Текст книги ""Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Мария Геррер

Глава 31

Вечером Генрих разбирал документы у себя в кабинете. Он привез их с завода, чтобы поработать дома. Работа не клеилась, и документы одерживали над ним убедительную победу. Барон в очередной раз безуспешно попытался сосредоточиться на бумагах, но другие мысли обуревали его.

Вчера утром его чуть не убили. Он мог умереть от руки восторженного юнца, которому лично ничего плохого не сделал. Не от опасной и безжалостной ведьмы, не в сражении, а так банально и глупо.

Пуля в лоб за «поруганную» честь дорогой содержанки. Ладно бы из-за Екатерины. Тут он и правда виноват – оболгал невинную девушку. Хотя бы есть за что…

И какая ирония судьбы, они оба любовники графини Рокотовой. К счастью, он уже бывший. Да и Алексей в ее постели тоже долго не задержится. Он был нужен ей только для одной цели. На Екатерину он руку никогда и ни за что не поднимет. Это должно быть очевидно даже Полине.

Давно надо было расстаться с этой змеей. Он же всегда знал, что из себя представляет графиня Рокотова. Если бы не его пустое тщеславие… Ну как же, все на них смотрят, все мужчины ему завидуют! Какая божественная женщина, какая великолепная пара!

А этого дурачка графиня использовала очень ловко. В постели она неподражаема. Алексей наверняка потерял голову от такой роскошной женщины.

Вряд ли Полина на этом остановится. Что делать? Пригрозить ей? Запугать? Пообещать убить или изуродовать? Блеф, конечно… Но стоит попробовать.

Неожиданно в дверь постучали и, не успел он ответить, как в комнату порывисто вошла Екатерина.

– Почему вы не сказали мне правду? – с порога начала она. Ее голос срывался. Было заметно, что она сильно взволнована.

– Что с вами? – Генрих был удивлен. – О чем вы говорите?

– Почему не сказали, что вас хотел убить Алексей? – В ее глазах стояли слезы.

– Он был просто оружием, которое направляла Полина. Наивный и восторженный борец за правду. Не судите его строго, будьте к нему снисходительны. – Барон продолжил перекладывать бумаги на столе, не понимая волнения девушки. – Не стоит так переживать по пустякам!

– Этот наивный и восторженный борец едва не вышиб вам мозги! – закричала девушка. – Как можно так спокойно говорить об этом?!

Она безвольно опустилась в кресло, закрыла руками лицо и расплакалась, как ребенок.

– Но не вышиб же… – попытался успокоить девушку барон, оторопев от ее реакции и растерявшись от слез Екатерины. – Вы сами намедни мечтали ударить меня напольной вазой… – он по-доброму улыбнулся, надеясь отвлечь ее от грустных мыслей.

– Прекратите валять дурака… – она продолжала тихо и безутешно плакать.

– Не переживайте за него, он не способен убивать. Это не так легко… Ваш Алексей не станет душегубом, поверьте. – Генрих протянул ей платок.

Она резко вырвала его из рук барона и со злостью начала вытирать слезы:

– А вы не думали, что я переживаю из-за вас?

Она была сердита и походила на нахохлившуюся птичку.

Генрих опустился на колени перед ее креслом и внимательно посмотрел ей в глаза.

– По правде говоря – нет. Вы же не можете простить мне мою аферу… – он был искренне удивлен ее заявлением.

– Не могу и не прощу… Но это не значит, что вы должны выгораживать моего друга и щадить мои чувства. И это не значит, что мне все равно, живы вы или нет.

– Приятно и неожиданно слышать это из ваших уст… – фон Берг был растерян и тронут.

Слезы Екатерины не были похожи на истеричные и капризные слезы его любовниц. Они его не раздражали, а вызывали искреннее сочувствие. Даже холодному сердцу хочется немного тепла. Милая и наивная девочка. Нашла кого пожалеть…

Что-то теплое, легкое и незнакомое шевельнулось в его холодной душе. Ему захотелось сохранить это трепетное чувство вдали от посторонних глаз.

– Не воображайте себе ничего лишнего, – сквозь слезы проговорила девушка. – Но я правда не хочу, чтобы с вами что-то случилось…

– Все будет хорошо. Не плачьте… Похоже, мы начинаем становиться друзьями. Я бы этого, во всяком случае, непременно хотел. Вы мне очень симпатичны – просто, без всяких подоплек и двойного смысла. – Он бережно взял ее руку и от всего сердца попросил: – Не расстраивайтесь так…

– Если хотите, чтобы мы стали друзьями, не скрывайте от меня правду. Никакую. Вы сами все время повторяете, что надо доверять друг другу.

– Ну как я мог сказать вам, что ваш друг детства едва не убил меня? Вы бы мне поверили? – его голос звучал мягко и доверительно.

– Думаю, что да… Хотя не знаю… – она задумалась.

– Вот видите…

Девушка улыбнулась сквозь слезы:

– Я веду себя глупо и непоследовательно, как дурочка…

– Вовсе нет. Вы ведете себя естественно, и это прекрасно, – он говорил искренне.

– Не можете без комплиментов? – она потупилась и слабо улыбнулась.

– Это не комплимент, это правда, – фон Берг смотрел на нее с нескрываемой теплотой.

Девушка почти успокоилась и попросила:

– Обещайте, что будете осторожны.

– Обещаю, – Генрих улыбался, глядя на нее. – Вы чудо! Невозможно вам ни в чем отказать.

Екатерина улыбнулась ему в ответ:

– Вы мне тоже симпатичны, несмотря на то, что вы часто врете и склонны к аферам.

– А я сказал Магистру, что вы склонны к авантюризму…

Она невольно рассмеялась:

– Похоже, это правда! Наставник и его ученица стоят друг друга…

* * *

Генриху надо было дать некоторые указания Егору. Он предложил Екатерине немного пройтись. Егор что-то разбирал в автомобиле. Это удивило Екатерину. Кучер, который что-то понимает в сложных механизмах?

– Все готово. Можем хоть сейчас ехать, куда вам угодно, – отчитался он барону, вытирая руки, перепачканные маслом. – Неплохо было бы еще проверить колесо, оно меня немного беспокоит…

– Егор, ты умеешь чинить автомобили? – поинтересовалась Екатерина.

– Генрих Александрович не имеет времени обращаться в мастерскую. Пришлось окончить курсы механиков и дальше разобраться самому. А другим совсем не обязательно знать о моих навыках. – Егор гордо улыбнулся. Было заметно, что он доволен собой и ему льстит недоумение девушки.

– Какой ты молодец! – Екатерина не скрывала своего восхищения его талантом механика.

Она решила, что ей не стоит отставать от Егора.

– Вы обещали, что я научусь ездить на автомобиле, – напомнила Екатерина Генриху.

– Зачем откладывать? Но мне надо закончить дела. Егор, ты можешь поучить Екатерину Павловну?

– С удовольствием.

– Прямо сейчас? – обрадовалась девушка.

– Садитесь за руль. – Егор распахнул перед ней дверцу.

– Постарайтесь не разбить автомобиль, – пошутил барон. – Он мне бесконечно дорог, и я его трепетно люблю.

– Я буду первой дамой в городе, которая умеет ездить на этой штуковине, – радостно и гордо произнесла Екатерина.

– Вы будете первой дамой в городе, которая сможет эту штуковину починить, – в тон ей ответил Егор. – Я вас и этому научу.

– Отлично!

Через пару часов фон Берг вернулся на задний двор. Он нашел Екатерину, одетую в перепачканный мазутом бесформенный комбинезон Егора и огромные рабочие перчатки. Машинное масло на лице ее не смущало. Она была совершенно довольна и счастлива.

– У меня появился новый механик, – похвалился Егор, кивая в сторону Екатерины. – Мы совместными усилиями поменяли колесо. От вас, Генрих Александрович, я этого никогда не мог дождаться.

– Зато я хорошо умею выталкивать автомобиль из грязи, если ты это не забыл. Вряд ли у твоего нового механика хватит на это сил.

Егор засмеялся, вспомнив забавный случай.

– Вы тогда здорово перепачкались и напоминали болотное чудовище!

– Зато мы не ночевали в автомобиле, сидя посреди лужи в глухом лесу, – барон тоже рассмеялся, представляя, на кого он был похож со стороны.

– Вы не брезгуете тяжелой и грязной работой, – заметила девушка, снимая перчатки и вытирая чумазое лицо платком.

– Вижу, вы очень довольны. – Генрих с улыбкой смотрел на то, как Екатерина старательно размазывает машинное масло по всему лицу.

– Да, представьте, у меня получается! Я ездила, и у меня все получилось! – радостно сообщила девушка Генриху о своих успехах. – Это так захватывающе! И я ни во что не врезалась!

– Только потому, что я вовремя отнял у нее руль, – наябедничал Егор. – Иначе лишились бы не только вашего автомобиля, но и чугунных ворот в имении.

– Нет-нет! Это не считается, это было в начале! – бурно запротестовала девушка. – А потом все получилось! Ведь правда? Егор меня хвалил! – Она рассмеялась и попросила: – А завтра можно будет повторить?

– Безусловно. Вы меня не перестаете радовать и не перестаете удивлять! – Генрих смотрел на нее с нескрываемым восхищением.

Лед отчуждения между ними таял медленно, но верно.

Глава 32

Приближалось новолуние, а вместе с ним и бал в Дворянском собрании. Екатерина кроме занятий с учителем фехтования теперь осваивала владение ножом с Генрихом. Времени оставалось мало, а ей надо было совершенствовать полученные навыки.

Обучение проходило в поместье в большом зале для фехтования. На первое занятие с бароном она пришла в спортивном костюме, как и к своему тренеру. Барон не без удовольствия смотрел на нее, не в силах отвести взгляд. Это возмутило девушку.

– Не надо меня так откровенно рассматривать! – резко бросила она.

– Вы прекрасно сложены, и трудно это не заметить. Не требуйте от меня невозможного, – то ли серьезно, то ли в шутку произнес Генрих. – Но в следующий раз приходите в платье – ведьма не будет ждать, пока вы переоденетесь. Пора привыкать владеть ножом в реальных условиях, а не в спортивном зале.

Фон Берг вручил ей несколько ножей в кожаных ножнах.

– Подумайте, куда вы будете их прятать, чтобы в случае необходимости легко и быстро доставать. Это вы должны делать автоматически и молниеносно. Кроме того, в указанные дни и ночи вы даже спать должны с оружием. И не забывайте содержать ножи в порядке и проверять остроту лезвий – их надо периодически затачивать. Лезвия окисляются от долгого соприкосновения с воздухом.

– А куда обычно прячут ножи женщины? – поинтересовалась Екатерина.

– Ну, точно не знаю… Зависит от фасона платья, наверное, – в складках юбки, на предплечье. Самое эффективное – за корсаж, как я понимаю. Близко и легко достать. Вам лучше посоветоваться с госпожой Миргородской – она в этих делах опытна и сведуща. Я не очень разбираюсь в таких тонкостях. У меня ножи на запястье и на поясе. Но вам это, возможно, не подойдет, или придется надевать удобное бесформенное платье, как у суфражисток, чтобы скрыть оружие. А мне бы этого так не хотелось, – он улыбнулся.

– Вы всегда успеваете думать о женских формах, или это касается только меня? – саркастически поинтересовалась девушка.

– Простите, не хотел вас задеть… Просто невозможно не любоваться вами. Я говорю искренне. Вы наверняка замечали, как на вас смотрят мужчины.

– Мне некогда замечать такие глупости. Мы сегодня будем тренироваться или я буду слушать ваши льстивые речи? – девушка насупилась.

– Конечно, вы, как всегда, правы и очень благоразумны, – он вздохнул. – Начнем!

После первого занятия барон заметил, что Екатерина очень быстро осваивает приемы. Кроме того, ее сила удара ножом почти не уступает мужской.

– Вы заметили, что ваш удар очень мощный? – спросил он девушку.

– Да, меня это тоже удивляет, – призналась она. – Я не думаю, что настолько сильная. Во всяком случае, я этого раньше никогда не замечала. Это зависит он ножа? Или это что-то другое, как считаете?

Генрих взял ее руку и ощутил сильное тепло ладони.

– Ну вот, похоже, и обнаружился ваш редкий приобретенный дар. Возможно, вы даже сможете лечить руками. Это очень хорошо. Хотя бы частично реализуете вашу мечту стать лекарем. Главное – направляйте вашу способность в нужное русло силой мысли и силой воли. Вы этому научитесь сами – здесь вам никто не поможет. Пробуйте и добивайтесь автоматизма, как и во владении ножом. Помните, нож должен быть продолжением вашей руки. Вы должны его чувствовать, как свою часть тела. А когда к этому прибавите вашу силу – перед вами не устоит ни одна ведьма.

Они занимались много, по несколько часов в день, и сильно выматывали друг друга. Барон требовал от своей ученицы совершенства – ему важно было знать, что она сумеет постоять за себя в любой ситуации. Екатерина не жаловалась, было заметно, что она прикладывала все свое усердие.

Фон Берг старался лишний раз без необходимости не обнимать девушку и не злить ее – это могло сильно вредить занятиям. А если такое и происходило, то только потому, что того требовали упражнения.

Но его неодолимо влекло к ней, хотя он и старался гнать он себя такие мысли. Он и так уже многое невольно изменил в ее жизни. Кто знает, как сложилась бы ее судьба, не приобрети она этот дар? Училась бы в Университете, работала бы помощником врача или провизором. И никаких ножей, ведьм… И его бы рядом не было.

Фон Берг заметил, что девушка начала наконец ему доверять и перестала возмущаться от каждого его вольного или невольного прикосновения.

Барон был очень доволен успехами Екатерины. Он уже почти не сомневался, что она сумеет противостоять ведьме, даже если его не будет рядом. Хотя в глубине души Генрих все-таки надеялся, что свою первую охоту она проведет под его руководством – беспокойство и ответственность за ее судьбу не оставляли фон Берга.

Екатерине требовалось еще научиться владеть собой при виде ведьм и не выдавать свое волнение. При ее эмоциональности это было непросто.

Барон рассчитывал, что на балу он сумеет научить ее и этим навыкам. Он знал, какие из дам высшего общества являлись ведьмами – они были не очень опасны и пока не причиняли никому серьезного вреда.

Генрих не забывал и о Полине – он не сомневался, что графиня не успокоится просто так. Она всегда была на редкость мстительна и зла. Никому не прощала даже незначительной обиды.

Генрих вспомнил, с какой ненавистью Полина каждый раз отзывалась о директоре городского театра – он всего-то не сделал ее примой. А ведь столько лет прошло… Она успела выйти замуж за графа Рокотова и овдоветь. Стала богатой и знатной. А нанесенную ей обиду так и не простила.

Хотя вряд ли графиня решится на еще одно покушение. Но она оставалась опасна в своей непредсказуемости и коварстве.

Фон Берг понимал, что Полина обязательно пойдет на бал. Как она будет себя вести? Опустится до банального скандала? Вряд ли… Графиня будет наносить удары из-за угла – подло и жестоко.

Приближающееся новолуние вызывало сильные опасения у барона, хотя он сам не знал почему. Возможно, это было просто предчувствие угрозы. А возможно, он тревожился за судьбу Екатерины, которая становилась ему все более и более дорога.

Глава 33

В день бала мадемуазель Корде вместе с помощницей и парикмахером приехали на квартиру Екатерины. Они занялись приготовлениями девушки к ее первому серьезному выходу в свет.

Платье сидело на фигуре великолепно. Модистка была очень довольна.

– Прекрасный фасон. Сидит безукоризненно. Вышивка на лифе ненавязчива, похожа на плотный гипюр. Правда, не каждая дама может себе его позволить – корсет не нужен. Злые языки называют такие платья «полуголыми».

– Что же вы мне раньше не сказали? – Екатерина пришла в ужас. – Как я появлюсь в нем на людях, если в свете это считается непристойным? Что обо мне подумают?

– Вам нечего опасаться. В свете это модно. Ни грамма вульгарности. Ваша фигура идеальна. Дамы будут завидовать, мужчины будут без ума. Кроме того, для этого бала еще несколько дам заказали подобные платья. Фасон, естественно, не повторяется, но идея одна. И главное, вашему жениху оно очень понравилось… Если бы это выглядело непристойно, он бы сказал непременно.

Волосы Екатерины убрали живыми цветами, как и положено для молодой девушки. Екатерина сначала выбрала орхидеи, но мадемуазель Корде посоветовала отказаться от них, так как эти цветы считались недопустимо экзотичными и порочными – в свете они вызвали бы недоумение и осуждение. Остальные варианты не нравились Екатерине – розы, лилии, жасмин были, по ее мнению, слишком приторны и банальны. Наверняка большинство девиц будут украшены именно этими цветами.

В конце концов модистка предложила эдельвейсы – цветок на гербе фон Бергов, – в высшей степени благородно и изысканно. Скромно, неброско, но как необычно! И лишний раз подчеркивает, чья она невеста. Нежные и пушистые серо-голубые цветы с золотистой серединкой разбросали по всей прическе, и они прекрасно оттенили темные волосы девушки.

К тому же барон прислал фамильное ожерелье, которое должно было дополнить строгое платье – эдельвейсы из бриллиантов в серебряной оправе.

– Это слишком дорого, и я его не надену, – заявила девушка, глядя на роскошное украшение и решительно отодвигая бархатный футляр, в котором оно лежало.

– Мне передано пожелание господина барона, и я должна его выполнить. – Мадемуазель Корде мягко, но настойчиво протянула девушке колье. – Прошу вас, не отказывайтесь… Господин фон Берг хочет, чтобы вы блистали на балу. Это его законное право как вашего жениха. Вы согласны?

– Я буду чувствовать себя в нем неловко… Оно такое громоздкое и ослепительно блестящее…

– Это бриллианты, они и должны быть ослепительными, – снова снисходительно улыбнулась мадемуазель Корде. – Вашему жениху будет приятно видеть на вас эту семейную драгоценность.

Модистка надела на шею девушки ожерелье, и оно почти полностью закрыло декольте.

– Бесценное произведение искусства – аристократичное и утонченное. Оно просто создано для вас.

Екатерина посмотрела на себя в зеркало и не узнала – изящная светская красавица в безумно дорогом колье и прекрасном шелковом платье цвета слоновой кости. Тонкая ткань струилась по ее фигуре. Нежные скромные серебристые цветы в темных волосах перекликались с их бриллиантовым подобием на груди. Екатерина себе очень понравилась. Палантин из соболей мягко лег на ее плечи.

– Вы безупречны и элегантны, – не удержалась от восторженного комплимента модистка.

Она была довольна своей работой:

– Богиня, просто богиня!

Наконец, Екатерина осталась одна и начала прятать ножи согласно советам госпожи Миргородской. Один она пристроила за подвязку чулка. Еще один – за корсаж. Девушка уже много раз пробовала быстро доставать их. С корсажем все получалось ловко и быстро. И слава богу, что благодаря плотной вышивке нож не был заметен. С подвязкой было сложнее, но это всего лишь запасной вариант. К тому же в случае опасности о приличиях не думают.

Кроме того, Екатерина надеялась, что сегодня ей не придется их применять. Даже если она совершит промашку, не накинется же на нее ведьма прямо на балу… И фон Берг будет рядом. Он всегда ее защитит.

Она начала безоговорочно доверять Генриху. Но, конечно, только в Служении… Здесь он не позволяет себе вольностей и безответственных решений.

В восемь часов вечера приехал барон. Он поднялся в квартиру и был поражен видом своей «невесты».

– Вы прекрасны! – только и мог произнести он, с восхищением внимательно разглядывая девушку. Сейчас даже гнев Екатерины его бы не остановил.

– Благодаря вашим бриллиантам, соболям и платью, – улыбнулась девушка.

– Нет, великолепны вы, а это только дополнение к вашему очарованию и шарму.

– Как всегда, не можете без лести. – Ей не удалось скрыть довольную улыбку.

– А вы не можете без колкостей, – в тон ей ответил Генрих. – Ножи с вами?

– Да.

– Помните – не смотрите ни на кого в упор. Особенно когда выйдем из дома. На улице ведьмы тоже могут нам попасться. Скользите взглядом, не останавливайте его ни на ком. Возможно, вы будете сначала выглядеть несколько рассеянной, зато сможете не встретиться глазами с ведьмой. Когда заметите ее, старайтесь дышать глубоко и ровно…

– Вы мне это уже тысячи раз повторяли… – она вздохнула. – У меня все получится, не сомневайтесь во мне.

– Просто хочу быть уверен, что вы готовы к встрече с этими особями. Это намного опаснее, чем может показаться.

– Но вы же будете рядом…

– И не только я. На балу будет несколько человек из Братства. Они знают про вас и помогут при необходимости. Ну что же, нам пора…

Он предложил ей руку, она приняла ее, и они начали не спеша и степенно спускаться по лестнице. Будто и правда были женихом и невестой.

– Почему вы не во фраке? – поинтересовалась Екатерина, глядя на строгий серый костюм барона.

– Фрак мне не нравится. Делает мужчину похожим на кузнечика или похоронного агента.

– Но ведь этикет требует…

– Этикет много чего требует. Вы тоже не в корсете…

– Откуда вы знаете, – вспыхнула девушка.

– Это заметно. Вы выбрали платье, которое не нуждается в подобных ухищрениях.

– Я неприлично выгляжу? – смутилась Екатерина, невольно заливаясь краской.

– Вы великолепны, как я уже говорил. Перестаньте смущаться. Научитесь гордиться своей внешностью. Вы очень красивы. И не только сегодня…