сообщить о нарушении
Текущая страница: 62 (всего у книги 110 страниц)
Самой большой моей глупостью было то, что я не дождалась возвращения надхи, которая в тот момент заканчивала прочесывать ближний к лагерю лес. Глупостями поменьше — то, что я наотрез отказалась от компании Ворха и не обратила внимания на поведение коня. А уж «отключить» сенсоры, хоть и перегруженные за день, — это и вовсе идиотизм высшей пробы!..
Я только слегка удивилась, когда мой своенравный, но прекрасно выученный и надежный жеребец вдруг самостоятельно решил свернуть с курса. Пришлось настаивать на своем, и некоторое время мы соревновались, кто кого переупрямит. В конце концов ему пришлось подчиниться; тут оно все и случилось…
Первым сюрпризом стал слаженный встречный залп из боевых луков. Агат с переливчатым ржанием с ходу встал на дыбы и затанцевал на задних копытах, потом развернулся и рванул галопом к лагерю, двигаясь не по прямой, а каким-то неровным зигзагом. В седле я удержалась просто чудом, но вот оценить сообразительность боевого друга смогла намного позже, когда из меня вытаскивали наконечник боевой стрелы — из плеча, а не из сердца, и один, а не …надцать! Пока же я была способна только цепляться за густую гриву и стараться даже не думать о том, что будет, если все-таки свалюсь…
Проверить это на практике пришлось довольно скоро. Из-за невысоких кустиков, занесенных снегом до полной неузнаваемости, вдруг выскочило нечто шипастое, огромное и хвостатое и ринулось нам наперерез — тройные челюсти с железным лязгом сомкнулись у самых копыт жеребца. Немыслимый скачок в сторону с разворотом — я кубарем слетела в глубокий сугроб, и меня тут же накрыло тяжелой горячей волной. Стало трудно дышать и невозможно шевелиться, поэтому часть последующих событий пришлось наблюдать сквозь какое-то марево и в режиме замедленного кино, причем немого и без музыкального сопровождения.
Это уже потом, спустя порядочное количество времени, Дин объяснил, что меня поймали в хитроумную ловушку. Та полянка, где я барахталась в снегу, находилась в ином времени, чем все остальное пространство, поэтому любые попытки пробиться ко мне до снятия заклятия были заранее обречены на провал. Оставалось лишь наблюдать происходящее — каждому со своей стороны, кусая локти от собственного бессилия и необходимости подчиниться чужой злой воле…
Я видела, как моя личная охрана, все-таки следовавшая за мной в отдалении, лихо изрубила в капусту пару дюжин сидевших в засаде лучников, несмотря на их яростное сопротивление и помеху в виде целой стаи каких-то уродливых и лохматых летучих мышей, как из лагеря мчались на подмогу наши… Как Линга, прокатившись пару километров на загривке шипастой твари, напоминавшей гибрид крокодила, носорога и еловой шишки, загнала ее в глубокую, заметенную снегом яму и там добила после непродолжительной борьбы, отыскав-таки уязвимое место под нижней челюстью… Как друзья пытались прорваться на злополучную поляну, что-то крича, но невидимая черта, вдруг отделившая меня от остального мира, была непреодолима для них, а мне даже пальцем пошевелить не удавалось… Потом упала вязкая темнота, оглушив и ослепив до полной потери чувств.
Возвращение в реальный мир никак нельзя было назвать приятным. Дышалось почему-то через раз, мутило, сердце билось где-то в глотке, в голове гудело, во рту жгло, и сильно саднило раненое плечо, из которого никто не потрудился вытащить наконечник стрелы. В довершение всех неприятных новостей обнаружилось, что я стою навытяжку с руками, туго связанными сзади, в полный рост примотанная к толстому столбу. Я облизнула пересохшие губы и невольно скривилась — вкус категорически не понравился. Видимо, мне что-то влили в рот, пользуясь бессознательным состоянием. Вопрос: кто и зачем?..
Ответ обнаружился бы намного быстрее, будь мои сенсоры в рабочем состоянии, но ни один из них не откликался. Подозреваю, что причиной тому было неведомое пойло, так что пришлось пользоваться стандартным человеческим набором. Когда в глазах перестали мельтешить разноцветные круги, я смогла разглядеть, что нахожусь в просторном помещении, напоминающем придорожную забегаловку, только народу в ней было маловато. Шестеро качков, одетых почти одинаково, сидели у дальнего стола за картами, еще один ворошил кочергой дрова в пылающем камине. Видна была его спина, обтянутая потертой кожей длинной безрукавки, да спускавшийся до лопаток хвост русых волос.
— Что за … … …?!
На большее меня не хватило — в пересохшем горле словно ворочался угловатый ком грубой наждачной бумаги. Сидевшие за столом даже не обернулись на мой хриплый возглас, но их товарищ неспешно поднялся и подошел ближе. Не обращая внимания на мои попытки высказаться, он так же неторопливо проверил узлы на веревках, поправил повязку на плече и, взяв со стола кувшин, выплеснул мне в лицо литра три ледяной колодезной воды. В голове сразу прояснилось, немного попало в рот, но… надо ли говорить, насколько бурной была моя реакция на это хамское действо?! Впрочем, на стоявшего передо мной мужчину затейливая гневная тирада никакого впечатления не произвела.
— Закрой рот, — негромко посоветовал он абсолютно бесстрастным голосом, — и лучше сама, иначе я просто заткну его кляпом. Причем церемониться не стану — с тобой и так слишком уж много хлопот.
— Какого … … …?!
Он вроде бы слегка взмахнул рукой, словно муху отгонял, но от хлесткого удара у меня зазвенело в голове, перед глазами снова поплыли разноцветные круги, а по мокрому подбородку заструилась кровь из разбитой губы.
— Повторять не буду. — Неприветливый собеседник шагнул еще ближе.
Теперь я могла рассмотреть его в деталях: гладко зализанные назад волосы, заостренные уши, в мочке одного из них качается тяжелая вычурная серьга странной формы; правильные, но чересчур жесткие черты лишенного всякого выражения лица, и глаза… От стылого взгляда этих мертвых, пустых глаз меня мороз продрал по коже, бросило в дрожь, а слова застряли в горле…
— Тебя приказано доставить живой, — так же тихо продолжал мужчина, глядя куда-то поверх моей головы, — а вот насчет «здоровой» и «целой» разговора не было. Поняла?
Инстинкт самосохранения без труда взял верх над пакостностью характера. Я с трудом сглотнула и молча сплюнула кровью на пол.
— Умница. — В бесцветном голосе по-прежнему не было и намека на эмоции. — Во дворце наговоришься. Там тебя уже заждались, да и собеседники будут не нам чета.
Подельники, с интересом наблюдавшие за развитием диалога, поддержали реплику одобрительными смешками. Спасибо, утешил, чтоб тебе … …!!! Нужен мне ваш дворец со всеми его дворнягами, как ежу стоп-сигнал на пояснице! Но делать нечего, придется дожидаться — хоть чего-нибудь…
Время тянулось медленно. Я успела измучиться от ноющей боли в опухшем плече и неудобной позы, к тому же снова стали донимать горечь и сухость во рту. Насколько можно было понять из отрывистых фраз, которыми время от времени перебрасывались мои похитители, обратная переброска задерживалась из-за остальных подельников, почему-то задержавшихся в процессе обхода дозором окрестностей. Потом они перешли на незнакомый мне язык, а я вообще впала в полузабытье…
Внезапно все встрепенулись и зашевелились, а один привстал и ткнул пальцем в полузамерзшее стекло.
— Вот и наши!
Двое, подхватив оружие, вышли наружу, а у меня в голове словно что-то взорвалось горячим фонтаном, включив сенсоры все разом и обрадовав присутствием поблизости знакомых объектов.
— Гостей принимаете?
Спокойный голос Дина, прозвучавший от порога, произвел эффект разорвавшейся бомбы. Четверо картежников одновременно вскочили, повалив лавки и перевернув стол, и ринулись к принцу, а недружелюбный блондин уже стоял сзади, прикрываясь мною как щитом.
— Полегче на поворотах! — Моей шеи недвусмысленно коснулось острое лезвие длинного кинжала.
— Отойди от нее! — Даже при тусклом свете прогоревшего камина было видно, как мерцают фиолетовым глаза Дина.
— Подойди и отгони, если хочешь! — по-прежнему бесстрастно предложил оставшийся в живых, не обращая внимания на колоритную картину, раскинувшуюся прямо перед нами.
Двоих воинов пригвоздили к бревенчатым стенам «клыки дракона», по самую рукоять ушедшие в ямки у основания накачанных шей, а головы третьего и четвертого, припав щеками к затоптанному и залитому кровью полу, вдумчиво созерцали копчики бывших собственных тел.
— Выйди и сражайся как мужчина! — Лезвие черно-серебристого меча описало в воздухе мерцающий полукруг.
— Еще чего! — Что-то похожее на пренебрежительную усмешку промелькнуло на каменном лице. — Я не наемное мясо, а мастер тонкой работы!
— Тогда хоть поздоровайся с товарищем по цеху, ведь столько лет не виделись! — Глубокий, чуть хрипловатый голос, прозвучавший за спиной, заставил дрогнуть руку моего пленителя — острое лезвие ощутимо кольнуло меня в шею.
— Призрак?!! Но как… Не может быть! — Сильное потрясение вернуло безжизненному голосу когда-то утраченные интонации.
— Почему же? Для призраков почти нет невозможного!
Судя по всему, Тарглан улыбался во всю ширь, когда в длинном прыжке достал несговорчивого собеседника. Кинжал острием все-таки напоследок чиркнул меня по щеке, но его хозяин уже лежал у моих ног, неестественно изогнув шею, которую сын вождя свернул одним неуловимым движением…
— Ты цела?!
— Н-н-е знаю… Н-н-не оч-чень… — Я обессиленно повисла на веревках.
Несколько быстрых взмахов короткого ножа, беглый осмотр — и сын вождя, убрав оружие, сухо поинтересовался:
— Может, хоть сейчас объяснишь, в чем дело?
— Какое дело?! — Я, машинально растирая затекшие руки, недоуменно воззрилась на него.
— Вот именно! — Тарглан, схватив за отвороты шубки, несколько раз встряхнул меня, как залежавшийся половик, и глухо прорычал в лицо: — За каким дьяволом тебя понесло в тот лес?!!
— Т-т-ч-т-то, с-сд-д-р-рел?! П-пс-т-ти! — только и смогла выдавить я и умолкла совсем, боясь откусить язык.
Дин, который до сих пор меланхолично тер меч полой чужого плаща, негромко кашлянул. Призрак оглянулся на него и выпустил меня из рук. Я прижалась к столбу спиной, чтобы не упасть — ноги тряслись и прогибались в коленках.
— Какого черта?! Я что, не имею права побыть одна?
— Права?! — Знакомые глаза окончательно превратились в острые осколки зеленоватого льда. — Конечно же имеешь! Все что вздумается вашей светлости!
Я вообще перестала что-либо понимать. С чего вдруг он так взбеленился?! Мое недоумение словно подлило масла в огонь — Тарглан, едва сдерживаясь, ухватил меня за подбородок и резко повернулся кое-как оттертым лицом в сторону принца:
— Смотри! Хорошо смотри, госпожа «видящая»! Ты даже такойценой готова получать желаемое?!
Сенсоры вновь работали в полную силу, и увиденное сразило меня наповал. Во-первых, силуэт принца, безмолвно подпиравшего плечом дверной косяк, был почти начисто лишен живого свечения, характерного для всех мало-мальски одушевленных объектов. Это насколько же надо было выложиться?! А во-вторых, прикосновение Тарглана бросило на «экран» целую череду ярких подвижных «картинок» из недавнего прошлого…
— Вот-вот! — весомо подтвердил раскаленный добела сын вождя. — Бой в лесу не в счет — «всего-то» шесть раненых, есть о чем говорить! Самое интересное началось потом, когда обнаружилось твое отсутствие. Сначала весь отряд вместо отдыха полночи прочесывал окрестности в поисках следов похитителей, а если бы не надха, развлечение продолжалось бы до сих пор. Потом один известный тебе знаток магии — кстати, единственный среди нас! — последовательно взламывал поставленную неслабыми мастерами защиту на всех промежуточных точках каскадной переброски, между делом поддерживая маскировку для нас обоих, чтобы враги не почуяли неладное раньше времени… Одни боги знают, как он вообще до сих пор дышит! А ведь еще твои «собеседники» требовали внимания, как и те наемники, что их охраняли…
Теперь Тарглан говорил тихо, почти без выражения, но это пугало еще больше, чем давешний рык и тряска. Свинцово-ледяной взгляд буквально вдавил меня в сухое дерево… Мог бы так и не стараться: можно подумать, не видит, что мои щеки уже вовсю полыхают от стыда и от подкативших слез перехватило горло… Сказать было нечего — и впрямь отличилась, устроила незабываемый «праздник» всем ближним поголовно! И как теперь людям в глаза смотреть?! А нелюдям?!!
Ноги подкосились окончательно, и я сползла по столбу на пол, уткнувшись хлюпающим носом в свои колени. Дин зябко повел плечами, отлепился от косяка и дернул Призрака за рукав. Тот умолк, некоторое время смотрел на меня, покусывая губу, потом присел рядом:
— Ладно, хватит сырость разводить! Вставай, пора возвращаться — там все с ума от беспокойства сходят.
Его слова только спровоцировали новый приступ сдавленных рыданий. Тарглан беспомощно развел руками, оборачиваясь к принцу, который все так же молча смотрел на происходящее ничего не выражающими глазами. Последовал короткий безмолвный диалог с переглядываниями, после чего сын вождя, легко подхватив с пола растрепанную и зареванную меня, пристроил к себе на плечо как полотенце и развернулся к выходу.
Сама переброска вспоминается как чередование накатывающих волн лучистого тепла и коротких периодов холода и темноты. Детали как-то ускользнули от моего сознания, поглощенного попытками разобраться в мыслях и чувствах. С одной стороны, как ни крути, налицо вся, мягко выражаясь, необдуманность моих поступков, которая причинила множество лишних неудобств окружающим, не говоря уже о риске для жизни. С другой стороны, главная причина моих же депрессивных заскоков — неожиданная немилость, в которую я каким-то макаром умудрилась впасть, так что сам виноват… С третьей стороны, благодаря моей же выходке сорвалась очередная вражеская каверза, что не может не радовать в целом. А с четвертой… Дьявол бы побрал все эти сложности!!!
Перед последним рывком во время короткой передышки я все-таки осмелилась и задала молчавшему всю дорогу Призраку давно интересующий вопрос:
— Ты действительно знал прежде того, с ушами?
— Безухих, насколько помню, там не было, — буркнул он. — А если ты о Шаллаттхаре… Да, знал. Можно сказать, мой сосед, бывший друг и собрат по оружию. До некоторых пор, пока он вдруг не решил помочь тем, кому зачем-то понадобилось исключить меня из числа живущих на этом свете…
— Понятно… — протянула я. — Но зачем ты забрал его серьгу? На память?
— Углядела-таки? — невесело усмехнулся бывший киллер. — Так, дань традиции. Полезно держать при себе клановый знак убитого тобой кровного врага, тогда никакой проводник не поможет его душе выбраться из дебрей Запределья… Хочешь взглянуть?
Я с интересом оглядела затейливую вещицу из дымчатого металла с чернением и протянула руку, но сын вождя отрицательно качнул головой:
— Поверь на слово: трогать не стоит! Прошлое подобных «мастеров тонкой работы» — не самое веселое зрелище. Хотя, возможно, поучительное…
Необычное украшение тускло поблескивало на его ладони. Четыре острых изогнутых луча были умело стилизованы под крылья пикирующего сокола.
— Это же вроде бы метательная «звезда»?
— Не вроде бы, — Тарглан повертел в пальцах трофей, — а фамильное оружие убийц из клана Разящих Без Промаха. Металл специальной закалки, даже доспехи пробивает играючи…
Но я уже не слушала, поскольку пыталась разобраться в нахлынувшем вдруг потоке воспоминаний и ассоциаций. Разящие Без Промаха, значит?..
— Слушайте, соратники, а вам ни о чем не говорит выражение… — И я навскидку воспроизвела кое-что из услышанного во время вынужденного бездействия в плену.
Потемневшие глаза принца взглянули на меня в упор.
— Это все?!
— Нет. — Я сосредоточилась и выдала все, что смогла нашарить в памяти, старательно копируя звукосочетания незнакомого языка.
Мои спутники переглянулись, принц шевельнул бровью и присвистнул, а Тарглан разогнался было хлопнуть меня по плечу, но зацепился взглядом за кровавое пятно, придержал руку и осторожно похлопал по другому.
— Ну, девочка, считай, оправдана по всем пунктам! За такое знание и трудов не жалко!
— Да?! — искренне обрадовалась я. — Что-нибудь важное?
— Всего лишь объяснение некоторых событий да сведения, куда наверняка не стоит обращаться за помощью и кому из числа старых знакомых не следует больше доверять.
— Всего лишь?!
— Всего лишь! — Призрак удержал-таки на лице серьезное выражение. — Но ты все равно молодец!..
