сообщить о нарушении
Текущая страница: 34 (всего у книги 110 страниц)
Несговорчивый красавец, навострив уши, посмотрел поверх моей головы на принца, который оживленно толковал о чем-то с хозяином, удерживая за холку серебристого заводилу, и снова смерил меня оценивающим взглядом. Я шагнула ближе и снова протянула на ладони сухари:
— Ладно уж, не вредничай! Я не бог весть какой знаток, а наездник еще хуже, но хватило же мне ума выбрать именно тебя как самого лучшего и мудрого!..
Уболтать можно кого угодно, лишь бы время позволяло да слова подходящие нашлись… Пока облюбованный экземпляр сосредоточенно хрустел сухарями, время от времени требовательно толкая меня носом, я стояла рядом и осторожно гладила шелковистую морду и пышную гриву, нашептывая в заинтересованно скошенное ухо нечто касающееся только нас двоих.
— Это иноходец и, между прочим, редкостный стервец! — раздался за спиной голос хозяина. — Потому среди «оческов» и остался — кому охота за свои же деньги нервы мотать с таким чертякой…
«Стервец» даже глазом не повел — продолжал вдумчиво уничтожать сухари, периодически фыркая мне в самое ухо.
— …но раз уж вы с ним столковались, так и быть, сброшу десяток монет.
— Лучше два! — не растерялась я.
Хозяин поморщился, почесал в раздумье нос, потом затылок и лоб, закончил бородой и махнул рукой:
— Ладно, чего уж там… Но чтоб забрали сегодня, а то другим продам и плакал ваш задаток!
Я оглянулась на принца — он за спиной говорившего показал большой палец, подмигнул и кивнул в сторону двери. Действительно, дел еще невпроворот. Я напоследок потрепала жеребца по длинной гриве и двинулась к выходу.
Спокойной прогулки так и не получилось. Нет, пока мы по безлюдным переулкам добирались до базарной площади, пока разыскивали нужные ряды, пока вливались в плотный человеческий поток и следующие полчаса все шло как по маслу. Я двигалась в кильватере у размеренно шагающего Дина, держась рукой за его пояс и ловко уворачиваясь от снующих поперек движения грузчиков, лоточников, зазывал и прочего люда. Еще и по сторонам смотреть успевала, подмечая уйму интересных деталей, но потом…
В глаза неожиданно плеснуло багрово-горячим, да так, что я невольно закрыла руками лицо и некоторое время только и могла, что трясти головой в тщетной попытке разогнать мельтешащие на «экране» круги. Со всех сторон меня толкали, невежливо интересуясь, какого черта я вросла в снег посреди дороги, но прошло добрых минут пять, пока я смогла приоткрыть саднящие глаза и отойти в сторонку.
Самым скверным было то, что я потеряла из виду Дина. Использовать «поисковую сеть» в такой толпе было бесполезно и небезопасно: слишком уж много движущихся объектов, да и ощущение тревоги никуда не делось. К тому же я никак не могла определиться с направлением, откуда ждать неприятностей — то ли носителей дурной энергетики было чересчур много, то ли еще что…
Здраво рассудив, что метаться по ярмарке не стоит и лучше подождать напарника там, где расстались, я перевела дух, вытерла все еще активно слезящиеся глаза и огляделась, высматривая Дина и заодно пытаясь отыскать местечко поспокойнее. Ч-ч-черт, не было печали!.. Спину свело холодком от чьего-то пристального взгляда. Нет, ну ни минуты покоя, чтоб вам всем … …!
Сделав безмятежное лицо, я стала неспешно выбираться из толпы, но тут же обнаружила, что ненароком обзавелась почетным конвоем в лице аж четырех непрошеных поклонников. Ошибки быть не могло: меня целенаправленно прижимали к повороту в пустынный переулок, многообещающе улыбаясь во все имеющиеся зубы и усиленно строя глазки. Мои попытки оторваться лишь ускорили процесс, и теперь я стояла, прижавшись к неровной гранитной стене, возле узкой лестницы в пять ступеней, а единственный выход из тупика перекрывали массивные фигуры преследователей.
— Уж не нас ли высматриваешь, крошка?
Я невольно хмыкнула: нашли что сказать!.. Хотя, конечно, в сравнении с ними я вполне тяну на Дюймовочку… переростка!..
— Так мы уже здесь!
Убиться веником, как, бывало, говаривал сэр Макс — радость-то какая привалила! Только вас и не хватало для полного и бесповоротного счастья!!! Низкий хрипловатый голос, которому безуспешно пытались придать подходящую случаю слащавость, сопровождался жизнерадостным гыгыканьем и плоскими комментариями в полтона. Я, прищурившись, разглядывала неожиданную помеху и лихорадочно прикидывала варианты выхода из пиковой ситуации.
В нескольких метрах от меня, подбоченясь и одновременно выставив начищенный сапог, приличное брюшко и короткую рыжеватую бородку, возвышался рослый детина, приодетый по случаю выхода в свет, в куртке нараспашку и с лицом первого парня в колхозе «Красный лапоть». Впрочем, его-то, хоть и с натяжкой, можно было бы считать симпатичным, если бы не похабная ухмылка до ушей и наглый взгляд маленьких светленьких глазок, изрядно косоватеньких от принятого на грудь «подогрева».
На заднем плане маячила группа поддержки в лице троих подобных же красавцев, разве что явно пониже рангом. Информацию о качестве коллективно употребленного ими пойла недвусмысленно выдавал витающий в морозном воздухе перегар.
— Чего глядишь? Не нравимся? — еще шире осклабился заводила.
… …! Куда пропал Дин, черт его дери?!
— Почему же? Очень даже ничего — в темноте и со спины, а если еще и глаза покрепче зажмурить… — Я наскоро состряпала умильно-дебильную улыбочку и непринужденно подняла валявшийся под ногами приличный булыжник.
— Ты камушек-то положь, где лежал, — очень ласково посоветовал детина, делая шаг вперед. — Не ровен час, уронишь, ножку зашибешь…
— Ой, какой дядечка добрый! — умилилась я еще больше, судорожно сканируя пространство. Глухо, как в заброшенном бункере…
Нет, столько мяса для меня одной многовато! Кинжалы не помогут, бежать некуда, ближний бой исключается — физически не потяну, он же меня просто массой задавит, прищемит, как чахоточного котенка… И на помощь звать бесполезно: проходивший по улице народ, завидев нашу теплую компанию, торопливо надевал на лицо железобетонную маску, отводил глаза и прибавлял ходу, так что на добровольное вмешательство со стороны никакой надежды не было. Н-да, на бэтменов и суперменов, к сожалению, в этих краях слишком явный неурожай… В лучшем случае привлеку внимание стражи — очень кстати, учитывая наше положение вне закона!
Но и сдаваться без боя как-то скучновато… Я задумчиво покрутила в руках булыжник, подбросила-поймала и встретила откровенно раздевающий взгляд светской улыбкой.
— Так что вам все-таки угодно, господа хорошие?
Буду тянуть время, а там… Бог не выдаст — свинья не съест!
— Долго рассказывать, — ухмыльнулся один из «адъютантов». — Пойдем с нами, на месте объясним.
— Да ты не бойся, дяди добрые! — радостно подключился следующий. — Глядишь, еще и на конфеты заработаешь…
— Не-э-э, я лучше тут мужа подожду…
Никогда не думала, что так хорошо умею «дурочку включать»… «Да она у тебя и не выключалась никогда!» — поспешил обрадовать меня внутренний голос. «Цыц!» — метнула я грозную мысль, продолжая мило улыбаться.
— Так мы замужем! — расцвел детина. — Тогда чего ломаешься? Муж свое получил, а с ближним делиться надо! Мы же тебя не насовсем заберем — так, взаймы… Разве что сильно понравишься.
Так. Теперь день и впрямь окончательно перестал быть томным… Мальчикам надоело попусту сушить зубы, и они, перебрасываясь гнусными шуточками, стали медленно приближаться вслед за своим главарем, который был уже совсем рядом.
— Ну все, хлопчики-до…бчики! Сами напросились! — Моя улыбка плавно перешла в оскал, а мурлыканье — в низкий рык.
Столь неожиданная перемена заставила-таки неуемных поклонников слегка притормозить — всего лишь на миг, но мне хватило этого с лихвой.
Один из «адъютантов», стоявший дальше всех, отрывисто вскрикнул и опрокинулся на спину, схватившись руками за разбитое лицо — как ни крути, булыжник есть булыжник, а дури у меня всегда своей хватало… Заводила обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть мелькнувшие в воздухе сапоги своего подельника по недетским шалостям. Разворачиваясь обратно ко мне — надо полагать, за разъяснениями, — он машинально дернулся, пытаясь увернуться от руки, мелькнувшей перед самым его носом, но было поздно.
Я уже снова стояла на каменной ступеньке, лучезарно улыбаясь и невинно хлопая ресницами, а верзила удивленно таращился на свою рубашку, пытаясь понять, откуда вдруг на ней взялись крупные красные «горохи». Потом до него начало доходить: он быстро провел рукой по лицу и уставился на яркие полосы, расцветившие ладонь. Все просто — теперь его щека была украшена четырьмя глубокими, обильно кровоточащими царапинами…
— Ах ты, с…! — медленно процедил он сквозь зубы, быстро растеряв игривость тона и нагибаясь — в руке блеснуло узкое длинное лезвие.
— Ошибочка вышла, господин хороший! — покачала я головой, продолжая улыбаться (и отчаянно стараясь не стучать зубами). — С… — это самка собаки, мы же больше с кошками роднимся…
Но хлопчик был явно не в настроении выслушивать поучительные детали моей родословной: оскалился и шагнул вперед, но снова приостановился. Видимо, его все-таки насторожила моя безмятежная улыбка и полное отсутствие страха. Я, нагло щурясь в лицо верзиле, медленно провела кончиком языка по своим окровавленным ногтям и облизнулась, урча и смачно чмокая:
— Мм! Правда, привкус так себе — что за дрянь вы бухаете?! Ну да ничего, третий сорт не брак — сойдет…
На лицах парней появилось какое-то странное выражение.
— Ну, долго тебя ждать?! — В моем голосе прорезались требовательные нотки, брови нахмурились, рука наполовину вытянула из ножен «перо сокола». — Ползи ближе! Надеюсь, не заставишь бедную девушку гоняться за тобой по всем торговым рядам?
— Она же чокнутая! — прозрел наконец «адъютант его превосходительства», делая шаг назад и трезвея прямо на глазах.
— Да нет, просто голодная.
Спокойный глубокий голос, прозвучавший за спинами моих поклонников, заставил их буквально подскочить на месте и обернуться, выхватывая шипастые цепи, кастеты и засапожные ножи. В узком-проходе, небрежно прислонясь к стене, стоял Дин и меланхолично вертел в пальцах «клык дракона».
— Дорогая, тебе не повредит столько крови сразу? — осведомился мой заботливый спутник, демонстративно не замечая подступающих к нему громил. — Оно, конечно, с коренного жителя Огненных островов штрафа не потребуют, если даже поймают, но все же…
От его слов мальчиков явственно передернуло, тем не менее от своих агрессивных планов они отказываться не собирались.
— Этого хочу!!! — разойдясь не на шутку, пальцем указала я на спавшего с лица главаря. — А того, что в сугробе, прихватим с собой — дорога дальняя, леса безлюдные…
Договорить мне не удалось. Невразумительно рыча что-то жутко нецензурное, троица ринулась на Дина — и… все! Как будто показали фрагмент фильма, смонтированного в дикой спешке в дупель пьяным работником: вот к принцу приближаются с трех сторон озверевшие подонки местного разлива, вот какая-то неразборчивая кутерьма, длившаяся от силы полминуты… А вот они же лежат без движения и прочих признаков жизни вокруг моего спутника, невозмутимо стряхивающего снег с куртки…
Дин повел неторопливым взором окрест, перешагнул через главаря, в два захода перетащил тела за шкирки к ближайшей стене и усадил их рядком сначала. Потом оглянулся на меня, что-то прикинул в уме и несколько изменил позы бесчувственных статистов и состояние их одежды. Теперь живописная композиция приняла, мягко говоря, пикантный вид, а если уж быть честным — совершенно непристойный…
Только вот мне в тот момент мало что было интересно, кроме собственного жгучего желания убраться отсюда как можно дальше и как можно скорее. Дин, словно прочитав мысли, подхватил меня под локоть и повлек в дальний угол тупика. Несколько заборов, преодоленных с его помощью, — и вот посреди каких-то глухих задворок я наконец-то дала волю давно уже наступившему отходняку. Ухватила принца за грудки и затрясла изо всех сил, рыча сквозь до скрипа сжатые зубы и давясь яростными слезами:
— Ты… ты… Ты! Подлец, мерзавец, дезертир, гад, предатель! Где тебя носило?! Как ты вообще мог оставить меня одну?!! … … …!
— Тэйли, послушай, ведь я…
— И никогда — слышишь? — никогда не называй меня «дорогая»!!!
К чести принца, он даже не попытался вывернуться из моих неласковых рук. Мужественно вытерпел тряску и тычки в бок, молча выслушал все излияния — словом, дал мне возможность как следует сбросить стресс. Лишь когда я, выплеснув эмоции, вдруг ослабла, сползла прямо в снег и разревелась, Дин присел рядом и крепко меня обнял.
— Испугалась? — Голос его звучал сочувственно и виновато. — Прости, я совсем не собирался задерживаться, так уж вышло: поймал в своем кармане вора и вытряс из него кое-какую полезную для нас информацию в обмен на свободу. Вся эта возня заняла некоторое время, но я быстро тебя нашел. Успел в самый раз, чтобы полюбоваться на твое выступление. Ты была просто неподражаема! Честно говоря, не ожидал… Даже самому стало жутко!
Я от всей души двинула его локтем в непробиваемый пресс и сердито хлюпнула носом, а он продолжал:
— Тебе в самом деле так уж хочется свежей крови? Может, я смогу тебя уговорить на «русалочьи слезы»?
— Не уверена, но что тебе стоит попробовать? — Я почти успокоилась и даже попыталась улыбнуться. — А по дороге будешь отвечать на мои вопросы!
— Сколько угодно! — разулыбался и принц, помогая мне подняться. — Начинай.
— Ты убил этих придурков?
— Нет, просто выключил. К вечеру очухаются без посторонней помощи, разве что кое-какие части отморозят…
— А почему парни так сбледнули на лицо, когда ты упомянул какие-то там острова?
— Огненные острова — вулканический архипелаг примерно в двух неделях пути на север от Материка, — монотонно завел Дин гнусавым голосом, словно цитируя справочник. — Условия жизни крайне тяжелые. Рудных месторождений нет. Земледелие не развито. Местные жители коротают время на охоте, рыбалке и в междоусобных войнах, практикуя при этом употребление человеческого мяса и крови…
— Понятно, — протянула я. — Значит, наше высочество — экстремал и любитель экзотики, раз уж не поленился подыскать спутницу-кровопийцу? Хорошенькую репутацию ты мне обеспечил!
— Зато ребята надолго запомнят этот злополучный день…
— А еще на дольше — горожане, которые заглянут в тот переулок! — прыснула я, вспомнив состряпанную принцем затейливую композицию из бесчувственных тел.
— Или захотят присоединиться…
На главную улицу мы вышли, всхлипывая от смеха.
ГЛАВА 6
Нужную нам харчевню удалось отыскать сравнительно быстро. Всего через каких-то четверть часа неторопливых блужданий да пары вопросов прохожим после очередного поворота перед нами предстала массивная дверь, основательно потемневшая от времени. Над крыльцом поскрипывала на ветру слегка погнутая вывеска, в центре которой красовалась огромная фигурная кружка с явно алкогольным содержимым, окруженная мелкими представителями сильного пола, в разной степени окривевшими. Затейливую надпись Дин перевел мне сразу.
— «Отрада страждущих»? — скептически хмыкнула я, притормозив на верхней ступеньке, чтобы лучше разглядеть местами поржавевший шедевр. — А при чем здесь эта деваха с таким… плотоядным выражением румяного лица, да еще и голосистая не в меру («голо-систая» в смысле — с о-о-очень глубоким декольте, в котором было что показывать)?!
— Мало ли какая жажда может вдруг одолеть людей! — пожал плечами Дин, открывая дверь. — На втором-то этаже явно «комнаты на час»…
— Веселенькое местечко! — подытожила я, тщательно сканируя местность и отмечая повышенный фон потенциальной опасности.
Я на всякий случай дотошно проследила направление и происхождение сигнала — и оторопела. Давненько не приходилось ощущать подобную дрожь в коленках!.. Несмотря на довольно типичный для подобных заведений набор человеческих особей, главную опасность, оказывается, представляли собаки — четыре огромные, глухо рычащие зверюги, больше всего напоминавшие помесь мастино-переростков с медведями-гризли. Правда, их успешно удерживали — пока! — в специальных стойлах тяжеленные цепи, кованые запоры на дверях и толстые ошейники с двумя рядами шипов: наружу — длинных и острых, внутрь — коротких и зазубренных. Меня снова передернуло.
— Что-то сия обстановочка не очень располагает к «свиданию», даже фиктивному!.. Слишком уж много романтики, даже на мой вкус!
— Мы здесь не задержимся, — успокоил меня спутник и приобнял за талию. — Главное — придерживаться роли!
