Текст книги ""Фантастика 2025-116". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Сергей Гладышев

Вот только…

*Хрясь*

Прозвучал первый хруст, а за ним…

*Хрусь*

Вторая нога сломалась также легко, как и первая.

– Приятно? Впрочем, неважно. Минута осталась, – пожимаю плечами. Я слышал о тебе. Последние убитые тобой аристократы были пожилой парой. Барон Георгий и баронесса Виктория были убиты очень изощренным способом. Ты замуровал их в стене их же собственного особняка, где они и погибли.

– АГрррррр… – рычит он от боли, и непонятно, слушает ли меня.

– О них писали, как о хороших людях, – продолжаю говорить. – Барон потерял свой Дар на войне, когда отстаивал земли Империи в последней войне против Австро-Венгрии. Потому и не смог противостоять тебе. Помимо этого, ему было сто двадцать лет.

– Тебя тоже… Тоже… Замурую… Но сначала… Сначала… Разорву на кусочки…

Он пытается подняться, но как это сделаешь, когда у тебя два открытых перелома?

Но он сумел. Сколько же он впустил в себя энергии земли? Вероятно, хватит, чтобы дом построить.

– Меня? Не думаю, – качаю головой. – Но за идею спасибо! Давай уже заканчивать, напитай себя по полной.

– Как скажешь! – сквозь рычание говорит он мне, и открывает свои каналы на прием по полной.

На моих глазах его кожа становилось каменной, а сам он похож на голема. Наверное не знает, что обратной дороги у него уже нет. А ведь я даже с ним еще не сражался. Просто запустил в него два кирпича на большой скорости, и укрепленных до нужной кондиции. Этого хватило, чтобы вывести его из себя. А что будет, если я начну сражаться серьезно?

Да ничего… В будущем я смог бы просто сжать этот дом до размера семечки, и бросить себе в карман джинсов, вместо со всеми, кто находился бы там. Но это в том случае, если в нем не будет сильных Одаренных. Тогда пришлось бы потратить больше сил.

– ЗАКОПААААЮ! – ревет он на весь подвал.

– Ты что, глупый? – зло посмотрел на него. – В соседних домах люди ведь спят.

Тем временем у меня остается двадцать секунд, и это прискорбно. Дом я перестал трясти, но это не мешало ему ходить ходуном. Ведь сейчас на меня бежит самая настоящая гора.

– Прощай… – говорю ему, улыбаясь. – Желаю тебе осознать, насколько хреновая у тебя была жизнь. Слабак!

В следующий момент Гора уходит под землю, не добегая до меня метра два. Он так и полетел с занесенным кулаком в бездну. Глубина была не слишком большой, может метров тридцать, но на больше меня сейчас не хватит. И так удалось сделать ее с трудом, и только потому, что была слишком узкой. Но, в то же время, она сразу закрывалась после того, как клиент пролетал пролеты.

Когда он упал на самое дно, то не было слышно даже звука глухого удара. Вообще, ничего не было. А здесь остались только я и пленники, которых скоро освободят. Хотя не уверен, что повстанцы обрадуются Гордеевым. Возможно, добить этих неудачников было бы гуманнее. Но кто сказал, что лучше. Теперь у повстанцев появится новый враг. Правда, не сказать, что мне не нравится идея снова великого и независимого Лихтенштейна. Все-таки Империя подзабила на эти земли. Но и повстанцев, если подумать, тут дохрена. Только тех, о ком я слышал, было около шести разных групп, которые действовали независимо друг от друга. Кажется, такие точно не думают о благополучии княжества, убивая его граждан.

Ладно, это все хорошо. А мне, пожалуй, пора уходить. А то я слышу дрожь земли. Сюда едет очень много тяжелой техники. Хотя и прошло не так уж много времени.

Глава 20

Почти одновременно мне на телефон пришло два оповещения. Я хлопнул на первое, и нахмурился, не соображая, что это такое. Это сообщение было от онлайн-банкинга, в котором было написано: «Проставьте нужную сумму для получения». Мигал курсор, и была кнопочка «ОК».

Это что за аттракцион невиданной щедрости?

Я решил посмотреть второе оповещение. Это было обычное сообщение от адресата, который недавно появился у меня в книжке – граф Гордеев. Там было написано: «Спасибо. Никакие деньги мира не смогут оценить Вашу услугу. Но попробуйте всё-таки сделать это самостоятельно».

Я задумчиво перешёл снова в онлайн-банкинг.

– Однако… – протянул я.

– Что-то случилось? – обеспокоенно спросил Борис.

Прямо сейчас я сидел в банном халате, хорошо помывшись. У меня был поздний ужин. Ну, и Борис, уже по привычке, выполнял роль кухарки, нарезая нам бутерброды. А я, как заворожённый, смотрел на мигающий курсор.

Интересно, если я напишу, к примеру, сто миллионов, мне придёт сто миллионов? А если миллиард? Всё это вертелось у меня в голове. И я повернулся к Борису.

– Боря, ты когда-нибудь видел сто миллионов рублей?

– Не-а… – сказал Боря.

– И я не видел, – сказал я, и снова взглянул на телефон.

Вот же, хитрая жопа, Гордеев. Мне кажется, граф меня просчитал. Во-первых, он просчитал, что это я. Но это было непросто, учитывая, что ему звонил Борис. Так что, ладно. Но вот так как он поступил… Я вообще не ожидал денежной награды, но и это ладно. Заплати он любую сумму, я бы сказал «спасибо», и закрыл бы этот вопрос. Но вот так, своими руками, ставить награду. Я задумчиво почесал затылок.

Вообще, я никогда не стеснялся в этом вопросе. В прошлом мире расценки у меня были ого-го! Вот только я всегда согласовывал цены до выполнения задания. После этого человек мог согласиться, мог не согласиться. Мог согласиться, а потом отказаться платить. Но последние очень быстро закончились. Репутация тех, кто решил надурить главу Ордена Архитектора, быстро разносилась по всем мирам, и больше таких дурачков не было. Но, в такой ситуации, как сейчас, я оказался в первый раз. А учитывая мой многовековой опыт, осталось только мысленно поаплодировать Гордееву.

– А, нахрен! – сказал я, и нажал кнопку «Отменить».

«Вы уверены?» – кажется, охренела даже интернет-программа. Потому что, после того, как я нажал «Да», вылезло ещё одно оповещение: «Вы точно уверены? Это действие отменяется окончательно!»

– Точно уверен, – хмыкнул я, сказал это вслух, и нажал ещё раз «Отменить».

Окошко захлопнулось, я с удовольствием вцепился в бутерброд с колбасой и сыром. Не любил я Борины бутерброды. За что? Потому что ломти хлеба он не резал, а нарубал. Сверху не намазывал, а ложил куски сливочного масла. Толщина каждого куска колбасы была, наверное, с мой палец. Ну, и параллелепипед сыра был последним штрихом этого кулинарного шедевра. У бутербродов от Бориса была всегда всего одна проблема – не всегда получалось разинуть рот так, чтобы не вывихнуть себе челюсть в процессе поедания этого монстра. Но в этот раз я успешно справился, и с наслаждением зажевал.

А телефон мой внезапно зазвонил. Я скосил глаза и увидел имя абонента – граф Гордеев.

Хмыкнув, я сбросил вызов.

– Вот теперь мучайся ты, – удовлетворенно сказал я, и перевёл телефон в авиарежим.

Прислушался к своим ощущениям. Да, я поступил правильно. Я мог сегодня заработать. Мог неплохо заработать. Уверен, что лимит Гордеев мне поставил ого-го! Вот только, что я с этого получал? Всего лишь деньги.

Да, я сейчас нуждался в деньгах, но рано или поздно этого не будет. А вот получить в должники один из сильнейших Родов Лихтенштейна – это, на моё скромное разумение, дорогого стоит. Поэтому я с удовольствием умял ещё два бутерброда, запил тремя кружками сладкого чая, и завалился спать, с чистой совестью и с чувством выполненного долга.

* * *

Наутро, как только я включил телефон, я увидел всего два пропущенных звонка и одно сообщение. Но это говорило в пользу Гордеева – он не истеричка, который набирал до посинения. Сделал один звонок, второй контрольный, а потом написал сообщение.

Я с улыбкой поднял трубку и посмотрел на него:

«Теодор, приношу свои извинения, если вольно или невольно обидел вас. По возможности, свяжитесь со мной. Мне важно понять, что между нами всё в порядке».

Я хмыкнул. Мудрый граф, мудрый. Но я его, пожалуй, немножко помариную. Нет, не со зла. Просто у меня сейчас есть дела поважнее.

Я спустился вниз, поздоровался с Семёном Семёновичем, который, конечно, был на своем боевом посту. И уже, даже в такую рань, у нас были покупатели. Быстро перекусил, забрал Бориса, и мы двинулись в сторону моих подземных владений. Поспал я сегодня подольше, дабы мои силы полностью восстановились. А это потому, что силы мне точно нужны будут.

С удивлением посмотрел на хоть и распахнутую калитку, но на ней уже висела табличка «Собственность Теодора Вавилонского». Я посмотрел на Борю и увидел, что он улыбается. Видимо, как-то подсуетился. Не думаю, что кто-то захочет нарушать моё право частной собственности.

Как я уже говорил, шахты были старыми, и, по местным меркам, выработанными. Вот только экспертизу, конечно же, давал не Архитектор. Иначе здесь всё было бы по-другому. Да, я знал, что к геологоразведке пытались привлечь магов камня или металла. Вот только, во-первых, на всех таких магов не хватало. А, во-вторых, маги тоже бывают разной силы и разной специализации. Вчерашний дурачок был тому примером.

Про специализацию я сказал не просто так. Это мы, Архитекторы, были универсалами во всём. А вот маг камня мог, к примеру, отлично укреплять своё тело. Но что касается общения с камнем, эта способность могла вполне желать лучшего. Ну, или маг железа мог искусственно искать железную руду, но ничего не сможет сделать против летящей в него свинцовой пули. Всё зависит от всего. И это, в принципе, было правильно. Так что мы воспользуемся промашкой предшественников, и осмотримся хорошенько.

На этот раз я приехал не один. Откинул багажник.

– Давайте вылезайте.

Из-под одеяла на меня смотрели круглыми глазами големы.

– Клац-клац… – сказал Железяка.

– Да-да, вылезайте!

Вылез сначала железный, затем показалась Глиняная Башка. Выглядели они внушительно. Железяка держал в руках два нефритовых ножа моего производства. С Глиняной Башкой было проще – я просто замешал в его тело кусочки нефрита, и он сейчас сам смертоносное оружие.

Големы мои ощутимо подросли, и стали, примерно, мне по пояс. Ну, а крысы были уже давно уничтожены. Дураков, что покушались на меня или на мою лавку, тоже стало намного меньше. Поэтому качал я их, в основном, с помощью своей силы, подпитывая их дистанционно. Ну, а дальше это было уже не очень удобно. Да и расточительно. Поэтому я решил перейти к серьёзному качу. При прошлом моём посещении шахт я заметил, что тут скопилось довольно много Теней. Любили они подобные места. Да, Тени были слабые, их было не очень много, по одной простой причине – им здесь нечем питаться. Но они здесь были. В самый раз, для моих боевиков.

– Хоп-хоп! – я похлопал в ладоши. – Вперёд! Превозмогайте! – хмыкнул я.

Големы молча посмотрели на меня, потом развернулись, и потопали вниз.

– Сколько мы будем их ждать? – поинтересовался у меня Боря.

– Да нисколько. Мы их здесь оставим.

– Блин… – протянул Боря. – Они не потеряются или не помрут? Они же тупенькие.

Я засмеялся.

– Походу, ребятки покорили твоё сердце. Особенно Железяка. Он ведь так ловко мясо на мангале переворачивает.

– Да и Глиняная Башка нормальный, – задумчиво почесал Боря затылок. – Вы же сами говорили, что они со временем прокачаются и поумнеют. Как бы с ними здесь ничего не случилось.

– Боря, ты ещё не понял, что я ничего не делаю просто так. А если я что-то делаю, то предварительно рассчитав и десять раз проверив. Ничего с ними не случится. А вот подкачаются они здесь, это да. И подкачаются нормально. В общем, дай мне часик, и уже поедем отсюда.

Боря согласно кивнул, и покосился в сторону, где у него в зажиме стояла его «дура».

– Можешь сопроводить?

– Точно не надо, – сказал я. – Справлюсь.

В общем, спустился я в шахту, преследуя две цели. Хоть я и сказал Боре, что всё у меня рассчитано, но всё-таки хотел посмотреть, как мои ребятки справятся без меня. Справились они неплохо. Они бодро заколбасили одну Тень, затем вторую, и побежали глубже. Я понял, что местные Тени для них точно не проблема.

Основной пищей для слабых Теней были мягкие человеческие тела. Навредить големам могли только Тени среднего, ну и, конечно же, высшего порядка, которых я здесь не наблюдал. Да и, в любом случае, если кто-то из моих бравых бойцов погибнет, я их снова смогу слепить заново. Да, потеряют немного опыта, но это дело решаемое.

Собственно, второй целью у меня было более тщательное изучение местных жил. Не то, чтобы мне это железо нужно было прямо сейчас. Нет, мне пока хватило свалок на территории Лихтенштейна. Но там был, в основном, обычный металл. А иногда мне, особенно для моих артефакторных дел, нужны были редкие металлы.

Я увидел никель, увидел небольшую золотую жилу. И даже немного палладия здесь присутствовало. Собственно, горы вокруг Лихтенштейна оказались настоящей сокровищницей. Да, залегало всё это глубоко, добывать всё это было неудобно, но не для Архитектора. Шахты были старые, и укреплённые, чёрти как. И, в принципе, можно было озаботиться укреплением сводов. Вот только, зачем? Людей я сюда загонять точно не собираюсь. Здесь будут работать големы, которых я пока что создать не могу. Глупо вставлять в рабочего голема сильную сущность, такую, как я поставил в Железяку и Глиняную Башку. Нет, здесь будут одноразовые контракты. Вот только и для этого мне нужна сила, которой пока что нет.

Я увидел всё, что хотел, и с чистой совестью вышел наверх. Там уже смеркалось. А это значило, что мне пора заняться другим делом. А именно, пресечь попытки странных людей помешать строительству моей усадьбы. Да, прошлой ночью меня не было на участке. Я был занят, решая вопрос с Гордеевым. Но это не значило, что я не контролировал ситуацию. Кладбище самоубийц было защищено, естественно, минами. Поэтому я там не заморачивался. А вот моя усадьба – нет, поэтому там я сделал примитивную, но, тем не менее, рабочую тревожную сеть.

Маленькие големчики бегали по периметру, собирая в себя информацию, как живые камеры наблюдения. Памяти у них было мало, поэтому они, то и дело, пробегали через маленькие туннели в горах мусора, в подвал, где у нас стоял главный накопитель, и скидывали туда изображения. Главный накопитель я тоже соорудил сам, буквально из говна и палок на коленке, но он работал, передавая изображения в такой же накопитель в моём доме. Поэтому утром я мог просматривать кусочки картинок, и знать, что творилось у меня на участке.

А у меня там явно проходила разведка. Непонятные люди ходили, фотографировали, и пристально всё рассматривали. Судя по их цветам, это были не Ивановы. Походили они больше всего на какое-то отребье. Ну, или на тех повстанцев, с которыми я вчера столкнулся. И если мне не изменяет интуиция, сегодня они должны прийти, и уже с другими намерениями. Сомневаюсь, что с добрыми.

* * *

Интерлюдия

Кристоф Белый, командир первой ударной звезды первого добровольческого батальона Армии Освобождения Лихтенштейна

Усадьба Вавилонского. Или просто городская свалка

Кристоф лежал на пузе и смотрел в бинокль. В бинокле была опция ночного зрения, поэтому было видно практически всё.

Несмотря на громкое название, Армия Освобождения представляла собой шайку энтузиастов, которые попали сюда по разным причинам. Реально идейных было немного. Кто-то любил деньги и грабежи, ну, и куда уж без тех, кому просто нравилось взрывать и убивать.

Командира Армии Освобождения, которого никто не видел в лицо, по слухам, не очень устраивала такая ситуация. Но очередь рекрутов не стояла, поэтому использовали всех, кого только можно.

– Слушай, давай уже развалим этот сарай, да свалим отсюда побыстрее. У меня подгорает, мне опохмелиться срочно нужно.

Кристоф оторвался от бинокля, и посмотрел направо. Рядом с ним лежал один из показательных бойцов армии – беспробудный алкаш, которого держали трезвым только в момент боевых операций, и который был с ними только для того, чтобы заработать на опохмел.

Перед сегодняшней операцией Кристоф лично выдал ему сто грамм, чтобы у него прекратились трястись руки, и он мог держать РПГ. При всех своих недостатках Клим Перепелкин был бывшим кадровым военным, который умел обращаться с оружием, в отличие от большинства солдат Армии Освобождения. Он-то, собственно, и был главной боевой единицей.

– Я скажу, когда начнём.

Кристоф был в два раза младше ветерана-алкоголика, и всячески пытался поддержать свой авторитет. Он снова приник к биноклю.

Рабочие разъехались. Техника стояла в стороне, заглушённая. Вокруг не было ни души. Но что-то его смущало.

Это была показательная операция, дабы показать ярость Армии Освобождения, подорвав собственность ненавистной аристократии, которая гнетёт народ Лихтенштейна уже долгие века.

Кристоф не совсем понимал, зачем разваливать эту недостроенную коробку, если слева и справа были цветущие, светящиеся, как новогодняя ёлка, имения других аристократов. Ведь там можно заявить о себе гораздо громче. А здесь какие-то недостроенные стены посреди гор мусора. Заметит ли кто-нибудь в Лихтенштейне новое великое дело Армии Освобождения?

Но Кристоф гнал от себя такие мысли, потому что он был, хоть и командиром, но всё же стоял низко в иерархии повстанцев. Его делом было выполнять приказы. Что ж, если он будет хорошо выполнять свои обязанности, возможно, скоро продвинется по карьерной лестнице.

– Сколько у нас гранат? – уточнил он у Клима.

– Ничего не поменялось, парень. Как было двенадцать, так и осталось, – хмыкнул ветеран.

– Значит, шесть гранат в жилище, остальные шесть – подорвать технику. Выбирай подороже.

– Да сделаю всё, – пропыхтел Клим. – Можно уже начинать?

– Да, давай!

Ветеран поплевал себе на ладони, встал с земли на одно колено, прицелился, откинул прицел, снял предохранитель, прищурился и нажал на кнопку.

Кристоф рефлекторно прикрыл уши, зная, что сейчас случится.

Но… не случилось ничего.

– Что за херня? – Клим взглянул на безотказный РПГ-4 – имперскую модель, которая славилась тем, что никогда не ломалась. Ведь ею можно было гвозди забивать, в рукопашной драться, при необходимости и землю копать, а потом засунуть в неё гранату и снова стрелять. – Такого просто не может быть, – сказал Клим.

– Попробуй ещё раз, – сказал Кристоф.

– Слышь, салага, не учи учёного, – скривился Клим. – Что «ещё раз»? Если граната не сработала, значит, с ней что-то не так, а не с РПГ.

Он отщёлкнул гранату и положил рядом.

– Не рванёт? – немного испуганно спросил Кристоф. Нет, он был патриотом. Но жить ему тоже хотелось.

Клим молча закатил глаза, не удостоив парня даже ответом. Взял новую гранату, зарядил её в широкую трубу, прицелился и снова нажал на спуск.

И снова ничего.

– Да что же такое-то? – Клим нахмурился. – Откуда боеприпас брали? – повернулся он к Кристофу.

– Я без понятия, – развёл тот руками. – Мне всё выдали.

– «Мне всё выдали», – покачал головой Клим. – Ладно, попробуем ещё раз.

Он вставил третью гранату. С тем же результатом.

– Что ж, придётся по старинке, – он откинул ящик, в котором лежали противотанковые гранаты. – Давай, бери, командир!

Последнее слово он произнёс с сарказмом.

– Пойдём, ручками поработаем. Рванёт, конечно, не так сильно. Но технику мы перекорёжим. Да и дырок наделаем. Эй, братва!

Он махнул рукой оставшейся тройке, которые прикрывали главных действующих лиц операции.

– Хорош шкериться. Нам понадобятся все! Разбирайте гранаты!

– Мы на такое не подписывались, – сказал один из бойцов.

Клим покачал головой. Он злился, очень злился, ведь по расписанию он уже должен лежать, набуханный в хлам. Но он понимал, что ему никто не нальёт, если он сейчас не сделает то, что должен. Поэтому он просто влепил оплеуху строптивому сослуживцу.

– Схватил гранаты, и пошли на дело!

– Но, если нас кто-то здесь увидит… Одно дело стрелять издалека, другое дело подходить. Я и гранаты-то в руках никогда не держал.

А вот четвёртый был совсем молодой пацан. Как раз из этих, из идейных. Насколько помнил Кристоф, с семьёй у него какую-то херню сотворили аристократы. Ну всё, как обычно. Вот он и пошёл, типа, мстить. И да, боевую подготовку он не проходил. Взяли его просто за то, что у него молодые глаза, и он хорошо видел в темноте.

– Вот заодно и научишься. Давай, держи! – Клим насильно всунул ему в руки две гранаты. – Дёргаешь за это кольцо, кидаешь, как можно дальше, и прячешься, чтобы осколками тебя не накрыло. Ясно?

– Я-ясно! – было видно, как паренька всего трясёт, и он сильно напуган.

– Ну всё, погнали!

Клим набрал ещё гранат, и пошёл вперёд, переваливаясь с ноги на ногу, как заправский косолапый мишка.

– Клим, надо же ползти, – сказал Кристоф.

– Ползти? – обернулся к нему Клим. – Если хочешь, ползи. До утра мы туда ползти будем. А у меня трубы горят. Я же тебе говорил.

Он медленно пошёл дальше.

Кристоф прополз два метра, зацепился штаниной за какую-то арматурину, порвал штаны и поцарапал ногу. Чертыхнулся, тоже встал и пошёл в полный рост. Ну, а за ним гуськом проследовали остальные сопротивленцы.

Они подошли к строящемуся зданию. И Клим покачал головой.

– Да уж, – он посмотрел на гранаты. – Как мёртвому припарка. Но ладно. В общем, давайте по моей команде.

Он выдернул чеку и бросил гранату. Все последовали его примеру. Вот только у молодого повстанца в момент броска дрогнула рука, и граната упала ему под ноги. Он застыл, хлопая глазами, и широко открыв рот в беззвучном крике.

– Ах ты, жёваный крот! – заорал Клим и, как заправский футболист, пнул гранату в сторону, падая на малого и прикрывая его собой от взрыва.

Все попадали в ожидании грохота. Но ничего не произошло.

– Да что ж за день-то такой, – вскочил на ноги Клим, он был в ярости. – Какого хрена сегодня ничего не взрывается?

– Да потому что поставщиков нужно правильно выбирать, – послышался молодой мужской голос.

Все, как один, повернулись, и увидели, что в окне недостроенного второго этажа сидит на подоконнике парень, и в данный момент наливает из дымящегося термоса что-то себе в кружку. Ветерок подул как раз с той стороны, и Кристоф понял, что это кофе. Чертовски ароматный и, скорее всего, очень дорогой кофе.

– Ух ты ж, бляха-муха! – Клим выхватил старый револьвер и нацелился в парня, но почему-то не выстрелил.

– Молодец! – похвалил его юноша, и отпил кофе. – Хвалю за реакцию, но вдвойне молодец, что не нажал на спусковой крючок. Но даже если бы ты его всё-таки нажал, то пистолет всё равно бы не выстрелил. Но тогда я не оставил бы тебя в живых.

– Что значит, не выстрелил? – насупился Клим. – Это мой личный именной пистолет. Между прочим, сам господин Вавилонский вручил мне его за боевые заслуги. И боеприпас тоже мой. Он стреляет.

– Владимир Григорьевич Вавилонский? – парень аж подался вперёд.

– А ты другого Вавилонского знаешь, паря? – оскалился ветеран.

– Вообще-то, да, – юноша улыбнулся. – И откуда?

– Имел честь служить под его командованием! Сержант Клим Перепёлкин, – с гордостью сказал здоровяк.

Потом спохватился, и снова взял человека на мушку.

– Ага! – качнул головой парень, словно каким-то своим мыслям. – Ну ладно, попробуй. Ради интереса выстрели. Хочешь, в меня. Только не рекомендую. А то мне придется тебя наказать. Так что лучше стреляй в воздух.

Клим нахмурился, и всё-таки поднял ствол вверх, видя, что молодой человек так и сидит с кружкой, и не делает никаких угрожающих действий. Он нажал на спуск. Щёлкнул курок, но выстрела не последовало. Он нажал ещё раз. А потом ещё.

– Да не может быть! – сказал он.

– Всё может быть, – ответил молодой человек. – А вы, вообще, не хотите поинтересоваться, кто я такой?

– Э-э-э, и кто ты такой? – первым сориентировался Клим, потому что к стыду Кристофа, который был командиром, и должен был командовать, но, честно говоря, сейчас находился в лёгкой панике, мешавшей ему говорить. Боевик из него был так себе. Это было всего его третье задание, и он жутко боялся.

– Я Теодор Вавилонский, собственник этой земли. И я против того, чтобы тут что-то взрывали, без моего ведома, – усмехнулся молодой человек. – Да, да! Тот самый Вавилонский, внук генерала Вавилонского.

– Да ну, нахер! – сказал Клим, и засунул пистолет обратно в кобуру.

Затем повернулся к Кристофу:

– Я пас! С внуком Железного Генерала я воевать точно не буду.

Он секунду подумал и достал пистолет, направив на своих бывших соратников.

– И вам не позволю.

Он опять развернулся к парню.

– Прошу прощения, Ваше благородие! Мы уже уходим.

– Да нет-нет… – раздался весёлый голос молодого человека. – Давайте, пожалуй, задержитесь. У меня и кофе есть. Вкусный. И даже бутерброды найдутся. Вы же тут давно уже, проголодались небось?