Текст книги ""Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Мария Геррер

– Тогда пообщей мнедругое, Нико.

– Всё что в моих силах, сестра. Честно.

Алира улыбается, пониямая, что я имею ввиду. Потом говорит несколько фраз на родном языке и качает головой. Язык действительно чем-то напоминает эстонский.

– Пообещай, что будешь драться до конца. Как дрался до этого.

– Я клянусь, Алира.

– И даже если ты погибнешь, то сделаешь всё, чтобы вернуться назад. Мы ведь это умеем. Все мы воскресали.

Кроме меня. Моё тело лежит в коме на Тау-137, а сознание здесь. Или часть души? Не знаю точно. Это один из моих козырей.

– Я… Я обещаю это, сестра.

– Хорошо. А я тогда просто за всех помолюсь. И за тебя, рыцарь крови.

Чёрт, последние слова она сказал на другом языке, но я их понял. Это определенно эстонский, хоть и искаженный.

– Что-то не так? – заметила Алира мою реакцию.

– Я уже слышал эти слова. Так меня называли дома. Один человек. Целительница душ.

– Мудрая женщина. Это хорошо, что тебя так и у тебя дома называли.

– Думаю, что там в эти слова вкладывали нечто другое.

– Возможно. Но для меня это хороший знак.

– И что это тебе говорит?

– Что всё неспроста, – Алира поворачивается и собирается уходить, – и всё будет хорошо.

– Точно.

– Почти. – Девушка поворачивается ко мне. – Даже силы зла пожалеют твоих врагов.

Произнеся это Алира уходит. Макс и Ури незаметно ушли ещё раньше. И мне пора идти. Стрелок ждет меня в комнате с оламами. Надо наконец познакомиться с тем самым Торвом.

Глава 3

Кто такой Торв? Один из самых таинственных Искателей. Человек, пропавший чуть ли не десятки лет назад. Тот, кто оставил Копателям церебрал с описанием своей одиссеи в закрытый сектор, куда он попал после зоны холода, что за фортом Забвение.

Тот, кто возможно узнал про лазейку, что ведёт в Центр. Только он не вернулся на базу, а пошел дальше. У известных границ Таната его ранили неизвестные, которые потом забрали его тело. Изначально я думал, что это знающие, но Даргул ничего об этом не знал. Даже по-тихому перетряс возможных подозреваемых, используя Канио и Ида.

Однако этот регион, что примыкал к башне смерти, раньше был охотничьими угодьями Верующих. Сложив одно с другим, Даргул отправил разведчиков. Каннибалов и так ловили, но тут была нужна любая информация. В её поисках Знающие нашли Крипа, шестёрку Фэла, которого я убил на тракте, а кочевники потом разбили его камень.

И вот у него ребята Даргула и нашли кефл с камнем души. И это их насторожило, ведь Верующие не просто поедали пленников во время ритуалов, но и символически разрушали камни их душ. Так что такого ценного было в данном эотуле?

Расспросы принесли результат. Фэл, со слов Крипа, примерно в то время ушел в погоню за кем-то. Но якобы не догнал, а его отряд погиб. Вот тогда у него появился тот самый камень души.

Когда я узнал про эту историю, то легко сложил два и два. Фэл, как и положено у корпоратов, явно хотел подсидеть Вальта. Потому и спрятал до поры ценный трофей. Следом бывший серебряный призер и сам сгинул от моих рук.

Следует заметить, что этот акт заставил меня поверить Даргулу. Чтобы я и другие не думали о его методах, но изначально цели у него были более светлыми. Только после череды неудач, как с тем бунтом и попыткой захвата шпиля перерождения, и родился бескомпромиссный палач Таната.

Моя победа в этом случае была не в том, что я выиграл нашу с ним схватку. У меня получилось дать ему то, что потерял. Всего лишь шанс сделать всё так, как ранее делал воин-монах и наставник из ордена Хранителей Гармонии. Дим подсказал мне правильный перевод. В целом напарник, который пришел из того же мира, что и Даргул, был рад тому, что его старый напарник и земляк вернулся.

Сейчас я иду в один из местных залов перерождения, которые вырастил Танат. Активация пары шахт дала прирост биомассы. Здесь, со своей памятью, должен будет переродиться Торв. Пока это секрет, но я позвал Лерка. Сейчас, насколько мне известно, там остались лишь Стрелок и даргул, которые выясняют отношения. Без оружия, усиливающих кимбаров и грязных приемов. Только скорость, мастерство, сила и кулаки.

За моей спиной уже закрылась внешняя мембрана, как левее аж вздрогнула живая стена. Плоть под внешней оболочкой даже волнами пошла. Однако. Чего это они там устроили. На всякий случай ныряем в слияние и подходим к двери в тренировочный зал, которая сворачивается в гармошку после моей мысленной команды.

– Ребят, вы совсем долбанулись?

Мой вопрос остался без ответа, так как тяжело дышащий Даргул просто осел на пол и прислонился к стене. По состоянию сросшегося с телом димортула было сложно что-то сказать, но вот лицо лидера знающих напоминало месиво. Тут и наливающийся чернотой бланш в пол лица, распухшая губа, подбитый глас и свернутый набок кровоточащий нос. Про сломанные уши и ссадину на брови с рассечением я молчу.

Стрелок, а это его кинули об стену, выглядел не лучше. Маску фитара в виде черепа с кучей щупалец дредов он перед схваткой снял. Она, как и плащ, шляпа и пояс с оружием лежали в уголке. Внешний хитиновый панцирь на теле и голове имел трещины. Одна из мандибул челюсти от удара сломалась и была вывернута под неестественным углом. Её наёмник сейчас выправлял чтобы она срослась ровнее.

– У нас был мужской разговор, – ответил Даргул, взяв бурдюк с водой и сделав мощный глоток. Минимум пол литра проглотил. Силён. Потом бросил флягу Стрелку. Судя по её виду, она не из некоего пузыря несчастного тараноглава сделана. Лучше не вспоминать, какие ещё органы бедной зверушки местные модницы используют, как средства для ухода за телом.

– Вижу, но это скорее жесткие переговоры.

– Накопилось всего много, -отвечает Стрелок, делая глоток и возвращая флягу Даргулу.

– Заметно. Вы хоть часть вопросов урегулировали?

– Считай все. Говнюком я его по-прежнему считаю, но убить не хочу.

– Слава всем богам. Вам долго себя в порядок приводить?

– Норма, – сказал Стрелок, вставая на ноги и потягиваясь до хруста панциря.

– Аналогично, – Даргул поднимается на ноги, – так что пошли. Мне самому интересно узнать, что он такого знал или всё есть на церебрале.

Лицо палача Таната уже стало приходить в норму. Раны затягиваются, кровь остановилась, отеки начинают светлеть. Все-таки у тех инсов, вестников и спраксов удивительная регенерация. Это не перестает меня удивлять. Вот явно между ними есть связь. Оболочки инсов точно уникальные и не относятся к другим расам. Если немые качки – это немного измененные орки из параллельных миров, то эти ребята точно уникальны. Модель оболочки лишь одного пола, слишком утилитарная, сила и скорость высокие. Потому Резаки и были такой крутой бандой. Да и Даргул хотел их ослабить, стравив своих врагов между собой.

Отчасти его план удался. Почти не осталось ни Резаков, ни Верующих. Сначала многие сложили головы при осаде Последнего Приюта, а потом во время восстания Теней. Нет, тела можно восстановить, были бы эотулы собраны. Вот только после активации Таната на подконтрольной территории доступ к маткам этим кланам заказан.

Они точно попрятались в неподконтрольных зонах, но новые вестники и прошедшие обработку муты уже готовятся к зачисткам. В частности, они посетят и тот умирающий город, который я видел во время налёта на караван. То есть процесс запущен и не требует руководства и контроля. Но всё это не будет иметь значения, если Тени раньше нас найдут путь в Центр.

Торва уже извлекли из капсулы. Привычной облик раза. Также выглядит Кас, что состоит в тех же Искателях. Да и куча других разов. Биороботы ведь. По сути, временные оболочки для перемещенных созданий, но злой волей Теней они стали постоянными.

Спасенный Искатель сидит в кресле вирала. На нём уже есть инис. Рядом на подносе вода и плитки рациона. Я по пути к знакомому залу с оламами захватил в тельмахе аналог кофе. Память Торву точно восстановили. Даргул поделился рецептом своего препарата.

И не просто поделился, а даже пошутил так, что щеки Алиры залились краской. Палач Таната, говоря о источнике жидкости, задумчиво сделал движения кулаком вверх-вниз в районе пояса. Стрелок и вовсе руку на лема положил, но потом палач Таната раскрыл ладонь и показал трубку на руке, откуда и сочился белёсый сок. Он настолько освоил функции живого доспеха, что научился выделять вещество, что нарушало блокаду памяти.

Многие потом сказали, что впервые за века увидели, что суровый лидер Знающих шутит. Пусть и с самым серьёзным лицом. Например, удивился интендант Ид. Я думал, что он всегда невозмутим.

– О, какие знаменитые люди меня посетили. Сам палач Таната, легендарны Стрелок и некто третий, что любит косить под спракса.

Сидел Торв на первый взгляд расслаблено, но мы понимали, что он готов к схватке. Одна ошибка, и он бросится на нас. Но он наверняка обратил внимание на то, что его не связали. И это могло его лишь насторожить. Особенно с учетом того, что память к нему вернулась.

– Неужели и мы такими придурками были, – шепчет себе под нос на английском Стрелок. В моем и его мире этот язык ничем не отличается, так что Торв должен его понять. И он его понимает, так как внезапно дергается и замирает. Но лишь на мгновение, а потом расслабляется и замирает.

– Твой язык я ещё не выучил, Джкар. Что ты сказал? – включается Даргул в беседу.

Этот подход мы обговорили заранее. Нужно было ошарашить Торва. Показать, что всё изменилось.

– Тогда уже называй меня Джеймсом. Я просто сказал, что он конченный придурок. Наверное думает, что память к нему просто так вернулась. Предлагаю представиться, – продолжил игру Стрелок. – Эсквайр Джеймс Мортимер Картер. Офицер кавалерии Конфедерации Южных Штатов в отставке. Уроженец Вирджинии, долго жил в Луизиане. Умер, уничтожая некий светящийся шар. Переродился здесь.

– Наставник священного ордена Хранителей Гармонии Крайон Даргул.

Вот как его полностью зовут. Мы все считали, что Даргул и есть его имя, а не фамилия.

– Погиб отражая вторжение иномирных захватчиков. Сразил лидера армии вторжения, но меня всё равно захватили и отправили в Танат. Был вестником, поднял восстание, основал свой клан, что боролся с Творцами. Вернее теми, кто ими притворялся.

– Притворялся? – подал голос удивленный Торв.

Тут и я вмешался, сняв маску и явив знакомое всем лицо.

– Старший специалист Инспекционного Отдела Департамента Чрезвычайных Ситуаций. Планета Земля, Земная Федерация. В прошлом спасатель. Расследовал гибель колонии организации Сентком. Там ввели в действие протокол Вермильон. Вам это часом не очем не говорит? О кофе не хотите? Мы тут наконец смогли что-то похожее синтезировать. Правда сливок нет.

– Вермильон? – хрипит Торв, а потом тянет руку к воротнику, словно пытаясь ослабить инис. – Что здесь происходит.

Я говорил на английском и сам он перешел на этот язык. Есть. Контакт налаживается.

– Долго объяснять. Кстати, меня зовут Никита Суханов. В знакомом вам конфликте, что называется в моё время Последней Войной, мои предки воевали с вами. – Торв напрягся. – Но это давно в прошлом. Так что сейчас можем просто обсудить всё как цивилизованные люди. Перейдем на понятный всем язык, хоть на нём и сложно говорить.

Последнюю фразу я произношу на языке Таната. При этом протягиваю биотермос, откуда тянет божественный аромат, Торву. Тот машинально берет, принюхивается, делает недоверчивое лицо и совершает первый глоток. Потом ещё один, и ещё. Довольно выдохнув, оглядывает нас.

– Если это не сон и шутка, то что здесь происходит. Меня же искали люди Даргула. Схватили и пытали. Я едва смог изобразить безумие, чтобы они убрали мой камень на полку. А теперь вы все тут, мы помним, кто мы такие. И кофе. Черный, как я и люблю.

– Не мои люди, – качает головой Даргул. – Часть Верующих, что играли против Вальта. Вернее, Фэл или Крис Фэлон, как его опознал Нико.

– Фэлон? Этот ублюдок тоже выжил? Но как? Стоп. Тогда Вальт может быть…

Теперь глаза Торва сузились, как от гнева. Ведь он должен знать, какими экспериментами занимался Джон Вальтер в горах и куда пропадали люди.

– Фэлон недавно нас окончательно покинул. Как и многие Верующие с Резаками.

– Туда этому уроду и дорога. Успел я записи там посмотреть, что он с пропавшими делал. Особенно с женщинами.

Вот тут что-то в моем лице изменилось, раз и дим что-то впрыснул, и Даргул руку на плечо положил.

– Я в норме. Всё нормально.

– Нико, ты так зарычал, что даже мне страшно стало, – усмехнулся Стрелок.

– Сдается мне, – задумчиво протянул Торв, – что нашего нового знакомого что-то с тем делом связывает. И, как понимаю, всё пошло прахом, и мы проиграли.

– Связывает, – замечает Стрелок, который за словом в карман не лезет. – Здесь он нашел свою женщину. Из ваших, как я понимаю. Ты ведь знаешь Тэй. Валери Бастьен

– Тэй – Валери Бастьен? Да ладно. Но похожа. И… У Тэй есть парень? – Торв явно шокирован.

– А что в этом странного? – вырывается у меня вопрос.

– То, что кого более циничного, когда дело касается личных отношений, я тут не встречал. Теона точно не романтик. И это её парень? Да он гребаный супермен. Нет, вы прикалываетесь надо мной. Ведь прикалываетесь?

Даргул и Стрелок дружно качают головой. Торв смотрит на меня в шоке. То есть новости, что я потомок врагов, его не смущают. Но то, что мы с Валери завели отношения его сломали.

– Он просто оказался единственным, кто повел себя с ней как мужчина, джентльмен и спас её без надежды на близость.

Не перебиваю Стрелка, но вспоминаю момент над пропастью, когда я отключился. Тэй тогда мне такое обещала.

– Так, перемыли всем кости и хватит, – обрываю я диалог ни о чем. – Перейдём к делу. Вы ведь майор Харальд Торвальдсон? Ведь тогда это вы оставили некую запись о инциденте? Тогда я не понимаю, как вы оказались здесь? Ведь команда зачистки работала в колонии, а туда доставал лишь гипнотический зов.

Тактично не упоминаю, что под работой имею ввиду зачистку персонала колонии последующую самоликвидацию исполнителей. Но Торв все понимает.

Не буду всё рассказывать, но проговорили мы не мало… Оставив сообщение, Торв и часть солдат рванули в горы за Джоном Вальтером. Тогда они надеялись погасить сигнал и спасти колонию. Но потерпели неудачу.

Вот и еще уточнение. Газ выпустили оставшиеся люди. И они же выполнили протокол Вермильон. До этого только уничтожили все корабли, что были в зоне карантина.

Тут Харальд рассказал кое-что очень интересное. Оказывается, операцией командовали не совсем конченные люди. Даже в сердца наёмников иногда стучалось милосердие. Димычу и остальным на Тау это точно уже известно.

Дети. Солдаты Сенткома, не высшие штабные офицеры не смогли включить их в ликвидационные списки. Доктор Жан Леклерк, который так же исчез, сумел помочь военным. Так родилась некая болезнь, которая поражала именно детей.

Руководство Сентком эти парни, военные, знали хорошо. Корпоративные крысы, боясь за свои жизни, приказали отселить детей отдельно. И больных, и здоровых. Вместе с родителями. Один из модулей колонии перенесли подальше, за сотни километров.

Транспортировку осуществлял крупный транспортник, который имел гиперпривод. Охрану этой резервации осуществляли элитные части. Головорезы, верные руководству корпорации. И они ничего не смогли противопоставить закаленным в боях ветеранам Последней Войны.

Естественно, что солдаты смогли совершенно случайно закинуть отселенным семьям всё необходимое. От еды и одеял до ресурсов и инструментов. Чтобы эти несчастные смогли основать колонию на другой, более гостеприимной планете.

То, что с Тау-137 не всё хорошо, было понятно уже всем. Один из пропавших техников вдруг объявился в колонии. Невооруженным взглядом было видно, что бедолага изменился. Не бывает у людей змеиной кожи.

И мозг не может так обширно мутировать. Это узнали при вскрытии до того, как люди Вальтера все засекретили. Но группа военных, что искала пропавших, поняла, чьи это происки.

Тогда же они и взломали файлы корпорации. Кроме дневников с описанием экспериментов военные нашли бомбу. Уничтожение Земли было фикцией. А уж прочитав, как люди Вальтера хотят вернуться, военные поняли, что настало время уровня Вермильон.

Заговорщики понимали, что у них будет один шанс. Некоторые их товарищи, включая доктора Леклерка, пропали без следа. И жители колонии, и солдаты понимали, что в колонии что-то происходит. Все ощущали ту атмосферу безумия, что опустилась на колонию.

Сам Торв запомнил, как в столовой недовольный порцией работник вонзил нож в горло повара. Потом навалил себе добавки и ушел есть. Всем было плевать. Даже охране.

Вот тогда ветерану Последней Войны и стало страшно по-настоящему. А ещё ночные кошмары и сильный зов, что стал звать за собой, в горы. Тогда протокол Вермильон и стал единственной надеждой. Смерть и самоуничтожение. Лишь бы не выпустить угрозу.

Военные устроили мятеж. Благо, что часть жителей они отселили. В случае неудачи они должны были стартовать и лететь куда угодно, но подальше от Новой Земли.

Но это в том случае, если рейдовая группа, что отправилась за лидерами Сенткома, не выйдет на связь.

– Мы на связь не вышли, так что ребята ввели в действие нулевой протокол. Мне сложно их винить.

Мы говорим на английском, но Стрелок всё переводил для Даргула. Сложно читать лицо палача Таната, но его глаза… Шок и ярость. Ох, не завидую Вальту. Да и сам готов забыть о том, что был спасателем. Майра была права. Ломаются все. Вот и во мне после рассказа Торва что-то умерло.

– Нико.

Меня окликает Торв, выдергивая из раздумий.

– Что?

– Знаешь, я очень долго прожил тут. Как бы не хотелось, но мне трудно тебе поверить.

– И что ты предлагаешь.

– Ты в курсе, что церебралы записывают только правду из твоей головы?

Что он имеет в виду? И Даргул со Стрелком на меня странно смотрят.

– Покажи мне Землю. Твою Землю. Чтобы я поверил, что вся та кровь была пролита не напрасно.

Глава 4

Вот что мне тут было сказать? Тем более, что Стрелок вместе с Даргулом тоже смотрели на меня с любопытством. Палач Таната, судя по задумчиво прищуренным глазам, думал об одном. Что он сам не догадался спросить у меня это.

А я что? Я только за. Обстоятельный показ эффективнее, чем долгий рассказ. Да и тифол для записи нашелся легко. Всё-таки Даргул дольше прожил в этом мире, а церебралы и ему изучать надо.

Что я показал. Просто свой мир и окружение. Даже пьянку спасателей на пикнике у реки, когда меня выписали. Не после пожара. Я там в другом инциденте отличился. Как меня, после таких художеств, вообще командиром группы поставили?

– Это… Я видел, как эти города горели в плазме. Что вы сделали?

Торв ошарашен увиденным. Мы, пока я записывал на церебрал свои воспоминания, о многом успели поговорить. В частности, я упомянул параллельные миры. Поэтому бывший майор «Сентком» даже предположил, что я выходец из другого мира. Похожего на его, но из другого. Вот тут я легко развеял его сомнения и описав устройство колонии на Тау-137. Плюс, описав события, что имели место на Земле в его время.

– Это что, летающие машины? – ошарашен Стрелок, который, как Даргул, также посмотрел копию записи. Ему и бывшему воину-монаху тоже стало любопытно, а как выглядит мой мир? На что он похож.

– Они самые, – охотно отвечаю я. – Когда решены вопросы с недостатком энергетики и передачей мощности, новыми движителями, то это…

– Отвянь, зануда, – перебивает меня Стрелок. – Дай посмотреть. Черт, а это что?

– Я не вижу то, что ты.

– Такая здоровая штука в море, на блюдце похоже и куча зданий. Или что это за шпили.

– А, это просто плавучий город. Это и лаборатория, и туристический объект, и система контроля за погодой. Ну и добыча рыбных ресурсов и их разведение.

– Да он размером с…

– Мы о таком и не мечтали, – качает головой Торв. – Чтобы это ад, что остался позади, снова стал пригодной для жизни планетой… И живой. Мы потому и согласились уйти и начать всё заново. Но вышло…

Торв не заканчивает свою мысль, но и так ясно, что он имел ввиду. Колонисты На Тау-137, она же Новая Земля, повторили ошибки прошлого. Они поверили своим лидерам, которые снова их использовали и привели колонию к катастрофе. Как и на Земле, которую они разрушили, эти люди искали власти. Власти и бессмертия.

Что тут сказать? Да ничего хорошего. Почему я не осуждаю Торва и остальных, когда они не смогли остановить лидеров Сентком? Так те и не брали кого-то шибко умного. Нет, ученые и спецы там были, но в основной массе новые колонисты состояли из тех, кем легче манипулировать. Тот самый сброд, который так любили правители и диктаторы в прошлом. Так что военные командиры ещё хоть что-то смогли сделать. Ведь хоть незараженную часть населения они спасли. И детей.

Ну и вырезали всех остальных. То самое меньшее зло. Пусть так, но они старались спасти человечество. Тех, кто остался на Земле. А лидеры Сентком хотели вернуться. Вспоминаю тот разговор с Димой и Камиллой на «Геродоте». Мой лучший друг не ошибся, когда считал, что те выродки жаждали реванша. И если бы не Торвальдсон и остальные, то может быть и не было бы у нас на Земле шанса построить новый мир. Вернее, отстроить из руин старого.

Даргул, который уже изучил церебрал, ничего не говорит. Только смотрит на меня и кивает каким-то своим мыслям. Я так и не смог понять того, кого все называют палачом Таната. Да, я в курсе, что он хотел разрушить этот мир, который справедливо считал тюрьмой. Он отчасти безумен, что неудивительно, так как его димортул лишен собственного разума. Но он держался, черт возьми. И даже смог создать такую структуру, как Знающие. Полный безумец на такое не способен. Бывший вестник восемь столетий боролся с природой своего нового тела: вспышками насилия, жажды крови, разрушения.

За эти дни, пока мы носились по окрестностям, я успел к нему присмотреться. Суров, но не зверь. Безжалостен, но и благородство в нём осталось. Потому его люди и шли за ним. Хотя и боялись, но иначе в том социуме, что сложился в Танате, иначе нельзя. Однако внутренний круг знающих его верные соратники. В этом я уже убедился.

За спиной раздался шелест, когда в сторону разошлась дверная мембрана. Топот ног возвестил о приходе Алиры и Харса. Новоявленные Вестники Таната были сильно взволнованы.

– Мы его нашли! – прокричал взволнованный Харс.

Если кто-то говорит, что ящеры не способны на эмоции, то он просто не знаком с Харсом. Детский восторг от полёта, горящие нездоровым энтузиазмом глаза и полная зубов чешуйчатая пасть – это всё новоявленный Вестник Таната.

– Не мы, – поправила его Алира, которая тяжело дышала. Видно, что оба бежали сюда со всех ног.

– Кого нашли? – пытаюсь уточнить у запыхавшейся парочки.

– Его! – прокричала эта довольная парочка хором.

Еле сдерживаюсь, чтобы не ударить ладонью по лицу. Они серьёзно?

– Да отвечайте вы по существу! – вдруг зарычал Даргул, становясь по правую руку. – Имя, пол, раса, группа или клан. Доклад.

Последнее он так громко крикнул, что я чуть не подпрыгнул. Харс, Алира, да и Стрелок, вдруг вытянулись чуть ли не по стойке смирно. Вот что значит репутация и лидерские качества. Не зря он свой клан кучу столетий растил и дрессировал. А уж его акулья улыбка с острейшими зубами…

– Вот у вас в вашем Департаменте порядок. Да и твой Старый Ворон очень мудрый лидер. Вроде и не воины в прямом смысле, но с дисциплиной у вас полный порядок.

Настроение и тон Даргула снова стали миролюбивыми. Я же с выпученными от изумления глазами смотрю на Палача Таната. Часть слов, вроде департамент, он сказал на моём языке.

– Че… Чего?

– Аккуратнее мысли записывай. Ты от восторга ещё и работы своей коснулся. Понятно.

– Что понятно? – продолжаю тупить. Сначала на великом и могучем говорит оркоид с блатными замашками, а теперь и самый опасный раз Таната.

– Чего ты такой неправильный по местным меркам! – фыркает Стрелок.

– Да и по меркам моего времени, – задумчиво произносит Торв. – Значит эти ублюдки такие сюрпризы для потомков оставили. Понятно, чего нас не вспоминают добрым словом.

Блин. Я реально, пока записывал церебрал, вспомнил историю с тем складом в Италии. Объектом, который обезвредил Дима. Как он там? А другие?

– Рассказывайте уже, – сказал Даргул новым Вестникам, возвращая беседу в конструктивное русло.

– Мужик, но на редкость говенный. Гуманоид, – сказала Алира.

– Вальт, лидер Верующих. Ковыряется в заброшенной штольне у Пещер Забвения. Засекли кочевники, они же и сказали патрулю из наших. Ну, точнее Изломам.

Опаньки. Мы все сразу подобрались.

– Это недалёко, у меня есть кильм и бойцы, – заметил Даргул. – Сколько с ним разов? Есть боевые кильмы?

– С их слов около десятка. По меткам несколько верующих, а остальные истуканы, – назвал Харс прозвище оболочек с управляющими кимбарами вместо камней души.

– Ловушка, – сходу предположил Стрелок. – Что за кочевники?

– Бродяги одиночки. Их допрашивает Гент. Вроде он их знает

– Не внедренцы Теней? – вставляю свои пять копеек.

– Нет, – мотает головой Алира, – их муты проверили. Чистые, никого лишнего в тушках нет. Они случайно их увидели, когда они шли к пещерам. Да и Гент влил им сок болтуна. Кимбаров, что могут его нейтрализовать, у них нет.

Всё интереснее и интереснее. Из дальнейшего разговора мы поняли, что Лависа никто не видел. Плюс эти Пещеры забвения находились на самой границе действия ментального поля Таната. Хорошее укрытие для этих паразитов.

– Почему это место зовут Пещерами Забвения?

Мне ответили. Потому что они заброшены. Хозяева Таната пробили кильмами кучу тоннелей, связав их с естественными. А потом забросили. Мы уже подумывали о том, чтобы направить Кайру в разведку, как одна фраза изменила всё.

– Ещё там из дыр в потолке иногда какие-то щупальца появлялись, но никого не атаковали. Да и не похожи они на каменных змей Мглистого Пути, – внезапно сказала Алира.

У меня внутри всё сжалось после этих слов. Ведь похожие щупальца, что появлялись из отверстий на потолке, я уже видел.

– Выдвигаемся немедленно, – командую я. – Даргул, мне нужен ты и твои бойцы. Пока не поздно. Стрелок, ты тоже с нами.

– Там лабиринт, Нико, – заметил Даргул. Моих свободных людей не хватит на то, чтобы перекрыть все пути. Скоро вернется группа Искателей и с ними Лерк. Устроим облаву на этих паразитов.

– Нет, – качаю я головой. – Иначе они могут уйти тем путем, который нам не перекрыть. Ты знаешь куда.

Даргул, поняв, на что я намекаю, замер.

– Уверен?

– Не на все сто, но рисковать не хочу. – Поворачиваюсь к Алире. – Останься с Тортом и свяжись с Искателями. Харс с нами. Расскажешь им всё. Пошли.

Не дав ей ничего ответить, иду к выходу, остальные идут за мной.

– Мужланы, – кричит нам вслед девушка. Сидеть и охранять Торва ей не улыбается. Но Танат точно должен подтвердить мой приказ. Он знает, о чем я подумал.

Ведь мы уже, возможно, проиграли.

* * *

– То есть кроме верхнего уровня, над шпилями, есть ещё и тайная сеть?

Даргула можно понять. Он столетиями искал путь в Узел, пытался прорваться в закрытый сектор, искал древние для всех, кроме него, церебралы. Ещё принуждал разов пробивать обходные шахты, но всё было бесполезно. Он смотрел вверх, но никогда вглубь, а потому новость о наличии секретной сети для него была откровением. Как и для Харса, но ящер пилотировал кильм и отчасти был не здесь, а на седьмом небе. Мечты сбываются, а уж если есть обучающий биоимплант от Ида, то летал новоявленный Вестник Таната как заправский ас.

Водитель кильма, как и семеро Знающих, Стрелок и Гент сидели в пассажирском отсеке. То есть они в брюхе, а мы трое в голове, где могли пообщаться с глазу на глаз. У меня, как и у Даргула теперь, была мутация, инициированная Дроком. Маленький зелёный глюк из другого мира смог сделать так, что Тени теперь не могут прочесть наши мысли, а значит узнать планы. Такую же функцию получили и кимбары новых Вестников. И это, неприятный сюрприз, породило один побочный эффект, о котором Танат честно признался. Сейчас он работал над его устранением. Но пока новые рекруты становятся… Н-да, косяк, но не мой.

Знаю ли я, что Танат, который очень быстро мысленно повзрослел, не врёт? Да. Ведь слияние с ним напоминает записи с церебрала. Фальшь сразу угадывается. Потому мы с Даргулом после боя с древним гигантом сразу поняли, что парень стесняется что-то сказать и чувствует себя неуютно. Короче, первый блин сделать что-то свое вышел комом. Ну, я его утешил, что при разработке сложных систем баги – частое явление. Тут он спросил меня, а причем тут жуки? Ох уж этот буквальный мысленный перевод.

– Да, есть. Они специально её спрятали внизу. Все так привыкли, что эти ребята такие чванливые, а потому никто…

– Никто не смотрел под ноги, – закончил за меня Даргул. – Но откуда они узнали? И почем4у сейчас?

– Это просто. Тени ведь сидели в головах дрегов и знали тоже, что и они. Тень сидит в Вальте, а потому, потеряв шанс на победу, они хотят опередить нас и забрать всё.

– Центр.

– Центр, – киваю я в ответ.

Палач Таната задумчиво потер подбородок.

– Если там и Лавис, то мы можем закончить всё одним ударом.

– Если это не ловушка, помнишь.

– Согласен, – кивает в ответ Даргул. И не только он. Дим, с которым мы уже многое прошли, после Мглистого Пути также видит здесь ловушку. В его и моей памяти ещё свежи воспоминания, как нас подловил зараженный Гент и перерубил нам шейные позвонки. Только чудо регенерации и напарник спасли меня от путешествия в страну вечной охоты.

– Вот только Пещеры Забвения представляют собой настоящий лабиринт. Не маловато ли нас? Да подлетаем.

Это Харс наконец включился в нашу беседу. Дим не знал этого названия, но, когда увидел, куда мы летим, вспомнил это место. Там любили прятаться как звероподобные мутанты, так и разы беглецы. Многие из них нашли там конец от его клинков и когтей. С оценкой Харса напарник был полностью согласен. Вальт легко может сбежать в случае чего. Но если там найдется живой кильм, что довезет нас до Центра, то это будет победа.

– Сядем чуть в стороне, – сказал Даргул. Разделимся на три группы с кер-кимбарами и пойдем внутрь. Ким закрепится вон на том уступе наверху.

Я посмотрел, куда показывал Даргул. Небольшая площадка была достаточно длинной и широкой, чтобы там легко разместился наш жук. Есть конечно риск, что туда кто-то заберется на тойлях. Правда маловероятно, что он застанет бойца знающих врасплох.

Однако обсуждение наших дальнейших действий было грубо прервано.

– Это что за тварь? – закричал Харс. – А, держитесь.

Ящер резко кидает киль в сторону, но я замечаю, что мимо нас проносится россыпь высоко скоростных кристаллических дисков. Как снаряды для фэсшера, только куда крупнее. Да откуда они эту биопушку достали.

Вот только маневр Харса нас не спас. Кильм содрогнулся от удара, я почувствовал его боль, вернее реакцию на раны. Биотранспорт дернулся, завертелся и стал падать. Внутрь кабины брызнула сукровица кильма, а из кожистой стенки торчал край диска.