Текст книги ""Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Мария Геррер

Глава 1

Спина немного саднит, но ссадины уже почти затянулись. Скорее даже царапины. Всё-таки регенерация оболочки вестника сильна сама по себе, даже без димортула. Дим сейчас находится в ячейке, которую внутри городской башни для него вырастил Танат.

Стоит ли говорить, что этот парень, обретя силу, взялся за наведение порядка так, что вой по всему подземелью стоял? А он стоял. Офицеры Даргула, Ид, Канио и некоторые другие, еле ноги таскали. Так как кер-кимбары дальней связи были их творением, то они и работали в стихийном штабе Верхнего Города координаторами.

Даргул, захватив с собой Туру и часть разведчиков Знающих, лично носился по самым горячим точкам. Палач Таната давил, стращал и просто отрывал головы или самым недалеким, или хитрожопым. Не все поверили, что мир ожил и заговорил с разами. Даже когда увидели стилизованные лица на крупных биошпилях.

Добрым словом и иршером, как заметил Стрелок, можно сделать куда больше, чем одним шером. Я его даже спросил, откуда он это услышал? Вдруг один знаменитый чикагский гангстер тоже сюда попал. Но нет, всё оказалось проще. Наш наёмник сам её придумал, когда имел дело с настолько тупыми субъектами, что приходилось проявлять терпение, объясняя, что от них хотят.

В общем никаких загадок. Всё банально и вполне в рамках психологии и коммуникативных навыков моих новых знакомых. И в рамках богатого жизненного опыта, что получен в Танате. С учетом того, что получить новую оболочку в этом мире легко, я как-то закрыл глаза на причинение тяжких телесных повреждений и отрывание голов. В Департаменте бы психологи на меня посмотрели криво, но родной отдел, как и сама Земля, далеко.

Радует, что родина хоть в этой вселенной находится. С учетом того, что дреги шлялись по всему мирозданию, я мог оказаться вообще в параллельном мире. А так я даже те же созвездия на небе видел. Да и Дрок это подтвердил. Так что подача сигнала бедствия и призыв экспедиции Департамента были моим резервным планом действия. Если получится…

Открываю глаза и смотрю в потолок, напоминающий серую бахрому и поверхность языка млекопитающего. На моей груди посапывала Тэй, которая буквально пару циклов назад и оставила те ссадины на моей спине. Сейчас девушка спала, её голова покоилась на моей груди, а горячее дыхание щекотало кожу. Вот только я, спасибо биохимии моего нового тела, так и не уснул. Увы, но сон был мне доступен только в камерах восстановления, олдирах, а также их аналогах. Так что я после того, как мы закончили, скорее погрузился в легкий транс.

Минутка расслабления закончена, пора снова в бой. Мне вспомнилась Тура, девушка кошка и офицер-разведчик Даргула, которая только горестно посмотрела на изобилие, вываленное тельмахом, а потом взяла пару вкусняшек, флягу-термос, точнее её живой аналог, наполнила её кофе, а потом поплелась за командиром. Хоть мы и победили, отбив атаку Теней, но те слишком долго сеяли семена раздора среди разов. Вот мы и рубили их всходы. Хотя я и Даргул думали отправиться по той нити, что могла привести нас в Узел.

Сколько же погани было среди разов… Не думал, что такое скажу, но понимаю палача Таната. Интересно, не имей димортул такого дефекта, как восстановление памяти хозяина живого доспеха и носителя брони, то каким бы человеком здесь стал я? Да, история не терпит сослагательного наклонения, но даже Даргул, как отметила Майра, однажды сломался. Если Тени хотел добиться оскотинивания населения грандиозного лабораторного комплекса, то у них это получилось. Потому-то после того неудачного мятежа больше восстаний не было. Так что хорошо, что я не вижу снов. Думаю тела, что веками валялись на нижних уровнях башни смерти, являлись бы мне в кошмарах.

Я знаю, что это такое. Кошмары в прошлой жизни меня мучили. В них моя команда или не успевала спасти гражданских на какой-нибудь станции, или же чистильщики группы «Аид» успевали прибыть лишь в момент детонации закладки Сенткома и полюбоваться на взрыв в форме гриба. Совсем редко я видел в снах пламя, которое пожирало меня. Но никогда не видел, чтобы меня хоронили заживо. Детскую травму, когда меня, молодого оболтуса, с головой засыпало в старой угольной шахте, психологи проработали. Благо психика тогда была довольно лабильной. Правда недавно меня о ней заставил вспомнить один головорез, что работал на Теней. Служил, что точнее.

Интересно, чем он сейчас занят? Танат о его судьбе говорить отказался. Лишь сказал, что у спракса свой путь. Помню, как он уходил от города, машинально разминая новую руку. Эмоциональный фон незримого охотника после схватки у шпиля, где мы чуть не убили друг друга, сильно изменился. Злоба и жестокость ушли, уступив место… Даже не знаю, как назвать это чувство, что завладело разумом незримого охотника. Тоска? Это очень слабо сказано. Прямо-таки чернейшая апатия.

Потом было не до этого. Мы пару местных циклов носились как угорелые по окрестностям, гася пожары. Пускай огня в Танате не было и нет. Отчести мы это делали скорее в воспитательных целях. Ведь многие после подключения новых нервных узлов видели, как на стенах строених их биогородов появились, не предали этому значения.

Почему явление есть не Христа народу, но разума мира разам было воспринято неоднозначно? Так все знали, что с Танатом что-то не так. Вон сколько умирающих городов, а они их только на биомассу разбирают. Да ещё и какая-то группировка массово напала там и тут. Благо, что произошел гон, который и сорвал её планы. Хвала Творцам.

Говорите, Знающие Даргула не с ними, а пришли нас от них защищать? Так это точно заговор. И что это за странные парни появились у ранее закрытых дверей? И инисы на них защитные, да и на спраксов похожи. Вестники говорите? Ха-ха.

В общем потому ч Даргула и не осуждал. Только уговорил мир временно направить им а помощь группы мутом. Процесс восстановления разума был удивительно быстро, но время требовал. Ускоряли его лекарства из тельмахов. Однако на время мутов снова пришлось взять под контроль.

Все наконец прониклись тем, что этот марафон по устранению бедлама закончен и выдохнули. Я даже устроил представление. Спасибо Дрэйну, чей клан в городе. Там были и Вэс, и Ишара. Вторая даже помахала мне рукой, но увидев реакцию Тэй, лишь вздохнула и кивнула ей.

Насколько я знаю, они потом даже поговорили, когда я отправился в один из шпилей. Правда там моя помощь Харсу нужна была лишь в качестве следователя. Помы мы с ним пытались понять, а кто там дрался со спраксом, Тэй вернулась и они что-то обсудили с кочевницей. Девушка на меня смотрела очень задумчиво по возвращении.

Потом Тэй, скажем так, отвлекла меня от мыслей о находке Харса в одном из дальних шпилей. Получив цветное зрение от Таната, новоявленный вестник сразу понял, кому принадлежит свежая желтая кровь. Да, у незримых охотников она такого цвета.

Спраксы были цепыми псами теней. Замена вестников в виде очень умного, сильного и смертельно опасного монстра. Одного, кого Танат излечил и вероятно защитил от их псионического воздействия, я отпустил. Но вот кому продолжают служить оставшиеся?

Хранитель шпиля не мог сказать ничего внятного. Просто те уровни башни были от него закрыты. И не просто так, так как мы нашли внутри оламы с мутами. Ещё одна армия Теней, что не успела на войну? Похоже на то.

Вот только интересно, кто атаковал вылезшего из олама спракса? Чем закончилась схватка? Где тело нападавшего, незримого охотника? С такой кровопотерей даже он не смог бы выбраться из комнаты на своих двоих. Может из оламов вылезли другие муты и сожрали его? Тогда где их кровь? Чтобы спракс только огребал? Не верю.

Эту загадку мы так и не разгадали. Да и следов Вальта и Лависа нигде не нашли. А сколько еще может быть зараженных? Даже знания Гента о его спутниках нам уже не могут помочь. Их тела были найдены в разных городах с жуткими ранами в основании шеи. Эотулы на месте, а паразитов нет. Похоже, что они сменили место жительства.

Вот почему так важна эта встреча с лидерами других кланов, которую мы проведем в Последнем Приюте. Нужно и остановить эту войну всех против всех и решить, что делать дальше. Тем более сейчас, раз церебрал Торва рсшифрован, мы можем достичь Центра. И всё изменить.

Опять сбиваюсь с мысли. Тэй, сладко засопев, ворочает головой на моей груди. Следы от её ногтей, что она оставила в порыве страсти, на моей груди уже затянулись, так что раны она мне не бередит. Я улыбаюсь, так как ощущаю то, чего не испытывал даже в той жизни, на Земле.

Я впервые по-настоящему чувствовал всеобъемлющее счастье. Не дома, где светит солнце, а люди не пытаются выжить, а здесь, в биоинженерном аду. Наверное это потому, что Танат, а точнее Эроан, не был тюрьмой душ.

Тэй зашевелилась сильнее, потянулась лёжа на боку, вздохнула. Открыв глаза она завертела головой. Увидев меня, она улыбнулась:

– Утро, Нико.

– А сейчас утро?

– Ну, – Тэй накрутила волосы на палец, – если освтители горят, значит точно дневное время.

Это глупо а точно заметила. Лаборатория, комплекс-заповедник, станция межмирового переноса – всё это подземный мир Танат, созданный из плоти, нервов и костей. Вечный мрак здесь разгоняли люминесцентные биолампы. Творение расы, которая достигла невероятных успехов в биотехнологиях, но пала жертвой своей наивности.

Дреги или Творцы, как их называли разы, вовсе не были жестокими завоевателями чваноивыми ублюдками. Но узнали мы это недавно. Отчасти это и помогло мне перетянуть на нашу сторону Даргула, палача Таната. Его Алар, как у него на родине называли дьявола, обрели реальность.

Так что вместо того, чтобы воевать против нас, солдаты Знающих помогли нам отстоять живые города. Точнее продержаться до того момента, как мои копии смогли переформатировать нервные узлы. Многие, даже среди бойцов Даргула, до сих пор ошарашены тем, что монстры дикого гона пришли им на помощь.

Короче говоря, мироздание разов сильно пошатнулось. Особенно всех шокировало то, что мало известных стные трёхметровые монстры-демоны окажутся жуткими подкаблучниками.

– Тогда… Утро, Валери.

Тэй улыбнулась, а потом еще раз потянулась, вытянув руки в стороны. Любуюсь ей, ее красотой. Лицо этой оболочки принадлежит Валери Бастьен. Тогда я сделал ей подарок, когда возрождал тело, но был нюанс.

Вот чего я не подумал, а зачем кроме душ Творцы считывают ещё и исходный генокод оболочки? Те самые нити сути. И ещё хранят их в эотуле. Зачем рабам давать возможность вернуть изначальные тела.

– Сейчас ты скажешь, что тебе надо идти? – спрашивает меня Валери с лёгкой ехидцей. И грустью.

– Я скажу, что пойду по делам, но ты от меня не уходишь. Ты здесь! – отвечаю я стучу себя пальцем по лбу.

– А чего не здесь?

Нежная ладонь касается моей груди.

– Сердце не то, что о нем думают. Мотор для крови.

– Всю романтику разрушил, – вздыхает девушка. – Или хочешь сказать, что когдая умерла, у тебя там ничего не сжалось?

Теперь Тэй хитро улыбается.

– Сжалось, – честно отвечаю я. – И потом я разозлился. Сильно.

– Вот. А ты говоришь, что это просто глупый орган.

Мы так и общаемся ни о чем. Не помню, когда я в последний раз никуда не торопился. Только после пробуждения в госпитале после того инцидента, когда меня вытащил Димыч.

И это воспоминание что-то задело во мне. Изнутри поднялась волна злости. Не моей, а этого тела. Так хотелось кого-то разорвать. Даже проведенное с Тэй время не может перебить этот выплеск гормонов… Такая она – ярость вестника.

– Что случилось? – Тэй рефлекторно отодвинулась от меня. – Твоё лицо стало таким…

– Пора обратно в димортул. Он должен был подзарядиться. Извини, но в этот раз совместной помывки не будет.

Обнимаю девушку, целую, а потом с сожалением поднимаюсь и иду к мембране в другой стороне комнаты. Там находится знакомая стойка, где растянута раскрытая шкура.

Падаю в неё, она автоматически закрывается. Моё тело пронзает знакомое ощущение боли. Довольно лёгкоё, привык я в этом мире к боли. В первый раз я этого даже не заметил, так как умирал.

Дим, тогда безымянный разум живого доспеха, сам пленник в этом мире, тогда встретил меня неласково. Я ранен, он истощен за века в хранилище. Тогда он пожрал большую часть кожи с моего тела. Мне в то время жутко хотелось от него избавиться, но вскоре…

Вскоре всё завертелось. Знакомство с, Тэй, поход, зов Творцов и знакомство с Денисом. Заброшенный город, послание Трагаса, одного из последних творцов, освобождение моего сознания, принятие миссии.

Тогда я и Дим фактически начали нашу Одиссею. Сначала мы думали, что боремся с наследием Творцов – тюрьмой душ по имени Танат.

Поначалу я не хотел идти по третьему пути Трагаса – активации разума Таната. И я не хотел оставить всё как есть. Это решение означало сдачу димортула, смену оболочки и стирани памяти. Вместо этого я решил сначала всё прекратить. Трагасу стоило выражаться конкретнее, что это значит.

Выжженная атомным пламенем поверхность встретила меня наверху. Все прекратить означало сброс защитного купола и умерщвление подземелья. Тогда меня посетило существо из тонкого мира, которое показало мне несколько вещей. Мое тело всё еще лежит в капсуле на планете Тау-137. Я мог тогда уйти, вернуться…

Тогда у меня даже мысли не возникло о том, чтобы поступить так. Но я был в шоке и не знал, как поступить? Что делать с этим миром, его озверевшими жителями. Внизу в лечебной капсуле лежал Стрелок, а новая оболочка Тэй была росла в оламе. Их я точно не мог бросить. Да и какой я тогда спасатель-рисконавт? Рисконавты бывшими не бывают.

И в этот миг Танат смог до меня достучаться. Тот, кого все считали тюремщиком, сам был в на редкость хреновой ситуации. Трагас и других других не знали, что их создание проснулось, но было очень слабым.

Танат веками звал на помощь, но его никто не слышал. Только ощущали нечто вроде взгляда в затылке. Только ментальный кимбар, подарок Трагаса, позволил ему связаться со мной. Связаться и попросить о помощи.

Долг о ли я думал о том, стоит ли давать мин силы вершить судьбу разов и свою собственную? Я никому это не говорил, но секунд пять думал. Тот контакт напоминал слияние, позволяя видеть его душу. Ребёнок, что не повзрослел, так как ему не дали это сделать. При этом мир не озлобился, так что я не выпускал джина из лампы.

И он еще мне не ещё сказал, что жить миру осталось несколько оборотов. Он просто искал помощи. И я её ему предоставил. Следом мы начали компанию по оживлению его частей. Начали с шахты, что качала вод, а закончили почти всеми городами во внешнем кольце.

Угроза гибели мира ушла, динамика развития мира по имени Танат мне нравится. Сволочью он явно не растёт. Прямо отцовская гордость. И, чего греха таить, мой «дурной» пример. Я ведь выходец если не из утопического мира, то близкого к этому.

Раз с угрозой гибели разобрались, то пора заняться развитием успеха. Нужно разобраться с Тенями, существами паразитами, что некогда захватили цивилизацию дрегов. Следом они её уничтожили и превратили Танат в тюрьму и своё царство.

Только сами Тени стали пленниками в моём царстве. Эотулами на полке. Когда попытались уйти в тонкий мир, чтобы стать богами, то высшие силы заперли их здесь. Потому они и убивали Танат. Его смерть – их свобода.

Трагас, сам того не ведая, боролся не с иерархами, а теми, кто захватил их тела. Устроив с помощью разов-рабов резню, а потом удаленно заблокировав Теней в этоулах в узле, он сделал их пленниками. Иронично.

Когда я нарушил из программу, спасая мир, они решились переродиться в исходные тела паразитов. Захватили оболочки и начали свою операцию против моих замыслов. Моих, Таната и наших союзников.

Какой из план? Наверняка прорваться в Центр, он же Узел, снаружи. Там они могут вручную перезапустить всё.

Дим, с которым мы снова едины, был со мной согласен. Пора идти. Отдых кончился.

Тэй всё еще стояла голой у окна.

– Мне иногда хочется, чтобы ты никогда не находил димортул.

В её голосе слышится горечь. Как я её понимаю. Она думает о будущем. Но думает ограниченно.

– Валери!

Девушка поворачивает ко мне печальное лицо.

– Ты и я… Мы вместе погуляем по Парижу. И ты будешь там, петь в каком-нибудь кафе. И тебе будут аплодировать. Ты вернёшься домой. Я обещаю.

На это ей нечего сказать.

Глава 2

Тишину нарушила не Тэй, а кто-то снаружи. Резкий крик и какое-то дребезжание. Сразу вспомнился тот богомол, что выбрался из спины древнего воина-гиганта. Молниеносно кидаюсь к окну, закрывая собой Тэй и выставив вперед левую руку. Ту самую, куда был встроен метатель зарядов. Вернее выращен.

За окном был не противник, а улетающая в закат парочка демонят. Гоняла их мать-демониха, которая смотрела на обнаженную Тэй и что-то шипела. Понятно. Пубертатный возраст у летающих подростков, но засмотрелись они, что странно, на человеческую женщину.

Увидев меня, демоница замолчала. Развернувшись, она молча улетела в сторону. Мысленной командой затягиваю на окне мутную мембрану. Свернув шлем димортула, задумчиво чешу затылок.

– Неловко получилось. Глупо.

– Нико, – Тэй нервно сглотнула, – что ты имеешь ввиду?

Вздыхаю. Этот разговор давно назревал, но так хотелось его отложить. Или вообще не касаться, но не свезло. Спасибо ярости вестника. Димортул эту вспышку эмоций уже погасил, но слово было сказано.

Пока в курсе моего плана лишь трое. Дим, который не может меня покинуть, Даргул и сам Танат. И мы понимали, что выбора у нас нет. Тени тоже могут пройти в Узел, потому времени у нас нет. После встречи с лидерами кланов мы уйдем. Втроём если считать Дима. Только это может быть путь в один конец.

Но Тэй, которая за эти дни смогла хорошо меня изучить поняла, что я что-то вскрываю. И не отстанет, пока не узнает всё. Подойдя к своим вещам, она берет шарик иниса и быстро облачается.

– Рассказывай.

Сложив руки на груди, она загораживает выход из комнаты, которую мне выделили в башне.

Дим, мысленно вздохнув, «хлопает» меня по плечу. Вот зачем я это сболтнул. Хотя я Касу это говорил, но Тэй…

Пресловутая женская интуиция. Она сразу поняла по моей интонации, что есть подвох. И потому стала допытываться. Вот чего не умею, так это врать. Я всё ей рассказал. Просто раньше.

Удивленная Тэй качает головой:

– И почему ты молчал?

– Собирался рассказать на встрече. Только туда ме надо пойти с Даргулом.

– Почему с ним?

– Он, как и я, может быть защищен от воздействия Теней. Наши мысли они не прочтут.

– Но мы же в поле Таната. Ты сам говорил. Так почему ты сразу всё мне не рассказал? Что тут такого?

Её глаза вдруг расширяются, она прикладывает ладонь ко рту. Дим дёргает меня, намекая проявить активность.

– Валери, послушай…

– Ничего и нигде не бывает бесплатно, Нико. То, что ты задумал, должно иметь цену, последствия. Мне кажется, что вдвоём вы идете еще и по другой причине. Вы оба в чем-то фанатики.

– Ну ты нашла с кем меня сравнить!

Я даже закашлялся от удивления. Нет, я точно не палач Таната. Да и Даргул по сути не так прост. Просто устал биться о стену. Потому давно готов все прекратить. Пусть и таким способом…

– В этом мире нам оставили лишь одну вещь. Наши жизни. И если ты должен заплатить цену…

Плохо, что я свернул маску димортула. Тэй видит, как я отвожу взгляд в сторону. Не могу я ей врать.

* * *

Молча иду по улице к кильму, что отвезет меня в верхний город. Живая броня скрыта под плащом Странников, а вернее его аналогом. Подарок Хауфи после всех перипетий ещё раньше превратился в обноски. Благо здесь развито ручное ремесло, так что Стрелок нашел мне замену.

Не я один предпочитаю носить плащ. Многие разы и некоторые путы стали ими пользоваться. Всем хочется приватности и побыть наедине со своими мыслями.

Мои мысли после разговора с Тэй в раздрае. Впервые за все прожитые здесь годы она заплакала. У старой оболочки на основе грибной клетчатки слезных желез не было. Так, текла вода для смачивания эпителия. В новой же…

Она спросила меня, было ли то, что произошло ночью, прощанием? Я сказал, что нет, но Тэй мне не поверила. И попросила дать слово, что я уйду туда с ней.

Да, я соврал. Но отчасти потому, что сам не знаю, а что будет. Даже Танат против этого самоубийственного плана. Похоже, что он ко мне прикипел. И Даргул считает это самоубийством, но понимает, что выхода нет. Но шансов выжить у меня считай нет.

Пройти туда мы можем вдвоём, или привлекая новых вестников, обладателей защитных кимбаров. Но как бойцы они пока никакие. В плане высоких кондиций. Танат лишь разрабатывает систему их улучшения. Все-таки он не формовщик первой ступени, хотя и такие организмы в его новых владениях нашлись.

Поэтому в ад, как сказал Даргул, идут лишь двое. Но в сердце тьмы войду лишь я один. Как верно заметил Ворон, сложно всех спасать, если не удален поражающий фактор.

– Нико, привет! – окликают меня сбоку.

Ко мне спешит девушка, закутанная в подобие свободной рясы. Алира, ранее Алия. Она прошла сквозь ад, попав бесправной добычей в клан натуральных извращенцев. Там она поднялась от послушницы мистерий, считай девы для утех, до бойца.

Потом, понимая, что в тупике, решила примкнуть к моему походу в один из закрытых секторов. Итог – она вспомнила своё монашеское прошлое, решила стать одним из новых вестников и проводников воли мира. Познавших Суть, того клана, теперь нет.

Видя действия Алиры, выжившие в бойне за город члены клана попытались на неё надавить и призвать к ответу. Теперь такого клана нет. Совсем нет. Харс, Гент и некоторые Знающие, в частности ребята Туры, помогли ей в этом.

– Привет. Макс, Ури, – киваю разумным мутантам.

Пого и химероид, как я понимаю, те создания, которых дреги создали или сами, или под влиянием Теней. Тем нужны были послушные рабы. Правда после восстания Даргула пого разбрелись по Танату, а химероиды до недавнего времени были законсервированы в оламах или просто заперты в секторе Башни Смерти.

– Это они тебя узнали, – улыбается бывшая боевая извращенка. Правда так теперь её облик выглядит сдержаннее. Ранее выбор косметики девушки реально походил на боевую раскраску. Вот такая интересная вера была у Познавших Суть. Мир их праху.

Нет, всех они не перебили, но такого клана больше нет. Алира, вспомнив свое монашеское прошлое, взялась помогать тем, кого освободили.

– Я так и понял.

– Ты наверх собираешься?

– Да. Как понял, многие уже прибыли. Пора решать.

– Жаль, что они не успели на твоё представление.

Ури на это замечание лишь фыркнул. Отчасти было плохой идеей, когда я изображал перед кочевниками бродячего артиста, продвигать «Тита Андроника» Шекспира. Просто ничего другого, что могло быть понятно разам, мне в голову не пришло. Ну не «Ромео и Джульетту» же им ставить? В пересказе на местный язык.

Как оказалось, именно их было бы лучше и поставить. Разы, уставшие от чернухи, сами тянулись к чему-то светлому. Тем же комедиям. Я е догадался Хауфи расспросить. Да и он сам, если верить Ури, и не подумал, что мне придется играть.

Короче говоря, трагедия о нравах древнего Рима разов так поразила, что они сидели как пришибленные. Конец Таморы и мавра Арона их сильно обрадовал. Как-то так. Вот Тургенев уже был перебором.

Теперь, после спектакля одного актера, на меня стали совсем криво подглядывать. Но в разах, если верить Танату, что-то изменилось

– Все на месте? Или кого-то еще ждём?

– Все, – кивает мне Алира. – Гантарас и не уходил далеко. Лерк наконец прибыл. Ори переродился в теле человека. Да и вообще Танат меняет Изломанным их оболочки.

Искажённые оболочки. Сначала я не понимал, а зачем они были нужны? Увечные сменные тела. Может это болезнь? Сейчас то я понимаю, что, даже завладев телами умных дрегов, паразиты не смогли применить нормально полученные знания.

Поэтому в конечном итоге Тени и создали не укрытия, а резервации для чистых дергов. Город Творцов и был такой резервацией, питомником гениев. Вот только принесенные чужаками порядки и там сыграли свою роль. Гибель близких Трагаса и стала тем спусковым крючком, что порушил планы паразитов, которые запретили размножение дрегов, так как хотели вознестись. Стать не биологическими, а энергетическими паразитами.

Сам того не ведая, Трагас отсрочил конец света. Не остановил, но отсрочил. Биологическую смерть живой лаборатории остановили уже мы. Но это сложно было бы сделать, не убей те разы оставшихся дрегов. После чего их души были перенесены в камни на полках. И потеряли возможность управлять эти миром.

Возродиться они, спасибо злой шутке Трагаса, могли лишь во внешнем кольце, в обычных телах. Оболчках, не могут без специальных кимбаров управлять местными биоструктурами.

Только поэтому Тени, которые не могли возродиться в Центре или Узле, ничего не делали. Мир умирал, и они могли освободиться. Некие процедуры были сделаны, новые эотулы. Но тут появился весь такой красивый я и все испортил. Танат, его разум, был собран по частям и мир был перезапущен. Вот поэтому, используя спраксов, Тени и заразили часть разов, наплевав на безопасность. Не все, но часть из них.

Хотел бы я знать, что там Хауфи в Городе Творцов нарыл? Туда я отправил одного из Странников и бывших Хранителей из Шпиля перерождения: Шепелявого, Принцессу и Ворчуна. Там же сейчас, среди клана Копателей, переродились ребята Тэй, которых некогда убил Стрелок.

Даже сложно поверить, что при первой встрече мы чуть друг друга не убили. Но если говорить честно, я его убил. Правда не знал, что переизбыток биоимплантов превратил его этакого биокиборга. Кимбароида, как я его назвал. Только при мне он пережил два обезглавливания. В первый раз это ведь я ему голову снёс.

– Алира, а Стрелка ты не видела?

– Видела, – улыбается моя спутница. – Когда он проводил Ринтара за пределы города и сказал ему не возвращаться.

– Вот как. Он всё-таки возродил своего лидера? Думаю, после рассказа Даргула и Казура, он был готов его убить.

И причина у Стрелка была веской. Ринтар вел переговоры с разными кланами относительно устранения Даргула. Вот только палач Таната его опередил, сдав весь клан врагам – клану инсектов Резаки.

Братство киллеров было небольшим, так что зачистка не заняла много времени. Вот только Казур нарушил обещание Даргула, продав выживших Вестников каннибалам Вальта. Так двойная игра Ринтара стоила жизни членам клана Вестники Таната. Стрелок единственный, кто выжил.

Да, часть камней душ его соратников уцелела, но где они. Верующие Вальта во время своих людоедских ритуалов разбивали эотулы. В мирное, где можно сменить оболочку, это и было окончательной смертью.

– Готов, – хмыкает Алина, – но он, после общения с тобой, научился более изощрённой мести.

– Я вроде бы никому не мстил. Тем более изощрённо.

– Но проявлял редкую находчивость и фантазию. Или ты забыл, как отчитывал стражей Мглистого Пути?

Кашляю в сторону. Да, такое не забудешь. Я тогда взломал нейроузел управления защитной сеть. Потом заставил бронированных змей, торчащих из стены, испуганно сжиматься под моими ругательствами. Мальчишество? Есть такое. Но и жизнь тут не самая весёлая.

– Так что он сделал?

От Джима можно всякого ожидать. Хомоинсектоид в ковбойском прикиде имел как кодекс чести, так и мстительный характер. Вот таким был эсквайр Джеймс Мортимер Картер, бывший плантатор, офицер кавалерии Конфедерации и просто запутавшийся человек, что искал искупления. Поэтому он у себя на родине и стал помогать аборигенам местной Африки, часть из которых имела по четыре руки и зелёную кожу. Думается мне, что это было мутагенное влияние врат дрегов. При их уничтожении Стрелка, как и меня, затянуло в Танат.

– Нечто интересное. Он взял некую мужскую оболочу и засунул туда Ринтара. Только Это тело эльфуара такое немужественное, что, когда он с фингалами под глазом уходил из города, ему свистели в след все. Даже инсекты. Чёрт, да даже я, будь я еще среди Признавших, его бы…

Вот как тут не засмеяться? Я с трудом, но сдержался.

– Кстати, Нико. Я тут Тэй видела. И мне выражение её лица не понравилось.

– Она была зла?

– Лучше бы зла. Нико, она что, плакала?

Рассказываю, что случилось утром. Момент будущей смерти опускаю, сглаживая углы. Алира буравит меня взглядом. Затем вздыхает и качает головой.

– Нико, я с ней поговорю. Чувствую, что там было что-то ещё, но мне не кажется, что ты мог её нарочно обидеть. Просто ты дурак редкостный.

Вот опять я себя чувствую сволочью.

– Алира, ты знаешь, что такое долг.

– Знаю, – кивает бывшая боевая извращенка. – Это то, что отличает настоящего мужчину от куска дерьма. Высшее дело, которому он служит. За это женщины их и любят. Эту приверженность принципам. Но потом мы пытаемся вас переделать, так как жаждем внимания. Парадокс, да. Вот только если бы вы хоть немного любили тех, кто рядом, а ещё самих себя…

– Ээээ, в каком смысле?

– Мир состоит не из одного зова долга, Нико! -вдруг резко кричит Алира. – Да, вы нужны миру, делаете много хорошего. Но зачем вы множите зло? Почему вы откладываете любовь на потом?

Чёрт. Мне сразу вспомнился разговор с Алёной, женой Димы. Тогда, перед вылетом, она сказала мне тоже самое. Когда-то она меня любила, но я специально всё испортил. Ради друга. И остался один. Больше у меня никого не было. Так, недолгие связи.

– Странно, что бывший участник Познавших Суть говорит о любви, – пытаюсь я отшутиться.

– Нико, не путай разврат и нормальные отношения между мужчиной и женщиной. Ты понимаешь, что она тебя любит?

Вот тут мне уже не отшутиться.

– И ты её любишь, – продолжает Алира. – Вот тогда что не так.

– Всё сложно…

– Да это всегда так. Жизнь вообще непростая штука, но мы её ещё сильнее усложняем. Так что происходит? Почему она рыдала.

Чудны дела твои, господи. Ещё совсем недавно, до восстановления памяти, Алира, вернее Алия, была совсем другой. И Тэй она бы точно не сочувсьвовала. Все меняется в этом мире. И сейчас передо мной стоит бывшая монахиня из параллельного мира и наставляет на путь истинный. Я ведт сейчас всё отлично понимаю. И мне хочется, чтобы всё было иначе. Я наконец счастлив с кем-то, но…

– Пообещай мне, что у неё не будет повода для слёз, Нико.

– Не могу. Я могу дать слово, но сдержать его будет проблематично. Мы ведь скоро уходим с Даргулом и…

– Вот оно что, – понуро опускает плечи Алира. – Я понимаю, что ты не мжешь не идти. Танат рассказл мне и остальным, что стоит на кону. Мы даже смирились с тем, что как Вестники не смоем его покинуть. Пока он все не наладит. Не все же…

Да, это было одно из нововведени ивого мира. Его вестники служат четеры местных оборота. Потом они могут или остаться или уйти туда, куда уйдет части из них. Просто мы на войне и миру нужны защитники. Плюс такое требование отсеяло лишних кандидатов. Насколько мне известно, если не считать мои копии, у Таната уже почти два десятка Вестников.