Текст книги ""Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Виктор Стогнев

Соавторы: Виктор Стогнев,Кирико Кири,Квинтус Номен,Петр Блэк
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 351 страниц)

Глава 16

Вчерашняя добыча ушла за восемь серебряных монет – мы не стали тащить череп в город, а продали в торговой лавке у выхода. Монеты поделили, и сразу же договорились, что следующий поход будет послезавтра.

До города дошли молча – у меня даже не было сил задавать вопросы по тренировкам, навыкам и архетипам. В городе разошлись: я отправился в трактир дядюшки Бу, а Глебос ушел куда-то к центральной части города. Похоже, он снял номер в местечке получше.

Проснулся я рано, и в этот раз не пошел ни в лес, ни к подземелью: вместо этого направился на холмы с кроликами, где попрактиковался с утренней звездой и копьем – наша вчерашняя беспомощность здорово меня злила. В прошлой жизни я бы в одиночку разобрался с великаном гораздо быстрее, а будь со мной голем – выстоял бы против троих. И мне очень, очень хотелось скорее достичь характеристик прошлого тела, с чем мне помогали новые зелья.

Эликсиры были выше всяких похвал. Я ел, как не в себя, тренировался, словно безумный. Усталости не было – ее смывало зельями. Микроразрывы в мышцах заживали едва ли не во время тренировки: я чувствовал, как становлюсь сильнее и крепче. Вот только физических сил для подземелья пока маловато. Нужны либо хорошие защитные и атакующие артефакты, либо… голем.

А для голема нужны навыки и ингредиенты. Для тех необходимо золото, которое прекрасно добывается в подземелье, если ты достаточно силен. Н-да. Замкнутый круг

Но вчера мы худо-бедно справились с великаном, который, похоже, поднялся с четвертого этажа, а это уже серьезный уровень. Без мечника у меня не было бы ни единого шанса, но с ним я могу насобирать себе монет и на Гильдию, и на ингредиенты.

– Ты обычно приходишь к ужину, – вскинул брови дядюшка Бу, когда я вошел в трактир после обеда.

– Обычно я ухожу за добычей, сейчас на тренировку пошел. Голод гложет, ничего не могу с собой поделать.

– И не нужно, – прогудел трактирщик. – Сейчас вынесу тебе жаркое с грибами. Присаживайся.

Блюдо трактирщик принес за минуту. Я наколол на вилку кусочек картошки, отправил его в рот и запил хлебным квасом.

Негромко хлопнула дверь, и я повернулся на звук.

В зал трактира зашёл Глебос, и с настороженностью посмотрел по сторонам. Я махнул ему рукой. Глебос заметил меня и слегка нахмурился. Что-то было не так, но я решил не обращать внимания на странное поведение мечника:

– Садись. Если хочешь, дядюшка Бу вынесет и тебе обед.

Обедать пацан не захотел: мотнул головой, отказываясь. Но хоть за стол присел.

– Выглядишь напряжённым. Случилось что-то?

– Не совсем.

– Ты в порядке?

– Я? В полном.

Ответы Глебоса были короткими и сдержанными. Пацан сверлил глазами стол и общаться не торопился. Впрочем, это не лишило меня аппетита.

Когда я почти доел, Глебос решил заговорить. До этого он смотрел в столешницу, но поднял взгляд на меня:

– Пока ты валялся в беспамятстве, я гулял по городу. Смотрел по сторонам, пытался понять и Вяжск, и людей, что в нем живут.

– Это похвально, – кивнул я, но Глебос не обратил внимания на слова.

– Я изучил положение авантюристов-подростков. У большинства из них всё ужасно: они не способны скооперироваться и убить даже стаю гоблинов, зато грезят о великом будущем и планируют вот-вот пойти в подземелье.

– И что? – плеснув в голос побольше недоумения, спросил я.

– Ты – другой. Когда я прибыл сюда, в город, ты уже охотился на орков. Один. Потом тебе резко понадобились деньги, и ты без колебаний пошел в подземелье. Без группы.

– Ну, я тебя по пути встретил. Без группы подросток там не выживет.

– Мы встретились у самого спуска, – раздраженно дернул головой Глебос.

– Мне хотелось посмотреть, что там, у самого спуска, – спокойно сказал я.

– А потом бы вернулся и собрал группу?

– Ну, разумеется. Без группы в одиночку подросток может только сдохнуть.

Мне не нравилось, куда идет разговор. Увы, Глебос, судя по всему, желал раскрыть мой маленький секрет, и накопил аргументов. Что ж, поиграем. Но рассказывать про свое возвращенство я никому не хочу. Нет и никогда не было у меня в этом мире настолько близких друзей.

– Я уверен, что ты бы спустился один, и не погиб, – дернул головой Глебос. – И от великана ушел, и от какой-нибудь другой хтони.

– И на чем основывается твоя уверенность?

– Ты не такой, как все, – с железобетонной уверенностью сказал Глебос. Я же расхохотался:

– Прозвучало странно, уж извини. Ну, тогда и ты особенный – у меня нет знакомых, которые смогли бы в лесу…

Глебос поднял руку, обрывая меня.

– У меня были ресурсы, с помощью которых из любого человека можно сделать сверхсущество. А вот ты – особенный случай, темная лошадка. Расскажи о себе с самого начала: кто твои родители, где они. Можешь с детства и начать.

Я хмыкнул. Как выйти из этой ситуации? Разумеется, я продумывал разные сценарии своего детства и в этой, и в прошлой жизни, но какой использовать сейчас? Одно ясно, правду говорить не стоит.

Решив, я заговорил:

– А может, ты о своем расскажешь сперва? Какие у тебя счеты с отцом, которого ты иногда упоминаешь в негативном ключе? Почему тебя ищут, и почему ты не хочешь, чтобы нашли? И о чем-нибудь менее важном расскажи: вот вчера с нами лавочник рассчитался за череп, причем две серебряных отдал медью. Ты не пересчитывал монеты, а убрал в кошель и забыл. Зачем ты тогда в подземелье ходишь, если не за деньгами?

Глебос недовольно нахмурился и отвернулся. Так я и думал. Но если устроить обмен историями, можно привязать пацана к себе еще прочнее.

– Вот в этом и дело. Если ты предлагаешь мне рассказать о личном – о моем детстве, почему бы нам тогда не поделиться друг с другом историями? Я не твой подчиненный, чтобы ты командовал, чем мне стоит делиться. Тренируешь, да, и я очень благодарен тебе за это, но мы не обговаривали, что за тренировки нужно платить рассказами. Я готов помочь тебе в подземелье, дать монеты на комнату, рассказать о монстрах и рассказать тебе насчет всевозможных ловушек. Но рассказы о личном – только в обмен на рассказы о личном.

Глебос думал недолго – почти сразу отодвинул стул и встал.

– В следующий раз увидимся завтра с утра. Я в десять часов буду у входа в подземелье, и ждать тебя буду не дольше часа. Всего доброго.

Черт!

Я чувствовал досаду. Диалог прошел, как надо, слова, как мне казалось, я подобрал правильные, но Глебос поступил не так, как я думал. Похоже, пацан либо не терпит, когда ему указывают, либо считает свои секреты важнее прочих.

Если он сейчас уйдет, к вопросу взаимного доверия можно будет вернуться позже. А может, к нему никогда больше вернуться не получится: отношения могут перейти в описанные мной товарно-денежные, где за его услуги наставника я стану платить. Не этого я хотел, не этого добивался.

– Ты просто не умеешь дружить, – тихо сказал я в спину пацану. Глебос повел плечами, но ничего не ответил и вышел за дверь трактира.

Полное фиаско. Ну и ладно. Главное – мы не поссорились, и в подземелье будем ходить вместе.

Я подцепил вилкой с тарелки последний кусочек гриба, закинул его в рот и туда же отправил кусочек хлеба, которым вытер тарелку.

Дверь открылась, будто ее открыли пинком, а не руками: стук двери разнесся по всему помещению. В трактир вихрем ворвался Глебос, и остановился возле моего стола.

– У тебя нет таланта!

Я поперхнулся. Многое был готов услышать, но не такое. А между тем Глебос продолжал:

– Прости, но это правда. Ты – бездарен чуть меньше, чем абсолютно. Ты пару суток учил навык бега, который учится минут за пятнадцать, за час, но не больше! Но вместо простейшей способности ты получил сложный навык ускорения мышления, который находится на пару ступеней выше. И ДО СИХ ПОР НЕ ВЫУЧИЛ НАВЫК БЕГА, ДЕМОНЫ ТЕБЯ ЗАБЕРИ, ВИЛАТОС! У тебя нет способностей, но ты…

Здесь подросток осекся, осмотрел зал. В зале каждый посетитель смотрел на кричащего пацана.

– Выйдем, – предложил он. Я молча поднялся и пошел на задний двор.

– Можешь продолжать, – разрешил я, когда мы дошли до бани.

– У тебя нет способностей, но ты дьявольски умен и образован. Я хочу узнать – кто ты такой? И не нужно рассказывать про крестьянское детство – крестьяне не умеют писать, читать и тем более – учить знания по книгам. Крестьяне не знают рун, а ты перевел знаки, которые были на клинке некроманта. Кто ты такой?

Похоже, пора разыграть карту амнезии. Со взрослым, если он чуть умнее кробского скакуна, такое вряд ли вышло бы, а с подростком, может, и получится. Во всяком случае, я избавлюсь от проверок, которые могли бы начаться, если бы я сказал про какую-нибудь отдаленную деревеньку и отца, который воспитывал меня один, но умер от пьянства.

– Ты хочешь узнать, кто я? Дерзай. Я бы с удовольствием тебе помог, но я не знаю сам.

– Как это?

– Я очнулся в переулке чуть больше месяца назад, неподалеку от книжной лавки. До меня докопался какой-то мужчина – начал угрожать, достал кинжал. Я его убил. Сам не знаю, как это вышло – будто движения были отработаны годами. Забрал этот самый кинжал, и ушел подальше, чтобы меня не нашли. Наткнулся на книжную лавку, зашел, увидел книгу с навыком обращения с кинжалами и купил за деньги, которые нашел у работорговца. Там же получил оценку, прочитав книгу за пару минут, причем навык получил сразу ранга ученика. Спроси торговца книгами, он подтвердит мою историю. Что еще тебе рассказать… Кто мои родители, я не знаю. На теле нет ни шрамов, ни родимых пятен. Детей в городе никто не искал. Наверное, я сирота.

Даже если Глебос начнет поиски родителей этого тела, успехов он не добьется – за прошлую жизнь я их не нашел. Впрочем, не особо и искал.

– Допустим, ты говоришь правду, Вилатос. А что по поводу подземелья?

– Стоит мне задаться некоторыми вопросами, и ответы на них всплывают в памяти. Могу рассказать тебе про любой из этажей на выбор. Могу сказать, насколько цена, предложенная торговцем за монстрячьи потроха или ингредиенты отличается от реальной. Нас вчера надули на три серебряных, кстати, но это традиция – начнем таскать добычу чаще, примелькаемся, и цена станет хорошей. Торговцы не дорожат отношениями с новичками, а вот стабильных добытчиков уважают.

– Что еще расскажешь?

– Еще?.. Еще меня тянет к големам, – добавил я, готовя почву на будущее. – Я знаю, что для архетипа Архитектора големов нужно знать «ремонт механизмов», «рунную магию», «создание големов», «усиление големов» и «управление механизмами». Рунная магия открылась у меня еще в лесу, едва я начал работать с кинжалом. Думаю, стоит мне коснуться вышеперечисленных областей, и я так же получу знания по ним.

– А какие навыки у тебя были, когда ты очнулся?

– Никаких не было.

Глебос цыкнул зубом.

Глебос посмотрел на небо.

Глебос качнулся с носка на пятку.

– Мне не нравится, когда мне лгут, – заявил соплюган.

– В этом я тебя поддерживаю, – кивнул я. – Мне тоже не нравится, когда мне врут. Найди кого-нибудь с архетипом, способным распознавать ложь, и я повторю историю. Но даже если я вру, у тебя нет никаких прав обижаться на это. Ты не рассказал мне даже выдуманной истории.

– Справедливо, – через силу выдавил Глебос. – Но кроме своей истории у меня есть и другие секреты. В обмен на твою откровенность я могу научить тебя нескольким техникам на основе внутренней энергии.

Жадность внутри меня рвалась использовать момент и выбить из пацана секреты, да побольше, но я покачал головой:

– Это не дружба. Если ты не готов рассказывать о себе, пусть. Но тогда не подменяй рассказы навыками и техниками.

Глебос долго молчал. А когда я уже решил попрощаться и уйти, заговорил:

– Я хочу покорить подземелье. В детстве я слышал кучу историй про авантюристов, которые проходили все этажи подземелья, и хочу стать одним из таких. Дойти до нижнего этажа, победить босса и забрать все артефакты из сундука, который мне выпадет там. А потом я хочу увидеть другие города, чудеса. Прокатиться на Кробском скакуне. Посмотреть на знаменитые поля Оклорда, которые кормят уцелевшие города. Дойти до моря и окунуть в него ноги. На один из мертвых городов посмотреть. А возможно, отправиться в путешествие гораздо дальше. Ты же знаешь, что кроме нашего, Алужского материка, есть и другой – Нельпан?

– Знаю, – откликнулся я. – Как знаю и то, что за все годы ни наши суда до него не дошли, ни оттуда никто не попал к нам. Скелеты морских чудовищ здорово порезвились в первые годы после битвы богов, и теперь все мертвые твари шныряют по океану, тоскуя от невозможности добраться до людей. А когда наконец получают эту возможность, устраивают грандиозное сафари.

Меня радовало, что если Глебос откровенничает со мной, то наш тандем в ближайшее время точно не распадется, и на нижние этажи мы отправимся вместе.

– А чего хочешь ты?

Я хмыкнул. Чего я хочу?

– Стать Архитектором големов. Может, добраться до ранга грандмастера. Для этого мне не нужно будет окунать ноги в море, но до сундучка босса на десятом этаже мне с тобой по пути. Если по дороге подземелье не сочтет, что с нами стоит расправиться.

Глебос улыбнулся.

– Вполне возможно. С моим клинком и твоими загадочными знаниями мы можем стать сильными противниками для монстров и вызвать недовольство подземелья.

– И станем, – хлопнул я по плечу пацана. – А теперь, если хочешь, можем потренироваться.

– Погоди. Я хочу кое-что тебе предложить. Раз уж мы решили двигаться через подземелье вдвоем, стоит позаботиться о твоей выживаемости. Что ты знаешь о модификациях?

– Только слухи. Кажется, все, что меняет человеческое тело, относится к модификациям.

– Верно. Модификации – это как навыки, но работают они в пассивном режиме. Мастера плоти обладают силой, способной изменить нашу природу, дать нам возможность подняться выше того, что определило наше тело. Они могут пересадить тебе сердце детеныша дракона, или заменить твои ногти когтями пепельного льва. Модификации могут изменить тело и придать ему новые возможности: прочную кожу, сверхсильные мышцы и другое.

– У нас нет ни сердца дракона, ни когтей.

– Зато я знаю один интересный ритуал. Нужно лишь найти кого-то с архетипом Мастера плоти и попросить его провести этот ритуал на твоих костях. Это сделает их гораздо крепче.

– Вот так просто? – не сдержал я недоверия.

– Ну-у… не совсем. Еще тебе понадобится слиток мифрила.

– Его же продают по шесть-семь золотых! Теперь все встает на свои места, – вздохнул я.

– Зато результат точно стоит того! Ты видел, как великан меня отбросил? Будь у меня обычный скелет, от такого удара мне бы раздробило кости и переломало позвоночник.

Тут пацан прав. С полезностью такой модификации после непреднамеренной демонстрации спорить трудно.

– Пожалуй, если у меня будет лишний десяток золотых, я соглашусь.

– А еще можно найти кого-нибудь в нашу команду, – предложил Глебос довольно здравую идею.

– Наверное, ты прав. Я сам не хотел бы расширять команду, но с третьим авантюристом, если он окажется способным, можно попробовать бродить и по третьему этажу. Да, там опаснее, но именно там можно найти монстров, потроха которых стоят дорого. Хотя, что-то мне подсказывает, что будь у нас големы, можно было бы обойтись и без третьего авантюриста.

Да что там «без третьего» – можно было бы и без второго обойтись! С големами я бы подземелье вплоть до десятого этажа даже в подростковом теле пройти рискнул. Увы, если в прошлой жизни меня обучил умирающий от проклятья мастер, который решил передать кому-нибудь свои знания, то в этой нужно обрести потерянные навыки гораздо быстрее. Я не знаю, где мастер живет сейчас – Старый был молчаливым отшельником, и насчет прошлого не распространялся. Так что единственный вариант получить необходимые навыки – поступить в Гильдию и там пройти все шаги, которые преодолел в прошлой жизни. Проблема одна – у меня нет десяти золотых, необходимых для поступления.

Глава 17

И потянулись долгие дни. Мы ходили по первому этажу подземелья, размазывая по каменным плитам монстров настолько слабых, что бои с ними даже за кружкой кваса описывать стыдно, иногда забредали на второй. Больше нам не попадались великаны, а сами мы на третий этаж не совались – не могли найти человека, который подойдет нашей команде, а вдвоем было слишком опасно.

После подземелья сворачивали на опушку и тренировались там, пока я не начинал шататься от усталости. Трава на поляне, где мы все время отрабатывали упражнения, была вытоптана до корней.

Сегодня нам не повезло особенно. Мы поймали лишь двух панцирников – неуклюжих и медленных черепах. Панцирь каждой ушел за две серебряные монеты. Крохи, по сравнению с золотом, которое я так жаждал.

Кстати, копье я больше не покупал – решил, что если уж не успел обрести навык раньше, то теперь стоит отдать предпочтение работе с билом. Пять навыков – это тот ориентир, который я уже достиг. У меня уже есть лишний навык владения кинжалами, который вроде бы и нужен, но если бы у меня был выбор, сейчас я бы его не взял. Скоро появится навык бега. Мне кровь из носу нужно оружие, которое будет полезно мне на всех этажах подземелья, и било вкупе с ускорением кажется мне идеальным вариантом.

Потому сейчас я стоял у края поляны и лупил металлическим шаром многострадальный дуб, ствол которого был на треть разбит в щепу на предыдущих тренировках. Металлический шар с грозным гулом рассекал воздух, от ствола летели щепки, дерево вздрагивало от каждого удара, но Глебос был все столь же ехиден.

– Двигай плечом! – поправлял меня Глебос, когда я с размаху бил билом. – О боги, да размахнись же ты, как следует!

Я уже не спрашивал у пацана, когда он успел научиться владению этим оружием, чтобы сейчас поправлять меня. Главное – что его советы работают, и с каждой тренировкой я сражаюсь все лучше. Хотя, так считаю я один – мечник постоянно находит недостатки то в стойке, то в ударах, то даже в моих мыслях. Вот, как сейчас.

– Да сосредоточься же на тренировке! Что за позор! Если бы тебя увидели пятеро погибших богов, они бы снова скончались!

Я представил на месте измочаленного дерева ехидную самодовольную рожу Глебоса, постарался вкладывать в каждый удар максимальную силу, и… в один миг что-то во мне щелкнуло. Моя рука двинулась с мощью, которую детское тело, пусть и усиленное эликсирами, выдать никак не могло. Било пронеслось вперед с невероятной скоростью и в ствол дерева впечаталось с сочным шмяканьем, точно в мокрую глину. И наполовину вошло в цель.

Я отпустил рукоятку оружия, и та закачалась на цепи.

[Вы получили навык «владение утренней звездой»]

[Владение утренней звездой, ранг – новичок]

– Прорвался? – спросил Глебос спокойным голосом, будто и не было получасового монолога, сообщающего о моей неполноценности.

– Да. Получил навык.

– Отлично. Выковыривай оружие, и пошли ужинать. Мне до смерти хочется поесть мяса.

Я взялся за рукоять, рванул оружие на себя и сместился в сторону, как подсказывал мой новообретенный навык… Но не смог выдернуть шар.

– Жаль, что во время прорыва навык прыгает на невообразимую высоту, но всего на долю секунды.

– А ты как хотел? Детище богов будто анонсирует тебе, какой силой ты станешь обладать на ранге мастера, чтобы ты быстрее стремился взять этот ранг.

Глебос прав. Я только что впервые ощутил свою настоящую силу, потенциал, до которого я могу дойти. Вбивать оружие в прочнейшие панцири, безо всякого усилия крошить лед и кости ледяных великанов.

– Кстати, давно хотел тебя спросить: почему ты всегда язвительный и едкий, если дело касается моих навыков владения оружием? Зачем ты кричишь на меня каждый раз?

Глебос нахмурился, словно не понял, о чем я говорю. Пацан долго молчал, пытаясь собраться с мыслями, а затем медленно произнес:

– Действительно… Нет, твои успехи действительно убоги, тут я ничего не скажу. Но, честно говоря, я никогда и не думал ставить тебе в упрек твою врожденную слабость. Я всегда думал, что порицания и насмешки – это часть тренировочного процесса. Мой наставник так меня тренировал, и я просто подумал, что это нормально. Тренер всегда говорил, что нужно быть критичным к себе и другим, чтобы стать настоящим воином.

Как можно думать, что постоянное осмеивание и насмешки – это норма в тренировочном процессе? Хотя, если задуматься, то ехидство Глебоса толкает меня вверх со скоростью, которой я с мастерами, что меня хвалили, не достигал.

– Мне помогало, – пожал плечами пацан. – Я думал, что с другими будет точно так же.

– Нет, к этому вопросов нет – злость мотивирует по самое «не хочу». Знаешь, не стоит менять формат тренировок – ты прав, так занятия становятся эффективнее. А насчет моей слабости, о которой ты говоришь, скажу одно: в окружающем лесу нет никого младше шестнадцати лет, ты сам упоминал, что молодые авантюристы даже на гоблинов группами ходят. Я уже превзошел большинство своих сверстников. Это не я слаб, это ты ужасающе силен.

Глебос замер, будто его стукнули по голове мешком.

– Черт, ты прав! Это же на поверхности лежало! – Взгляд Глебоса заметался. – Получается, мой отец… Так, Вилатос, мне нужно остаться одному и кое о чем подумать.

И, прежде, чем я что-либо сказал, Глебос уже шагал в лес. О чем он тогда размышлял, и к какому выводу дошел, я не знаю – на вопрос Глебос отмолчался, а я допытываться не стал.

* * *

Я чувствовал, как моя сила увеличилась. Я по-прежнему не мог освоить «простейшую технику бега», как эту сложнейшую дрянь называл Глебос, зато стал гораздо быстрее, сильнее и крепче. Следующего великана мы разобрали на ледяные запчасти за семь с половиной минут. Бедолага даже «дыхание мороза» использовать не успел.

Я стал добегать от трактира до подземелья без передышек. С отяжелевшей от пота одеждой, проклятиями, но без передышек. Я достиг того уровня развития, который был у меня в прошлом через два года упорных тренировок, хотя здесь не прошло и шести месяцев.

– Гораздо лучше, чем раньше, – пробормотал я, когда смог победить двоих орков, не используя технику ускорения. Да, выпрыгнул из кустов. Да, использовал метательные ножи и яд. Но справился ведь сам, и без техники.

А сейчас мы сидели в трактире и отмечали удачный спуск. Повезло наткнуться на авантюриста, которому наоборот – слишком уж не повезло. Бедолага получил рваную рану на бедре, кое-как перетянул ногу, и даже выполз на верхние этажи, но до выхода было полтора километра, и преодолеть их он не смог бы: не с кровопотерей, от которой едва сознание не теряешь.

Приключенец предложил нам сорок пять серебра, чтобы мы доволокли его: именно на такое количество белых кругляшков тянула часть его добычи – три костяных пластины бронерога, существа с нижних уровней. Разумеется, мы не отказались – залили рану эликсирами, донесли раненного до выхода и теперь сидели, отмечая удачный поход. Я бы и бесплатно помог: никогда не знаешь, как судьба повернется в следующий раз, когда с разорванным бедром будешь лежать ты, но отказываться от монет, которыми тебе тычут в лицо, будет только глупец. К тому же, рюкзак авантюриста был набит столь туго, и весил так много, что я не сомневался – от потери сорока серебра тот сильно не обеднел.

И вот, когда мы уже доели кашу со свиной рулькой, у нашего стола возник молодой мужичок с отсутствующим правым ухом и молча опустил напротив каждого из нас по золотой монете. Глебос скользнул по металлу довольно равнодушным взглядом, но внутри меня все затрепетало.

– Говори, – предложил я, не отводя взгляда от кругляшка.

– И столько же после окончания работы.

– А теперь расскажи, что за работа, – попросил я и приложил титанические силы, чтобы посмотреть в глаза собеседнику, а не на монету. За которую можно купить зелья, навык медитации, если добавить свое серебро, или даже приобрести артефакт типа моего прошлого стилета. – Есть люди, которые в пасть дракона полезут за золотом, но они, как правило, оттуда потом не вылезают. Мы не из таких.

– Потому я и желаю вас нанять, что вы более-менее опытные, пусть и молодые. Слышали про племя орков, которые пришли в окрестный лес?

– И даже видели, – кивнул я.

– И сражались, – буркнул Глебос.

– Так вот. Ходят слухи, что у вождя этого молодого племени есть редкий артефакт – наковальня, с помощью которой можно создавать артефакты. Шанс успеха мал – процентов пять, но для тех, кто и так умеет это делать и скупает любые предметы для повышения шанса создать артефакт, любой процент играет роль.

– И вождь сидит на курице, которая несет золотые яйца, – кивнул я.

– Разумеется. Как собака на сене – не может полноценно использовать артефакт сам, и не дает другим.

– И договариваться, дрянь такая, не хочет.

– Абсолютно верно, молодой человек. Вот мы и решили восстановить справедливость, и выступить завтра с утра. Если все ляжет, как нужно, к утру следующего дня мы вернемся с победой и артефактом.

– А почему вы решили нанять именно нас?

– Я умею примечать хороших бойцов, – улыбнулся Безухий. – А еще у меня есть друзья среди стражей на воротах. Ходят слухи, около месяца назад некто использовал в лесу одну очень интересную технику…

Глебос крупно вздрогнул и посмотрел на авантюриста.

– О чем вы? – поднял я бровь, но моя пантомима никого не обманула – реакция Глебоса всем все сказала. Тогда я расслабленно откинулся на спинку стула. – И что плохого в мощной технике? Насколько я знаю, в городе не запрещается владеть ни артефактами, ни использовать техники.

– О, разумеется. Только вот эта техника очень примечательна тем, что ее использует один-единственный клан. Сказать, какой?

– Не нужно, – мрачно ответил Глебос. – Скорее всего, мы возьмемся за эту работу. Но мой друг вряд ли согласится менее, чем на три монеты, а свои услуги я оцениваю в семь. Если вы знаете мою личность, то знаете и причину столь дорогих услуг.

– Хорошо, господа, – с натянутой улыбкой согласился безухий. Напротив меня появилась еще одна монета, а напротив Глебоса – две.

– Надеюсь, о моем секрете никто кроме вас не узнает, – тяжело уронил мечник.

– О, разумеется, господин, – глубоко поклонился авантюрист. – Меня зовут Карл. И тайна умрет вместе со мной.

Глебос кивнул, и если безухий авантюрист счел это жестом прощания, то я, зная пацана чуть дольше, счел обещанием. Мол, ты прав, именно так и произойдет и с тобой, и с тайной.

Я не стал устраивать истерику, мол, почему ты не спросил меня, и не посоветовался, прежде чем принимать решение за двоих. Если бы я не хотел участвовать, я бы вмешался в разговор и отдал свои золотые монеты сразу. Наверняка есть причины, заставившие Глебоса принять такое решение.

– Не поделишься своими мотивами?

Глебос рассеянно глядел на стол, за который присел авантюрист. Безухий кивнул своим, сказал что-то, и, подозвав дядюшку Бу, громко потребовал пива.

– Глебос? Не расскажешь, с чего вдруг тебя потянуло к оркам?

– Нам нужно усиливаться, – нехотя сказал он, а потом тяжело вздохнул и сказал, – хотя, это не единственная причина. Этот человек знает, кто я. Знает, что меня ищет клан Кровавой луны. Он хочет сперва с моей помощью уничтожить племя, а потом – сдать меня на руки отцу.

– И ты хочешь…

– Убить его раньше, чем это произойдет. Скажем, после того, как разберемся с орками. Думаю, продав артефакт, мы получим гораздо больше десяти золотых. А продать мы его сможем в любом другом городе, где скупщик будет недостаточно нагл, чтобы попытаться обмануть подростков с дорогой вещью, и достаточно компетентен, чтобы обладать «оценкой».

– Ты желаешь покинуть Вяжск?

– Подземелья есть у каждого города. Я мечтаю пройти до последнего босса одно из них, но мне без разницы, какое именно это будет подземелье. Я не желаю оставаться в городе, где весьма эффектно выступил на арене и тем самым показал отцу, где меня следует искать.

– Ясно, – вздохнул я и сгреб монеты.

Жаль будет покидать Вяжск. Все-таки здесь я уже устроился: у меня отличные отношения с трактирщиком, который не плюнул на меня, когда я впал в кому, а приставил сиделку, пусть и за мои же монеты, и даже закупил зелья, которыми меня нужно было поить. В ратуше меня знают, и без лишних вопросов отсчитывают монеты за уши гоблинов. Молодая прачка мне вчера впервые улыбнулась… Но это уже к делу не относится.

– Есть какой-нибудь план по их устранению? – тихо спросил я.

– Придем, перебьем орков, жахну по группе, – равнодушно пожал плечами Глебос. – Если кто-то выживет, добьем.

– Хорошо бы, – пробормотал я. – Ладно, пойду, прогуляюсь по городу. Стоит потратить так удачно доставшиеся мне монеты на книгу с навыком медитации.

С утра я собрал свои нехитрые пожитки в пространственную сумку. Уходить ужасно не хотелось – всего за пару месяцев я прикипел к этому месту: к готовке дядюшки Бу, к тренировкам на заднем дворе. Жалко оставлять то, что так нравится.

Когда я спустился в зал, за столом уже наворачивал кашу Глебос. Рядом сидел Карл.

– Тоже будешь завтракать? – спросил дядюшка Бу. Я кивнул.

– Сейчас принесу кашу и молоко.

Я присел за стол, и сразу осведомился у Карла:

– А где твои друзья?

– Ждут на воротах. Я надеюсь, мы отправимся после завтрака?

– Точно, – кивнул Глебос.

– Как будем делить добычу? – вмешался я.

– Когда сотрем с лица леса этих ходячих свиней, сможем получить кучу монет. Мы выбили задание от гильдии оружейников на доспехи и получили в ратуше задание на добычу орочьих ушей. С каждого орка сможем взять по четыре серебряных монеты, а в племени больше сотни тварей. За артефакты, если мы их там найдем, обещают минимум по половине золотого.

– Это крохи, – покачал я головой.

– И тем не менее, эти крохи пойдут сверх обещанных тебе трех золотых.

– Да, я понимаю.

А еще я понимаю, что все эти вещи не унесешь в руках, и в рюкзак не закинешь. Несколько десятков доспехов влезут только в очень, очень хорошую пространственную сумку. И такая точно будет стоить далеко не три серебряных.

– Сколько людей в группе? – спросил Глебос.

Кстати, да. Что-то я заговорился и не узнал о самом важном. Нам же их еще на ноль множить.

– Не считая меня, двое. Призрачный танцор и чародей молнии. Я маг воздуха.

– Редкие архетипы, – пробормотал Глебос.

– О, не такие редкие, как, должно быть, ваш, – польстил ему авантюрист. Глебос лишь поджал губы.

Пока мы шагали к воротам, я вспоминал все, что знаю об указанных архетипах.

Призрачный танцор – идеальный бретер. В схватке один на один он сможет заколоть любого воина, если доберется до него. Ловкий и быстрый боец, способный грациозно наносить смертоносные удары. Также может скрыться в иллюзиях и использовать иллюзии для помощи в бою. Если в начале пути своего архетипа больше похож на беспомощного, неоперившегося птенца, то с каждым годом, с каждым профильным навыком раскачивается все сильнее и сильнее. Как-то я сражался с личем, который до смерти был призрачным танцором, а после – сохранил разум и часть знаний и навыков. Он был той еще сложноубиваемой дрянью.