сообщить о нарушении
Текущая страница: 79 (всего у книги 110 страниц)
Довольно высокий сводчатый тоннель, по всей видимости, соединял несколько продуктовых погребов — у противоположной стены стояли пустые бочки, возвышалась кипа аккуратно сложенных пустых мешков, а в обе стороны, насколько хватало взгляда, тянулись двери, двери, двери… В кольце на высоте моего роста, чадя и потрескивая, горел большой факел, который отбрасывал на неровные стены изломанные пляшущие тени. Тишина царила гробовая, и все же назойливое что-то болезненно копошилось на самой границе с подсознанием, не давая мне покоя.
— Что за дурацкие выходки! — выдохнул в самое ухо Призрак, догнавший наконец мою ощетинившуюся персону.
Я только плечом дернула в ответ.
— Обиделась? И напрасно — твою половину я честно сберег, очистил и даже принес!
Я, шипя, коротко, но до безобразия образно и доступно пояснила, куда ему следует ее себе засунуть, на какую именно глубину и чем при этом воспользоваться, напоследок любезно предложив самой слазать за вышеупомянутым факелом. Раздосадованный спутник отступил на шаг:
— Вот уж точно — с кем поведешься… Вы с этой рыжей хищницей друг друга стоите!
— А я, между прочим, никому свое общество не навязываю в отличие от некоторых! — огрызнулась я. — И вообще, не мешай работать.
За порогом я повела «взглядом» вправо по темному коридору, дотошно заглядывая в каждую трещинку, хотя даже в общем не представляла, что именно ищу. Здесь ничего, совсем ничего, здесь и того меньше, а вот еще расщелинка… и на ее неровных стенах мерцают ненавязчивые блики. Я чуть было стойку не сделала, как охотничья собака, и медленно двинулась вперед. Призрак придержал меня за локоть и с тревогой спросил одними губами:
— Что там?
— Просто магический шар-светильник. — Мой ответ был так же беззвучен. — Пойдем-ка взглянем, для кого предназначалась эта иллюминация.
Мы снова заскользили вдоль стен, как две безмолвные тени, постепенно растворяясь в густой тьме. Не доходя нескольких шагов до подозрительной расщелины, я остановилась и закрыла глаза. На сей раз увиденное ошеломило настолько, что прийти в себя и вспомнить, как дышать, удалось далеко не сразу. В чувство меня привел напарник, сильно встряхнув за плечи.
— Да очнись же! Что ты увидела?!
Не тратя время на подбор достаточно выразительных слов, я просто приложила его ладонь к своему лбу и снова повела «взглядом» в уже знакомом направлении. Теперь Тарглан видел все вместе со мной.
Не очень высокий, но широкий тоннель, полого спускающийся куда-то вниз и явно выкопанный совсем недавно… Резкие повороты — видимо, там, где порода была слишком твердой, чтобы ломиться через нее напрямик… Сломанная кирка, забытая в одном из начатых, но заброшенных обходных коридоров… Еще один шар-светильник, поменьше того, что был первым нами обнаружен… Прекрасно различимые в его неярком рассеянном свете странные, коренастые, ссутуленные мохнатые существа с ломами и лопатами в передних конечностях, неспешно топавших вразвалку вниз по проходу — их было не меньше трех сотен… Внушительная фигура воина в доспехах, замыкающего это подозрительное шествие, — наверное, старший или проверяющий…
Я, решив не тратить время на детальное изучение впечатляющей компании, направила «взгляд» еще дальше, пока наконец после очередного крутого поворота не открылось такое зрелище, что у меня снова надолго перехватило дыхание, а по коже продрал основательный мороз.
Вдоль стены длинной пещеры высился ряд заостренных толстых кольев, которые, не доходя до потолка, образовывали своеобразную клетку. Своеобразие было в том, что заключенные в огороженном пространстве твари при желании могли бы легко и непринужденно проскользнуть в довольно широкие промежутки, но почему-то этого не делали, а спокойно, даже с какой-то ленцой перемещались во всех трех измерениях, сопровождая движения едва различимым шипением, свистом и пощелкиванием.
Больше всего странные существа походили на плотные завихрения черно-серого с фиолетовым отливом тумана и, кажется, не имели никакого понятия о существовании силы тяжести — легко поднимались по стенам и просто по стылому воздуху к самому потолку, распластывались на нем, стекали сразу во все стороны волнистыми сосульками, замирали на месте дрожащими кляксами, без видимых усилий зависая на любой высоте. Их плавные, текучие движения прямо-таки завораживали. Они к тому же свободно меняли форму и размеры и периодически выпускали что-то вроде щупалец, напоминавших внешне струйки дыма, движениями же — голодных змей. Когда эти выросты сталкивались друг с другом или задевали решетку, по ним с резким сухим треском пробегали цепочки синих искр.
Из боковой двери, на которую до сих пор не было причин обращать внимание, появился высокий статный мужчина в коричневом плаще с низко надвинутым капюшоном. У меня резко закололо сердце. Так вот от кого исходит главная опасность! Что это затевается, черт побери?.. Вслед за ним из той же двери показались два типа самой мордоворотской наружности из всех, что я видела до сих пор. Каждый волоком тащил за собой двух человек в изодранной одежде, по которой можно было безошибочно установить их принадлежность к западным кочевым племенам. Теперь понятно, куда они девают пленников, захваченных в стычках с нашими отрядами!..
Кочевники были еще живы — руки и ноги связаны веревками, один даже слабо шевельнулся и застонал, когда их небрежно швырнули на неровный холодный гранит. Туманные твари заметно заволновались при появлении людей, их движения стали более резкими, а шипение и свист перешли в частые взвизгивания и низкое подвывание.
Один из верзил наклонился над лежащими вповалку людьми, легко, словно тряпку, приподнял первого несчастного и одним отработанным движением вскрыл ему сонные артерии. Каменный пол, видимо, имел задуманный уклон, потому что хлынувшая кровь быстро заполнила небольшое округлое углубление и бодрым парящим ручейком заструилась в узкую канавку, проложенную вдоль решетки внутри огороженного пространства. Вслед за первым обреченным последовали остальные.
Твари в клетках перестали верещать, щелкать и толкаться, расположились над канавкой и, выпустив по несколько струйчатых щупалец каждая, погрузили их расширившиеся воронкой концы в еще горячую кровь. Пещеру заполнили омерзительные звуки — хлюпающие вначале и сипящие ближе к окончанию кормежки. А за всем этим с явным удовлетворением наблюдал давешний тип в коричневом плаще…
Резко подступившая тошнота безжалостно скрутила мой желудок и подкатила к самому горлу, грозя вывернуть наизнанку весь организм. Я судорожно сглотнула и прислонилась к шершавой холодной стене, усиленно жмурясь — все равно через этот мельтешащий перед глазами плотный слой колючих черных мушек ничего дальше собственного носа сейчас не увижу, да и насчет него никаких гарантий… Стоявший рядом Тарглан, о котором я и забыла, чуть слышно перевел дыхание и, крепко сжав руку, повлек спотыкающуюся на каждом шагу меня в освещенную часть тоннеля. Выглядел он хмурым и озабоченным, мне же стало намного легче, словно наконец-то нашлась и была удалена давно беспокоившая заноза.
— Подожди! — Я высвободила руку, сморгнула несколько раз и с силой потерла отчаянно слезящиеся глаза. — Что это были за твари?
— Не знаю, — медленно и так же шепотом ответил сын вождя, продолжая хмуриться. — Никогда не слышал, чтобы такое водилось хоть где-то в нашем Мире… Впрочем, зная, какую орду разнообразных магов держит при дворе нынешнее величество, следовало ожидать, что уж по наши души он откопает наверняка что-нибудь самое убойное!
Меня передернуло: если бы не моя повышенная чувствительность, сюрприз бы удался на славу! Я помассировала закрытые глаза и повернулась к спутнику:
— Пойдем? Кстати, для чего этот медальон?
— Усиливает мысли. — Судя по выражению лица, его собственные мысли блуждали сейчас где-то далеко.
— Чьи? — не отставала я.
— Обоих. — Он машинально покрутил кристалл в пальцах.
— Так, значит… — начала было я, но на полуслове осеклась, ощутив присутствие кого-то постороннего и явно враждебного.
Чтобы выиграть время, пришлось изобразить, что мне зачем-то позарез приспичило перенести поближе к нам тот единственный факел. Быстрее лани, но намного тише, я домчалась до того места, где в стену было вделано специальное кольцо, с неожиданной для самой себя прытью вскарабкалась на бочонок и выдрала из крепления эту чадящую пародию на олимпийский огонь. Потом в таком же темпе вернулась обратно и старательно, с пыхтением и ворчанием, стала пристраивать его на облюбованном выступе стены. Прилежно поминая вслух все известные мне виды нечистой силы, я лихорадочно повела «взглядом»… О, мама миа! А я-то, наивная, думала, что на сегодня с впечатлениями все!
По проходу, только что нами обнаруженному, не спеша приближалась очаровательная зверушка, напоминающая гигантского кабана. Длинное рыло было сильно сплющено с боков и украшено впечатляющей пастью с крокодильими зубами, среди которых выделялись две пары загнутых клыков на каждой челюсти. Круглые уши и горбатое, скошенное к хвосту приземистое туловище покрывала косматая белесая шерсть, огромные выпуклые глаза отсвечивали красным, шесть широких четырехпалых лап мерно переступали, стуча сдвоенными когтями по каменистому полу… В общем, ничего интересного или особенного, и говорить не о чем!
Когда это небесное создание уже выплывало в наш коридор, Тарглан, до сих пор ошалело, но — слава богу! — молча взиравший на мои манипуляции, очень вовремя отмер и со словами: «Давай-ка лучше сюда!» отобрал чертову жердь и одним движением задвинул ее в едва приметную трещину в скале. А потом развернулся, томно выдохнул: «Наконец-то, любовь моя!» и облапил меня во всю силу, попутно зачем-то натянув на мою голову капюшон.
— Ты что, спя…
Но сын вождя не дал довозмущаться — коротко шикнул и закрыл мне рот страстным поцелуем. Я от неожиданности опешила до того, что даже не сопротивлялась, а парой мгновений позже в моем сознании с болезненным щелчком прорезалась чужая мысль:
«Подыграй мне быстро — это шпион!»
«А убить не проще?»
«Нельзя!!! Потянем время, сам уйдет…»
«А если нет?!»
Призрак оторвался от меня и, с обожанием глядя в глаза, проникновенно, с придыханием проворковал:
— Как же я истосковался за это время! Твой лысый кривоногий придурок-муж ни на минуту тебя не отпускает!
«Что?! Ах ты, мерзавец!»
— Дорогой, твоя выдумка с подземельем чудо как хороша! — Мое мурлыканье буквально сочилось медом. И сгущенкой заодно. — Даже твоя визгливая и вечно потная толстуха-жена не догадается сунуть сюда свой прыщавый нос!
«Что?! Ах ты, язва!»
«Сам первый начал!»
Тарглан сорвал с себя плащ, встряхнул его, широким жестом расстелил у стены и протянул ко мне руки.
— Любимая, приди скорее в мои объятия, и мы наконец вознаградим себя за терпение!
«Ты где такой пошлости нахватался?!»
«А это разве не твои мысли?»
«Не очень-то резвись, любовничек!»
«А ты не стой столбом, раз на свидание пришла!»
«Чтоб тебя … …!»
Его сильные руки умело прошлись по моим плечам и спине, я страстно застонала, томно выгибаясь… Проклятая свиномордая поганка даже и не подумала убраться, наоборот — осторожно подобралась поближе, основательно уселась на короткие задние лапы и, явно проявляя признаки разума, заинтересованно выпучила и без того немаленькие глазищи. Видимо, незапланированное эротическое шоу было для нее приятным сюрпризом, и она твердо вознамерилась получить от этого подарка судьбы максимум удовольствия. Вон уже и челюсть отвисла, и слюна с раздвоенного языка на пол капает…
Между тем красавец-брюнет старался вовсю, как перед камерой за голливудский гонорар. А я лихорадочно соображала, каким образом выкручиваться дальше — не отдаваться же в самом деле этому клоуну!
«Почему бы и нет?» — игриво вклинился в мои суматошные мысли не в меру страстный «любовник».
«Облезешь и неровно обрастешь, причем не сразу!» — Оказывается, свирепый рык у меня и в мыслях получается вполне убедительно!
С мстительной радостью прищурившись в его нахальные очи, я со сдавленным криком «Крыса!!!» вскочила с плаща, на котором неизвестно когда мы успели с удобством расположиться.
— Где, любимая?!
— Там… и там! — Рука тряслась вполне по-настоящему, хотя на самом деле пугать меня крысами — дохлый номер, я к ним неравнодушна как раз в положительном смысле. У меня скорее пропадет аппетит при виде парочки приличных тараканов…
— Не бойся, я с тобой! — бросился прикрывать меня широкой грудью этот артист погорелого театра.
— Они тут повсюду! — (Да простит меня благородный хозяин замка!) — Прогони, прогони скорей!
Даже не подозревала, что умею таквизжать! Как еще потолок не обвалился! У самой уши заложило, зато зубастая уродина, поняв наконец, что больше «кина не будет, кинщик спился», громко захлопнула слюнявую пасть и настороженно привстала. Тарглан с рычанием выдрал факел из явно увеличившейся трещины в стене, изобразил несколько впечатляющих выпадов и в заключение запустил его в темноту.
Чадящая жердь с треском полетела в сторону предполагаемой крысы (у которой давно уже должен был приключиться нервный припадок с переходом в сердечный приступ, причем несколько раз подряд). Я, стоя у стены и стягивая на груди распахнутую шубку, завизжала снова с удвоенной силой. Белесая шерсть встала дыбом, шестилапая зверюга подпрыгнула на месте и рванула со всех ног туда, откуда пришла. Она, чуть было не проскочив с разгона свою расщелину, все-таки умудрилась вовремя затормозить и буквально впиталась в узкий, практически неразличимый на фоне стены проем.
Это я видела уже не глазами, поскольку примерно с такой же скоростью улепетывала туда, откуда пришли мы, — в погреб с копченостями.
— Куда ты, любовь моя?! Мы ведь еще не закончили! — Пылкий ухажер, задержавшийся, чтобы подобрать плащ, догнал меня уже у лестницы.
— Я сейчас тебя самого прикончу!!!
— Подожди хотя бы до комнаты — всю жизнь мечтал помереть с удобствами!
Мы пронеслись по коридору как пара призраков, бывших при жизни спринтерами — стремительно и бесшумно, — и влетели в двери моих апартаментов почти одновременно. Я с разбегу рухнула на кровать, пытаясь отдышаться, а светлоглазый нахал даже не запыхался и, усевшись прямо на ковер, с видимым сожалением качал головой.
— И незачем было так торопиться — тварь ведь убралась, как мы и рассчитывали, можно бы теперь и…
— Ах, незачем! — Я, все еще загнанно дыша, ухватила со спинки стула первую попавшуюся одежку, свернула ее жгутом и, недобро щурясь, решительно двинулась на него.
— Ты что это задумала? — невинно удивился Призрак.
— Не догадываешься, господин телепат?! — Я изловчилась и звучно достала его по шее своим импровизированным оружием справедливого возмездия. Он вскочил и забегал по комнате, заливаясь довольным смехом и легко уворачиваясь от разъяренной меня.
— Ты что себе позволяешь, конь озабоченный?! Наглая рожа!
— Неужели было так плохо? — с прежними томными нотками в голосе вопрошала «рожа», прилично схлопотав еще раз — пониже спины.
— Омерзительно, приторно и до тошнотиков пошло!!!
— До тебя все уверяли, что я прекрасно целуюсь! Ч-черт! — Последнее восклицание было своеобразным ответом на подзатыльник, отвешенный мною от всей моей широкой души.
— Тебе льстили, можешь плюнуть им в лицо!
— А теперь ты уже точно врешь!
Поразительно, как удается, мягко говоря, нехрупкому и немаленькому организму передвигаться так молниеносно… Вот уж кто «живой как ртуть, и такой же вредный»! Только что был мною загнан в тесный угол за кроватью, а через мгновение уже злорадно хихикает у меня за спиной, примотав мои руки моим же оружием к моим же бокам.
— Не вру!!! — Яростные попытки освободиться ни к чему не привели.
— Еще как врешь! И не краснеешь! Тебе ведь понравилось, признайся!
— Ни за что! И вообще: не умеешь — не берись!
— Кто не умеет? Я?!
Вот это и называется — напросилась…
— Все равно ты должна была мне поцелуй! — еле слышно выдал он через некоторое время, переводя дыхание.
— Надо же какой злопамятный! Теперь-то, надеюсь, даже проценты выплатила? — Я пыталась одновременно унять головокружение, сердцебиение в совсем не подходящих для этого местах и дрожь в коленках. Что умеет, то умеет, ничего не скажешь…
— Удачная ночка выдалась, просто на диво! — «Умелец» бесцеремонно развалился на моей кровати. — Погреб с колбасой разведали, подлянку разгадали, должок вернули, даже впервые в жизни чуть всерьез не побили… Чем это ты меня?
— Своими парадными штанами, — опознала я «орудие убийства», повертев его так и этак. — Между прочим, совсем новые — замшевые, с пряжками и серебряным шитьем, если тебе интересно.
Бывший наемный убийца захохотал до того заразительно, что я невольно рассмеялась и шлепнула его еще разок, сгоняя с кровати.
