Текст книги ""Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Мария Геррер

В пояснительной записке я предложил одну площадку по производству этих транзисторов и диодов сделать в томском НИИ Полупроводниковых Приборов, все ко мне поближе, можно будет консультировать специалистов. Хотя сомневаюсь, что меня кто-то будет слушать в НИИ ПП…

Неожиданно прилетело: Первый звонок по сотовому телефону сделал сотрудник фирмы Моторола в 1973 году.

Надо заняться этой темой. Но нужны мощные СВЧ-транзисторы, у нас их практически нет. У нас нитрид галлия еще не применяется в серийных транзисторах.

Вздохнул – И чего у нас только нет…

И сел снова за писанину, подробно расписал технологию изготовления СВЧ транзисторов на основе нитрида галлия. На это ушла еще неделя – ну очень нужные приборы для развития СВЧ электроники. Это и сотовые телефоны, и беспроводные каналы связи для компьютеров, спутниковые телефоны. Когда появятся эти транзисторы, можно будет заняться темой сотовых телефонов. В прошлой жизни я коснулся этой темы – участвовал в конкурсе на проект базовой станции в Воронеже, в НИИ Связи. Предложил в качестве коммутатора использовать свою многопроцессорную систему «Горизонт». Её оценили, но взяли за основу традиционные коммутаторы. Вот этот НИИ и озадачим сотовой связью, когда придет время.

Позвонил капитану Невельскому, сообщил, что у меня имеется посылка для Цвигуна, через полчаса тот прибыл, забрал запечатанный конверт.

А я раздумывал – чем же мне заняться. На дворе стоял знойный июль, походил к своему завершению. Я как-то оторвался от жизни. Поехал в город, в Союзпечати купил стопку газет с середины июля забрал – на две недели выбыл из жизни, даже телевизор не смотрел.

Вернулся домой и начал их просматривать. Читал внимательно международные новости и вот тебе на!

В Афганистане разоблачен заговор против короля Захир-шаха благодаря сообщению советской разведки. Заговорщики арестованы, во всей стране обстановка спокойная.

– Решились все-таки повернуть в сторону колесо истории! – радовался я. – И коли было сообщение, что заговор разоблачен с помощью советской разведки, то это было сделано на официальном уровне! Значит удалось Андропову убедить Политбюро слить Дауд-хана! Значит будет спокойно еще как минимум полвека у на южных границах нашей страны! – радовался я. – Не будет Афганистана в нас в 1979 году! А вот интересно, с Египтом также поступят? Или по-прежнему? – мне было любопытно, что там будет. – Ждем-с! – улыбался я про себя.

Глава 11

Люся

Но длительное затворничество давало о себе знать, уровень тестостерона в молодом организме зашкаливал, надо было разрядиться. Я позвонил охране, сказал, что пойду на танцы в Городской сад и собираюсь привести к себе девицу. Ко мне через четверть часа приехал капитан Невельский, уточнил, буду я кого-то оставлять в квартире ночевать.

– Константин! Ну ты задаешь лишний вопрос – зачем на танцы тогда идти? Неужели ты думаешь, что я там буду только танцевать? – хохотнул я.

– Валерий Иванович, тогда прошу вас передать все секретные материалы в запечатанном конверте охране – сказал он, нахмурив брови.

– Хорошо, Константин, передам, когда они у меня появятся, пока у меня ничего нет. Поставьте мне сейф с кодовым замком, и внутри него должно быть еще одно отделение с кодовым замком – попросил я. – Будем обмениваться материалами через сейф – как они будут готовы – будете забирать их в запечатанном конверте из общего отделения, а черновики будут храниться во внутреннем сейфе.

– Хорошо, думаю, что за неделю мы решим этот вопрос – пообещал капитан.

К девяти часам вечера я, одевшись как на концерт, в свой выпускной костюм, правда с легкой рубашкой – жарко было для водолазки из синтетики, отправился на танцы в Городской сад.

Примерно с час я танцевал быстрые и медленные танцы с разными девушками, рассматривая всех красивых девушек, как потенциальных любовниц. Пока ни одна не вызвала у меня особой симпатии, но тут на меня набросилась какая-то «чума» – настоящая красотка повисла на мне.

– Валерка! Как я рада, что тебя встретила! – закричала она, повиснув у меня на шее.

Рассмотрев ее, я обрадовался – это была Люся, моя обоже из деревни Беловодовка, с которой мы предавались сексуальным утехам на моей колхозной практике на первом курсе.

– Люська, привет! – радостно завопил и я, подхватывая ее на руки и кружа вокруг своей оси. – Как ты тут оказалась?

– Поставь меня на землю Валерка! – попросила Люся, продолжая обнимать меня. Я ее поставил на пол, радостно разглядывал ее, улыбаясь как дурачок, прижимая ее к себе.

После того, как мы насмотрелись друг на друга, Люся стала рассказывать, смотря мне в глаза своими огромными глазищами.

– Я за год хорошо подготовилась и поступила, как и хотела на агрономическое отделение сельхозтехникума. Мне дали общежитие, я полноправная студентка! Я буду агрономом! – радостно сообщила мне Люся.

– Ну я рад за тебя! А что у тебя в личной жизни, не завела себе любовника? – спросил я, будучи не против продолжить с ней отношения.

– Нет, не получилось – с грустью поведала Люся, сморщив носик. – Не было в Малиновке достойных кандидатов, все алкаши какие-то клеились, да и то не всерьез. Дело кончалось просьбой дать рубль на опохмел – засмеялась Люся.

– Ну что-то обмельчал народ в Малиновке – засмеялся и я.

– Серьезные парни там уже все женаты, на танцы ходят вот такие кадры – грустно улыбнулась Люся. – Надеюсь в Томске будет по-другому.

– Ну если ты ищешь любовника, то он перед тобой – засмеялся я. – С удовольствием продолжу с тобой встречаться!

– Да ну⁈ Правда⁉ Так чего мы теряем время? А у тебя есть место, где мы можем встречаться? – как из пулемета посыпались вопросы от Люси.

– Я на квартире живу, знакомые уехали за границу – попросили присмотреть – соврал я. – Пошли? Тут недалеко – пригласил я девушку. И мы двинулись ко мне домой, Люся взяла меня под руку и тесно прижалась ко мне. Весело болтая, мы дошли до дома, зашли в квартиру. Люся была поражена такой, на ее взгляд, роскошью, но я не стал терять времени – облапал ее и мы быстро переместились в спальню. Насытившись друг другом, выползли на кухню. Я хорошенько покормил гостью – пара бифштексов каждому подкрепили наши силы. Я предложил гостье вина – она поморщилась и спросила – есть ли у меня самогонка. Ну чего не было, того не было, Люся была так хороша собой, что я снова потащил ее в спальню. Так мы провели всю ночь, наслаждаясь друг другом.

– Валерка, ну ты всю ночь мне спать не давал – пожаловалась она утром за завтраком, – так я на занятиях носом клевать буду! – смеялась Люся, обвивая меня руками. – Хорошо, что сегодня воскресенье!

– Так ты оставайся у меня – я тебе комнату одну выделю. Но гостей сюда водить нельзя – предложил я подруге, обнимая ее.

– А что? Мне у тебя нравится! А когда хозяева вернутся? – спросила Люся, осматриваясь на кухне.

– Они на пять лет уехали в Африку преподавать неграм научный коммунизм – пошутил я. – Так что мы с тобой, если не расстанемся, то свою учебу тут закончим.

– А ты что – жениться на мне надумал? – с подозрением взглянула на меня Люся. – Я тебе ничего не обещала! Мне еще рано об этом думать! У меня старшая сестра в двадцать шесть лет в старуху превратилась – дети, пеленки, хозяйство – на фиг, на фиг!

– Нет, я не об этом. Как только ты или я найдем себе другого партнера по постельным забавам, то нам придется расстаться – то есть тебе придется отсюда съехать – пояснил я.

– Ну тогда я не буду привыкать к такой роскоши – решила Люся. – В гости к тебе буду приезжать с ночевкой, да и выходные у тебя может буду проводить. А жить буду в общежитии. Я же хочу пожить настоящей студенческой жизнью!

– Как пожелаешь – сказал я, привлекая подругу к себе. – Но комнату я тебе выделю, не круглые сутки же нам вместе торчать – сказал я, целуя подружку.

Мы прошли в комнату, в которой у меня останавливалась Милана, Люська тут же полезла по шкафам и обнаружила там женскую одежду и белье, сшитые по моим эскизам из будущего.

– Ни чего себе! Откуда такие тряпки? Из-за бугра что ли? – восхищалась Люся, перебирая вещи.

– Можно я примерю кое-что? – спросила она.

– Пользуйся, не стесняйся – согласился я и ушел на кухню пить чай.

Через полчаса Люся вышла ко мне на кухню в новой одежде.

– Валера, ну как я тебе в этой одежде? – спросила она, прокрутившись вокруг оси.

– Отпад Люська! – воскликнул я восхищенно.

– Слушай, а для чего такая одежда нужна? – спросила она, усаживаясь ко мне на колени и обнимая меня.

– Ну, как тебе сказать… – протянул я, запуская обе руки ей под топик, открытый снизу, он так и приглашал туда забраться моим рукам, и стал ласкать её груди. – Ну чтобы мужики сразу вас тащили в постель! – воскликнул я, и потащил ее в спальню.

Потом мы сидели в зале, пытались смотреть телевизор, но проклятый тестостерон опять гнал нас в спальню.

В конце концов Люся сдалась – Я в общагу, а то завтра на раскоряку ходить буду – сказала она. – А жить с тобой в одной квартире – это просто самоубийство! – хихикнула она.

Я ей дал записку с моим телефоном, сказал, что как соскучится – пусть звонит, а то меня может не быть дома. Проводил её до двери – сил и желания провожать дальше уже не было, хотя оттрахать ее еще раз хотелось, ну очень-очень. Она была такой сексуальной девушкой… Так и хотелось вновь утащить её в спальню и предаться с ней любовным утехам.

Милана

Только закрыл дверь, попил чай, размышляя над тем, чему буду заниматься дальше, раздался звонок в дверь.

– Ну кажется одумалась девочка, сейчас мы начнем следующий тур секс-марафона! – с плотоядной ухмылкой я открыл дверь. Но там стояла Милана.

– Привет! Ты приглашал на прощальное свидание, вот решила заглянуть. Жених уехал в командировку на неделю – сказала Мила улыбаясь, но не очень уверенно.

– Проходи Милочка дорогая, рад тебе видеть! – признался я откровенно. – Мне тебя так не хватало!

– У тебя кто-то появился – она потянула носом воздух.

– Да, встретил старую знакомую, у нас с ней секс без обязательств – признался я.

– А, ну тогда ладно. Я ей не помешаю, как и она мне – улыбнулась Милана, обвивая меня своими руками. – Я по тебе соскучилась Крапивин, тебя же невозможно забыть!

– А твой жених, что, не удовлетворяет тебя? – удивился я.

– Ну не могу же я с ним вытворять то, что вытворяла с тобой! Он достаточно консервативно в этом плане воспитан – сказала Милана, снимая платье. – Расстегни мне бюстгальтер!

Ну я расстегнул его конечно, обнял и приголубил бывшую любовницу, тем более что огонь желания после встречи с Люськой еще не утих. Милана активно участвовала в процессе, стонала своим контральто с хрипотцой, заводя меня еще больше.

– Блин, Крапивин, ну как я без секса с тобой буду! – чуть не плакала Милана, целуя меня, когда мы закончили миловаться.

– Мужика своего раскрепощай, и будешь вытворять с ним что хочешь – сказал я очевидную вещь, целуя ее.

– Да он меня сразу в бляди запишет – горько усмехнулась Мила. – И расстанется со мной!

– Ну чем я могу тебе помочь Мила? Ты же понимаешь, что мы с тобой были временные любовники – сказал я, целуя ее.

И немного подумав, я предложил ей другой вариант, больше связанный с ее профессиональной карьерой.

– Мила, есть еще вариант, чтобы тебе встать на ноги, как говорится, самой управлять своей жизнью, чтобы тебе не бросаться в первые попавшиеся объятия, поскольку других нет. Если ты начнешь серьезно заниматься вокалом, у тебя появится шанс для этого… У меня созрел цикл песен «Тони», как раз для голоса контральто, с хрипотцой, как у тебя. Тогда мы сможем продолжать встречаться, но не факт, что любовные отношения у нас повторятся, да это и не главное, любовника ты и сама сможешь себе найти, если будешь прочно стоять на ногах. Главное, что ты сможешь стать знаменитой эстрадной певицей и хорошо зарабатывать с этим циклом песен, возможны зарубежные гастроли, например в США. Ты уже будешь сама управлять своей жизнью, а не кто-то другой. Мы с тобой останемся друзьями и партнерами по творчеству. Я буду писать песни, а ты их исполнять, радуя слушателей.

– Ты это точно обещаешь Крапивин? – вцепилась в меня Милана, садясь на кровати. – Без хороших песен на эстраде делать нечего, будь у тебя хоть оперный голос!

– Песни будут Мила, я это тебе обещаю. Остальное зависит от тебя малышка. Как ты сможешь отдаться музыке, то есть вокалу. Но если ты выйдешь замуж в Томске, то вряд ли у тебя что-то получится. Чем-то придется пожертвовать. Это не мое требование, а требование жизни. Судя по твоим предыдущим успехам в музыкальной специальности, пока у тебя с этим очень плохо. Ты не умеешь жертвовать. Ты выбрала комфортную жизнь в болоте вместо риска в сольной карьере. Кто не рискует, не пьет шампанское – к сожалению это не моя выдумка, а закон нашей жизни – подытожил я.

– Да ну на хрен! – эмоционально выразилась моя подруга, вставая с кровати. – Да ну на хрен этот домострой! Я честно тебе признаюсь, что не люблю своего жениха. Ну просто другого варианта у меня нет с замужеством, блин! Ну совсем нет! Ну что же мне делать-то? Да, к черту это всё! Я готова рискнуть с тобой! К черту этот домострой! Я буду певицей! – взорвалась Милана эмоциями.

– Мила, тебе придется много еще учиться, причем заочно. Продолжать играть на скрипке и учиться пению. У вас же есть учителя вокала в вашей филармонии? – спросил я.

– Конечно есть. Я понимаю это, что придется мне полностью в это включиться. Я готова пожертвовать своей личной жизнью ради карьеры певицы, и это осознанный выбор – твердо сказала Милана. – Я не хочу прозябать в провинциальном оркестре скрипачкой, если есть шанс стать эстрадной певицей. Я ради этого готова на всё! Но голос у меня специфический… Моя преподавательница шутит, что так кошки во время гона воют, когда я пою полным голосом! – хихикнула она.

– Ну хорошо, моя девочка, я помогу тебе. Эта изюминка твоего голоса как раз и сделает его популярным – сказал я, привлекая ее к себе для очередного всплеска любовной страсти.

На этот раз она прыгала на мне – расходовала свой накопившийся голод по плотской любви.

– Ой, Валерочка, как с тобой сладко-то – я прямо тону в пучине страсти – бормотала Милана, засыпая у меня на плече. И я вместе с ней задремал. Но минут через пятнадцать ощутил, что кто-то ласкает мое «копье», которое тут же выскочило из чехла. Открыл глаза – Милана ласкала его рукой и смотрела с любопытством.

– Ну что смотришь – вот презерватив – одевай и садись на него – усмехнулся я, доставая из-под подушки презерватив. Милана осторожно развернула упаковку индийского презерватива, в несколько попыток одела его на мое «копье». Пока он это делала, мое возбуждение достигло пика, я повалил ее, развернул к себе спиной и вошел в нее сзади. Опять она вопила, притягивала меня за ягодицы к себе, совместный оргазм сотряс нас одновременно. Я еще минут пять мял ее груди, целовал ее шею, ушки, краешки губ.

– Ты что, не держала в руках мужской член? – спросил я ее, когда мы немного остыли от всплеска страсти.

– Ну, держала, только не глядя, направляя куда надо. Кто бы это мне позволил его рассматривать? – хмыкнула она, прижимаясь ко мне. – Все в темноте происходит, вставят в меня свою палку, подергаются три минуты и все. Вот и пользуюсь моментом, изучаю физиологию мужчины – поцеловала она меня в плечо.

– Ну в следующий раз поподробнее с ним познакомишься – пообещал я, целуя ее в губы, и прижимая ее к себе.

Потом мы расстыковались, я шлепнул ее по попке – Пошли подкрепимся малышка! – пригласил я, натягивая трусы.

Мы через ванную прошли на кухню, я покормил гостью и подкрепился сам. Миле пора было ехать домой, мы оделись и вышли из дома. Я проводил Милу до остановки автобуса на проспекте Ленина, после этого вернулся домой и задумался над продолжением своего прогрессорства.

Зет-80, начало

Надо было вытаскивать электронику СССР – по ней было очень сильное отставание от США, и которое будет увеличиваться с каждым годом. Достал очередную чистую тетрадь и начал писать техпроцесс изготовления микросхем высокой степени интеграции на примере микропроцессора Z80, который должен появиться в 1976 году в США. Нарисовал схемы базовых узлов микропроцессора – функциональных блоков, затем общую схему из этих блоков. Затем перерисовал из своей идеальной памяти топологию кристалла по слоям, но только по фрагментам отдельных типовых элементов, регистров, сумматоров, памяти. Всю топологию, которая содержала восемь с половиной тысяч транзисторов нарисовать в тетради мне было не по силам. Техпроцессы по нормам три микрона я описал в предыдущих тетрадях. Нарисовал также схему микро-ЭВМ на базе этого микропроцессора, который я назвал Зет-80. В схеме микро-ЭВМ использовал микросхемы памяти 4Кх1, которые готовились к выпуску у нас в 1975 году, а Интел выпустит в 1974 году. Думаю, что пока наши сделают микропроцессор, как раз к этому времени и память освоят в производстве.

Подробно описал проблему чистых помещений и их влияние на процент выхода годных микросхем и достижимое разрешение фотолитографии в зависимости от чистоты помещения. Вытащил из своей памяти эти требования и решение проблемы с помощью привлечения западногерманской фирмы к проектированию и строительству специального корпуса микроэлектроники.

Пошалил – добавил схему управления крылатой ракетой и алгоритм программы управления на этом микропроцессоре, пускай военные проталкивают этот микропроцессор в производство. Нарисовал также схему управления матричным принтером, заодно и его чертежи накидал в виде эскизов – конструкторы легко по ним сделают комплект документации для производства.

В таком режиме работал до конца августа, заполнил еще две общих тетради. Надеюсь, что руководство страны предпримет усилия для запуска в производство столь необходимого нам микропроцессора и у нас появятся свои персональные компьютеры. Для текстового редактора мощности этого микропроцессора вполне достаточно. В наше время основная функция всех персональных компьютеров, независимо от их мощности – это редактирование текстов. Между делом смотрел с удовольствием (без рекламы) телесериал «Семнадцать мгновений весны», показ которого начался 11 августа.

В начале августа позвонила мать из Алма-Аты, сообщила цены на дома. Приличный дом стоит от тридцати тысяч рублей, так что покупка откладывается на неопределенное время. Я пообещал ей к следующему лету накопить такую сумму на дом – сообщу ей об этом. И рекомендовал им снова поехать летом на побережье Черного моря в отпуск, деньгами обеспечу. Она пообещала это сделать.

– Опять в августе заглянем на обратном пути в Алма-Ату, насчет дома, если денег накопишь – сказала она.

Люся регулярно, три раза в неделю, появлялась у меня, мы с ней отрывались в спальне. Правда, она приходила ко мне теперь по вечерам в будние дни, но только на свидание, ночевать не оставалась. Но мне (и ей похоже тоже) этого было достаточно, чтобы снова не идти на танцы и не искать там новую подружку. Шнайдер по моей просьбе к таким встречам пекла различные вкусняшки, которые Люся лопала с упоением.

Одиннадцатого сентября по программе «Время» узнал о перевороте Пиночета в Чили – значит Андропов не стал ничего предпринимать там, решили, что это бесполезно. Только в это время в СССР почему-то гостил Луис Корвалан со своей командой… Ну хоть его не придется потом выменивать на какого-нибудь шпиона или диссидента.

Наверно Андропов на этом примере решил продемонстрировать Брежневу точность моего предвидения перед принятием решения по Египту и Сирии, но перед этим вывез из страны нужных нам людей.

Ну а я по Чили все подробно описал, как будет проходить сам переворот, действий хунты после захвата власти по дням сентября. Пусть теперь проверяют, явно не все совпадет – часть людей-то уже вывезли оттуда.

Глава 12

Москва, знакомство с Брежневым

И вот первого октября меня вызвали в Москву к Андропову. Я прилетел в Москву уже второго октября, Андропов принял меня около обеда, мы с ним пообедали в столовой Лубянки и поехали в Кремль.

– С тобой хочет познакомится Леонид Ильич и решить после этого, как действовать в Сирии – сообщил мне Андропов. Мы на его машине поехали в Кремль. Поднялись в кабинет Брежнева, пришлось немного подождать в приемной – нам было назначено на 15 часов. По бою часов секретарь пригласил нас пройти в кабинет.

– Ну здравствуй Валерий Иванович! Вот ты какой красавец у нас! Композитор! Такую песню замечательную написал! «И вновь начинается бой…» – замечательная песня! Только удивляюсь вашей гражданской зрелости для вашего возраста – сказал Брежнев, пожимая мне руку.

– Молодость – это тот недостаток, который быстро проходит с возрастом – пошутил я.

Брежнев улыбнулся и пригласил нас садиться за стол.

– Ваши предсказания по Чили, да и по прочим событиям, сбылись практически на сто процентов. Но вот в этой войне арабов с Израилем есть у нас еще сомнения… – сказал Брежнев.

– Леонид Ильич, наверняка у вас имеются данные разведки о шашнях Садата с американцами. Так что в общем ничего нового я вам не сообщил – улыбнулся я.

– Уел – засмеялся Брежнев. – Но разведка нам не может сообщить с такой точностью о протекании войны, какую дал ты. Прямо не верится, вот решил посмотреть на тебя, познакомиться поближе, чтобы понять – стоит ставить на твои прогнозы или нет в этом конфликте.

Я взглянул на часы – было 15–24.

– Через десять минут самолет Ан-12 врежется в гору у аэропорта Магадана, десять человек экипажа и пассажиров погибнут из-за ошибки пилота и командира воздушного судна – сообщил я. – Можно пока чаю попить, пока сообщение придет – предложил я.

– Как врежется в гору? Чего же ты раньше не сообщил? – возмутился Брежнев.

– Так мне только сейчас эта информация в голову пришла – ответил я. – Я не управляю этим процессом, он достаточно хаотичный.

Брежнев задумался.

– Хорошо, ничего делать не будем, и правда – это тебе просто в голову пришло, и это не основание для поднятия паники. И правда, давайте попьем чаю.

Брежнев по селектору отдал распоряжение, через пять минут занесли чайники и разносы с чашками. Мы приступили к чаепитию, когда на часах у меня стало показывать 15–36, я сказал, что можно позвонить в аэропорт Магадана, узнать, как там обстановка.

– Не спеши, пей чай – сказал Брежнев, задумчиво глядя на меня. Мы закончили чаепитие в 15–45, секретарь унесла чайные принадлежности, Брежнев дал команду своему помощнику связаться с аэропортом Магадана.

Через пять минут после этого зашел помощник Брежнева и подал ему записку.

– Да, Валера, ни за что бы не поверил в такое… Ну ты даешь… Просто высший пилотаж… Разбился самолет Ан-12, как ты и предсказал – сообщил Брежнев. – И это меняет дело в отношении Ближнего Востока. Я изучил твою аналитическую записку и твое предложение, как понимаю, это уже было чисто твое предложение, не связанное с предвидением?

Брежнев ждал ответа на свой вопрос, я после небольшой паузы ответил на него.

– Да, я описал, что может произойти, если в это не вмешиваться и вести прежнюю политику – это и есть предсказание. Любое изменение в нашей политике может изменить результаты этой войны до неузнаваемого. А свои рекомендации я вынес исходя из этой информации. Ваши аналитики могут сделать другие варианты решения проблемы. Я исходил из интересов СССР, а не арабов. – ответил я. – И в этом плане сепаратные переговоры Сирии с Израилем будут ударом по интересам США на Ближнем Востоке.

– Смотрю на тебя Валера и удивляюсь – откуда в восемнадцать лет такая мудрость? Да еще во внешней политике? – произнес Брежнев задумчиво.

– Я все то, что вам записал, прочувствовал во всех подробностях. Арабы думают только о своих интересах. Да и большинство стран мира тоже, в том числе и развивающиеся страны, которые для получения от нас безвозмездной помощи объявляют о социалистическом пути развития, хотя они еще и до феодализма не дошли в своем развитии. Родоплеменной строй у них с социалистическим уклоном – мрачно пошутил я.

– Ну ты это брось – засмеялся Брежнев. – Не дай бог тебя Суслов услышит! Но ты попал не в бровь, а в глаз! – от души смеялся генсек. – Родоплеменной строй с социалистическим уклоном – надо же такое сказать!

После небольшой паузы, посмеявшись, Брежнев завершил нашу встречу.

– Ну я получил от знакомства с тобой все что требовалось, дальше уже сами будем решать, как нам быть с арабами. Присылай свои видения – мы их будем внимательно изучать, под легендой, что это работа группы аналитиков в ведомстве Юрия Владимировича. Нам надо еще минут десять с ним пообщаться, прошу тебя подожди его в приемной – попрощался со мной Брежнев.

Я вышел в приемную, мне предложили чай или кофе – я отказался. Сам я был на взводе, разговор с Брежневым дался мне не легко. Самолет Ан-12 мог бы и не разбиться, после нескольких изменений действительности с моей помощью. Это как бабочка Брэдбери, надо предупредить об этом Андропова. А после таких изменений в истории Ближнего Востока они могут стать еще глобальнее. Через десять минут вышел Андропов и мы с ним поехали на Лубянку. Я ему сказал, что необходимо поговорить минут пять-десять. Он согласно кивнул головой, закрыл стекло к водителю, и я ему рассказал про эффект бабочки Брэдбери. Что мои предсказания с каждым годом будут терять свою точность в части событий в политической обстановке в мире. И что вполне Ан-12 мог бы и не разбиться.

– Хм, что-то подобное мы как раз сейчас с Леонидом Ильичом и обсуждали – ответил Андропов с усмешкой. – Но ваши прогнозы в технике будут более достоверными, и они меньше зависят от действий отдельных стран. Мы передали ваши наработки по микроэлектронике в министерство электронной промышленности под видом материалов, добытых нашей разведкой на Западе. МЭП разрабатывает программу по внедрению этой технологии, договорились, что ваш томский НИИ ПП будет участвовать в ней вторым поставщиком, у него слабая научная и инженерная база, чтобы самому разрабатывать такие сложные вещи – это я уже о микропроцессорах говорю. Транзисторы и диоды они будут разрабатывать самостоятельно под вашим приглядом – вы будете вместе с Невельским кураторами этой программы от КГБ. Скорее всего «Ангстрем» будет головным НИИ по микропроцессорам, вас будем приглашать в качестве консультанта от КГБ, который имеет право изучать первичные материалы и формировать вопросы по теме нашему источнику.

– Да, согласен с вами. Техника будет развиваться по намеченному пути, этот путь может быть длиннее или короче – согласился я.

Меня отвезли на служебную квартиру, в которой я останавливался в прошлый раз, прикрепили машину на этот раз с лейтенантом Авериным. Мы с ним проехали в ЦДЛ, там я пообедал поздно, а потом и поужинал заодно, посидел в ресторане, послушал музыку – там выступал свой ВИА, хоть что-то от Москвы получил положительного. Затем лейтенант увез меня в аэропорт Домодедово – самолет в Томск улетал поздним вечером.

Утром в Томске меня встретил капитан Невельский и отвез домой – я был в очумелом состоянии – провел ночь, не спавши в самолете.

День проспал дома, вечером пришла Люся, я с ней не только сексом занимался, но мы с ней вместе сидели в обнимку на диване и посмотрели кино по телевизору, но я его не запомнил, любовался своей подружкой. Потом мы пили чай с плюшками, которые наготовила Шнайдер, перед этим хорошо поужинали пловом с бараниной – Сара Львовна просто кудесница кухни!

Я проводил Люсю до общежития, прогулялся по вечернему Томску. Неприметный жигуленок следовал за мной по пятам – работа у них такая. Лег спать в двенадцать – утром надо было идти на занятия.

Шестого октября, в субботу, я прибыл домой к обеду, непрерывно слушал новости по «Спидоле» – ждал сообщений с Ближнего Востока. Примерно в пять вечера по Москве пришло первое сообщение «Голоса Америки» о нападении Египта на Израиль.

– Хм, а что Сирия? – задал я себе вопрос. – Неужели не станет участвовать в этой войне?

Но ситуация с Сирией 6 октября не проявилась, а вечером по программе «Время» сообщили о начале войны Египта за освобождение оккупированных территорий. И всё! Но ближе к полуночи «Голос Америки» сообщил о сепаратных переговорах Сирии и Израиля, при посредничестве Швейцарии, которые проходят в Женеве. Стороны договорились заключить мирный договор, Израиль освободит захваченные территории в течение трех дней и отведет свои войска к признанным границам. Взамен Сирия признает государство Израиль, и не будет признавать и не поддерживать ООП – организацию освобождения Палестины. Стороны договорились установить дипломатические отношения.

– Вот это маневр! Вот это ход, достойный Макиавелли! – восторгался я. – Нам бы еще с Израилем восстановить дипотношения – подумал я, продолжая слушать новости. Арабский мир был возмущен действиями Израиля, когда тот начал громить армию Египта. Так же высказывалось возмущение действиями Сирии, которая заключила сепаратный мир с Израилем. Асад стал изгоем в арабском мире. Да ему-то от этого не холодно и не жарко – отношения с основным союзником СССР были в нормальном состоянии, а еще тут мир с союзником США образовался, поэтому и с США будут нормальные отношения.

В этот раз война «Судного дня» продлилась на неделю меньше – Египет «досрочно» согласился на перемирие и вернул свои войска к довоенной линии соприкосновения. Далее уже прошли переговоры Египта с Израилем под патронажем США, закончились тем же, что и в мое время – Израиль возвратил Синай в обмен на признание и мирный договор. Но арабы, как и в моей истории, объявили нефтяное эмбарго, и цена нефти сразу подскочила до восьми долларов за баррель и начала быстро расти.

История этого мира сделала настолько резкий поворот, что теперь мои предсказания в политике уже ничего не будут стоить. Мне даже легче стало от этого – это позволит мне держаться подальше от Кремля, для меня будет достаточно участвовать в опережающем развитии техники в СССР.

Главная заповедь солдата – держаться подальше от начальства и поближе к кухне.

Интерлюдия

– Ну вот товарищи, вы ознакомились с аналитической запиской нового центра КГБ, какие у вас будут мнения? – спросил Брежнев.

– Она достаточно обширна, меня заинтересовало увеличение стоимости нефти, мы ей торгуем, надо бы ее попридержать – высказался Косыгин.

– Алексей Николаевич! Да какой там попридержать! Надо ее срочно закупать в максимальных количествах – высказался министр внешней торговли Патоличев. – И потом будем ей торговать!

– Василий Федорович, а ты что скажешь? – с хитринкой спросил Брежнев.

– Могу выделить двадцать миллиардов долларов, а еще могу взять кредиты в Дойче-банке и в банке Сосьете Дженераль по пятьдесят миллиардов долларов – с хитрой улыбкой ответил Гарбузов.