Текст книги ""Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Мария Геррер

– Да где у вас такие зарплаты? Максимум триста рублей ведущий инженер получает! – возмутился американец.

– Ну так я председатель совета директоров в двух компаниях с окладом тысяча рублей – вот и сложите их вместе – предложил я.

– Как председатель совета директоров? У вас есть советы директоров? – удивился американец.

Глава 23

– Ну да, контрольные пакеты акция в этих компаниях принадлежат мне, поэтому я и возглавляю советы директоров – пояснил я, внутренне смеясь над американцем, который плохо знает современные реалии СССР.

– Так вы еще и дивиденды по акциям получаете? – американец смотрел на меня круглыми глазами.

– Да, получаю, примерно по тридцать миллионов рублей ежегодно – ответил я.

– Мне надо связаться с начальством – подскочил американец и оставил меня в одиночестве. Но я понимал, что скоро придут люди, которые знают обо мне все, которые и дали команду меня задержать, и начать эту канитель с вербовкой.

Ждать пришлось сутки – видимо эти люди прилетели из США.

– Я Джеф Коллинз, представляю правительство США. Валерий Иванович, наш правительство предлагает вам принять гражданство США и трудиться на территории нашей страны, вам тут будет свободнее оперировать своими капиталами, чем в СССР – сходу начал свою агитацию он.

– Меня и в СССР ничего не ограничивает – усмехнулся я. – Пора заканчивать этот цирк и выпускать меня, этот ваш поступок плохо отразится на моем отношении к США.

– Ну зачем вы так, мы стараемся просветить вас по части выгоды приобретения гражданства США – заюлил американец.

– И что, вы весь наш самолет вербуете в граждане США? – усмехнулся я.

– Да нет, что вы! Вы особый случай, остальные уже находятся в СССР, кроме пилотов – ответил Коллинз. – С пилотами разбираются турки. Власти СССР требуют выдать второго пилота, который угнал самолет, турки не хотят.

– А меня выдать разве не требуют? – усмехнулся я.

– Ну как же, требуют, но мы сообщили, что вы решили остаться в тут и попросили политического убежища в США. Так что у вас по сути выбора нет – ухмыльнулся Коллинз.

– Выбор всегда есть. У меня нет мотивов просить у вас политического убежища. Я богат и успешен в СССР – хмыкнул я.

– Ну вы забываете, что и в СССР есть проблемы, не даром в прошлом году был подавлен мятеж недовольных реформами – ухмыльнулся Коллинз. – Вот вы, как человек сочувствующий этим людям, не можете жить в стране, где несогласных убивают.

– Ну так эти несогласные как раз позиционировали себя как истинные коммунисты и ярые противники США и капитализма вообще. И не забывайте, что эти не согласные взялись за оружие, чтобы убивать не согласных с ними – усмехнулся я. – И чего это сторонник истинных коммунистов, сам является по их понятиям капиталистом, стал просить убежища в США?

– Ну кто об этом сейчас вспомнит – ухмыльнулся Коллинз. – Главное, что есть оппозиция и ее сторонники, вот вы, например.

Так продолжалось несколько суток – я уже начал терять счет времени, у меня не было ни часов, ни календаря. После очередного ужина меня потянуло в сон и проснулся я не скоро, с гудящей головой, как с похмелья.

После завтрака ко мне пришел офицер ЦРУ Джек Нильс – так он преставился и сообщил, что я нахожусь на военной базе Гуантанамо на Кубе. Меня туда доставили, чтобы обеспечить мою безопасность, по их словам.

– Мы предлагаем вам принять гражданство США и поселиться на постоянное жительство в нашей стране! – напыщенно предложил он.

– Да зачем мне это? Вы похитили меня с целью выкупа? – задал я ему провокационный вопрос.

– Мы вас не похищали, вас перевезли на эту закрытую для гражданских лиц территорию для обеспечения вашей безопасности! – ответил Нильс.

– С целью недопущения до меня консульских работников СССР если быть точнее, и журналистов – усмехнулся я.

– Вам могли угрожать! – ответил Нильс.

– Пока вы мне угрожаете, а точнее держите меня в неволе, похитив меня из Турции. По законам США это тоже является преступлением! – давил на него я.

– Я не в курсе того, как вас сюда переместили, мне известно только то, что вас сюда переместили по распоряжению руководства ЦРУ. Поэтому это не может быть похищением – ответил Нильс.

– То есть если ЦРУ похищает человека, то это не похищение, а просто шутка? – издевался я над ним.

Хотя в моем положении скорее всего они надо мной издевались, предлагая миллионеру бросить свои капиталы и переехать к ним без рубля за душой. Все мои деньги за рубежом были под контролем КГБ и других спецслужб, так что я ими не смогу воспользоваться без их разрешения. Ну за исключением своего миллиарда долларов, заработанных на спекуляциях золотом и серебром. В это были вложены официальные доходы от продаж книг, лицензий на патенты и прав на экранизацию книг. Да и не в деньгах дело – нечего мне там делать в США. У меня в СССР все налажено, есть большой дом – сам себе завидую, поместье в Крыму – опять себе завидую, в прежней жизни у меня такого не было. А тут эти придурки меня агитируют все бросить – с какой целью? Я что – на мазохиста похож? Идиоты! Да похоже, что они даже не знают, что у меня и в США есть свой банковский счет! И очень немаленький!

– Нильс, в общем я свой ответ дал – я не собираюсь переезжать на постоянное жительство в США, мне в СССР гораздо комфортнее. Так что не будем терять время на эти разговоры. Вы меня изолировать от всякой информации, это с моей точки зрения также является преступлением против личности и личной свободы – решил я завязать с этими разговорами. – Я еще буду преследовать вас и правительство США в судебном порядке, вы компенсируете мне не только моральный ущерб за мое похищение, но и убытки от остановки моего бизнеса в СССР и США! А это, уверяю вас, очень крупные суммы, десятки миллионов долларов! – выдал я ему под конец своей речи.

Меня оставили в относительном покое. Прошла неделя, раз в день ко мне приходил Нильс и начинал свою канитель про переезд в США, я отмахивался от него, как от назойливой мухи. Но у меня так же не было никакой информации о том, что творится за пределами моей камеры.

Интерлюдия

– Здравствуй Михаил! Вот прибыла из Крыма – устало улыбнулась Ольга коменданту санатория подполковнику Кулибину. – Через полчаса зайдите ко мне – я подготовлю письмо Цвигуну – передам слова обращения Крапивина к нему, которые он мне передал перед своим захватом, в первую очередь не верить сказкам, что он хочет попасть на Запад.

– Да я тоже думаю, что это абсолютная ложь! Отсюда бежать? С какой целью? Миллионеры не убегают – согласился Кулибин. – Хорошо, я зайду к вам через полчаса.

Ольга прошла в кабинет Крапивина, там сидели его помощники – Вадим и Лёля. Она поздоровалась с ними и попросила их выйти, оставить ее одну.

– Ребята, мне нужно письмо подготовить для Цвигуна – сказала она.

Секретари вышли из кабинета, а Ольга включила компьютер и начала набирать письмо, уже привыкла на компьютере работать быстрее, чем авторучкой.

Через полчаса письмо было написано, распечатала его и подписала, запечатала в конверт. Зашел Кулибин, она передала ему конверт – Михаил, его надо срочно доставить Цвигуну.

– Не беспокойтесь Ольга Викторовна, сейчас же отправлю с курьером. Возможно, он сам захочет встретиться с вами для разговора – пообещал подполковник и отбыл к себе.

Через два часа он зашел к Ольге, она была в своей квартире.

– Ольга Викторовна, Степан Кузьмич хочет с вами побеседовать – я могу вас отвезти к нему – сообщил Кулибин.

– Я готова – сказала Ольга. Она к этому времени успела принять ванну и переодеться в свежую одежду.

Через час она беседовала с Цвигуном.

– Ольга Викторовна, прошу дословно передать слова Крапивина – попросил он.

– Когда стало известно, что самолет захвачен и полетит в Турцию, Валерий Иванович тихо сообщил мне об этом и попросил вам передать следующее.

Первое – что у него нет никакого желания оставаться на Западе, поэтому не верьте сообщениям об это, и даже если он об этом сам будет говорить, вероятно под воздействием медицинских препаратов. Нет у него такого желания.

Второе – заблокировать поставки головок для винчестеров и микропроцессоров Зет-486 на Запад, в США пока он не вернется в Москву. Это будет стимулировать американцев вернуть его в Москву.

После этого он попросил меня поменяться платьем с сотрудницей КГБ и пересесть на ее место, чтобы на него не давили через меня. А мне сказал, чтобы я говорила о том, что лечу в отпуск одна без сопровождающих. Его я знаю – мой сокурсник и босс, но не более того. Мы в туалетной комнате поменялись платьями с Оксаной, я села на ее место. Поэтому ко мне не было никакого особого внимания от турков и американцев – вместе со всеми посадили на наш самолет и мы улетели в Москву.

– Наших сотрудников тоже оставили, не отпустили – сообщил Цвигун. – Спасибо, что передали мне сообщение от Крапивина, оно очень важное. Мы действительно сейчас заблокируем поставки микропроцессоров и головок для винчестеров в США, у них встанет производство персональных компьютеров. Микропроцессоры Зет-486 они сами не производят, лицензию на них вы еще не передавали, как и на головки винчестеров – это, кстати, предвидение Крапивина, что не стоит отдавать полностью в чужие руки производство винчестеров. Сами американцы пока не могут производить эти головки – слишком мудрёная технология у них. Что они производят – получается на порядок хуже наших. Если что от меня потребуется лично для вас – звоните или напишите письмо – его быстро доставят ко мне.

– Крапивина освободите, для меня этого будет достаточно – устало проговорила Ольга.

– Мы уже занимаемся этим. Похоже, что эта операция была инициативой спецслужб США, они не поставили правительство в известность. Это позволяет надеяться на быстрое решение вопроса – пообещал Цвигун. Он проводил Ольгу в приемную, где ее ждал подполковник Кулибин. Они вместе вернулись в санаторий «Лесная сказка».

Интерлюдия. К абинет генерального секретаря ЦК КПСС Брежнева.

– Товарищи, поступило сообщение от Ольги Крамер, девушки Крапивина, с которой он летел отдыхать в Крым. Она передала его слова, которые он велел передать мне, когда узнал, что самолет захвачен и будет садиться в Турции – у него нет намерений оставаться на Западе, и чтобы мы не верили сообщениям об этом, даже если он заявит об этом сам под воздействием каких-то препаратов. И еще он попросил заблокировать поставки на Запад микропроцессоров Зет-486 и головок для винчестеров, пока он не вернется в Москву. Так что я считаю волноваться насчет того, что он переметнется к нашим противникам не стоит – сообщил Цвигун. – Я отдал распоряжение таможне и пограничникам по этому поводу, поставки заблокированы.

– Насчет его желаний у меня нет сомнений – вздохнул Брежнев. – Но вот под воздействием препаратов он может проговориться…

– И что он опасного может сообщить нашим противникам? – спросил Лигачев. – Все его предсказания о будущем, по сути, он уже сделал, и мы, играя на опережение, уже много чего изменили. Дальше его предсказания сродни фантастике.

– В области техники он еще нам не все выложил… – вздохнул Андропов.

– Ну как я понимаю, это же не просто так брякнуть – вот я знаю, какие танки будут через пятьдесят лет. Или какие микропроцессоры – их же требуется кропотливо воссоздавать своим трудом, чем он и занимается на своих предприятиях – высказался Лигачев.

– А ведь точно – технические данные просто так не используешь – поддержал его Цвигун. – Да и не было у него никаких таких знаний, которые бы позволили по щелчку пальцев что-то кардинально улучшить. Только тяжким трудом и последовательно. Вот те же микропроцессоры – не сразу стали производить Зет-486, сначала Зет-80, плюс к этому технологии отрабатывали годами, увеличивали плотность компоновки транзисторов. Наше ведомство курировало эти программы, поэтому я хорошо представляю эту тему. У них сейчас завершена разработка Зет-586 и идет постановка на производство. Трудностей уйма, связано это с предельными параметрами новых технологических процессов в микроэлектронике. Так что в этой области он точно ничего не сможет при всем желании парой фраз передать. А для того, чтобы годами работать над этим нужно желание.

– Беспилотники, которые уничтожили танковую дивизию мятежников – вздохнул Брежнев.

– В МАИ в студенческом конструкторском бюро разрабатывают беспилотные летательные аппараты, в том числе и по заказам Министерства обороны – усмехнулся Лигачев. – Тема не секретная. Ну сообщит Крапивин, что у нас имеется на вооружении тридцать беспилотников, способных нести шесть противотанковых бомб весом полтора килограмма, в чем изюминка? Да и у мятежников уничтожали-то в основном не танки, а системы ПВО, связь и штабные машины – лишили их защиты с воздуха и управления. А самих танков-то штук пять уничтожили, чтобы заторы создать. Да вся эта операция строго засекречена – ее проводило ГРУ, а они не болтливы. Для всех известно, что был мятеж и он был подавлен.

У американцев у самих имеются беспилотники. Правда не такого качества и без аккумуляторов. Но опять же – надо поставить на производство эти аккумуляторы по нашей лицензии, которая запрещает их использование в военной сфере. Потом постоянные магниты для электродвигателей – опять наши патенты на способы их производства. Ну а про систему управления я вообще молчу – Крапивин задал только технические требования к ней, а ее разработкой занимался коллектив ученых и инженеров.

– Тогда, по сути, у нас уже нет смысла его держать невыездным? – усмехнулся Брежнев.

– После того, как вернем домой – никакого – высказался Цвигун.

– Пусть наслаждается жизнью в полной мере – поддержал его Андропов. – Кроме американцев он вряд ли кому интересен, технический уровень у остальных гораздо ниже.

– Ну я бы пока воздержался отпускать его за рубеж одного – высказался Лигачев. – Только в составе делегации и с дипломатическим паспортом.

– Не думаю, что ему теперь захочется там бывать, после похищения – сказал Цвигун.

– Ну ладно, вернемся к этому вопросу, когда Крапивин вернется домой, и когда он сам захочет посетить заграницу. Тогда и обсудим этом вопрос – подвел итог совещания Брежнев. – Наш МИД штурмует госдепартамент США, чтобы освободили Крапивина. Посол Добрынин через день там бывает – вручает очередные ноты, созывают пресс-конференции, обличают похитителей. Так что теперь это подкрепим материальными мерами по блокировке поставок – сразу прочувствуют на своей шкуре, каково с нами связываться.

Интерлюдия. Вашингтон, две недели спустя.

– Грег, ты куда нас втянул? Ты зачем похитил Крапивина? Нас постоянно теребит посол СССР, они на весь мир обвиняют нас в похищении человека – спросил президент Форд директора ЦРУ Чейни.

– Господин президент, мы не могли упустить такой благоприятный момент, чтобы не попробовать перетянуть на нашу сторону знаменитого изобретателя – ответил Чейни.

– Ну и что теперь? Перетянули? – зло зыркнул на него глазами Форд.

– Мои сотрудники немного перегнули палку, как это говорится в русской пословице. Они оказывается совсем не знают реалии в СССР. Они мыслят стереотипами прошлого, поэтому и совершили ошибку. Крапивин в СССР миллионер, у него крупное поместье под Москвой, он владеет двумя крупными предприятиями по производству микроэлектроники и вычислительной техники суммарной стоимостью порядка миллиарда долларов, имеет поместье в Крыму. В общем не стоило его вообще трогать – нет у него мотивов получать гражданство США, он и в СССР как сыр в масле катается – ответил Чейни.

– Ну вот Грег, у нас на бирже назревает крах предприятий, которые производят персональные компьютеры. Заморозка поставок комплектующих для них из СССР привело к остановке десятка предприятий, цены на новейшие персональные компьютеры подскочили в два раза и это еще не предел. В общем убытки огромные, и за это кто-то должен ответить, и не только твои сотрудники – сказал Форд, смотря в глаза Чейни.

Глава 24

– Я вас понял господин президент. Я подам в отставку, а перед этим уволю всех причастных к этой операции сотрудников – сказал Чейни.

– И в своем заявлении об отставке сделаешь упор на то, что эти сотрудники вводили тебя в заблуждение, о том, что Крапивин изъявил желание остаться в США – уточнил Форд.

– Я все понял господин президент. Разрешите идти? – спросил Чейни вставая.

– Идите, надеюсь, что к вечеру вы все выполните и Крапивин будет доставлен в посольство СССР – вздохнул Форд, понимая, что теперь и он оказался замазан в это дерьмо.

Вашингтон, посольство СССР

– Анато́лий Фёдорович Добры́нин – представился мне наш посол, когда я зашел на территорию нашего посольства. Меня встречала представительная делегация руководства посольства.

– Здравствуйте Анатолий Федорович, здравствуйте товарищи – поздоровался я. – Рад, что наконец освободился из застенков ЦРУ – улыбнулся я.

– Пройдемте в нашу местную гостиницу на территории посольства, там вы сможете отдохнуть и привести себя в порядок – сказал посол и меня проводили в гостиницу, в номер люкс – я сразу понял, он был как трехкомнатная квартира, обставлен дорогой мебелью. Я прошел сразу в ванную, принял душ, одел халат, переоделся в свежую одежду, которую мне заботливо предоставило посольство.

Я устал от безделья в тюрьме ЦРУ, поэтому, не теряя времени прошел в посольство и попросил первого встреченного сотрудника проводить меня к послу. Тот незамедлительно принял меня.

– Анатолий Федорович, я устал отдыхать в тюрьме ЦРУ на Кубе, поэтому хочу заняться делами, у меня в США их теперь накопилось немало. Надо, чтобы США заплатили как следует за мое похищение. Американцы оказывается были не в курсе, что я являюсь резидентом США, и меня тут огромные активы. Иначе бы трогать не решились бы. В общем мне нужен загранпаспорт, я проведу одну-две недели в Нью-Йорке, утрясая эти дела. Паспорт, конечно, лучше бы дипломатический, но пойдет и обычный. И еще, мне пришлось прервать намеченный отдых с моей невестой, Ольгой Крамер. Прошу вас оформить ей дипломатический паспорт и отправить ее в Нью-Йорк в сопровождении сотрудников МИД, желательно мужчину и женщину, я оплачу их командировку и все затраты, включая номера для них в той же гостинице, в которой будем жить мы с Ольгой – выдал я свои пожелания.

– Я получил уже распоряжение из Москвы, завтра для вас будет готов дипломатический паспорт, и мы передадим его в Госдепартамент для получения визы для вас. Насчет вашей невесты Ольги Крамер я сейчас же отправлю запрос в наш МИД, я сам не могу решить этот вопрос – ответил Добрынин. – Еще будут пожелания?

– Да, пожалуй, все – я буду работать из номера, телефон в нем подключен к городской сети? – спросил я.

– Да, можете звонить с него в США и в СССР – ответил посол. – Я думаю, что и вам начнут скоро звонить. Для связи с руководством СССР у нас имеется ЗАС.

– О! Давайте я позвоню Цвигуну, попрошу его помочь оформить документы на Крамер – сказал я и посол проводил меня в кабину ЗАС. Я поднял трубку и попросил оператора соединить меня с Цвигуном.

– Здравствуйте Степан Кузьмич! Это Крапивин, уже на свободе, в посольстве – сказал я. – Вот хочу поделиться с вами планами и согласовать свои действия.

– Рад вас слышать! Мы приложили много сил, чтобы добиться вашего освобождения – сказал Цвигун. – У вас есть предложения?

– Да, поставки микросхем и головок пока продолжайте блокировать, как мы и договаривались, до тех пор, пока я не вернусь в Москву. А я предприму тут ряд действий финансового характера, чтобы получить возмещение за свое похищение от США. Это и иск против правительства США, ну и ряд действий на бирже. На это у меня уйдет недели две, у меня нарушились планы по поводу отпуска с моей невестой в Крыму, я хочу это компенсировать отдыхом в Нью-Йорке, прошу оформить ей дипломатический паспорт и отправить ее в США в сопровождении сотрудников МИДа, желательно мужчины и женщины. Все расходы по их командировке я беру на себя – ответил я.

– Хорошо Валерий Иванович. Мы на Политбюро уже обсуждали проблему ваших выездов за рубеж, но теперь ограничения не имеют смысла. Но только с дипломатическим паспортом и в сопровождении сотрудников МИД – вы, собственно говоря, сами об этом просите. Так что ваша просьба будет исполнена, скорее всего завтра вечером Ольга Крамер и сопровождающие ее сотрудники МИД вылетят в Нью-Йорк – ответил Цвигун.

– Хорошо, свои действия на бирже я буду координировать непосредственно с сотрудниками Пивторанова – сообщил я.

– Желаю хорошо отдохнуть! – попрощался Цвигун.

– Так, этот вопрос был решен. Теперь надо связаться со своим брокером на Нью-Йоркской фондовой бирже – размышлял я. Недолго думая, ушел в свой номер и набрал номер брокера.

– Привет Стив! Есть для тебя работа! – поздоровался я. – Надо закупить акции предприятий, которые производят компьютеры – они сильно упали в цене?

– О! Раз в пять! – ответил Стив. – Акции АМД до вашего похищения торговались по пять долларов за штуку, теперь их покупают по доллару, как началось падение, мы их сразу скинули.

– Сколько на рынке таких акций? Смогу я купить контрольный пакет? – спросил я.

– Капитализация АМД была около пятнадцати миллиардов долларов, сейчас соответственно упала до трех миллиардов, на рынке имеется две трети, но у вас не хватит средств для закупки контрольного пакета – ответил Стив. – Да и не требуется контрольный пакет для управления фирмой, для этого будет достаточно десяти процентов акций – ответил Стив. – В этом случае у вас будет самый большой пакет акций. Ваш пакет акций, пять процентов, я продал, когда услышал о прекращении поставок комплектующих, сохранил ваши деньги. После этого они в течение двух недель скатились до минимума.

– Хорошо Стив, понял тебя насчет АМД. А как обстоит дела у фирм Сигейт и Вестерн Диджитал? – спросил я.

– Ха, еще хуже! Если АМД может выпускать компьютеры на 386 процессорах, то Сигейт и Вестерн Диджитал без ваших головок могут выпускать винчестеры на порядок меньшей емкостью, которые практически не пользуются спросом. Поэтому их акции упали в десять раз, с двух с половиной долларов до двадцати пяти центов за штуку! – ответили Стив.

– А какая капитализация у Сигейт и Вестерн Диджитал? – спросил я.

– Была по десять миллиардов, стала по одному миллиарду долларов – ответил Стив.

– Значит по половине Сигейта и Вестерн Диджитал мы купим без проблем? – спросил я.

– Без проблем – подтвердил Стив.

– Ну тогда распределим закупки так – по пятьсот миллионов на акции Сигейт и Вестерн Диджитал, и пятьсот миллионов на акции АМД – решил я.

– Я правильно понимаю, что скоро производство восстановится? – вкрадчиво спросил Стив.

– Будем надеяться на это – уклончиво ответил я. – Покупайте акции мелкими партиями, чтобы не привлекать внимание – попросил я.

– Обижаете Валерий! Это наша работа – ответил Стив.

– Ну я просто страхуюсь – извинился я и попрощался.

Затем я связался по ЗАС с Москвой, с брокером от «Фирмы» Пивторанова. Объяснил ситуацию с акциями АМД, Вестерн Диджитал (ВД) и Сигейт, с другими производителями компьютеров в США, сообщил о своих действиях, чтобы они были в курсе, кто еще будет скупать акции этих компаний. Указал, что Сигейт и ВД я практически весь скуплю, а вот на АМД у меня только пятьсот миллионов уйдет, на больше просто нет денег. Поэтому хочу, чтобы за мои деньги под их управлением они выкупили акций АМД на пятьсот миллионов, остальные пятьсот миллионов использовали для спекуляций акциями других компьютерных компаний.

– Большая игра началась господа хорошие! – потирал я руки в азарте.

Нью-Йорк

Через два дня я вылетел в Нью-Йорк с дипломатическим паспортом в сопровождении сотрудника посольства. В Нью-Йорке я снял президентский номер в Метрополе, сам встретил Ольгу в аэропорту имени Джона Кеннеди. Оттуда мы на лимузине проехали в отель. Там же были сняты номера для сопровождающих Ольгу двух сотрудников МИДа – мужчину и женщину, мы с ними познакомились в аэропорту, Вероника Симонова и Александр Бреднев.

Ольга буквально прилипла ко мне, не на минуту не отпускала от себя. Мы прошли в машину, лимузин тронулся, и мы поехали по улицам Нью-Йорка. Но Ольга почти не смотрела по сторонам, все на меня не могла насмотреться, как и я на нее.

В отеле мы поднялись в номер, Оля приняла душ, и мы слились с ней в экстазе в огромной постели, на которой можно было лежать в любом направлении. После трех раз мы утолили свой голод в сексе, я заказал в номер обед. Мы в халатах сидели за столом и уплетали деликатесы, Ольга проголодалась после длительного полета.

– Крапивин, ты просто волшебник! Привез девушку в Нью-Йорк, в шикарную гостиницу, кормишь деликатесами! Я просто боюсь проснуться! – сказала Ольга, садясь ко мне на колени.

– Ты просто офигительно хорошенькая девушка, я просто тащусь от тебя – сказал я, распуская поясок от ее кружевного халатика, и стал гладить ее восхитительные груди, ножки. Мы опять переместились на кровать и предались любовным утехам.

После жаркой встречи в постели я прижал ее к себе с обожанием, на какое был способен.

– Оля, роди мне мальчика и девочку – попросил я подругу, взяв ее за талию и прижав к себе, целуя ее в губы, ушки, шейку. – Ну я согласен и на двух мальчиков или на двух девочек, в общем роди мне два ребенка – попросил я, смотря ей в глаза.

– Как это? – удивленно спросила она, смотря мне в глаза, вжавшись в меня, притягивая меня к себе руками.

– Ну просто Оленька, выходи за меня замуж и роди мне двух малышей – попросил я, прижимая ее к себе.

– Я… Я… Я согласна! – сказала Ольга и прижалась щекой к моей груди, обвив мою шею руками. – Я об этом всю жизнь мечтала, как увидела тебя! – неожиданно заплакала она.

– Ну что ты Оленька, просто время пришло нам пожениться и создать семью – сказал я и прильнул к ней своей головой, ощущая огромную волну тепла, растекающуюся в моей груди.

– Я твоя навечно! – прошептала Ольга и мы слились в поцелуе.

На следующий день мы поехали по магазинам, у местных это шопингом называется. Начали с ювелирного, я купил своей невесте обручальное кольцо с бриллиантом за пятьсот тысяч долларов, Ольга закатила глаза, говоря мне – нафига ей такие драгоценности!

Но, впрочем, это было не долго, она тут же подобрала к этому кольцу серьги и кулон с бриллиантами, это еще в семьсот тысяч обошлось. Невеста была довольна, поехали по дорогим бутикам, закупая ей всякую всячину, я ей подсказал, чтобы она купила чего-нибудь для Вероники Симоновой, которая сопровождала ее и фотографировала нас на память возле разных достопримечательностей. Мы же с Александром Бредневым просто ожидали, когда дамы насытятся покупками, я дипломатам выдал по две тысячи долларов на карманные расходы. Миллиардер я или кто?

На это у нас ушло полдня, потом мы вместе пообедали в ресторане, после этого вернулись в отель. Ольга начала примерять купленное нижнее белье, и мы опять очутились в постели. Ну как такую красоту можно пропустить мимо своей постели?

На следующий день у нас было несколько экскурсий по Нью-Йорку, катались по знаменитым местам, посмотрели на золотого быка. Я тут же вспомнил о своих делах.

Потом фотографировались у разных достопримечательностей.

В общем утомились от этой экскурсии изрядно. После экскурсии завалились спать – устали изрядно. Проспали пару часов, кинулись друг на друга, успели соскучиться. Потом заказали столик в ресторане, спустились поужинали.

Утром я занялся делами, Ольга отдыхала после вчерашний приключений. Я созвонился с брокером – он сообщил, что уже сделал закупки на четыреста миллионов акций по обеим компаниям, еще неделя и план будет выполнен.

Я попрощался с ним и спросил Ольгу – какие будут пожелания. А пожелания у нас были сходить на концерт Миланы Ложкиной, который она давала в Метрополитен. Желание женщины закон для мужчины – заказал билеты в ВИП-ложу. После концерта встретились с Миланой, пообщались с ней, сделали фотографии на память.

В общем провели мы эту неделю как полагается миллионерам, посещая знаковые мероприятия в Нью-Йорке, утомились в общем от такого активного отдыха. Ольга первой заявила, что хочет домой, и мой брокер сообщил, что акции выкуплены на полную сумму, их оказалось даже больше за счет дальнейшего падения котировок. Можно было теперь играть на повышение. Мы вылетели в Москву в конце августа, по прилету занялись делами. У Ольги на фирме их было завались, она включилась в работу и приезжала домой после восьми вечера. Она переехала ко мне домой, я ей сказал, чтобы сама занялась свадьбой. Мы с ней в первую же неделю после приезда подали заявление о регистрации брака в Зеленоградский ЗАГС, в конце сентября можно будет играть свадьбу.

Ну а я сразу по прилету дал разрешение отменить запрет на экспорт 486 микропроцессоров и головок для винчестеров, застрявшие на таможне контейнеры сразу ушли адресатам. У поставщиков, которые не прекращали работу, скопились головки для винчестеров и 486 микропроцессоры, предназначенные для американского рынка. Они тоже с ходу стали самолетами отгружаться их в США. Через неделю началась сборка винчестеров на наших головках и персональных компьютеров на 486 микропроцессорах. Акции этих компаний потихоньку поползли вверх. Через полтора месяца они вернулись к прежним значениям, но рост продолжался, поскольку накопился спрос на персональные компьютеры, его надо было удовлетворять и заводы работали с повышенной нагрузкой, пуская в ход накопленные за два месяца простоя комплектующие из СССР. К декабрю котировка акций превысила докризисную в два раза, и я дал команду продавать половину акций Сигейт, ВД и АМД. Продажи шли два месяца, котировки упали на десять процентов, и когда этот пакет акций был распродан, мое официальное состояние увеличилось на десять миллиардов долларов. Плюс у меня были в руках контрольные пакеты акций трех компаний, которые приносили хорошую прибыль. Ну и через «Фирму» Пивторанова мой миллиард долларов превратился в десять миллиардов, который был размещен на офшорных счетах. Так мое похищение обогатило меня на огромную сумму в двадцать миллиардов долларов. Как говориться не было бы счастья да несчастье помогло.

Мы как полагается сыграли шикарную свадьбу, которую устроили в ресторане ЦДЛ. На нее пригласили группу «Самоцветы» и все группы, связанные с ними, наших инженеров-разработчиков, с кем я работал. Ольга пригласила со своей стороны сослуживцев, ну а также своих родителей. Моя мама прилетала со своим новым мужем – у нее все хорошо, живет в Алма-Ате, в своем большом доме. Генерал-полковник Петров был в парадной форме, как и обещал. Посетил свадьба с кратким визитом Лигачев, наш будущий генсек, вручил нам памятный подарок от Политбюро ЦК КПСС. Но это был только старт визитов, следом за ним посетили свадьбу с подарками Устинов и Гришин, а в самом конце наведался Цвигун с подарком от КГБ СССР. Все подарки были памятными, картины, фотографии с автографами, все знали о моем огромном состоянии, поэтому старались сделать подарки именно на память о таком событии.