сообщить о нарушении
Текущая страница: 48 (всего у книги 110 страниц)
Я заинтересованно склонилась, и волк, опершись передними лапами о бок иноходца, выдал мне на ухо нечто совершенно непристойное. Я сдавленно прыснула в кулак: ну и фантазия же у людей! Впрочем, и в самом деле некоторое сходство обнаружить можно, если заранее настроиться на соответствующий лад… особенно после долгого застоя в личной жизни.
Расщелина, служившая нам дорогой, ручейком вливалась в более широкое ущелье, вся видимая часть которого была заполнена людьми, лошадьми, кострами и шатрами. На глаз отряд насчитывал сотен шесть воинов, которые встречали нас приветственными криками, пока мы неторопливо продвигались к центру.
Едущий впереди посторонился, пропуская Дина. Тот остановил коня в нескольких шагах от костра и вставших при нашем приближении людей. Мы последовали его примеру, образовав довольно живописную группу: по правую руку от принца — Ворх, по левую — я, рядом со мной — гордо вскинувшая голову надха. Нам навстречу шагнул высокий черноволосый мужчина средних лет и опустился на одно колено. В его церемонно-приветственную речь я не вслушивалась, усиленно сканируя обстановку. Результаты меня успокоили, я позволила себе расслабиться и обратить наконец внимание на происходящее рядом.
Говоривший встал и, блеснув белозубой улыбкой, закончил по-простому:
— С прибытием, Дин! Вот и встретились! Надеюсь, ты не забудешь представить нас даме?
Дин кивнул, спешиваясь. Брюнет с галантным полупоклоном подал мне руку, которую я благосклонно соизволила принять. На его довольно откровенный оценивающий взгляд я не преминула ответить еще более пристальным и дерзким. Н-да, жаль Норки здесь нет, а то, насколько я помню, подобные особи как раз в ее вкусе: атлетически сложенный кареглазый смугловатый мачо с прямыми смолисто-черными волосами ниже плеч и красивым породистым лицом, окаймленным небольшой бородкой. Не знаю, что уж он во мне разглядел, но, чуть шевельнув широкой бровью, разулыбался и проводил к огню, где я была немедленно усажена рядом с принцем на почетное место.
Всех имен, которые называл Дин, я не запомнила, но расстраиваться по этому поводу не собиралась — еще будет время для более близкого знакомства, не один день предстоит провести бок о бок, — только сдержанно улыбалась, подавая руку для почтительного поцелуя, да отвесила церемонный полупоклон, когда в конце концов обществу представили меня.
Затем настало время раздачи кубков с густым темно-красным вином. Меня, разумеется, осчастливили в первую очередь, причем полулитровую серебряную емкость поднес лично Дрóгар — тот самый мачо, правая рука принца, друг детства и все такое. Несмотря на его вполне приветливую мину и открытый взгляд, что-то меня все-таки настораживало, и я не торопилась чокаться, хотя Дин уже успел провозгласить лаконичный, но вполне уместный тост: «За долгожданную встречу!»
Я в упор прищурилась в честные карие глаза, одновременно зацепив боковым зрением свой кубок. Так и есть! Мерцающее свечение особого синеватого оттенка недвусмысленно говорило о присутствии чего-то постороннего, да еще и сильно магического на дне чаши.
Та-а-ак … …! Значит, собрались устроить мне проверку на вшивость… то бишь на профпригодность?! Это вы, ребята, не подумавши… а теперь таки держитесь! Поднятая рука моментально привлекла внимание всей честной компании.
— Позволено ли будет мне вспомнить одну давнюю традицию моего народа?
Присутствующие ничего не имели против и заинтересованно воззрились на меня, затаив дыхание, а Дин, так и не донеся свой кубок до губ, небрежно поигрывал им, глядя в сторону и едва заметно улыбаясь краем рта. Я меж тем продолжала:
— У нас принято в знак особого расположения обменяться кубками с тем, кто первым тебя приветствовал при знакомстве, и мне хотелось бы — если, конечно, это не нарушит ваших обычаев! — так выказать свою признательность за столь теплый прием.
Мое предложение вызвало бурное и единогласное одобрение окружающих. Что ж, вполне понятно — шутку явно затевали все вместе, и теперь дружно радовались, что крайний нашелся всего лишь один и отдуваться придется не им. Карие глаза, метнув быстрый пронзительный взгляд на остальных, снова преданно и открыто смотрели на меня. Я же, лучезарно улыбаясь во всю ширь и невинно хлопая ресницами, уже протягивала свой кубок.
Деваться Дрогару было решительно некуда, но он, даже не моргнув глазом, обменялся посудинами, осушил мою чашу и перевернул, показывая, что в ней ничего не осталось. Мне в качестве последнего штриха оставалось одобрительно кивнуть и улыбнуться еще обворожительнее:
— А теперь покажи, что там было!
В тишине, тут же наступившей словно по мановению волшебной палочки, шутник-самоучка медленно поднес руку ко рту и продемонстрировал всем — и мне в первую очередь — небольшую, с пятирублевик, толстенькую серебряную пластинку с весьма замысловатым знаком в центре, которую он умудрился в процессе пития зажать в зубах. Грохнул такой взрыв хохота, что с ближайших деревьев осыпался снег вперемешку с обледенелыми шишками. Ворх, которому больше всех перепало елочных «гостинцев», повалился на спину и поочередно утирал передними лапами выступившие от смеха слезы.
— Ничего такого, всего лишь скромный дружеский подарок! — Сдержанный комментарий Дрогара только подлил масла в огонь, вызвав еще более мощный приступ веселья у теплой компании.
Даже Дин гулко прыснул в пустой кубок и одобрительно подмигнул, когда я, все еще мало что понимая, обернулась к нему за разъяснениями, но только чуть заметно качнул головой в ответ на мой вопросительный взгляд. Я не стала настаивать — потом так потом — и с достоинством отвесила веселящимся от всей души соратникам легкий полупоклон, после чего выпила вино и села на место.
— Что, Дрогар, нужно было все-таки послушать старика?
«Старика»?! Стоявшие справа поспешно расступились, и в освещенный костром круг из плотной синевы сгущающихся сумерек вышло новое действующее лицо — высокий худощавый мужчина лет примерно тридцати, во всяком случае, на вид. Посмотреть было на что! Легкая и в то же время исполненная достоинства походка, прекрасное, с тонкими чертами лицо, в котором, однако, не было ничего женоподобного. Слегка волнистые волосы, перехваченные вокруг изумительно вылепленной головы широким пестрым ремешком, ниспадали на спину примерно дюжиной «хвостов», доходивших почти до пояса. Более короткие пряди на висках и над лбом были убраны в мелкие косички, небрежно рассыпанные по плечам. Насыщенный темно-рыжий цвет этой великолепной шевелюры выгодно оттенялся глубокой сажевой чернотой плотной материи длинного плаща, подбитого черным же мехом — похоже, норкой.
— Будет ли позволено скромному странствующему певцу засвидетельствовать свое почтение столь высокородным господам? — Его глубокий голос легко перекрыл все остальные звуки.
— Вальгранáрх!!! — Дин поспешно встал и шагнул навстречу говорившему, и они крепко обнялись. — Глазам не верю! Тебя-то каким ветром сюда занесло?!
— Видимо, попутным. — Улыбка была совсем по-мальчишечьи озорной. — Богам было угодно, чтобы мне вздумалось навестить наших общих друзей одновременно с прибытием посланца… Но, мой принц, твоими стараниями я преступно неучтив по отношению к дамам!
— Прошу прощения! — Дин повернулся ко мне. — Тэйлани, это Вальгранарх Ликуартúсский, золотой голос королевства, величайший из певцов и сочинителей за последние полтора века. А уж Линге, думаю, представлять его не стоит — столь давнее знакомство вряд ли вообще забывается…
Полтора века… Я молча смотрела на мужчину, который тем временем шагнул ближе и церемонно приложился губами к моей руке. Его необычные глаза — яркая малахитовая зелень широких ободков по самому краю бездонных прозрачно-бесцветных зрачков с агатово-черной искоркой в центре — были неподвижны, а взгляд направлен чуть вверх. «Да он же слеп!» Внезапная догадка осенила меня в тот момент, когда легендарный певец обменивался приветственными поклонами с надхой, завершая официальную часть посиделок. Дальше все было как у людей — много вкусной еды, вино и оживленное общение.
Линга подвинулась, освобождая для Вальгранарха место между нами. Он принял приглашение и с энтузиазмом поддержал следующий тост.
— Тэа-эйль-аанни, — задумчиво проговорил новый знакомый, вертя в руках пустой кубок. — Хорошее имя для этого Мира…
Я невольно вздрогнула, он же невозмутимо продолжал:
— Взять новое имя, оставить прежнюю жизнь в прошлом и дать событиям возможность идти своим чередом — не самый плохой способ найти свою судьбу.
— Твоими устами говорит личный опыт?
— Еще какой! — Собеседник задумчиво покачал головой. — В прежней жизни меня звали не так… Я с юных лет потерял способность видеть окружающий мир, но любить его не перестал, а беспокойная натура делала меня участником очень многих событий, о которых удавалось рассказать в своих песнях. И, должно быть, неплохо получалось, если боги решили даровать мне еще один срок при условии, что я не оставлю своего занятия — услаждать слух всех желающих, но каждая песня должна быть такой, словно после нее меня уже не будет…
— А зрение вернуть не догадались?
— Нет, зато сделали подарок. — Певец разомкнул застежку плаща и отогнул край горловины.
Вокруг высокого ворота его напоминающего свитер одеяния обвивалось нечто, сначала принятое мною за необычное пестро-переливчатое многорядное ожерелье. Спросить, каким образом подобное украшение может заменить глаза, я так и не успела — «ожерелье» повернуло ко мне точеные треугольные головки и еле слышно зашипело, впрочем, без всякой агрессии.
— Это Гичи с тобой поздоровался. — Изящные длинные пальцы любовно прошлись по блестящей чешуйчатой коже змейки, почесали раздвоенную шею. — Он буквально упал мне на плечи, когда я выходил из храма Семи Богов, и с тех пор смотрит на этот мир за меня — и днем, и ночью.
— Потрясающе! — Я приветливо кивнула диковинному существу и стойко выдержала пристальный взгляд обеих пар немигающих золотисто-черных глаз. — Но как же… Дин!!!
Принц все-таки расслышал сквозь шум и гам разгорающегося веселья мой предостерегающий возглас. Развернулся он еще в прыжке и приземлился уже в боевой стойке, но буквально через мгновение с облегчением расхохотался:
— Вот это сюрприз! Тэйлани, будь так добра, смени гнев на милость, взгляни на него и познакомься.
— Что, еще один друг детства? — Я извинилась перед собеседником и наконец-то соизволила обернуться и смерить подозрительным взглядом рослого здоровяка, стоявшего навытяжку с поднятыми и разведенными в стороны руками.
Именно его плавные, чересчур непринужденные перемещения за нашими спинами заставили сработать мои «системы слежения», которые не бездействовали даже сейчас, чисто автоматически выделив его из толпы.
— Это Сотрéс, действительно мой давний друг… и тоже, кстати, умеет видеть скрытую сущность окружающих, — добавил принц, понизив голос.
Я злорадно ухмыльнулась: что ж, тогда понятно, когосейчас он видит перед собой! Я сощурила позеленевшие глаза, слегка пригнулась, как перед прыжком, и чуть шевельнула верхней губой.
— Эй-эй, сестренка, не надо такуж сердиться, ведь я всего лишь хотел пошутить! — забеспокоился основательно загорелый Геркулес — обладатель буйных пепельных кудрей, которые ласковый зимний ветерок разметал по широченным плечам, обтянутым плотно сидящей курткой мехом внутрь. Он даже на всякий случай поднял руки повыше.
— А восемнадцать кинжалов нацепил, чтобы тебя ветром не унесло! — в тон ему закончила я, продолжая недобро щуриться.
— Он даже во сне их не снимает, сколько себя помнит. — Рука Дина легла на мое плечо. — Если где и найдется лучший мастак управляться с метательным оружием, то не в наших краях, это уж точно!
— Так что пусть живет? — Я чуть повернула голову в сторону принца, не сводя глаз с довольно скалящегося подозреваемого.
— Пусть, — милостиво согласился Дин, — глядишь, пригодится!
— Ну да, хорошему человеку всегда найдется применение! — Сотрес лукаво подмигнул мне, опуская руки.
— Так то ж хорошему! — разулыбался принц, позволяя облапить себя во всю силу.
Мне пришлось отступить на пару шагов, чтобы ненароком не затоптали. Наконец очередной подельник по детским шалостям снова обратил на меня смеющийся взгляд ясных серых очей, правда, обращаясь при этом к принцу:
— И где только ты, пройдоха, выискал это глазастое чудо?!
— Боги послали, — начал было Дин, состроив соответствующую мину, но я-то не упустила случая продемонстрировать самую ехидную из своих улыбочек и закончить:
— …чтобы вам всем тут жизнь медом не казалась, так что можете начинать поиски пятого угла прямо сейчас!
Окружающие одобрительно заржали, показывая, что шутку оценили и ничего не имеют против подобной перспективы, раз уж такова была воля богов.
— А танцы она любит? — не унимался Сотрес. Его бесшабашная простота скорее подкупала, чем раздражала, а жизнерадостная симпатичная физиономия с ямочками на щеках так и лучилась убойной силы обаянием.
— Танцы — что, ты бы слышал, как она ругается! — «по секрету» поведал принц на ушко этому клоуну. — А если выпьет — полный каюк!
— Да ну? — позволил себе усомниться новый знакомый, недоверчиво меня разглядывая.
Мне ничего не оставалось, как скромно потупить взор и пожать плечами. Принц красноречиво хмыкнул и возвел очи к небу:
— Туши свет, спасай варенье!
— Не верю! — продолжал упорствовать Сотрес. — На вид вполне благоразумная девочка, не считая, конечно, того, что с тобой связалась… Небось просто голову ей задурил, а теперь цену набиваешь!..
— Да уж не ты ли покупать собрался, жеребец кудрявистый?! — Я взорвалась, как петарда. Нет, в самом деле, мало того что говорят обо мне в третьем лице, словно и не стою рядом, так еще и обсуждают, как на невольничьем рынке. — Ревизор …, чтоб тебе дышло… зашло и вышло! В гробу я видала таких… проверяющих — в белых сандалетах с кружевами и ежовыми стельками!!! Выискались комментаторы… хреновы, чтоб вам (далее — непереводимый биофаковский фольклор в абсолютно непечатном варианте) …! А ты, сокровище мое, чего лыбишься? Надоело жить здоровым?!
Окончание монолога потонуло в оглушительном хохоте. Дин осторожно придержал меня за плечи и, изо всех сил сохраняя серьезную мину, увещевающе приговаривал вполголоса:
— Тэйлани, с каких пор ты перестала понимать шутки? Не надо бросать в него кубок, тем более полный! И душить его не надо… по крайней мере, насмерть! И меня не надо!!! И уши ему еще пригодятся! А это тем более!.. Не повезло парню с воспитателями, не убивать же за такие мелочи… И обзываться чем попало тоже не стоит. Видишь, он уже раскаивается!
— С такой довольнющей рожей?! — Я свирепо уставилась на здоровяка, который, с помощью принца избежав мучительной кончины в моих нежных ручках, стоял рядом и безуспешно старался придать своей обаятельной физиономии смиренное выражение. — Да идет он со своим раскаянием в … к … с … по …!
— Понял? — обернулся к нему принц. — Одна нога здесь, другая там!
— Попутного ветра в горбатую спину, семь футов под … …! И по возвращении письменный отчет мне на стол — в трех экземплярах! — буркнула я под громовой хохот окружающих, уже почти успокоившись.
— Наш человек! — вынес окончательный вердикт сероглазый оболтус, и под одобрительный гомон мы со звонким хлопком соединили ладони поднятых рук. — За это надо выпить! — Он шустро вытянул из-за пазухи длинную, похожую на сосульку бутыль синего стекла и ловко перебросил ее из руки в руку. — Специально для дамы! Спорим, ты такого не пробовала!
— Так вот у кого последняя бутылочка осела… — протянул голос Дрогара за моей спиной. — Надо полагать, и две предпоследние тоже? — На мой вопросительный взгляд он охотно пояснил: — Это белое вино, очень редкое, поскольку возят его только из Тарнигала, а путь опасен и долог. Особенно его ценят женщины.
— Кстати, о прекрасном поле и его неутомимом обожателе. — Сотрес оглянулся. — Где Ворх, эта кобелина серая? Ты еще не пустил его на рукавицы?
— Давно собираюсь, да все некогда! — сокрушенно развел руками Дин. — Теперь его надо искать где-нибудь возле девушек. — И пояснил, видя мое недоумение: — Хотя бы пара-тройка «ночных жаворонков» за отрядом да увязалась. Местные красавицы частенько так зарабатывают на жизнь, и весьма неплохо, кстати. Как правило, их не обижают.
— Но его-то собеседницы явно не из числа подобных «пташек»! — Я кивнула в сторону быстро мною обнаруженного лохматого соратника.
Он уже неизвестно когда успел примоститься у соседнего костра между двумя изящными чаровницами.
— Почему ты так решила? — заинтересовался принц.
— Шутишь? Благородную кровь и с орбиты видно!
— Благодарю за лестный отзыв о моих дочерях! — Незаметно подошедший Вальгранарх слегка улыбался краем рта. — Им будет очень приятно.
