Текст книги "Ульрика-вампир. Трилогия"

Автор книги: Натан Лонг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 72 страниц)

Глава 14
СТАРЫЙ ПОРЯДОК

Сестра.

Одного этого слова хватило Ульрике, чтобы понять: ее опасения не напрасны. Тени, следовавшие за ней по пятам всю ночь, наконец проявились, оказавшись ламиями. Она огляделась в поисках вампира-мужчины, который следил за ней, но его нигде не было. Кем он был? Шпионом ламий? Их ищейкой? Нанятым убийцей?

– Отпустите меня, – сказала Ульрика. – Я должна остановить этого человека.

– Вы не должны ничего предпринимать без моего на то дозволения, – ответила высокая вампирша. Она наставила на Ульрику веер цвета слоновой кости. – Кто вы такая? Какой линии крови принадлежите? Зачем явились в Праагу?

Ульрике не понравился ее тон.

– С чего бы это вас касалось?

Женщина расправила плечи. Ульрика стояла так близко к ней, что видела паутину морщин, покрывавших ее лицо, – замаскированных, но не скрытых полностью толстым слоем пудры. Брови женщины были нарисованы на ее лбу.

– Меня касается все, что происходит в Прааге, – ответила она. – Я боярыня Евгения Бородина. Я правлю здесь по приказу королевы Серебряного пика, и всю кровь, которую пьют здесь, пьют только с моего согласия. Я получу ответы на вопросы, или Раиса снесет вам голову.

Ульрика бросила взгляд на женщину с саблей. Нос у нее был с горбинкой, длинные волосы падали из-под меховой шапки светлой волной. Выглядела Раиса вполне опытным и уверенным в себе воином, более чем способным снести Ульрике голову.

– Но пока я отвечаю на ваши вопросы, он убежит, – прохрипела Ульрика.

– В этом городе слишком много мышей, чтобы гоняться за какой-то одной, – хихикнула вампир, похожая на куклу. – Пусть себе бежит.

Она тоже была морщинистой и густо напудренной. Ульрика видела, что ее пышные рыжие волосы – на самом деле парик, который к тому же велик хозяйке.

– Вы не понимаете, – сказала Ульрика. – Он бежит предупредить своих лидеров обо мне, о том, что я явлюсь за ними. Они спрячутся, и я их потеряю!

Лицо древней боярыни осталось совершенно равнодушным.

– Вы правы. Я не понимаю. Вы, как я вижу, ведете какую-то вендетту на моих землях, сея кровь и разрушение на каждом шагу, и ни на мгновенье не задумываетесь о последствиях. Мы не можем допустить, чтобы люди Прааги шептались об обескровленных трупах. Рассказывать друг другу сказки о летучих мышах размером с человека они тоже не должны. Ваши глупые выходки угрожают нашей безопасности. Чекисты уже начинают задавать вопросы. Теперь отвечайте. Кто вы такая?

Ульрика заскрипела зубами от досады.

– Меня зовут Ульрика Магдова-Страхова, и я прибыла в Праагу, чтобы защитить ее от орд Хаоса.

Рыжая старуха засмеялась.

– Тут вы немного припозднились.

– Тише, Галина, – сказала боярыня Евгения, не сводя глаз с Ульрики. – Ваша линия крови?

Ульрика заколебалась. Не стоило, наверное, рассказывать этим и так порядком настороженным старухам о своем истинном отце по крови. Узнав, что в нем текла кровь фон Карштайнов, они вообще могут потерять голову от страха.

– Раньше я служила Габриелле фон Нахтхафен, – сообщила Ульрика. – Такой же ламии, как и вы. Но теперь я никому не служу и не принадлежу ни к одной из линий крови.

Галина захихикала при этих ее словах.

– Еще ведь и года не прошло, как вас обратили, да?

– Я знакома с вашей госпожой, – нахмурилась Евгения. – Она сейчас в Нульне, так ведь? Я знаю, там были большие неприятности. Так это вы их причина?

Ульрика вздернула подбородок.

– Я устранила их причину. Ею оказался безумный стригой.

– Тогда почему вы бежали из Нульна? – спросила Евгения.

– Я не сбегала! – рявкнула Ульрика. – Я… я не хочу ни от кого зависеть и теперь живу сама по себе.

Она уставилась на Евгению.

– Ну, я ответила на ваши вопросы. Вы дадите мне пройти?

Евгения приподняла накрашенную бровь.

– Вы с ума сошли? Конечно, нет. Я не могу позволить вампиру, не присягнувшему мне на верность, шататься по моей земле. У вас есть три варианта, девочка. Признать меня своей госпожой, немедленно покинуть Праагу или быть убитой на месте. Что вы выбираете?

Ульрика зарычала. Она не желала целовать руку напудренной старой вороне, но и Праагу покидать не собиралась. Девушка хотела пробиться сквозь них и броситься вдогонку за культистом. Но, имея в руках лишь обломок стального прута, рассчитывать на это не приходилось. Перед ней стояли не неуклюжие, трясущиеся от страха смертные. Ей не удалось бы увернуться даже от первого удара светловолосой мечницы – ее сабля все еще прижималась к горлу Ульрики.

Девушка сердито стиснула кулаки. Она покинула Нульн именно для того, чтобы больше никогда не подчиняться власти таких вот надменных старух!

– Я не буду выбирать, – ответила Ульрика.

– Тогда я выберу за вас, – сказала Евгения и прищелкнула веером, подавая знак Раисе, вампиру с саблей. – Убейте ее.

С холодной механической стремительностью Раиса выпрямилась и воткнула саблю в горло жертвы. Но Ульрика благодаря жесту Евгении оказалась начеку. Она откинулась назад, перекувырнувшись через голову, за секунду до того, как Раиса выполнила приказ. Лезвие чиркнуло по ее коже, не задев горла или вен. Ульрика приземлилась на спину, вскочила на ноги и подняла железный прут. Кровь текла по ее шее и заливалась под воротник.

– Почему вы не можете просто оставить меня в покое! – закричала Ульрика.

Раиса осторожно двинулась вперед, высоко подняв саблю.

– Почему вы не сражаетесь с настоящим врагом?

Женщины не ответили, только начали сходиться, окружая Ульрику.

Ульрика зарычала и попятилась к заброшенной квасокурне, распаляясь все сильнее.

– Вы говорите, что вас касается все, что происходит в Прааге, – выпалила она. – Вы говорите, что Праага – ваша земля и владение. Загляните в этот подвал. Культисты плетут заговоры у вас под носом, собираясь разрушить город, а вы ничего об этом не знаете. Для вас гораздо важнее заставить меня ходить по струнке, чем защитить свои земли.

– Культисты всегда плетут заговоры, – ответила Евгения, обходя Ульрику справа. – Они все время хотят разрушить Праагу. Но за те двести лет, что я здесь правлю, у них ни разу не получилось. Они уничтожают себя во внутренних интригах или в схватке с другими культистами, или их заговоры раскрывают жрецы. А то и чекисты. Эти мелкие дрязги – не наша забота.

– Вы не правите этим городом, а паразитируете на нем, – усмехнулась Ульрика, чувствуя, что еще два шага – и она упрется спиной в стену разрушенной квасокурни. – Правитель заботится о подданных. Истинный пастырь, истинная правительница защищает стадо от волков, хотя и стрижет с овец шерсть.

Евгения и Галина, шелестя атласными платьями, окружили Ульрику с флангов и выпустили когти. Прямо на нее надвигалась Раиса. Ульрика подобралась. Она могла наброситься на них первой, но вряд ли ей удалось бы одолеть врагов – два древних вампира подержали бы ее, пока Раиса отрубит ей голову. Ульрика с яростным визгом отмахнулась от них обломком прута, развернулась и перепрыгнула через обломки стены. Она оказалась в старом конторском помещении. Потолочные балки давно рухнули и погребли под собой стол и стулья. Ульрика перелезла через них и бросилась бежать к двери в дальней стене. Позади раздались шаги. Ульрика оглянулась. Раиса как раз перепрыгивала через стол. Евгения и Галина участвовать в охоте не стали.

Ульрика помчалась по коридору, Раиса следовала за ней по пятам. Она была быстрой, возможно, даже быстрее Ульрики, и сосредоточенной на цели, как охотничий ястреб. На ходу Ульрика опрокидывала за собой бревна и куски стены, но Раиса ловко уворачивалась от них, не сводя глаз с мелькавшей перед ней спины Ульрики.

Ульрика выскочила через обугленный дверной проем и оказалась на открытом пространстве, над которым все еще сохранилась часть крыши. Вдоль стены тянулись огромные печи, ряды ям с песком и деревянные стеллажи, заполненные пыльными бутылками и стеклодувными инструментами.

На открытом пространстве Раиса начала неумолимо нагонять Ульрику. Ульрика услышала за спиной свист сабли. Она парировала не глядя, целясь в ноги противницы. Та одним ударом перерубила железный прут Ульрики пополам, задев ее плечо. Ульрика выругалась, зашипела от боли, пошатнулась, задела стеллаж с бутылками и опрокинула его. Раиса увернулась от падающего стеллажа, но наступила на закатившуюся ей под ноги бутылку, потеряла равновесие и с грохотом упала.

Ульрика не остановилась – она не собиралась вступать в схватку. Она запрыгнула на одну из давно погасших печей, вцепилась в края дыры в крыше, подтянулась и забросила себя наверх. Боль пульсировала в плече, кровь текла по рукаву. Раиса уже снова была на ногах и карабкалась по печи следом.

Ульрика повернулась и швырнула в противницу жалкий огрызок прута, все еще остававшийся у нее в руках. Она попала в голову, и Раису сбросило с печи обратно на пол. Ульрика промчалась по крыше до ее края, зажимая рану на плече, затем перепрыгнула через переулок на крышу доходного дома и приземлилась между двумя дымоходами. Она вскарабкалась на конек и обнаружила, что скользит по крутому скату к зияющей в нем огромной дыре.

Суставы Ульрики затрещали, но она успела изогнуться и затормозить слева от провала. Девушка подняла голову и прислушалась. Вроде бы ей удалось оторваться. Ульрика быстро проверила плечо. Меч сильно зацепил его, но благодаря крови культиста, которой вампир только что напилась, рана уже затягивалась. Ульрика прижала края и поспешила к следующему коньку крыши. Нельзя останавливаться. Раиса поправится. А ей нужно убить улепетывающего культиста и добраться до места, указанного лидером культа, первой.

Тяжелый удар сотряс крышу позади нее. Ульрика оглянулась. Раиса уже прыгнула и летела на нее, ее силуэт – рука сжимает высоко поднятый меч – четко вырисовывался в свете Маннслиб.

Ульрика пригнулась и бросилась прочь, когда мечница приземлилась и сделала выпад. Теперь девушка пожалела, что бросила в ее голову обломок прута, свое последнее оружие. Даже огрызок железки лучше, чем ничего. Ульрика забежала за очередной дымоход, глянула через плечо. Крыша на ближайшем доме сгорела полностью, обнажив не менее обугленные квартиры под собой. Бежать больше некуда.

Ульрика обернулась. Раиса уже появилась из-за трубы. Краем глаза Ульрика заметила что-то странное и замерла. На крыше дома слева стоял тот самый вампир из «Голубого кувшина», наемник или союзник ламий, и наблюдал за происходящим.

Раиса хватила Ульрику саблей по ребрам, рассекая плоть до кости. Ульрика ахнула и упала назад, на здание со сгоревшей крышей. Вокруг замелькали почерневшие стропила. Девушка вцепилась в ближайшее, и оно затрещало, как спичка. Ульрика врезалась в пол всей спиной, доски затрещали. Девушка крепко сжимала в руках согнувшуюся под ее весом балку. Стена комнаты, и так перекошенная и всем весом придавившая стоящий около нее шкаф, как пьянчуга наваливается на более трезвого друга, зловеще зашаталась. С нее, звонко ударяясь об пол, посыпались куски штукатурки и кирпичи.

Раиса появилась на поле боя грациознее. Она перепрыгнула с крыши на стропила, а с них – на пол. Но ее первый шаг чуть не стал последним. Почерневшая доска подалась под ее ногой, и мечница едва не провалилась в образовавшуюся дыру.

Они сошлись! Ульрика атаковала обломком балки, пытаясь выбить меч из рук Раисы. Та легко блокировала ее удар и в ответ пырнула девушку прямо в сердце. Ульрика неуклюже парировала. Сабля скользнула в дюйме от ее ребер, оставив белый росчерк на почерневшей от огня балке в ее руках. Обе соперницы отпрыгнули назад и принялись кружить вокруг друг друга, держа оружие на изготовку и избегая дыр и слабых мест в полу. Ульрика очень пожалела, что ее меч остался на бандитском складе. Раиса оказалась одним из лучших бойцов, с которыми она когда-либо сражалась, и, бесспорно, самой быстрой из всех. Полноценная схватка на мечах с таким противником доставила бы наслаждение независимо от исхода боя. Сейчас же творилась лишь жалкая пародия на схватку.

Ульрика откинула с глаз выбившуюся прядь и сказала:

– У вас верная рука. Какая жалость, что у меня нет меча, тогда бы я вызвала вас на поединок по всем правилам!

– Примите предложение боярыни, – голосом, в котором звучала сталь, прошептала Раиса. – Будем сходиться в поединке хоть каждую ночь.

– Я не для того оставила одну госпожу, чтобы пресмыкаться перед другой, – ответила Ульрика. – Я сама себе госпо…

Раиса не дала ей договорить. Она прыгнула, делая глубокий выпад. Ульрика яростно попятилась, парировала обломком балки, но противница нырнула под нее и нанесла удар. Ульрика перекувырнулась назад и упала на пол. Раиса надвигалась, занося саблю для рубящего удара. Ульрика пыталась подняться. Упав, она пробила рукой пол и ударилась лицом. Сабля просвистела над ее головой. Ульрика вырвала руку из дыры и перекатилась по полу, выставив обломок балки перед собой. Раиса выбила его из рук противницы и снова замахнулась. Ульрика отпрянула и ударилась плечом обо что-то твердое и массивное позади себя. Шкаф.

Шкаф!

Сабля Раисы снова неумолимо неслась к груди Ульрики. Та увернулась и что было сил ударила ногой по нижней части шкафа. Он пошатнулся. Стена, которую он подпирал, тоже заходила ходуном, посыпалась штукатурка. Раиса подняла взгляд. Ульрика пнула еще раз. Шкаф начал опрокидываться вперед, стена тоже поехала вслед за ним. Ульрика отступила в угол комнаты. Раиса отпрыгнула от надвигающегося шкафа и стены, ее за малым не завалило – не хватило буквально дюйма. Ульрика выругалась про себя. Надо же быть такой быстрой!

Но тут не выдержал пол, на который рухнули шкаф и стена. Они пробили хрупкие доски и в падении увлекли за собой Раису; пол под ногами вампира начал стремительно наклоняться, как палуба корабля, терзаемого бурей, и она заскользила по нему. Поток деревянных балок, штукатурки и щебня снес мечницу на этаж ниже.

Ульрика заглянула в дыру, но ничего не увидела в поднявшемся при обрушении облаке пыли. Она чуть не крикнула Раисе, в порядке ли она, но потом спохватилась и фыркнула. Что за глупости лезут ей в голову! Переживать за ту, которая ее чуть не убила!

Ульрика развернулась, вскарабкалась по стропилам и через дыру в черепице выбралась на крышу. А что, если тот вампир все еще здесь? Она покрутила головой по сторонам, но никого не заметила: ни вампира, ни боярыни Евгении или Галины. Конечно, все они могли сидеть, затаившись в засаде, и ждать ее появления, но придется рискнуть. Раиса того и гляди придет в себя, а культист доберется до своего таинственного мастера и предупредит его.

Она побежала по крышам в сторону Торгового квартала, про себя осыпая проклятиями всех вампиров Прааги. Почему они не могут оставить ее в покое? Ульрика не представляла для них никакой угрозы. Она просто не хотела иметь с ними ничего общего. Почему они должны грызться за территорию с каждым, кто посмел ступить на нее, как дикие звери?

Но тут ветер донес до Ульрики запах дыма, она увидела желтые всполохи над крышами и очнулась от исполненных бесплодного гнева мыслей. Страх пронзил ее, как иглой.

Девушка спустилась на улицу и одним стремительным броском преодолела последние несколько кварталов, отделявшие ее от цели. Улица Ювелиров утонула в густом дыму. Люди бежали во все стороны и кричали, требуя лестниц, ведер и воды. Ульрика поняла, что сейчас обнаружит, но кровь ее все еще кипела, когда она завернула за последний угол и зрелище предстало ее глазам. Надстройка над лавкой Гурджиева, серебряных дел мастера, полыхала как факел. Горело все здание целиком, и даже дом на противоположной стороне улицы. Обугленные трупы людей, которых вытащили из огня слишком поздно, лежали прямо на мостовой. Вдали плакала скрипка – реквием по погибшим, едва слышный сквозь треск пламени.

Проклятые ламии! Если бы они ее не задержали, Ульрика догнала бы культиста, он не успел бы даже выбежать из квартала! А потом пришла бы сюда и взяла бы посредника тепленьким. Но его успели предупредить, и теперь он скрылся – и замел следы самым грубым и эффективным способом. Теперь на обугленных руинах не найдешь ни одной зацепки. Ей так много удалось выудить из лидера культистов, а теперь из-за того, что ее проклятые сестры так не вовремя встали на ее пути, все пошло прахом.

Ну и как ей снова напасть на след культистов? Обследовать руины квасокурни? Осмотреть подвал, где она наткнулась на первую жертву ритуала? Они могут никогда больше не сунуть туда нос. Должен существовать путь попроще.

Тут Ульрика сообразила, что знает человека, который постоянно получает деньги, тесно сотрудничая с ними. Газнаев! Его банда похищала девушек для ритуалов и держала их на своем складе. С жестокой улыбкой Ульрика повернулась спиной к пожарищу и направилась к реке.

Пришло время забрать свое оружие.

Глава 15
КОЛЬЦО ОГНЯ

Подходя к складу Газнаева, Ульрика опасалась, что в столь поздний час бандиты уже разошлись по домам и ей придется вернуться сюда только следующей ночью. Однако у входа в здание стояли двое охранников, и еще двое ходили вокруг него патрулем с мечами в руках, подозрительно вглядываясь в темноту.

Это заставило ее остановиться. Что-то не так. Бандиты явно встревожены, раз усилили охрану. Они ожидали именно ее возвращения? Откуда они могли о нем знать?

Ульрика проскользнула мимо патрульных и взобралась на крышу тем же способом, что и в прошлый раз. Она подошла к фронтону с зарешеченным вентиляционным отверстием, просунула голову внутрь и огляделась. На складе стояла тишина, он казался пустым. Но на самой границе восприятия Ульрика заметила слабое сияние тепла целого созвездия сердец. Люди собрались где-то в районе конторы. Ульрика бесшумно спрыгнула на стропила и двинулась к месту, где спрятала меч. Надев на пояс ножны, она испытала облегчение на грани стыда. Без оружия девушка чувствовала себя голой. Она на цыпочках прокралась по стропилам, пока не оказалась над дверью, ведущей к конторе. Она чувствовала биение сердец за ней, но голоса доносились из-за стены прямо перед ней. Контора, видимо, находилась на втором этаже. Ульрика подошла к стене по балке и приложила к ней ухо. Тепло сердечных огней полыхало и здесь – семь или восемь. Люди стояли очень близко друг к другу. Ульрика услышала резкий голос. Заметно было, что человек из последних сил старался говорить спокойно.

– Друзья, если наш товар вам не подошел, я с радостью и бесплатно заменю его другой партией. Наша цель – удовлетворить покупателя, и…

– Ты думаешь, я здесь ради денег, Газнаев? – перебил его другой голос, низкий и страшный. – Ты подсунул в стаю голубок кукушку, и я хочу знать зачем.

– Кукушку? – прохрипел третий голос. – Чертова ястреба он нам подсунул! Она убила пятнадцать наших. Пятнадцать!

Ульрика застыла, вцепившись когтями в стену. Они говорили о ней. Культисты явились в контору Газнаева, чтобы разобраться, что такое он им подсунул.

– Вы нас под это не подпишете, – ответил Газнаев. – Я тут вообще не при делах!

Ульрика спрыгнула со стропил и поспешила к двери. Удача улыбнулась ей – она снова напала на след. Она задаст мужчине с низким голосом вопросы о лидере их группы – если он сам не является им.

За дверью тоже раздавались негромкие голоса. Ульрика прислушалась.

– Полегче, друзья, – произнес голос, который он узнала – говорил старый знакомый Бычья шея. – Без глупостей. Боссам просто нужно перетереть кое-что, и все.

– Тогда и ты опусти оружие, – последовал ответ.

Ульрика улыбнулась. Напряжение нарастало: не только главари начинали предъявлять претензии друг другу, но и простые бандиты. Очень хорошо.

Сверху донеслись крики:

– Ничего подобного! Ничего подобного! Кино, останови его!

Зазвенела сталь, раздался топот, с грохотом упала какая-то мебель. За дверью, судя по лязгу, тоже скрестили клинки. Ульрика обнажила меч, достала кинжал. Пришло ее время.

Она распахнула дверь и ворвалась внутрь. Девушка оказалась в небольшой комнате. Вдоль стены стояли столы, в центре лежали трупы. Бычья шея как раз бил мужчину в плаще багром по голове. Тощий, еще один старый знакомец, сражался с двумя другими. Он пятился, в груди его торчал кинжал.

Ульрика прыгнула на Бычью шею и проткнула его горло прежде, чем он увидел, кто на него напал. Культисты повернулись к ней, и она зарубила двоих. Тощий корчился на полу от боли. Ульрика занесла над ним меч, но вспомнила, как он обращался с девушками в клетке, и отвела руку. Легкой смерти он не заслужил.

Звуки драки наверху тоже стихли, как раз когда Ульрика аккуратно поднималась по узким ступеням.

– Я не знаю! – произнес Газнаев срывающимся голосом. Звучащий в нем ужас делал его почти неузнаваемым. – Не знаю! Никаких кукушек, все из последней партии – самые обычные девки! Клянусь, мы взяли их там же, где всегда!

Ульрика подняла голову над полом второго этажа и посмотрела сквозь частокол лестничных перил. Еще одна контора. У задней стены большой стол. Трупы на грязном ковре. Двое из них – культисты в плащах с капюшонами, все остальные тела принадлежат бандитам. Хитрец Кино, тот, что допрашивал бармена в «Голубом кувшине», все еще сжимал остывающей рукой меч. Глаза мертвеца смотрели поверх головы Ульрики. Над полуоткрытым ртом вился странный фиолетовый дым. Кроме мертвецов, в комнате оставалось пятеро живых культистов. Они стояли вокруг седого пожилого мужчины бандитской наружности и в дорогой одежде. Тот стоял на коленях, вцепившись в горло. Лицо его побагровело. Тот же фиолетовый дым, что сочился изо рта Кино, толстой струей впивался в его рот и ноздри. Мужчина захлебывался им.

– Отпусти меня! – выдохнул он. – Ты должен… поверить мне!

Стоящий перед ним культист поднял сжатый кулак. Лицо его, как и лица остальных, скрывал капюшон, но Ульрика вампирским зрением видела сияние, окутывающее его фигуру и искажающее реальность вокруг.

Колдун.

Ульрика подобралась для прыжка. Атаковать придется стремительно, прежде чем колдун успеет ударить ее магией – ей она ничего не сможет противопоставить. Но в момент, когда Ульрика собиралась перемахнуть перила одним длинным прыжком, колдун повернулся и посмотрел прямо на нее. Он широко развел руки, засиявшие отвратительной магией. Газнаев за его спиной рухнул на ковер.

– Выходи! – крикнул колдун. – Покажись!

Ульрика зарычала, одним прыжком перелетела через перила и обрушилась на него. Трое культистов бросились на защиту колдуна. Мечи появились из-под плащей как по мановению руки. Четвертый попятился, визжа и указывая на Ульрику:

– Это она! Это она! Та тварь из клетки!

Ульрика рубила налево и направо, пытаясь пробиться сквозь культистов при помощи грубой силы. Но это были бойцы совсем другого уровня, чем те, с которыми она столкнулась в квасокурне, и они не отступили ни на шаг.

Ульрика зарычала и выбила оружие из рук среднего. Прикончить его она не успела. Змея пурпурного дыма ударила ее в лицо, ворвалась в нос и рот, обжигая горло вкусом ладана и черного лотоса. Ульрика попятилась, кашляя. Но то, что задушило бы живое существо, лишь довело вампира до крайней степени раздражения. Она совсем не нуждалась в дыхании, чтобы жить; только чтобы разговаривать. Ульрика распрямилась, добила безоружного культиста, а двух других оттеснила.

– Это вампир! – крикнул колдун.

– А я что говорил? – ответил культист, который в драке не участвовал и прятался за колдуном. – Что я вам всем говорил!

Ульрика вспорола живот противника одним крутящимся ударом слева и толкнула другого в кресло. Но прежде, чем она успела его проткнуть, колдун что-то гортанно выкрикнул. Вампира внезапно парализовал приступ мучительного наслаждения. Мощные волны болезненного удовольствия пронзили ее тело, прокатываясь по рукам и пульсируя между ног. Девушка пошатнулась и уперлась спиной в стол.

Последний противник оправился и набросился на Ульрику. Он выбил рапиру из ее дрожащей руки и нанес глубокую рану в бедро. Девушка крепко ухватилась за клинок, впившийся в ладонь и разрезающий плоть, и попыталась воткнуть кинжал в горло культиста. Он успел перехватить ее запястье, и так они и застыли в противостоянии, каждый пытался пересилить хватку другого. Это выглядело нелепо. Ульрика была раза в два сильнее его, но мучительный экстаз, охвативший ее, сделал ее слабой, как дитя.

– Я не знаю, почему ты хочешь нас уничтожить, кровососка, – сказал колдун, подходя к заблокировавшему Ульрику культисту. Левая рука чародея мерцала пурпурным пламенем. – Но даже лучшие из вас, самые опасные из детей ночи, никогда не возьмут верх над детьми бога удовольствия. Наш хозяин победит. Наша королева воцарится!

Языки пламени, плясавшие на его пальцах, взвились выше. Ульрика знала, что сейчас произойдет, но предотвратить это не могла. Как не могла выпустить из рук меч или вырвать другую руку из хватки культиста.

Колдун поднял руку. Фиолетовое пламя взревело. Но в тот миг, когда колдун собирался швырнуть его в Ульрику, стекло в окне за его спиной взорвалось. Фигура в сером и черном влетела в комнату в потоке осколков и приземлилась среди тел.

Колдун обернулся и удивился.

– Еще одна тварь! – Он обрушил на незнакомца огненный шар.

Мужчина ловко взмахнул перед лицом полой серого плаща, поймал пылающий шар и отбросил, погасший, в сторону. Культист вырвал меч из руки Ульрики и бросился на нового врага. Ульрика рухнула на пол, корчась от мучительного наслаждения. То, что произошло после, она слышала не больше, чем видела.

Яростный рык, крик боли, и культист отлетел на пол, зажимая рану на груди, из которой хлестала кровь. Темная фигура двинулась к колдуну.

– Сгори, вампир! – закричал колдун, воздевая руки.

Нападавший немедленно бросился на пол. Потоки темно-фиолетового пламени просвистели, взметнувшись над его головой. Стены и мебель запылали. Незнакомец поднялся и прыгнул на колдуна, тот попятился, разбрасывая пламя налево и направо, и бегом бросился к лестнице.

– Брат, не оставляй меня! – закричал культист, который не участвовал в схватке, предусмотрительно затаившись в углу.

Снизу донесся хохот колдуна. Хлопнула дверь. Рев пламени, пожирающего комнату, все нарастал. Незнакомый вампир попятился от его языков. Он опустился на колени рядом с Ульрикой и перевернул ее лицом вверх. Ульрика прищурилась, глаза жгло как огнем. Это был вампир из «Голубого кувшина». Тот, кто с соседней крыши наблюдал за их поединком с Раисой.

– Стоять сможете? – спросил он.

Ульрика кивнула. Он поднял ее, и она вздрогнула от боли. Наслаждение, лишающее сил, испарилось, и теперь выяснилось, что боль в раненом бедре и руке невыносима. Ульрика оперлась о стол, чтобы не упасть, и отдернула ладонь – стол тоже пылал. Вокруг ревело пламя, горело все: стены, ковер, лестница, гроссбухи на полках. Нестерпимый жар накатывал тяжелыми волнами.

Вампир подошел к культисту в углу. Тот свернулся клубочком и кашлял от дыма. Вампир поднял его. Человек закричал и начал сопротивляться, но вампир просто ударил его и подтолкнул в сторону Ульрики.

– Ешьте, – сказал он.

Ульрика схватила культиста за горло и прижала к бокам его руки, которыми он бессмысленно размахивал.

– Но огонь… – заколебалась она.

– Вам нужна сила, – отрезал вампир. – Быстрее давайте.

Ульрика сорвала капюшон и вуаль с бьющегося в ее руках культиста, с силой впилась в его шею и застонала от облегчения. Вампир прав. Боль в раненом бедре утихла, энергия наполнила ее тело вместе с кровью, разливающейся по нему. Хотя Ульрика досыта напилась крови лидера культистов на квасокурне, схватка за жизнь с ламией Раисой и чары колдуна истощили ее сильнее, чем она полагала. Она сильно сжала пульсирующую вену.

– Хватит, – сказал вампир. – Нужно убираться отсюда.

Ульрика неохотно оторвала губы от шеи культиста и позволила телу рухнуть на пол. Огонь подступал все ближе. Она едва могла двигаться так, чтобы избежать его обжигающих поцелуев.

Вампир повернулся к окну. Его обрамляло кольцо огня, напоминая горящий обруч, через который прыгают собаки в цирке стриган.

– Оно выходит на улицу, – сказал он. – Имей в виду.

Вампир пробежал сквозь пламя и стремительно нырнул сквозь окно в ночь. У стола заворочался Газнаев – он очнулся, когда пламя принялось лизать его ноги.

– Пожар! – бессвязно завопил Газнаев, пытаясь сбить с себя огонь. – Спасите! Помогите!

Ульрика не обратила на него никакого внимания. Она развернулась к окну, бросилась вперед и нырнула сквозь зубастую пасть пламени. Газнаев вопил и умолял о помощи. Холодный воздух поцеловал лицо девушки, улица пугающе набросилась на нее. Ульрика перевернулась в прыжке и ловко приземлилась на корточки рядом со спасителем. Но не удержала равновесие из-за завопившего от боли бедра и упала лицом в грязь.

Издалека донесся низкий голос колдуна:

– Они спаслись из пожара! Убейте их!

Ответом ему стал торопливый топот. Вампир рывком поднял Ульрику на ноги и впихнул в тень у стены соседнего склада. Под ногами обнаружился железный канализационный люк. Ульрика нагнулась, чтобы поднять его, но вампир остановил ее.

– Нет, – сказал он. – Культисты ориентируются в канализации лучше, чем мы. На крышу.

Ульрика кивнула и неуверенно поползла вслед за ним вверх по стене склада. Он уже вскарабкался на скат, когда Ульрика подтянулась на краю крыши и затащила себя на нее. Вампир легко побежал, перепрыгивая с одного здания на другое. Ульрика следовала за ним, хромая, шипя и постанывая от боли, когда прыжки отдавались в раненой ноге.

На коньке высокой крыши она остановилась и в последний раз оглянулась на пылающий склад. Не совсем так, как она себе представляла, но Ульрика убила Газнаева и прекратила его промысел, как и собиралась.

Ульрика и незнакомый длинноволосый вампир вместе пробрались через несколько кварталов. На крыше какой-то лавки ее спутник остановился и посмотрел вниз, на темную улицу. Ульрика, хромая, доковыляла до высокой трубы рядом и привалилась к ней. Она чувствовала, что смертельно устала и снова хочет есть.

– Здесь мы расстанемся, – сказал вампир и подошел к краю крыши. – Прощайте.

– Подождите! – воскликнула Ульрика. – Стойте.

Вампир обернулся к ней. Его темные глаза отливали холодом.

– Да?

Ульрика с трудом выпрямилась.

– По крайней мере, позвольте поблагодарить вас. Я обязана вам жизнью.

Вампир задумчиво посмотрел на нее. На его резком лице невозможно было ничего прочесть.

– Зачем вы лезете в дела смертных? – спросил он наконец.

Это был неожиданный вопрос. Ульрика собралась с мыслями, чтобы ответить.

– Я… я дала себе клятву защищать Праагу. А культисты пытаются разрушить ее, к следующему полнолунию Маннслиб планируют какое-то «Пробуждение», собираются открыть ворота города чемпиону…

Вампир прервал ее нетерпеливым жестом.

– Те ламии правильно сказали – культисты всегда есть, и они все время что-то планируют. К тому же еще вечером вы ничего о них не знали. Вы охотились на обычных бандитов, пока не наткнулись на женщин в клетке.