Текст книги ""Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Мария Геррер

Глава 34

Бал начинался, как всегда, в половине девятого вечера. Парадную мраморную лестницу освещали многочисленные хрустальные светильники, переливавшиеся всеми оттенками радуги. Гирлянды живых цветов обвивали перила и колонны.

Бесконечное количество экзотических растений в огромных кадках украшало несколько залов Дворянского собрания, и делало их похожими на райский сад. Лакеи разносили напитки и мороженое. В буфете царило оживление. Высокие окна, распахнутые настежь, готовились пропускать в бальные залы ночную прохладу.

Когда Генрих и Екатерина вошли в зал, он был уже заполнен многочисленными приглашенными. У замужних дам в волосах сверкали драгоценные диадемы. Головки девиц украшали цветы: в основном розы, маргаритки, фиалки – нежно и невинно. Екатерина поняла, что выбор эдельвейсов был безошибочен.

Девушка была несколько смущена обращенными на нее взглядами, однако скоро справилась с этим. Дамы откровенно и с неподдельной завистью рассматривали ее туалет и великолепное колье.

Мужчины просто восхищались прекрасной незнакомкой, которая раньше не появлялась в свете, и невольно завидовали барону. Он нашел достойную замену графине Рокотовой.

Екатерина держала Генриха под руку. Они были красивой парой. Фон Берг не без гордости вел свою прекрасную «невесту» по залу. Екатерина чувствовала себя уверенной и защищенной рядом с благородным аристократом. Как же все это отличалось от ее двух первых балов.

Фамильные бриллиантовые эдельвейсы фон Бергов вызывающе сияли, являясь залогом счастливого будущего барона и его прелестной избранницы.

– Вы произвели фурор, – удовлетворенно заметил Генрих.

– Я заметила, – не без удовольствия ответила Екатерина, гордо улыбаясь.

– Похоже, и вам не чуждо тщеславие, – не удержался от сарказма фон Берг.

– У вас учусь, – коротко парировала она.

– Пока нет ни одной из ведьм… Зато вон там, в синем кружевном платье с алыми блестками – Полина, – вполголоса сказал Генрих, наклоняясь к уху девушки недопустимо близко.

Екатерина впервые увидела бывшую любовницу своего наставника. Графиня была необыкновенно красива и эффектна. Она гордо сидела в кресле в окружении своих многочисленных кавалеров. Алые блестки сверкали и вспыхивали на ее платье, как языки пламени. Золотистые волосы украшала высокая диадема с сапфирами. Красавица графиня тоже заметила бывшего любовника со спутницей, и недобрая улыбка искривила полные чувственные губы Полины. Было видно – она ожидала фон Берга и его невесту.

– Похоже, графиня готовит заговор, судя по тому, как на нас смотрит ее окружение, – заметил Генрих. – Надо это немедленно прекратить.

– Будет скандал… – девушка снова ощутила беспомощность и неуверенность. – Это мой третий бал, и опять все будет плохо…

– Нет. Обойдемся без этого. Пойдемте. – Он повел Екатерину к важному господину в богато украшенном мундире, стоявшему недалеко он них. – Это вице-губернатор.

Екатерина видела его в составе Совета. Тогда она не могла вспомнить, кто это такой.

– Викентий Леонидович, добрый вечер! – Генрих подвел Екатерину к вице-губернатору.

– А я ждал вас! – вице-губернатор улыбался, глядя на Екатерину. – Госпожа Несвицкая, вас не узнать. Какое преображение! Сочувствую, что эта очаровательная девушка не ваша настоящая невеста. Не волнуйтесь, мадемуазель, мы все будем наблюдать за вами и поможем в случае необходимости.

– Благодарю, вы очень добры, – Екатерина была искренне ему признательна.

– Меня сейчас больше волнует графиня Рокотова, – заметил Генрих.

– Вижу, она собирает своих сторонников. Похоже, ей не дает покоя ваша «помолвка». Госпожа Несвицкая, пойдемте, я представлю вас губернатору. Это сразу пресечет все упования оскорбить вас или вашего «жениха».

Он подал Екатерине руку и повел ее к стоящей посреди зала группе высокопоставленных лиц. Генрих шел рядом.

– Ваше Превосходительство, позвольте представить вам госпожу Несвицкую, невесту барона фон Берга.

Екатерина присела в глубоком реверансе. Пожалуй, такой реверанс больше подходил для выражения почтения Государю Императору, но губернатор остался весьма доволен. Он одобрительно посмотрел на нее:

– Как имя госпожи Несвицкой?

– Екатерина Павловна.

– Екатерина Павловна, искренне рад видеть вас и вашего жениха на балу. Господин барон, не могу не восхищаться вашей невестой. Надеюсь, вы оба будете чаще появляться в свете. Недопустимо держать взаперти такую дивную красавицу. Екатерина Павловна, вы, безусловно, сегодня будете украшением нашего вечера. Я опережу всех кавалеров и приглашаю вас на мазурку. Надеюсь, господин фон Берг не против? – губернатор был необычайно добр, любезен и благодушен.

Он уделил довольно много времени барону и его «невесте». Простые светские любезности губернатора перемежались с искренним интересом и участием к судьбе госпожи Несвицкой. С молодым бароном губернатор был знаком давно, но не очень близко, зато его отца очень ценил и уважал.

Когда Екатерина и Генрих отошли от Его Превосходительства, окружение графини Рокотовой испарилось, и рядом с ней остался один князь Юрьевич. Но князя это, похоже, только радовало – внимание других мужчин к Полине его заметно раздражало.

Бал начался с традиционного полонеза. Барон легко вел Екатерину через зал и внимательно смотрел за вновь прибывающими гостями. Девушка танцевала грациозно и непринужденно. Присутствие Генриха придавало ей уверенности. Она совсем перестала смущаться.

В зал вошло семейство Розенфельдов. Они вели себя, как коронованные особы – надменно и величественно. Эвелина, как всегда, сияла бесчисленными бриллиантами и лошадиной улыбкой. Водянистые глаза девицы Розенфельд игриво косили.

Госпожа Розенфельд выделялась претенциозным лиловым бархатным платьем в оборках и дорогих кружевах. Банкир был строг и высокомерен.

Увидев Генриха и Екатерину, он демонстративно отвернулся и что-то сказал своим дамам. Те возмущенно взмахнули огромными страусовыми веерами и тоже стали смотреть в другую сторону.

Долгий танец закончился. Барон и Екатерина отошли к высокому окну. Генрих повернул девушку спиной к залу, взял ее за запястье и тихо сказал:

– У входа княгиня Гедеонова. Это она, осторожно…

– Она же старая. Это отвратительно, – поморщилась Екатерина, вспомнив очень пожилую княгиню, которая пару раз посещала Институт благородных девиц с благотворительными целями.

– Вы снова невнимательно слушали меня, – упрекнул девушку барон. – Сейчас она выглядит лет на тридцать. В этом одна из причин, почему женщины становятся ведьмами…. Они все выглядят молодо… Правда, их почти никто не видит в таком облике, но это им все равно льстит. У вас учащенный и неровный пульс, а у ведьм прекрасный слух – помните об этом. Сначала успокойтесь, потом смотрите, как я вас учил…

Екатерина скользнула взглядом по залу. Она мельком увидела молодую и красивую женщину с роскошными черными волосами, спадавшим почти до пояса.

– Очень хорошо, – Генрих был доволен. – Продолжайте в том же духе… Скоро должны появиться еще две… А возможно, будут и новые…

– Отпустите уже мою руку. Я думаю, что теперь справлюсь.

– Я проверяю ваш пульс.

– Я сказала, что справлюсь, – она попыталась освободить руку. Но барон не отпускал ее, хотя держал очень осторожно.

– Отпустите, это странно выглядит со стороны. Не можете же вы все время держать меня за руку…

– Могу. Я ваш «жених» и имею на это право, – Генрих улыбнулся. – Просто, мне так спокойней. Я ваш наставник и я за вас в ответе.

– Вы слишком за меня волнуетесь…

– А разве это плохо?

Екатерина взглянула ему в глаза. Он смотрел на нее внимательно и с теплотой. И это ее смутило. К ним подошел губернатор. Екатерина совсем забыла о мазурке.

– Вы мне обещали танец, – он приветливо улыбался. То что губернатор пригласил Екатерину лично, а не через представителя, как принято, была огромная честь.

Девушка протянула Его Превосходительству руку, и он уверенно увлек ее в вихрь танца. Губернатор, несмотря на возраст, был прекрасный танцор. Екатерина легко порхала рядом с именитым кавалером. Она рассеяно скользила взглядом по залу, но новых ведьм не видела.

Княгиня Гедеонова сидела рядом с пожилыми дамами, и ее молодость и нагота странно выглядели на фоне престарелых ровесниц.

Екатерина увидела, как Генрих подошел к Полине и взял ее за локоть. Лицо графини сначала выражало презрение, потом ненависть и страх. Она резко вырвала руку и быстрыми шагами вышла из зала.

Мазурка закончилась, и губернатор подвел Екатерину к барону:

– Ваша невеста прелестна и непосредственна. Вам очень повезло.

– Совершенно с вами согласен, Ваше Превосходительство, – Генрих легко поклонился.

– Я представлю вас обоих своей супруге. Она ищет серьезных девушек для организации благотворительного базара. А мадемуазель Несвицкая именно такая, я не сомневаюсь.

Губернатор подвел их к величественной и приятной женщине лет сорока пяти, сидевшей в окружении знатных дам, как императрица среди фрейлин. Она была рада знакомству и сразу же начала рассказывать Екатерине, что она задумала и какая помощь ей потребуется:

– Мы организуем аукцион в пользу городской больницы – она давно нуждается в новом оборудовании и ремонте. День пока не назначен, идет подготовка. Вы непременно должны принять в нем участие. Генрих Александрович, вы же не будете возражать? – обратилась она к барону.

– Конечно нет. Можете рассчитывать и на меня. Я тоже желаю внести лепту в это благое дело. Но, за неимением времени, могу только пожертвовать деньги.

– Мы принимаем любую помощь, – милостиво произнесла супруга губернатора. – Горожане будут вам очень благодарны. Современная больница жизненно необходима нашему Златогорску.

Когда Генрих и Екатерина отошли он губернатора и его жены, взгляды многих присутствующих стали гораздо теплее и приветливее. Посыпались приглашения Екатерины на следующие танцы. Кавалеров было немало. Барон снисходительно терпел такое внимание к его «невесте». Видимо, он убедился, что девушка неплохо владеет собой и можно позволить ей немного потанцевать.

Наконец объявили вальс, и фон Берг повернулся к Екатерине.

– Вальс, надеюсь, вы будете танцевать со мной как моя «невеста»? – он протянул ей руку, приглашая на танец.

– Не могу отказать «жениху», – она мило улыбнулась. – Я люблю вальсы.

– И я тоже.

Девушка наслаждалась музыкой и с удовольствием кружилась по залу. Она почувствовала, что барон опять взял ее за запястье.

– Еще одна?

Он кивнул.

– У окна, около пальмы.

– Вижу. Блондинка.

– Да, вы хорошо держитесь…

– Это оказалось проще, чем я думала.

– Не обольщайтесь. Повторю, все не так просто, как кажется с первого взгляда. У этих тварей идеальный слух и зрение. Они могут почувствовать ваше волнение раньше, чем вы с ним справитесь. И тогда я вам не позавидую.

– А эта ведьма тоже старуха в обычной жизни? – поинтересовалась девушка.

– Нет, молодая и глупая, жаль таких… Это девица Соловьева, последняя представительница древнего рода. Кажется, стала такой от несчастной любви. Возможно, так и ограничится ощущением своего превосходства над окружающими. А возможно, захочет большего и тогда станет опасной. Тщеславие губит многих женщин…

– Кстати, о тщеславии… Не вижу вашей графини, – слегка усмехнулась Екатерина.

– Она уже не моя, к счастью, – в тон ей ответил барон. – Ушла в бешенстве.

– Что же вы ей такого сказали? Или секрет?

– Нет, не секрет. Пообещал свернуть ей шею… Буквально и в ближайшее время, если она не уберется из города.

– Что? – не поверила своим ушам Екатерина. – Вы же говорили, что не можете убивать людей…

– Я и не могу. Но ей об этом знать не обязательно, – барон очаровательно улыбнулся.

Ближе к ужину появился князь Апухтин. Он подошел к Генриху и Екатерине, девушке вручил букетик фиалок.

– Позвольте поздравить вас с помолвкой. Генрих, я тебе этого не прощу. Я уже потерял голову и почти влюбился в Екатерину Павловну… Еще немного, и я бы решился расстаться со своей холостой жизнью. Вы разбили мое несчастное сердце, и рана на нем никогда не затянется! Придется остаться одиноким и печальным на всю жизнь… – он театрально вздохнул. – Генрих, ты меня опередил, и я тебе по-хорошему завидую…

– Ты слишком долго думал, – ответил ему барон, пожимая руку. – Но Екатерина Павловна может еще и передумать… Я все-таки не подарок, как ты знаешь…

– Тогда не буду терять надежду. Однако я искренне рад за вас обоих. Генрих, конечно, повеса, но славный малый. Екатерина Павловна, вы сделали правильный выбор, приняв его предложение. А тебе, Генрих, несказанно повезло с такой очаровательной невестой. Ты невероятный счастливец!

– Знаю, – улыбка барона носила легкий налет непонятной грусти.

Глава 35

Вскоре гостей пригласили на ужин. Столы на шесть персон были традиционно сервированы белым фарфором и серебряными приборами. Прозрачные хрустальные фужеры и рюмки сверкали холодными ледяными искрами. Около каждого стола стоял дополнительный стул для губернатора, на случай, если тот пожелает присесть и побеседовать с гостями приватно.

Шампанское игриво пенилось в высоких фужерах – первый тост традиционно был поднят за здоровье Государя Императора. Присутствующие выпили стоя.

После этого зал наполнился оживленными голосами и звоном посуды. Тихая музыка служила приятным фоном для поглощения пищи и вина.

Губернатор степенно обходил всех присутствующих, к некоторым столам он подсаживался, демонстрируя особое расположение.

Он надолго задержался за столом фон Берга и Екатерины. Его Превосходительство не скрывал своего восхищения госпожой Несвицкой. Когда губернатор ушел, барон наклонился к девушке:

– Теперь у вас появится много преданных «друзей». Внимание к вам губернатора не прошло незамеченным. Пользуйтесь моментом – заводите новые знакомства. Они пригодятся не только вам, но и Братству.

– Догадываюсь, что будет представлять собой такая «дружба»…

– Это свет. Привыкайте к лицемерию и двуличию.

– Это же гадко…

– Да, но что делать… Высшее общество, куда многие так стремятся попасть любой ценой, напоминает мне серпентарий.

– Пожалуй, – она невольно улыбнулась, заметив, как на нее стали смотреть те, кто еще недавно ее просто ни во что не ставил. Семейство Розенфельдов мило закивали головами и расплылись в лучезарных улыбках, перехватив ее взгляд. – Надо же, Розенфельды вдруг меня признали…

– Заметил. Они со мной тоже раскланялись. Просто сама любезность и обходительность.

После ужина продолжились танцы. В залах становилось душно. Холодное шампанское и мороженое уже не спасали от жары. Окна были распахнуты настежь, но духота все равно сгущалась.

Барон часто бывал в Дворянском собрании и знал здесь все ходы и выходы. Он повел Екатерину к одному из арочных проемов. За ним открывалась темная анфилада комнат.

– Хотите немного отдохнуть от шума и суеты? – Генрих показал головой в сторону чернеющей арки.

Девушка кивнула.

– Тогда приглашаю вас в другой мир! Не боитесь?

– С вами – нет. – Она доверчиво смотрела на него снизу вверх.

Генрих взял ее под руку и повел по пустым и едва освещенным залам. Отблески уличных фонарей через высокие окна без штор проникали в помещения и наполняли их фантастическими и жутковатыми призраками.

Шум бала остался где-то далеко, жара отступила. Воздух был свеж, пахло влажной штукатуркой – в залах недавно закончили ремонт. Мебели не было, люстры еще не повесили. Но мраморный пол сверкал своей новизной и прихотливым рисунком.

– Похоже на странную сказку, – чуть слышное эхо повторило тихий голос девушки. – Люди где-то рядом, а мы одни и никто не знает, что мы здесь.

Музыка была едва слышна. Екатерина раскинула руки, запрокинула голову и легко закружилась по залу, ощущая себя свободной птицей, парящей в небе.

Сегодня волшебная ночь – можно позволить себе то, о чем давно мечтала и пусть это выглядит как ребячество. Резкая тень девушки взметнулась по стене и закачалась в такт музыке. Бриллиантовые эдельвейсы на шее искрились и переливались в таинственном полумраке.

Екатерина невесомыми шагами подбежала к Генриху и протянула ему руку. Он понял ее без слов, подхватил девушку, и они продолжили легко скользить по полу в вальсе. Им никто не мешал – весь зал был в их распоряжении.

Никогда Екатерина не получала такого удовольствия от танца. Ей было просто очень хорошо. Она ни о чем не думала, а наслаждалась происходящим с ней волшебством.

Они существовали одни в огромном фантастическом мире, вдали от всего, от посторонних глаз и мелких проблем. Некому было укоризненно и осуждающе смотреть на них. Не надо было следовать этикету, и они позволили себе недопустимо приблизиться друг к другу в вихре непонятного и странного танца.

Девушка положила голову на плечо барона и закрыла глаза. Она хотела, чтобы танец продолжался вечно. Екатерина была счастлива и свободна как никогда. На душе у нее было легко.

Вальс закончился. Генрих продолжал держать Екатерину за талию и не отпускал ее руку. Она чувствовала тепло его ладони через тонкий шелк платья. Он бережно привлек девушку к себе:

– Катрин… – тихо и нежно позвал он.

Так он назвал ее впервые.

Она посмотрела ему в глаза, голова ее закружилась, и Екатерину охватило неведомое ранее чувство. Его взгляд завораживал – был нежным и бесконечно добрым.

Девушка положила руки на плечи Генриха и доверчиво потянулась к нему. Она была готова пойти за ним на край света. Если бы он только позвал…

Они молчали, но между ними словно шел безмолвный диалог. Сколько это продолжалось, девушка не знала. Ей казалось, они так много сказали друг другу, ничего при этом не произнеся вслух.

Неожиданно барон отстранился и отпустил ее.

– Простите, я забылся и позволил себе вольность… – он отошел к окну и сел на подоконник, глядя куда-то в темноту.

Она села на другой конец подоконника и вся как-то поникла.

– Ищите замену Полине? – тихо спросила она.

– Нет. Конечно нет… Я никогда не посмею предложить вам ничего подобного. Даже в мыслях. Я отношусь к вам совсем по-другому. – Он продолжал смотреть в окно. Какая-то недоговоренность была в его словах.

– Как же вы ко мне относитесь? – нерешительно спросила девушка.

– Не знаю, не спрашивайте.

– Тогда что это было?

– Наваждение… Я не хотел вас обидеть.

– Не на что обижаться… – она невольно тихонько вздохнула.

– Тогда забудьте…

– Не получится…

Барон встал и подал девушке руку.

– Вы правда не сердитесь на меня?

– Нет. На меня тоже нашло наваждение… – ей стало грустно.

Барон держал девушку за руку, она не отнимала ее. Словно тонкая незримая нить протянулась между ними, и они оба боялись порвать ее.

Вдруг фон Берг насторожился. И наваждение исчезло окончательно.

– А вот и наша третья ведьма… – он снова взял девушку за запястье. – У вас сейчас сердце выскочит… Похоже, это не из-за нее.

– Нет, не из-за нее. И вы это знаете не хуже меня, – Екатерина рассердилась. Что говорить глупости, когда все и так очевидно? И он это прекрасно понимает.

– Знаю. Вам придется научиться владеть своими чувствами, – он старался говорить спокойно, но голос выдавал его волнение.

Девушка сердито вырвала руку и сама взяла за запястье барона.

– У вас тоже с пульсом не все в порядке!

– А я и не спорю. Если угодно – нам обоим надо будет научиться владеть эмоциями.

Девушке этого совсем не хотелось. Не хочет она быть бессердечной и черствой. Не хочет скрывать своих чувств. Но для дела надо…

Екатерина долго не могла унять сердцебиение. Наконец она успокоилась и мельком взглянула в окно. В парке у фонтана одиноко стояла совсем молодая темноволосая ведьма.

– Почти девочка, – заметила Екатерина.

– А в жизни ей уже за сорок… Жена генерала Попова. Муж погряз в изменах, и она не справилась… Теперь озлоблена на весь мир. Думаю, со временем станет очень опасной.

Ведьма растворилась в темноте между деревьями.

Они нехотя вернулись в зал. Было почти три часа утра.

Бал завершался бесконечно длинным котильоном. Барон и его «невеста» в очередной раз привлекли к себе внимание – красивая пара легко и уверенно двигалась в сложном танце. Фамильные эдельвейсы фон Бергов гордо сияли на груди девушки вызывающим холодным светом.

– У меня нехорошее предчувствие, – признался Генрих. – Не хочу сегодня оставлять вас одну. Поедем в поместье… Думаю, нам лучше провести ночь под одной крышей.

– Почему не на мою квартиру? Это ближе…

– Нет. Это вас скомпрометирует.

– Да, я не подумала… Вы сегодня очень благоразумны, – в ее последней фразе прозвучал оттенок упрека и сожаления. Барон посмотрел в сторону и отвернулся.

На улице наконец похолодало. Восток еще не тронула заря. Екатерина куталась в меховой палантин.

Всю дорогу до поместья она была задумчива и пыталась разобраться в своих чувствах. Играет ли с ней барон, как кот с мышью? Или это что-то другое… Он мог воспользоваться моментом, ведь Екатерина тогда просто потеряла голову. Но он поступил благородно. Или безразлично? Возможно, это его очередная лицемерная игра… Но нет, он не лицемер. В этом девушка уже убедилась.

А что она сама думает о фон Берге? Пожалуй, она ему верит. И не только верит… Он ей нравится. Только как человек и возможный друг? А может, это что-то совсем другое? На все эти вопросы она ответить не могла… Или просто боялась чего-то нового и непонятного?

Екатерина постоянно вспоминала их странный танец в сумрачном таинственном зале. Что она тогда почувствовала? Никогда и ничего подобного с ней не происходило. Что-то теплое упало на сердце, да так там и осталось …

Как странно он смотрел на нее. Этот взгляд завораживал и увлекал куда-то в неведомое и прекрасное. Но даже тогда она ему доверяла. Доверяет и сейчас. Возможно, зря, но с этим ничего не поделаешь…