сообщить о нарушении
Текущая страница: 51 (всего у книги 110 страниц)
— Послушай, это всего лишь попытка избавить от кошмаров твою бедную голову! Если хочешь начать новую жизнь, тебе придется научиться мне доверять, иначе я просто не смогу помочь. Поняла?
Тиальса кивнула, по-прежнему не поднимая головы.
— Короче, умывальник там, еда на столе, постель — вот здесь, а я уже с ног валюсь!..
— Так-так-так! — Насмешливый, до обидного бодрый голос ненавязчиво распугал мои утренние сновидения. — Стоило только с друзьями засидеться, а она уже подалась на поиски приключений! И как впечатления?
— Просто слов нет, и даже буквы закончились! — буркнула я, протирая сонные глаза. — Не шуми, разбудишь человека… Что-нибудь случилось?
— Ничего, — пожал плечами Дин. — Зашел спросить, как спалось на новом месте.
— Ужасно! — Я старательно вздрогнула. — Видеть во сне тебя и вашу гоп-компанию — то еще удовольствие!
— То-то я все время ощущал твое присутствие! Даже пару раз к тебе обратился…
— Не «пару», а раз восемь, и вина все время пытался налить. — Я осеклась и подозрительно прищурилась. — Подожди, ты серьезно?
— Вполне. — Принц выглядел озадаченным. — Сотрес по этому поводу еще выдал что-то…
— Про твое пожизненно плохое поведение и необходимость присмотра с моей стороны плюс возможные репрессии?
— Точно! — кивнул Дин, глядя на меня во все глаза. — Ты ему тогда пообещала…
— Что займусь и его воспитанием…
— А он так «обрадовался», что едва вином не захлебнулся…
— Но тут откуда-то нарисовался Дрогар, злой как шершень, и так приложил его по спине, что бедняга чуть кубок не проглотил!
— Погоди-ка, — нахмурился принц. — Мы же совсем недавно разошлись. Когда ты успела до тетушки сбегать, если была с нами?!
— Да не было меня с вами, — растерянно развела руками я. — Спала без задних ног… и без передних тоже, хоть стражей спроси! А вас видела во сне! Разве что мой астральный двойник в гордом одиночестве свалил в «самоволку»…
Дин только присвистнул, качая головой. Мне стало по-настоящему жутковато — что еще я отмочу в следующий раз? Нет, с выпивкой надо завязывать!
— Ладно, с этим на трезвую голову разбираться надо. Так с чего тебя все-таки к Оллии понесло?
— А ты откуда знаешь? Уже доложили?
Дин отрицательно покачал головой и хитро улыбнулся.
— Или попросту следил за мной? Хотя нет, это не в твоем духе, да и я бы заметила. И нечего так загадисто хихикать!
Принц уже откровенно посмеивался, глядя на меня с непонятной подначкой. Сто чертей, что за игры в «угадайку» с утра пораньше?! Да еще с такого недосыпа! Я встряхнула головой, потерла слипающиеся глаза… и внезапно случайные обрывки разнородной информации сложились в моем сознании во вполне убедительную композицию. Стихии, которые окружают нас повсюду, в том числе и вода… большая гадальная чаша на столе у тетушки, опять же с водой… граненые стаканы из горного хрусталя — тоже с водой, — предназначенные для «чистки» помещения от нежелательной энергетики, стоящие в укромных уголках шатров… вода как скрытая сущность последнего из рода Лоан-Ксорр-Локк… везде вода!..
— Вода! — уже вслух произнесла я, глядя в упор на ехидно улыбающегося принца. — Ты можешь видеть и слышать через воду?!
Улыбка тут же сбежала с его лица. Теперь он смотрел на меня удивленно и с подозрением.
— Кто тебе сказал?!
— Никто. Я, как ни странно, умею не только «видеть», но и думать! И давно ты за мной таким образом шпионишь?!
— По мере необходимости. И не шпионю, а присматриваю!
— Это теперь так называется?! — Бушевать вполголоса было с непривычки трудновато, но пока получалось — я не хотела будить спящую по другую сторону костра Тиальсу.
— Тэйли! — Тихий голос принца звучал спокойно и серьезно. — Сейчас как никогда надо быть осторожными. Крониган знает, что мы затеваем, и любой ценой постарается нам помешать, а мое самое что ни на есть уязвимое место — это ты!
— Спасибо за комплимент!!! — Я отвесила издевательский полупоклон. — Всю жизнь мечтала услышать что-нибудь в этом роде!
— Вот пожалуйста! — сокрушенно развел руками Дин. — Я, можно сказать, в открытую признаю: ты — самое для меня дорогое, и стараюсь по мере сил уберечь ниспосланное богами сокровище, а ты только еще сильнее злишься! И что мне прикажешь делать?
Я молчала и сидела сердито насупившись, как не вовремя разбуженная сова. Как-то по-дурацки все получается! С одной стороны, какого черта следить за мной в лагере, среди своих? С другой стороны, он вроде бы кругом прав и лучше перебдеть, чем недобдеть! А с третьей стороны…
Принц, как всегда, уловил перемену в моем настроении быстрее меня самой и подал голос:
— И потом, это еще вопрос, кто больше должен возмущаться! Меня, значит, к друзьям сплавила, сама же — прямым ходом в «дом свиданий»!
Я охотно приняла подачу:
— А что, нельзя? Сам же говорил насчет моего права на любого из присутствующих, так я и пошла взглянуть, что еще мне могут предложить!
— Уж Оллия на радостях наверняка расстаралась, лишь бы угодить!
— Да уж, — хихикнула я, — даже собственного племянника не пощадила! Ты же сам все видел!
— За кого ты меня принимаешь? В нужный момент я переставал смотреть.
— И откуда же ты знал, когда настанет нужный момент?
— Достаточно было услышать имя. Против Халисса трудно устоять — во всех отношениях…
— А ты что, сам пробовал?! — прыснула я.
— Он, между прочим, один из лучших мечников, даже свою школу держал в столице, только в ученики брал далеко не каждого. Мы с ним на турнирах сталкивались — очень серьезный противник! А что касается женщин… Знала бы ты, сколько благородных дам теряли сон и аппетит, измышляя, как бы заполучить его в любовники!
— Что, с ним так трудно завязать знакомство? — Мне стало по-настоящему интересно.
— Не то слово! Он же мало того что не особенно разговорчив, так еще и переборчив как никто другой. Как раз на этой почве у них с Дрогаром давнее соперничество. В свое время среди столичной аристократии такие страсти кипели!..
— И как, оно того стоило?
— Откуда мне-то знать! — Принц пожал плечами. — Но немногочисленным счастливицам завидовали так, что даже убийц подсылали…
— Черт побери, наверно, зря отказалась! — Я удрученно покачала головой. — Народ, понимаешь, из кожи вон лезет, а мне-то прямо с доставкой в постель предложили, да еще бесплатно, как рекламный образец! Надо же было так профануться!..
— Да уж, оплошала! — Дин сочувственно кивнул, но довольной ухмылки скрыть не сумел.
— А ты-то чего радуешься? — прищурилась я. — У меня теперь, можно сказать, абонемент на любое удобное для меня время! Вот хоть прямо сейчас встану и пойду! Правами нужно пользоваться, иначе для чего, спрашивается, они нужны?
— Прямо сейчас?
— Прямо сейчас!
— А вот это вряд ли! — Дин подсел ко мне поближе…
— Ты что затеял?! Перестань сейчас же!
— Сама же позвала!
— Это было давно и неправда! — Никогда не подозревала, что умею рычать шепотом! — Уймись, высочество!!!
— Ни за что на свете!
— С ума сошел? Разбудим же!..
— Обижаешь!
— Ты даже сюда умудрился купол втиснуть?!
— Чему-то же я все-таки успел за столько лет научиться!..
Вечером следующего дня мы втроем сидели вокруг пылающего костра в новом шатре, поставленном специально для моей помощницы. «Мы» — это сама виновница маленького новоселья, долгожданный и бесценный подарок небес в моем лице и Сотрес, который, по его словам, просто решил «заглянуть на огонек и проведать одиноких девушек, благо все равно проходил поблизости». Он окинул придирчивым взглядом убранство небольшого, по-своему уютного жилища, одобрительно хмыкнул (хотя передо мной-то мог бы комедию и не ломать: а то я не видела, кто именно распоряжался и контролировал процесс возведения и благоустройства этого шедевра местной походной архитектуры!) и гордо вручил нам большой кулек еще горячих пирожков с ягодами — явный результат его внеочередного набега на владения отрядного повара. Наверняка ведь опять, чтобы не быть жестоко побитым поварешкой, все свалил на бескорыстную заботу о моих насущных надобностях!..
Дин тоже обещал заглянуть, но что-то задерживался, так что Сотрес отдувался в одиночку, пытаясь нас развлечь занимательной беседой. Со мной-то проблем никаких, я с интересом слушала его эмоциональный и содержательный треп, время от времени вставляя свои комментарии; Тиальса же почти никак не реагировала на упорные старания нашего визитера, хотя именно ее внимания он и добивался.
Видимо, это его только раззадорило, и он пустился во все тяжкие, включив свое убойное обаяние на полную мощность. Я же, устав смеяться, подтянула к себе подушку, свернулась клубочком поодаль и наблюдала за развитием событий не вмешиваясь. Общительный гость и не заметил, что его аудитория уменьшилась на одного благодарного слушателя, продолжая блистать остроумием и воспитанностью. Постепенно я невольно прониклась к нему сочувствием: его попытки развеселить мою чернокудрую помощницу явно были обречены на провал — по меньшей мере сегодня. И в ближайшие дни скорее всего тоже…
— Чижэпнусь я, дрючком пропэртый, — вспомнила я вполголоса (и откуда только в памяти берутся подобные перлы?!). Сомнений не было — я лицезрела особь, наповал сраженную самой большой стрелой Амура… или кто там в местном пантеоне заведует подобной диверсионной деятельностью?
— Что? — переспросил Сотрес, оборачиваясь.
— Паду ли я, стрелой пронзенный, — машинально перевела я, думая о своем.
— Это ты к чему? — насторожился он.
— А что? Да нет, — хмыкнула я, — это не пророчество, просто мысли вслух…
Он успокоился и опять переключил свое внимание на Тиальсу, но ровным счетом ничего не добился, даже дежурной улыбки. Она по-прежнему сидела как изваяние, глядя в пол и ограничиваясь односложными ответами, а мне все сильнее резало глаза багровое свечение вокруг ее фигуры, становившееся чем дальше, тем ярче…
Я, вздохнув, хлопнула гостя по широченному плечу:
— Трес, пойдем-ка поговорим-ка!
— Это срочно или как? — Он с готовностью привстал, но даже невооруженным глазом было видно, как ему не хочется прерывать беседу.
— Более чем — надо было это сделать еще час назад! Тиальса, мы недолго, не скучай — только скажу пару ласковых этой «душе компании». — Я решительно поднялась и двинулась к выходу, попутно сдернув с гвоздя плащ.
— Ну если ласковых… — «Душа компании» послушно потопал следом. — Романтическая беседа под звездами — это даже больше, чем я мог надеяться! — снова завелся этот балабол-затейник, едва мы вышли наружу.
Я развернулась, ухватила его за ухо — для чего пришлось привстать на цыпочки — и основательно встряхнула несколько раз, приговаривая:
— Трес, какого … …? Ты что, совсем глаза отморозил и … не видишь вокруг?!
— Неслабые у тебя ласки! — Опешивший здоровяк, потирая покрасневшее ухо, с трудом освобожденное от моих нежных пальчиков, оставался верен себе. — Зачем же так сильно ревновать?!
— … … …! — взорвалась я, правда, вполголоса. — Протри глаза! Неужели незаметно, что девчонка до сих пор не в себе?! А ты…
— А я честно стараюсь ее развлечь!
— Даже чересчур, в том-то и дело! Она меня-то еле переносит, а ты со своим обаянием наперевес прешь как танк!
— Как что?!
— Тьфу! Как… как стенобитное орудие! — не сразу нашлась я. — Если тебе просто приспичило, греби к тетушке, а от Тиальсы держись подальше!
— А если не просто?
— Тогда возьми свои сложности, сверни трубочкой и засунь поглубже…
Взглянув на собеседника, я осеклась на полуслове. Когда и куда успела деваться привычная маска бесшабашного весельчака и безбашенного раздолбая?! Мы, конечно, знакомы без году неделя, но такое вот его задумчивое лицо с принахмуренными бровями стало для меня откровением. Я даже как-то растерялась и смотрела на него во все глаза, он же продолжал:
— Это ведь я первым нашел ее на том пепелище…
— И что?
— И все! — Он выразительно шевельнул бровью. — Куда что девалось и откуда что взялось! Никогда не думал, что одного только взгляда незнакомой девчонки хватит, чтобы лишить меня — меня! — душевного покоя!.. Отряд просто двигался мимо поселения, задерживаться там никто не собирался, но дозорные почувствовали запах гари. Нас троих послали проверить что к чему. Еще на подходе мы услышали вой, от которого бывалых вояк мороз продрал по шкуре. Так мог выть кто-то смертельно раненный или одинокий и обездоленный, причем уже из последних сил… Она даже не слышала, как я подошел, только на голос обернулась, и то не сразу. Умирать буду — не забуду ее глаз!
— А потом?
Он ответил не сразу.
— Потом Оллия взяла ее под крыло, только не очень-то мне нравился такой расклад. Когда к нам присоединились островитяне, я хотел убедить ее перейти к сестричкам, да она все еще от людей пряталась, какие тут разговоры… А теперь ты ее увела. Удочерить решила или как? — На меня смотрели прежние — смеющиеся, с хитрым прищуром — глаза.
— Уматерить! — буркнула я. — А к островитянкам зачем ее переманить хотел?
Мы разговаривали тихо, но далеко от входа в шатер так и не ушли, поэтому при желании можно было без труда услышать наш разговор. Судя по тому, что я «видела», у Тиальсы такое желание возникло. Вот и хорошо, а уж я позабочусь о том, чтобы наша беседа шла в нужном направлении!
— У них бы она быстрее оклемалась. Сестрички ведь знахарки знатные, к тому же младшенькая не только раны, а и душу лечить умеет…
Я машинально кивнула, соглашаясь. У Альниолы и впрямь были все задатки незаурядного психотерапевта.
— И что потом?
— Потом, глядишь, подучилась бы у них чему полезному…
— А потом?
— Вот заладила! Откуда мне знать, что и как там у богов разложено! В живых останусь — так знаю, что делать потом, а если не переживу Равноденствие — то и говорить не о чем!
— Переживешь, куда ты денешься! — махнула я рукой. — А насчет найденыша не беспокойся, у меня примерно та же задумка была. Только пока она со мной побудет, мне помощница и в самом деле нужна. Когда в себя придет, сама решит, куда податься.
— Так ты не против, если я буду составлять принцу компанию?
— Думаю, Дину сейчас не до меня будет, — вздохнула я. — Сам заходи, раз такое дело, я не кусаюсь… вроде бы. По крайней мере, насмерть и сразу.
— Тогда прихвачу кого-нибудь еще, чтобы тебе не скучно было? Эй-эй, не убивай взглядом, я же что имел в виду — в картишки перекинуться пара на пару, к общему костру проводить на посиделки с песнями, прогуляться когда перед сном…
— А то еще за грибами можно или на хутор бабочек ловить! — в тон ему продолжила я и каверзно хихикнула.
— Так самый же сезон! А в лесу мало ли кто, мало ли зачем…
— Вот-вот, я же девушка хрупкая, нервная, с перепугу и зашибу ненароком! У Дина не забудь разрешения спросить — вдруг его заместитель не устроит!
— Ты что, смерти моей хочешь?!
— А ты что, собирался втихаря от него кого-то ко мне приводить?! Так я сама тебя сейчас… нет, не убью, но покалечу точно! Это кто тебя уже настропалил удочку закинуть?! Не дружок ли твой брюнетистый? — Многострадальное ухо вместе с приличной прядью пепельных кудрей опять оказалось в моих совсем неслабых пальцах.
— Все-то ты знаешь! — с досадой крякнул Сотрес, безуспешно пытаясь высвободиться. — Чего тогда спрашиваешь?
— Хочу знать наверняка, за что прикончу боевую человеко-единицу! Колись, пока я добрая!
— Уй-й-й-е! Какая же тогда злая?! Бедный Дин!
— Лучше подумай, кто тебя пожалеет… если останется что жалеть после моих ручек!
— Ну да, Дрогар, Дрогар, довольна? Было бы из-за чего зверствовать!
Я совершенно явственно почувствовала, как за стенкой шатра затрясло Тиальсу.
— Нет, совсем недовольна! Хреновая он замена принцу, а уж в карты ему и вовсе садиться не стоит, «это я тебе, голуба, говорю как краевед»! — с чего-то вдруг вспомнилась мне филатовская сказка. — Кстати, не ты ли его в тот раз «обул»? Я так и знала! Еще смеется, друг называется!..
— Так что насчет тебя?
— Насчет меня спи спокойно, боевой товарищ — я ни стесняться, ни скучать не умею! Но тебе, так и быть, позволяется иногда скрашивать наши суровые будни, только… не гони лошадей, ладно?
— Эх, сестренка! — От полноты чувств Сотрес облапил меня — слава Богу, вполсилы! — и пару раз подбросил вверх, как любимую дочку.
— С-с-спасибо! — еле выговорила я, с трудом восстанавливая дыхание.
— За что?
— За то, что все-таки не придушил в расцвете лет и поймать не забыл! Так мы договорились?
— Насчет Дрогара? — Видимо, сегодняшняя норма по ежедневному дуракавалянию еще не была выполнена. — Сей момент сбегаю!
— Договоришься ведь — ушибу! — вполне серьезно пригрозила я, демонстративно поддергивая рукава. — Насчет тебя!
— Конечно, я лучше! И даже петь умею!
— Трес!!! Описторхоз [10]тебе в печенку и геморрой — отсюда и до пенсии, со склерозом в придачу!
— И все это на ночь глядя?! Ладно-ладно, понял — не дурак!
