Текст книги ""Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Мария Геррер

Вот в этот момент я ощутил чью-то злобу, но приправленную удивлением и страхом. Вальту, точнее Тени в его теле, стало интересно, что это с нейроузлом биофабрики происходит. А тут, сюрприз, знакомые всё лица. То есть мы с Димом. И он знает, что я знаю, где он. Лависа здесь точно нет, но и тут они пробуют разобраться с заваленной дорогой в Центр. И вот я присовался, что не сотрёшь.

Что делает повелитель плохишей в любом старинном фильме, когда понимает, что к нему пришел пушной зверёк? Да, напарник, именно песец. Правильно, он шлет орды своих миньонов в его сторону.

Переключаюсь на связь со Стрелком и остальными. Обрисовываю им ситуацию, а еще чувствую, что Гиз бьет себя, кулаком по голове и тихо матерится. И что не так? На вас внимание меньше будут обращать. Будет легче прорваться. Да и сейчас истуканы покидают позиции и стягиваются к центру. О, там у мукары есть. Вот нам везёт.

Везёт, что их не было при втором штурме Последнего Приюта. Хватило и тех тяжело бронированных инисов для ближнего боя. И древнего гиганта, что почти вытер пол мнов и Даргулом. Кстати, а он где? Его я не засёк, да теперь и некогда уже.

Провожу рукой по местам расположения внутренних карманов, где хранятся кертулы. Они у меня уже постоянно лежат там на всякий случай. Вроде столкновения с захваченными нервными узлами. Потом еще ульмы с разными препаратами, но это для новых коллег. В карманах внешней портупеи, что мне сшил ящероид Фисо, находятся метательные снаряды, частично потраченные. Правда мне шеры для стрельбы не нужны. Ну, кошусь на руку с биопушкой в ней, почти. Трофейные иглы я и метать могу.

Подхватив с поясов убитых усиленные дротики в мешках, падаю в слияние. Знакомое чувство синергии, усиления и объединения. Мы вместе, мы идём за тобой, Вальт. Неизвестно, как зовут того самого паразита внутри него, есть ли у них вообще имена, так что пусть будет Вальтом.

Они тоже едины, но тут один использует другое. Мы же наоборот, пришли к согласию и едины. И мы идём за всеми вами. Вы риск, поражающий фактор, который нужно устранить. Чтобы спасти то, что ещё можно спасти. И дать этому миру возможность исцелиться. Под миром подразумевались как его жители, так и разум, Танат.

Широкий коридор, а впереди на одно колено присел ряд стрелков. За ними стоит вторая шеренга. Анализ, принятие решение и реакция на угрозу происходят мгновенно. Разбег, прыжок к стене, мимо проносятся иглы, так как враги не успевают. Наши броски по застывшему противнику куда точнее. Пара истуканов оседает с иглами во лбу.

Толчок от стены в сторону врага. В полет отправляем еще пару игл. Одна пробивает руку присевшему стрелку, а вторая забирает жизнь кильма рядом. Тут и мы обрушиваемся на стрелках. Клинки полувыпущены и прижаты к предплечьям. Из костяшек кулаков выросли лезвия. Размашистыми ударами пускаем их вход.

Противники не успевают переключиться на ближний бой. Они стоят очень тесно и мешают друг другу. Кто-то тянется к костяным ножам и гвэрам на поясах, но мы как всегда быстрее. На каменный пол, разбрызгивая белесую кровь, падает рука, сжимающая раскладную саблю-пилу. Уходим вниз, пропуская контрудар над головой. Плюс одновременно наносим ближайшему противнику удар предплечьем по ногам. Вогнутая часть прижатого к руке клинка с шипением выделяемой кислоты перерубает ноги. Истукан молча падает. Мы и разы, что сражались вместе с нами, уже привыкли к их молчанию.

Удар кулаком под челюсть заканчивает дело, когда острые клинки пробивают череп и мозг. Не у всех есть редкий кимбар павших Вестников Таната, он же второй мозг. Иначе наших врагов пришлось бы расчленять. Даргул этим и занимается. В слиянии мы сильнее и понимаем, что здесь есть кто-то ещё. Тот, кто уничтожил макура и аккуратно вырезал врагов в коридорах. Понимаем и откладываем это в уголок памяти. Сейчас неизвестный или неизвестные лишь возможная угроза. Главное добраться до Вальта и нейроузла.

Руки, в стороны, несколько поворотов вокруг своей оси в процессе подъема и враги вокруг нас падают. Точнее их руки, ноги, головы перерубленное оружие. Последние тела ещё не упали, а мы снова бежим вперед. Теперь впереди нас ждет группа рукопашников. Иршеры они закинули за спину, взяв в руки различное холодное оружие. Они нам не соперники, но их много. Мы не будем с ними долго возиться. Мы просто пройдем сквозь них как дикий гон, сминая и опрокидывая.

Пригибаемся и выкидываем перед собой правую руку, нанося удар по дуге. Нить пфэра срубает врагам в первом ряду ноги. Ударом на возврате сносим части их них руки. По их изувеченным телам мы прокладываем путь. Акустическая атака снова нас выручает, оглушая врагов. Пока они застыли, выпускаем из пор на теле струи все разъедающего кислотного тумана. Клинки легко прорубают нам дорогу. За нами следом идёт Стрелок. Они закончат дело.

Также на бегу достаем из кармана несколько белых пластинок концентрата. Это не муты, что оказались по большей части одичавшими потомками разумных из других миров. И не звери-мобы. Да, это просто тела, но мы не нарушаем негласный запрет на поедание себе подобных. Потому в пасть отправляются безвкусные пластинки усиленного рациона. Танат делает эти похожие на вату кусочки специально для нас. Другие разы могут их есть, но плюются от отвращения. Но нам после таких энергозатрат нужны силы. Да и вкус этой дряни мы не ощущаем.

По нашему телу разливается тепло. Пищеварение у димортула дикое. Из-за угла выбежал одинокий раз из Верующих. Вот он кричал, когда мы походя выпустили ему кишки и отбросили его к стене. Нет времени на добивание, да и не жить ему с такой раной. Даже местные регенеративные препараты его не спасут. Кровь так и хлещет.

– Монстр! – кричит кто-то, кто шел за ним. Вслепую, чисто на звук, отправляем в полёт иглу иршера. Тихое сипение, а потом за нашей спиной слышен звук от падающего тела. И этот готов. Похоже Верующие в ближайшее время окончательно исчезнут. Никто не будет об этом жалеть. Даже часть Резаков решила бросить свой клан после второго сражения за Последний Приют. Не все безглазые были такими отбитыми, как их покойный лидер.

У нас еще есть обычные снаряды для биопушки. Иглы и кислотные гранулы. Следующей точкой на нашем пути был обширный зал. Мы не вбежали туда без раздумий. Высунули голову, окинув взглядом помещение, и тут же убрали. Мимо нас, высекая крошку из камня, пронеслись массивные костяные диски. И там мукары в числе пяти штук. Плюс куча стрелков. Кувырок к другой стене и выставляем вперед левую руку. Мы погружены в пик слияния, когда выпускаем иглы и кристаллики они. Боевые кильмы умирают всё также молча. Снова мимо проносятся диски и немного игл. Часть солдат уцелела. Мы не всесильны.

Правда время настолько замедлилось, что мы ловим себя на том, что испытываем удивление. Кажется, что протяни мы руку, то поймаем ею диск или снаряд иршера. Заодно замечаем, что враги стреляет скопом, в одном место. Поток дисков иссякает. Сейчас изнутри будут поданы новые мешки с гигантскими фэсами, но это наш шанс. Стреляй мукары попеременно, прижимая нас и не давая поднять голову, мы бы тут встряли. Может Тени и искусны в подлых интригах, обмане и подмене смыслов, но они не бойцы. А мы именно бойцы. Смертоносный дуэт и машина смерти.

Сверхглубокое слияние ещё не прошло. Мы выбегаем из укрытия и вбегаем в зал. Они и иршеры снимают последнюю четверку боевых кильмов. Одного из них кислотные градины превратили в облачко серого пара из плоти. Не знай мы, что в основе биомассы тел разов используются грибные культуры, то можно было бы сильно удивиться. Биологическая бесцветность стала одним из инструментов подавления.

Щиток на предплечье закрыл встроенную биопушку, но сейчас открылись другие пазы. Тойли летят в ближайший биотанк, вонзаются в костяные орудия. Бежим вперед и тянем их за собой. Время угадано точно. Мукары начали стрелять, а мы тянем одного и заставляем развернуться и упасть. Только он успевает срезать пару собратьев перед тем, как упасть. Тойли уже втянуты обратно, а оставшаяся парочка разделяется, левый стреляет в меня, пока другой атакует упавшего собрата.

Передвигаемся зигзагами, уклоняясь от выпущенных дисков. Биотанк все ближе. Вот он уже десятке метров перед нами. Стоит с широко расставленными ногами. Падение, подкат, мы проносимся меж ними. Щель в задней части уязвимое место, но и снизу пластины кажутся тонкими. Удар клинком легко прошибает действительно тонкую преграду и разрушает сгусток нервной ткани в мешке. Кильм начинает оседать и мы едва успеваем из-под него выскочить.

Пока последний мукар расстреливает тушу мертвого собрата, который мы используем как укрытие, успеваем отрубить руку-пушку и поковыряться внутри. Пауза между залпами на перезарядку, высовываемся и отправляем в полёт добытые диски. Фэсы легко пробивают костяную броню. Да и метнули мы их с дикой силой.

Выход из слияния заставляет меня присесть. Мышцы дрожат от напряжения. Отправляю в пасть ещё несколько комков ваты, что Танат назвал усиленным рационом. Будто картон жуем. Связываюсь со Стрелком. Даргула они не видели, группы содеинились, но у них есть потери среди Знающих. Пилот кильма и пара солдат погибли в стычках, есть раненые, но они идут ко мне.

Легки и мышцы перестали гореть. Поднимаю голову вверх и вижу знакомое отверстие. Из такого вылезло то щупальце, что несло кабину. Моя цель там, я её чувствую.

Поднимаю руки вверх, живые гарпуны вонзаются в камень и тянут меня вверх. Пора поговорить с Вальтом и узнать, а что они тут искали?

Глава 7

Подъём мы заканчиваем, зацепившись руками за край. Задействуя эхолокацию просвечиваем, что находится наверху. Быстро оцениваем ситуацию, отталкиваемся ногами и перебрасываем тело в сторону. Собственную невидимость для эхолокации задействуем на рефлексе.

У края обрыва появляется пара бойцов. Их броня и инисы испещрены косыми крестами Верующих. У боевых кильмов их нет, не пометили, а значит нам противостоят разы. Прихвостни Вальта выпустили по несколько игл, а потом замерли с поднятыми пистолетами. В другой руке они держали готовые к активации гвэры.

– Что за чёрт? Где он? – крикнул ближайший к нам боевик, повернув голову назад. Там и находился под охраной стрелков боей с перчаткой-сонаром.

– Я его не вижу. Похоже он спрыгнул. Может кто-то спустится и проверит?

– Ты идиот! – кричит боевик. – Видел, что он там сделал. Он перебил всех меньше чем за миницикл. Или ты сам хочешь спуститься?

Мы отпрыгнули в тень, да и окрас димортула позволяет нам сливаться с камнем. Биоламп здесь нет, а кимбары глаз не всегда дают контраст. Так что нас противник не видит.

– Нет, – слышится испуганный крик сверху. – Сейчас из оламов выйдет еще партия слуг. Дождёмся их.

– А я думал, что ты в герои хочешь поиграть? – с притворным удивлением в голосе произнес боевик.

– Да сколько их там? – наконец подал голос его напарник. – Они прорвали все рубежи как хварк добычу.

Хварком, как нам подсказала память, звался монстр, который четырёхногого хищника без хвоста, но с жутко широченной и зубастой пастью. Шипы на лапах и когти помогали ему выпускать добыче кишки и перерезать жилы на конечностях. Обездвиженная добыча в предварительных ласках и анестезии не нуждается.

– Смотри, что бы они нас не порвали, – заметил первый боевик и отвернулся от края. Когда бойцы пошли назад, я снова провалился в слияние.

Передышка мне была нужна, чтобы описать ребятам ситуацию. Отряд воссоединился, но Даргула они так и не нашли. Правда часть отрядов явно стягивали куда-то недалеко от меня. Возможно, бывший вестник также идет сюда. Ох и бойня тут будет…

С этой мыслью входим в транс и прыгаем вверх. Точнее делаем выход силой и пускаем в ход тойли. Тот боевик, что знал больше, получил шип в плечо. Пока он кричал, притягиваем его к себе и оглушаем. Второго тоже тянем к себе, но уже в виде трупа с пробитым черепом. Оставшиеся бойцы опешили, но быстро взяли себя в руки и открыли шквальный огонь. Для этого нам и понадобилось притянуть тело второго бойца. Тело этого раза сыграло роль живого щита.

Выстрелы иршеров рвали труп в клочья, пока мы сближались. Всё-таки местное оружие пусть и мощная, но, по сути, пневматика. Даже усиленные наконечники игл не пробивали тело насквозь. Правда один выстрел, уже в самой близи, пробил-таки тело. Игла щелкнула по панцирю димортула, оставив царапину. Далее тело летит на не успевших отскочить в сторону бойцов, а кривые клинки вылетают из предплечий.

Какие же они медленные. Как черепахи. Такими разы Вальта кажутся в слиянии. Удар крест-накрест и стрелок теряет голову. Боец с трекером кричит от боли в культе, что появилась на месте руки и дергается под телом. Второй раз с иршером успел увернуться и даже изобразить на лице удивление. Когда летящий на возвратном движении клинок на левой руке пересек его шею. Голова запрыгала по камням.

Нет, Даргулу определенно проще. Он либо командует, либо занимается массовым истреблением противников. Я же то изображаю из себя головореза-ликвидатора, то раздаю ценные мысленные указания, то, как сейчас, занимаюсь допросами.

Пока спец по трекингу орет и трепыхается, подтягиваю к себе гарпуном раненного умника. Оглушил я его не сильно, так что орать на меня, грозя разными карами, он начал пока я его тянул к себе.

– Ублюдок, ты увидишь, как я сожру твои глаза.

Димон, хорош ржать. Я тоже не могу представить, как такое можно увидеть. Этот парень умом не блещет. Вот силы, самоуверенности и агрессии у него с избытком. Это видит трекерщик, с которого пинком скинули расстрелянный труп. Скорчившись у моих ног и зажимая культю, он во все глаза смотрит на нас.

Я специально целил тойоем в плечо, обездвижив одну руку. Вторую ему сломал после фразы о поедании глаз. Чтобы знал, что каннибализм – это очень плохо. Но этот раз стал орать и ругаться еще сильнее, пусть и висел у меня на вытянутой руке. Его можно было бы уважать, но только в случае если не видно глаз. Фанатизм и безумие так и плескались из них наружу.

– Отвечай на мои вопросы, а то хуже будет.

– Меня не напугать болью и страданиями, неверный.

Лёгкий удар под дых заставляет его прервать словоизвержение.

– Тебя да, – киваю головой, – но обращался я к кое-кому другому.

Поднимая открытую ладонь, чтобы все видели гидо, с которой вниз сорвалась капля кислоты. Все услышали шипение. Потом я приложил руку к лицу пленника.

Всё-таки я не Даргул. От душераздирающих криков, которые быстро утихли, меня самого передёрнуло. Нико, а станешь ли ты себя оправдывать необходимостью и фразами о меньшем зле? Чем ты отличаешься от Палача Таната? В данный момент ведь ничем. Разве что только я сам себе противен, но мне надо сломать второго.

Крики затихли, обезглавленное тело упало вниз. Конечности еще дергались, когда я присел рядом со вторым. Плюс шипение кислоты, которая растворяла растекающуюся жижей по камням плоть.

– Не бойся, – говорю я ласково, но оставшийся боевик вздрагивает. – Я начну не с твоей головы.

– Не надо, – пробует тот отодвинуться от меня. – Прошу. Я с ними недавно. Я не знал, кто они такие. Я не хотел.

Врёт. Это димортул может считать по его телесным реакциям. И ему страшно. Наверняка он в курсе, что те же кочевники теперь не щадят Верующих. Когда те разбили камни душ разведчиков из Ветра Пещер, разы Дрэйна не стали никого щадить. Негласное табу было нарушено, в Танат пришла настоящая смерть. Вот чего на самом деле боится этот ублюдок.

Нельзя дать ему думать об этом. Кладу ладонь на его колено. Шипение кислоты, дикие крики, бешенное вращение глаз и дёрганье тела. Тот же Стрелок объяснил мне, что зачастую боль при пытках имеет другую цель. Не сломать пленника, а сбить его с мысли, лишить самоконтроля. И вот тогда, сквозь крики он начнёт говорить.

– Где оламы?

– Дальше. Через перекресток. Первый поворот налево. А-а-а-а-а.

– Контрольный узел там же? Колонна из плоти?

– Да-а-а-а.

Перемещаю руку и добавляю кислоты. Боль ощутимая, но рассудок этот парень потерять не должен. Только трепыхается.

Узнаю и об охране. Пара Макаров с крупными фэсшерами, также десяток истуканов. Вальт тоже там, но добраться до него будет сложно. Неприятный сюрприз – тот где-то раздобыл не просто тяжелый биодоспех, а нечто со встроенными иршерами и фэсшером.

Паразит после той бойни, когда мы разделали древнего воина, видимо решил поберечься. Учтем это, а также передадим остальным. Вдруг эта биоброня не уникальна.

– Не убивай. Я всё сказал. Про…

Лезвия на костяшках пронзают голову фанатика. Уже не знаю какой минус враг за этот цикл. По пути с его слов ет охраны, но лучше проверить. Плюс он уточил, что зал с оламами имеет другой выход. Это наводит на интересные мысли.

Поднимаюсь с колен и бегу вперёд. Позади остаются изувеченные трупы. Информацию принимаем к сведению, но до конца не верю. Опыт работы инспектором Департамента научил быть начеку. Уж сколько моя команда разных закладок зачистила, сложно сосчитать. А Вальт как раз выходец из той организации, что раскидала их по всей Земле. Потому в лоб, даже имея на руках подробный расклад, мы, само собой, не пойдём.

Вот перекресток. Обращаюсь в слух и отрабатываю сонаром. А кто это у нас за тонкой стенкой такой четырёхногий стоит? Да еще и вместо рук биопушки. Система охраны тайны, как мы величали те охранные системы «Сентком», о которых не знали рядовые члены этой организации. Это были и модули скрытого наблюдения, потайные турели, заряды взрывчатки и распылители ядовитого газа.

Вот с последним мне, как стажеру отдела, и пришлось столкнуться. Ребята из группы «Аид» восприняли увиденное спокойно. Меня та гора мумифицированных трупов крепко выбила из колеи. В том случае СОТ послужила защите тайн корпорации. Учёные сделали яд, а потом от него же и сдохли.

Для бывшего спасателя это было тем ещё шоком. Но заодно и излечило от хандры после выписки из реанимации. Спасать людей можно и от таких подарков из прошлого.

Так что, мистер Вальтер, с этими штучками мы знакомы. Но дорога тут одна. Правда никто не думал, что я пойду не понизу, а поползу по потолку. Опыт есть, плюс контрвибрация. Миновав перекресток шлю Стрелку и остальным информацию.

Меня, конечно, пробовали удержать, но опыт противостояния с «Сентком» гнал меня вперед. Я чувствовал, что скоро может случиться нечто плохое. Выродок на подобие Вальта и Тень внутри него были гремучей смесью. Плюс у них была биофабрика. Потому есть дорога лишь в обход, инспектор. Группа зачистки «Аид» не прилетит. Так что сжал зубы и вперёд, рисконавт.

Как я уже не раз замечал, тоннели в Танате ветвятся и пересекаются. Запрыгнув на потолок и уцепившись за него руками и ногами, просто ползу в левый тоннель. Стенка, за которой скрыт мукар, выглядит сплошной и явно уделяется оттенком. Однако глаза димортула видят разницу. Похоже гипса налепили и чем-то покрасили.

Боевые кильмы явно ориентируются в данной ситуации не на зрение. Потому моя контр локация меня и спасает. Плюс передвижение по потолку в любом случае хуже засекается этим способом. Да и ползу я хоть и быстро, но аккуратно и как можно тише.

Наконец опасный участок я миновал. Тихо по стене сползаю вниз и крадучись идуро тоннелю. И тут же я чуть не бью себя ладонью по лбу. Вот идиот. Этот узел захвачен Тенью, а значит нет ментальной защиты от Таната. Ребят они наверняка читают, как и своих солдат. Это значит…

За спиной слышится цокот хитиновых ног по камню. Да, Дим, я сам себя переиграл. Вальт не идион. Он понял, что мы можем его обойти и выйти в зал с тыла. Так можно было подобраться незаметно и повредить его биодоспех. Истуканы потом не оказали бы серьезного сопротивления. У меня банально скорость выше. Но это если враг не знает моих планов.

Теперь готов спорить, что где-то впереди меня ждут молчаливые ребята с иршерами наперевес. Сзади меня подожмет мукар. В такой тесноте свобода маневра ограничена. Меня банально расстреляют и фиг получится увернуться. Вестник в димортуле слайсированный получится. Говорил, что есть дорога лишь вперед, рисконавт? Ну так ходу.

Отправляю своим спутникам приказ ускориться, а потом падаю в слияние. Игры кончились. Да здравствует резня и веселая нарезка врагов. Только ещё одну пластинку рациона в пасть кину. Знаю, Дим. Та ещё гадость. Потом наедимся тартаром из мяса волгара. Свеженького, парного.

Бежим по тоннелю прижимаясь к стене и пуская перед собой акустические волны. Мукар, пусть и с трудом, но пройдет. Мимикрии, как у спракса, у нас нет. Можно изменить пигментацию, чтобы скрываться во тьме. Хоть что-то, пусть это и не срабатывает.

На миг нас ослепляет. Если привыкаешь охотиться во тьме, то лучи ручных биоламп могут стать неприятным сюрпризом. Хотя с этим столкнулись еще в первый день в Танате. Во время стычки с отрядом Тэй. Правда там было место для маневра, можно было прыгать по колоннам. Тут же мы в упор несемся на группу стрелков, что один за другим выпускает бронебойные иршеры.

Припадаем к земле и несемся на четвереньках. Словно хищный моб. Уходим глубже в слияние и размытые линии в воздухе превращаются в костяные иголы с кристаллическим наконечником. И в глубоком трансе понимаем, что в эти игры можно играть и вдвоем.

На левой руке а сторону уходит щиорк и пара стволов изрыгают дротики и кристаллическую дробь. Несколько человекообразных кильмов молча падают, других рвут в клочья кислотные гранулы. Но не всех, а потому с рёвом оглушающей атаки, получив несколько ранений, врубаемся в поредевшую линию врагов.

Работаем на ходу, не останавливаясь. Отсеченные кучи тел ещё не коснулись пола, как мимо проносится пара дисков. Мукар пришёл на вечеринку. И один из дисков цапает нас краем по руке.

Внешний панцирь, пробит, как внутренняя мякоть и тело вестика. Тут же сработали аварийные системы, стянув раны и начав аварийное лечение. Далее следует проверка на яды после появления фантомного жжения. Край диска смазан какой-то дрянью, что частично парализует мышцы.

Но для димортула это всё не проблема. Мы приседаем за углом, нас не видно. Затем у брони включается контрвибрация и мягко прыгаем вверх, цепляясь когтями и отросшими шипами за потолок. Притом прячемся мы в маленькой нише, нас не видно.

Мукар, цокая копытамии по полу, проходит мимо нас. Тяжеловооруженный кильм не торопится, передвигаясь осторожно. Стволы фэсшеров рыщут по углам. Биотанк явно не может понять, а куда мы пропали?

Проходи уже, увалень. Мы в слиянии можем долго ждать, но нев этом проблема. Тени что-то задумали. Нам это понятно, как и то, что время утекает. И это интуиция спасателя и инспектора по безопасности. Что-то плохое может случится…

Удара о спину мукара выбивает из головы все мысли. Слышу мысленный крик Дима. Мышцы сводит судорогой, чудом цепляюсь когтями за голову мукара. Благо, что у живого танка она плоская и широкая. Только мозги все в другом месте.

На поверхности димортула вырастает куча крючков. Это Дим по инерции среагировал. И вовремя. Наш ходячий биотанк понял, что нечто шлепнулось ему на темечко. Его первая реакция понятна – стряхнуть.

Удар о стену, потом о соседнюю. Меня мотает по спине мукара. Словно тряпичную куклу, а не грозного вестника. И мысли вязкие, ориентация потеряна. Что со мной? Будто кто-то на переключатель нажал.

Нужно разогнаться. Это единственная мысль, что бьется в черепе. Взбодриться, оценить угрозу и действовать. Делаю короткие и резкие вдохи-выдохи, стараюсь напрягать группы мышц. Сознание постепенно проясняется.

В который раз меня спасает димортул. Это я понимаю, ощутив серию уколов в позвоночник. Снизу доверху проходит болезненная волна, расходясь в стороны. Руки и ноги пронзило вспышками боли. И не слабой, так как хочется матюгаться.

Не знаю, что за формовщик дрегов создал живую броню, но его творение снова меня спасло. Те самые базовые протоколы, рефлексы, паттерны – не знаю, как правильно назвать случившееся. Это точно не Дим, что выполнял роль второго пилота. Напарник сам мысленно орал, приходя в себя. Раз шлет такие картинки, то точно живой.

И хвала инстинктам. Снова во мне на миг включился аналитик. Пока мукар пытался нас сбросить, я радовался, что он не прыгает на месте. Тогда биотанк расшибет себе плоскую пустую голову. Заодно и нам все кости переломает.

Потому мы и убьём его первыми. Из гидо на левой руке выделяется кислота. Работает она как обычно. То есть очень быстро под ладонью образовалась дыра, куда можно просунуть руку.

Мукар почувствовал, что ему припекает темечко, и стал дергаться ещё сильнее. Так что мне было трудно просунуть в отверстие полусогнутую руку. Хоть в голове прояснилось, но тело всё ещё было ослабшим. Наконец, собрав волю в кулак, я это делаю. В предплечье открывается дуло шера, выращенного прямо внутри брони. Очередь кислотных градин заставляет тварь мелко задрожать, а потом она делает шаг вперед и падает навзничь.

Вот тут крючья на теле отказали и я кувыркаюсь через голову. Земли не достигаю, повиснув на руках. Притом одна внутри мёртвой твари. Втягиваю когти и сползаю вниз. Только сейчас по дыханию понимаю, как мне тяжело. Словно пару километров наперегонки с гепардом пробежал. Да ещё и оставив его в паре сотен метров позади.

Нас можно брать тепленькими. Крайний раз я был в такой ситуации в шпиле после атаки Геньа. Вернее паразита, что был у него внутри. Только тогда змееподобный гаденыш перебил мне позвоночник. В этот раз ощущения схожие, но атаковали нас явно иначе. И похоже ментально.

Тут и Дим перестал материться как боцман и привлек моё внимание. После его мыслеобразов и я ощутил это вокруг нас. Словно воздух стал вязким, холодным и темным. По другому и не описать. Нечто схожее исходило от спракса, когда его контролировали Тени. Правда в данном случае это не контролирующий импульс, а разрушительный.

– Вашу за ногу!

Застрявшая рука выскочила из тушки мукара и я шлепаюсь вниз. Маска брони сползла с лица. Меня вырвало желчью. Словно я напился, но только сразу до похмелья.

Вытираю тыльной стороной ладони лицо. Острые пластины панциря его подрали, но мне плевать на боль. Нужно собраться и идти. Собраться и идти. Вперед. Но куда именно вперед?

В голове опять темнеет и меня затягивает куда-то в бездну. Да что такое со мной происходит? С нами. Где Дим? Я его не чувствую и не слышу его мысли. Но могу видеть, да? Ведь это он возник передо мной в образе димортула и машет в мою сторону кулаками. Точнее очеь технично вешает мне джебы и апперкоты. Черт, да почему так больно?

Посмотрев на меня, зубастый монстр качает головой и поворачивается в сторону. Упирает голову назад и резко двигает ею вперед. Будто бьет кого-то. Но тут я слышу нечто вроде хрясь, а нос пронзает молния.

– Мать твою, – ору я по-русски. – Ты мне нос сломал.

Вернее сказать, взял тело под контроль и заставил меня удариться головой о стену. Точнее говоря лицом. Нос от столкновения с камнем свернуло в сторону, белесая кровь раза текла по лицу и капала на камни. Готов спорить, что по лицу я также бил сам себя. Зуб шатается, челюсть зудит Больно, обидно, но эффективно. В голове прояснилось, так что напарника и видно, и слышно.

Спасибо, брат. Ты снова спас нас обоих. Вот только что это было, дружище? И почему мы еще не провалились в слияние? Ведь в этом состоянии и наша ментальная защита обостряется. На этот вопрос я получаю быстрый и точный ответ сиюминутно.

Внутренний взор устремляется вперед. Я вижу некую пещеру чужими глазами. Притом зрение у меня круговое. Интересно. Тут кругом оламы и куча людей с одинаковыми лицами. Понимаю, что вижу место, где окопался Вальт.

Вот и он сам. Узнаю мерзавца по внешности покойного Фэла. Плюс инис с нанесенными кривыми крестами и некое подобие плаща. Он что-то кричит кильмам и те идут к выходу. Видимо за нами. Хорошо, что я недолго был в отключке.

Не знаю, что это за существо с глазами по периметру, но это оно источник тогостранного импульса. Именно через эту связь я и смог подключиться. Оно меня словно не чувствует. У него вообще нет разума. Словно это живой механизм, как формовщик.

Но меня видит Вальт. Он смотрит на меня, а точнее на существо. В глазах носителя тени появляется удивление. Хм, а проверим, видит ли он нас? Мысленно провожу когтем по горлу. Плюс у меня такая добрая кривая ухмылка, что бывший сенткомовец сереет, нервно сглатывает и делает шаг назад. Потом бросается к боковому столику и кидает в сумку знакомые шарики церебралов.

У выхода из пещеры стоит знакомый хитиновый корпус латника. Такие тени привели в Последний Приют. Вот в него и запрыгивает Вальт. Пластины сдвигаются, закрывая мерзавца. Эта штука явно отличается, судя по наличию в лапе здоровенного подобия фэсшера. Как нас боятся.

Я уже готов сорваться вперед, как меня мысленно окликают. Знакомый разум, чей обладатель находится где-то позади. И собеседник показывает мне в какую жопу попали мои союзники.

Инсектоид из команды Даргула скорчился под ногами, сжимая в руках свой длинноствольный иршер. Чуть в стороне лежит парень с открытыми глазами. По неморгающему взгляду ясно – мёртв. Рядом с ним корчится еще один гуманоид.

Тут же слева за камнями сидит Стрелок, зажимающий рану на груди. Вторая рука с ульмом у него движется ходуном. И его накрыло, но не так, как остальных. Правее Гент с дершером наперевес отстреливается от наседающих кильмов.

Значит я смотрю на всё глазами Харса, который и стреляет, и общается голосом со мной:

– Нико, если слышишь меня, ответь. Мы тут встряли основательно. Нас с Гентом быстро отпустило.

Тут ящер замолкает, смешается в сторону. Мимо проносятся иглы. Высунувшись из-за камня, Харс точным выстрелом срезает стрелка. Кислотный ульм проделывает в груди нападавшего дыру.

– Значит на вестников это меньше влияет.

Ну, логика у него железная. Правда если бы не Дим, что бил меня головой о стену, в себя бы я дольше приходил. Отмечаю про себя, что парни застряли в том круглом зале и их прижали к стене.

– Нико, найди источник этого. Снаружи зависли кильмы. Там Знающие и Искатели. Ещё Тэй и Алина. Их чуть не накрыло, возница первого вовремя среагировал. Но не это самое фиговое.

Харс замолкает, словно собираясь с мыслями. Чувствую, как он мотает головой. Ему всё-таки не очень хорошо. Плюс я вижу, что сверху сыпятся не только человекоподобные кильмы, но и ходячие танки. Ребятам не продержаться одни.

Но мой порыв бежать на помощь гасит следующая фраза Харса:

– Самое фиговое, что граница этой дряни сдвигается. Ребята отходят. Нико, оно растет и не известно когда может накрыть Последний Приют.