Текст книги ""Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Виктор Стогнев

– Стой, не надо! – вскрикнул он, пытаясь закрыться руками.

– Надо.

И стреляю.

Он дёргается и замирает.

Лишь после этого я позволяю себе уступить боли. Хочется согнуться, словно это как-то поможет. Я осторожно расстегнул рубашку и взглянул на живот. Крови было мало, рана на самом боку, так что возможно кишечник не задет, что уже хорошо, так как попадание в живот почти всегда приносит сначала воспаление и заражение, а потом смерть. Второе попадание в руку, но там попало в плечо, где только мышцы да кость. Но болят они равнозначно…

Я поморщился, подавив желание прямо здесь и сейчас сесть и не двигаться. Двигаться надо, так как здесь трупы, здесь мой несобранный перехватчик и я сам. Выстрелы должен был заглушить железнодорожный состав, однако оставаться здесь надолго опасно.

На скорую руку сложив всю аппаратуру в сумку, я вернулся к трупам. Пробежался по их карманам, выуживая то, что могло мне пригодиться. Добычей стали четыре бумажника, в которых суммарно было всего около семнадцати тысяч кредитов, четыре мобильника, три золотых кольца, одно из серебра, золотая цепочка, ключи и мой нож.

Я покрутил ключи пальцами. Скорее всего, это от автомобиля. Думаю, найти его не составит проблем, однако он был мне не нужен. Водить я его не умею. Плюс будет плохо, если меня кто-то заметит рядом с ним.

Я умерил свои аппетиты до кошельков с деньгами, драгоценностей и рубашки с курткой. Из последних я сделал повязку на раны, и накинул сверху, чтобы скрыть кровь. После сложил всё в мешок с перехватчиком и медленно побрёл с пустыря другой дорогой.

Что касается оружия…

Я внимательно рассмотрел пистолет.

Это был самозарядный образец оружия для одной руки, работающий на порохе. Достаточно старый, который в Империи был скорее артефактом прошлого.

Я не знал, что это за модель, но общий принцип работы таких механизмов мне был известен. Вот затвор, который работает на энергии пороховых газов, здесь находится патронник. А здесь магазин…

Отщёлкнув его, я насчитал в остатке шесть патронов. Немного.

Была мысль избавиться от орудия убийства, однако он мог ещё потребоваться. Куда логичнее было припрятать, что я и сделал, но отдельно от остальных вещей.

После такого сил на что-либо ещё, кроме как вернуться, у меня не было. Рука болела, живот болел, мышцы болели. Будь у меня прошлое тело с вживлёнными имплантами, я бы даже не заметил этого. Такие ранения были смехотворны. Боль можно было заблокировать, органы бы быстро регенерировали, не говоря о том, что часть дублировалась, а иммунитет всё убил в первый же час. Но сейчас…

Я едва могу идти ровно, чтобы не привлекать к себе внимания. Мне требуются лекарства. Требуются антибиотики, требуется обезболивающее и что самое главное, требовалось достать пули. Нужно было место, где можно…

Санчасть в школе. Я думаю, там вполне можно найти всё необходимое. Но до туда я не доберусь. Раненый, мне надо попасть сначала в свою комнату, чтобы зарегистрировать возвращение. Оттуда ночью пробраться в санчасть, и это под камерами по всем этажам. Выглядит нереалистично.

Нужен другой вариант. К тому же у меня есть деньги.

– Прошу прощения, где здесь можно купить лекарства, – поймал я под руку какую-то девушку. Именно девушку, так как многие могли пройти мимо, а поймай я так мужчину, могла возникнуть драка. Девушка же не убежит и вряд ли ударит.

Эта попыталась сбежать, но, поняв, что я не отпущу её, испуганно пискнула:

– Поворот направо через два дома аптека!

– Благодарю вас, – отпустил я её и быстрым шагом направился в указанное место.

С каждым шагом притворяться, что всё хорошо, становилось всё сложнее и сложнее. С каждым шагом боль пронизывала тело всё глубже и глубже, испытывая на прочность мою силу воли. В своей силе воли я не сомневался – я сомневался в теле, которое могло ненароком просто перестать двигаться и умереть.

Но до места, которое называлось, аптека, я дошёл. И честно говоря, едва попал внутрь, слегка удивлённо окинул взглядом место, ожидая увидеть несколько иное.

Места в империи, где делали лекарства, были тёмными лабораториями, освещёнными зачастую свечами или очень тусклым светом ламп. Там зачастую было грязно, пахло химией, везде было химическое оборудование и манускрипты, на стенах висели древние пергаменты с рецептами. Там сидели старые учёные, которые варили свои зелья, что ставили нас на ноги.

Здесь же… здесь всё полная противоположность. Чистое и светлое помещение со стеклянными витринами резко контрастировало с тем, к чему я привык. И стоял у прилавка не старый учёный, а вполне себе молодая девушка, разглядывающая меня с определённым пренебрежением и опаской.

Я ещё раз окинул взглядом помещение. Камер не было. По крайней мере, видимых.

– Добрый день. Мне нужно обезболивающее, перевязочный материал, антисептики, антибиотики, пинцет, шприцы.

– С таким набором вам уж к врачу лучше обратиться, – хмыкнула она и полезла под прилавок.

Я сгрёб весь товар в сумку и расплатился, после чего быстро вышел из аптеки. Будут они искать по аптекам человека, который мог сделать подозрительный закуп, нет, я не знал, да и беспокоиться было поздно. Сейчас бы ненароком не умереть.

На улице шёл дождь. Небо заволокло туманном. Что ж, хотя бы следы смоет. А мне сейчас требовалось найти место и слегка подлатать себя. В таком состоянии вернуться обратно я не мог. Пришлось искать подвал, где было достаточно света, чтобы привести себя в порядок.

Такой нашёлся совсем недалеко от детдома, пусть туда и пришлось пробираться через небольшое окошко. Здесь было сухо и что самое важное, был свет.

Во время боя кто-то обязательно получит ранения. Чаще всего такие, что спасать уже некого. Но мы всё равно обучались первичной медицинской помощи, чтобы в случае чего брат по оружию дотянул до военного госпиталя. Поэтому я какой-никакой опыт в этой стезе имел.

Перед всем этим закинулся обезболивающим в таблетках, залил все раны антисептиком, после чего пинцетом поочерёдно достал пули. Крови не было, уже хорошо. Насколько мог, я вычистил пулевые каналы, вновь залил их антисептиком, который шипел и пузырился, обколол их антибиотиками и туго перевязал. Окинул себя взглядом.

Выглядел я не очень, однако куртка скрывала окровавленную рубашку. А благодаря дождю весь мокрый, разглядеть что-либо будет ещё сложнее. Вопрос был лишь в соседях, но и при них раздеваться не обязательно, как и мыться при всех. А с тем, кто будет задавать много вопросов, можно поговорить отдельно.

Осталось лишь одно-единственное дело, чтобы поставить в этой неприятной истории точку.

* * *

Была перемена между третьим и четвёртым уроками. В это время мгновение ученики шли в туалет, но совсем другой причине – покурить. Сломанные датчики дыма лишь способствовали этому. Все учителя и директор знали об этом, но никто давно уже не боролся за здоровье детей. Нельзя помочь человеку, если ему эта помощь не нужна, и никто попросту не тратил на них силы.

Ромиэль был одним из тех немногих, кто не курил. И туалет он посещал исключительно для того, чтобы справить нужду.

Как в этот раз.

Он просто стоял и мочился в унитаз, когда дверь за его спиной открылась.

– Занято! – рявкнул он, уже оборачиваясь…

И увидел взгляд пустых стеклянных глаз. Единственное, что Ромиэль успел в тот момент сделать – испугаться. А через мгновение его схватили за лодыжки и резко выдернули из-под него. Ромиэль рухнул головой прямо на унитаз, с хорошим хрустом приложившись о край. Через пару секунд дверь в его кабинку закрылась.

Позже скажут, что это был несчастный случай: Ромиэль просто поскользнулся на собственной моче и сломал шею при падении об унитаз, и никак проверить это будет нельзя. Камеру, которая была направлена на вход в туалет, постоянно ломали, чтобы невозможно было сказать, кто туда ходит покурить или иногда кого-то побить. Ломали её, естественно, хулиганы, в числе которых, к его собственному несчастью, был и сам Ромиэль.

Глава 10

Новость о смерти Ромиэля пролетела по детдому так же быстро, как про неё и забыли. Благодаря именно таким, как он, его убийство и стало возможным. В каком-то смысле, Ромиэль сам приложил руку к собственной смерти, облегчив мне задачу.

Ужасно позорная смерть – поскользнуться на собственной моче и сломать шею об унитаз.

Ходили и слухи, что это я с ним расправился. Люди искоса смотрели в мою сторону, провожали внимательным взглядом и сторонились ещё больше. Однако с тем же успехом можно было обвинить любого. Врагов, как и обожателей, у него хватало.

Мне было не до слухов. Мои раны не давали мне покоя. Пуля пусть и не задела ничего (я отталкивался от того, что ещё жив), но болела сильно. Это раньше любое ранение не было проблемой, а сейчас я на собственной шкуре ощущал, каково быть простым человеком.

С раной на руке было полегче, но тупая ноющая боль иногда не давала мне спать, и единственным спасением было обезболивающее, которое хоть как-то спасало по ночам.

– Признайся, ты это сделал, да? – хихикала Энгли, подсев рядом. Она тыкнула мне в бок локтем, и я едва не выплюнул еду обратно в тарелку от прострелившей меня боли. – Что такое?

– Ничего, – мне пришлось постараться, чтобы не показать, насколько мне плохо.

– Как скажешь… – протянула она. – Кстати, а ты не хочешь на выходных с нами в один клуб сгонять?

– С вами, это с кем? – уточнил я, пусть и не собирался никуда идти. У меня были более важные планы. Требовалось доделать антенну и закупиться лекарствами: антибиотиками и обезболивающим.

– В первую очередь, я, – её широкая улыбка была похожа на оскал. – А потом Мари, Сью… О, вон они! Мари! Сью! Дуйте сюда!

Две девушки, увлечённые разговором, повернулись к нам, после чего на их губах растянулись такие же хищные улыбки, как у Энгли. Они отозвались на окрик подруги и направились к нам.

– Вижу, ты не оставляешь попыток его охомутать, а? – улыбнулась одна из них, едва оказавшись рядом.

Девушка. Азиатка. Волосы чёрные, как глубокий космос. Очень худая. С меня ростом. Глаза странные, вроде широкие, но не такие, как у других. Похожа на жителей планет, где пустыни и всегда светло.

Она бросила на меня взгляд и подмигнула.

– Ой, иди ты… – фыркнула та.

К моему неудовольствию, чёрненькая азиатка села с другой стороны от меня со своим подносом, будто взяв с подругой в окружение, чтобы я не встал и не ушёл. Оставшаяся села напротив. Девушка. Волосы почти белые, с несколькими прядями розовых волос. Стройная. Накрашена и одета так же вызывающе, как и её подруги.

– Так что, новенький, это ты завалил Ромиэля? – оскалилась она.

– Нет, – ответил я ровно и холодно. Раньше мне портила аппетит одна, теперь мне портят аппетит целых три женщины. Я не понимаю, где так мог провиниться, чтобы всё так складывалось. Может, я мало бил этих детей?

– Так что, кто тебе из нас троих больше нравится? – толкнула меня плечом азиатка. – Давай, бросай эту Энгли и идём со мной. Тебе нужен кто-то поопытнее.

– Пф-ф-ф… – издала звук упомянутая Энгли, будто стравливала воздух из себя.

– Именно, идём со мной, – подмигнула девушка напротив, наклонившись так, чтобы мне было хорошо видно её декольте. Из троих она обладала самой большой грудью, чем пыталась пользоваться. – Или ты предпочитаешь сразу с тремя?

И все трое рассмеялись, как будто это было очень смешно. Я молча окинул их взглядом, отчего троица подавилась собственным смехом, и продолжил есть. Даже такая вкусная еда теперь не лезла в горло.

Я открыл для себя в этом мире, что едой можно наслаждаться. Медленно есть, чтобы чувствовать каждый оттенок вкуса. Чувствовать лёгкую остроту от перца, лёгкий солоноватый вкус сливочного масла и густой бульон в супе. Я ел не спеша, просто наслаждаясь не только наполнением желудка, как раньше, но и теми ощущениями, что эта еда приносила.

Подумать только, насколько бывает иногда приятно не наедаться, и именно смаковать сам вкус… Медленно и спокойно есть в одиночестве, погрузившись в ощущения, которые передают рецепторы…

А эти трое всё сейчас рушат.

Это повод ненавидеть их ещё больше.

К тому же они были рассадником ереси. Их ужимки, попытки меня соблазнить, касания как бы случайно и показы своих достоинств чуть больше, чем обычно, атаковали меня со всех сторон. Но врезались в железную стену стойкости. Я боролся против демонов – что мне три глупых ребёнка с незавидным будущим, которые ничего лучше не придумали, чем соблазнять космодесантника телом?

Что меня радует, так это их количество – лишь три. Потому что за их столом седело целых семеро человек. Я бы получил несварение, сядь они все здесь.

Я слышал об их группе. Крашеные сучки – так называли их парни, попутно погружаясь в низменные фантазии о том, как проводят с ними ночь.

Особенно выделялась их лидер, которая была со всеми и ни с кем. Так мне сказал Гринзи. Речь шла о том, что она флиртовала со всеми, но никто так её и не добился. Я видел эту девушку издалека, и одного взгляда хватило, чтобы понять – она не источник ереси, а сама ересь воплоти. От одного взгляда на неё я чувствовал определённое напряжение, причину которого понять не мог. И надеялся, что она будет держаться подальше.

– Тебе что, нравится эта еда? – удивлённо округлила глаза азиатка. – Эта мерзкая стряпня?

Она поковырялась вилкой в еде с таким видом, будто ковырялась в экскрементах. Я проигнорировал её вопрос, продолжая молчаливо есть. На что девушка улыбнулась.

– Хочешь? – пододвинула она поднос, на котором ещё оставались котлета и суп с хлебом и маслом.

Я хотел. Да, я хотел бы съесть и её порцию. Но вместо этого покачал головой. Обжорство никогда не приносит удовлетворения и ведёт только к хаосу. И я не собирался брать еду у человека, которому не доверял. Никто не может сказать точно, не подсыпала ли она туда отраву или слабительное.

– Нет, спасибо.

– Тебе же нравится, я вижу, ты прямо кайфуешь от еды.

– Я наелся, – ответил я невозмутимо.

– Наверное, ты жил в каком-то аду, раз тебе даже такая хрень нравится… – усмехнулась азиатка.

Девушки портили мне аппетит на протяжении всего нашего застолья, под конец образовав вокруг меня конвой до самого этажа с занятиями, где, попрощавшись, разошлись по своим классам. Парни смотрели на меня с завистью и злостью. Они хотели бы со мной разобраться, но боялись даже подойти. Каждый теперь понимал, что я расправлюсь с любым так или иначе.

Неделя неспешно подходила к концу. Девушки то и дело подсаживались ко мне: то Энгли, то троица. Я выяснил, что азиатка была Мари, светловолосая с розовыми локонами – Сью. Но в среду, почти под самый конец, когда был ужин, меня решила навестить вся их компания.

Семь человек. Семь девушек.

Я холодно наблюдал за тем, как они направляются ко мне. Но так как я только что сел сам и даже не приступил к пище, уйти не мог. Еда приносит силы и энергию, которая мне нужна. Пропустить приём пищи – сделать себя слабее, если вдруг возникнет опасность перед тобой. Особенно когда я сам потерял своё сильное тело.

Я тяжёлым взглядом наблюдал, как пищащие своими противными голосами девушки подходят к моему столу, после чего одна из них спрашивает:

– Не занято? – улыбка мягкая, она точно пытается вызвать симпатию к себе.

– Занято, – не получилось.

Её улыбка слетела в то же мгновение. Теперь девушка выглядела удивлённой и непонимающей, что делать. Но Энгли, которая преследовала меня, оказалась куда более практичной.

– А мы всё равно сядем к тебе, – и села рядом со мной.

Я оглянуться не успел, как уже был окружён остальными. Кто среди них главный, было ясно без слов – все, как одна, постоянно переводили взгляды на одну и ту же девушку, что сидела передо мной.

Блондинка. Высокая, стройная, с формами, которые зацепили даже мой взгляд. На удивление обладает естественной красотой, которая притягивает глаза, выглядит старше всех…

Я одёрнул себя. Почувствовал, как оцениваю её иначе, чем обычно, будто из моей оценки исчезло беспристрастие. И взгляд сам по себе будто пытается перевестись на неё.

Это было не похоже на меня. Я не страдал подобной ерундой, но сейчас пришлось взять себя в руки. При этом краем глаза я отметил, что блондинка слегка улыбнулась.

Девушки так и вовсе постоянно поглядывали на свою предводительницу, будто не могли прожить и секунды, чтобы не посмотреть в её сторону.

Ещё одной особой, которая привлекла мой взгляд, была девушка с тёмными волосами и в очках. Она выделялась тем, что не выглядела стервой. Слишком умная и без косметики. Незаметная. Она резко контрастировала с главной, когда остальные, пытаясь выделиться, выглядели серой массой.

– Привет!

– Приветики!

– Приятненького аппетита!

– Приятного!

Вы дадите мне поесть?

Единственное, что меня радовало – я не собирался задерживаться в этом детском доме. У меня был план, и я его придерживаюсь. Я готовлюсь сдать олимпиаду и перейти благодаря знаниям в нормальное учебное заведение. Терпеть осталось это недолго, что заставляло меня быть стойким к этим… девушкам.

– Так вот каков тот самый Грант… – протянула их главная. – Меня зовут Минали.

Она протянула руку. Я мог не пожать, но это лишний конфликт. Лишний конфликт – лишние проблемы, которые мне после убийства Ромиэля были мне не нужны. И я ответил рукопожатием. Но едва коснулся её ладони…

Что-то произошло.

Мой взгляд сам по себе уставился на её грудь. Сердце учащённо забилось, и я почувствовал то же возбуждение, что и при касании к груди Энгли, но сильнее. Вдруг мне стало радостно просто оттого, что я смог её коснуться и появилось желание даже улыбнуться ей! Я поймал себя на мысли, что хотел ей понравиться!

Я тут же отдёрнул руку. Минали улыбнулась, другие захихикали. Возможно, они подумали, что она мне очень понравилась, и я смутился. Но мне было плевать, что они думают. Что-то было не так, и я не мог точно сказать, что именно.

– Знаешь, мне Энгли говорила, что ты из трущоб. А откуда точно? – улыбнулась Минали.

Её улыбка вызвала у меня неприятное сердцебиение.

– Из трущоб, – повторил я холодно. – Там родился, там жил, оттуда попал сюда. Конец истории.

Её брови слегка приподнялись. Девушка не ожидала услышать от меня такой ответ.

Значит мне не показалось, это была не случайность и не реакция организма, который теперь острее реагирует на раздражители из вне. Эта так называемая Минали знала, какой должен быть эффект и думала, что я тут же всё выложу до последней тайны. Она что-то попыталась на мне использовать…

Псирайдер, который злоупотребляет своими силами? Возможно, телепат, который влияет на сознание человека, его желания и волю? Да, такое очень возможно, таких псирайдеров хватало, и я не исключал того, что так оно и есть.

Однако то, что я ощутил в то мгновение, когда коснулся её ладони, было похоже на нечто иное.

Я не раз сталкивался с демонами. И пару раз было, что я попадал под их силы. Ощущения были схожими: желание перестать бороться, опустить руки, отдаться тем внеземным чувствам удовлетворения и наслаждения. Тогда мощь силы демонов была в разы выше, но и я был непростым человеком. Сейчас же…

Демон? Нет, демонов-людей я никогда не встречал. Эти твари принимают самые жуткие виды, чтобы напугать, заставить кричать от ужаса человека – это их питает, это для них как наркотик, как оружие. Скорее она была похожа на последователя, который поклоняется демонам и которого наделили силами. Такое могло быть, последователи богов хаоса хватало.

Или псирайдер, который пользуется своими силами во зло, или последователь богов хаоса – одно из двух.

Минали пыталась со мной продолжать разговаривать, расспрашивать. Ненароком она касалась моей руки. Я не отдёргивал руку, чтобы понять, что же я чувствую. И каждый раз было одно и то же: какое-то нездоровое желание смотреть на неё, услужиться, заставить её улыбнуться. Если бы не моя сила воли, то я бы так и сделал. Но я так ничего ей и не рассказал, чем вызвал ещё более пристальный взгляд к себе.

Уже после обеда я навёл справки у Гинзи, который был тихим забитым мальчишкой, что мало говорил, но много слушал.

Минали действительно имела определённую славу. Не обделённая красотой и с аномальным обаянием, считалось за честь встречаться с ней. Многие парни были готовы сделать буквально всё, что она скажет. Ходили слухи, что она имела отношения даже с преподавателями, которые не могли устоять перед ней.

Это был первый раз, когда я пожалел, что не инквизитор. Те люди были начитанными, чуткими и очень умными людьми, которые были способны разглядеть то, что другим не дано.

Будь здесь хоть один из них, то он бы точно сказал, это псирайдер или последователь хаоса. Я же мог просто догадываться и пытаться сравнить с тем, что раньше у меня было.

– А кто эта девушка в очках с чёрными волосами? – вспомнил я о девушке, которая разительно выбивалась из их группы.

– А, Знайка? – понял, о ком я, Гинзи.

– Знайка? – переспросил я.

– Ну, знает много. Умная. Её Триана зовут. Говорят, девчонки с ней дружат, чтобы та им уроки делала, домашку там, на контролках помогала. Ну а они её тоже защищают, да и просто она типа крутая, раз с ними, – и расплылся в улыбке. – Она приятная, да?

Приятная? Скорее стандартная. С очками на носу. Чёрные волос, чаще всего собранные на затылке в хвост. Худая. Ведёт себя тихо и скрытно. Выглядит интеллектуально одарённой. Сначала подозрения у меня пали на неё, как ту, кто может управлять другими, днако версия Гинзи была логичной.

Неделя шла, и я заметил, что парни смотрят на меня с едва скрываемой агрессией. Они видели, что ко мне подсаживалась вся группа крашеных сучек. Из-за этого я начал замечать в разы больше взглядов от других девушек, будто внимание тех сказало другим, что я интересный человек. И от этого мужской коллектив съедала зависть.

Они тихо ненавидели меня за то, что всё внимание было приковано ко мне. Я этого не просил, однако что есть, то есть. И один раз мне пришлось напомнить, почему они меня боятся.

Ребёнок, который решил, что может что-то противопоставить натренированному космодесантнику, намерено плечом ударил меня в грудь, когда шёл навстречу, после чего развернулся:

– Ты не охренел, друг?

Его ошибкой было то, что он меня толкнул в грудь. Один удар ногой в живот заставил его согнуться. Удар коленом в лицо заставил упасть на пол. Несколько пинков заставили его скрутиться в позу зародыша.

Его приятель попытался напасть на меня со спины во время этого, но то был слишком очевидный ход. Я сделал шаг вбок, встретив его с локтя в лицо. Он практически сам в него врезался и рухнул на пол. Я не сильно ударил его по лицу ногой, и тот взвыл, закрыв его руками. Из-под его пальцев потекла кровь.

Я окинул всех взглядом. Я видел, что они уже были готовы наброситься на меня кучей, но быстрая расправа заставила их подумать несколько раз о последствиях. Потому что, если нападут все, у меня не будет шансов просто отбиться, как с этими двумя.

И тогда я буду просто убивать.

За оставшуюся неделю девушки ко мне подсаживались ещё один раз. И вновь сначала разговоры ни о чём, попытки меня смутить и соблазнить, после чего подключалась Минали. Едва она начинала говорить, как остальные смолкали. Не смели её перебивать, хотя до этого говорил одновременно. Вопросы всё те же: кто и откуда? Всё те же касания.

Но я ей был не по зубам. Ответ она так и не получила.

А я, в свою очередь дождался субботы и отправился за лекарствами и антенной.

Сначала я посетил в аптеку и взял обезболивающего, который принял практически там же. Мне стало заметно легче. После этого забрал вещи подонков: кольца и золотые цепочки, и отправился их продавать в ломбард.

О магазине, что скупает всё подряд, мне рассказал Гинзи. Там я заработал ещё пять тысяч кредитов. Что касается телефонов, то я решил их оставить в схроне в подвале, если понадобятся детали.

После этого пришлось искать новое место для сборки приёмника, однако это не оказалось проблемой. Место нашлось около какой-то стоянки старых автомобилей на бетонных плитах. Здесь я мог откинуть все мысли о странной девушке, о планах, о детдоме и любых других проблемах, погрузившись в сборку приёмника.

Мог побыть кем-то меньшим и простым, чем великий космодесантник.

И к концу первого вечера антенна была собрана.

Я не без гордости оглядывал аккуратно построенную антенну с подключённым к ней пересобранным прибором с экраном. Значит, пора попробовать, правильно ли всё собрано и работает ли он.

Я потянулся к тумблеру.

Не буду скрывать, в глубине души была надежда, что всё сработает с первого раза. Что сейчас, едва он включится, я увижу сигнал от корабля, и там останется лишь добраться до него и послать сигнал бедствия. Всё решится сегодня же, и не придётся устанавливать эту антенну на мачте на холме.

Но он не включился. Я пару раз попробовал его запустить, однако эффект был нулевой. Проблема была в питании: батареек не хватало для того, чтобы он работал стабильно. Зелёный экран вспыхнул и тут же погас.

Субботним вечером я ушёл ни с чем.

А на следующий день я уже вернулся на то место с аккумулятором от автомобиля.

Его должно хватить для того, чтобы приёмник заработал. Я проверил в самом магазине, что аккумулятор заряжен, поэтому проблем возникнуть не должно было.

– Посмотрим… – пробормотал я, окидывая взглядом своё изобретение.

Осторожно подключаю контакты к аккумулятору, креплю, чтобы не слетели, после чего ещё раз всё перепроверяю.

Антенна была не основной частью приёмника. Несомненно, важный элемент, но куда важнее был небольшой прибор для наблюдения за электрическим сигналом с экраном, который теперь должен показывать сигнал. На него я установил предохранитель, чтобы ничего не сгорело, и я не потерял столько времени работы.

Нет, всё есть, всё работает, можно подключать.

И я щёлкаю тумблер.

Экран вспыхивает зелёным и на нём появляется прямая ярко-зелёная линия, которая едва заметно вибрирует.

Сигнал не ловится.

Не буду скрывать, я чувствую определённую досаду. Пусть я не верил в то, что всё так удачно сложится, и что столь слабый приёмник сможет из глубины города поймать сигнал, но надежда такая была.

Что ж, главное, что он работает. Остаётся дело за малым, но это уже в следующий раз. А пока можно его разобрать и спрятать.

И уже когда я тянусь к тумблеру обесточить прибор… замираю.

Взгляд цепляется за ярко-зелёную линию. Пальцы быстро нащупывают переключатели, крутят их, в попытке настроить антенну. Я хмурюсь, не отрывая взгляда от показателей. Может мне и показалось, но…

Нет, не показалось.

Ярко-зелёная линия едва заметно подрагивает. Это не помехи. Если внимательно следить, то можно заметить, что колебания ритмичны, с определённой частотой и промежутками.

Я поймал сигнал, но он не был сигналом бедствия. Это не с моего корабля, хотя я уверен, что это именно имперский корабль – будь это местный сигнал, он был бы сильнее и их было бы наверняка много. Они бы сейчас заполонили эфир, и ярко-зелёная линия металась вверх-вниз.

А это одиночный очень далёкий, слабый сигнал. Скорее какая-то ритмичная повторяющаяся передача откуда-то сверху, которую запускают для постоянного оповещения на аварийных частотах.

Судя по всему, в пространстве Альта Семита затерялись не только мы.