Текст книги ""Фантастика 2025-116". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Сергей Гладышев

Глава 10
Ценные находки

Найти клад и перепрятать

Глава 10. Ценные находки.

Киррэт осторожно выполнил мои инструкции, после чего в ящике что-то резко щелкнуло и раздалось громкое шипение засасываемого в появившуюся под крышкой щель воздуха.

– Ух ты! А ящик-то был герметичным, да еще и с основательно откачанным воздухом, – прокомментировал я и поднял крышку. – Бинго!!!

– Что такое «бинго»? – заинтересованно заглянул в ящик Киррэт.

– Так у нас кричат в некоторых играх, когда ты хочешь объявить, что первым выполнил задачу и, соответственно, выиграл.

– И что мы выиграли? – продолжил вопросы Киррэт, разглядывая невиданную штукенцию в моих руках.

– Вот эта хрень – это такое же оружие, что мы нашли за креслом, но поменьше. Зато оно в идеальном состоянии и, я надеюсь, с полным боекомплектом патронов.

– И много их?

– Так, запасные магазины пустые. Это правильно. Если бы магазины были набиты патронами, пружине за столько лет пришел бы пипец.

– Тот самый зверек?

– Он самый. Сжатая пружина со временем теряет упругость.

– Да, знаю. Именно поэтому снимают тетиву с лука и не держат арбалет долго взведенным.

– Как тут магазин вытаскивается?.. – пробормотал я, вертя в руках пистолет. Судя по форме, это был аналог наших автоматических пистолетов. – Ладно, хрен с ним – будем считать, что он пустой. Патроны в этом пенале. Пустых мест нет. Всего шестьдесят штук. Наверное емкость каждого магазина – двадцать патронов. Ага, вот как ты выбрасываешься! – воскликнул я, наконец-то найдя нужную защелку на рукоятке. – Действительно пустой. Теперь пистолет нужно разобрать.

– Зачем?

– Такое оружие надо регулярно разбирать, чистить, собирать. Этот пистолет выглядит чистеньким, словно, его только что обслужили, но нам надо проверить ствол. Если в канале ствола есть посторонний предмет, то при первом же выстреле пистолет может разорвать, а это чревато потерей руки, а может и головы.

– Ты сможешь его разобрать?

– Он не должен быть слишком уж сложным. Сборка-разборка стандартного стрелкового оружия – это рутинная операция, которая должна быть по силам любому бойцу.

– Ты сказал, что был далек от оружия, но рассуждаешь, как знающий воин.

– В вашем мире любой мальчишка знает, как стрелять из арбалета, хотя далеко не каждый умеет это делать. Знать и уметь – это разные вещи!

– А чем ты занимался в своем мире?

– Учился на биолога. Это тот, кто разбирается в живых существах: животных, растениях, бактериях и прочем.

– А ты сможешь его собрать потом? – с тревогой спросил Киррэт, наблюдая за тем, как я понемногу разбирал пистолет.

– Запросто, – ответил я спокойно. – Возможно даже лишние детали останутся.

– Это как? – опешил Киррэт.

– Аха-ха-ха, шучу я, расслабься! – заржал я. – Лучше приготовь пожрать. Когда я разберусь с пистолетом, я научу тебя, как с ним обращаться.

– Договорились. Мне будет интересно.

– Дело не только в интересе. Скорее всего стрелять из него придется тебе, так как для меня он крупноват.

– Ого! Охренеть! Меня аж озноб прошиб.

– И тем не менее! Тут уж никуда не денешься.

На пистолет у меня ушел вечер и первая половина следующего дня. Но я не переживал из-за потраченного времени, так как такое оружие должно было серьезно усилить наши возможности в плане защиты от бандитов. Откровенно говоря, Киррэт не был воином, поэтому совокупные способности нашего маленького отряда вести бой с опасным противником нас совершенно не впечатляли. Тот факт, что нам с Милей удалось в тот раз расправиться с горсткой бандитов и их малолетних помощников, не говорил ни о чем. Бандиты были пьяные, а малолетки плохо соображали из-за сексуального возбуждения. Да и фактор неожиданности сыграл решающую роль. Поэтому мы с Киррэтом не заблуждались относительно своих скромных возможностей вести настоящий бой. Мы понимали, что по сути являемся слабаками и нуждаемся в очень серьезном усилении. И пистолет должен был им стать.

В итоге я отказался от идеи полностью разобрать пистолет. Увы, но я не был технарём по духу и впервые держал пистолет в руках. Если бы на моем месте оказался какой-нибудь фанат огнестрела, хорошо разбирающийся в устройстве 5–6 пистолетов разной конструкции, то у него особых проблем не возникло бы с этим устройством. Я же, хоть и хорохорился перед Киррэтом, очень боялся вывести из строя единственную надежду усилить защиту нашего отряда. Разобрав, я действительно мог не суметь собрать пистолет быстро. То есть, я был уверен, что рано или поздно все равно соберу его правильно методом проб и ошибок, но на это могли бы уйти недели, а их у нас не было. Поэтому я ограничился, как это говорится на армейском языке, неполной разборкой пистолета. Это позволило мне полностью понять принцип работы всех основных его узлов и убедиться в чистоте канала ствола. Оставалось только сделать пробный выстрел.

Объяснив Киррэту, что бывает, когда делается первый выстрел из давно не стрелявшего оружия, мы решили эту операцию выполнить с максимальной степенью осторожности. За неимением верстака, в котором мы смогли бы зажать пистолет для дистанционного спуска курка, нам пришлось провозиться пару часов для закрепления оружия. Нам ведь надо было не просто зажать пистолет, но и прицелиться им, чтобы проверить принципы его прицельного приспособления. На данном пистолете не было привычного для нашего мира прицела с мушкой. Научиться из него точно стрелять, да еще и потратив на это минимум патронов – эта задача не казалось простой.

Наконец мы закрепили пистолет напротив стены, сделали на ней отметку, куда по моему разумению должна была прилететь пуля, и приладили к пистолету устройство для нажатия на гашетку. Да-да, на пистолете не было привычного нам спускового крючка. Вместо него была утапливающаяся планка сразу под два пальца – указательный и средний, что вполне разумно, так как указательного пальца у стрелка могло и не быть, либо он мог быть сильно поврежден в бою, и в этом случае можно было давить на планку средним.

Первый раз решили стрелять без магазина в рукоятке. Загнали лишь патрон в ствол. Если уж и взорвется патрон, то пусть рядом с ним не будет его братьев, готовых вписаться за него по принципу «один за всех и все за одного». Тем более я опасался, что у пистолета есть режим стрельбы очередями, и можно было ненароком расстрелять сразу полмагазина, если не больше.

Итак, все было готово. Мы с Киррэтом отошли от пистолета на пару метров, я выбрал слабину бечевки, привязанной к целой конструкции из четырех палочек, которые должны были надавить на гашетку. Тянем-потянем… БАХ. Киррэт буквально подпрыгнул от испуга и неожиданности.

– Блин! Прости, я забыл тебе сказать о том, что пистолеты стреляют громко! – сказал я Умнику сквозь смех. Но я смеялся не столько над мужиком, сколько от радости, что у нас получилось.

Проверив дырку в стене, обнаружили, что с трех метров пуля отклонилась на пяток сантиметров от метки прицеливания. Учитывая нашу неумелость в прицеливании, да еще и некачественное механическое крепление пистолета, можно было считать, что пистолет стреляет метко.

Снова загнали патрон в ствол и я велел Киррэту стрелять с руки. До этого он уже потратил не меньше часа на тренировки с пистолетом, в том числе имитируя выстрелы. Так что пистолета бояться он не должен был. Но в данный момент его заметно потряхивало.

– Ну давай, чего телишься, – подбодрил я его. – Чем дольше будешь стоять, тем сильнее у тебя руки будут трястись. БАХ!

Вторая дырка на стене ушла от первой недалеко – 6–7 сантиметров. Очень даже неплохо. И наконец проверка на очередь. Я зарядил магазин парой патронов.

– Теперь, нажав гашетку, подержи ее несколько секунд утопленной, – проинструктировал я Киррэта. – Ты затвор забыл передернуть.

Умник, спохватившись, передернул затвор, прицелился и выстрелил. Одиночный. Ну что ж, можно не бояться случайного перерасхода патронов. Пистолет стреляет только одиночными или же я до конца в нем еще не разобрался.

– Поздравляю, Киррэт! Теперь у тебя есть классная игрушка.

Прошло уже полчаса, как мы забрались на довольно высокий холм как раз напротив входа в ущелье, прорезавшее окраинные горы на глубину не менее двух километров. На такое большое расстояние я с этого холма был не в состоянии просмотреть все ущелье, но одно было ясно – в этой «дыре» уже давно поселился полный пипец.

В данном ущелье, в двух-трех сотнях метров от его начала, когда-то давно произошла грандиозная битва. Судя по развалинам, в данном месте проход в горах, ширина которого составляла около двухсот метров, был перегорожен высокой крепостной стеной от скалы до скалы. Киррэт, намного лучше меня разбирающийся в горах и горных строениях, кратко объяснил мне, что в таких ущельях обычно много осыпей, которые с двух сторон сходятся вниз к руслу реки. В древности строители эту трещину в окраинных скалах сильно облагородили: речку закрыли в туннель; поверх него пустили дорогу; все осыпи разобрали на строительство поперечной стены, башен в стене по бокам дороги, туннеля для реки, широченной дороги. Благодаря этому ущелье превратилось в монструозный коридор с отвесными скальными стенами.

Большие пространства по сторонам дороги в таком ущелье должны были занимать рынки, таверны, склады и прочая коммерческая недвижимость, рассчитанная на обслуживание проходящего и проезжающего люда. От всего этого практически не осталось никаких следов, если не считать больших куч битого камня. И это неудивительно, так как даже от крепостной стены и надвратных башен не осталось ничего. Причем в данном случае слово «ничего» имело уже другой смысл – здесь не осталось даже камней. Они оказались сплавлены в какую-то лавоподобную массу на всю ширину ущелья, сформировавшую очень пологий вал высотой в три-четыре метра. И все это, естественно, жутко фонило настолько густой остаточной магией, что было бы глупо надеяться найти какую-нибудь лазейку в этом громадном коридоре.

– Киррэт, я правильно понимаю, что вон та скальная стена обрушилась после боя? – я показал Умнику на левую стену ущелья.

– То что она обрушилась – это верно, – ответил Киррэт. – А вот во время или после боя, я не знаю.

С левой стороны скальная стена была очень неровной практически по всей высоте, и этот обвал протянулся от начала ущелья в глубину метров на 400–500 – более точно с нашей позиции было сложно сказать. Отличались стены еще и текстурой – правая сторона была вся оплавлена в глубину ущелья от входа в него метров на триста, а левая имела естественные цвет и неровную поверхность природного камня, который еще не заглажен воздействием природных стихий. К тому же у подножия левой стены были большие холмики свежей (в геологическом масштабе хронологии) осыпи.

На вершинах гор, между которыми проходило ущелье, остались развалины то ли крепостей, то ли замков, и судя по виду этих гор и руин на них, там наверху тоже шли активные боевые действия, после которых сохранилось много магической энергии. Все это имело интерес в том плане, что обойти поверху заваленное ущелье казалось безумной идеей, и столь же безумным выглядел вариант с правой стеной ущелья, которая нехило так фонила. А вот левая стена была в этом плане чистенькой, поскольку оплавленные магическим огнем слои скального материала благополучно обвалились, оставив после себя очень неровную поверхность, что давало простор для человека с навыками скалолазания. По такой скальной стенке мы могли пробраться в глубь ущелья до тех мест, где магическое загрязнение было уже не таким сплошным, что давало нам шанс найти проход наружу. Эту идею я и объяснил Киррэту.

– Звучит разумно, – пробормотал Умник, разглядывая скалу. – Вот только боюсь, что по такой скале бабу Тому мы не сможем протащить без дополнительного снаряжения.

– У нас есть выбор, – стал рассуждать я. – Мы можем вернуться в лагерь, признав этот рейд неудачным и через некоторое время отправиться к следующему выходу. Можем попытаться пройти здесь. Если у нас получится, то перед нами встанет следующий выбор: либо идти вниз до ближайшего города, закупать необходимое снаряжение в виде веревок, крючьев и прочего, что позволит нам сделать проход на скальной стенке, посильный для бабы Томы. Другим же вариантом будет переход снаружи до следующего выхода и попытка войти в Проклятые горы в другом месте с возвращением к нашим в лагерь по другой дороге.

Последний вариант может оказаться слишком долгим, так как мы не знаем, с чем столкнемся. Второй вариант реалистичен, но придется помучиться. Ну а первый нас просто возвращает к месту старта без положительного результата. Лично мне больше нравится второй вариант, то есть я предлагаю помучиться. Ты же говорил, что неплохо лазаешь по скалам, вот тебе и флаг в руки!

– Зачем мне флаг?

– Чтобы ты шел впереди и вел за собой своих верных соратников!

– Аха-ха-ха! Это у вас так говорят, значит, – рассмеялся Киррэт. – Ну что ж, давай попробуем. Сам-то как по части скалолазания?

– В прошлой жизни был опыт и навыки, но не скажу, что считался одним из лучших. Надеюсь, это тело тоже не подведет.

– Тогда я предлагаю денек полазить по окрестностям, поискать что-нибудь, что может оказаться полезным на скале. В первую очередь будем искать веревки и железки, способные заменить крючья.

– Ты доверишься древним веревкам? Да и железки за столько времени должны превратиться в ржавую труху.

– Я не раз использовал веревки, которые находил в развалинах, и научился определять, каким из них можно доверять, а каким нет. Веревки в этих горах встречаются разные. Некоторые древние канаты в дюжину раз лучше, чем современная рухлядь. Что касается железок, то ты прав, но я имел в виду металлические изделия из сплавов, стойких к коррозии. Просто такие штуки удобно называть «железками», хотя они совсем не железные. Помнишь кованый забор, сквозь который ты просочился? Сколько лет он простоял, а ты на нем следы коррозии видел? Вот то-то же!

Ну и здесь по бокам от входа в ущелье должны были существовать рынки для ремесленников. В мире магов не могли ведь обитать одни только маги. Кто-то же из ремесленников должен был их обслуживать. На нижнем конце ущелья такие рынки намного крупнее, но здесь, наверху товар должен быть качественнее. Так что пороемся здесь в поисках костылей и веревок.

В итоге мы до конца этого дня копались в развалинах в тех местах, на которые Умник указал. К счастью именно там остаточной магии было не так много, да и обломков камней тоже, так как ремесленные рынки никогда не заморачивались монументальностью сооружений, а магии в их работе было немного. Раскапывал хлам в основном Киррэт, а я больше контролировал «духов» и «жаб» и время от времени ворошил то, что мне было под силу. Потом плюнул на поиски крюков и веревок, оставив это занятие профессионалу, и начал ориентироваться на картинку своего левого глаза. И вот тут дело пошло на лад.

Еще когда раскапывал тайники в бандитском поселке и его окрестностях, я обратил внимание на интересный момент. Если вначале я предполагал, что в тайнике светятся какие-нибудь артефакты, выкопанные из развалин, то впоследствии, изучая содержимое вскрытых схоронок, я обнаружил, что светятся и обычные монеты. Причем не только монеты древние – светились также монеты современные, принесенные в горы бандитами еще совсем недавно. Я тогда подумал, что монеты, лежа в тайнике вместе с артефактами, впитали от них какую-то часть магической энергии. Чтобы проверить эту гипотезу, я попросил Киррэта показать мне какие-нибудь монеты, принесенные им с равнины и которые еще не соприкасались близко с добычей из развалин. Оказалось, что такие «чистые» монеты светились ничуть не хуже, чем те, которые можно было бы заподозрить в облучении магической энергией Проклятых гор.

С тех пор я продолжал интересоваться этим вопросом, приглядываясь левым глазом к разным монетам, амулетам и ювелирным побрякушкам. Через какое-то время до меня дошло, что могу находить ценности не только в тайниках, но и обнаруживать их поодиночке, если буду обращать внимание на светящиеся точки вокруг себя. Именно этим я и решил заняться в то время, пока Киррэт искал нужное для скалолазания.

Я начал раскапывать маленькие светлые пятнышки, которые сильно контрастировали с фоном. Практически все, что мне удавалось выкопать, оказывалось либо золотыми монетами, либо ювелирными украшениями, либо какими-то амулетами, в которых я пока не очень разбирался.

Вечером Киррэт вывалил кучу найденного им добра в виде мотков разнокалиберных и различных по структуре плетения или кручения веревок, а также кучу всевозможных металлических штырей, костылей, больших гвоздей и всяких подобных штуковин, которые можно заколачивать в скальные трещины. Я совершенно не мог понять, из чего были сделаны веревки и штыри, но первые были очень прочными, а вторые не имели никаких признаков коррозии. Видно древние мастера в этом мире умели делать какие-то сплавы металлов, которые совершенно не портились со временем. Что касается веревок, то я так и не разобрался, что это были за волокна, из которых они были сплетены или скручены. Но на тот момент это было не столь важно – главное, что мы на следующий день могли со всем этим спокойно лезть на скальную стену.

А потом уже я показал Киррэту свои находки. Рассматривая мою мелочевку, Умник «завис» на несколько минут. Потом спросил:

– Все это ты нашел в то время, пока я искал веревки и костыли?

– Ну да.

– Неплохой урожай. Обычный человек на выручку от продажи этой добычи может год жить припеваючи. Ты раньше замечал такие предметы, когда мы бродили по горам?

– Да сплошь и рядом, только как-то все было не до того, чтобы выкапывать эту мелочевку.

– Мда-а-а, для тебя, Крис, Проклятые горы – это просто огромное месторождение золота, валяющегося под ногами. Я предлагаю завтра еще пошариться в этом месте, чтобы ты смог прочесать все те завалы, что не успел сделать сегодня. Запас золотых монет нам не помешает, если мы пойдем в ближайший город за снаряжением.

– А эти древние монеты до сих пор в ходу?

– В любом городе есть магазинчики, в которых их обменяют на современные, причем по очень хорошему курсу. Древняя монета стоит в 3–4 раза дороже, если сравнивать равные по весу монеты.

– Ты говорил, что на выходе из ущелья должен быть еще более крупный рынок?

– Его мы тоже прочешем, но добыча будет победнее. Однако день-два потерять на этом не страшно. Чем больше у нас будет денег, тем быстрее и проще мы будем решать всевозможные житейские задачи.

– Если так, то я и здесь многое, что пропустил. Я выкапывал то, что лежало неглубоко. Если же вдвоем этим заниматься, то можно вот эту кучку увеличить в два-три раза. И это только там, где мы сегодня лазили. А если же взять всю площадь бывшего рынка, то можно смело рассчитывать увеличить добычу в пять-шесть раз. Но это возни на пару дней точно. Может, нам в таком случае стоит вернуться в лагерь, пополнить припасы, объяснить ситуацию, чтобы не волновались из-за нашей возможной задержки, взять с собой Ника, так как его руки лишними не будут? Я думаю, Тома с Цари и вдвоем неплохо поживут какое-то время.

– Звучит разумно, – задумался Киррэт. – В этот раз мы будем идти намного быстрее, так что не так много времени потеряем.

– Ага, если только монетки по пути не будем собирать!

– Аха-ха-ха, – рассмеялись мы с Киррэтом в унисон. – Да, такое вполне возможно. Ладно, тогда с утра завтра двигаемся обратно, а это богатство, что мы не добрали, от нас никуда не денется. С Ником мы его намного быстрее соберем. Ты нам станешь обозначать места и говорить глубину, а нам придется выкапывать. Что касается сбора по пути, то брать будем только то, что не так глубоко лежит, а значит его выкапывание нас не сильно задержит.

– Да-да, берем только филей… И обратно сюда пойдем по другой дороге, на которой тоже что-то поднять можно.

– Согласен. А что за филей?

– Ну в смысле, берем только лучшее!

Глава 11
Основы скалолазания

Найти клад и перепрятать

Глава 11. Основы скалолазания.

Как мы ни спешили, но до лагеря добрались только через шесть дней – трудно быстро идти, когда у тебя под ногами валяются сокровища. В итоге этот рейд у нас занял одиннадцать дней. Рассказали о наших приключениях, показали пистолет и наши находки, сделанные благодаря моему чудо-глазу. Пришлось проявить волю и отказать в просьбах дать пострелять из пистолета. Причем, как ни странно, наиболее настойчиво умоляла Цари, а не Ник, как можно было бы предполагать. Увещевали девчонку тем, что патроны, когда они кончатся, нам будет брать неоткуда.

Отъевшись пару дней на свежей готовке бабы Томы, отправились в повторный рейд к тому же месту, но теперь уже с Ником. Как и планировали, сразу же взяли немного в сторону, чтобы собрать по пути новый урожай ценностей. Всю добычу за исключением монет из первого рейда оставили в лагере, так как получалось уже довольно много и по весу, и по ценности. Решили, что не стоит таскать с собой лишнее, поскольку монет у нас и так уже много, а еще сколько предстояло найти в ближайшую неделю!

Сбор добычи у нас проходил по простой схеме: я шел впереди и, увидев «светлячок» под ногами или чуть в стороне, показывал место и говорил глубину, после чего продолжал движение, а Ник с Киррэтом выкапывали добычу и догоняли меня по моим меткам. Если же я, не дождавшись спутников, находил новый светляк, то ковырял его сам. В случае, когда я видел сразу несколько светляков, то мы разбивались и каждый раскапывал свою ямку.

Ник во всем этом сборе ценностей показал себя, как совершенно не азартный или даже не жадный мальчишка. Я и раньше замечал, что у него никогда не загорались глаза при виде чего-то очень ценного. Он всегда оставался спокойным и может быть даже равнодушным при виде богатства. Мне эта его личностная особенность определенно нравилась. К таким людям всегда больше доверия в делах, связанных с богатством. Они с меньшей степенью вероятности предадут тебя ради денег. Так что Ник мне все больше нравился.

Из этого не следует, что мне Цари не нравилась. Еще как нравилась! Она все-таки девочка! Я даже радовался, что еще совсем мелкий, потому как Цари относилась к тому типу девчонок, в которых запросто можно влюбиться. И не важно, что она не красавица, хотя ее можно назвать симпатичной, но тут больше на любителя. Просто Цари показывала себя интересной девчонкой – живой, активной, с характером, умной, или скорее сообразительной. Можно сказать, что у нее был живой ум. Эмоции свои она проявляла красиво, непосредственно и ярко – таких называют обаятельными. В общем, из Цари у нас с каждым днем формировалась все более интересная девушка. Вон и Ник вроде бы по ней сохнет, но тут я не уверен. И даже тот факт, что девочку столько раз насиловали, его не отталкивал от нее.

Прибыв к ущелью через пять дней, мы начали снова прочесывать территорию бывшего рынка по обеим сторонам от дороги. На это ушло еще два дня, и в итоге добыча у нас уже прилично так оттягивала наши сумки. Тогда мы решили сделать свой собственный тайник, куда сложили все артефакты и ювелирку, оставив для дальнейшего похода только монеты, которые легко можно было обменять на современные деньги. Мы ведь собирались еще и на выходе из ущелья поковыряться, хотя Киррэт предположил, что там за столько лет давно уже все перерыли местные копатели.

Естественно, наш багаж пополнился новыми мотками веревок и кучей металлических острых предметов, подходящих для скалолазания. Упаковав все это получше, мы завалились спать, чтобы уже с рассветом быть готовыми лезть на стену.

Основные принципы скалолазания в этом мире мало чем отличались от моего мира, так что тут и рассказывать особо нечего. Киррэт лез вперед, связанный с нами веревкой, наброшенной петлей поверх штыря, вбитого в трещину в стене. Все штыри имели один серьезный недостаток – возле их шляпок отсутствовали кольцевые проушины, через которые можно было бы пропустить веревку. Поэтому костыли приходилось вбивать под наклоном сверху вниз, чтобы снизить вероятность соскальзывания веревки с него. Ну и конечно серьезной проблемой стало отсутствие у нас карабинов. Так что изгалялись мы, как могли.

У Киррэта в его походном наборе нашлись крючки, которые могли выполнять функцию карабинов, но их было всего три штуки. Они выглядели как двусторонние крючки со спиральными закрутами (представьте себе рукописные девятку и шестерку и срастите их в одну фигуру), что позволяло им не соскакивать с веревки. Из-за этого в тех местах, где в нашем мире скалолазы спокойно цепляются и перецепляются с помощью карабинов, нам пришлось вязаться, используя петли и прочие фокусы с веревками. В общем, чувствовал я себя как первобытный человек, который решил изобрести спортивное скалолазание.

К счастью, стенка оказалась довольно легкой с точки зрения серьезного альпинизма. Профессионал из нашего мира по ней гулял бы, как дамы по бульвару. Но Киррэта нельзя было назвать мастером скалолазания, хотя и новичком он тоже не был. По нашим меркам его навыки соответствовали первому разряду, правда здесь работал против нас его приличный возраст. К тому же он фактически тащил с собой двух не очень умелых мальчишек. И хоть я имел некоторые базовые знания по скалолазанию, но был слишком мелким, да еще и калека. Ну а Ник в скалолазании показал себя нулем, разве что держался молодцом.

Как бы то ни было, но мы все-таки проползли по стене метров четыреста и я наконец внизу увидел место, где можно было безопасно спуститься и дальше уже двигаться в лабиринте из пятен и клякс остаточной магии, которой, кстати, ближе к выходу из ущелья становилось все меньше и меньше. Я воспользовался высотой своего положения и просмотрел проход в лабиринте метров на пятьсот, а дальше уже можно было и на земле сориентироваться. Помучив свою память, пытаясь запечатлеть схему передвижения в лабиринте, я дал команду спускаться.

На землю мы слезли без приключений, а вот блуждание по лабиринту оказалось непростым. Дело в том, что с высоты, да еще с расстояния в несколько сотен метров не всегда удается хорошо разглядеть структуру скоплений магической энергии. Они могут быть разного цвета и иметь нечеткие границы. Какие-то пятна ограничены четкими контурами, а есть и такие области, в которых концентрация энергии от центра к краям понижается постепенно и точно ее границы увидеть трудно. А энергия некоторых цветов теряется на фоне окружающих стен и дна ущелья, особенно если ее концентрация минимальна. Я совсем еще мало что знал и понимал в природе остаточной магии, поэтому очень сильно осторожничал и старался избегать контакта даже с теми ее областями, где свечение энергии было еле заметным. И уж тем более я не желал заводить в такие области других людей, которые уже стали мне дороги.

Именно по этой причине проход по ущелью получился более сложным, чем это показалось мне вначале с большой высоты на скальной стене. И особенно долго нам пришлось побродить на дистанции в первые пару сотен метров, которые были возле самой загрязненной части ущелья, преодоленной нами поверху. Но я все-таки справился с этой сложной задачей, а чем дальше мы отходили от эпицентра загрязнения, тем проще становился процесс нахождения чистого прохода. Естественно, мы помечали наш путь, чтобы на втором проходе не терять время на его поиск по-новой.

Еще одной проблемой стало удержание своего азарта в узде. В этом ущелье добыча иногда лежала буквально на поверхности земли. Сделай два шага в сторону и сможешь поднять что-то ценное без ковыряния в земле или обломках здания и прочем мусоре. Но такой соблазн часто находился в «тумане» магической энергии, поэтому я об этих «светлячках» вообще не заикался, чтобы не будоражить азарт Киррэта. Но даже при таких ограничениях нам удалось существенно пополнить сумку с добычей, так как было ясно, что во время битвы в ущелье погибло много народа, имевшего при себе немало всевозможных ценностей. Бывало, что идти нам приходилось чуть ли не по костям, рассыпавшимся в труху, среди которых оставалось лишь наклониться и поднять горсть золотых монет, какой-нибудь амулет или ювелирное украшение. А вообще на будущее надо завести что-нибудь типа скребка или грабель на длинной ручке, которыми можно было бы доставать такую добычу из энергетического тумана.

Из ущелья мы выбрались уже под вечер. В сумерках я быстро отвел группу от выхода из ущелья туда, где было чисто. Затем мы осмотрелись по сторонам и стали решать, что делать дальше. Выбор был небогат: либо идти ночью по старой заброшенной дороге вниз до ближайшего города, либо искать место для ночевки.

– Крис, есть тут чем поживиться? – Киррэт обвел рукой окрестности вокруг ущелья.

– Только поблизости у выхода, – ответил я безрадостно. – А дальше чем в сотне метров от него уже пусто так, словно здесь все через мелкое сито просеивали неоднократно.

– Не удивлюсь, если именно так и было на протяжении многих поколений, – вздохнул Умник. – Остаточная магия на каком расстоянии от выхода из ущелья совсем пропадает?

– Метров двести. Мы как раз стоим возле этой границы.

– То есть, народ прочесывал даже часть грязной зоны! – воскликнул Киррэт. – Страшно подумать, сколько народа из-за этого расстались со своим здоровьем или даже жизнью. Я так понимаю, задерживаться ради сбора немногих остатков нам здесь не стоит. Нам вообще надо как можно быстрее уйти от ущелья. Не дай бог нас кто-нибудь увидит здесь! И совсем будет плохо, если кто-нибудь все-таки смог заметить, как мы выходили из ущелья. Так что не будем здесь торчать попусту, и пошли вперед, пока совсем не стемнело. Хотя бы на несколько километров отойдем и тогда уже поищем пятачок для ночлега. Костер разжигать не станем, поедим в темноте холодным.

Поспав ночью не больше двух часов, отправились в путь сразу же, как небо начало светлеть на востоке. Дорогу перед собой кое-как видели и ладно! Зато уже в начале дня мы подходили к небольшому городку под названием Мирхет.

Из осторожности все вместе мы в город не пошли. Подумали, что если нас кто-то видел возле ущелья, то искать будут мужчину с двумя мальчиками. Поэтому мы с Ником затаились в лесу неподалеку от города, а Киррэт пошел искать кузнеца и веревочника, чтобы купить у них нужное нам снаряжение.

К большому нашему сожалению всего у кузнеца найти не удалось, но он успокоил, что сделает все необходимое быстро, так как опыт в изготовлении подобных приспособлений уже имеет.

– Вы ведь, уважаемый, собираетесь забраться на Проклятые горы – усмехнулся кузнец. – И в этом желании вы не одиноки в наших краях. Лет десять назад в нашем городе появился один очень авантюрный молодой человек. Имя его Трубер и он оказался одержим идеей найти свой собственный проход в горы, после чего организовать под своим началом отряд Искателей. С тех пор я время от времени получаю от него заказ на подобные вещицы, что вы описали. Разных людей нанимал Трубер для штурма проклятых гор. И мастеров скалолазания, и совсем безголовых авантюристов. Однако проход до сих пор не найден. Если вы один из таких наемников Трубера, то смею предостеречь вас от этой глупой, на мой взгляд, затеи. Но каково бы ни было ваше решение, ваш заказ я сделаю в срок. Заходите через день и все уже будет готово. Но половину оговоренной суммы прошу уплатить сразу.