Текст книги ""Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Мария Геррер

После прогулки поехал в ресторан ЦДЛ пообедать, после этого покатался по Москве, заехал в спецмагазин, ассортимент там сильно обновился. Я спросил продавщиц – с чем это связано. Они ответили, что теперь прежний ассортимент можно купить в обычном магазине – государство стало закупать за рубежом очень много товаров народного потребления.

– О! Это и моя заслуга! – подумал я. – Заработали кучу денег на спекуляции нефтью и решили сделать закупки товаров для населения на сверхприбыль. Это очень здорово! Народу есть что купить на свою зарплату! – радовался я.

Вернулся домой, какая-то опустошенность в душе, так часто бывает после завершения долгой и сложной работы. Поехал в Сандуновские бани, там меня попарили, помассировали, отпоили пивом, вышел из них как новенький.

Вернулся домой и вновь начал переваривать, что я еще упустил по технике.

– Вспомнил – неодимовые магниты! Точнее магниты системы неодим-железо-бор -основа производства экономичных и легких электродвигателей для всех отраслей народного хозяйства, особенно для беспилотной авиации… Точно, за ними последуют и беспилотники, пока только для разведки, они уже используются, так что тут я Америку не открою.

Я тут же сел за стол и начал набирать в редакторе на персоналке технологию производства неодимовых магнитов и их применение, какие это дает выгоды. Предложил запатентовать это во всех развитых странах мира, чтобы потом получать деньги от продажи лицензий.

Опять просидел до трех ночи, почти закончил.

Утром вновь сел после завтрака за компьютер, предупредил Дашу, что вечером будет гостья, надо сделать праздничный ужин.

К обеду закончил тему с неодимовыми магнитами и электродвигателями на их основе, особое внимание обратил на экономичность бесколлекторных электродвигателей. И тут же нарисовал схемы электроприводов для них на новых полевых транзисторах.

Эта тема прямо просилась на бумагу, я все подробно разрисовал, в том числе и схему частотного регулирования оборотов.

Но я не мог на этом успокоиться и нарисовал схему простейшего квадрокоптера. И тут же спохватился – лазерные гироскопы! Оптоволокно в СССР производят давно, и уже через год в ФИАНе будет проложена первая линия связи между ЭВМ на оптоволокне.

Сел снова за компьютер, начал писать свой доклад про лазерные и волоконно-оптические гироскопы. К вечеру прервался – надо отдохнуть перед встречей с Верой.

Вера приехала в одиннадцать часов и уже подшофе:

– Заставили выпить – сказала она. – Успех ошеломительный! Гости из горкома Москвы, никак нельзя было отказаться от трех тостов. А еще тост «За успехи новой звезды» и «пей до дна…» под аплодисменты – пожаловалась она. – Пришлось выпить целый бокал, хотя мы с тобой обычно такой бокал за ужин выпиваем. Но что странно – спела я «Хелло» на русском – вежливо похлопали, тогда я решила спеть на английском «Rolling in the Deep» – она сорвала шквал аплодисментов. Ничего не поняла, по какой причине – засмеялась Вера. – Потом вместе с Бродской и Ведищевой пели песни цикла «Мираж» – у меня даже лучше, чем у них получалось с моим меццо-сопрано. Поэтому они уступили мне место фронтмена в этих песнях – слушатели ладоши отбили!

– Мне кажется я знаю, почему русский вариант «Хэлло» не зашел зрителю. Манера исполнения специфическая, слова трудно разобрать, да и там тягомотина какая-то по смыслу. А когда ты спела на английском – тут разбирать ничего не требуется, только воспринимать твои эмоции и твой красивый голос, и музыку – а они замечательные – предположил я. – Так что наверно цикл «Адель» на русском пока не пойдет в народ. Пой песни цикла «Мираж», коли у тебя лучше получается.

– Но мы втроем даем жару! Эти профессиональные певицы вносят свою лепту, свою изюминку в эти песни! – тут же уточнила Вера.

– Да ладно – сполоснись в ванной, а я перекушу, коли ты сыта. Ну и присоединишься ко мне в столовой – сказал я.

Вера ушла в ванную, я сделал себе бутерброд с малосольной семгой, запивая его белым вином. Потом попробовал острый салат из квашенной капусты – его надо было запить водкой – налил стопку двадцать пять грамм – закусил капустой и ветчиной. В общем подкрепился, Вера зашла в столовую в халате, с замотанной полотенцем головой.

Глава 3

Вера смотрелась в халате и с замотанной в полотенце головой совсем милой и домашней, в таком виде она уселась за стол, выйдя из ванной комнаты.

– Налей мне водки Валера – попросила она, смотря на салат из квашеной капусты и нарезанный окорок с отчетливыми прожилками сала. На столе стояла горчица, я ей намазывал кусок окорока и отправлял в рот, смакуя и блаженствуя от вкусной закуски.

Я налил пару рюмок, мы выпили, закусили капустой и мясом. Вера следом за мной намазала кусок окорока горчицей и целиком отправила его в рот.

– Волшебница твоя Даша, я так не умею готовить – призналась Вера, смакуя окорок.

– Даша работает не у меня, а в ЖЭУ, этот дом особый – пояснил я. – Домработница оплачивается в коммунальных услугах.

– Да, хорошо быть здоровым и богатым. Ну точнее быть на вершине, или хотя бы у подножья власти – сказала Вера.

– Да, это правда, моя работа очень хорошо оплачивается вот такими условиями жизни – согласился я. – Но я стараюсь сделать в своей работе так, чтобы такие условия появились у большинства наших граждан.

– Ну это вряд ли когда произойдет – отвергла Вера мои прогнозы.

– Всё может быть – философски ответил на это я.

Потом Вера села ко мне на колени, мы стали целоваться, дневные заботы ушли в сторону, и мы уже забыли обо всем на свете, и не мешкая перешли в спальню.

В воскресенье проснулись поздно, еще не раз занимались любовью в постели, потом встали, привели себя в порядок. В двенадцать пришла Даша и начала заниматься домашними делами. Мы позавтракали, я вызвал такси и проводил Веру.

После этого сел в кабинете за компьютер и продолжил тему лазерных гироскопов. Так и просидел до самого вечера, прервавшись на ужин.

Утром в понедельник продолжил работать над этой темой, а наработанные материалы по неодимовым магнитам и электродвигателям на них, вместе с описанием электроники электроприводов, хотел отправить генералу Петрову в Зеленоград для срочного запуска в производство. Но лейтенант Аверин, приехавший на моем Роллс-Ройсе, сообщил, что меня самого ждут в Зеленограде. Отвез пакет сам и передал генералу Петрову.

Зеленоград

Мы на Роллс-Ройсе въехали во внутренний двор Ангстрема, я поднялся на второй этаж в зал совещаний, в котором постоянно находился генерал-майор Петров.

– Добрый день! Как успехи? – спросил я, здороваясь с ним за руку. Затем передал ему подготовленный пакет документов по электродвигателям и неодиомовым магнитам

– Пока все идет отлично! Микропроцессор и все микросхемы из комплекта, а также все типы памяти уже успешно начали производить в Минске и в Киеве, Микрон начал выпуск по трехмикронной технологии арифметического сопроцессора АМ9511, данные на который вы нам прислали. Военные очень ждут его – он в четыре раза быстрее выполняет операции над 32-разрядными числами с плавающей запятой. На очереди запуск этих микросхем в Воронеже и в Новосибирске – сообщил Петров.

– А с чем связан мой вызов? – спросил я.

– Ваши предложения по SMD-технологии уже успели обработать. Возникли некоторые вопросы, хотели с вами обсудить это в деталях – сообщил Петров.

– Ну давайте обсуждать – согласился я.

Петров вызвал заинтересованных лиц и в течение получаса зал потихоньку заполнялся инженерами, многие из них подходили и здоровались со мной за руку – с ними мне удалось тесно поработать над микропроцессором Зет-80.

Последним пришел Дшхунян, он уже командовал отделением из пятисот человек, и совещание началось. Посыпались вопросы, я отвечал, как можно подробнее.

– Боюсь, что не получатся у нас платы с разрешением 0,3 миллиметра – вздохнул в конце обсуждения Машевич. – У нас с разрешением один миллиметр не всегда получаются, много брака.

– Надо упорно работать над этим, не относится к производству печатных плат как к вторичному производству – ответил я. – Тогда и будет положительный результат. В Минприбор передали наши данные?

– Да, разумеется. Но результаты изучения пока не известны – ответил Петров.

Дальше посыпались вопросы насчет монтажа СМД-компонент, как такие мелкие детали монтажники будут паять. Но у меня был опыт – мои электронные замки и электронику для них мы изготавливали сами. Монтажница, без всякого увеличительного стекла, обычным паяльником с тонким жалом спокойно припаивала эти микроэлементы на плату. И собирала до сотни плат за смену. Платы правда были тоже маленькие – два на три сантиметра, но элементы были установлены с двух сторон.

– Товарищи, все это надуманные страхи! Эти элементы спокойно паяются и очень быстро обычным монтажником – обрубил я. – Элементы устанавливаются с двух сторон, поэтому плотность монтажа как минимум в четыре раза выше, чем с ДИП-корпусами.

– С этим трудно спорить – сказал Дшхунян. – Будем переходить на СМД-компоненты. Пока придется работать на обычных, мы уже передали материалы в Минрадиопром с требованием перевода всех комплектующих в СМД-корпуса. Ну или, по-другому говоря, в бескорпусное исполнение. Обещали через три месяца начать их поставки. Они будут примерно в два раза дешевле корпусированных элементов. Да и в производстве микросхем тоже будет существенная экономия на корпусах.

На этом тема была закрыта, пошел общий треп о проблемах в микроэлектронике.

– Как обстоят дела с винчестерами? – спросил я.

– Есть успехи, но сейчас борются за повторяемость магнитных головок. Диски из стекла получаются безупречные, с электроприводами тоже проблем нет. Ушло три месяца на выведение аэродинамики головок в нужную геометрию, чтобы обеспечивался стабильный зазор между диском и головкой. Сейчас эта проблема решена, зазор держится стабильно на уровне одного микрона. Хотя вы задавали в прототипе десять микрон! – улыбнулся представитель Минприбора Владимир Никишин.

– Отлично, значит плотность записи можно будет увеличить – порадовался я.

– Перспективы открываются просто гигантские по этой технологии производства жестких дисков! У нас сейчас накопитель на двадцать девять мегабайт занимает объем больше кубометра, а по этой технологии накопитель емкостью сто мегабайт будет занимать объем три литра. Эти накопители можно будет самостоятельно продавать на экспорт! Валюта рекой потечет! У нас уже несколько НИИ над этой проблемой работают – я уверен, что через пару месяцев получим рабочие образцы емкостью сто мегабайт! – уверенно сказал Никишин.

– Это здорово! Это с одним диском? – спросил я.

– Да! Именно! Воронежский НИИ собирается сделать сборку из четырех дисков, это вообще будет умопомрачительная емкость накопителя в четыреста мегабайт. А головной НИИ работает над увеличением емкости одной пластины – надо увеличивать плотность записи, а пока электроника не позволяет такие высокие частоты обрабатывать. А так, вполне реально, добиться увеличение емкости одного диска до одного гигабайта – я говорил, что мы с помощью специалистов по аэродинамике из МАИ обеспечили зазор в один микрон между головкой и диском, при зазоре в десять микрон у прототипа.

– Отличные новости – порадовался я. – Надо как можно скорее запустить в серию сотку и комплектовать ими персоналки. Вот это будет убойная вещь! Сменные диски по три мегабайта и накопитель на сто мегабайт. Надо товарищи теперь сосредоточить усилия на технологии полупроводников – добиться разрешение полтора микрона. Как там обстоят дела?

– Пока стабильно получается разрешение два микрона. Наш отдел сделал топологию Зет-80 на эти нормы, уже работают с опытными образцами микропроцессора, достигнута тактовая частота тринадцать мегагерц – сообщил Дшхунян. – По этой же технологии разработали кристаллы памяти – емкость удвоилась – восемь килобит динамическая память и по два килобита статическая память и ПЗУ. Еще месяца три и будет у нас разрешение полтора микрона – пообещал он.

– Какие успехи с флэш-памятью? – спросил я.

– Боремся за количество циклов программирования и за скорость записи – улыбнулся Дшхунян. – Кристаллы на четыре килобита с гарантированными ста циклами перезаписи можно уже пускать в серию. Наши программисты интерпретатор БЭЙСИКа уже написали для этой памяти. Время считывания ячейки у нее двести наносекунд, а вот программирования три миллисекунды. Ну это конечно отладочный вариант, когда отладим – перенесем в масочное ПЗУ, у него емкость гораздо больше.

– Это уже здорово, запускайте эти микросхемы в серию – нам нужна память для прошивки программ, особенно для автономных применений, таких как ракеты, например. Или принтеры. – напомнил я.

– У нас вышел в серию шестнадцатиразрядный микропроцессор с системой команд PDP-11 – сообщил Дшхунян. Мы его уже сделали по нормам два микрона, тактовая частота десять мегагерц.

– И мы начали выпуск универсального набора микросхем по этим же нормам – теперь у них задержка на вентиль десять наносекунд – сообщил Машевич.

– Все это замечательно товарищи, но эти достижения надо воплощать в конечном продукте – в микроэвм, которые пойдут потребителям – напомнил я. – У меня дома работает прототип этой машины – отличная штука. Надо теперь запустить в производство такую же машину на микропроцессоре, она будет гораздо дешевле, и мы сможем выпустить их гораздо больше.

– Программисты просят увеличить оперативную память в этой машине хотя бы до шестнадцати килослов – сообщил Машевич. – А в идеале до тридцати двух килослов. И это не предел для них, вот только адресуемая память у микропроцессора скоро уже достигнет предела. Чувствую аппетиты у них и дальше будут расти. Надо увеличивать объем ОЗУ в компьютерах.

– Надо, кто с этим спорит. Как выйдем на уровень полтора микрона – будут у нас микросхемы по 64 кбит на кристалл, сразу заполним всю адресуемую память – пояснил я.

– Тогда надо будет подумать над тем, как им адресовать большие объемы памяти – продолжал рассуждать Машевич. – У нас шина восемнадцать адресных разрядов, а микропроцессор имеет их всего шестнадцать.

– У вас имеется описание диспетчера памяти, который формирует адрес от восемнадцати до двадцати двух разрядов – улыбнулся я. – Вот следующий микропроцессор у вас уже должен быть с диспетчером памяти хотя бы на восемнадцать разрядов.

– Тогда надо закладывать в шину дополнительные адресные разряды! – воскликнул Машевич.

– Не стоит, это будет другая серия машин, более высокого уровня – успокоил его я. – Пока будет вполне достаточно восемнадцати разрядов – когда еще заполним их реальной памятью.

Мы еще час обсуждали проблемы производства микроэвм, выискивали оптимальные варианты решения тех или иных проблем.

Потом генерал-майор Петров сообщил мне, что меня ждут в Минприборе, а точнее в НИАИ «Источник» по поводу литиевых элементов.

На этом обсуждение закончилось, и я поехал в этот Научно-Исследовательский Аккумуляторный Институт «Источник».

Там меня взяли в оборот специалисты в аккумуляторной химии и стали пытать по поводу состава и конструкции элементов. Я открестился от этого, сказал, что я только передал информацию, добытую нашей разведкой, за ее достоверность ручаюсь.

– Мы начали работы по этой теме, многое непонятно – и Ю. М. Позин, ответственный за это направление работ, начал излагать проблемы, вставшие перед ними.

– Товарищи, еще раз напоминаю, что я не разработчик этого типа аккумуляторов. Патенты оформлены на мое имя – такое распоряжение было от руководства КГБ, поэтому присылайте вопросы в письменном виде, будем искать на них ответы с помощью нашей разведки – я ответил на их вопросы, как полагалось по легенде.

Через полчаса я от них уехал домой, увозя с собой список из сотни вопросов по литиевым аккумуляторам. Дома сел к компьютеру и начал по порядку отвечать на них, прилагая к ответам эскизы, нарисованные от руки. На это ушло два дня, ответы я передал через охрану в НИАИ «Источник». Судя по заданным вопросам, скоро в СССР появятся литиевые аккумуляторы, это я четко осознал. За дело взялись профессионалы высокого уровня. Следующим шагом после того, как они наладят производство этих аккумуляторов, подкину им информацию по аккумулятором для электромобилей на основе системы литий-железо-фосфор, которые использовались в бюджетных электромобилях моего времени.

Новый 1976 год

Приближались новогодние праздники, надо было подумать над подарком для Веры.

– А что тут думать – лучшие друзья девушек – это бриллианты! – подумал я и поехал по ювелирным магазинам. Но охрана рекомендовала за этими подарками все же поехать в спецмагазин в ГУМе. Там я и подобрал гарнитур – колечко с трех-каратным камнем, сережки и кулон тоже с большим камнем – покупка обошлась в шесть тысяч рублей. Для кулона купил красивую цепочку из золота. Поглазел на витрины и подумал, что Даше надо тоже что-то подарить – уж очень уютно с ней жить в моей квартире. Выбрал скромное, но красивое золотое колечко с небольшим бриллиантом в треть карата за пятьсот рублей – пусть порадуется девушка новогоднему подарку.

Приехал домой и попросил Дашу организовать установку елки в студии, ну и украсить ее игрушками и гирляндами. Даша с радостью занялась этим, и двадцать девятого декабря елка уже стояла в моей студии, мерцая лампочками гирлянд.

– Блин! Как же я упустил мощные светодиоды! – вспомнил я о них, глядя на гирлянды из лампочек накаливания. Тут же пошел в кабинет, сел за компьютер и начал записывать технологию производства светодиодов на основе нитрида галлия. На это ушел день и тридцатого декабря, а вечером приехала Вера – она будет у меня гостить до первого января. Мы с ней пели песни, смотрели телевизор, между делом посещали спальню – давно не встречались.

Встретили Новый год, выпили шампанского, Вера была на подъеме – она точно летела в Англию на гастроли, а это помимо карьерного роста еще и деньги в чеках! На них можно отовариваться в магазинах сети «Березка», покупать всякие импортные вещи. Да и в Англии можно много чего купить для себя – командировочные обещают приличные.

Утром я преподнес подарок своей любовнице – и пропел: «Лучшие друзья девушек – это бриллианты». Вера была в восторге, тут же потащила меня в спальню и очень истово меня благодарила, одев украшения на голое тело и прыгая на мне.

– А я не подумала насчет подарка тебе – все некогда… Репетиции, концерты, с тобой получается от силы два раза в неделю встречаться, а то и меньше – грустно поведала Вера, прижимаясь ко мне, когда мы успокоились после нашей яркой близости.

– Ну такова жизнь артистки – улыбнулся я, обнимая её.

Мы с ней позавтракали, перешли в студию, Вера села за рояль, начала петь «Музыка нас связала» из репертуара группы «Мираж», у нее получалось очень красиво.

– Вы не пробовали переводить эти песни на английский? – спросил я.

– Да нет, у нас хватает репертуара для Англии. Все твои песни для меня из цикла «Адель» – это полтора часа концерта. Плюс хиты «Самоцветов» из цикла «Модерн» – еще полтора часа. Они будут выступать первыми, потом я с циклом «Адель», у меня вторыми голосами будут Бродская и Ведищева. Ну и они же будут солистками в первом отделении – петь песни из цикла «Модерн» вместе с солистами – Юра всем даст себя проявить в Англии.

– Отлично. А какие планы у вас до Англии? – спросил я.

– В феврале большие гастроли по СССР – Минск, Киев, Кишинев, Баку, Алма-Ата, Ташкент – вернемся только к маю. Как я без тебя буду? – вздохнула Вера.

– Хм, а я-то как без тебя буду? И так два раза в неделю только удается получить свою долю секса, а тут вообще голяк будет? – задумался я. – Надо бы подумать о второй любовнице… А кто сказал, что она должна быть обязательно одна? Это жена должна быть одна, а любовниц можно иметь сколько угодно – решил я для себя.

А вслух ответил банальностью:

– Таков удел артистов Верочка, что поделаешь?

Веру я проводил после обеда – вечером у них был концерт. После этого зашел на кухню, там сидя за столом тихо плакала Даша.

– Даша, что случилось? Кто тебя обидел? – удивленно спросил я.

– Простите меня Валерий Иванович, это мои личные проблемы – подскочила она, вытирая слезы платком.

– Что у тебя случилось – спросил я, взяв ее за плечи.

– Да ничего особенного – любовник бросил – всхлипнула Даша. – Моложе себе нашел.

Глава 4

Даша продолжала тихо плакать, промокая слезы платком.

– Жениться на тебе отказался? – спросил я, вздыхая – не люблю, когда женщины плачут.

– Да ну что вы? Он же женат уже! Мы просто любовниками были. И он бросил меня, нашел себе другую, более молодую любовницу. Мне уже двадцать шесть лет, разведенка, кому я нужна в жены? – горько усмехнулась Даша, опять пускаясь в плач.

– А как ты вообще в домработницах оказалась? Эта профессия у нас не очень распространена – спросил я, уже не зная, как ее утешить.

– Ой, да что вы? Меня сюда по блату пристроили! Я на четвертом курсе литинститута вышла замуж, но неудачно. Планировала после института заняться переводами художественной литературы, я в совершенстве владею английским, французским, испанскими языками – меня с детства гоняла по ним соседка, Ангелина Львовна, преподаватель из Иняза. Ну и, может быть, писала бы сама книги, когда набила бы руку на переводах. Они же не просто дословно переводятся, а ищутся фразы и даже пишутся целые главы на русском языке, которые наиболее близко передают замысел автора книги. Ну а родители мужа настояли, чтобы я пошла в домработницы в этот спецдом. Сами посудите – оклад триста рублей, плюс квартальная премия в размере оклада, плюс отовариваться можно в спецмагазине – там любой дефицит можно купить – я и пошла, да и не жалею об этом. На сто двадцать рублей жить гораздо труднее. С мужем развелась через два года – гулять он начал и пить. Вот и ищу теперь мужской ласки с любовниками… А он меня бросил… – вновь заплакала Даша.

Я прижал ее к себе, гладил голову – Ну не переживай ты так, найдешь себе любовника – успокаивал я ее.

– Валерий Иванович, я совсем вам не нравлюсь? – спросила Даша. – вы такой замечательный мужчина… Я наверно старая… – вновь всхлипнула Даша.

– Да ты хорошенькая – я отстранил ее от себя и окинул взором уже как потенциальную любовницу, никогда в таком ракурсе ее не рассматривал. И впрямь была хорошенькой девушкой, фигурка что надо, есть за что подержаться мужику. И ноги длинные от ушей, как говорят – да она же просто настоящая топ-модель! И как я этого сразу не разглядел? Видимо на этом ее статус домработницы сказался!

– Не реви, я тебе подарок купил на новый год, думаю, что тебе он понравится – сказал я и ушел в кабинет за колечком. Когда я вернулся на кухню, Даши уже там не было – она стояла возле рояля в студии и смотрела на меня влюбленными глазами с ожиданием.

– Даша, поздравляю с новым годом, желаю тебе счастья в новом году! – с этими словами я передал ей коробочку с колечком.

Даша тут же ее открыла и быстро одела кольцо, вытянула руку, полюбовалась сиянием бриллианта.

– Какая красота!!! – восхищенно произнесла она, любуясь кольцом. – Можно я вас поцелую за этот подарок – спросила она, стрельнув в меня глазами.

– Можно и нужно! – весело воскликнул я, видя, что горести Даши позади.

Но поцелуй Даши был совсем не дружеским и мой мужской орган среагировал соответственно. А Даша, прижавшись ко мне, шептала:

– Валерий Иванович, я на многое не претендую, только на вашу мужскую ласку. Я вижу, что ваша любовница вам мало внимания уделяет, а я каждый день рядом – и она вновь впилась мне в губы. – И утром, и вечером – шептала она горячо.

– Ну и Даша пойдет в любовницы – почему бы и нет – подумал я, отвечая на поцелуй. Потом взял ее на руки и понес в спальню.

Там она очень старалась мне понравиться, во всех позах.

– Даша, но ты должна понимать, что с Верой я не расстанусь – сразу я поставил точки над И.

– Валерий Иванович, я на многое не претендую, только на вашу мужскую ласку – она поцеловала меня в грудь. – А Вера Львовна для вас любовница по вашему статусу, куда мне до нее.

– Ну и ладушки – улыбнулся, привлекая Дашу для очередной порции любви.

Когда мы с ней наигрались до изжоги, пошли на кухню подкрепляться. Ее форменная одежда заводила меня, я не выдержал, и сняв с нее трусики, посадил к себе на колени. Она охала и повизгивала от страсти. В общем мы безумствовали до глубокой ночи, но в одиннадцать Даша спохватилась

– Мне надо уходить! Нам запрещено оставаться ночевать у хозяев – сразу увольнение!

– Ну ладно, завтра продолжим наше тесное знакомство – улыбнулся я, провожая ее.

Через полчаса, после рюмки коньяка, сидел в кабинете и раздумывал – не даром же мне судьба подкидывает писателя-переводчика? А что, если попробовать с ней «написать» «Гарри Поттера»? Это позволит популяризовать нашу страну за рубежом, не только как супердержаву, но и как источник культуры. Ну и валюту заработать стране на этом. И Даша поднимется вверх, коли готовилась к такой работе.

На следующий день после завтрака я уселся в кабинете, структурировал семь книг про Гарри Поттера. В десять пришла Даша, зашла ко мне в кабинет поздороваться. Меня ее форменная одежда уже заводила не хуже порнушки – видимо это из моего 21 века со мной пришло. Раньше я не обращал на это свое внимание, а теперь, когда она стала моей любовницей, это стало меня заводить – у меня есть горничная, и я ей обладаю, когда захочу!

Поздоровавшись с Дашей, я попросил ее подойти ко мне. Обнял ее за талию, погладил ноги, задрал юбочку и снял с нее трусики – До обеда они тебе не понадобятся – с улыбкой сказал я.

– Как скажете Валерий Иванович – приподняв юбочку до пояса сделала книксен Даша с улыбкой.

– Иди сюда моя крошка! – зарычал я и подхватив ее на руки, понес в спальню.

Через час, когда мы насытились, вместе попили чаю с плюшками, я пригласил ее в кабинет.

– Трусики снимать? – с улыбкой спросила Даша.

– Нет, я тебя по делу приглашаю – сказал я с улыбкой, потом просто засмеялся. – Трусики потом снимешь, и не только трусики.

Я посадил ее за стол напротив себя и начал разговор.

– Даша, как ты смотришь, чтобы вернуться к своей профессии переводчика художественной литературы? – спросил я.

– Вы меня выгоняете? – слезы подступили к глазам Даши.

– Да что ты Даша! Вовсе нет! Я хочу, чтобы ты поднялась наверх, поближе к моему статусу, надеюсь, что станешь членом союза писателей СССР – а это гораздо лучше статуса горничной в спецдоме – пояснил я.

– Это очень интересно – сразу сосредоточилась Даша. – Что я должна делать?

– Я буду тебе рассказывать историю про мальчика-волшебника, это сказка, а ты будешь ее записывать. Ты быстро записываешь? – спросил я.

– Владею стенографией на русском и английском – отчеканила Даша.

– Отлично. Будешь записывать эту книгу и переводить на… – и тут я завис – на каком языке записывать и на какой переводить, коли у меня имеются переводы на русский.

– Будешь записывать на английском, когда закончишь – переведешь на русский, с заменой имен на русские, близкие по звучанию, и места действия на названия из географии СССР – сказал я. Я побоялся, что перевод с русского на английский не даст адекватной реакции западного читателя, такой, какую вызвала оригинальная книга Джоан Роулинг, и решил не рисковать, сделать с оригинала перевод на русский язык, так будет проще.

– Я готова в любое время заниматься этим – четко сказала Даша.

– Ну вот, а теперь можешь снять трусики – улыбнулся я, привлекая ее к себе, снимая с нее трусики, Даша помогала мне. Я поцеловал ее, лаская ее руками. Даша застонала от страсти, и мы отправились в спальню, там вместе утонули в океане блаженства.

– Молодой самец дорвался до свежей самочки – иронично я троллил себя, выбрасывая очередной использованный презерватив в урну.

– Валерий Иванович, у меня спиралька стоит, беременность мне не грозит. А насчет здоровья нас ежемесячно проверяют в спец поликлинике – такое требование для нас – сказала Даша, целуя меня в грудь.

– Посмотрим на твое поведение – улыбнулся я, целуя ее. Целовал-целовал, опять у меня разгорелась страсть, ласкал ее руками, она застонала от страсти, и мы опять погрузились в пучину наслаждения.

Насытившись друг другом, мы вновь прошли на кухню, попили чай с вареньем, после этого пошли в кабинет уже работать. Даша взяла толстую общую тетрадь, ручку и мы приступили к работе.

Я диктовал страницу за страницей, за два часа Даша записала тридцать страниц и попросила остановиться – рука у нее уже отваливалась.

– Даша, будем стараться записывать ежедневно по двадцать страниц, чтобы у тебя рука не отваливалась. Но тебе же еще предстоит эти записи расшифровать и занести на бумагу. Я тебе предлагаю освоить компьютер – написанный текст можно будет распечатать. За месяц научишься печатать. Нам предстоит распечатать более четырехсот страниц.

– С удовольствием займусь этим Валерий Иванович! – ответила Даша. – На машинке я умею печатать.

Я усадил ее за монитор, показал основные операции, и она начала печатать книгу, расшифровывая свои записи. Дело шло очень медленно – она не раз порывалась вновь вернуться к бумаге и ручке, но я заставлял ее упорно тренироваться.

На следующий день мы записали двадцать страниц, после этого Даша села за компьютер.

Через неделю она уже успевала за день записать тридцать страниц и расшифровать их, распечатав текст на принтере – училась она очень быстро – образование сказывалось. Пока она занималась расшифровкой своих записей, я рисовал в тетради героев книги, исходя из экранизации моей прошлой жизни – эти рисунки пойдут как иллюстрации к книге после оформления настоящим художником, и для последующего выбора актеров при экранизации книги.

Общаясь с Дашей все больше и больше и сопоставляя их с Верой, начинал понимать, что по сравнению с ней Вера просто пустышка с красивым голосом. Но очень красивая и знойная пустышка!

Перед отъездом на гастроли Вера провела у меня пару дней. Мы с ней не вылазили из кровати перед долгой разлукой. Утром, уже ближе к обеду, Вера выползла из постели и пошла в ванную. В спальню заскочила Даша, скинула трусики и уселась на меня – у меня всё вовремя среагировало как надо – «адюльтер» прямо-таки заводит! Минут десять она попрыгала на мне – Вера меньше, чем полчаса в ванной не находилась, потом чмокнула меня и убежала делать свои дела на кухне.

Я офигевал от такой прыти – видимо Дашу тоже «адюльтер» заводит. В своем поведении, когда дома были посторонние, Даша ничем не выдавала наши с ней отношения.

Вера пришла из ванны замотанная в два полотенца, но что-то в ее поведении изменилось, а что я не мог понять…

Полчаса до этого

Вера зашла в ванную, включила набирать воду, отрегулировала ее температуру, взглянула на себя в зеркало и увидела, что подмышки пора побрить, а бритва осталась в сумочке. Она пошла в прихожую забрать сумочку, но увидела, что дверь в спальню приоткрыта. Она заглянула туда, хотела помахать Валере рукой, но увидела там… домработница в форменной одежде скакала как кобылка на ее мужчине!