Текст книги ""Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Виктор Стогнев

Соавторы: Виктор Стогнев,Кирико Кири,Квинтус Номен,Петр Блэк
сообщить о нарушении

Текущая страница: 235 (всего у книги 351 страниц)

Она взглянула на Катэрию, которая слегка пожала плечами.

– Я не имею ничего против вашего предложения, госпожа Барбинери. Я выделила на это пару дней.

– Вот и отлично. Присаживайся, Грант, не стесняйся, – указала она на одно из кресел, после чего посмотрела на Катэрию. – Весь дом на этом юноше теперь держится.

– Даже так… – протянула девушка, взглянув на меня внимательно.

– Она преувеличивает, Катэрия.

– Да чего уж. Защищает, оберегает, помогает мне с предприятиями. Глядишь, и совсем бы здесь мы все сгинули со временем.

– Преувеличение, – не согласился я.

– Ну… может чуть-чуть, – показала она пальцами улыбнувшись. – Но тем не менее… А вы, Катэрия, вы рассказывали про вашу свадьбу.

– Да. Как я и говорила, это громко сказано. Наши семьи лишь договорились о свадьбе на данный момент. Я собираюсь закончить срок службы сначала, а там уже будет видно, как всё сложится.

– Как время летит… – с улыбкой покачала головой Марианетта. – А ведь я ещё помню тебя совсем ребёнком. Даже играла с тобой в куклы.

– Я помню, госпожа Барбинери, – Катэрия оставалась невозмутимой.

А вот у меня появился вопрос.

– Получается, ваши семьи были дружны? – спросил я, переводя взгляд с Катэрии на Марианетту. – Семьи Голд и Барбинери?

– Были, да, – улыбнулась хозяйка дома. – А я тебе не рассказывала?

– Нет. Но тогда почему, когда вам объявили войну или начали убивать ваших людей, Голд не помогли?

Повисло напряжённое молчание. Катэрия выглядела как человек, которого поставили в неудобное положение, и она просто не знала, что ответить. Она не теряла своего невозмутимого вида, но глаза забегали. Марианетта тоже выглядела так, будто ей неловко. Хотя вопрос был простым. Они дружат или, по крайней мере, тесно общаются, но когда случилась беда, Брабинери никто не пришёл на помощь.

Я не чувствовал неловкости. Я видел несправедливость и предательство. Особенно, когда видел, как она тепло приняла у себя одну из Голд. Первое ощущение по отношению к Голд у меня было положительным. Простые охотники, которые не лезут во все эти игры. Но сейчас картина слегка сменилась, открывшись с немного другой стороны.

– Грант, – начала мягко Марианетта. – Это… сложный вопрос. Было много обстоятельств, которые… надо было учи…

– Мой отец испугался, – вместо неё ответила Катэрия. Спокойно и ровно. – Он потерял жену и не хотел потерять меня или Алианетту в этом конфликте. А риски были слишком высоки. Трусость. Трусость и забота, так как своя семья будет всегда ближе. Вот и весь ответ.

Катэрия не была груба, не злилась и не ответила с вызовом. Просто ответила прямо. Прямолинейность – это хорошая черта.

– Понятно.

– Это всё сложно, Грант… – начала Марианетта. – Ты должен понимать, что здесь надо учитывать риски и собственные интересы. Не всегда можно прийти на помощь к тем, кто в этом нуждается.

– Я думал, друзья на то и друзья, чтобы помогать.

– Мы оказались плохими друзьями, Грант, – невозмутимо произнесла Катэрия. – Вряд ли нам есть за этот малодушный поступок прощение. И я очень благодарна, что госпожа Барбинери даже после пережитого смогла принять меня и пригласить на чай, учитывая нынешние сложности.

– Да, сложности… – протянула хозяйка дома.

Она явно хотела побыстрее перевести тему, хотя я не мог понять её спокойного отношения к подобному. По сути, Марианетта принимала врагов своей семьи, предателей, которые отвернулись от неё в час нужды, но всё равно была невозмутимой и мягкой. Будто ничего не произошло, и она не потеряла всю семью. Это выглядело как наплевательство на тех, кого она потеряла.

Может, потому что дети не отвечают за поступки своих отцов, а? Катэрия так-то ни в чём подобном не участвовала.

Но участвовал её род. Её собственный отец.

Есть люди, которые смотрят в отличие от тебя с нескольких сторон на ситуацию. Умеют идти дальше, прощение там, не, не слышал?

Такому не может быть прощения.

Именно поэтому ваша позорная Империя и скатывается в жопу.

Наша Империя цветёт и дышит.

В каком месте?

Во всех.

Ну-ну, вы сами прогнили до самых костей. Тебе напомнить про зачистки мирняка, как свидетелей, которые надеялись на вас, которые надеялись, что вы их спасёте, а получили по итогу пулю? Где в тот момент твоя принципиальность потерялась?

– А вообще у нас действительно навалилось многое в последнее время, – покачала головой Марианетта. – Нам пришлось эвакуировать деревню в поместье. Изгнанники шли знаешь, как волнами, не как обычно. То никого нет, то нахлынут толпой. Обычно всё не так, но чудо уберегло нас от потерь.

– Те разрушения от них?

– О нет, это к нам Крансельвадские пожаловали, – улыбнулась Марианетта. – Ты, наверное, слышала о том, что у нас не задалась встреча.

– Без подробностей. На подлёте я видела пару челноков. Это их?

– Да. К сожалению, без конфликта не обошлось.

– Они не распространяются о случившемся.

– И не будут. Проиграли женщине. Мужская гордость, понимаешь? Кстати, а как там поживает малютка Алианетта?

– Она тоже будет помолвлена после своего первого контракта с Твеном Сирони.

– Сирони… это семья дома Фон-Ларьер, если я правильно помню, верно? Там оба Сирони занимают посты в правительстве.

– Да, всё верно. Они хорошая семья, которая укрепит наш дом.

– А сама Алианетта этому рада? – полюбопытствовала Марианетта.

– Думаю, ей нужно ещё повзрослеть. Твен – хороший молодой человек, но пока она этого не видит, – и посмотрела на меня.

– Понятненько…

Они поговорили ещё около получаса, обсуждая последние новости и будущую свадьбу с помолвкой, после чего Катэрия откланялась. Я уже боялся, что она действительно соберётся здесь ночевать. Я не имел ничего против, однако хотелось поскорее уже покончить с делом.

– Первый раз видишь такой челнок? – спросила она, когда мы вышли на улицу. Видимо, обратила внимание на то, как я его разглядывал.

– Именно такой – первый раз, – ответил я, окидывая его взглядом.

Забавно то, что открывался он с банального ключа через замочную скважину.

Внутри он тоже несколько отличался от кораблей Империи. Всё было нет так угловато, не столь грубо, будто создатели пытались принести немного комфорта в эту машину.

Когда я вошёл внутрь, с интересом окинул кабину взглядом, после чего пробежался глазами по основным системам. Компоновка была стандартной: два пилота, в доступности вытянутой руки как управление кораблём, так и управление всей электроникой.

В заднюю часть уходил самый настоящий лаз, в который надо было подняться по лестнице, скорее всего, из-за необычного строения корпуса. Подозреваю, что частичный доступ к двигателям находился там же.

Вообще, первое ощущение от машины – она более хрупкая и менее надёжная. Слишком мало металла, но электроники как будто больше. Когда я сел в одно из кресел, сразу взглядом пробежался по всевозможным датчикам, половину сразу узнав. Чуть позади в форме шкафа стояла, как я понимаю, основная система управления механикой и двигателями.

Как я понял, часть основных показателей дублировалась на главную панель, но полное управление и все показатели датчиков были именно здесь. Обычно корабли автоматизированы достаточно, чтобы избавиться от подобного. Это лишь на старых кораблях осталось, и подобным занимается третий член экипажа, а этот корабль был рассчитан на двух. Наверное, связано с особенностью эксплуатации.

И для меня не было тайной, что за всеми моими действиями внимательно наблюдает Катэрия. Но что скрывать? Если мы летим забирать корабль, то было сразу понятно, что я в них разбираюсь. А значит скрывать ничего не имело смысла.

– Где «свой-чужой» находится? – сразу спросил я, окидывая взглядом салон.

– Что?

– Ну… система опознавания. Автоответ на принимающий сигнал, система радиолокационного ответа… я не знаю, как его назвать правильно.

– Транспондер, – подсказала она.

– Да, скорее всего.

– Под полом позади тебя.

– Хорошо… – негромко протянул я, встал и пошёл в заднюю часть корабля, где перед лазом было небольшое помещение с несколькими шкафами вдоль бортов. Здесь я нашёл ящик с инструментами. Значит, просить у Марианетты их было не обязательно.

Открывался подпол обычной отвёрткой, у меня заняло не больше двух минут, чтобы достать длинный оранжевый штырь, похожий на поплавок с выходящими из него кабелями. Их я и вытащил, обесточив его.

– Полетим на малой высоте, – негромко произнёс я, разглядывая поплавок.

– Да, я знаю.

– Водили раньше такие?

– Нет, но проблем не будет. Вижу, ты неплохо разбираешься в кораблях. Где ты этому научился?

– Машины разбирал, – соврал я невозмутимо.

– Легально?

– Нет, – покрутив агрегат в руках, я положил его обратно. Пусть там и лежит, пока мы будем лететь. Надо потом не забыть его подключить обратно.

– Слишком чётко работаешь для человека, который только и разбирал машины, – ответила она.

– Природный дар, – встал я, отряхнув руки, после чего вновь вернулся к системе механизации и управления двигателями, внимательно пробегая по ним взглядом. – Здесь есть ещё какие-нибудь отслеживающие устройства?

– Скорее всего, стоит сигнальный маяк, чтобы отслеживать сам корабль, но он находится где-то внутри этого… блока управления, – постучала Катэрия ладонью по системе управления механикой и двигателями.

– Ясно… – я потянулся за инструментами.

– Будешь разбирать?

– Надо отключить его. Не хочу, чтобы нас отследили.

– Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – произнесла она, наблюдая за тем, как я откручиваю панель. – Потому что, если сломаешь…

– Не сломаю. Найдите в интернете, как он выглядит, пожалуйста, пока я снимаю переднюю панель.

Внутри проходили связки проводов, всевозможные трубки, стояли блоки управления, выглядящие как обычные металлические коробки с подсоединёнными проводами.

– Я нашла. Вот так, – протянула Катэрия свой телефон, на экране которого виднелась красная коробка с цифровым обозначением.

Я взял телефон из рук, после чего начал увеличивать изображение, чтобы рассмотреть его получше. Надо понять, что откручивать, чтобы не получилось, что я какую-нибудь систему управления откручу. И в этот момент я случайно куда-то нажал, выйдя в галерею телефона.

Реакция Катэрии была мгновенной. Её рука со скоростью молнии дёрнулась вперёд и выхватила у меня телефон. Однако пару фотографий я всё равно увидел, и были они… слегка откровенного плана.

Между нами повисло неловкое молчание. Катэрия смотрела на меня пронизывающим взглядом, а вот мне наоборот, хотелось отвести глаза, отчего я чувствовал, как лицу становится жарко. Кажется, я краснею.

Ты успел разглядеть⁈ Там Катэрия была в нижнем бельишке!

Успел понять. И отчего-то мне сейчас очень неловко. Хотя сама она выглядит невозмутимой.

– Я думаю, тебе стоит приступить к своим делам, – наконец негромко произнесла Катэрия, кивнув на систему управления.

– Да, – глухо ответил я и вернулся к работе. – Я прошу прощения, это было не нарочно.

– Извинения принимаются, – ответила она несколько прохладно.

Через пять минут отслеживающее устройство было отключено.

Глава 71

Мы сели в кресла синхронно. И если Катэрия села осторожно, как леди, я просто расслабленно упал в него. Мягкие сидения, это удобно. Возможно, стоит сделать такие же и в своём корабле, но когда мы разберёмся с основными проблемами.

– Так, – окинул я взглядом приборную панель, едва она завела корабль. – Давайте, стоп-проверка и полетели.

– Стоп-проверка? – переспросила она, взглянув на меня.

Так, а как у них это называется…

– Предполётная проверка, – переформулировал я.

– Зачем?

А здесь уже я внимательно посмотрел на неё. А она точно пилот и имеет разрешение на полёты? Мой вопрос, видимо, был красноречиво написан на лице, потому Катэрия решила объяснить.

– Перед взлётом я с двумя техниками провела проверку челнока. По всем системам, – она достала и протянула мне лист, в котором были пункты, а напротив галочки. – Всё в норме.

– Разве корабль не проходит проверку перед каждым взлётом? – поинтересовался я, пробегая взглядом по пунктам, после чего покосился на неё.

– Ты думаешь, что что-то могло сломаться, пока он стоял? – задала она встречный вопрос. – За эти несколько часов?

Так, теперь я прямо-таки хочу задать этот вопрос, однако всё же устраивать конфликт из-за этого не хочется. Поэтому как можно спокойнее я произнёс.

– Давайте проведём проверку, чтобы было спокойнее. Лучше перестраховаться, чем пожинать после этого плоды где-то в глубине диких земель.

Катэрия не хотела. Может ей было лень, может она считала это лишним, раз сегодня челнок уже проходил стоп-проверку. Она смотрела мне в глаза несколько секунд, после чего негромко вздохнула.

– Хорошо, ради безопасности надо провести проверку. Ты на чек-листе, я проверяю.

– Хорошо, – кивнул я. – Итак, первое. Гидравлика.

Катэрия сразу потянулась к рулю управления и каким-то переключателям. Перещёлкнула, сверилась с небольшим датчиком и кивнула.

– Есть.

– Упоры.

Вновь что-то переключает, после чего кивает.

– Есть.

– Маневровые двигатели.

И так по каждому пункту. Я называл, Катэрия проверяла, и мы достаточно быстро шли по списку. Можно сказать, что мы уже сработались, проверяя показатели. Правда, когда дошли до двигателей, машина выдала сразу ошибку, которая мне не понравились.

– Тяга, – продолжал я читать с листа.

– Есть.

– Датчики.

– Ошибка топливного датчика сигнала на четвёртом двигателе, – будничным тоном произнесла Катэрия.

– Ошибка? – сразу насторожился я, бросив взгляд на неё.

– Да. Выдаёт, что… – она вбила что-то на небольшом экране посередине. – Низкий уровень сигнала.

– То есть насос плохо работает?

– Нет, показатели насоса в норме. Проблема в исправность датчика, – Катэрия достала какую-то книгу, которую несколько секунд листала, пока не нашла необходимую страницу и не зачитала её вслух. – Код: семь, ноль, три. Слабый сигнала датчика, – посмотрела на меня. – Сигнал плохо проходит. Мне сообщили, что на четвёртом двигателе проводили ремонт и, скорее всего, датчик не заменили, так как все остальные показатели в норме.

Она указала на четыре круглых стрелки под стеклом, которые показывали нормальное давление во всех четырёх двигателях.

– На эту ошибку указали ещё в аренде. Этот челнок с ней уже летает год, как мне сказали. Во время полёта она сразу пропадёт, и будет норма.

– Но это не норма, – нахмурился я.

– Грант, ты сейчас серьёзно хочешь отменить наш полёт из-за этого? – уточнила Катэрия. – У меня не будет потом времени, поэтому надо сделать всё или сейчас, или уже потом, если у меня будет свободный день.

– А сейчас сменить челнок нельзя?

– Это был последний.

– Просто если это возникнет под нагрузкой… – начал было я, но Катэрия меня перебила.

– Целый год всё было в порядке, и сейчас всё будет в порядке. Слабый сигнал, это значит уже датчик старый, и плохо реагирует на поступление топлива. Их надо заменять раз в год, но на этом нередко экономят, потому и появляется такой сигнал. В противном случае, будь там действительно проблема, сразу бы высветилась бы критическая ошибка по всему двигателю, но её нет.

Но я сомневался. Дело не в паранойе, а в том, что правила написаны кровью тех, кому не повезло, и всё случается лишь раз в жизни. Я всю жизнь жил по правилам, предписаниям и приказам, и нарушать их было всегда тяжело. Будто внутри что-то сопротивляется этому. Как если бы ты видел неровно стоящий предмет, хотел его передвинуть, но не делал бы этого. Будто в мозгу остаётся заноза, которая не даёт тебе успокоиться.

Видимо, всё это было хорошо видно на моём лице, так как Катэрия обратилась ко мне спокойным доверительным голосом.

– Грант, – привлекла она моё внимание. – Всё будет в порядке. Я тебе это гарантирую. Такие ошибки часто возникают и на челноках нашего дома, но пока ни разу ни один из них не упал.

Я прикусил губу. Умом я понимал, что с такими ошибками лучше не лететь, но Катэрия прилетела сюда именно ради моей просьбы. Это не говоря о том, что соблазн решить всё поскорее был слишком большим. Да и она утверждала, что всё будет в порядке…

– Ладно… хорошо, пусть будет так. Пошли дальше.

Остаток проверок прошёл без эксцессов, поэтому уже через пять минут Катэрия вывела мощность двигателей на взлётную мощность. В этот момент ошибка действительно пропала.

– Я же говорила, – спокойно произнесла она, взглянув на меня. – Всё будет в порядке.

Челнок вздрогнул и начал медленно подниматься над территорией поместья, после чего развернулся в сторону дикого леса.

– Точно направление, – запросила она.

– Туда, – указал я пальцем.

– Очень точно… – вздохнула девушка и повела челнок вперёд.

Лететь было приятно. Плавно, спокойно, мне нравился даже спокойный рокот двигателей, который наполнял кабину. Ко всему прочему здесь было переднее панорамное стекло, через которое открывался красивый вид на всю округу. В обычных боевых кораблях не было такого, за всё отвечали камеры, никто не станет ставить на боевой корабль малых размеров окно, а здесь…

Катэрия вела челнок без каких-либо проблем. Откинулась в кресле, будто вела расслаблено машину, а не воздушное судно.

– Я могу порулить? – поинтересовался я у Катэрии.

Она бросила на меня быстрый взгляд.

– Умеешь?

– Плюс-минус представляю, что это такое.

– Ну смотри…

Ни споров, ни сомнений, Катэрия лишь дождалась, когда я возьму штурвал.

– Перевожу управление на общее, – сообщила она. – Приготовься.

В этот момент я почувствовал, как штурвал вздрогнул и…

Лёгкий поворот руля, и челнок сразу же отозвался. Она действительно передала управление мне. Я не мог ничего поделать со своим желанием, мне просто хотелось попробовать полетать на нём, да и просто ощутить полёт машины собственными руками, почувствовать, как это всё отзывается на твои движения.

Правда отзывалось всё очень резко. Я чуть-чуть повернул, а челнок уже начал достаточно сильно заворачивать. Здесь уже вмешалась Катэрия, вырулив его на курс.

– Осторожнее. У меня сегодня нет в планах погибнуть в катастрофе.

– Управление слишком чуткое, – ответил я, привыкая к нему.

– А ты привык к другому? – задала она вопрос с подковыркой.

– Просто чуткое, – ответил я невозмутимое. – Явно не как в машине.

– А я думала, что водить машины до восемнадцати запрещено, – как бы между делом сообщила Катэрия.

Но мы все понимаем, каким меня видят другие. Вряд ли она открыла для себя что-то новое.

И всё же… приятно. Да, приятно его вести. Стоит только привыкнуть к управлению, как сразу всё выглядит иначе. Не корабль, но тоже есть своё очарование. Например, больше стекло, из которого видно абсолютно всё.

– Странно, что ты доверила мне управление, хотя не знаешь, умею я пилотировать или нет.

– Я не управление тебе доверила, а просто доверилась. А сейчас мы оба видим, что пилотировать ты умеешь, – пожала она плечами. – И я всегда рядом, чтобы перехватить управление, поэтому поводов для беспокойства нет. Где учился?

– Что учился?

– Пилотировать.

– В играх.

– О как. Возможно, и мне надо было учиться пилотировать на играх, тогда бы сразу села и полетела, – задумчиво произнесла она, глядя в окно.

Вскоре на горизонте я увидел первые отблески водной глади, и чем ближе мы были, тем шире становилась полоса. Наш полёт по времени занял всего полтора часа, когда пешком мы добирались туда двое суток. Казалось бы, так близко, но в действительности идти и идти. Не прошло и получаса, как перед нами уже открылись сами топи во всей своей красе.

– Красиво… – протянула Катэрия.

– Была раньше здесь?

– Нет, так далеко отряды не заходят. Хотя…

– Хотя?

– Иногда, для зачистки от какой-то особо опасной твари нас сбрасывают в дальние земли. Я в таком рейде была всего один раз. Десять человек. Вернулось обратно пять.

Она рассказывала об этом совершенно невозмутимо, будто говорила о погоде. Девушка явно прожжённый боец, которого подобное уже перестало трогать.

– Изгнанники?

– Да. Сильные изгнанники. Нам не удалось их квалифицировать.

– А как выглядели?

– Тебе надо всё знать?

– Всё, что можно, – не стал отрицать я. – Я любознательный.

– Я это уже заметила.

– Перехвати, пожалуйста, управление.

Едва я почувствовал, как штурвал начал двигаться сам, отстегнулся от кресла и пошёл в заднюю часть, где оставил рюкзак со своими вещами. Вернулся уже с прибором, который использовал в прошлый раз для поиска корабля. Приёмник, едва включился, начал пикать, показывая направление. Каким-то образом мы оказались в достаточной близости от корабля, пусть визуально я его не мог найти.

– Что это? – спросила Катэрия.

– Приёмник сигнала.

– Первый раз такой вижу.

– Корабль такой ты тоже в первый раз увидишь, – ответил я. – Направо вдоль береговой линии.

Челнок накренился, быстро меняя курс, и вскоре мы уже летели прямо над береговой линией. Пока Катэрия вела, я внимательно следил за сигналом, который усиливался с каждой секундой. Не прошло и пяти минут, а я уже мог разглядеть впереди упавший корабль. Наконец-то…

– Вон, видишь? – указал я пальцем. – Лежит в воде.

– М-м-м… да… да, вижу, – прищурилась она, даже подавшись вперёд так, что ремни натянулись. – Это… челнок?

– Почти.

– Нет, это не челнок, – нахмурилась она, едва мы подлетели ближе, и посмотрела на меня. – Какой-то военный корабль. Это точно законно?

– Абсолютно. Он принадлежит Барбинери.

Собственно, именно на неё и будет всё записано. Её семье, в отличие от простого человека, как я, разрешалась держать определённые виды военной техники. Здесь был важен тип этой самой техники, но если правильно оформить, то проблем не будет. Главное, как правильно его оформить, однако это уже головная боль Марианетты, не моя. Ей будет виднее.

Катэрия начала тормозить, задирая нос, пока мы не зависли на месте. Она щёлкнула тумблерами и на экранах появилось изображение с бортовых камер, которые помогали выровнять челнок прямо над кораблём.

– Я наружу.

– Только осторожнее, – произнесла Катэрия, когда я уже покидал кабину, заставив меня обернуться к ней удивлённо. – Не хочу спускаться и спасать тебя, – пояснила она.

– Я буду осторожен, уж поверь.

Вниз спустился я старым добрым способом – закрепил канат и по нему спустился вниз к кораблю. Дёрни сейчас Катэрия хорошенько челнок, и могла бы меня раскачиванием загнать под передний двигатель, сжигая дотла. Эта мысль мелькнула у меня, когда я уже спускался. Здесь дело не в недоверии, а в том, что в принципе доверять чужому человеку жизнь всегда сложно.

Осторожно коснувшись ботинками крыши, я огляделся. Ряби кроме как от двигателей на водной глади не было. Тишина и спокойствие, которые могли случайно ввести в заблуждение, что здесь спокойно. Но стоит зазеваться или задержаться, как это место напомнит, почему здесь опасно. Поэтому первым делом я проверил плазмострел и начал действовать. Надо успеть до темноты.

Первым делом я спустился в сам корабль, открыв люк на крыше, чтобы ещё раз проверить, что всё обесточено. Я не поленился залезть к реактору и отключить его вручную, после чего ещё раз всё проверил и достал рацию.

– Катэрия, приём.

– Приём.

– Сбрасывай угловые лебёдки, будем цеплять.

И пока она спускала на лебёдках троса, я ломом открывал лючки, за которыми были спрятаны кольца для буксировки. Толстые и прочные, являющиеся частью бронированного корпуса, им было не суждено оборваться, чего не скажешь о тросах.

Едва лебёдки опустили крюки, я начал быстро цеплять их за кольца. Четыре троса, четыре кольца, с этим проблем не возникло, проверив всё по второму разу, я потянулся к рации.

– Готово. Теперь очень медленно поднимай корабль.

– Можно вытянуть его лебёдками, – раздался её голос из рации.

– Если он прилип ко дну, сожжёшь лебёдки. Сначала поднимись, потом подтянешь. Давай, медленно и осторожно.

– Тогда держись.

Вообще, нельзя было находиться на крыше корабля, который поднимают. Если лебёдка лопнет, меня разрежет пополам, но и контролировать процесс снаружи как-то надо было, поэтому я остался сверху. В воде стоять мне не хотелось, так как там было ещё опаснее, чем на крыше.

Челнок взревел двигателями, и тросы начали медленно натягиваться, пока не вытянулись подобное струне. Сначала ничего не происходило. Корабль даже не шелохнулся. Но двигатели начали реветь всё громче и громче и вскоре крыша под моими ногами чуть-чуть вздрогнула. Рёв двигателей стал ещё оглушительнее, что точно привлечёт внимание к нам, поэтому стоило поторопиться.

Но я Катэрию не подгонял. Она работает с подобным в первый раз, поэтому лучше сделать всё аккуратно с первого раза. На всё остальное у меня был плазмоган.

Корабль ещё раз вздрогнул и, как мне показалось, качнулся под оглушительный рёв двигателей. Жар и сопел доставал меня даже отсюда, отчего казалось, что кожа вся пересохла и стянулась. Ещё несколько секунд и я почувствовал, как крыша подо мной начала покачиваться, а вскоре я и сам заметил, что мы начали подниматься.

Я дождался, пока корабль поднимется над водой, после чего связался с Катэрией.

– Приём.

– Да, что-то случилось?

– Нет, всё нормально. Сейчас зависни на мгновение, я спущусь вниз и проверю, что ничего не отвалилось.

Сам же достал канат, который подготовил заранее, закрепил на крыше и спустился по нему вниз.

Кое-что действительно оторвало у корабля при посадке. То были две нижние турели спереди. Обычно при посадке они втягиваются в корпус, но здесь их было некому убрать.

– Катэрия, поднимите повыше и сдвинься чуть-чуть в сторону, – попросил я через рацию.

Корабль медленно приподнялся и сдвинулся в сторону. У него из всех щелей сейчас ручьями стекала вода. Дно было облеплено илом, как глиной. Не страшно, потом высушим и отчистим. Главное, достать турели, что было сложно. Они лежали в углублении от корабля, где мне было по грудь. Тяжёлые, руками их ты не поднимешь даже под водой. Будь у меня активная броня, но в неё сейчас я не влезу, это надо настраивать и точно не в подобных условиях.

Поэтому я выбрал наиболее простой способ: подцепить их с помощью центральной лебёдки и поднять наверх, после чего опустить через аварийный люк на крыше вовнутрь корабля.

Это заняло меньше трёх минут, и в тот момент, когда я уже был на крыше и с помощью лебёдки опускал первую турель в отсек, снизу к нам начали подплывать гости. Если вначале рёв двигателей распугал всех местных тварей, то сейчас они решили проверить, стоит ли им бояться. Учитывая, что у нас оборонительного вооружения не было, бояться им было нечего.

– Катэрия, поднимись выше на сорок метров, – попросил я. – У нас снизу гости.

– Поняла.

Двигатели взревели, и мы начали медленно подниматься вверх. Однако где-то на половине нас внезапно тряхнуло. На мгновение мне показалось, что один из двигателей словно чихнул. Корабль опасно покачнулся, тем самым ещё раскачивая сам челнок, однако Катэрия удержала судно в воздухе. Тросы застонали, и на мгновение я подумал, что один из них или парочка лопнет.

Я сразу схватился за рацию.

– Это что? Катэрия, приём.

– Всё в порядке, – невозмутимость в её голосе поражала и должна была успокоить. Но не успокоила.

– Мне показалось или один из двигателей будто попытался заглохнуть?

– Показалось.

Так… ладно, доделываем и уходим.

Я начал ещё быстрее сгружать турели, уже не сильно заботясь о том, чтобы сделать всё аккуратно. Главное, аппаратуру внутри не помять.

Закончив с турелями, я захлопнул люк и быстро поднялся по канату обратно, вспоминая те дни, когда сдавал нормативы ещё до поступления в космодесант, а инструктор потом нас бил в воспитательных целях, тем самым закаляя характер. После такой закалки характера я ходил в туалет кровью несколько дней. Но надо признать, что после него я не боялся боли.

– Готово, – буквально ворвался я в кабину и тут же сел на место второго пилота. – Можно уходить.

– Хорошо, – Катэрия начала разворачиваться, и я буквально почувствовал, как нас начало раскачивать, будто по волнам.

– Потише, у нас теперь груз, – притормозил я её. – Поднимите его на лебёдках повыше сначала, что не раскачивался так сильно.

– Сейчас.

Она не спорила и просто делала, что ей говорят. Мне нравятся такие люди, которые умеют понимать, где надо взять всё в свои руки, а где подчиниться. Катэрия потянулась к потолку и сдвинула рычаги, ориентируясь по камерам в корпусе. Когда мы подняли его почти под самый корпус, она отключила лебёдки, сдвинув всё обратно.

– Всё забрал? – поинтересовалась она.

– Всё, что нашёл, – я бросил взгляд вниз, где по ряби на воде можно было засечь тварей шесть или семь.

И на моих глазах две из них схватились между собой. Если быть точнее, одна огромная, похожая на змею неожиданно выпрыгнула из воды, держа в зубастой пасти жабоподобную тварь поменьше, которая в прошлый раз охотилась на нас. Сжала челюсти и во все стороны брызнула кровь. Кажется, даже через рёв двигателей я услышал визги того существа. Или мне это просто кажется. Как бы то ни было, они обе ушли под воду, оставив на поверхности расходиться пятно крови.

– В любом случае, теперь сюда не спуститься.

– Я записала координаты, если тебе понадобится, – ответила девушка, заставив меня немного удивлённо взглянуть на себя.

Честно говоря, это мне надо было озаботиться этим, да и я уже не собирался возвращаться сюда, но это было предусмотрительно. Учитывая, что она сделала это для меня.

Или для себя?

Подозреваю, что для себя, но… тогда смысл говорить мне?

Может ты просто не доверяешь ей и ищешь подвох?

Всё может быть, но тем не менее я выдавил из себя:

– Спасибо.

– Не за что, Грант.

И дала газу.

Челнок с грузом под бортом медленно, заметно медленнее, чем в прошлый раз, поплыл в сторону поместья.

Двигатели ревели. Судя по тяге, которую я видел на приборах, работал челнок очень близко к своему максимуму. Стрелки уже вышли из зелёной зоны, и не дошли до красной одной четверти.

Корабль весил около сорока тонн. Челнок, как я понял, поднимает пятьдесят, так что можно сказать, что мы уложились даже с учётом забранной воды и прилипшего ила.

– Так что это за корабль, Грант? – вновь спросила она.

– А вам надо всё знать, Катэрия?

– Как ты сказал мне недавно… – театрально приложила она палец к губам, будто что-то вспоминая. – Я очень любознательная личность.

– Я не настолько любознательная личность, – не согласился я.

– М-м-м… допустим. Так что за корабль?

– А если я не отвечу?

– Я могу повторять этот вопрос во время нашей всей поездки.

– Я уверяю вас, Катэрия, на меня это не подействует, – я даже глазом не моргнул. Нашла она, чем пугать.

– Что ж… ты видел фотографии, которые тебе не предназначались?

– Хорошая попытка, но это была случайность. Поэтому мой ответ прежний.

– Хочешь встретиться с Алианеттой?

– Вы ещё и сестрой торгуете? – слегка ужаснулся я тому, насколько хладнокровно это было сказано, и здесь смутилась уже сама Катэрия.