Текст книги ""Фантастика 2025-116". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Сергей Гладышев

Соавторы: Юрий Винокуров,Андрей Сомов,Александр Изотов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 342 (всего у книги 345 страниц)

Глава 13

Генеральный штаб Российской Империи

Город Петербург

За окном, размытый дождём, Петербург утопал в сером мареве.

Но герцог Александр Петрович Потёмкин, министр обороны, не обращал на эту меланхоличную красоту никакого внимания. Его взгляд был прикован к карте Европы, разложенной на столе. Маленький флажок с изображением двуглавого орла, воткнутый в территорию Лихтенштейна, казался одиноким и беззащитным.

Напротив Потёмкина сидели Николай Алексеевич Керенский – начальник службы безопасности и князь Георгий Милославский – министр иностранных дел.

– Ну и что вы мне скажете, господа? – начал Потёмкин. – Как там обстановка в мире? Что наши "друзья" и "уважаемые партнёры" думают по поводу всего этого беспредела в Лихтенштейне?

Милославский, поправив свой безупречно завязанный галстук, начал доклад:

– Александр Петрович, в мировой политике такого прецедента ещё не было. Австро-Венгрия, несмотря на все наши дипломатические усилия, продолжает отрицать свою причастность к нападению на Лихтенштейн. Они утверждают, что действуют исключительно в рамках международного права и соблюдают все договорённости. Мол, это всё – внутренние разборки в княжестве, и они не имеют к этому никакого отношения.

– Внутренние разборки?! – Потёмкин едва не поперхнулся кофе, который он только что отхлебнул. – Да эти австрийские шакалы устроили там настоящую войну! Танки, артиллерия, авиация… И теперь они мне будут рассказывать про "внутренние разборки"?! Эх, будь моя воля, я бы им такие "разборки" устроил, что они пожалели бы, что вообще родились на свет!

– Александр Петрович, вы же сами знаете, что сейчас с этим делом сложно, – покачал головой Милославский. – Мы в данный момент с Османской Империей воюем. Война с Австро-Венгрией нам вот совсем не в кассу.

– Вот именно этим они и пользуются! Знают, сукины дети, что мы связаны по рукам и ногам, и творят, что хотят! Транспортную блокаду устроили, границы закрыли, войска стягивают… А мы, типа, должны сидеть сложа руки и наблюдать за этим беспределом?!

– Государь-батюшка лютует и бесится, – вступил в разговор Керенский. – Он тоже смотрит новости, и всё, что он видит, приводит его в бешенство. Он может стерпеть, когда на кусок Российской Империи покушаются враги. В принципе, он держит в голове объявление войны Австро-Венгрии – бравый марш через её территорию в Лихтенштейн, освобождение и все дела… Но внутри самого княжества явно пахнет сепаратизмом! И это бесит его гораздо больше.

– Сепаратизмом? – переспросил Потёмкин, нахмурившись. – Что ты хочешь этим сказать? Эти козлы собрались отделиться от Империи?

– Ну, прямо никто не говорил про отделение. Но, Александр Петрович, – Милославский многозначительно поднял указательный палец, – возможно, всё к этому и идёт.

– По факту, – подтвердил Милославский, – никто из аристократов и военных Лихтенштейна не отрицает, что Вавилонский теперь их новый князь.

– Да что ж такое творится-то?! – вздохнул Потёмкин. – Совсем эти аристократишки память и страх потеряли?

– Вот-вот, – кивнул Керенский. – Император всё это видит и понимает. В прошлый раз, когда я ему попробовал возразить, он на меня как заорёт: "Николай Алексеевич, я что, по-твоему, СЛЕПОЙ?!". У меня аж вся жизнь перед глазами пролетела.

Потёмкин нервно рассмеялся:

– Да, наш государь-батюшка – святой человек. Но если до гнева дойдёт, то головы полетят – мама не горюй! Что делать-то будем, господа?

Керенский пожал плечами, а Мирославский предложил:

– Вавилонского нужно выкрасть или вообще убрать, чтобы прекратить все эти кривотолки. А то чует моя задница, что если мы не разберёмся с этой проблемой как можно быстрее, то проблемы будут уже у нас.

– Да пробовали уже! – отмахнулся Потёмкин. – Даже "Альфу" посылали! Лучших из лучших! И что? А ничего. Вавилонский разделал их под орех.

– Пруссия, вон, тоже свою "Команду любителей пива" посылала, – добавил Керенский. – Там спецы – ого-го! Но и у них ничего не срослось. Есть сведения, что Вавилонский их в плен взял. Так кого посылать ещё, если они все там, в этом Лихтенштейне, пропадают?

Князь Милославский внезапно улыбнулся:

– Господа, у меня есть идея! Есть у меня один человечек… Он кого угодно из-под земли достанет. Без мыла в любую жопу залезет и порвет ее на немецкий крест, ха-ха-ха!

– Кто такой? – в один голос спросили Потёмкин и Керенский.

– Позывной "Ликвидатор", может, слыхали?

Услышав это прозвище, Потёмкин и Керенский переглянулись. Их лица мгновенно стали серьёзными.

– Ликвидатор… – пробормотал Потёмкин. – Я слышал, что он якобы давно мёртв.

– А по моим данным, он на "пенсии". Отошёл от дел, – добавил Керенский.

Милославский рассмеялся.

– Всё с ним нормально. Просто в последнее время он предпочитает находиться в тени. Но я знаю, как его найти. И как убедить взяться за дело.

Кабинет канцлера

Берлин, Пруссия

Канцлер Пруссии Отто фон Мисбарк – человек, чьё имя вызывало трепет у монархов и политиков всей Европы, с недоумением разглядывал документ, лежащий перед ним. Его густые брови, как две разъярённые гусеницы, поползли к переносице, грозясь столкнуться в смертельной схватке.

– Что это, мать вашу, такое?! – прорычал он.

Перед канцлером, почтительно склонив головы, стояли офицеры разведки.

– Ваше Превосходительство, – начал один из них, заикаясь, – …это послание из Лихтенштейна. От исполняющего обязанности главы княжества, Теодора Вавилонского.

– Я вижу, что это послание! – рявкнул Мисбарк, брызжа слюной. – Я спрашиваю, что это, мать вашу, за послание такое?! Кто этот Вавилонский вообще такой, что смеет писать мне в таком тоне?!

– Он… он обвиняет нас, Ваше Превосходительство, – продолжил офицер, с трудом сдерживая дрожь в голосе, – …в провокации. А ещё… он называет "Команду любителей пива" диверсионной группой, и "пишет", что они у него в плену.

Канцлер был в ярости. "Команда любителей пива" – это была его личная гордость. Он лично утверждал каждого бойца, лично контролировал их подготовку, лично снабжал их лучшим баварским пивом. И теперь… теперь они в плену! У какого-то сопляка Вавилонского! Это был не просто провал, это был позор для всей Пруссии!

– Немедленно поместите этого Бобшильда в одиночную камеру! Пусть посидит и подумает о своём поведении.

– Бобшильда? – удивились офицеры. – Но, Ваше Превосходительство, он же российский князь. Он…

– Мне плевать, кто он такой! – рявкнул Мисбарк. – Он втянул нас в это дерьмо! И он за это ответит!

– Есть, Ваше Превосходительство! – офицеры, отдав честь, поспешили выйти из кабинета.

Канцлер же, оставшись один, с тяжёлым вздохом закрыл глаза.

"Чёрт бы побрал этот Лихтенштейн," – подумал он. – "Один сплошной головняк."

Последнее сообщение от "пивняков" было… хм… странным. Они докладывали, что нашли что-то чрезвычайно ценное и важное! И что они выходят на поверхность, чтобы как можно скорее передать это "нечто" лично в руки канцлера.

А в итоге пришла петиция от Лихтенштейна, подписанная исполняющим обязанности правителя княжества Вавилонским.

"Многоуважаемый господин канцлер! – гласили некоторые строчки из послания. – Не соблаговолите ли Вы объяснить, какой именно частью Вашего великого прусского ума пришла идея отправить к нам Ваших 'любителей пива'? Быть может, той самой, которой Вы обычно сидите на троне?

…Ваши доблестные вояки, кстати, уже наслаждаются нашим гостеприимством – правда, за решёткой. В следующий раз, когда захотите нанести визит, просто пришлите официальный запрос – это будет гораздо цивилизованнее, чем отправлять пьяных шпионов.

С искренним недоумением и неизменным почтением, Теодор Вавилонский".

Мисбарк, прочитав это послание, чуть не захлебнулся от злости.

– Да как он смеет?! – прорычал он. – Этот выскочка! Этот сопляк! Он мне нотации читать вздумал?! Мне, человеку, которого уважают и боятся все правители мира?!

В этот момент в кабинет вошли министр иностранных дел Вернер и министр обороны Пруссии Роше. Увидев состояние канцлера, они с опаской подошли к столу.

– Ваше Превосходительство… – спросил осторожно министр обороны. – Вы в порядке? Что-то случилось?

– Случилось?! Ах да, с "Командой любителей пива" определённо что-то случилось. И мне хотелось, чтобы вы уже начали с этим что-то делать!

– Ваше Превосходительство, может быть, нам всё-таки стоит отправить туда войска? – предложил министр обороны Роше. – Мы можем занять Лихтенштейн за несколько дней. И тогда…

– Нет, исключено! – отрезал канцлер. – Этот Вавилонский… он не такой простой, как может показаться на первый взгляд. Этот сукин сын опасен. И я хочу понять, почему. Я хочу знать, откуда у него такие технологии и кто за ним стоит. Я хочу… – он замолчал, задумываясь, – …поговорить с ним лично.

– Поговорить? – министр обороны Роше удивлённо приподнял брови. – Но, Ваше Превосходительство, вы же канцлер! Вы – один из самых влиятельных людей в мире! А он всего лишь мелкий аристократишка, который…

– Который умудрился обвести вокруг пальца не только всех соседей, но и нас! Так что да, я хочу поговорить с ним, чтобы понять, что у него на уме. И если он действительно так умён, как говорят, то он поймёт, что сотрудничество с Пруссией – это очень выгодное предложение.

Он повернулся к министру иностранных дел, который всё это время молча стоял в стороне.

– Готовьтесь к поездке в Лихтенштейн, Вернон!

– В Лихтенштейн? – министр поморщился. – Ваше Превосходительство, но это… это не по статусу. Я же министр иностранных дел! Я должен вести переговоры с главами государств, а не с…

Канцлер резко встал, его лицо мгновенно потеряло добродушное выражение, сменившись стальной маской. Министр иностранных дел почувствовал невероятно мощную магическую ауру, от которой ему стало трудно дышать, и невольно отступил на шаг.

– Твой номер шесть, Вернон! – прошипел Мисбарк сквозь зубы. – А будешь обсуждать мои приказы, значит, у меня будет новый министр! Я сказал – отправляться на переговоры! Значит, сделай это немедленно!

* * *

Тьма обволакивала меня со всех сторон, становясь почти материальной. Казалось, что сам воздух сгустился до состояния вязкой патоки, которая давит на грудь, не даёт дышать.

Но я не сдавался. Упрямое желание жить, выстоять и победить бурлило внутри меня.

В этот момент я ощутил ЭТО. С той стороны теневого обелиска, из самой глубины пространства, кто-то… нет, ЧТО-ТО пыталось пробраться сюда. Оно давило, расширяло разрыв в реальности, и только моя аура сдерживала этот натиск.

– Да вы издеваетесь! – прохрипел я, выставляя вперёд ладони.

Энергия, которая должна была просто рассеяться после разрушения обелиска, вдруг начала концентрироваться, превращаясь в плотный пульсирующий узел. А в центре этого узла открывался пробой – разрыв между нашим миром и Теневым Планом.

"Да это же чёртова ловушка! – пронеслось в моей голове. – Обелиск был не только оружием, но и… своего рода якорем?"

В пробое что-то шевелилось. Огромное. Древнее. Жаждущее вырваться сюда.

– Хрена с два! – процедил я сквозь зубы. – Это мой мир!

Я собрал всю силу, какую только мог. Каждую крупицу энергии из своего тела. Из окружающих стен и земли.

Моя аура вспыхнула, заполняя пространство вокруг золотистым свечением. Земля под ногами задрожала, отзываясь на мой зов. Я выплеснул силу, не жалея, не экономя, просто отдавая всё, что у меня было.

– Давай, сучка! – заорал я, обращаясь к тьме. – Ты выбрала не того противника!

И тут началось. Из пробоя хлынула волна Теней – не просто тьма, а сгустки живой, разумной тьмы. Они напоминали змей, скорпионов, многоногие исполинские сороконожки. Они извивались и шипели, стремились вцепиться в меня или просто проскользнуть мимо – дальше в этот мир.

– А ну стоять! – рявкнул я, активируя големов-охранников.

Четыре каменных фигуры ожили, отделяясь от скрытых в стенах ниш. Мощные, защищённые нефритом големы двигались быстро и обладали колоссальной силой и неуязвимостью перед большинством теневых атак.

– Защищать! Уничтожать! – скомандовал я, и големы ринулись в бой.

Их лезвия крошили теневых существ, превращая тех в облачка чёрного дыма.

Но за простыми Тенями было нечто посерьёзнее. Я узнал эту тварь, что рвалась из пробоя. Теневой Патриарх – один из древнейших обитателей Теневого Плана. Существо, способное уничтожить целый город, если вырвется на свободу.

Теневая энергия внутри него была особой – едкой и прочной, способной долго удерживаться в нашем мире. План был прост и гениален – погрузить весь Вадуц в вечную тьму, создать множество теневых пробоев, превратить столицу Лихтенштейна в плацдарм для вторжения.

Но не срослось.

Мои големы крошили теневых тварей одну за другой, а моя аура постепенно выжигала тёмную энергию. Однако пробой всё ещё был открыт, и из него продолжали лезть твари – всё более крупные и уродливые.

– Так не пойдёт, – решил я, внимательно изучая разлом в пространстве.

Нужно закрыть источник. И я знал только один способ.

Глубоко вздохнув, я шагнул в пробой.

Ощущение было такое, будто я нырнул в ледяную воду. Теневой План встретил меня жутким холодом и тишиной, давящей на уши. Вокруг извивались сотни, тысячи теневых существ, они кружили, как акулы, почуявшие кровь. А в центре этого хаоса висело ОНО – огромная туша, похожая на кита с длинными отростками, свисающими по всему телу. Теневой Патриарх.

"Хреново дело," – мелькнула мысль.

Я развернулся и нырнул обратно в пробой. Выбора не было. Я справился с основной угрозой для мира в виде взрыва обелиска, но, если сейчас ничего не придумаю, Вадуцу конец. Да и всему княжеству тоже.

И тогда я психанул. По-настоящему, со всей дури, с яростью человека, загнанного в угол и готового голыми руками рвать глотки.

– Достали! – заорал я, высвобождая всю свою ярость вместе с силой.

Земля задрожала, подчиняясь моей воле. Из-под моих ног выросли две огромные каменные руки – настоящие исполинские конечности из цельного камня и смеси металла и нефрита, которые я вытащил из укреплённого пола.

Я наложил на них сильнейшие заклинания, которые только знал – прочности, нерушимости, безупречности. Недолго они продержатся в Теневом Плане, но должны выиграть мне время.

– Давай, мать вашу! – зарычал я, управляя руками силой мысли.

Я начал сражаться, управляя руками мысленно. Каменные пальцы схватили первую волну теневых существ и просто расплющили их. Вторую волну смяли как листы бумаги. Многочисленные големы, прибывшие со всей усадьбы, присоединились к этой безумной битве, расправляясь с тварями.

Но силы были на исходе. Руки постепенно начинали крошиться. А пробой всё расширялся, и я видел, как Патриарх медленно продвигается к выходу, как его отростки уже почти касаются нашего мира.

И тогда меня осенило.

Одной каменной рукой я быстро дотянулся до кейса с Сущностью Света, схватил пульсирующий сгусток энергии и, не задумываясь, засунул эту "руку" в пробой. Туда, где скопились сотни теневых тварей во главе с Патриархом.

– Прости, – прошептал я, обращаясь к Сущности Света. – Но другого выхода нет.

Я пропустил через неё малюсенькую капельку своей энергии. Совсем чуть-чуть. Просто, чтобы разбудить.

В следующее мгновение Сущность Света отреагировала, и мир взорвался светом.

Ослепительная, невыносимо яркая вспышка разорвала пространство. Меня отбросило назад, приложив спиной о стену. Ночь, царившая в Вадуце, на несколько десятков секунд превратилась в ясный день. Свет пронзил Тьму, уничтожая всё на своём пути.

Когда свет начал угасать, а зрение – возвращаться, я увидел, что пробой стремительно закрывается. Теневые твари, попавшие под удар Сущности Света, превратились в пепел.

– Големы! – заорал я. – Вперёд, пока пробой не закрылся! Мне нужны кристаллы Теней! Собирайте всё, что можно!

Я услышал топот множества каменных ножек – мои создания бросились собирать драгоценные осколки, оставшиеся после уничтожения теневых тварей.

"Вот люди охренеют, – подумал я, пытаясь проморгаться. – Сначала от моего имения Тьмой разило, а теперь вот Светом полыхнуло. Того и гляди, решат, что я тут дискотеку устроил".

Когда пробой окончательно закрылся, а последние остатки тьмы рассеялись, я осторожно взял с каменной руки целёхонькую Сущность Света и поставил её обратно в кейс.

– Жаль, что ты такая горячая штучка, – сказал я, поглаживая пульсирующий сгусток энергии. – А то мы бы с тобой многое могли сделать. Но за то, что я жив остался – спасибо. Был реальный шанс, что ты выжжешь мне все каналы.

Кейс я захлопнул и сел на пол, привалившись спиной к стене. Всё тело ныло от перенапряжения, в голове шумело, а перед глазами всё ещё плясали цветные пятна. Но я был жив. И город был спасён.

Големы, закончив сбор кристаллов, выстроились передо мной, держа в своих каменных ладошках маленькие чёрные камешки – осколки теневых созданий. Они переливались всеми оттенками тьмы, испуская едва заметное сияние.

– Молодцы, ребята, – пробормотал я. – Хороший улов.

Один из големов подошёл ближе и протянул мне что-то особенное – не обычный теневой кристалл, а переливающийся голубоватым светом камень размером с кулак.

– Что это? – я взял его в руки, ощущая странную вибрацию. – Неужели… сердце Патриарха?

Голем кивнул. Я почувствовал, как по моему телу пробежала волна энергии – сила древнего существа, заключённая в камне, отзывалась на моё прикосновение.

Я осторожно запечатал его в защитный каменный контейнер.

– Что ж, – вздохнул я, – покой нам только снится. Но, по крайней мере, сегодня я спас Лихтенштейн. Опять. Можно поставить себе галочку.

Я уже знал, что завтра нам предстоит разбираться с последствиями. Выяснять, кто прислал обелиск. Готовиться к новым атакам. И, судя по всему, строить новую мастерскую – эта была безнадёжно разрушена.

Глава 14

Я стоял посреди мастерской, тяжело дыша, чувствуя, как энергия Теневого Патриарха, поглощённая мной, бурлит внутри меня, как лава в жерле вулкана. С каждой секундой её становилось всё больше, и я понимал – если не дам ей выхода, то просто разорвусь на части.

Я активировал Дар и направил всю свою силу в дом. Камни, из которых были сложены стены, послушно пришли в движение. Они начали вибрировать, а затем – медленно принялись менять свою форму.

Стены утолщались, укреплялись, обрастая дополнительной бронёй. Кирпичи перестраивались, образуя новые, более сложные и прочные конструкции. Фундамент дома, под воздействием моей магии, уходил всё глубже в землю, как будто врастая в неё корнями.

Снаружи, казалось, что ничего не происходило. Но внутри творилось настоящее чудо. Я чувствовал каждую песчинку, каждый камешек, каждый кирпичик. Моя магия пронизывала стены, пол, потолок, вплетаясь в саму структуру дома, делая его прочнее, надёжнее, безопаснее.

Запасы камня на складах, которых хватило бы на строительство трёх десятков таких усадеб, таяли на глазах. Големы-грузчики сновали туда-сюда, подвозя всё новые и новые материалы. Они работали с такой скоростью, будто от этого зависела их жизнь. Хотя, по факту, так оно и было. Ведь, если бы я не успел вовремя "перекачать" всю лишнюю энергию, то… тогда от них, как и от усадьбы, мало что осталось бы.

Через несколько часов работа была завершена. Всё имение здорово преобразилось. Стены, толщиной в несколько метров, были усилены не только камнем и металлом, но и заклинаниями защиты, которые я вплёл в каждую деталь конструкции.

Магические руны, светящиеся едва заметным золотистым светом, покрывали поверхность стен, как паутина, создавая невидимую броню, способную противостоять даже мощным магическим атакам.

Крыша – покрыта слоем особого сплава, отражающего любые техники и снаряды. А под землёй, в лабиринте туннелей, дежурили мои големы-охранники, готовые в любой момент ворваться в бой.

Но самое главное – красота. Даже в этом, казалось бы, суровом и функциональном сооружении, я не забыл об эстетике. Каждый сантиметр, каждая деталь были продуманы до мелочей. На стенах появились замысловатые узоры, вырезанные из камня и инкрустированные драгоценными металлами. Потолки украшала изящная лепнина, а пол был выложен мозаикой из редких пород мрамора.

Теперь этот дом был не просто крепостью. Он стал произведением искусства. Символом мощи и красоты. Таким, что даже конец света переживёт.

"Да, – подумал я, с удовольствием осматривая своё творение, – теперь я могу быть спокоен за безопасность Насти и своих людей. Даже если весь мир рухнет, моя усадьба останется стоять".

Но радость победы была недолгой. Я почувствовал, как меня снова начинает трясти. Энергия, которую я впитал от Патриарха, всё ещё бурлила во мне. И это было опасно. Слишком опасно.

Я достал телефон и набрал номер Бориса.

– Боря, – сказал я, – срочно ко мне. В усадьбу. И побыстрее. Если не успеешь – меня разорвёт на части.

На том конце провода повисла короткая пауза.

– Эм… Теодор? – раздался неуверенный голос Бориса. – Что случилось? Мы тут все в панике. У тебя в усадьбе что-то рвануло…

– Потом всё объясню, – отрезал я. – Просто приезжай. Быстро!

Через пять минут "Скарабей" с визгом тормозов остановился у ворот усадьбы. Боря, выскочив из машины, бросился ко мне.

– Что случилось?! Ты ранен?! Что здесь произошло? – он с удивлением оглядывал усадьбу, стены которой значительно преобразились.

– Всё потом, – сказал я, с трудом сдерживая дрожь в теле. – Все могут возвращаться в дом, теперь здесь безопасно. А нам… нужно срочно уехать.

– Но зачем? – Боря всё ещё не понимал, что происходит.

– Если мы не успеем, – ответил я, – …то я сдохну. Просто верь мне. И дави на газ, как будто от этого зависит и твоя жизнь. Потому что, честно говоря, так оно и есть.

* * *

Альпийские горы

Граница Лихтенштейна и Швейцарии

Борис Ладыжин нещадно давил педаль газа в пол, не обращая внимания на визг покрышек и грозный рёв двигателя. "Скарабей" нёсся по горному серпантину, как маленькая ракета, оставляя за собой шлейф из пыли и выхлопных газов.

За окном мелькали размытые силуэты деревьев, скал, ущелий. Дорога, извилистая и опасная, казалось, в любой момент оборвётся и сбросит их в бездонную пропасть. Но Боря, сосредоточившись, продолжал жать на газ, как будто от этого зависела его жизнь. Ну, собственно, это как раз было недалеко от правды – Теодор его как раз честно об этом предупредил.

Борис краем глаза поглядывал на своего господина, сидящего рядом. Тот молчал, закрыв глаза и тяжело дыша, будто боролся с какой-то невидимой силой. На его лице вздулись вены, а на лбу выступили капельки пота

Боря не понимал, что происходит. Теодор вёл себя странно – обычно он всё объяснял, шутил, подбадривал. А сейчас… Сейчас он был похож на бомбу замедленного действия, готовую вот-вот рвануть.

Он уже хотел было спросить, что случилось, но Теодор, резко открыв глаза, остановил его жестом.

– Молчи, – прохрипел он. – Просто довези меня до места. Иначе…

Он не договорил, но Боря и так всё понял. Если он не успеет, то… тогда мало не покажется никому.

Через двадцать минут они, наконец, добрались до места – небольшой площадки, расположенной на вершине горы, недалеко от границы со Швейцарией.

– Всё, приехали! – выдохнул Боря, глуша двигатель.

Теодор, не отвечая, выскочил из машины и, пошатываясь, побрёл к краю обрыва.

– Теодор, ты как? – Боря, обеспокоенно глядя ему вслед, вылез из машины. – Может, нужна какая-нибудь помощь?

– Скоро всё будет хорошо, – ответил Теодор, тяжело дыша. – Хочешь покажу, что такое маленькая часть Архитектора?

Борис, конечно же, хотел! Он, как и любой нормальный человек, был любопытен. А ещё он доверял Теодору. Поэтому просто кивнул.

Теодор остановился на краю ущелья, с которого открывался внушительный вид на окрестности – заснеженные вершины гор, тёмные леса, извилистые реки, уходящие вдаль.

– Видишь ту гору? – он указал пальцем на отдалённую вершину, которая скрывалась в тумане.

Боря кивнул.

– А теперь смотри, – сказал Теодор, и начал "творить".

Он сделал несколько пасов руками, и земля под ними задрожала. В указанном месте начали подниматься каменные стены – ровные, гладкие, как отполированные. Они быстро росли вверх, превращаясь в мощные укрепления, ощетинившиеся башнями и бойницами.

Боря с раскрытым ртом наблюдал за этим невероятным зрелищем. Он видел, как меняется ландшафт, как перед его глазами вырастает настоящая крепость. Это было похоже на какой-то фильм с компьютерной графикой, но… это была реальность. Реальность, в которой Теодор Вавилонский управлял силами природы.

За два часа Теодор возвёл на границе со Швейцарией целую линию неприступных укреплений. Там, где ещё несколько минут назад простирался ровный склон горы, теперь возвышались стены – высокие, мощные, уходящие в небо. На их вершинах – сторожевые башни с бойницами. А между ними – глубокие рвы.

– Ну как тебе? – спросил Теодор, с улыбкой глядя на ошарашенного Борю.

Боря, не веря своим глазам, смотрел на это чудо.

– Капец… – только и смог он выдавить из себя. – Почти китайская стена, только круче и красивее в тысячу раз!

– Это всего лишь малая часть того, что я могу, – ответил Теодор. – На разминку, так сказать. Просто нужно было куда-то деть лишнюю энергию. А то, сам понимаешь, бывает…

Он неопределённо махнул рукой, отгоняя прочь какие-то мысли.

Борис, всё ещё не до конца веря в происходящее, смотрел на укрепления. Они были идеальны – стены, башни, рвы… Казалось, будто они стояли здесь веками, а не выросли из-под земли за пару часов, как грибы после дождя.

– Теодор, ты понимаешь, что только что нарушил примерно три десятка международных соглашений? – Борис наконец обрёл дар речи. – Могу поспорить, в Швейцарии сейчас звонят все тревожные колокольчики, и какой-нибудь дежурный офицер давится кофе, глядя на спутниковые снимки.

Теодор рассмеялся, глядя на обеспокоенное лицо друга.

– Боря, Боря… Когда ты уже привыкнешь? Мы с тобой давно перешагнули черту "международных соглашений". Для меня сейчас построить стену – примерно, как для тебя чихнуть. Просто нужно было куда-то деть энергию.

– Теодор… – прошептал Боря. – …скажи честно, ты – бог?

– Нет, – улыбнулся Теодор. – Я – Архитектор.

И с этими словами он, пошатываясь, направился к "Скарабею". Боря, не мешкая, подхватил его под руку и помог дойти до машины.

* * *

Замок Шато-де-Шильон

Швейцарская Конфедерация

Аиша лежала на кровати, свернувшись калачиком, как побитая собака. Её снова трясло – мелкой, нервной дрожью. Но холод был не внешний, а внутренний. Противный страх, сковывающий душу, заставлял её тело извиваться, как червяк на крючке.

"Что я натворила?! – мысли беспорядочно метались в её голове. – На кого я, дура, полезла?! Кто он такой, этот Вавилонский?!"

Ещё вчера она, Аиша, принцесса Османской Империи, чувствовала себя повелительницей судеб, вершительницей мира. Ей казалось, что она держит в руках нити всех интриг и может манипулировать людьми, как марионетками. А сегодня она чувствовала себя ничтожеством, дрожащей от страха мышкой, забившейся в самый дальний угол своей золотой клетки.

Её план был идеален! Гениален! Безупречен! (Ну, по крайней мере, ей так казалось). Она должна была уничтожить весь город Вадуц. И сделать это так, чтобы никто не догадался о её причастности.

А теперь Теодор Вавилонский, которого она считала всего лишь мелкой сошкой, вдруг превратился в её самый страшный кошмар. Он не просто разрушил её планы, он уничтожил её Патриарха! Того самого, с которым у неё была прямая связь! С которым она делила не только силу, но и… частичку своей души.

Аиша скрипнула зубами, чувствуя, как по её спине стекает холодный пот. Она до сих пор не могла поверить в то, что произошло.

Вадуц должен был быть стёрт с лица земли! Всё было продумано до мелочей. Ритуал, проведённый ценой огромных жертв – сотни жизней, сотни душ, – должен был принести ей не только власть, но и признание Властелина Теней. Она стала бы его Наместницей в этом мире.

Аиша даже представляла себе этот момент. Как она стоит на руинах Вадуца, окружённая полчищами Теней. Как она, с высоко поднятой головой, встречает своего господина. Как Властелин Теней поздравляет её с победой и наделяет частью своей безграничной энергии.

И что, в итоге? А в итоге – полный провал. Теневой Обелиск был уничтожен, и целая ячейка вместе с Патриархом прекратила своё существование.

Аиша в отчаянии ударила кулаком по подушке.

– Сука! – прошипела она. – Как он это сделал?!

Её "Лунные Тени", сбившись в кучку, как испуганные курицы, наблюдали за своей госпожой. Они никогда не видели её в таком состоянии. Раньше Аиша всегда была спокойной, хладнокровной, уверенной в себе.

– Госпожа, – осторожно произнесла Фарида, – может быть, вам нужен отдых? Вы слишком много сил потратили…

– Отдых?! – Аиша резко повернулась к ней. – Какой, к чёрту, отдых?! Мне нужен план мести! Я должна найти нового покровителя. Кого-то, кто сильнее Вавилонского. Кого-то, кто сможет его уничтожить.

Но кого? Она перебирала в голове все возможные варианты. Но никто из них не казался ей достаточно сильным, чтобы справиться с этим человеком.

Ей нужно было время, чтобы всё обдумать и найти новый план. А ещё – чтобы самой стать сильнее. Но самое главное, что вдруг почувствовала Аиша – ей хотелось жить. И почему-то сильно захотелось увидеть родные стены.

В какой-то момент она даже пожалела, что вообще ввязалась в эту игру. Вавилонский – не просто человек, от которого можно просто так избавиться. Он сильнее, чем кажется. И от него веет такой аурой, что даже она, дочь султана Мурада, испытывала перед ним странный, ни с чем несравнимый, нечеловеческий ужас, от которого ей хотелось не просто бежать.

Хотелось спрятаться, зарыться в песок, как страус, чтобы никто не смог её найти.

* * *

Ароматы свежесваренного кофе и жареных круассанов приятно щекотали ноздри.

За столом, удобно расположившись в плетёных креслах, сидели я, Настя, Скала и Борис. Даже Семён Семёнович, мой незаменимый помощник в лавке, приехал, чтобы поприсутствовать на этом небольшом семейном ужине.

Мы ели не спеша, наслаждаясь тишиной и покоем, которые в последнее время были редкими гостями в нашей жизни. После сегодняшней заварушки с Теневым Обелиском и моей эпической битвы с Патриархом Теней, хотелось только одного – отдохнуть. Выспаться. Прийти в себя. И… двигаться дальше.

– Ну и денёк выдался, – протянул Боря, с наслаждением откусывая кусочек круассана. – Я, когда увидел ту чёрную хрень, которая над усадьбой вылезла, чуть кирпичей не наложил. Думал, всё, конец нам.

– Это была не "хрень", а проекция Теневого Патриарха, – поправил его я, отхлёбывая кофе. – Весьма опасная тварь, между прочим. Представь себе многотонное облако концентрированного зла с самооценкой размером с Эверест и аппетитами, как у… гхм…