Текст книги "Пустошь (СИ)"
Автор книги: Ishvi
сообщить о нарушении
Текущая страница: 72 (всего у книги 87 страниц)
Нагато, опустив перед ним тарелку с гренкой и стакан с чаем, сел напротив, требовательно уставившись на блондина.
– Ты должен поесть.
– Ты считаешь это всё бредом, – как-то внезапно горько усмехнулся Наруто.
– Что именно? – вздёрнул брови красноволосый.
– Моё состояние, – пожал плечами тот. – Многие бы посчитали…ведь я…я же не должен быть таким.
– Это пройдёт. Все имеют право на грусть.
– Это не грусть, – передёрнул заострившимися плечами Наруто. – Я не знаю что это.
– Что бы то ни было – пройдёт.
Поджав губы, Наруто молча кивнул, проводя пальцами по горячей кружки в нелепый синий цветок. Наверное, раньше этот узор показался бы ему красивым и даже забавным…но сейчас вместо цветов усталые глаза видели большие кляксы.
– Поешь.
Наруто кивнул, неуверенно отпивая сладкого чая. Тёплая волна пробежала по горлу и ухнула камнем в пустой желудок.
– Я завтра в институт пойду, – сообщил он, отставляя кружку. – И…попробую найти работу.
– Не спеши с работой. Разберись с расписанием, и я попробую подыскать тебе что-нибудь у нас.
– У вас?
– Да, – кивнул Нагато. – Вроде было что-то на фирме. Ешь давай.
Гренка оказалась солёной и неприятно царапнула нёбо, а затем и горло, но организм уже почувствовал еду и заставил Наруто съесть её полностью.
– Мне надо в общагу, – внезапно вспомнил он. – Вещи забрать…
– Там будет Саске.
– Я знаю, – приложил руку ко лбу Узумаки и сильно зажмурился.
Встречаться с Учихой вновь не хотелось. Тело, едва поняв, что есть шанс вновь оказаться рядом с любимым холодом, покрывалось мурашками, а губы сохли. Странные пятна воспоминаний появлялись в голове, и Наруто спешил избавиться от них.
– Но там все мои вещи.
– Хочешь, я поеду с тобой?
– Н-нет, – мотнул головой Наруто. – Я…сам должен.
Он вновь сник, забравшись на стул с ногами и обхватив их руками. Сидеть в таком положении было не очень удобно, но захотелось внезапно сжаться под чужим взволнованным взглядом.
Рука задумчиво скользнула к щеке, на которую всё ещё был наложен ватный диск и пластырь. Хотелось снять, но Нагато не разрешал.
Телефонная трель, словно привет из другого мира, оборвала внутри всё. Звонить могла или мать, которая за последние дни, наверное, извела весь баланс на смс и звонки, или…
Нет. Учихе незачем ему звонить.
Повернувшись, Наруто взял со стола сотовый, пробежался взглядом по веренице незнакомых цифр и поднёс аппарат к уху.
– Наруто, добрый вечер, – холодный механический и ужасно знакомый голос.
Поднявшись из-за стола, Наруто подошёл к окну, вслушиваясь в тишину и ожидая дальнейшего. Что ему хотел сказать Мадара? Что ещё ему нужно было от него?
– Ты готов слушать, как я понимаю.
– Говори.
– Ты хорошо справился.
– Что ещё?
Рука сжала сотовый сильнее, невидящий взгляд вперился в оранжевое марево заката за окном.
– Но ты ведь помнишь, что не должен прекращать играть свою роль?
– Помню.
– Молодец, – усмехнулся Мадара и тише добавил: – И ты можешь гордиться собой. Саске жив только благодаря тебе.
Короткие гудки. Наруто, сцепив зубы, резко повернулся, со всей силы запуская телефон в стену. Пластмасса поддалась натиску кафеля, и аппарат разлетелся на несколько крупных осколков.
– Наруто! – выпалил Нагато, подлетая к схватившемуся за грудь парню. Вцепился в плечи, удерживая, помог привалиться поясницей к подоконнику.
– С-сука, – прорычал Наруто, сжимая руку сильнее. – Тварь…
– Кто это был?
Блондин отрицательно тряхнул головой, морщась и оседая ещё сильнее. Пришлось помочь ему сесть на стул, чтобы ноги вовсе не подогнулись.
Сердце тяжело билось, сопровождая каждый удар болью.
Наруто попытался вдохнуть, но мелкие иголки впились в лёгкие, не давая им раскрыться на полную.
– Нагато, – хрипло позвал Наруто. – Я хочу…хочу сдохнуть. Но мне нельзя…
– Тише…
Тишина разлилась по кухне. В ней было слышно лишь хриплое дыхание Узумаки да жужжание старого холодильника. Минуты уходили кровавым песком сквозь пальцы.
– Наруто…я…у меня есть кое-что…
Узумаки поднял пустой взгляд на друга, который говорил как-то непривычно неуверенно.
– Что?
Красноволосый взял его руку, развернул ладонью вверх и вложил в неё небольшой тёплый пакетик. Наруто нахмурился, совсем не понимая, что ему предлагает Нагато. Если это был яд, то друг как-то слишком быстро согласился закончить его страдания. Хотя, может, оно и к лучшему…
– Что это? – спросил блондин.
– Ты…тебе поможет.
– Как?
Нагато поднял на него полные вины и сожаления фиалковые глаза и скупо улыбнулся:
– Заберёт боль…на время.
До Наруто начало доходить, как сквозь ватную прослойку. Уставившись на друга, он нахмурился:
– Ты предлагаешь мне наркотики?
– Наруто…
– Нет, – твёрдо отрезал блондин, отодвигая руку друга. – Я сам…без этого.
Он поднялся, шаткой походкой пройдя к стене и опускаясь там на корточки, чтобы собрать бедный телефон. Починить уже не получится…
– Ты не сможешь сам, – как-то неожиданно жёстко бросил в спину Нагато. Слова прокатились холодным росчерком по позвоночнику, обернулись вокруг него прозрачной леской и дёрнули, заставляя встать. Наруто, сжимая осколки телефона, медленно повернулся к другу, понимая, что злится не на него, а на себя.
Позволил увидеть, как плохо.
Открылся, выпуская наружу то, что нужно бы прятать внутри.
Нужно было быть сильным, Узумаки, а ты расклеился.
– Со мной. Всё. Хорошо, – чётко выговорил он.
– Не уверен.
– Поверь.
Выйдя из кухни, Наруто натянул на ноги кеды и вышел из квартиры. Находиться в четырех стенах он не мог, будто бы его что-то гнало подальше от скоплений чужих жизней.
Наркотики…
Парень фыркнул. Неужели Нагато думал, что он согласится?
Проходя мимо какого-то небольшого магазина, Наруто краем глаза увидел в высокой витрине собственное отражение.
Ну и куда он пошёл? Зачем?
Пришлось преодолеть ужасное желание позвонить Орочимару и узнать, как там Саске. Нужно было выбросить из головы тот день, но память упорно нарезала круги вокруг случившегося.
Наруто остановился у небольшого латка с сигаретами, и взгляд его зацепился за знакомую бело-синюю пачку.
Это сумасшествие. Помешательство.
Так существовать невозможно, когда в каждой вещи видишь прошлое, когда вместе с каждым вздохом в грудь пробираются мелкие частицы того, кто тоже сейчас дышит. Наруто почувствовал, как постепенно его разум начинает выключаться: он больше не хотел задумываться, заставлять себя останавливать мысли, хватать их за крылья и ломать тонкие кости. Пусть летят…ведь хуже уже не будет.
Последняя мелкая купюра ушла на пачку ненужных сигарет. Ведь Наруто никогда не мог курить: слишком уж тошнотворный дым получался. Совсем не тот, которым пропахли волосы Учихи.
«Что б тебя!», – рыкнул мысленный голос, заставляя парня пойти быстрее.
Мысли, вспугнутыми воронами, метались по черепу, но неизменно возвращались на привычную жёрдочку.
Ощущение присутствия Саске было настолько реальным, что пару раз Наруто оборачивался, ожидая увидеть чёрный силуэт хмурого парня.
Отчаявшись заставить себя не думать, он рухнул на лавочку, распаковывая пачку сигарет и вытаскивая одну. Небольшой коробок был уложен обратно в карман, а пальцы нервно прошлись по шершавой и словно уже тёплой бумаге.
Нет…это всего лишь сигареты. Без бледных губ, без чёрных глаз, в которых отражался краснеющий огонёк, без холодных белых пальцев…они ничего не значили. Простая бумага и дешёвый табак…
Узумаки смял хрупкую палочку и выбросил в урну.
– Забудь, – приказал себе Наруто и поймал недоумевающий взгляд проходившей девушки.
В голове тут же всплыла слабая, забитая другими мысль – родители.
Он разбил телефон, и теперь вряд ли мать сможет связаться с ним.
В груди заныло, но не настолько сильно, чтобы Наруто решил наведаться в некогда родной дом. Сейчас неподходящее время…хотя он и чувствовал себя последней сволочью.
Совесть не давала покоя…
Но покой теперь был ему чужд.
***
Комната в общаге встретила Наруто холодом и тишиной.
Парень остановился в дверях, оглядывая пустые стены и заправленные кровати, словно бы подозревая, что зрение обманывает своего хозяина и Саске всё же здесь.
Но Учихи не было.
Наверное, это даже к лучшему.
Зайдя внутрь, Наруто нашёл свою не разобранную сумку и пошатнулся. В грудь ударило чем-то тупым и, судя по ощущениям, каменным. Вещи, которые покоились в сумке, были очередным приветом из прошлого. Они ещё хранят запах лесного дома, хвои и долгих летних вечеров.
Резко перекинув ремень через плечо, Наруто решительно развернулся, не желая оставаться здесь больше. Риск встретиться с Саске отдавал горечью за рёбрами, и хотелось поскорее убраться отсюда.
Тёмный коридор, гулкие шаги и оклик:
– Уже съезжаешь?
Нейджи.
Наруто, стараясь звучать как можно обычнее, повернулся на голос и заметил парня, закрывающего балконную дверь. Он подошёл к нему, протягивая руку и пожимая вытянутую в ответ, скользнул прохладным взглядом по сумке, по щеке Наруто и темные брови чуть дрогнули, выражая толику удивления.
– Временно…наверное, – почесал в затылке Наруто.
– Что-то случилось?
– Н-нет, – ещё шире улыбнулся блондин.
Улыбка впивалась в кожу и с трудом держалась на осыпающейся маске. Непривычно было надевать её…очень.
– Платить за комнату придётся вне зависимости от того живешь ли ты тут или нет, – деловито отчеканил Нейджи. – Надеюсь, ты это понимаешь.
Наруто понимал и был рад, что парня не интересует ничего, кроме денег, общежития и собственных обязанностей.
– Хорошо, – кивнул блондин. – Ну, пока.
– До свидания.
***
Учиха вернулся в общежитие, когда, по сути, никого впускать туда уже не должны были. Но то ли вахтёрша оказалась доброй, то ли ещё не успела уснуть. Во второй вариант верилось больше, потому что его проводили таким испепеляющим взглядом, будто бы у Саске на спине было написано, что он убивает котят.
Свет уже выключили, и парень догадался, что давно перевалило за двенадцать. Кое-как дойдя по тёмному коридору до своей комнаты, Учиха остановился, пытаясь попасть в скважину ключом. С его-то зрением даже утром это было трудно сделать, а что уж говорить за ночь…
– Саске, здравствуй.
Нейджи умел подкрадываться, как убийца или же возникать из воздуха, как призрак. Другого объяснения бесшумному появлению парня у себя за спиной Учиха не видел.
– Что надо? – буркнул он, всё ещё пытаясь разобраться с дверью.
– Ты в курсе, что твой сосед временно съехал?
Ключ с нажимом впился в дверь, кажется, оставив вмятину в фанере. Опустив голову, Саске шипяще выдохнул и передёрнул плечами, сбрасывая колкое оцепенение.
– В курсе.
Он закрыл глаза, спрашивая:
– Наруто был сегодня здесь?
– Заходил вечером, – отметил Нейджи и торопливо добавил: – Вы договорились, как будете платить за комнату?
– Нет.
Ключ всё-таки вошёл в скважину, и Учиха, быстро провернув его, вошёл внутрь.
– Но…
Дослушивать он не стал, захлопнув дверь перед носом Нейджи и на всякий случай провернув замок. Выяснять ничего, что могло хоть как-то пересекаться с Узумаки, сейчас Саске был не настроен.
Стукнувшись лбом о дверь, Учиха медленно выпустил из лёгких воздух.
Совсем скоро ненависть успокоится…
Хотя, кого он обманывает?
«Ты будешь со мной. Только со мной», – навязчиво пел в голове тонкий женский голосок.
– Пошла к чёрту.
***
Просторный зал аудитории медленно наполнялся голосами. На первом занятии в этом учебном году были, кажется, все студенты. Наруто никого не знал в лицо, но людей было много.
Он занял вторую парту, предпочтя отсесть от шумных компаний, которые так и норовили затянуть его в беседу. Разговаривать не хотелось…
Наруто не понимал, зачем пришёл сюда, зачем всё ещё пытается жить так, как живут шаблоны. Наверное, это была глупая попытка продлить свои предсмертные конвульсии…
Устало вздохнув, парень провёл руками по лицу и шикнул, сетуя на свою забывчивость: правую щёку, с которой он всё-таки снял своеобразную повязку, обожгло болью. Оторвав пальцы от лица, Наруто посмотрел на них, замечая тонкую розоватую полоску крови.
– Привет!
Тычок в плечо заставил вздрогнуть, быстро отнимая руки от лица, и повернуться.
Стоящий перед ним парень, просияв, плюхнулся за парту так, что стул заходил ходуном и ему пришлось хвататься за край столешницы, чтобы не упасть.
– Я Киба!
– Наруто, – неуверенно кивнул блондин, протягивая руку, которую тут же быстро пожали и вновь широко улыбнулись.
Такой резкий, громкий и до ужаса простой парень вызвал оторопь. Отвыкнув общаться с кем-то, кроме Саске, Узумаки уже не представлял рядом с собой кого-то ещё. Ужасная привычка, выматывающая модель поведения…
– Ты перевёлся к нам? – спросил Киба, любопытно сощурив карие глаза.
– А…восстановился…
– О! – выпалил парень. – Если бы я свалил отсюда, то уже бы не вернулся.
Наруто лишь хмыкнул, едва заметно улыбнувшись. Он и сам с каждой секундой всё больше и больше сомневался в правильности своего выбора. Высшее образование стало неважным. Очередная никому ненужная галочка.
Можно попросить Нагато помочь с работой…ведь тот что-то говорил об этом. И не строить из себя социально-правильное звено общества.
Внутри нагнетало. Его буквально выдавливало из аудитории, заставляя нервно озираться и машинально отвечать на вопросы Кибы. Кажется, у парня были проблемы с общением…в том плане, что его ему было нужно слишком много и половина группы при его приближении устало закатывала глаза.
Нить лопнула. Всё…
– Прости, – прервал словесный поток Наруто, поднимаясь.
– Ты куда это? – встал следом Киба.
– Пройтись хочу…
– Прогулять первую пару? – уставился на него во все глаза собеседник и, получив неуверенный кивок, неожиданно широко улыбнулся: – Вот это по-нашему! Пошли! Составлю тебе компанию.
Его ухватили за предплечье и совершенно бесцеремонно потащили к выходу из аудитории. Наруто не сопротивлялся, по себе зная, что отделаться от лишнего попутчика будет крайне трудно.
Киба чем-то напоминал ему себя…
Но параллели проводить не хотелось.
Они вышли за двери аудитории, и странный толчок заставил остановиться.
– Осторожнее.
Голос.
Наруто поднял глаза, зная, кого увидит.
Саске…от него пахнуло дымом и холодом, когда убитое зрение Учихи позволило ему сложить расплывающуюся картинку в целое изображение.
«Опять забыл очки», – как-то машинально подумал Наруто, и его обожгло взглядом. Пришлось спешно отвернуться, чтобы не показывать искромсанную щёку…
Незачем.
Саске прищурился, отпуская какого-то шатена, который налетел на него на лестничной площадке. Сердце неожиданно быстро забилось, когда Узумаки как-то затравленно зыркнул на него, чтобы тут же широко улыбнуться и, схватив незнакомца за запястье, дёрнуть его в сторону аудитории.
Улыбнуться?
Учиха так и остался стоять посреди лестничной площадки, глядя на закрывшуюся за знакомой спиной дверь аудитории.
Он улыбался.
Рука сжала перила, и пальцам стало больно.
***
В аудиторию Саске вошёл вместе с преподавателем, который выловил его всё на той же лестнице. Пришлось занять то место, что осталось свободным, но с него как назло прекрасно проглядывался край ряда, на котором сидел Узумаки.
Парень расплывался пятном, но Саске прекрасно узнавал очертания тела, светлые вихры и иногда звучащий чуть хрипловатый голос.
Лекция шла мимо.
Всё, что говорил преподаватель было фоном.
А в ушах бешено колотилось сердце, но тут же останавливалось, когда злость сковывала его так сильно, что дышать становилось невозможно.
Наруто сковало, вынудив застыть и лишь поворачиваясь к Кибе, когда тот говорил что-то. Сидеть стало холодно, словно бы взгляд Учихи превращал воздух вокруг него в морозный сквозняк.
Что здесь делает Саске? Он ведь…ему ведь не разрешили восстановиться…
Значит, он всё-таки сходил к Итачи?
Или же Мадара уже приложил свои руки к судьбе строптивого родственника?
Улыбка в очередной раз появилась на губах, и Наруто удивлённо понял, что это не он улыбается. Это истёрзанная оболочка пытается подстроиться под ритм текущей мимо жизни. Она не цепляла и не рождала в душе ничего, кроме вялого сквозняка каких-то отдалённых ощущений.
Необходимость быть шаблонным.
Показать Саске, что всё действительно кончено…
Улыбаться и не смотреть в глаза, потому что Учиха поймёт.
Оболочка тихо засмеялась в ответ на какую-то шутку Кибы, а Наруто внутри неё захотел повернуться и поймать испепеляюще-ласкающий взгляд.
Сидеть в этой аудитории становилось практически физически невозможно. Тело горело, будто бы провалившись в ад, но кожа оставалась мертвенно бледной и Наруто в удивлении пялился на свои руки. Куда делся весь загар, куда делось то, чем его обласкало солнце?
Едва дождавшись звонка, Узумаки осторожно вышел из-за парты, хлопнув Кибу по плечу, мол, жди здесь. Парень и не стал спорить, мигом увлёкшись болтовнёй с подошедшей девушкой.
На ватных ногах, стараясь держать спину прямо, Наруто спустился на первый этаж и, пройдя по холодному заполненному людьми коридору, толкнул дверь уборной. Та, скрипнув, пропустила парня в небольшую стерильно-белую комнатку, пропахшую хлоркой и водой.
Здесь было пусто, и Узумаки позволил себе выдохнуть. Пальцы крутанули ржавый вентиль, руки уперлись о пожелтевшую от времени раковину, взгляд метнулся к маленькому квадрату зеркала.
Кожа действительно белела.
И он знал почему…
Чёрный взгляд в спину выпил из него всю краску, всю жизнь. Наруто медленно исчезал, как стираемый мягкой резинкой контур так и несостоявшегося рисунка. Вскоре от него останется только пыль, которую чьи-то руки стряхнут с белого листа, готового принять новый сюжет.
А его не станет.
В груди защемило той особой болью, которая походит на укол в самое сердце. От неё перехватывает дыхание, но она всё ещё слишком слабая, чтобы скрутить тело пополам.
Дверь скрипнула, и Наруто моментально выпрямился, засовывая руки под мощную струю воды. Кто бы то ни был показывать себя расклеившегося парень не намеривался.
И угадал.
Сначала повеяло холодом, потом чуть заметно – жаром. Его Наруто почувствовал, когда узнал в безликой тени Учиху. Тот был такой же бледный, словно по нему тоже елозил невидимый ластик.
Саске бросил косой взгляд в зеркало на Наруто, что усердно мыл руки, будто бы испачкал те в мазуте. Так странно…вроде бы и знакомое лицо, вроде бы и касался его, а пальцы до сих пор помнят мягкость кожи, но…
Что-то изменилось.
– Значит, навёрстываешь упущенное, – хрипло спросил Саске, прорезая шум воды голосом.
Узумаки непонимающе глянул на него и вновь опустил глаза на кран. Закрыл его, отвернулся и попытался пройти мимо, но Учиха вовремя поймал его за предплечье, останавливая.
– Отпусти, – не глядя на него, попросил Наруто.
– Сначала я, потом Нагато, теперь этот… – нахмурился Саске.
– Я же сказал, отпусти.
Но рука сильнее сжалась, и сердце Узумаки замерло. Он почувствовал себя воском, который таял от прикосновения раскалённого прута.
Саске чуть пригнулся к уху блондина, вдыхая ядовитый и такой знакомый запах. Ухмыльнулся:
– Нравится менять их? Нравится ложиться под любого?
Взгляд Узумаки полоснул, как лезвие, когда он всё-таки вскинул на Учиху лицо. В голубых глазах плескалось удивление, словно бы Саске сказал что-то из ряда вон выходящее. Только вот Учиха улыбался, понимая, что попал верно.
А потом улыбка схлынула, когда он увидел свежие раны на щеке Наруто. Сердце ёкнуло, злость и ненависть вымело из тела так быстро, что брюнет поспешил прижать Узумаки к стене, впиваясь пальцами в его подбородок и чуть поворачивая вихрастую голову.
– Что это? – сухо спросил Саске.
– Не твоё дело, вот что, – буркнул Наруто и дёрнулся.
Руки держали крепко, а сердце заходилось в бешенном ритме. Саске думает о нём…такое… Что ж, наверное, так будет легче…
Учиха ведь никогда не примет то, что его бросили просто так. Его должны были променять…и никак иначе.
– Кто это сделал?
Пальцы прошлись по свежим глубоким порезам. Саске шипяще выдохнул, понимая, что вот-вот пошлёт всё к чертям и…простит, прижмёт к себе и не отпустит. Но…
– Даже, если и скажу, то что? – с вызовом вздёрнул подбородок Наруто. – Убьёшь или покалечишь?
И по холодному чёрному взгляду, что метнулся с порезов к его глазами, понял: убьёт.
А ведь он действительно ненавидит. Так сильно, что дышит быстро, хрипло…едва сдерживается.
– Отпусти, Саске.
– Я спрашиваю, кто?! – зарычал Учиха, больно впиваясь в плечи. – Отвечай!
Наруто услышал, как дверь скрипнула раньше, чем успел оттолкнуть от себя странно улыбнувшегося Саске. Он заметил, как за спиной Учихи появились люди, а потом холодные губы впились в его собственные, размыкая и целуя жадно, собственнически.
Оцепенение холодной волной прошло по телу. Под рёбрами заболело сильнее…
Не от того, что их увидели, а от того, что все ночи только и делал, что мечтал вновь почувствовать вкус дыма, вкус его губ. На остальных было плевать…
И поцелуй прервался.
– Я уничтожу тебя, Наруто, – прошипел на ухо Саске, выпуская блондина из рук и отходя в сторону.
Он даже спиной чувствовал тяжёлые взгляды застывших в дверях людей. Спокойно отошёл к раковине, включил воду и сунул под неё подрагивающие руки.
Наруто поднял глаза, встречаясь с удивлёнными глазами Кибы, который просто не мог оказаться где-то ещё, кроме этой злосчастной уборной. С новым знакомым были ещё какие-то парни, но их Наруто уже не разглядел, вылетая из комнатушки, чтобы больше не чувствовать запаха сигарет. Знакомого…
***
Как легко друг может стать врагом?
Захлопнул за собой дверь квартиры Нагато. Красноволосого ещё не было дома, но Узумаки этого даже не заметил.
Как быстро любовь может мутировать в ненависть?
Пальцы надавили на изуродованную щёку…
Ты ведь знаешь, что так будет лучше. Что, возненавидев, Саске уйдёт навсегда, перестанет думать о тебе…
Ты ведь знал…
Пальцы впились в волосы, сжимая их и даря спасительную острую боль.
Ты ведь понимал…
Нужно было уходить оттуда, как только Учиха появился в аудитории. Не ждать и не надеяться, что опять не захочется успокоиться в белых руках. Не ждать того, что Судьба подкинет счастливый случай, который поможет решить это всё, выйти из ситуации вместе…
Глупый, наивный ребёнок! Судьбе нет дела до тебя. Она просто…просто забила, взяла отпуск и махнула рукой, мол, делайте, что хотите. Умирайте, как хотите.
Наруто показалось, что он умирает.
Глупости всё это. Ведь нельзя умереть от чужого взгляда, от злого поцелуя, от душащих эмоций. Нельзя ведь…
Где-то в дверь скрёбся Пэйн. Наверное, пёс чувствовал почти покойника.
Нужно было стереть воспоминания о прикосновениях…
Пусть останутся только шрамы.
***
Наруто не знал, сколько так просидел в полном молчании на холодном кафельном полу. Время текло мимо. Секунды били по телу крупными осколками льда, а минуты стягивали вены и мешали крови течь по ним.
Вернувшийся домой Нагато первым делом заметил, что Пэйн не отходит от двери ванной. Красноволосого прошило волнением, и он бросился к ней, открывая. Взгляд панически скользнул по густой темноте, а потом выхватил бледный силуэт, что сгорбился на полу, обхватив колени трясущимися руками.
– Наруто? – выпалил парень, опускаясь рядом с блондином и укладывая руку ему на плечо. Узумаки, дрожа, повернулся на голос, и Нагато мысленно ругнулся: почти поджившие царапины на лице Узумаки словно бы расширились и из них вновь сочилась яркая кровь, что уже накапала на футболку парня.
– Что ты делаешь? – выдохнул красноволосый, беря в руку ладонь Наруто и разжимая холодные пальцы. Из них выпало лезвие и с печальным звоном опустилось на кафельный пол.
– Нагато, – дрожащим голосом выдохнул Узумаки. – Я, кажется, сломался. Я…тряпка. Я не могу так…
– Всё будет хорошо…
– Я согласен, – уверенно кивнул Наруто.
Нагато замолчал, зло уставившись в голубые глаза. Он всё понял.
Но…Наруто, чёрт тебя дери, почему ты согласился?!
– Я хочу не чувствовать.
========== Глава 8. Кома. ==========
Глава 8.
Кома.
«Есть в близости каждой предвестники смерти:
Увядшие листья, поникшие ветви,
Погасшие взгляды, безвольно упавшие руки.
Ты ещё говоришь, но теряется ясность.
Меня поглощает тяжёлый и вязкий
Туман, сквозь который с трудом пробиваются звуки».
Fleur – Кома.
Странный сон, не менее странное пробуждение. Наруто показалось, что он и не засыпал вовсе: усталость ударила по расшатанным нервам. Или не усталость?
Узумаки с тяжёлым вздохом перевернулся на спину, прикладывая ладонь ко лбу в тщетной попытке унять жар.
Больными, горящими глазами он обвёл пустую комнату. Лежащий на полу Пэйн заинтересованно поднял морду, смотря на проснувшегося парня.
Вяло улыбнувшись псу, Наруто встал со скрипнувшей раскладушки. Обхватив себя одной рукой, он медленно направился прочь из комнаты. Ему показалось, что где-то на кухне он слышал голос Нагато и звон кружек, но, войдя в небольшую комнатку, пропахшую кофе, парень увидел лишь пустоту и записку на столе под тарелкой с бутербродом.
От одного лишь взгляда на еду чуть не замутило, и Узумаки торопливо отошёл к окну, выглядывая на хмурую улицу. Там срывался дождь. Пока мелкие, но частые капли стучали по стеклу, делая его похожим на инкрустированный кристаллами хрусталь.
Он ничего не чувствует…
Пальцы прошлись по стеклу, стирая холод и делясь собственным. В голове была полнейшая каша из пережёванных горячих мыслей, в ушах звенело, а сердце странно ухало в груди, будто бы Наруто перепил кофе.
Но он ничего не чувствовал, кроме нарастающей внутренней дрожи.
Пришлось вновь отойти от окна, потому что пасмурный свет начал больно резать глаза. Остановившись у стола, Узумаки опустил взгляд на оставленную записку и подтянул её к себе пальцами, пробежался взглядом по ровным буквам.
Нагато сообщал, что вышел в магазин и вернётся через час.
Смяв бумажку, Наруто запустил пальцы в волосы, ероша их и пытаясь проснуться. С каждым днём это было сделать всё труднее и труднее, а мозг в голове упорно превращался в кашу.
Неделя.
Неделя прошла с того момента, как он в последний раз видел Саске.
«Ну, вот…опять», – пронеслось в голове.
Он опять думал об Учихе, и спастись от этих мыслей можно было только одним способом.
Отбросив скомканный в шарик листок, он, шаркая тапками по полу, направился в ванную. Потребовалось несколько секунд, чтобы дрожащие пальцы сумели отодвинуть щеколду и дверь открылась. В лицо пахнуло запахом сырости и порошка, руки ухватились за раковину, удерживая наполняющееся дрожью тело.
Наруто включил воду, стараясь не смотреть в зеркало, зная, что там увидит. Он чувствовал свой собственный взгляд, будто бы отражение, застыв навеки, смотрело на него из-за этой тонкой границы.
Оно смотрело и требовало ответить на взгляд. Оно хотело, чтобы Узумаки встретился с тем страшным, поселившимся на дне его зрачков.
– Я не буду, – тихо выдохнул блондин, в который раз намыливая руки. Зачем, если они и так были чистыми? Мыло, повинуясь неведомой силе отражения, выскользнуло и запрыгало по раковине, легко перемахивая через её бортик и исчезая где-то во тьме под ней.
Смыв пену с рук, Наруто тяжело выдохнул, выключая воду и наклоняясь, чтобы достать мыльный кусок. Не удержался на ногах и, привалившись спиной к стене, обессилено съехал по скользкому кафелю.
Рука зашарила под раковиной, натыкаясь на крышки из-под зубных паст, на какие-то выстроенные в ряд флаконы очистительных средств и пальцы внезапно сомкнулись на тонком пластмассовом тельце. Сердце застыло, по коже побежали мурашки.
Было страшно подносить руку к лицу, страшно смотреть на зажатый в пальцах шприц, словно бы реальность стеганула по глазам.
Вот оно, Наруто. Это то, что ты делаешь с собой.
Ты, а не чужой человек с улицы, которого можно осудить за то, что он спускает свою жизнь в унитаз.
Ты, Узумаки, подсевший на это варево…
Затылок стукнулся о стену, и Наруто тяжело вздохнул, следя за бликом, что побежал по тонкой игле. Кто бы знал, что жизнь сделает такой кульбит и, не сумев справиться с инерцией, разобьётся о серый асфальт?
Отбросив шприц обратно под раковину, он резко поднялся, с вызовом глянув на своё отражение. То, кажется, довольно оскалилось, добившись всё-таки своего.
– Что? – зло выпалил Наруто.
Вряд ли зеркальный двойник мог осуждать его. Вряд ли мог сказать что-то в оправдание. Его ведь вовсе не существовало. Зато бледное лицо, на котором залегли тёмные синяки под светло-серыми глазами, спутанные волосы и всё ещё припухшая от порезов щека – существовало. И оно было его…не одной из масок, а настоящей плотью и кожей на костях и мышцах.
Тряхнув головой, Наруто резко отлип от раковины, буквально вылетая из комнатки.
Ему было словно жутко находиться в этих стенах, что давили на него своей серостью. Тело то и дело содрогалось от начинающегося озноба, но то, что залегло внутри, было гораздо страшнее.
Натянув куртку и кеды, Узумаки вышел из квартиры, закрыв её ключом. У Нагато была копия, но сейчас это было не важно.
Улица встретила его всё тем же мелким дождём. Здесь пахло прохладой, мокрой землёй и выхлопами машин. И всё казалось до ужаса реальным.
Не было Саске. Не было того иллюзорного мира, в который Учиха так плотно втянул его. Не было людей-картонок…все казались настоящими и даже прохожие, что иногда толкали слишком медленно бредущего парня, были из плоти и крови. Призраки, на которых наплевать, пропали.
Его мир рухнул, погребённый под обломками реальности. Противный, беспокойный голосок внутри продолжал повторять: ты, Узумаки Наруто, взрослый парень, любящий другого настолько сильно, что готов подохнуть ради его жизни. Ты на самом дне из-за своих чувств.
Блондин сам не заметил, как оказался в трамвае. Он сел на самое последнее место, прижавшись плечом к окну и глядя в макушку сидящей впереди него женщины. Высветленные волосы тонкими перепутанными паутинками забавно покачивались, когда трамвай дёргало. На её оттянутых мочках висели крупные шарики серёжек из какого-то зеленоватого камня, лёгкая бежевая курточка была усыпана мелкими каплями. Наверное, она бежала, спасаясь от дождя. Отсюда и сбившаяся причёска, и капли…
Наруто прикрыл веки. Они почему-то горели, и хотелось спать, но, как он уже понял, это желание было ненастоящим. Его тело отказывалось погружаться в пучину сна, окутываемое странным беспокойством. Как будто что-то вот-вот должно было произойти, но всё не спешило падать на голову гранитным камнем.
Трамвай, свернув, проскрежетал своим железным нутром, останавливаясь и впуская внутрь поток пассажиров. Кто-то встал рядом с ним, нависая и дыша перегаром, слева пахнуло резким ароматом женских духов, в спину ударил звонкий смех.
Наруто вновь прикрыл глаза, желая отрезать себя от всех этих слишком реальных людей. Он до безумия хотел вновь почувствовать их картонками, очутиться по другую сторону границы и не переживать о том, что придётся стать одним из них. Рано или поздно.
