Текст книги "Ульрика-вампир. Трилогия"

Автор книги: Натан Лонг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 72 страниц)

Глава 13
ПРИСЛУЖНИКИ СЛААНЕША

Множество фигур в капюшонах выступили из теней, окутывавших зал, и собрались вокруг импровизированного жертвенника на полу. Он ничем не отличался от того, который Ульрика видела в подвале заброшенного доходного дома, только там жертву уже распластали. Выходит, банда Газнаева продавала девушек для кровавых ритуалов культистов.

Ульрика подергала прутья решетки, проверяя их на прочность.

Увидев, куда ее ведут, жертва начала отчаянно сопротивляться.

– Что вы хотите сделать? – воскликнула она. – Остановитесь!

Мужчина с бутылкой засмеялся.

– Остановиться? Когда мы только собрались дать смысл твоей ничтожной маленькой жизни?

Он сделал знак остальным. Те начали раздевать девушку. Еще один принялся расставлять свечи по периметру круга и зажигать их.

– На что бы ты потратила годы, данные тебе? – продолжал тем временем мужчина с бутылкой. – Наплодила бы кучу ублюдков, жила бы в нищете и в ней же и сдохла? Ничего полезного твоя жалкая жизнь не принесла бы в этот мир. Но теперь у тебя есть возможность послужить великой цели. Ты станешь частью чего-то грандиозного!

Он подбросил пустую бутылку так, что она перевернулась в воздухе, и поймал ее.

– Когда Маннслиб войдет в полную силу в следующий раз, твоя душа присоединится к остальным в великом пробуждении. Истинная хозяйка Прааги готова заявить права на город!

Двое мужчин затащили обнаженную девушку в центр круга. Еще один подоспел с молотом и толстыми гвоздями. Ульрика решила, что насмотрелась досыта. Она резко дернула один из прутьев решетки. Металл завизжал, прут согнулся, но не сломался. Девочки вокруг Ульрики ахнули и отпрянули от нее, глаза их наполнились ужасом и удивлением. Культисты повернулись на шум.

– Что это? – спросил мужчина с бутылкой.

Ульрика снова дернула прут. На этот раз он сломался пополам и рассек ее ладонь острым краем обломка.

– Что она делает! – закричал мужчина. – Остановите ее!

Несколько мужчин бросились к клетке, на ходу доставая дубинки и кинжалы. Ульрика потянула за нижнюю половину сломанного прута, пытаясь отогнуть его вниз, чтобы проскользнуть через щель. Прут не выдержал, отломавшись у самого основания, и вампир упала назад, сжимая его обломок в руке. Она ухмыльнулась. Замечательно.

Культисты, увидев, с какой легкостью она вырвала прут, мигом растеряли пыл.

– Силы тьмы! – ахнул один, замедлив шаги. – Как она это сделала?

Ульрика выскользнула наружу через щель и выпрямилась перед культистами во весь рост. Она взмахнула обломком прута и сказала:

– Я вам сейчас покажу истинную силу тьмы.

Прежде чем культисты успели осознать смысл ее слов, она прыгнула в гущу небольшой толпы, размахивая обломком прута во все стороны.

Трое умерли мгновенно. Их капюшоны потемнели над огромными пробоинами в черепах, тела рухнули на землю. Оставшиеся трое бросились на Ульрику, целясь в ее живот и в лицо. Она отбросила одного пинком, схватила запястье другого, который замахивался на нее кинжалом, и бросила его на третьего. Они повалились друг на друга. Ульрика пробила оба тела прутом, пригвоздив их к земле, затем повернулась, чтобы разобраться с последним уцелевшим противником. Тот замер от ужаса. Ульрика не могла видеть его лицо сквозь вуаль, которую он носил под капюшоном, но она чувствовала запах страха, хлеставший из каждой его поры. Вампир выдернула окровавленный прут из тел его товарищей и двинулась к культисту. Тот завопил и бросился прочь.

Слишком медленно.

Ульрика нагнала его двумя быстрыми шагами и ударила сзади по голове. Человек упал, и под капюшоном его влажно булькнуло, словно он был набит сырым мясом.

Вся схватка продлилась не больше двадцати ударов сердца. Ульрика повернулась к мужчине с бутылкой и культистам, оставшимся у жертвенника. Их всех парализовал ужас, как и последнего, которого Ульрика только что прикончила. Она глянула на девушек, запертых в нише. Они тоже застыли от страха. Пленницы смотрели на тела у ног вампира, и белки их глаз поблескивали в свете костра.

– Бегите! – сказала Ульрика. – Возвращайтесь к своим семьям.

Большая часть девушек не двинулась с места, но самые шустрые начали пробираться через дыру в решетке, и тогда за ними последовали остальные.

Ульрика повернулась к дюжине культистов у круга и направилась к ним, держа наготове обломок прута.

Мужчина с бутылкой попятился, указывая на нее дрожащей рукой:

– Убейте ее! И не дайте жертвам сбежать!

Его товарищи отнеслись к первому приказу без всякого энтузиазма. Зато приложили все рвение к выполнению второго. Культисты раздались в стороны, пытаясь обойти Ульрику и добраться до девушек, ринувшихся к выходу. Ульрика не стала ими заниматься. Вместо этого она бросилась на лидера и тех двоих, которые укладывали девушку на жертвенник. Все трое ринулись в разные стороны. Ульрика схватила лидера и притащила к кругу. Там все еще лежала, съежившись, девушка, рядом валялись молот и гвозди, которыми ее собирались приколотить к земле.

– Вон, – сказала Ульрика и подтолкнула девушку ногой.

Та, всхлипывая, отползла. Ульрика бросила лидера культистов туда, где только что лежала несостоявшаяся жертва, и взяла молот и гвозди. Мужчина скорчился и закричал:

– Ты не смеешь прикасаться ко мне! Погоди! Что ты собираешься делать?

– Сохраняю вас для более важной цели, – ответила Ульрика, коленом прижала его запястье к земле и прибила гвоздем к земляному полу.

Мужчина завопил, забился. Ульрика поднялась на ноги и обвела взглядом зал. Культистам удалось поймать бегущих девушек. Они тащили их назад к нише, чтобы запереть. Ульрика подняла обломок железного прута и направилась к ним, глухо зарычав. Мужчины, увидев, что она идет, закричали. Некоторые отпустили жертв и выбежали из зала. Остальные сбились в кучу, и все вместе бросились на Ульрику, размахивая оружием. Она рванулась навстречу и перепрыгнула группу, молотя прутом по головам. Приземлившись, Ульрика не стала оборачиваться, чтобы увидеть результат своих действий. Она помчалась к большому пандусу, по которому фургон попал сюда: по нему можно было покинуть зал. Удирающие культисты развернулись на звук ее шагов, чтобы встретить лицом к лицу, но Ульрика перемахнула и через них тоже и загородила им выход.

– Шакалы, – сказала она, когда культисты снова повернулись к ней. – Охотитесь на тех, кто слабее вас. Пришла вам пора узнать, каково это, когда охотятся на вас.

Ульрика прыгнула в гущу культистов прежде, чем они успели шевельнуться, кружась, как мельница, и размахивая прутом – пробивая черепа и ломая руки. Некоторые упали сразу, завывая от боли и схватившись за поврежденные места. Оставшиеся с воплями бросились на Ульрику. Мужчину с топором она схватила за шею и с силой кинула о стену. Двое полоснули мечами по ее ногам. Ульрика увернулась от одного, но другой удар достиг цели, и тогда вампир пробежала между противниками. Все оставшиеся в живых культисты подобрались к месту схватки, они кололи и рубили. Прут Ульрики намертво застрял между ребер одного из противников. Ее ткнули кинжалом в спину, на плечо опустилась дубинка, меч полоснул по руке.

Ульрика яростно зарычала и выпустила когти. Мир вокруг стал черно-красным, собственный рев загрохотал в ее ушах. Люди вокруг закричали от ужаса. Запах их страха шибанул в нос. Вампир бросила прут там, где он застрял. Больше он ей не нужен. Он только помешает подобраться к жертвам. Ульрика прыгнула.

Она выдрала горло ближайшего человека, кровь брызнула на стены. Оторвала руку следующему, бросившемуся на нее. Ульрика крутилась в красном вихре, ослепшая от ярости, когти ее раз за разом погружались в плоть. Вампиру и не нужно было видеть – ее вело бешеное биение сердец жертв. Что-то громко хлопнуло, и тут же словно раскаленная кочерга вонзилась в бедро. Девушка пошатнулась. Волны жгучей боли, исходящей из раны, отрезвили ее, выдернули из кровавого буйства. Ульрика посмотрела в сторону, откуда раздался выстрел. Люди, которых она перепрыгнула, приближались к ней. Один держал в руках пистолеты; у правого дымился ствол, а левый культист как раз наводил на Ульрику.

Она завизжала, как дикая кошка, и кинулась на врага. Второй пистолет рявкнул, но пуля просвистела мимо. Ульрика схватила стрелка, выдернув его из кучки набегающих людей, ударила об пол и вырвала его горло зубами. Это зрелище заставило остальных остановиться. Каждый кричал другому, что нужно наброситься на это чудовище, но не двигался с места. Ульрика смотрела на них, сидя на корточках, кровь капала с ее подбородка. Она прыгнула на ближайшего. И снова мир стал круговоротом красно-черных вспышек. Сознание вампира выхватывало лишь отдельные моменты бойни. Человек падает, половина его вуали оторвана вместе с лицом. Другой кричит и смотрит на обрубки пальцев. Голова в капюшоне катится по пандусу.

Когда Ульрика пришла в себя, оказалось, что она стоит на четвереньках у основания пандуса, ведущего из зала. Она тяжело дышала, а вокруг громоздились трупы и умирающие люди. Восхитительное чувство удовлетворения переполняло ее. Между грязными булыжниками текли ручьи крови тех, кто успел взбежать по пандусу по пути к спасению, но так и не смог вырваться. Почти такими же ручьями кровь стекала с носа и подбородка Ульрики. Она осмотрела устроенный ею погром. Заметила среди тел девушку, на лице которой остались следы зубов. Ульрику пронзил стыд. Она отвернулась, морщась и ругаясь. Расправа с культистами не тревожила ее совесть. Они заслуживали гораздо худшей смерти. Ульрика надеялась, что теперь они попадут в руки жестокого божества, которому имели глупость поклоняться при жизни, и проведут вечность в муках. Но вот сам способ, которым она отправила противников на тот свет… Ульрика снова потеряла контроль. Нарушила данный себе обет – в озверении убила невинного человека. И теперь платила за это отвращением к себе, причиняющим почти физическую боль.

Если бы она не дала алой буре гнева закрутить ее, она бы не позволила подстрелить себя, не убила бы девушку и сейчас ее плечи не гнул бы к земле груз невыносимой вины.

Ульрика осмотрела рану в ноге. Пуля пропахала кровавую борозду по внешней стороне бедра, но не застряла в нем. Не придется снова вытаскивать свинец из собственной плоти – ну, хоть в чем-то повезло. Со стоном девушка поднялась на ноги. Ее когда-то белая рубашка вымокла в красном от шеи до талии. Руки тоже испачкались, и волосы стали жесткими от налипшей на них крови. Она вздохнула и похромала под своды зала. Холодный ветер, ворвавшийся в подземелье через пандус, донес издалека слабый смех скрипки.

Освобожденные девушки испуганно сбились в кучу. Когда Ульрика приблизилась, они попятились. Судя по всему, они боялись ее больше, чем тех, кто привез их сюда. Ульрика их не винила.

– Чего вы ждете? – прорычала она, проходя мимо. – Идите! Бегите отсюда!

Они побежали, спотыкаясь на скользком пандусе. Ульрика подошла к лидеру культистов. Он тяжело дышал, обмякнув на земле. Прибитую к полу руку он высвободить не смог. По крайней мере, ей хватило предусмотрительности вывести его из боя до того, как погрузиться в пасть алого безумия. Теперь Ульрика могла его допросить.

Заметив Ульрику, человек поднял голову в капюшоне, бессмысленно дергая приколоченную к полу руку и повизгивая от боли.

– Повелитель Удовольствий, защити меня! – выдохнул человек. – Тебя просто не может быть. Ты не можешь…

Ульрика коленом прижала его грудь, оборвав бессвязный лепет. Она сорвала с него капюшон и вуаль. Лидер культистов оказался на удивление обычным человеком, лысеющим мужчиной средних лет с посеревшим от ужаса лицом зажиточного лавочника. Он смотрел на Ульрику широко раскрытыми глазами, исходя потом от страха.

– Кто ты? – проскулил он. – Чего хочешь?

– Расскажи о своей госпоже, – ответила Ульрика. – Той, что вскоре заявит права на Праагу. Кто она такая? О каком это великом пробуждении ты говорил?

Мужчина покачал головой.

– Этого я не скажу. Что бы ты ни сделала, ты не сможешь заставить меня предать наше великое дело.

Ульрика улыбнулась.

– Что бы я ни сделала?

Она прижала его все еще свободную руку другим коленом, подняла молот и гвоздь.

– Нет! – закричал мужчина. – Нет, нет, пожалуйста!

– Тогда скажи мне, – ответила Ульрика.

– Я не могу! – простонал он. – Я не смею!

Ульрика приложила гвоздь к его запястью и подняла молот. Мужчина закрыл глаза и стиснул зубы. Ульрика заколебалась. Культист дрожал всем телом, но молчал. Она выругалась под нос. Он готовился терпеть боль. Возможно, он даже умрет от нее, но так и не заговорит. Ульрика применила бы пытки без зазрения совести – если бы это сработало. Но ей, похоже, попался настоящий фанатик. Очевидно, он страшно боялся боли – но даже это не заставило его заговорить.

Культист отвернулся от нее. Ульрика заметила, как бьется жилка на его шее. Возможно, есть другой способ. Она положила молот и гвоздь и погладила его по шее. Мужчина моргнул от неожиданного прикосновения и посмотрел на Ульрику. Блеснули белки его глаз.

– Что ты делаешь? – проблеял он.

– Я была жестока с тобой, – промурлыкала Ульрика, склоняясь над ним. – Я причинила тебе много боли, и я сожалею об этом. Сейчас я облегчу твои страдания.

Ульрика открыла рот и выпустила клыки. Мужчина взвизгнул.

– Нет! Да что ты такое? Остановись!

Ульрика прижалась губами к его шее и прокусила плоть так нежно, словно поцеловала младенца. Мужчина дрожал и трясся, но, когда вампир принялась потихоньку сосать кровь из вены, замер, как кролик перед змеей, а затем глубоко вздохнул и расслабился. Ульрика опасалась, что его кровь испорчена, как у мародера-норса, которого она попробовала во время битвы за караван. Но этот культист еще не настолько далеко зашел в служении Хаосу. Его кровь на вкус ничем не отличалась от крови любого обычного человека. Ульрика закрыла глаза, когда сладко-соленая жидкость скользнула по ее горлу, наполняя ее теплом и спокойствием. Но следовало держать себя в руках. Сейчас она пила кровь не ради наслаждения. Ульрика сделала еще один глоток и отодвинулась, облизывая губы.

На этот раз культист смотрел на нее глазами, полными вожделения. Мужчина протянул к Ульрике дрожащую руку.

– Еще раз, – взмолился он. – Сделай это еще раз.

– Сначала ответь, – приказала она. – Кто твоя госпожа?

– Я не могу, – застонал он. – Я никогда не предам ее.

Ульрика снова склонилась к его шее, слегка коснувшись губами. Она слизала кровь, сочащуюся из раны.

– Никогда?

Мужчина задрожал от вожделения, но покачал головой.

– Никогда.

– Посмотрим.

Ульрика снова приникла к его шее, на этот раз она погрузила клыки глубже в плоть и пила дольше. Мужчина хватал рукой воздух. Движения его становились все слабее по мере того, как кровь покидала тело, а стоны почти затихли.

Ульрика отстранилась и снова посмотрела на него. Губы его посинели, кожа стала мертвенно-бледной из-за нехватки крови. Она взяла его голову руками, повернула к себе и пристально посмотрела.

– Так кто твоя госпожа?

– Я… мои мысли путаются.

– Скажи, – повторила Ульрика, надеясь, что не переусердствовала. Мужчина едва дышал. – Скажи, и я дам тебе еще большее наслаждение.

Его лицо исказилось от замешательства и страха.

– Она… она чемпион нашего бога, – пробормотал культист наконец. – Могущественная воительница севера, избранная, чтобы привести нас к славе.

В описании угадывалось пугающее сходство с воеводой хаоситов, о котором упоминал Чесноков. Некая тварь, не мужчина, не женщина, расположившаяся со своим войском в ближайших холмах.

– Каковы ее планы насчет Прааги?

– Мы откроем ей врата… после… после пробуждения, – произнес культист, протягивая к Ульрике слабую руку. – Она станет королевой, а мы – ее супружниками. А теперь, прошу…

Ульрика нахмурилась. Могут ли несколько безумцев, прячущихся по подвалам, и в самом деле открыть ворота Прааги изнутри? С некоторой помощью извне – почему бы и нет.

– Где твоя госпожа сейчас? – спросила Ульрика. – И что это за «пробуждение»?

Культист покачал головой.

– Я не знаю. Клянусь. Только мастер знает. Нам… не позволено знать такие вещи. Теперь, пожалуйста, поцелуй меня еще. Пожалуйста…

– Кто этот мастер?

– Я никогда его не видел, – простонал мужчина. – Он всегда связывался с нами через… посредников. Пожалуйста, не отвергай меня.

Ульрика уткнулась носом в его шею.

– Ужасно быть рабом удовольствия, не правда ли? Скажи, где я смогу найти кого-нибудь из этих посредников, и я дам то, что ты хочешь.

Мужчина заколебался, затем всхлипнул и отвернулся от нее.

– Я не смею, – простонал он. – Они проклянут меня. Это обречет меня на вечные… мучения.

Ульрике пришла новая идея. Она улыбнулась культисту.

– Но я могу спасти тебя от них. Могу дать тебе вечное удовольствие. Ты можешь начать служить другой госпоже.

Глаза мужчины расширились.

– Ты… ты?..

Ульрика кивнула, глядя в его глаза, как змея, гипнотизирующая мышь.

– Ты знаешь, что я такое. Ты знаешь, что я могу дать. Ты сможешь служить мне вечно.

Мужчина сглотнул, глядя на нее.

– Вечно? Ты клянешься в этом?

– Клянусь могилой отца, – ответила Ульрика.

Мужчина помедлил, затем закрыл глаза.

– Я не знаю ни как его зовут, ни как он выглядит. Но живет он на улице Ювелиров, квартира над магазином Гурджиева, серебряных дел мастера. Шесть длинных ударов – сигнал. Он позволит вам войти. Теперь, пожалуйста… пожалуйста, – сказал он, отворачиваясь, чтобы поднести рану на шее как можно ближе к зубам Ульрики. – Дай мне то, что обещала.

Ульрика снова низко склонилась над ним и прошептала на ухо:

– У моего отца никогда не было могилы. Его сожгли на погребальном костре.

– Что? – Мужчина попытался повернуть голову, но она не позволила ему этого сделать и вырвала его горло зубами. Культист схватился за шею, пытаясь зажать зияющую рану, из которой хлестала кровь. Ульрика поднялась на ноги.

– Пусть твои боги окажут тебе достойный прием, – сказала она.

Улыбаясь, Ульрика двинулась к нише, чтобы забрать свой узелок с вещами. Вот так и надо действовать – спокойно и аккуратно, никакого буйства. Она получила необходимую информацию, никому не причинила вреда, за исключением намеченной жертвы. Кровь культиста уже начала действовать на ее рану, та потихоньку затягивалась. Ни разу Ульрика не потеряла контроля над собой. Вот так она всегда теперь и станет поступать.

Зайдя в опустевшую нишу, Ульрика сорвала с себя насквозь пропитанную кровью рубашку, вытряхнула вещи из мешка и вытерлась им. Отбросив испачканную тряпку, Ульрика натянула дублет и плащ. Костюм ее, разумеется, пришел в беспорядок, но и так сойдет. Прихорашиваться некогда.

Когда Ульрика натягивала сапоги, в зале раздался шум. Она подняла голову, неуклюже допрыгала до решетки на одной ноге и огляделась. Тень хромого человека выскользнула из зала по пандусу. Ульрика выругалась. Кто-то из культистов, умирающих в груде окровавленных тел, оказался не так близок к смерти, как она думала. Слышал ли беглец их беседу с лидером? Знает ли уцелевший, что тот предал вышестоящего мастера? Ульрика впихнула ноги в сапоги, проскользнула в щель в решетке и бегом бросилась к пандусу.

Мужчина услышал ее приближение и ускорил шаги как мог. Он нырнул под арку, ведущую наружу, и исчез в ночи. Ульрика побежала за ним, на ходу вырвав из тела обломок железного прута. Она успела уловить запах беглеца и слышала, как бьется его сердце. Ему не ускользнуть. Вампир выбежала во двор заброшенной квасокурни и увидела свою добычу. Спотыкаясь, беглец торопился к разбитым воротам. Ульрика последовала за ним, но тут ее внимание привлекла богато украшенная черная карета. Посреди заваленного обломками двора она смотрелась совершенно неуместно. На козлах сидел кучер и смотрел на нее, от морд лошадей шел пар. Ульрика замедлила шаги.

– Стой, где стоишь, – произнес голос за ее спиной.

Ульрика обернулась. Худощавая блондинка в длинном пальто и меховой шапке вышла из теней у стены квасокурни. Ее талию охватывал красный пояс пиратки, за ним торчали кинжалы. В руке незнакомка сжимала коссарскую саблю.

Ульрика услышала, как открывается дверца кареты, и посмотрела в ту сторону. Две женщины в меховых плащах и богатых платьях старомодного покроя как раз выходили из кареты. Одна высокая, ростом почти с Ульрику. У нее было холодное гордое лицо и царственные манеры. Вторая оказалась низенькой, рыжей и худой, как мумия. Она моргала мертвыми глазами фарфоровой куклы. Женщины остановились между Ульрикой и воротами, в которые как раз улизнул культист.

При виде этих женщин мурашки побежали по коже Ульрики от ужасного предчувствия, но, кем бы они ни были, им придется подождать. Сначала надо разобраться с культистом. Ульрика бросилась между ними, но высокая дама вцепилась в ее руку железной хваткой и дернула назад.

– Стой, – сказала она.

Ульрика вырвалась.

– Дайте мне пройти!

Женщина в длинном пальто подошла и приставила кончик сабли к горлу Ульрики, а две другие зажали ее между собой.

– Не так сразу, – сказала высокая. – Сначала поговорим, сестра.