Текст книги ""Фантастика 2025-116". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Сергей Гладышев

Соавторы: Юрий Винокуров,Андрей Сомов,Александр Изотов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 236 (всего у книги 345 страниц)

– Да, Боря, типа, – передразнил я его. – План у меня такой: уговорить дядю Кирю… Ну, то есть я хотел сказать Кирилла Александровича, возглавить нашу гвардию.

– Это ж где столько денег найти? – тут же озаботился Боря.

– Денег на что? – спросил я.

– Ну, я представляю, сколько он затребует. Да и гвардию нанять…

– Эх, Боря, Боря, – похлопал я по плечу своего водителя, – хороший ты человек, но сильно потрёпанный жизнью. Ты даже близко не представляешь, что такое верность. Такая настоящая родовая верность. То, что сделал дед для Скалы и для многих наших гвардейцев, это не сможет быть оплачено никакими деньгами. Проблема заключается только в одном.

– В чём это? – уточнил Боря.

– Чтобы показать Полковнику Скале, что я достоин его службы.

– Хм… – Борис задумчиво почесал затылок, глядя на меня скептически, – но почему-то мне кажется, что вы справитесь.

– Красава! – хлопнул его по плечу. – Вот видишь, вот что значит вера в своего господина. Действуй так и дальше.

– И будет мне прибавка к зарплате? – улыбнулся Борис.

– Тебе что, не хватает? – уточнил я.

– Ну вот, как всегда, вопросом на вопрос отвечаете.

– А как же иначе? Ладно, посмотрим, что можно сделать с твоей зарплатой.

– Да я пошутил, – сказал Боря, смущаясь.

– Ну пошутил, так пошутил. Поехали, – кивнул я.

Машина тронулась, а Боря через некоторое время посмотрел на меня:

– А может, и не пошутил.

Я весело рассмеялся.

– Ладно, вот когда определишься, пошутил или нет, тогда и поговорим. Ну или когда соберёшься жениться.

– В ближайшее время точно не соберусь, – сказал Боря.

– Ну и ладненько.

* * *

Имение Ивановых

– Да сколько можно? Да сколько, мать вашу, можно⁈ Сколько, блин, можно работать⁈ Выгоняйте нахрен этих жопоруких! Давайте других. Я задолбался в уличный сортир ходить! – герцог Иванов рвал и метал.

А его зам по хозяйству молчал и теребил в руках большую домовую книгу.

– Ваша Светлость, это уже пятая бригада. И это самые лучшие, – сказал он.

– Самые лучшие? Посмотри, посмотри на это! – Иванов взял за шкирку и подтащил толстенького своего завхоза к окну. – Посмотри на мой газон. Такое ощущение, что меня бомбили! Всё перекопано. Всё! Как можно пытаться найти трубы, если у них есть чертежи?

– Ну так чертежи не совпадают же. Первые строители же сказали.

– Что значит сказали? Да как такое возможно? Раньше же ремонтировали, и трубы были на месте.

– Не знаем, – сказал завхоз. – И строители не знают.

– Долбанные строители! – Он снова схватил завхоза за шкирку и подтащил его к другому окну, где у него стоял маленький телескоп. – Вот, глянь сюда. Вот посмотри сюда, я тебе говорю! – ткнул он в телескоп. – Только не крути ничего, он уже настроен.

Завхоз покорно посмотрел, зная, что там увидит.

– Ты видишь эти стены? Ты видишь, как строит Вавилонский? Чёрт, да он гонит как ракета! Там полторы доходяги работают, а стены растут как на дрожжах. Вот это строители! А мы кого наняли?

– Извините, мне нанять Вавилонских, чтобы они поменяли у нас коммуникации?

– Ты что, идиот⁈

От затрещины завхоз полетел в сторону и потерял сознание. Иванов почесал голову.

– Слабак! – Он тут же позвонил в колокольчик, и забежал слуга. – Позовите Лекаря. Я, кажется, перестарался. Возможно, у него снова будет сотрясение мозга.

– Да, да, конечно, – секретарь схватил завхоза, из ноздри у которого тёк ручеёк крови, и потащил наружу. – Там в приёмной вас ждёт начальник охраны.

– Зови этого идиота.

Бочком в кабинет вошёл его начальник охраны.

– Что там с Вавилонским?

– А что с Вавилонским? – испуганно уточнил начальник, потом тут же спохватился: – Вы же сказали мусор больше не возить!

– Конечно не возить, – раздражённо сказал Иванов. – У меня половина техники выведена из строя. Что там с этой адской машиной? Нашли откуда она?

– Никак нет, ваше сиятельство. Все двенадцать единиц машин радиоэлектронной борьбы «Всполох» находятся на местах и не покидали расположение частей в последнее время.

– Так а откуда он её притащил? Из самой Империи, что ли? Это же Имперский образец, ты же точно сказал.

– Да, сказал. Возможно, из Империи.

– Да как она попала, если мы контролируем все дорожные пути? Да и стоит она, как десяток лавок Вавилонских. Этого просто не может быть!

– Согласен, полностью с вами согласен.

– Ты идиот! – взъярился Иванов. – Это я должен говорить, что не может быть. А ты мой начальник СБ. Ты должен сказать откуда он, сказать немедленно!

– Простите, Ваша Светлость, но я не знаю.

– Твою мать! – Иванов подошёл к окну и посмотрел вдаль. – Кажется, этот участок мы потеряем, если не будем действовать жёстко.

– Но, Ваша Светлость, там стоят камеры. И действовать резко, я думаю, не в наших интересах.

Иванов повернулся и молча пристально смотрел на СБ-шника, так, что тот даже скукожился от этого пронзительного взгляда.

– Всему тебя учить надо. Мне кажется, что с этим Вавилонским ты немного поглупел. Связывайся с подпольем Лихтенштейна. Они же у нас на зарплате?

– Но в последнее время они ведут себя странно… – начал было говорить СБ-шник, но под взглядом Иванова осёкся. – Ну да, я думаю, что я порешаю.

– Вот и порешай. Пусть совершат террористическую акцию. Не мне тебя учить. Свободу Лихтенштейну и все дела. Пусть взорвут нахрен всё, что вот там построено, – кивнул на участок Вавилонского Иванов, и лицо его расплылось в улыбке. – Во имя свободы Лихтенштейна, конечно же.

Глава 17

Что у меня в лавке гости, я понял, даже не подъехав к ней. Хорошо быть Архитектором, когда земля дружит с тобой, рассказывая всё интересующее.

Два здоровенных внедорожника охраны и один лимузин с незнакомым гербом, припарковавшись, стояли прямо напротив моей лавки. Но пока ничего не горело, не взрывалось. Да и вряд ли на лимузине с родовым гербом будут приезжать отморозки на разборки. В любом случае, у меня было время подготовиться.

Мировая паутина – чудесная штука. И через секунду я уже знал, чей это герб – Рода Гордеевых, приобретённое благородство в третьем поколении. Бывшие купцы, построившие своеобразную империю фастфуда. Засланцы рептилоидов, что кормят нашу молодёжь нездоровой пищей. Да ладно, я ржу! Сам не раз забегал к ним в кафешку. Нормальные у них бургеры, вполне здоровые. Вот только, что им от меня нужно?

Так, стоп! Теодор, напряги свои мозги. Точно, такие же родовые кольца были у девушки на базаре, а ещё у её брата. Ну, теперь я примерно понимаю, с чем пожаловали их люди. И другой вопрос, в каком ключе пойдёт разговор.

– Слышь, уважаемый! – крикнул Боря, высунувшись из окна. – Ты мне дорогу в гараж перегородил. Давай-ка, свалил отсюда, по-быстрому.

– Боря, блин… – я посмотрел на своего водителя, который подъехал вплотную к одному из джипов охраны, и сейчас предъявлял законные требования.

– Мамкин водитель, не видишь, что частная территория? – нахмурился Боря.

Медленно опустилось стекло, и оттуда, с показной скукой, выглянула здоровенная харя.

– Чё надо? – процедила харя.

– Ну, трындец! – Боря громко хлопнул дверью. – Говоришь, машина крепкая? Вот сейчас и проверим.

– Эй, стопэ! – осадил я своего ретивого водителя, который, походу, от общения со мной, заразился отвагой, и немного слабоумием. – Не надо пока никого таранить.

Я вышел из машины и с улыбкой подошёл к внедорожнику. У меня и так за короткое время накопилась хренова гора различных недоброжелателей. Нет, так-то я не против. Чем больше врагов, тем больше лута. Но всему есть свой предел. И можно попытаться сначала просто договориться.

– Уважаемый, будьте так любезны, освободите проезд в гараж, – я ещё как бы ненароком положил на дверь свою руку с родовым перстнем и заглянул внутрь. Кроме водителя и мордоворота на пассажирском сидении, ещё два шкафа сидели сзади. Я знал, что оружие у них было, но на виду они его не держали. Что ж, ещё один плюс к тому, что переговоры могут пройти успешно.

– Простите, Ваше благородие, сейчас отъедем, – это был водитель. Судя по величине лба, он здесь был самым умным. Ну, соответственно, своим извинением он это подтвердил.

Машина завелась и сдала назад. Я кивнул Боре и пошёл к лавке. Зайдя внутрь, я уже знал, кого там встречу.

Семён Семёнович поил кофе худощавого высокого аристократа, а два его телохранителя стояли сбоку от двери. Они немного напряглись, увидев меня, и я уже думал шарахнуть одного из них дверью, потому что заметил, что он как-то резко потянулся к карману. Но Семёнович исправил ситуацию:

– А вот и господин Вавилонский! А у нас тут гости.

Здоровяк у двери вовремя сориентировался, и к пушке не дотянулся. Ну, а я пошёл к стойке. Фотография главы Рода тоже была в интернете. Поэтому я поприветствовал его по имени:

– Василий Петрович, здравствуйте! Я Теодор Вавилонский. Это моя лавка. Ну, я так понимаю, вы это уже знаете. Чем могу быть полезен?

Мужчина руки мне не подал, но агрессивных действий также не предпринимал. Хотя, по его виду, было видно, что он очень расстроен, даже, скорее, раздражён. Кофе нетронутый стоял перед ним, а он невольно тарабанил пальцами по стойке, и при этом ещё дрыгал коленкой. Видно, что мужчина очень волнуется.

– Да, здравствуйте, Теодор! – будто отвлёкшись от какой-то мысли, сказал граф. – Позвольте, я сразу перейду к делу. Где Мария и Павел?

– Чего, простите? – нахмурился я.

– Моя дочь Мария и мой сын Павел. Мне кажется, вы последний, кто видел их…

Тут он сбился. Подозреваю, что он чуть было не сказал – «в живых», но это не точно.

– Последний, кто видел их… перед чем? – уточнил я.

– Перед исчезновением.

Я видел, что мужчина расстроен. И расстроен сильно. Поэтому свою любимую игру под названием «А вы с какой целью интересуетесь?» я решил не играть, а сразу перейти к делу.

– Мы встретились на площади. Я дал вашей дочери визитку, и пригласил её к себе в гости. Затем они сели в машину и уехали.

– Вот эту визитку? – он положил осторожно её на стол.

Да, это была та самая модная металлическая визитка, правда, с бурыми пятнами, напоминающими пятна крови.

– Именно, – сказал я. – А что произошло?

– Не знаю, но мы нашли разбитый внедорожник, причём, обо что он разбился, не поняли. Не было ни столба, ни угла. Его будто смяло вокруг чего-то невидимого, прямо посреди проезжей части. А внутри не было ни дочки, ни сына. Камеры наблюдения тоже были отключены.

– И как быстро это случилось после происшествия на площади?

– Мои люди говорят, что примерно минут через пять.

– Ну тогда, если вы посмотрите на камеры на площади, вы поймёте, что после их отъезда я ещё минут пятнадцать давал показания полиции. После этого ждал своего водителя. И только потом уехал. Так что, вряд ли, я могу быть замешан в этом.

– Я не обвиняю вас, господин Вавилонский, – скривился граф. – Я пытаюсь понять, что случилось. Потому что дело не только в визитке. Дочка мне позвонила и с восторгом сообщила, что нашла, как она буквально выразилась, родственную душу – аристократа, которому тоже не чуждо искусство, и в магазин которого она приглашена. И она имела в виду вас, Теодор.

– Угу. И что?

Нет, я не козлил, мне просто реально было интересно, как работает логика у этого человека.

– А ещё она сказала, что без вашей помощи ей было бы худо, и было бы много невинных жертв. Перед тем, как к вам приехал, я просмотрел видео. Там тоже часть камер были выведены из строя нападавшими. Но кое-что сохранилось. И даже из того, что сохранилось, я понял, что вы, Теодор, чрезвычайно талантливый Одарённый маг металла. Я прав?

Я молчал, глядя на него. Ну, щекотливый момент. Кто-то увидел меня, как Одарённого с Даром камня. Этот сделал вывод, что я Одарённый с Даром металла. Рано или поздно кто-то сложит два плюс два, и поймёт, что я владею двумя стихиями, что, в данном мире, уже не встречается. Так что прямого ответа я решил не давать. А просто спросил:

– Что вы хотите узнать, Василий Петрович? Какой у меня Дар, при всём уважении, это не ваше дело. Если я чем-то смогу вам помочь, я помогу. Поэтому давайте перейдём к делу.

– Хорошо, вы в своём праве, – кивнул он. – Что случилось на площади? Кто были эти люди? И самое главное, кто мог похитить моих детей?

Ну вот, это уже ближе к делу. Я пару секунд подумал, стоит ли мне в этом участвовать. Но потом решил, что стоит. Клиент, наверняка, уже дозрел. Всё равно я хотел его допросить.

Моё минутное размышление граф истолковал по-своему:

– Теодор, если с помощью вашей информации я смогу найти своих детей, я вас щедро вознагражу. В случае же, если вы что-то знаете, но будете скрывать, то я вам этого не советую.

Я глубоко вздохнул. Ну вот почему люди – такие люди. Ведь первая половина фразы была вполне дружелюбная и конструктивная. Зачем же сразу переходить к угрозам? Вслух же я сказал другое:

– После вашей скрытой угрозы мне не хочется вести с вами никаких дел, граф, – с улыбкой сказал я, и прям кожей почувствовал, как напряглись граф и его телохранители. – Но ваши дети, судя по всему, пострадали случайно. Ну, и чтобы вы понимали, ваши деньги мне тоже не нужны. У меня есть один свидетель, который может пролить свет на это похищение. Но для начала мне нужно допросить его самостоятельно. После этого я отдам его вам. Возможно, уже с нужной информацией.

– Мне нужен этот свидетель! Немедленно! – холодно произнёс граф.

Я не выдержал и широко улыбнулся, покачав головой.

– Василий Петрович, я так дела не делаю. Мы либо поступаем так, как я сказал, либо вы ищите своих детей самостоятельно.

– Теодор, мне кажется, вы не понимаете, с кем… – угрожающе начал граф.

А я бесцеремонно поднял открытую ладонь, прервав его:

– Так, стоп! Ещё пару фраз от вас, и я сам не захочу с вами сотрудничать. А я не хочу так поступать, потому что ваша дочка мне понравилась, – увидев выражение его лица, я сбился. – Ну, в смысле, она действительно идейная, и нам есть о чём поговорить. Я не имел в виду её женскую привлекательность.

И снова лицо графа исказилось. Я опять поправился:

– Нет, она, конечно, очень привлекательная…

После того, как графа перекосило в третий раз, я просто хлопнул ладонью по столу:

– К чёрту! Привлекательность вашей дочери будем обсуждать после того, как найдём её. Пока всё, что я хотел сказать – я вам помогу, но на моих условиях. Можете где-то покататься и перекусить. В ваших закусочных, кажется, русская неделя. Там блины должны быть. Ну, и приезжайте сюда, примерно, через два часа.

Судя по лицу графа, он хотел что-то сказать. Поэтому я действовал превентивно:

– Это моё последнее предложение. Извините, граф, но у меня много дел. И просто скажите, что вы согласны.

– Согласен! – кивнул граф, и пробурил меня таким взглядом, который наверняка может убить. Но я Архитектор, и шкура у меня толстая.

Он посмотрел на часы и сказал:

– Четырнадцать часов одиннадцать минут. Верно?

– Абсолютно верно, Ваше Сиятельство!

Они вышли наружу. Честно говоря, я думал, что они останутся здесь. Но они всё-таки сели и куда-то уехали.

– Однако… – высказал своё мнение Семён Семёнович.

– Что-то не так, Семёныч? – уточнил я.

– Да нет, всё так! Привыкаю постепенно к твоему стилю общения с местной аристократией. Могу сказать, что это выглядит забавно, и очень веселит моё старческое сердце.

– А ничего, что я сам аристократ? – я продемонстрировал ему своё кольцо.

– Ничего, – абсолютно не смущаясь, ответил Семёнович. – Так даже интереснее. Я так понимаю, на обед вы не останетесь?

– Какой обед, родина в опасности, – вздохнул я, и громко крикнул: – Боря!

– Тут! – выскочил Борис из подсобки. – Что с собой брать?

– Сапоги болотные, две пары… И верёвку покрепче.

– Куда мы пойдём? На рыбалку?

– Ну, почти, – сказал я. – В канализацию.

– Чёрт, и зачем я спросил, – скривился Боря.

Собственно, через пять минут мы уже подъезжали к Торговой площади. Немного не доезжая до неё, мы заехали в тупик в переулке.

– Вот здесь давай задом, – сказал я.

Боря припарковался, где я сказал.

Я вышел из машины и оглянулся. Нормальный такой плотный тупик. Забитые окна, отсутствие камер. То, что мне надо. И самое главное, канализационный люк передо мной.

Крышка отпрыгнула в сторону, и мы с Борей полезли внутрь. Несколько минут плутаний. Причём, я конкретно сократил путь, открывая тонкие каменные перегородки, чтобы пойти напрямую. И вот мы уже на месте.

Я поднял палец вверх.

– Слышишь?

Боря нахмурился.

– Ну, слышу, как говно по трубам течёт. А что я ещё должен слышать?

– А ты прислушайся получше, – улыбнулся ему.

Боря последовал моему совету.

– Так, кажется, кто-то орёт… что-то вроде «помогите».

– Вот. Правильно услышал.

Я огляделся. Прошёл два шага вправо. Подумал немножко и ступил на один шаг влево.

– Вроде здесь.

Щелчок пальцев, над нами открывается дырка, и оттуда выпадают два баула – сброшенный товар контрабандистов.

Я открыл сумку и нашел нужную шкатулку. Открыв её, я покачал головой.

– Вот козлы!

– Что там, что там? – конечно же, Боря протянул свою длинную шею за моей спиной. – Ого! Теневые камешки. Солидно.

Да, у меня в руках была «Теневая Слеза». Но мне было удивительно, что Боря про них знал.

– То есть, ты слышал про такие штуки?

– Ну, слышал, конечно. Все слышали. Согласно закону, за хранение и распространение – смертная казнь на месте.

– Надо же, не знал, – покачал я головой. – А Империя умнее, чем я думал. То есть, несмотря на то, что о существовании и проблеме с Тенями стараются умолчать, при этом, дельцов, что промышляют подобными гадостями, держат на контроле.

– И это… господин, я уже понял, что вы ого-го! Но с этими штуками шутки плохи. Говорят, что через них людей Теней вселяют, как бы они вам не навредили.

И снова Боря говорит только часть правды.

– Не бойся, – сказал я, захлопнув шкатулку.

Во-первых, сама шкатулка была непростая. Во-вторых, чтобы Тень вселилась в Архитектора – два раза «Ха!»

– Так, теперь готовь верёвки! – бросил я Боре.

Тот понимающе ухмыльнулся и достал путы. Ну, а я щёлкнул пальцами ещё раз. Открылась дырка, и с воплями оттуда полетел контрабандист, который попытался уйти тем же путём, что и его товар. Вот точно также, как и его товар, я запечатал его в полости скалы, оставив небольшую дырочку для поступления воздуха. Он там почти сутки просидел без воды и еды. Думаю, промариновался достаточно.

С хрустом он упал на бетонный скользкий пол.

– Ой, кажется, он что-то сломал, – покачал я головой, с показным сожалением. – Хорошо, что не голову.

– Сука! Что вы… Да кто вы… – контрабандист держался за руку, яростно вращая глазами. – Какого… – начал он снова, но получил леща от Бори.

– Слышь, ты, не сквернословь, – прогудел Борис, присаживаясь рядом с ним на корточки. – Рот закрой и слушай, что тебе господин скажет.

– Я руку сломал, – начал контрабандист.

На что Боря невозмутимо заметил.

– А будешь орать, я тебе ещё и ногу сломаю.

Это помогло, и он замолчал, глядя на нас. А ведь он был Одарённым. Почувствовал я его энергию. Вот только не боевым. Он был слабым менталистом, что очень неплохо для продавца. Можно задурить людям голову, впарить ненужную вещь. Кажется, после короткого стресса, он вспомнил, что у него есть этот Дар, и лицо его тут же приняло дружелюбное выражение.

– Послушайте, господа хорошие… Я думаю, что произошло недоразумение. Если поможете мне добраться до поверхности, вы будете вознаграждены.

Аура контроля начала медленно, но неуклонно, распространяться от этого мошенника.

– Боря, ну-ка, пропиши ему леща ещё раз, – вежливо попросил я.

– Без проблем!

Хрясь!

– За что? – заорал тот, но аура у него отрубилась.

– Ещё раз попытаешься задурить нам голову, Боря реально сломает тебе ноги. Ясно?

Вот теперь в глазах у барыги появился настоящий страх. Он был не очень сильным, но опытным менталистом. Он знал, что почувствовать его влияние может далеко не каждый Одарённый, даже выше его силой. А раз этот Дар почувствовал я… Ну, понимаю, он много раз в этой жизни получал по щам, так что два плюс два сложить смог, и понял, что со мной лучше не буровить.

– Произошла ошибка, – повторил он снова, но уже без применения ментальной силы. – Я думаю, вы меня с кем-то спутали.

– Да, – кивнул я, – точно спутал. С человеком, который продаёт Теневые Слё… Камешки, – поправился я. – Вот, с кем я тебя спутал.

– Что вы такое говорите? Какие теневые камешки? Вы о чём? – явно всполошился тот.

– Какие-какие… Вот эти, – кивнул я на мешки.

– Это не моё! Я буду все отрицать! Я требую адвоката!

Кажется, у него снова включился защитный механизм. Боря вопросительно посмотрел на меня, занеся руку для нового удара. Я отрицательно покачал головой.

– Достаточно с него, – и обратился уже к мошеннику. – Так, ты не в полиции, пока. Адвокат тебе не поможет. У меня простой вопрос. Эти люди, что устроили там пальбу, пришли по твою душу?

– Я… – снова начал он.

И тут я кивнул Борису. Боря долбанул его ещё раз.

– Ай, за что?

– Слушай, мне это тоже очень не нравится, – сказал я. – Но по глазам вижу, что ты собрался мне соврать. Поэтому подумай ещё раз и ответь. Люди, которые начали стрельбу, пришли по твою душу?

Секунду он сидел нахмуренный, краем глаза пытаясь оценить обстановку. Тупик, канализация, сломанная рука, и двое мужчин, которые явно сильнее его. Ситуацию он оценил правильно, поэтому кивнул:

– Да, за мной.

– Кто были эти люди?

– Повстанцы, – тихо прошептал он.

– Кто? Громче.

– Повстанцы.

– Ни хера себе, – удивился я. – Что за повстанцы?

– За свободу Лихтенштейна… Ну, это те, которые как раз в Кладбище Самоубийц оборону держали, – пояснил Боря.

– А они там разве не все полегли? – удивился я.

– Да кто знает, – пожал плечами Боря. – Считалось, что все. А потом, через некоторое время, когда вроде всё успокоилось, они снова появились. Может, новые, с той же идеей. Может, действительно не все там полегли.

– А ты что думаешь? – повернулся я к внимательно слушающему нас мошеннику.

– О чём? – тут же удивился он.

– Слушай, да хорош! У Бори рука уже болеть скоро будет, – сказал я. – Что думаешь о повстанцах. Кто они, откуда, как? Полегли ли они все в последнюю войну?

Мошенник тяжело вздохнул.

– Секрета особого нет. Нет, не все они там полегли. И организация у них сейчас сильная, как никогда.

– А чего они хотели от тебя?

Продавец смутился, покосился на Борю, правильно всё понял, и сказал:

– Не одобряют они теневые камни. И Теней не одобряют. Считают, что полиция и власти не справляются. Хотят защитить простой народ. Считают, что, в первую очередь, страдают от этого простые люди.

– Ну, нифига себе! – удивился я. – А ведь они правы, именно так всё и есть. К примеру, для чего используют эти камни, которые ты продаёшь?

– Ну-у-у… – протянул он, и в глазах у него появился страх.

– Ладно, можешь не говорить. Берут бедняка, подселяют к нему Тень. А потом посылают его под видом курьера к какому-нибудь врагу или сопернику. Ну, а там Тень вырывается и убивает всё вокруг. Я правильно всё описал?

– Я тут ни при чём! Я только предоставляю услуги, – сказал мошенник.

– Ладно. Я всё понял. Давай! Явки, имена, пароли. Всё, что знаешь о повстанцах. Ну, и соответственно, своих тоже всех давай! Не люблю я торговцев теневыми камнями.

– О повстанцах я знаю очень мало, а… Если я расскажу, то меня… Свои меня убьют, вы же понимаете?

– Понимаю, – кивнул я. – Но если не расскажешь, тогда убью тебя я. У тебя дети есть?

– Есть, – проблеял он.

– Вот видишь, значит, умрёшь ты не один.

Я увидел напряженный взгляд Бориса. Надеюсь, я не спалился. Никогда в жизни я не дойду до того, что буду причинять невинным людям вред, но мошенник-то этого не знает. В общем, ещё пара минут коротких переговоров, даже без применения физической силы, и мошенник посыпался. Посыпался не сразу, поначалу попытавшись соврать. Но я показал, что тоже не дурак в ментале, и могу отличить правду от лжи.

Когда он начал рассказывать, вот тут было интересно. Да, про повстанцев он знал действительно немного. Кроме того, что они откуда-то узнали про этот канал, про него, и решили выкрасть камни Теней. Причём благородные повстанцы сами не брезговали подсылать теневые бомбы, так назывались люди, захваченные Тенями, своим недоброжелателям.

Ну, а я, в очередной раз, убедился, что чисто белого и чёрного не существует. Что всё вокруг серое.

А вот что касается его организации, вот тут было интересно. Потому что одним из организаторов, крыша кураторов и укрывателей контрабанды Вадуца, был никто иной, как мой дорогой соседушка – герцог Иванов. Вот это была очень интересная информация.

После этого мы с Борисом быстро замотали его верёвками и потащили к выходу.

На вопрос: «Куда?», я сказал ему, что ещё на один разговор.

– Но вы обещали меня отпустить.

– С хрена ты так подумал? – удивился я. – Я что, сказал тебе это?

– Нет, но вы сказали, что если я расскажу всё, то вы меня… – тут он сбился.

– Я тебя… что? – улыбнулся я.

– Ничего. Но я подумал… подразумевается, что вы меня отпустите.

– Капец ты наивный! – сказал я. – Это только в сказках, когда всё рассказывают, его отпускают. А нормальные злодеи, когда получают то, что им нужно, свою жертву убивать.

– Что? – завопил менталист. – Не надо! У меня жена, дети!

– Да шучу я! – ответил ему. – Я не нормальный злодей, Блин… Я, вообще, не злодей. Поговоришь сейчас с одним человеком, а потом подумаем, что с тобой делать.

Не успели мы подъехать к моему дому, как тут же, с двух сторон, припарковались два джипа, и ещё один лимузин. Граф Гордеев был тут как тут. Я посмотрел на часы, и с улыбкой вылез наружу.

– Ещё тридцать три минуты, граф! – улыбнулся я, увидев, как тот выходит из машины.

Взгляд графа был нахмурен, желваки у него играли. Он буравил взглядом мой тонированный внедорожник за моей спиной, предполагая, что там находится «язык». А я улыбался и смотрел, что он будет делать. Прикажет силой вытащить свидетеля или всё же, он умнее.

Граф тяжело вздохнул.

– Хорошо, – он кивнул и посмотрел на часы. – Уже тридцать две. Ровно через тридцать две минуты я к вам зайду! – он повернулся, чтобы сесть в лимузин.

Но я рассмеялся.

– Да нет в этом необходимости, можем идти прямо сейчас. Я свои вопросы решил.

– Правда? – обрадованно обернулся граф.

– Правда.

Борис уже вытаскивал контрабандиста. Я, на всякий случай, погасил все окрестные камеры, чтобы не было свидетельств. Мы зашли в магазин. Я. зайдя последним, повернул табличку на «технический перерыв».

Посадил его за стол.

– Знакомьтесь. Это граф Василий Петрович Гордеев. А это… – я кивнул на мошенника, и только сейчас подумал, что даже не узнал его фамилию.

– Вася Плюшкин… – проблеял тот.

– О, Вася Плюшкин. Нападавшие пришли по его голову, но зачем-то решили забрать ваших детей. Можете спрашивать. И с вашего позволения я поприсутствую, потому что Вася мне ещё нужен живым и, по возможности, здоровым.

Кирилл Александрович Полянин, по прозвищу «Полковник Скала»

Где-то на Урале, в глуши

Скала окинул взглядом небольшой бревенчатый сруб, который был его домом за последние годы. Подарок от единственного человека в этом мире, которого он глубоко уважал. И, можно сказать, даже любил как брата.

Он, как сейчас, помнил встречу, что произошла более сорока лет назад. Когда молодой, но уже проявивший себя штабс-капитан Владимир Григорьевич Вавилонский посетил детский дом для простолюдинов. Таких домов было несколько в то время по всей Империи. Когда у кого-то из беспризорников просыпался Дар, его должны были тут же передать в имперский приют. Да, именно должны были, потому что почти все начальники приютов были прикормлены Родами. Могло случиться так, что в обход правил просто совершался звонок, и под покровом ночи мальчик или девочка с проявившимся Даром исчезали из приюта, уезжая в неизвестном направлении. Что с ними было дальше? Ну, ценными кадрами, конечно, не разбрасывались. Как правило, у кого-то из Родов появлялся новый слуга Одарённый.

В случае с маленьким Кириллом их директор оказался порядочным человеком, и он попал в имперский приют. Там контроль был уже совсем другой. И уйти налево, в Рода, у Одарённых не получалось. А вот комиссии Министерства Обороны туда заезжали частенько. Так получилось и на этот раз. Удивительно, но боевой офицер штабс-капитан Вавилонский восстанавливался после тяжёлого ранения и заменил заболевшего штатного представителя Министерства Обороны в этой комиссии. И там он разглядел по не годам крупного мальчишку. Тогда и пробежала между ними какая-то искра.

В общем, если в двух словах, то он забрал его под свою ответственность, и Скала оказался в Академии, не просто так, а в Имперском Кадетском Училище столицы. И больше из жизни молодого Кирилла граф Вавилонский не пропадал никогда.

После окончания Кадетского Училища он пошёл в Имперскую Академию. Затем обязательных десять лет по выслуге родины, которые были не просто формальностью. Он отслужил всё верой и правдой, получив целую кучу медалей и орденов, но это, вдобавок, к многочисленным ранениям. Надо ли говорить, что вся его служба была под началом графа Вавилонского. Ну, а после окончания десяти лет, он с радостью поступил на должность начальника гвардии Рода. Нельзя сказать, что его жизнь сильно поменялась.

Граф Вавилонский большую часть времени проводил на полях сражений, во имя Империи. Да и жалованье, согласно уставу, он продолжал получать от Империи. Разве что к этому добавился неплохой бонус со стороны Рода.

В принципе, большинство гвардейцев были его бывшими сослуживцами. Гвардия у Рода была сильной. Можно было сказать – чертовски сильной. Вот только по назначению она использовалась всего несколько раз. Почему? Да потому что не было дураков навредить Роду Вавилонских.

Ну, а потом была смерть его господина. Сразу после похорон он уволился. Также поступили большинство его парней. Сашка – сын Владимира Григорьевича – этот бестолковый балбес даже не пытался остановить их, понимая, что служить ему они просто не будут. А Скала поехал в охотничий домик, что подарил ему Владимир Григорьевич, и который стал его домом. Он уже думал, что так и закиснет здесь, до самой смерти. Вот только этот звонок от Теодора – смышлёного мальчонки, который наконец смог вырваться из-под опеки своего отца-идиота. И что-то в его голосе было такое, что Скала собрал в сумку свой нехитрый скарб, законсервировал дом, и купил билет на самолёт в один конец.

Нормальный человек спросит, что он мог понять по одному единственному звонку, чтобы действовать так решительно? Скала не мог этого объяснить. Он полагался на свою интуицию, благодаря которой он и верные ему люди выходили из таких ситуаций, в которых другие непременно погибли бы. Что ж, он надеялся, что его интуиция не протухла вместе с ним на вынужденной пенсии.