Текст книги ""Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Мария Геррер

Соавторы: ,Н.В. Сторбаш,Виктор Айрон,Валерий Кобозев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 179 (всего у книги 362 страниц)

Занимаю его и кладу руки на панель. Из неё вырастают чино и соединяются с приёмниками на руках. Кильм жив и сыт. Его щупальца начинают шевелиться, и лодка медленно ускоряется. Потом её ход становится всё быстрее. Кидаю ещё одну капсулу в рот. Благо, запас есть.

– Да вы откуда тут взялись? – возмущённо кричит Стрелок, и мы поворачиваем головы назад.

Позади нас скользит ещё один кильм. Вот только в отличие от нашего пассажиров там больше. И, что самое смешное, как и говорил Даргул, они использовали оторванные от борта куски хитина вместо вёсел и развили вполне неплохой темп.

– Синхронно работают, – хвалит преследователей Даргул. – Никогда столько их в одном месте не видел.

– Я – троих. Когда они у Приюта Нико атаковали и чуть не убили. Но два десятка этих ублюдков. Танат, ты неплохо пошутил. Спраксы, драть их всех.

Примерно две дюжины незримых охотников преследовали нас. Они не могли воспользоваться биомеханизмами кильма, но это их не остановило. Лавис вызвал кавалерию.

– Что будем делать?

Врубаю максимальную скорость. Наш живой катер скользит по водной глади с приличной скоростью. Лависа с реликтом нигде не видать, но они, вероятно, уже внутри. Может, поэтому нас так накрыло болью? Потому что они начали перезагрузку.

– В любом случае, надо торопиться.

Берег уже близко. Виднеется и прямая улица, что ведёт в залы управления. Цель нашего рейда.

– Они нас догоняют. Нужно что-то делать, – машет рукой в их сторону Даргул. – Я задержу их. Идите.

– Нет, это сделаю я.

Стрелок сдёргивает с плеча иршер и начинает заряжать его иглами с кристаллическими головками.

– Только вы можете драться с реликтом на равных. Наверняка он потащил Лависа за новым костюмом. Мало ли, сколько времени займёт перезапуск. Ему нужна защита. Спраксами займусь я.

В словах Стрелка есть резон, но мы все понимаем, что это приговор. Он и раньше не мог противостоять незримым охотникам в одиночку, а сейчас их толпа.

– Не хорони меня раньше времени, Нико. Пока они доплывут, я успею уполовинить их число. Всё легче. Потом погоняю по городу. Идите.

Нос нашего кильма ударяется о берег. Мы выпрыгиваем наружу и несёмся вперёд, к лестницам, что ведут наверх. Мы уже так близко. И боль становится всё сильнее.

В начале лестницы мы с Даргулом замираем и смотрим назад. Стрелок отстал. Он занял позицию за парапетом, на который он положил свою винтовку. Тот самый дальнобойный трофей, что мы добыли после засады на караванщиков Дрэйна.

Спраксы были ещё далеко, за пределами прицельной дистанции. Но Стрелок не расслаблялся и ждал их.

– Бейся достойно, брат, – неожиданно произнёс Даргул. – Испытание Алара ты уже прошёл.

Мне тут добавить нечего. Мы отвернулись и побежали по ступеням. Позади раздался хлопок первого выстрела.

Глава 20

Выстрелы нечастые. Стрелок явно пристреливается. Лодка с незримыми охотниками перед ним как на ладони. У него действительно хорошие шансы, но мне не легче.

Ты прав как всегда, Дим. Я ненавижу терять товарищей и немногих друзей, что у меня были. Эсквайр Джеймс Картер, что ныне известен как Стрелок, давно вошёл в этот узкий круг. Жестокий и безжалостный убийца, но при этом обладатель своеобразного кодекса чести. И его он придерживался неукоснительно. На площади перед шпилем он дрался с Даргулом за свой клан. Сейчас он остался прикрывать тех, кто некогда был его врагами.

Напарник тоже печален. И ему плохо. Он хуже переносит эту ментальную волну. Плюс мы стараемся уловить признаки присутствия здесь реликта. И наши поиски увенчались успехом.

Поднимаю вверх руку, давая знак остановиться.

– Он там. Мы его чувствуем?

– Лавис или реликт.

– Второй точно. Что касается Лависа, то тут везде словно туман клубится. Вязкий, гнилой и отравленный.

– Как всё, к чему они прикоснулись. – Даргул зло оскалился. – Как ты понял, что это реликт?

Мой ответ заставляет его глаз дёрнуться.

– Он чистый. Никакой тьмы. Его разум словно кристалл с острыми гранями. Или доспех воина. И такое же его намерение, прямое и чёткое. Он находится здесь и сейчас, но…

– Что?

Диму тяжело, но он лучше меня ощущает тонкие эмоции, что считывают как органы димортула, так и кимбар от Трагаса. И напарник пересказывает мне всё, что он понял относительно нашего противника. Что тот чувствует, и мне стало тошно. Дим уловил, что для реликта является движущей силой. Жажда правосудия и боль в душе. Плохо, когда твой враг думает так.

– У него есть имя. Окхар? Да, Окхар. Он воин, который пришёл исполнить свой долг. Перед народом, что создал его, но потом счёл его опасным пережитком тёмных времён. Он не винит их, ведь они его племя. Суть его мира.

– Создали, – эхом повторил Даргул.

– Да. Реликты не родились. Их создали, как спраксов или димортулы. Но они не были инструментами. Были оружием в споре древних, но не их рабами. И он считает, что мы уничтожили его мир и пришли довершить начатое. Потому он и сражается. Чтобы наказать нас.

– Но помогает истинному виновнику, – вздыхает Даргул. – Но он нас не послушает, понимаешь? Я это знаю.

Потому что он сам был таким. И сейчас судьба поставила на его пути зеркало.

Удар по затылку стал полной неожиданностью.

– Соберись, Нико. Он может, и не говнюк, но если мы его не остановим, то умрут все. Соберись, воин.

После чего он закинул в пасть ещё несколько капсул. Следую его примеру, чтобы максимально облегчить боль на фоне. Нам нужны силы. Мы даже все пайки съели ещё в местном поезде. Радует, что больше не поем эту гадость из тельмаха.

Так что твой соплеменник прав, Дим. Тараноглаву в дупло эту рефлексию. У нас есть задача. Так что разгоняем состояние. Нужно подготовить ментальную атаку. Вспоминаем всё самое хреновое в нашей жизни, случившееся и здесь, и там.

– Стрелок. Его не слышно.

Даргул был прав. Мы не видели берег, он скрылся за поворотом, но слышали хлопки выстрелов. Но сейчас тишина. Неужели…

В ярости сжимаю кулаки. Соберись, рисконавт. Здесь редко умирают окончательно. Потом найдём его камень души. Вдох, выдох и вперёд.

Узел управления вырастал из стены. Неширокое куполообразное здание было этаким шлюзом. Вспоминаем записи Таната. Метров двенадцать в ширину. По краям галерея с колоннами и ограждением. Ранее это было залом выступлений. Да, примерно так. Помещение живое, никакого камня, хотя в некоторых местах города такая архитектура присутствует.

Окхар ощущается стоящим в центре. Он не стал нас ждать снаружи, и это понятно. Внутри нам негде от него спрятаться. Поле для маневра ограничено. Один вход и заветная дверь на другой стороне.

Небольшая площадь перед входом. Никаких лестниц или врат. Вход открыт, и мы отлично видим четырёхметрового гиганта впереди. Он выглядит расслабленным, руки с мечами опущены вниз. Ту монструозную биопушку он не взял в этот раз. Именно её твёрдые и острые снаряды помогли нам повредить его броню. Плюс он стрельбой мог повредить ценные биоструктуры. Потому и мечи.

– Работаем, брат, – даю наконец ответ. – За себя и всех остальных.

– Работаем, брат.

И мы пошли вперёд. Реликт, увидев нас, поднял свои колоссальные мечи перед собой. У самого порога мы с Димом бьём его накопленным зарядом. Вся наша боль и ярость сжаты в одну эмоциональную пулю. За себя, за Тэй, Стрелка, Даргула и всех остальных. Получи, тварь.

Гигант дёргается и делает шаг назад. Мечи опускаются. Он напоминает боксёра, который пропустил кросс в голову и стоит лишь чудом. Мы же сокращаем дистанцию.

Слияние словно отсекает все шумы. Сосредоточенность, внимание к мелочам, скорость – всё это стало таким привычным. Даже болезненный зуд притупился. Нужно успеть нанести удар, но и об осторожности не забываем.

Пущенные звуковые волны показывают, что в зале есть лишь ещё один раз. Там, на другой стороне зала. Но внутрь мы входим всё равно осторожно. Кувырком, а потом смотрим, нет ли тут существ, что умеют скрываться от акустики. Зал пуст, и даже живого аналога турелей, что может нашпиговать нас иглами, тут нет.

Не успеваем подумать, что слишком уж всё хорошо. Мимо проносится Даргул, и мы его догоняем. Он берёт на себя руки, а мы ноги. Активируем рывок и превращаемся в две размытые серые тени. И не успеваем.

Окхар вдруг перестаёт шататься в самый последний момент. Реликт реагирует в самый последний момент. Когда мы не можем затормозить и уклониться. Но мы пытаемся.

Гигантские клинки сверкают молниями. Правый проходит по груди Даргула и рассекает его от паха до горла. При этом бывший вестник попытался среагировать и каким-то невероятным образом оттолкнулся от меча своими щупальцами. Часть из них срезало, но он приземлился на пол хотя бы одним куском, а не половинками.

Нам проще. Мы бежим по земле и пытаемся уйти в сторону, обойти Окхара слева. Но древний воин быстр. Острие меча распарывает бедро снаружи, пробивая димортул и плоть под ним. И мы не успеваем убрать руку, и лезвие отсекает часть правой кисти, которая улетает в сторону.

Видя, что мы боеспособны, гигант резко поворачивается и пинает нас ногой. Мы были слишком близко, а удар был точным и всесокрушающим. Недолгий полёт, и нас впечатывает в колонну, и мы падаем вниз.

Боль в переломанных рёбрах выбрасывает меня из слияния. Сгруппироваться не успеваю и падаю на сломанную левую руку. Не могу сдержать крик боли. В голове туман, но я вижу, как Окхар движется ко мне, чтобы добить.

Но неожиданно его настигает Даргул. Он тяжело ранен, истекает кровью, которая отмечает его последний рывок. Невозможный прыжок из положения лёжа на несколько метров заканчивается в районе левой ноги реликта. В ход идут и когти на руках, и выросшие из панциря клинки. Даргул всё вложил в этот удар.

От ноги реликта отлетает кусок брони, мясо и кровь. Нога подгибается, но гигант устоял. Он выпрямился, повернулся и нанёс удар крест-накрест. Затем он пинком отбросил от себя куски расчленённого тела.

Самое страшное, что Даргул ещё жив. Часть торса, левая рука и голова – вот и всё, что от него осталось. Но он ещё жив. Вижу, как с дикой скоростью затягиваются раны. Какое-то время он ещё проживёт, чтобы увидеть и мой конец.

Окхар закинул один меч за спину, подошёл ко мне и схватил меня за шею. Подняв в воздух, он замахнулся клинком. Мне нечем его остановить. Даже кричать не могу. Дим лихорадочно пытается собрать кости в левой руке. Биопушка в ней также пострадала.

Раздаётся мелодичная речь, и реликт замер. Язык мне не знаком, но имя Окхар я разобрал. Из-за колонны вышел Лавис. Он всё так же был облачён в дорогие одежды. Правда, на данный момент они были перепачканы в грязи и порваны. Но его лицо так и светилось торжеством.

– Не пытайся с ним заговорить. Он не понимает язык низших. Язык его создателей ты точно не изучал. Зачем? Ведь эти ничтожества записали лишь мысли, так?

– Лавис, а вернее грёбаный паразит, – хриплю я, отдавая Диму команду.

Уверен, приятель. Я вытерплю боль. С этого мы и начали наше знакомство, Попутчик. Тогда ты не брезговал. Жри всё под бронёй. Выдержу. Нам нужна левая рука и иршер. Этот гад далеко, пойдём – не достать, и диск на поясе взять нечем. Я выдержу.

Боль пронзает всё тело, но я лишь крепче сжимаю зубы. Даже смеюсь в лицо Лавису. Тело, когда с него наживую срывают кожу, горит огнём от боли. Но всё на лечение. Нужен лишь один выстрел.

Гигант наклоняет голову, а потом кивает головой. Мне кажется, он что-то понимает и выражает так уважение. Да, Дим, это чувствует. Потом реликт осматривает меня и наносит плоской поверхностью меча удар по руке. Только сросшиеся кости разлетаются на осколки. Мышцы порваны, и я не могу сдержать крик боли.

– И не пытайся общаться с ним ментально. Это там я был слаб, но здесь, с Роем, мне не составит труда прикрыть его разум. Но ты в этом уже убедился. Сейчас он убьёт тебя, и я его выключу.

– Потому что когда он увидит, что ты делаешь, он уничтожит тебя, так. Поймёт, что ты не один из его соплеменников, что прячется в чужом теле.

Лавис поднял голову вверх и недобро рассмеялся.

– Вот поэтому мы и возненавидели тебя, Нико. Ты умён, проницателен и недоверчив. Ты стал искать истину. И в итоге доставил нам проблем. Смог даже оживить этого ублюдка, которого вы назвали Танатом.

Лицо тощака, заражённого паразитом, исказила гримаса ярости. Он уже не говорил, а кричал.

– Как ты посмел выступить против нас, ничтожество? Кто ты против Роя? Жалкая тварь, как бы мы хотели, чтобы ты увидел, как гибнет всё, за что ты боролся. Ты действительно защищал всех этих жалких тварей? Мы ведь раскрыли их суть, дурак.

– Просто уверили их, что они такие же, как и вы. Гнилые и слабые, – шепчу про себя.

Вдалеке слышится топот множества ног. Дим только мысленно вздыхает. Нет, приятель. Это ещё не конец, мы ещё живы, братишка.

Вон и Даргул смотрит на нас. Эх, ему бы иршер и возможность из него стрелять. Или метательный диск. Он бы точно не промазал по этому крикливому глисту.

– Ты упёрт, а потому опасен. Лучше тебя сразу убить. Ты ведь не успокоишься. Хотя…

В этот момент топот стал громче, а вскоре в зал вбежали спраксы. Больше двух десятков незримых охотников рассредоточилось по залу. Пара заблокировала умирающего Даргула. Несколько окружили реликта. Один встал прямо подо мной и внимательно смотрел снизу вверх. Руку зачем-то за спину отвёл.

Один из спраксов замер у входа. Потом он резко поднял руку вверх. Я легко узнал предмет в ней – ковбойская шляпа Стрелка. Это зрелище вызвало смех Лависа.

– Пожалуй, ты сможешь увидеть наш триумф. Спраксы тобой займутся, а его я отключу. Хм, среди них даже тот неудачник, который много раз пытался тебя убить. Решил выслужиться, животное?

Спракс, что замер подо мной, повернул голову на звук. Только сейчас замечаю, что правая рука у него имеет более светлый оттенок. Словно её регенерировали. Не может быть!

Но потом моё внимание привлекла одна странность. С каких пор спраксы стали носить ремни и портупеи? У моего старого знакомого сзади на ремне расположены ножны для тесака. Широкого такого.

Заметив мой взгляд, спракс едва заметно кивает. Ноги он чуть согнул, как для прыжка. Да и клинок начал из ножен извлекать.

– Что? – вдруг закричал Лавис. Он выглядит удивлённым. – Что значит, вы их не звали?

– Нико, кавалерия здесь! – раздался крик на английском, а потом в зал вошёл Стрелок.

– Ты? – только успел произнести Лавис.

Спракс вдруг резко прыгает и с криком наносит удар. Тот самый удар, снизу вверх, удерживая тесак обратным хватом. Кристаллическое лезвие перерезает ту часть запястья, что не прикрыта бронёй. Пальцы реликта разжимаются, я лечу вниз, но несколько спраксов подхватывают меня.

В это время произошло ещё несколько вещей. Спракс, что держал шляпу, ловким движением надел её на голову Стрелка. Тот, ловко крутанув в руке шлем, сделал один точный выстрел. Искорка они пересекла весь зал и поразила Лависа в шею. Раздаётся хлопок, шипение кислоты, голова взлетает вверх, а обезглавленный труп падает на пол.

Одновременно пара спраксов загораживает Даргула, и слышится свист. Другой рукой Стрелок орудует гвэром, что ему вручил Тшир. Кнут с острыми зубьями обвился вокруг вооружённой руки реликта. Одновременно пара спраксов помогали Стрелку тянуть её на себя.

Мы с Димом успеваем уловить эмоции Окхара. Древний воин сначала удивился, а потом мысленно рассмеялся. Ему понравилось, как его провели. Как не уважать достойного противника.

Потом все незримые охотники набросились на него. Их когти рвали плоть в уязвимых местах. Реликт упал, скрылся под маской атакующих. Во все стороны летели куски мяса и костяной брони. Длилось избиение недолго. Вскоре на полу остался лежать истерзанный труп древнего воителя. Один из спраксов поднял над головой защищённый кефл с камнем его души.

– Приглядывать за мной? – усмехнулся Стрелок, присев рядом с Даргулом. – Да это вас ни на бит оставить нельзя. Или убьют, или покалечат.

Бывший наёмник покачал головой.

– Фигово выглядишь, приятель. Удивляюсь, как ты ещё жив?

– Не могу. У меня осталось незаконченное дело.

Прихрамывая, подхожу к ним. Меня поддерживает под руку знакомый спракс. Как я его несколько дней назад.

– Столько знакомы, а имени твоего так и не знаю.

Говорю это наполовину в шутку, но неожиданно получаю ответ:

– Тит, – хрипит спракс. – Они ещё не определились.

Раздаётся кашель. Это Стрелок делал затяжку из своего кальяна, но, услышав речь спракса, вытащил так своё удивление.

– Что? Они говорить умеют?

– Умеем. Раньше не требовалось, – отвечает ему Тит. Посадив меня у стены, он пошёл к телу Лависа с выпущенными когтями.

– А чего мне на берегу ничего не сказали, – возмутился Стрелок. – Нет, прикиньте, я пристреливаюсь, а этот встаёт на носу и показывает мне флягу и термос с кофе. Я удивился. А он на языке жестов говорит, что можно выпить после того, как прикончим их бывших хозяев. И на берегу жестами общались. Как те разы, что говорить не умеют. Но словами чего сказать?

Возмущённый до глубины души Стрелок после произнесения такой длинной тирады только рукой возмущённо махнул.

– Так ты и не спрашивал, – ответил ему один из спраксов, а через пару мгновений мы все уже ржали. Даже Стрелок и Даргул. Кожа последнего становилась всё белее.

Раздался звук раздираемой плоти и нечто похожее на визг и шипение. Тит закончил потрошить тело Лависа и теперь подошёл к нам. В когтях он сжимал извивающегося змеёй паразита.

– Незаконченное дело! – сказал он, протягивая паразита Даргулу.

Тот молча поднял уцелевшую руку и резким движением снёс змее безглазую голову. Тело паразита обмякло.

– И последних слов ему не сказал! – Стрелок поправил шляпу.

– Он их не заслужил.

– Тоже верно.

Тут по всему телу пошла дрожь, и стало больнее. Дим сразу заметил, что это не препарат перестал действовать. Просто Тени, или Рой, как они себя назвали, усилили давление. Они понимали, что проиграли.

Поднимаюсь на ноги.

– Есть ещё одно дело. Тит, мы у входа кефлы сбросили. Чтобы в бою не пострадали.

Спракс кивает, и пара его соплеменников срывается с места. Вскоре они приносят живые переноски для кертулов.

– Отнесите меня.

Пара спраксов подхватывает то, что осталось от Даргула, и несёт к противоположной стене. Отдаю мысленную команду, и створки расходятся в сторону лепестками. Заходим внутрь: я с Димом, Стрелок, Даргул, Тит и ещё пара незримых охотников.

Контрольный узел выглядит удивительно буднично. Круглой формы, стены серые, плоть и костяные рёбра. В центре тумба с шестью углублениями внутри. К ней мы и подходим.

Кладу рядом кефл и открываю его. Потом поворачиваюсь к Даргулу. Спраксы подносят его ближе.

– Это твоё право. Ты ждал этого почти триста оборотов. Давай.

Даргул кивает, протягивает дрожащую руку, подхватывает первый кертул и кладёт его в углубление. Его тут же оплетает множество тонких нитей, а заполненная полость в тумбе зарастает. Потом установлен второй камень разума, третий, и шестой. Так просто и буднично.

Первое время ничего не происходит. Мы, затаив дыхание, ждём. И не проходит и миницикла, как боль в теле проходит, а лицо словно обдаёт струёй свежего воздуха.

– Получилось.

Только сейчас я делаю выдох.

– Стрелок, – зовёт Даргул.

Мы оба поворачиваемся к нему. Он совсем бледный.

– Ты сделал самое невероятное. Ты заставил толпу спраксов не убить тебя, а посмеяться.

– Вот дерьмо, – с чувством произносит Стрелок.

Даргул на это лишь улыбается.

– Не бойся, Джкар. Я об этом уже точно никому не скажу.

После этого он закрывает глаза и затихает.

Глава 21

– Ушла целая эпоха. Не думал, что увижу это.

Мини-кальян в руке Стрелка испускал пар, но бывший наёмник сидел неподвижно. Мы втроём, включая Тита, сидели на берегу и смотрели на волны. Боль в теле прошла, а точнее её отключил димортул. Доспех был занят регенерацией тела. Отсечённую часть руки нашли и приложили к культе. Сейчас она прирастает, но шевелить ею я не могу.

Кормят меня в буквальном смысле с ложечки. Вернее, вилки, которую Тит нашёл в одном из строений рядом с залом узла. Левая рука так и болтается на перевязи. Потому я и поглощаю с дикой скоростью куски какой-то твари, что напоминала двухметрового угря. Вкусно, но я бы подкоптил.

– Жалеешь, что не ты его сразил?

– Нет, Тит. Раньше бы желал этого, но… Пусть он и преследовал свои планы, но память мне вернул именно Даргул. Когда мы дрались, он сказал, что думал со временем завербовать меня в ближний круг. К Канио и остальным.

– Тогда чего ты такой? Не понимаю я вас, дикие.

– Просто раньше всё было проще и понятнее. А теперь будущее как в тумане. Вот я профессиональный убийца. Кому я тут теперь нужен? Новые разы не придут, кражу душ Танат уже остановил. И мы вычистим со временем всех ублюдков, что захотят снова установить здесь право сильного. Но что потом делать?

– Пить кофе например, – просто ответил спракс, показав нам живую термоколбу. – Мне вот всё интересно.

Не могу удержаться, и мы с Димом смеёмся над этой почти детской непосредственностью. Пару недель назад я впервые встретился с ним, и тогда этот невысокий монстр меня чуть на куски не порвал. Несколько раз чуть не убил, а потом спракс оказался в моих руках. Я его пощадил, а он это запомнил.

Вот ведь ирония судьбы. Если бы я не пожалел этого монстра, который был унижен и сломлен хозяевами, сегодня всё могло бы закончиться иначе. Пусть свободу воли ему и остальным вернул Танат, но, как сказал Тит, они пришли помочь мне.

– Как же ты раньше жил, интересно мне знать?

– Я и не жил, – Тит поднёс мне ещё один кусок угря, – мы служили и подчинялись. Ещё боялись боли, которой нас наказывали за неудачу. По-твоему, это жизнь?

– Нет. Это даже как существование так себе.

Наконец он делает долгую затяжку. Моя рука наконец начинает дёргаться, и Тит вручает мне вилку. Сначала я по привычке хотел рвать угря руками, но остановился. Если уж такой зверь, как незримый охотник, стал культурным, то мне точно не стоит дичать. Тем более спракс достал вторую вилку и стал отламывать ей кусочки нежного мяса. Так мало того, он ещё пил кофе из биотермоса. Притом он держал его аристократично, оттопырив мизинец. Вот кто его этому научил.

К нам подошла пара спраксов, которые молча встали рядом.

– Готово, – сказал Тит и поднялся на ноги.

Мы со Стрелком следуем его примеру. Возвращаю вилку Титу, а немногочисленные кости угря убирают знакомые дроны. Те самые, что напоминали черепа на ножках. После пробуждения Центра они стали носиться по городу.

Пока мы шли к месту назначения, то болтали и следили за происходящими изменениями. Отчасти это напоминало то, что произошло с шахтой. Биоструктуру будто бурлило изнутри и перестраивалось. Это напоминало превращение в оборотня из старых фильмов. Тут что-то внутрь втянулось, там разгладилось, перекосилось, вытянулось или изменило цвет.

Ну и кильмы из воды поднялись. Те самые, что напоминали голову Ктулху с кучей щупалец. Когда поверхность озера забурлила и они появились, я чуть не вскочил на ноги с клинками наперевес. Помним мы с Димом ту схватку.

Плюс ещё по улицам носились черепа на ножках. Что-то таскали, где-то отрывали и в целом изображали кипучую деятельность.

– Свежо стало, – заметил Стрелок.

Тут он и прав, и не прав. Что-то гниющее действительно убрали маленькие дроны. Но в целом дело в том, что просто пропала гнетущая аура Теней после полной активации Таната. Всё прошло тихо, мирно, незаметно и без особых эффектов.

Видимые изменения наступят позже. И после того, как мы окончательно решим проблему с паразитами. За окончательное устранение угрозы отвечаю я и только я. Как старший инспектор Отдела и командир группы чистильщиков.

Ощущаю печаль Дима. Скоро мы расстанемся. Он всё равно не сможет мне помочь. Скоро я войду в камеру управления, что сейчас выращивает Танат, и закончу начатое. Это под силу только мне, так как в этом мире нет никого, кто находится и здесь, и в другом мире.

Вполуха слушаю рассказ Тита. Когда он стал себя осознавать, то какое-то время наблюдал за разами. Дикие, как их называли спраксы, вызвали у него зависть. Вот он и пришёл к одному из инженеров и связался с Танатом.

Сделка была простой. Разум мира освобождает от контроля его собратьев, а Тит с ними договорится. В нужный момент они придут на помощь.

Так и случилось. Методика, что активировала спящие мыслительные способности мутов, помогла и с незримыми охотниками. Кофе и некоторые другие вкусняшки сделали их разговорчивыми. Ну и ненависть к бывшим хозяевам.

– Это тут нас двадцать семь, – вещал Тит. – Так нас всего осталось сто сорок три. Могло быть сто сорок восемь.

Вздыхаю и развожу руками.

– Выбора вы мне не оставили. Или они, или я и мои друзья.

– Мы понимаем, Нико. Ты дрался честно. И я рад, что ты выжил после того, как я сбросил тебя вниз.

– Ничего. Ты за это сегодня спас меня. И весь мир.

Тит остановился и совсем по-человечески почесал затылок. Его собратья тоже задумались.

– Это что, мы теперь герои? Настоящие?

Я и Стрелок только киваем, а спраксы задирают головы и дико рычат и стучат кулаками по груди. Так они выражали свою радость и гордость.

Мы продолжили свой путь. Тит рассказал, что они специально следили за нами и старались помочь. Сначала против Вальта, потом у Крепости Забвения и у шпиля перерождения. Точнее, там работал он сам. Остальных он позвал ко входу в закрытый сектор.

Как он не отставал от нас? Да он с нами в кильмее ехал. Пока Даргул ходил за мной, тот мут спрятал его в багажном отсеке. Близок к провалу он был лишь в той башне, когда потерял биотермос. Даже тесак в бою он применял для маскировки и старался никому не попадаться на глаза. Вальта он вырубил, порезал и разложил церебралы как трофеи.

Из-за ментального поля Таната, что покрыло большую часть мира, Тени плохо видели своих послушных убийц. Те смогли подобраться максимально близко и нанесли удар тогда, когда было уже поздно.

– А как вы нас тут догнали? Вы же должны были через Город Творцов идти.

– Мы и шли через него. – Тит пожал плечами. – Там мы просто сняли маскировку и подошли к вашим друзьям. Они чуть со страха не умерли.

Рычащие смешки пары спраксов подтвердили слова Тита.

– Но я поговорил с Хауфи и остальными, а Ури, как глас мира, всё подтвердил. Не поверите, но кильм для нас даже Тшир и Кев на руках тащили. Ну и мы помогли. Боялись не успеть.

– У высших сил определённо есть и чувство юмора, и понимание слова «ирония», – высказался Стрелок за нас обоих.

Вот и погребальный зал. Одна из первых вещей, которую здесь вырастил Танат. Длинное помещение с постаментом в конце. Перед ним у стен в две шеренги стоят спраксы. Тит и остальные заняли места среди них. Мы со Стрелком подошли к возвышению.

Спраксы собрали изрубленные останки и сложили из кусков тело. Чудовищные повреждения они прикрыли найденным покрывалом. Даргул снова выглядел суровым и словно спящим.

– Он действительно этого хотел? – спросил меня Стрелок.

– Да. Если он погибнет и дело будет сделано, то не надо его возвращать. Просто дать ему уйти. Он слишком устал.

– Тогда пусть он отдохнёт.

Сказав это, Стрелок сделал шаг вперёд и снял с головы свою знаменитую шляпу. Посмотрев на неё, он кивнул и молча положил её Даргулу на грудь.

– Если Алар решит его проверять, то…

– Знаю, Джеймс. Знаю.

Я отдаю контроль Диму, и тот осеняет тело круговым движением руки. Из горла димортула внезапно льётся мелодичная речь. Я знаю этот язык, так как его знал напарник. Родной язык наставника Крайона Даргула. И сейчас в его честь звучал погребальный гимн.

Вскоре напарник закончил торжественное пение. Мы оба делаем шаг вперёд, из предплечий вылетают клинки, мы перекрещиваем руки на груди и делаем поклон. Наше последнее слияние было мирным.

– Покойся с миром, воин. Может, мы встретимся вновь.

И этот момент Даргул также уточнил. Если враг не побеждён, то тогда можно будет его вернуть. Но мы успели, и он сам установил кертулы в контрольном узле.

После этого постамент задрожал и скрылся в полу, отверстие закрыла костяная плита. Тело внизу будет растворено. Биомасса снова станет частью этого мира. Смерть станет началом новой жизни.

– Теперь пошли.

Я ухожу. Меня сопровождают лишь Тит и Стрелок. Теперь их можно назвать самыми опасными головорезами Таната. Я всё оглядываюсь через левое плечо, хотя и так могу его видеть. Непривычно видеть Стрелка без его щегольской шляпы.

– Новую достану.

Только киваю в ответ. Вскоре мы подходим к залу с узлом контроля. Останки реликта и Лависа всё ещё валяются там. Только камни души отправили на хранение. И ещё в комнате с узлом появилась дверная мембрана. Перед ней я прощаюсь со своими бывшими врагами.

Слов сказано и так уже много. Тянуть нет смысла, и мы просто поднимаем друг другу руки.

– Порви их, вестник! – пожелал мне Стрелок.

– Они ранены. Добей этих ничтожеств, – прорычал Тит, а потом ударил себя кулаком в грудь.

Киваю и отворачиваюсь. В левой руке у меня кертул, а пальцы правой так и не слушаются, хотя и приросли обратно.

– Нико.

Поворачиваюсь к Стрелку.

– Спасибо, что видел во мне не только конченную сволочь. Я буду ждать вестей. Мне повезло, что у меня есть такой друг.

В горле встал ком. Не знаю, что сказать?

– В одном ты точно всегда был лучше меня, Джеймс. Стреляешь ты как бог.

– Это несомненно, – хмыкает Стрелок.

Лепестки мембраны стягиваются, отрезая меня от всего мира. Биолампы освещают маленький зал с капсулой в центре. Это не олдир, хоть и похоже. Тело вестника и димортул подлатают, но настоящее предназначение данной капсулы немного другое.

Сбоку открывается щель, и я кладу туда кертул. Шлем димортула складывается в воротник. Ложусь в капсулу, устраиваю голову поудобнее, тело обвивают гибкие жгуты, висков касаются присоски, и сознание гаснет.

Только моргнул – и пузырь капсулы, светлые стены пропали. Вокруг клубится белый туман. Не чувствую Дима, но вижу его. Он, в обличье димортула, идёт ко мне вместе с юношей в белом балахоне. Лицо Танат выбрал знакомое. Такое сейчас у меня и с таким родился Даргул.

– Привет, ребята, – приветствую я их. – Сколько нам ещё ждать?

– Потому я тебя и разбудил, – улыбается Танат. – Пара суточных циклов прошла. Ты за это время восстановился, набрался сил. Эотул Дима извлечён из доспеха и заменён на кертул. Регенерация без управляющего сознания опасна. Именно таким образом Даргул сросся с димортулом.

– А Искатели?

– Почти все, кто жив на данный момент, собрались в шпиле и погрузились в оламы, – вместо Таната ответил мне Дим. – Трам контролирует процесс на месте. Там же Алира, Харс и Гент. Стрелок так и ждёт вестей в Центре.

– Понятно. А почему почти все? Кто отказался?

– Торв, – ответил Танат. – Потому уходят лишь двести семнадцать Искателей. Те, что были солдатами Сенткома твоего мира. Нашлись уроженцы других мест. Они думают, что делать дальше.