сообщить о нарушении
Текущая страница: 87 (всего у книги 110 страниц)
Настал черед размяться и остальным. В ход пошли мечи, топоры, копья и тому подробные орудия нелегкого ратного труда. Мой верный «глаз» не сразу нашел в этом калейдоскопе сына вождя, но, когда это удалось, я невольно поразилась увиденному. Нет, я знала, конечно, что Тарглан хорошо управляется с хлыстом Дзаранги, но чтобы с двумя сразу, да так виртуозно!.. Призрак вертелся волчком, уворачивался, делал какие-то немыслимые прыжки, перескакивая с места на место и забираясь время от времени на ближайшие гранитные уступы, а шестиметровые смертоносные жала, изящно выгибаясь и со свистом рассекая прозрачный морозный воздух, исполняли зловещую пляску… Один удачный удар с оттяжкой (а неудачных просто не было!) выводил из строя сразу до полудюжины агрессивных дикарей; их пластинчатые доспехи расползались под режущими гранями, как мокрая промокашка, даже кольчуги не спасали от хлестких смертоносных прикосновений, что уж говорить о располосованных телах и отсеченных пальцах и руках, часто вместе с оружием, в них зажатым!..
От вида брызжущей, фонтанирующей и льющейся крови меня снова замутило, да так мощно, что я едва успела отбежать за ближайшую сосенку… Никогда не любила батальные сцены, даже в книгах обычно пропускала фрагменты текста не читая: хватало первого же взгляда, чтобы представить, о чем там речь, — и желание ознакомиться с деталями тихо гибло на корню задолго до возникновения. Слишком остро я чувствую чужую боль, чтобы созерцание подобного действа приносило удовольствие! Зато сегодня поневоле насмотрелась на эту «прелесть» за всю прошедшую жизнь и, не отходя от кассы, добавлю: на всю оставшуюся — ведь сражение в разгаре и еще не вечер.
Заев свежим снегом неприятный привкус во рту, я снова раскинула «поисковую сеть», со смешанным чувством наблюдая между делом за ходом сражения. Бой шел с переменным успехом, сейчас наши ощутимо потеснили врага, до полной победы вроде бы рукой подать, но слишком уж велики потери… Надолго ли хватит сил?! К тому же не давало покоя нарастающее ощущение тревоги и страха перед чем-то грядущим — неизвестным, и от этого еще более жутким. С трудом взяв себя в руки, я попыталась трезво поразмыслить… вот именно!!! До сих пор на сенсоры не попалось ни единого обитателя Глубинных подземелий, что было более чем странно: зачем тогда Крониган стал бы тратить столько средств и усилий, чтобы связаться с одним из девяти тамошних правителей? Предположим, подземным жителям независимо от степени разумности вреден солнечный свет и они до поры до времени где-нибудь надежно укрыты… Но где? И до какого времени? Будь я на месте Черного Короля, сделала бы ставку именно на них и именно сейчас, чтобы переломить ход сражения раз и до победного финала…
Мои сумбурные мысли словно кто-то подслушал и поспешил обрадовать ответом сразу на все вопросы. Спину и затылок свело холодом, ощущение близкой опасности захлестнуло жгуче-ледяной волной, заставив сердце сбиться с ритма и замереть стылым комом где-то в районе глотки, почти перекрыв дыхание… Я все-таки смогла обернуться на приглушенный рык надхи, чтобы увидеть, как она безуспешно пытается шевельнуть хотя бы хвостом, но может лишь яростно скалиться и щуриться, вперив полыхающий взгляд куда-то выше моей головы. Взглянув туда же, я теперь смотрела остановившимися глазами, как по воздуху откуда-то со стороны приближается темная точка, хорошо заметная на фоне легких перистых облаков. В глаза плеснуло багровым, картина окружающего мира дрогнула, сместилась и потемнела, уступая место увеличенному изображению незнакомого явления. Впрочем, вру и не краснею — очень даже знакомого!..
Для начала порадовали многообещающе оскаленные морды трех упитанных акселератов-химеронов, которые виртуозно выделывали фигуры высшего пилотажа вокруг центрального персонажа назревающего действа. Сенсоры прилежно проявили затейливое сочетание нескольких особо мощных защитных полей неизвестной мне структуры, образовавших вокруг него нечто вроде слоистого мерцающего кокона. Предмет, непринужденно скользивший по воздуху на приличной высоте, не имел никаких видимых приспособлений для полета и здорово напоминал классическую летающую тарелку небольших размеров донышком вниз. На слегка вогнутой поверхности летучей платформы ко мне спиной стоял рослый человек в знакомом до боли длинном коричневом плаще с низко надвинутым капюшоном. Здрассссьте, давненько не виделись… и еще сто раз по столько же не видеться бы!!!
«Тарелка» замедлила ход, зависла и плавно повернулась ко мне другим боком, представив для обзора фасадно-лицевую сторону ценного груза. Мужчина тряхнул головой, отбрасывая капюшон за спину, легким движением руки отправил свою летучую свиту в круговой полет над моей скалой и сделал в стеклянном от совсем не весеннего морозца воздухе перед собой мягкое движение кистью, словно рисуя расходящуюся спираль.
По сенсорам плеснуло жаром и светом. В нескольких метрах от меня пространство украсилось мириадами разноцветных бликов и пошло круговыми волнами. Мельтешащие искорки образовали плотное пульсирующее облако, а затем овальное мерцающее «окно», в котором, обретая с каждой секундой все большую четкость, стал вырисовываться портрет потрясающего индивидуума. За свою прошлую, хоть и недолгую жизнь я успела многое повидать и в родном измерении, и здесь, путешествуя по горам и долам этого странного Мира в не менее странной компании, так что, казалось бы, могла привыкнуть к созерцанию мужской красоты самого разного типа, но такогомне встречать не доводилось — во всяком случае, вживую…
С первого же взгляда его лицо я вспомнила одну из картин Бориса Валеджи, на которой он изобразил не то правителей Атлантиды, не то каких-то древних богов — мужчину и женщину, стоящих на каменном уступе по щиколотку в воде. Одежды на них было минимальное количество, гораздо больше тела прикрывали роскошные волосы, у обоих до колен. Так вот, создание неведомого Творца, возникшее передо мной в мерцающем «окне», вполне могло служить художнику натурой, разве что волосы у него были не темные, как на картине, а рафинадно-белые, искрящиеся в лучах солнца ярче свежевыпавшего снега, и всего лишь до пояса. Изумительное, с безукоризненно-четкими благородными чертами лицо не выражало никаких обидных для меня эмоций, наоборот — искреннее внимание и участливый интерес.
«Вот и встретились, малышка! — Знакомый бархатистый голос легко вторгся в мое сознание одновременно с оживанием изображения в „окне“, странный глаз (алый ромбовидный зрачок на фоне угольно-черной овальной радужки) ободряюще подмигнул. — Прекрасно выглядишь!»
«А уж я-то как рада встрече! — Я мрачно хмыкнула вслух, сосредоточенно поддергивая повыше рукава. — Завещание написать не забыл?»
Снисходительный смешок не прибавил мне позитива в настроении.
«Хочешь бесплатный совет? Не пытайся помешать событиям — ничего не выйдет, и для того, чтобы вывести меня из терпения и заработать быструю гибель, силенок у тебя не хватит, а вот… хм!.. неприятные ощущения гарантирую!» — Проникновенный взор, доверительный тон, искреннее участие — при всем желании придраться не к чему.
«Пугаешь?!»
«Сохрани боги! К чему напрасная трата времени? Просто советую, на правах старшего и более мудрого…»
«Благодарю за участие и заботу, — я не удержалась и соорудила изысканнейший реверанс, — но ты стараешься зря!»
«И почему меня это не удивляет? — Сокрушенный вздох был явственно слышен, словно говоривший в самом деле находился от меня в трех шагах. — Подумай, ведь раньше у тебя не было выбора, зато есть сейчас».
«Я вся внимание!» — Мне и в самом деле стало интересно.
«Пока не поздно, ты можешь выйти из игры… Не спеши с отказом — я не собираюсь тебя переманивать на сторону Черного Короля!»
«На чью же тогда?!»
«На мою. Когда вся эта утомительная история закончится, я вернусь в свой мир. Для тебя там тоже найдется место».
«Рабыни на невольничьем рынке? Или новой игрушки? А может, подопытного кролика?! Или сто тридцать восьмой, но временно самой популярной жены в твоем гареме?» — Ответная гримаса вышла чересчур саркастичной даже на мой собственный вкус.
«Всего лишь третьей, и не временно. Жаль, если твои способности пропадут впустую, а вот вкупе с моей магической силой, опытом и влиянием… для нас попросту не будет ничего невозможного!»
«Значит, предлагаешь мировое господство в обмен на предательство?»
«Это не предательство, а забота о собственном выживании. Взгляни правде в глаза, ведь битву вам не выиграть: войско на последнем издыхании, а после того, как я открою портал, в эту долину хлынет орда обитателей Глубинных подземелий, которые ко всем прочим своим достоинствам вдобавок давно приспособились использовать в бою поистине безграничную мощь подземных драконов… Они пленных не берут и в живых не оставляют! Пощадят разве что ваших драконов и с полудемоном не рискнут связываться, а голова принца наверняка еще до полудня украсит навершие королевского штандарта…»
«Страсти какие! — Небрежность в манерах давалась непросто — настолько переполняли меня эмоции, далекие от восторга. — Так ведь можно и до заикания напугать!»
«На твоих способностях это не скажется. — Мягкая улыбка тронула идеально очерченные губы. — Решай, пока не поздно!»
«А почему бы мне просто не подождать столь красочно расписанного тобой финала? — Моя циничная ухмылка заставила собеседника сощуриться. — Чтоб уж не прогадать наверняка…»
«Потому, что тогда ты попадешь в число военных трофеев, и твое мнение по поводу твоего же будущего будет волновать победителей очень мало, даже почетное звание „видящей“ не поможет».
«А если…»
«Пойдешь со мной — станешь добровольным союзником или нейтральным наблюдателем, если будет угодно. В любом случае будешь вольна в своем выборе как особо значимая персона».
«Значит, говоришь, привилегии, положение, брак — да еще с таким красавчиком! — и мировое господство в придачу… Заманчиво-то как, дьявол все побери, прямо-таки долгожданное светлое будущее! Ты и впрямь умеешь играть на слабых струнках души, но… знаешь, уважаемый, что я по этому поводу сейчас думаю? Почему бы тебе…»
Не стану цитировать свои мысли дальше, скажу только, что мне доставило тогда большое удовольствие наблюдать, как брови собеседника ползут вверх почти до линии волос, а выражение лица меняется со снисходительно-доброжелательного на ошарашенно-озадаченное. Видимо, при составлении программы для обучения супермагов его наставники как-то упустили из виду биологические науки, особенно их прикладную часть… Впрочем, должной поправки на мое воображение они все равно бы сделать не смогли, это и хорошо меня знающим людям не всегда удается.
К чести собеседника, он довольно быстро овладел собой.
«Значит, не убедил, — подытожил голос в моем сознании. — Подобная преданность внушает уважение, но, к сожалению, редко способствует продлению жизни. Что ж, выбор сделан. Жаль! Был искренне рад знакомству. Прощай!»
— Гуд бай, май лав, гуд бай! — пропела я уже вслух, наблюдая, как постепенно гаснет мерцающая «картинка», рассеиваясь в морозном воздухе.
Рядом глухо зарычала надха, раздраженно встряхиваясь и наскоро потягиваясь после принудительного обездвиживания. Я рассеянно пригладила на ее загривке вздыбленную шерсть, наблюдая за перемещениями «летающей тарелки» с восседавшим на ней магом. Он же, словно в насмешку, расположился на высоте, недосягаемой для оружия, но вполне преодолимой даже для обычного человеческого глаза. Мои же сенсоры еще и приблизили «картинку», давая возможность рассмотреть в подробностях его манипуляции, что я и делала, кусая губы от сознания собственного бессилия и часто дыша от едва сдерживаемых эмоций, среди которых преобладали ярость и досада.
Таэрш-э-рарт был поглощен своим делом. В изящных, плавных движениях рук не было никакой рисовки — маг, судя по всему, начисто забыл о моем существовании. Неудивительно: он сделал все что мог, а если оппонент не соизволил прислушаться к разумному совету и не принял предложение, то нечего и голову зря забивать не своими трудностями…
На фоне светлого неба хорошо просматривалась его стоящая в полный рост фигура с раскинутыми в стороны руками. С кончиков длинных пальцев, завихряясь и мерцая, стекала энергия в виде призрачных струй, которые ветвились, изгибались и переплетались, образуя в пространстве перед ним огромный полуовал — ворота для подкрепления вражеской армии. Вот уже границы будущего портала выткались в морозном воздухе настолько четко, что стали видимы даже обычным глазом, вот его края замерцали еще сильнее, а внутри контура заклубился золотистый дым…
У меня свело судорогой левую кисть. Кое-как оторвавшись от завораживающего зрелища, я опустила глаза и с удивлением обнаружила, что изо всех сил сжимаю витую рукоять одной из «черных молний», которую неизвестно когда успела вытянуть из ножен. Горькая усмешка должна была стать прелюдией к очередному авторскому нецензурному шедевру, но в этот момент нарастающий гул отвлек мое внимание от самоедства по поводу собственной бесполезности.
Маг резким движением скрестил перед собой напряженные руки, повернув их ладонями вверх, — мерцающий контур мерно заколыхался, по краям прорезались лучи ослепительного света, становившегося ярче по мере того, как звучный голос произносил слова сложного рифмованного заклинания. Меня затрясло и буквально скрутило в жгут: я знала, что произойдет в следующие несколько мгновений. Сейчас он договорит, еще одним резким движением пошлет в центр клубящейся конструкции последний, самый мощный сгусток энергии, портал распахнется — и Туманную долину заполонит орда безжалостных и непобедимых воинов, умеющих как никто другой на этом свете проливать реки крови, в которой окончательно и бесповоротно захлебнется наша благородная, но такая наивная затея с попыткой установить в королевстве законную власть и спасти весь этот странный Мир заодно…
— Мозги бы тебе вышибить!!!
Захлебываясь жгучими слезами отчаяния и бессильной ярости, я что было силы метнула черный кинжал в ясно видимую, но такую недосягаемую цель и рухнула на колени в снег, закрыв лицо руками и давясь рыданиями. Все зря, все кончено, теперь действительно все…
Додумать эту малорадостную мысль мне помешал незнакомый вибрирующий звук, высокий и пронзительный, который буквально вбуравливался в череп. Я вскинула голову и замерла, машинально размазывая слезы по лицу, не веря своим глазам, не понимая ничегошеньки, но продолжая буквально впитывать все детали происходящего.
Вокруг потемнело, и на этом фоне, как звезда в ночном небе, выделялся летящий кинжал. Он почему-то и не думал падать вопреки законам физики, а его контуры полыхали фиолетовым светом. Теперь клинок все быстрее и быстрее вращался вокруг своей продольной оси, с нарастающей скоростью ввинчиваясь в неподвижный загустевший воздух. Вот он достиг просто немыслимой для такого броска высоты, на долю секунды завис в апогее и, оставляя за собой мерцающий след, стремительно помчался на ничего не подозревающего чародея, который спешил дочитать заклинание. Почему-то хваленая многоуровневая защита не смогла прикрыть прославленного мага от странного творения древних мастеров. Он только и успел, что в последний момент обернуться и встретить пикирующую на него смерть лицом к лицу…
Я закрыла глаза, чтобы не видеть падения тела с такой высоты. Дождалась глухого удара, потом очень медленно, словно вдруг обессилев, поднялась, цепляясь за мощную рысью шею, и побрела вперед.
Он лежал на самом краю каменистой площадки, раскинув руки. Повернутая набок снежноволосая голова встретила меня на удивление живым и осмысленным взглядом, выражавшим лишь легкое недоумение. И никакой гримасы на совершенном лице, никакой крови, хотя посреди высокого чистого лба красовалось ровное, идеально круглое отверстие, диаметром в аккурат по самое широкое место черного кинжала — начало сквозного пути, проделанного необычным сверлом, которое вошло в череп выше линии безукоризненных бровей и вышло через центр затылка…
Я смотрела на лежащего у моих ног поверженного противника, виновника многих наших несчастий, но почему-то не испытывала ни радости, ни злорадства, ни упоения совсем нежданной победой в этом безнадежном для меня поединке — только сожаление, досаду, горечь и, как ни странно, чувство вины.
— По-другому бы нам с тобой встретиться, великий маг…
Я, помедлив, аккуратным движением закрыла его необычные, начавшие тускнеть глаза и решительно выпрямилась, оглядываясь по сторонам.
«Черная молния» приземлилась поодаль. Клинок был таким горячим, что растопил снег почти на метр вокруг себя до самого гранита и теперь, тонко позванивая, лежал на влажных камнях, до сих пор окутанный все еще различимым фиолетовым свечением. Я опустилась на одно колено, бережно — двумя руками — подняла чудесное оружие и осторожно коснулась губами зеркально-гладкой стали, едва слышно шепнув: «Спасибо!» Изумрудные глазки черных змеек на миг вспыхнули алым и погасли, свечение исчезло — теперь на моих ладонях лежал, остывая, вполне обычный метательный кинжал, разве что редкой работы…
ГЛАВА 3
