Текст книги ""Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Мария Геррер

После этого я уснул – молодой организм это делал легко, не то, что в семьдесят лет.

Утром сели за работу – все-таки понедельник на дворе. Я сгонял девушек за миллиметровкой и посадил рисовать схему «Спектрума» – дело для них было привычное, только два года после института. Да на работе с этим сталкивались. Описание микроэвм на базе микропроцессора Зет-80 у меня дома имелось, девушки по нему начали рисовать типовую схему с заданными параметрами – мне все легче. Потом внесу правку в нужных местах и все.

Я руководил действиями секретарш. После обеда поехали в ДК имени Горбункова – там проходили репетиции «Самоцветов».

Мы пришли в зал, где репетировала группа музыкантов с песнями цикла «Мираж», звезд эстрады Ведищевой и Бродской не было, Ира была фронт-певицей.

Мы с девушками сели на кресла в зрительском зале и слушали песни группы «Мираж» в современном исполнении. Они исполнялись немного мягче, чем в мое время, но по сравнению с другими – очень агрессивно.

Мои секретарши пришли в восторг, слушая песни в исполнении Иры. Она в их глазах сразу стала звездой, с которой им даже не стоит пытаться конкурировать.

В перерыве Ира подошла к нам, поздоровалась.

– Ну как вам Валерий Иванович мои потуги быть певицей? – спросила она.

– Ира, у вас замечательно получается – похвалил ее я. – Вы органично вписались в эту музыку, великолепно получается! Будем с вами работать! – пообещал я.

– Правда! Спасибо! – Ира обняла меня и поцеловала в щеку.

– А мы новую песню написали, даже две – похвалилась Женя.

– Ой, а можно послушать? – спросила Ира.

– Эти песни не из цикла «Мираж» – предупредил я.

– Все равно хочу послушать – улыбнулась Ира.

– Ну давайте девчонки, жгите – разрешил я и секретарши вместе с Ирой пошли на сцену. Женя села за рояль, ей подставили микрофон, а Лена встала у другого микрофона.

Они спели «У аэродрома» – песня заслужила аплодисменты музыкантов, потом «Старинные часы».

– Можно мы будем исполнять их – спросила Ира.

– Конечно, но «У аэродрома» я хочу отдать Лещенко – у него лучше получится, тут нужен мужской голос – сообщил я.

– Ну тогда «Старинные часы» – попросила Ира.

– Эту попробуй – девчонки все фишки этой песни вам продемонстрировали – вот слова и ноты – я передал ей партитуры. – Пару дней вам хватит на репетиции этой песни?

– Думаю, что хватит – сказала Ира, внимательно читая ноты. – Спасибо, мы постараемся оправдать ваше доверие.

– Ну если не получится у вас – отдам ее Пугачевой – сказал я. – У нее точно получится.

– У меня точно получится – пообещала Ира, и я отправился к Маликову решать вопрос о разделении коллектива.

Мы поздоровались, и я ему обозначил суть проблемы – репертуар большой и многогранный, один ВИА никак его не покрывает. Прошлый год «Самоцветы» исполняли традиционный репертуар, а вторую половину года уже разбавили его новыми моими песнями. А вторая половина года уже осталась без их прежнего репертуара, который любят в народе. Плюс песни цикла «Мираж» – их надо петь в СССР.

– Да знаю я эти проблемы Валера! Вот как их решить? Разделить коллектив? Но тогда я выпадаю из обоймы как руководитель – поделился своими проблемами Маликов.

– Пробей организацию продюсерского центра, которым будешь руководить ты, а созданные тобой коллективы будут входить в него. Можно назвать это творческим объединением – предложил я. – Как у киношников, ну у них же много различных творческих объединений. Киностудия одна, в ней с десяток таких объединений.

– Идея интересная… Надо попробовать – обрадовался Маликов. – Поеду я в Москонцерт, надо с руководством обсудить этот вариант. Им выгодно – дадим больше концертов, будет больше выручка от них!

Уважаемые читатели!

Прошу не забывать ставить сердечки и подписываться на автора – это поможет другим читателям определиться с выбором книги.

Приятного чтения!

Глава 14

Мы попрощались и вернулись домой с девушками на моем броневике. Дома мы продолжили работу над схемой «Спектрума», Лена ее рисовала, а Женя стенографировала прошивку ПЗУ с операционкой и БЭЙСИКом на ассемблере, включая подробные комментарии – у меня была такая информация в моей идеальной памяти. Ретро-любители вычислительной техники постарались ее сделать и выложить для все общего доступа.

В восемь вечера я отправил девиц по домам – нам надо было отдохнуть друг от друга. Не привык я находиться так долго в женском обществе. Велел приехать не раньше десяти.

Утром ровно в десять пришли девушки – я их сразу посадил за схему, пусть работают. Через четверть часа пришла Даша.

– Привет Даша! Ну как – отошла от дорожных впечатлений? – спросил я.

– Да, могу работать – ответила Даша, но как-то холодно.

– Ну что же – устраивайся в своем кабинете, я тебя приглашу, когда буду готов – сказал я. Насильно мил не будешь – что тут поделать.

Раздавались девичьи голоса из рабочего кабинета, Даша спросила – Кто это у тебя?

– Мои помощницы, пойдем познакомлю – предложил я и мы зашли в кабинет.

– Девушки, это Даша, моя соавторша по книгам цикла «Гриша Гончар» – представил я девушек друг другу.

Через полчаса я пригласил Дашу в свой кабинет, и мы занялись второй книгой цикла «Гарри Поттер». Я диктовал Даше английский вариант, она, как обычно стенографировала его. Через сорок пять минут я остановился – нам надо было отдохнуть.

– Займись после отдыха расшифровкой своих записей, на сегодня будет достаточно – сказал я и пошел к девушкам, узнать, как у них дела.

Позвонил Цвигун, сообщил, что меня ждут на награждение в Кремле к двенадцати часам. Я начал собираться – подобрал костюм, тщательно побрился, окропил себя французской туалетной водой. Уведомил девушек, что меня после обеда не будет.

Через час зашел охранник, лейтенант Егоров, сообщил, что меня ждет машина. Я сел в свой броневик, и мы поехали в Кремль.

– Здравствуй дорогой! – тряс мне руку Брежнев, когда мы прошли вместе с Цвигуном и Андроповым в его кабинет.

– Постановлением Президиума Верховного Совета СССР вам присваивается звание Героя Советского Союза с вручением медали Золотая Звезда и ордена Ленина – торжественно зачитал указ Брежнев.

– Служу Советскому Союзу! – гаркнул я – а что мне еще можно было сказать?

Он прикрепил к лацкану моего пиджака Золотую Звезду и орден Ленина, еще раз поздравил меня, пожав руку.

– Леонид Ильич, да не стоило это Звезды Героя, я просто свою шкурку спасал – скромно сказал я.

– Нет парень, сразу видно, что ты не воевал прежде. Я тебе продемонстрирую это на сходном примере из фронтовой жизни. Вот смотри какая ситуация была по сути – подразделение в составе четырех вооруженных бойцов, невооруженных техника и медсестры направились с заданием в штаб. По пути они попадают в засаду, бойцов сразу убивают, техника берут в плен, он много чего полезного для немцев может знать, и медсестру хотят просто пристрелить. Невооруженный техник отбирает оружие у диверсантов и уничтожает всех их. Он, по-твоему, свою шкуру спасал? Нет! Он вел бой с врагом и уничтожил его! Достоин такой подвиг награды? Достоин! – пояснил мою неправоту Брежнев.

– Согласен с вами – бой был не на жизнь, а на смерть – согласился я.

– Ну то-то же. Ты как-то упоминал, что дом хочешь построить. Так вот, Степан Кузьмич для тебя дворец подобрал – небольшой санаторий по дороге в Зеленоград. А то вокруг тебя, твоей квартиры уже начинаю вить гнезда зарубежные разведки. Там тебя проще будет охранять, да и тебе просторнее – не принимать в своей квартире кучу народа – сообщил Брежнев. – Вот сразу туда и отправляйтесь, там и отметите награждение.

Мы вытянулись по стойке смирно, Брежнев с улыбкой махнул рукой – вольно и мы покинули его кабинет.

Когда вышли из кабинета Брежнева, нас с Цвигуном пригласил к себе Андропов.

– Валерий Иванович, как не странно, но мы обнаружили подпольную ячейку «Истинных коммунистов», которые ставят целью свержение нашей власти и восстановление курса Ленина. И они решил вести борьбу методом террора – уничтожать наиболее видных деятелей партии и правительства, которые ведут страну в этом направлении. Мы взяли одну группу, а их существует несколько, они глубоко законспирированы. Их поддерживают многие старые коммунисты, в том числе из ЦК – кто это – мы пока не знаем. Но вы одна из их целей, об этом нам достоверно известно, поэтому принято решение вас переместить в охраняемую зону. А то вдруг они устроят обстрел вашей квартиры из гранатометов или минометов – у них связей в армии хватает. В городской черте трудно обеспечить вашу безопасность – пояснил ситуацию Цвигун.

– Я не против, лишь там было комфортно жить и работать – ответил я.

– Это одна из наших баз для отдыха нелегалов – пояснил Андропов. – По сути это типовой дом отдыха. Там имеется дом культуры – будет где вам репетиции проводить с музыкантами и танцы устраивать, жилой корпус – там разместятся ваши сотрудники и сотрудницы, столовая и административный корпус – там можно будет сделать рабочие места для ваших сотрудников. Большой лечебный корпус – там разместитесь вы, в нем имеется большой бассейн, оранжерея – это бывшая усадьба помещиков Успенских. Ну и хозяйственные постройки – это гаражи, котельная на природном газе, кухня и столовая для отдыхающих. Санаторий расположен в лесу, огорожен со всех сторон. Помимо этого, внешний периметр охраняется воинской частью, чтобы к забору близко никто не подошел на семь километров – лес же кругом. К санаторию ведет хорошая асфальтированная дорога – будете жить как на курорте – рекламировал Андропов свое детище.

– Я согласен – покладисто ответил я.

– Там уже сделали необходимый ремонт и перестановки для обустройства вашего дома – над этим работали кремлевские дизайнеры – сказал Цвигун. – Вам там понравится!

В общем сел я в свой членовоз и я поехали смотреть дом. Через час, миновав две заставы, где дежурили солдаты-пограничники, мы въехали в ворота санатория, или теперь уже моей усадьбы. И действительно – дом, я даже назвал бы его дворцом, был на загляденье. Сделанный еще в 19 веке, с колоннами на фронтоне, два больших крыла, сделанных буквой П. Машина остановилась возле парадного входа, нас встретил комендант санатория майор Кулибин. Он провел экскурсию по дворцу – это действительно был дворец, с такой роскошью отделанный. Майор пояснил, что реставраторы только восстановили первоначальный облик дома, не вносили свои новации. Мы посетили бальный зал, посмотрел на балкон для оркестра. Но в зале был подиум для сцены и на нем стоял белый рояль Стейнвей.

– Это новодел, его прежде не было, но дизайнеры посчитали, что он тут не будет лишним – пояснил майор.

– Все верно, сцена нам пригодится – улыбнулся я. – Можно будет «Самоцветов» в гости пригласить – есть им тут, где развернуться!

Майор пригласил пройти в рабочий кабинет, он тоже впечатлил своей роскошью. Мебель из красного дерева, шкафы с книгами. Но уже стоял современный стол с креслом, на нем компьютер и принтер рядом со столом.

– Это для вас поставили, с Ангстрема передали свою новинку – пояснил майор.

– Здорово! – обрадовался я, что не придется перевозить вещи с квартиры.

– Эта дверь в кабинет секретаря – пояснил майор, открывая дверь. Этот кабинет был уже достаточно скромный, но просторный – ничего лишнего, но стояло два стола с компьютерами.

– Учли, что у вас два секретаря – пояснил майор.

Да, сюрприз удался… Можно было сразу переезжать, только личные вещи забрать, магнитофон и гитару. Да и то без меня с этим справятся.

– У вас тут комнатка с ЗАС – показал майор. Это секретная связь, по которой без опаски можно разговаривать с руководством или с предприятиями – у всех предприятий оборонки такие узлы связи имелись.

– Отлично. Как у вас с персоналом? – спросил я.

– Часть перевели на другие объекты, а основной костяк остался, чтобы ухаживать за всем комплексом. В доме работают четыре горничные, повар с кухаркой, посудомойка, завхоз, подсобный рабочий – он и электрик, и слесарь-сантехник. Кухня у вас оборудована современной техникой – пояснял майор. – Общая столовая для пациентов работать не будет, персонал будет столоваться в столовой для прислуги вашего дома, повар для них будет готовить отдельно.

– Вон она какая эта «золотая клетка» – подумал я, оглядываясь вокруг.

– В правом крыле оборудован спортзал, там установлены ростовые манекены – это осталось от прежнего назначения для тренировки бойцов – пояснил майор. – Тоже решили оставить для ваших занятий спортом.

– Ну ладно, тогда я займусь работой. Я обедаю обычно в час дня – предупредите повара.

– Что-нибудь будете заказывать? – спросил майор.

– На его фантазию, я особо не привередлив к еде, просто люблю вкусно поесть -ответил я.

Я сел за рабочий стол, включил компьютер. На экране загорелась заставка Ангстрема. Я запустил редактор – загрузился очень быстро, эта модель была с винчестером и шестнадцатиразрядным микропроцессором.

Начал думать, что еще впереди. И тут вылетело – авария на Ленинградской АЭС.

– Вот и тема – вздохнул я и начал писать подробности про эту аварию, про конструктивные недостатки реакторов типа РБМК-1000, которые привели к этой аварии и приведут к еще более масштабной аварии на Чернобыльской АЭС.

На изложение этого материала у меня ушел весь день. Вечером заскучал – пялился в телевизор с час, потом вновь сел за комп, продолжил печатать. Такой материал не поручишь девушкам стенографировать, сразу раскусят, что я предсказатель и могу знать будущее. Так и просидел до ночи, потом вырубился в своей новой шикарной спальне, площадью за шестьдесят квадратов, плюс огромная ванная комната.

Утром оделся в спортивную одежду – охрана привезла мои вещи, пошел бегать. Парк был просто огромный – наверно два на два километра. Пробежал три стороны забора и устал – это уже шесть километров как минимум. Тропинки почищены и утрамбованы гравием, даже в дождь можно бегать.

После пробежки пошел в спортзал, сбросил верхнюю одежду – жарко стало. Начал заниматься на брусьях, перекладине, на тренажерах – тут они были. После этого начал отрабатывать удары, незнакомые в СССР этого времени – локтями, коленями, ногами, кулаками. Через час зашел в душ, с полчаса остывал. Прошел в столовую, увидел горничную – она представилась – Оксана. Попросил ее сообщить повару, что готов завтракать. Оксана ушла, через десять минут повар Леонид Кондратьевич – солидный мужчина – вкатил тележку с моим завтраком. Мне была предложена яичница с беконом, ростбиф из отварной говядины, нарезка ветчины, бутерброды с красной икрой и сливочным маслом.

Я начал быстро все сметать со стола, Оксана налила мне чаю.

Позавтракав, вновь сел за компьютер, но примчались мои красотки, начали носиться по дому, ахать и охать. Пришлось отвлечься. Показал им их рабочие места, велел им продолжать работать над схемой, мне не мешать – у меня важная и секретная работа.

Девушки сели за работу, в половине одиннадцатого позвонила Даша.

– Валерий Иванович, а как мы с вами будем работать? – спросила она.

– Приезжай сюда – тут будем работать – сказал я.

– Охрана отказывается меня везти – говорит, что я не их сотрудник. Как быть? – спросила Даша.

– Пусть тебе охрана объяснит, как добраться до КПП на такси, оттуда позвонишь – я вышлю машину. Купишь машину – будешь ездить сюда сама – сказал я.

После этого предупредил коменданта о приезде гостьи – чтобы он привез ее в дом, продолжил работать над темой РБМК-1000.

В полдень приехала Даша, я отвел ей кабинет, где бы она могла печатать книги. С ней провел час, на сегодня достаточно – страниц двадцать надиктовал.

В час пошли обедать, повар предложил нам солянку, и котлеты по-киевски, разные салаты и прочие мелочи. За обедом мило беседовали с девушками и Дашей. Девушки с подозрением косились на Дашу, но вели себя достойно.

Продолжил работать после обеда над проблемами атомной промышленности. Приходилось много писать, рисовать рисунки в тетради. К вечеру очень устал – перекинул файлы на дискету, которую убрал в сейф. До аварии еще месяц – успею.

Зашел к девушкам – работа у них двигалась быстрыми темпами, думаю через день-два закончат схему. Внес некоторые коррективы в схему микроэвм, разъяснил девушкам для чего это.

Позвонила Вера – сообщила сногсшибательную новость, что ее пригласили на гастроли в США. Я поздравил ее, спросил кто с ней поедет – определились уже?

Вера сказала, что у них идет ругачка по этому поводу, вплоть до того, что Гришу заменят на другого гитариста.

– Вера, это сейчас у вас там идут дебаты? – спросил я.

– Да, обсуждают кто поедет – ответила Вера.

– Тебя не пробовали заменить? – спросил я со смешком.

– Путь попробуют – засмеялась и Вера. – Ведь это меня пригласили на гастроли, а не «Самоцветы». Я могу вообще одна поехать, оркестр мне найдут.

– Ты с Гришей-то не рассталась еще? – спросил я.

– Нет, с чего мне с ним расставаться? – ответила Вера.

– Вера, тогда бери переговоры в свои руки – это же с тобой связались американцы? – попросил уточнить я.

– Нет, как бы они со мной связались? Они позвонили Маликову, им англичане телефон его дали. А Маликов хочет туда половину ВИА отправить с собой во главе – ответила Вера.

– Я попробую с ним поговорить. Мы уже обсуждали разделение «Самоцветов» и, в частности, выделение вашей группы во главе с тобой. Будете отчислять часть дохода Маликову, и работать под его крышей, а она у него надежная – пообещал я.

– Да я не против – страшно самой во все это влезать – сказала Вера.

– А Маликов – было бы лучше, чтобы он с тобой поехал. Чтобы тебе забот не знать – сказал я.

– Только нафига мне еще половину ВИА туда тащить и ними делится деньгами? Их я же буду зарабатывать – возмущалась Вера.

– Так ты так Маликову и скажи – умей постоять за себя. Маликов скажи, пускай едет – он руководитель, а остальные – только твоя группа. И так четверо будут – предложил я. – Ты же тут банкуешь – без тебя гастроли не состоятся.

– Спасибо Валера, сейчас пойду к ним и прямо об этом скажу, что я буду решать, кому со мной ехать – решительно сказала Вера.

Мы попрощались, и я вернулся к работе над реактором РБМК-1000.

Через час позвонил Маликов, поздоровавшись он сказал с досадой:

– Валера, как меня достала эта демократия! Они почему-то считают, что коллектив ВИА «Самоцветы» должен решать, кто достоин ехать на гастроли в США. Даже комсомольское собрание устроили по этому поводу – горько усмехнулся Юрий.

– Мою кандидатуру и Верину благоразумно оставили в покое, а вот группу Веры, и в том числе ее парня Гришу, хотят заменить более достойными с их точки зрения музыкантами – пожаловался он.

– Юра, ты руководитель и тебе принимать решение. Сошлешься в случае жалоб на категорический отказ Веры ехать с другими музыкантами – подсказал я.

– А насчет Веры – от неё просто отмахнулись – типа полгода в коллективе, вчерашняя певичка бэк-вокала, чего её слушать. Кого ей дадут, с теми и поедет, не барыня мол – усмехнулся Юрий. – Но мне придется принимать командирской решение, и так меня обвиняют в диктаторских замашках. Боюсь разбегутся от меня они – вздохнул он.

– Если ты уедешь в США, то приедешь к разбитому корыту – усмехнулся я. – Они без тебя точно разбегутся. Ты сам не нужен в США, Вера без тебя решит все вопросы с музыкой – это ее песни, она все про них знает. Лучше попроси в Москонцерте подобрать им в США административного директора, чтобы свободно общался на английском, решал все организационные вопросы – предложил я Маликову. – А ты тут будешь строить своих вольнодумцев.

– Да, пожалуй, так будет лучше, если я сам откажусь от поездки и для сопровождения Веры попрошу человека в Москонцерте – согласился Маликов.

Глава 15

Мы продолжили обсуждать с Маликовым вопрос об образовании отдельных групп в рамках творческого объединения «Самоцветы».

– Тебе еще надо отделить группу «Мираж» – пусть отправляются в гастроли по СССР – солистка у них имеется теперь, Ира вполне тянет эту тему – предложил я.

– Хм, тут еще новость на эту тему – от нас ушли Ведищева и Бродская – будут вести сольную концертную деятельность – сообщил Маликов. – Действительно Ире придется самой там теперь петь. Я насчет отделения групп уже обсудил в Москонцерте, готовится решение об образовании творческого объединения «Самоцветы» под моим руководством. И группы, входящее в объединение, будут платить мне отчисления в десять процентов от дохода. Зато у них будут все права на исполнения всех песен объединения.

– Ну вот, тебе и карты в руки – отделяй группу «Адель» и вопрос будет закрыт. Ну и группу «Мираж» тоже. Следующая группа будет «Модерн», а у остальных будет старый репертуар «Самоцветов» – предложил я. – И вот еще что. Уже разрешили кооперативы в любой сфере деятельности. Тебе надо оформить творческое объединение «Самоцветы» как кооператив, и взять в учредители самых доверенных лиц, которые от тебя не уйдут. А то потом придется с ними этот кооператив делить. А уже учредителем всех групп выступит этот кооператив и фронт-лидер этой группы. Это в первую очередь дисциплину подтянет, кто же с хозяином решится спорить – тут нет никакой демократии.

– Да, пожалуй, самое время для этого. Я узнаю насчет кооперативов, но само объединение в кооператив преобразовывать не стоит, как раз оно и может рассыпаться, если от меня уйдет старый состав – согласился Маликов и попрощался со мной.

Через неделю я передал Цвигуну материалы по РБМК-1000, описал аварию на Ленинградской атомной электростанции, ее причины, а также конструктивные недостатки этого типа реакторов. Теперь не будет этой аварии, как и аварии в Чернобыле – дефект известен, лекарство найдено.

Мои секретарши закончили схему «Спектрума» и передали ее в Зеленоград для изготовления опытных образцов. Начальник отдела Локтев осознал выгоду такой машинки, дал команду адаптировать для нее текстовый и табличные редакторы, аналогичные по формату данных на персоналках, а в персоналки на Зет-80 добавили порт для магнитофона в качестве устройства внешней памяти. На это модели «Спектрума» можно было набирать текст и записывать его на магнитофонную кассету с возможностью дальнейшей обработки и распечатки на персоналке. Теперь это будет не просто игрушка, а реальный домашний компьютер. Главная цель, что мы преследовали выпуском «Спектрума», была компьютерная грамотность подрастающего поколения, чтобы могли повозиться с настоящим компьютером дома, подключив его к телевизору и магнитофону.

В журналах «Радио», «Моделист-конструктор», «Юный техник» опубликовали схему «Спектрума», инструкции по сборке, даже несколько программ простых игрушек. Молодежь была заинтригована этим и пошли продажи как готовых компьютеров, так и наборов для самостоятельной сборки.

Позвонил Маликов, пригласил в гости, надо было решить вопрос с кооперативами, он захотел, чтобы я стал соучредителем, так сказать, закрепил его позиции в них.

Я решил ему помочь, «Самоцветы» были опять на грани развала – основной состав музыкантов имел сепаратистские настроения. Взял с собой своих секретарш, поехали в ДК Горбункова. Юрий озвучил свое предложение – мне выделяется доля тридцать три процента, ему столько же, треть идет фронтмену группы. Таким образом группа будет на крючке с двух сторон – я контролирую репертуар своих песен, он административный ресурс, фронтмен дисциплину в группе. Соблюдается таким образом баланс интересов всех заинтересованных сторон. Если фронтмен хочет кого-то из группы ввести в правление – пусть делится своей долей.

Хотя мне в экономическом плане это было малоинтересно, мне хватало авторских отчислений, но я поддержал Маликова, и мы на этом принципе создали три группы – «Модерн», «Адель», «Мираж», где фронт-певицей стала Ирина, она уже прочно взяла бразды правления в группе в свои нежные девичьи руки.

Но это спровоцировало мятеж старого состава и он, как и в моей истории, вышел из состава «Самоцветов», создал ВИА «Пламя», но на год позже, чем в моей истории. По моей подсказке Маликов зарегистрировал в ВААП свои аранжировки песен, так что исполнять их отщепенцы уже не могли. Но им, как и в моей истории помогли известные поэты и композиторы, предоставив песенный материал, позволивший им взойти на олимп эстрадной музыки СССР.

Маликов быстро набрал новый состав для исполнения прежнего репертуара «Самоцветов», и ВИА возобновил концертную деятельность.

Я засел за компьютер и начал записывать новый цикл песен «Модерн» – Юре надо было обновить репертуар к летним гастролям в Англии. Я рассчитывал выдать десять песен – как раз на новый диск-гигант. Мелодии у «Модерн Толкинг» были достаточно простые, Юра с ними сам разберется, сделает свою аранжировку, близкую по духу этого времени.

Вера с группой «Адель» готовилась к гастролям в США, для них хватило имеющегося материала, но организаторы попросили хотя бы парочку новых песен, пришлось мне их «написать», их включим в летний репертуар певицы на гастролях в Англии.

Новый 1976 год

В начале декабря 1975 года Брежнев встретился с Фордом в Анкоридже на Аляске. Она закончилась подписанием соглашения о взаимных инвестициях, СССР строил два завода в США по выпуску компьютеров, США строили два завода по выпуску автомобилей в СССР – Форд и Дженерал Электрик, создавало совместное производство по выращиванию пшеницы в Краснодарском крае.

Было заключено соглашение о строительстве завода по выпуску цветных кинескопов для телевизоров – у нас их хронически не хватало для производства телевизоров. Тем более, что предстояла задача наладить выпуск цветных мониторов для компьютеров.

Ну и было предложено американским нефтяным компаниям осваивать месторождения нефти и газа в Арктике, запасы там были огромные. Детали будут оговорены позднее, но СССР создал свободные экономические зоны в Калининграде, в Крыму, во Владивостоке, в которых создавались льготные условия налогообложения на первые пять лет деятельности компании, открывшей там свои предприятия. И при чем было сразу оговорено, что это могут быть просто торговые компании по типу сетей Walmart в США – ограничений на характер деятельности нет. Естественно, что эти свободные экономические зоны были отделены от остальной территории страны таможенными постами – при ввозе товаров в СССР взималась стандартная пошлина в восемь процентов от стоимости товара, как принято в ВТО.

Только заводы-производители могли рассчитывать на снижение ввозных пошлин, а ввозные и вывозные пошлины в самой СЭЗ были нулевые. Этим воспользовались в первую очередь наши кооперативы, открыли там свои сборочные цеха для экспортной продукции.

Рейтинг Форда значительно поднялся, объем торговли с СССР начала быстро расти, в США создавались новые рабочие места.

В Зеленограде дела шли успешно – материальное стимулирование разработчиков технологических процессов для электронной промышленности позволило освоить техпроцесс полтора микрона к концу 1975 года. Это значит, что мы сможем с начала 1976 года производить чипы памяти по 64 кбит на кристалл и довести тактовую частоту микропроцессора 1801ВМ3 до 25 мегагерц. И сразу начать производить его по этой технологии.

Сел со своими помощницами за работу и начал «разрабатывать» новые технологии. Для начала я «разработал» структурную схему управления станком ЧПУ на микропроцессоре 1801ВМ3/ВМ4, уделив внимание приводам на шаговых двигателях и датчиками числа оборотов для небольших портальных фрезерных станков и токарных станков с горизонтальными направляющими – это позволит резко поднять производительность труда в промышленности. Нарисовал конструкцию шагового двигателя с использованием неодимовых магнитов, схему управления ими на Зет-80. Шаговые двигатели известны очень давно, но при использовании новых магнитов у них значительно увеличивается момент, что позволяет применять их уже в электроприводах станков.

Но не обошел и тему сервоприводов с бесколлекторными двигателями постоянного тока. Нарисовал конструкцию двигателя с использованием новых магнитов, схему управления двигателями на микропроцессоре.

Эту информацию передал через Андропова в Минприбор для производства систем ЧПУ для станков – кажется он за это отвечает. Надеюсь увидеть работающие станки ЧПУ уже к концу 1976 года. Буду держать этот вопрос под контролем.

У меня в планах сделать плазменные резаки и станки ЧПУ плазменной резки, а также станки лазерной резки. Рисую станок с порталом, на нем устанавливаю мотор-шпиндель с цанговым патроном – тут ничего нового я не открываю, просто соединяю все вместе.

Не откладывая в долгий ящик, вытащил из памяти чертежи плазменного резака для станка ЧПУ. Плазменная резка известна достаточно давно, в Институте Патона разработали ручной плазмотрон ПРВ-202М, который используется и в 21 веке – у меня самого был такой на фирме – резали им толстые листы металла. Только вот в сочетании с портальным ЧПУ станком эта технология выходит на новый уровень производительности и качества. Вспоминаю, что еще отсутствуют шариковые подшипники линейного перемещения – рисую чертежи подшипников и направляющих из своей памяти. Добавляю чертежи ШВП – шарико-винтовой пары, это механический базис для станков ЧПУ. Добавляю к чертежам описание и характеристики этих механизмов, прошу отправить для изготовления на профильные заводы.

Блин, надо теперь делать и лазеры для резки металла… Садимся с девочками писать учебник по волоконным иттербиевым лазерам. Пишу подробно состав стекла для оптоволокна лазера, световода накачки, в общем все то, что тут еще не известно. Неделю потратили, надеюсь будет толк. Пишу служебную записку Андропову, поясняю для чего это и что можем получить в результате использования этих лазеров.

Тут же вспоминаю про гидроабразивную резку, она немного попроще лазеров на этом этапе развития технологии. Там используется насос высокого давления и смесительная трубка из карбида вольфрама, такой материал еще называется победитом, широко используется для изготовления твердосплавного инструмента. Теперь нужен гранатовый песок – месторождения у нас в Северодвинске, в Карелии и на Байкале. С этим проблем не будет – надо только промывать и фракционировать его через сита.

Так, еще насос нужен с давлением четыре тысячи атмосфер, рисуем чертежи, пишем описание. Два типа – плунжерный и шестеренчатый с гидравлическим приводом, мощность тридцать семь киловатт. Пара дней и чертежи завершены. Упаковываю в большие конверты, отправляю Андропову с пояснительной запиской, что эта технология носит прорывной характер в металлообработке, предложил отправить эти чертежи в Иваново на станкостроительный завод и им поручить освоить эту технику.

* * *

Приближался Новый год, личная жизнь наладилась – мы помирились с Дашей, она вновь стала «старшей женой» моего гарема, строя девчонок. Они по очереди ночуют в моей спальне, скучать мне не приходится. Точнее приходит одна из них на полчаса-час перед сном, пожелать мне «спокойной ночи», потом уходит. Другая утром приходит пожелать мне «доброго утра». Мы не афишируем свои тайны, общество в СССР весьма консервативное, я бы даже сказал пуританское. Если выплывут наружу наши грешки – сразу стану изгоем, не говоря уже о девушках. Поэтому маскируемся как можем. Единственное, чего мы не скрываем – это наши с Дашей отношения – они на виду, всем известно, что она моя любовница. Так сказать, у нее такой официальный статус. Да я уже, в связи с этим, начал думать, как девчонок отправить от себя подальше – мне и одной женщины достаточно. Поддался на их чары, вот теперь приходится прятаться.