричать?

А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

– А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Хриплый и безумный крик разносится по округе.

Да не это, дебил! Ввести трансквилизаторы!

– Ввести транквилизаторы! – с задорным смехом кричу я навстречу миру.

И чувствую, несколько уколов в тело. Предательский голос сообщает, что транквилизаторы введены. Тварь уже внутри костюма, она уже внутри меня, и я готов вскочить…

Когда становится на всё наплевать.

Неожиданно пропадают вообще все эмоции, и радость, и страх, и живой мир, который тянет ко мне свои лапы. В голову будто набивают вату, и всё вокруг начинает покачиваться, будто на качелях. В голове становится пусто, и мир начинает возвращаться на свои места. Реальность…

Она становится отчётливой. Словно скальпелем, бред сумасшедшего отсекается от реального мира, и я с кристальной ясностью начинаю осознавать, где нахожусь.

Я до сих пор в джунглях. Надо мной возвышаются, едва заметно покачиваясь, деревья с густыми кронами, которые полностью закрывают небо. Однако прямо над рекой, где ветви деревьев не соприкасаются, виднеется тонкая линия неба.

Я лежал на берегу какой-то реки, уходящей дальше, и вода слабыми волнами доставала мне почти что до плеч. Рядом слышится шум воды и если повернуть голову налево, то чуть дальше можно увидеть, как в неё прямо из скалы впадает водопад, откуда нас, по-видимому, и выбросило. Мы…

– Мы оторвались от твари, да?

Я слышу что-то внятное в твоём голосе.

– Да.

Отпустило?

– Да, но…

Я тут же вспоминаю, что только что вколол в себя транквилизаторы, которыми пользуется космодесант, чтобы снять пагубные влияния на психику. Да только для космодесанта они несколько сильнее, и если на них они действуют, как положено, то на обычного человека…

– Я сколько в себя ввёл? – тихо спросил я.

Что именно?

– Транквилизаторов?

Ты просто сказал ввести их.

– Вот блин… Меня сейчас накроет… – пробормотал я и попытался встать, но не смог. Тело было как кисель и не слушалось меня. – Уже накрыло. Меня скоро очень сильно отключит, ты можешь оттащить тело от воды?

Дружище, я почти все силы потратил, чтобы вытащить тебя из той жопы.

Да, точно…

Я пытаюсь вспомнить, что я всё же видел, однако каждый кадр произошедшего, где я дерусь с кем-то, противник выглядит как чёрное пятно. Будто сознание намерено вырезало его, чтобы лишний раз не травмировать слабую психику.

Думаю, будь у меня импланты и пси-обработка, сознание было бы устойчивее, и я смог бы воспринимать то существо таким, какое оно и есть на самом деле. В конце концов, в первую очередь обработке помимо тела подвергается и разум, чтобы защитить его от подобного воздействия. Однако у обычного человека психика хрупкая. Даже вид демонов способен свести с ума, чего говорить о чём-то необъяснимом.

А так как я без пси-обработки и имплантов…

– Ты знаешь, что это было?

Нет. Но оно не из этой галактики, и не из этой реальности. Просто что-то, что не принадлежит этой вселенной, но где-то в своей является, наверняка, обычным обитателем.

– Ты не испугался его.

Демоны не испытывают страха. У нас в принципе нет такого понятия, как страх. Вместо него мы испытываем ярость от бессилия. Неконтролируемую злость.

– А тот демон? Это был ты, да?

Моё воплощение. Небольшой фокус, который жрёт много сил, и моих, и твоих. Но я бы не стал им пользоваться впредь.

– Значит ты можешь принимать форму?

Могу. На чуть-чуть. И тратя наши внутренние силы.

– Грязная ересь… – фыркнул я слабо, и тот хмыкнул.

Как есть.

Сознание начало уплывать. Транквилизаторы окончательно подействовали, и я начал погружаться в сон, который вряд ли будет коротким.