Текст книги ""Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Мария Геррер

Несусь по коридорам вниз. Останавливаюсь, приседаю, кладу руки вниз и пускаю в стороны эховолну. Результат получаю сразу – через пару коридоров от меня бродит группа амфибий. Разведчики улья. Вы-то нам и нужны. Бегу в их сторону, кулаки сжаты и из костяшек вырастают острые клинки.

До того, как я достигаю группы мутов, чувствую, что те замерли. Словно не понимали, какая странная дичь спешит им на встречу. Мысленно ругаю себя. Ментальный кимбар транслирует мои эмоции, их уловили, а значит там насторожились. В прошлый раз такого не было. Да и в других схватках с мутами. Видимо возможности живого импланта растут. Учтём.

Проваливаюсь в слияние, эмоциональный фон исчезает. Мы отслеживаем эмоции мутов, но они перестали ощущать нас. Улучшенные мышцы ног позволяют нам развить невероятную скорость. Пусть и раньше мы не были черепахой, но сейчас мы обгоним иной гоночный болид из прошлого моего мира.

Вот и враг. Стоят не плотной толпой впереди. Поднимаем руку и выпускаем шип тойля, который пролетает меж тел стоящих впереди мутов. Живой гарпун пронзает тело в заднем ряду и мы резко тянем его на себя, сбивая на пол часть тварей. Они не успевают подняться, как мы оказываемся рядом. Их не больше тридцати, но часть умирает, когда мы оказываемся рядом и кромсаем когтями их такие податливые тела.

Проткнуть затылок лежащей перед нами амфибии. Выдернуть когти и возвратным движением располосовать живот и грудную клетку ещё одной твари. Ментальный крик летит во все стороны. Хищники поняли, что добыча, которая рвёт членов стаи одного за другим на части, не так проста. Мы за эти циклы стали сильнее и смертоноснее. Меняем когти на клинки из предплечий, приседаем и крутимся вокруг оси. Подобно мясорубке мы легко рубим тела мутов на куски, превращаем в фарш. Кристаллические кромки и кислотные испарения на их поверхности облегчают наш кровавый труд.

Руки, ноги, головы, части туловищ, струи серой крови разлетаются от ударов во все стороны. Однако ментальный фон стаи не слабеет, а лишь усиливается. Прислушиваемся к нему. Если бы не слияние, то можно было лишь орать матом.

Эти ребята стали приманкой. Мои агрессивные эмоции сразу насторожили противника. Целей проснулся, но муты не пошли одной волной на нас. Нет, они поступили умнее.

Выпускаем ещё одну эховолну. Картинка, нарисованная живым сонаром оптимизма. Впереди коридор перекрыт и там около сотни мутов. Но и позади их не меньше, а даже больше. Часть из них точно идёт к позиции Тэй и Стрелка.

Нас переиграли, мы с Димом окружены превосходящими силами противника, которые сжимают вокруг нас кольцо окружения. Это была ловушка, которую особи улья организовали наспех. Только мы в неё попались.

Глава 13

Распрямляемся и наносим косой удар кулаком левой в челюсть. Рука, подбросившая голову, уходит в сторону, предплечье прокатывается по его шее. Расположенное вдоль него и частично открытое лезвие рассекает мясо, жилы, сосуды, хрящи. Голова отлетает в сторону, а мы подхватывает когтямм рукой тело и не даём упасть. Присоска гидо начинает впрыскивать в него кислоты для переваривания. Сил потрачено много, в том числе и кислоты, накопленной в под панцирных мешочках. Один раз, когда толпа нас удачно окружила, мы снова использовали не по назначению наше обеззараживание.

Клинок на правой раскрыт полностью и мы используем его чтобы отбиться от парочки наседающих мутов. Из-за усиленной резучести кромок сначала без труда отсекаем протянутые к нам лапы, потом выпускаем одной из амфибий кишки, а второй на возвратном движении снаружи внутрь наносим колющий в область сердца. Твари кричат от боли, одна пытается кровоточащими культями обхватить нам руку, но мы легко выдергиваем клинок.

Это последние. По крайней мере здесь. Специально вываливаюсь из слияния и шлю мысленный вызов Стрелку. Но в этом нет нужды, так как он сам давно меня вызывает. Я опоздал, мои спутники уже вступили в бой. Сначала они старались точечно отстреливать прущих тварей, но потом те поперли на них волной. Сейчас мои спутники поочерёдно расстреливают наседающие волны мутов из всех стволов дерева, а второй номер в этот момент перезаряжается. Со мной они уже пару минициклов пытаются связаться, но я был слегка занят.

Если говорить коротко и по делу, мы в полной заднице. Гнездо полностью проснулось по моей вине. Кто мог знать, что мои мысли будут для них таким раздражающим фактором? Никто. И теперь меня окружили, моих спутников теснят.

Ребята, не имея от меня никакой весточки, думали идти меня спасать. Скажу честно, это было неожиданно, но приятно. Однако ситуация не очень. Сколько бы шипов, взрывной дроби и простой кислоты мы с собой не взяли, этого мало. Какое-то время Стрелок и Тэй смогут удерживать толпу, но потом им придётся отступить. Поэтому сейчас мы с напарником усиленно жрëм всё самое легко усвояемость и синтезируем подкожные запасы кислоты и питательных веществ. В определённый момент, когда мои спутники откроют шквальный огонь, создав в наседающей массе тварей коридор, я могу прорваться. Хороший план, так как другого у нас нет.

Тут я невольно задираю голову вверх и замираю. Прыгаю вверх, цепляюсь когтями за потолок и принюхиваюсь. Дим подтвердил, что это то самое, о чем я подумал. Да ладно, быть не может. Кажется у меня появился новый план. В конце концом, мы ведь пришли сюда не бегать от тварей, а для достижения конкретной цели.

Дим, поняв, что именно я собираюсь совершить, не стал мысленно вздыхать или ругаться матом. Он просто прислал мне знакомый образ фигурки димортула с большой головой. Человечек связал из жилы узел с петлёй и теперь, применив кусок сала, смазывал её жиром. Сало. Хм, а чего мы его у мобов не вырезаем. Всё мясо да мясо, а такой жир источник арахидоновой кислоты. Услышав эти мои мысли, Дим только «рукой махнул». Видимо к моим странностям и закидонам он уже привык.

Так, больше на поесть времени у нас нет. Пора бежать на встречу приключениям. И не прорываться через толпу мутов, что шли в сторону ребят и пролома в стене, а совсем наоборот, вглубь. Провожу ладонями по наружному панцирю в тех местах, где во внутренних карманах лежат кертулы с копиями моего сознания и Трагаса. Свои знания и опыт – вот что последний житель того города оставил в наследство Танату и населяющим его разам. У меня есть всё необходимое, чтобы воплотить задуманное. Стартуем.

До того, как снова погрузиться в слияние, посылаю Стрелку сообщение. На моё дежурное всё нормально, отходите, я выберусь через другой проход, получаю матерный ответ и образ Тэй. Да, девушка может не понять, а какого чёрта наёмник решил отойти. Подсказываю ему, что сказать в оправдание. Что они отходом не кидают меня, а просто поддержут у другого выхода. Который я проделаю в стенке где-то там подальше.

Получаю полный ехидства комментарий, что герой и самоубийца суть две схожие крайности. Однако Стрелок подтвердил, что всё сделает. Потом мы с Димом проваливаемся в слияние.

Наша цель впереди и в глубине. С новым кимбаром мы можем просканировать состояние живой шахты. Это мы сделали до слияния, так как оно, вот неприятный сюрприз, мешает отдавать мысленные приказы живым механизмам. Самое главное также уточнили – местонахождение командного узла, куда надо поместить парные кертулы. Поневоле думаешь о связке димортал и вестник. Наверняка идею с объединеннием создания биоскульпторы дрегов, что делали первых карателей для нужд своего народа, взяли отсюда.

Нужно спуститься на два уровне, а по пути ещё и прорваться примерно через сотню тварей. Именно прорваться, а не перебить их. Нас поджимает время. Но если мы успеем, то всё решится. Гнездо амфибий тогда уже не будет проблемой.

Перед нами расходится мембрана, открывая доступ в более широкий зал. По всей ширине его заполняют стоящие стеной твари. Это хорошо, так как в глубину мутантов меньше приходится. В этом и был расчёт. Стой они в узком коридоре, то прорыв не был бы простым делом. Пришлось бы прорываться силой, а потом нас сзади подожмет другая часть стаи.

Нет, высота коридора не позволит перепрыгнуть через толпу мутов с помощью тоцлей. Так мы с Тэй бежали от амфибий в прошлый раз. Вместо этого, используя силу улучшенных ног, разгоняемся и в самом конце прыгаем вперёд. В прыжке подтягиваем колени к груди, охватывает их руками, наклоняем голову и получившейся в результате группировки снаряд сносит несколько передних рядов.

Амфибии разлетаются во все стороны, но мы не прошибаем стену тел насквозь. Кувырок, ступени касаются пола, резко поднимаемся и орем во всю глотку димортула. Твари вокруг застывают на месте, от шока, а часть дрожит всём телом. Прямой удар ногой вперёд – мут падает на землю. Топчемся ему по рёбрам и наносим такой же пинок следующему ща ним, но он не падает. Не потому, что такой крепкий. Вон, все рёбра внутрь прогнулись. Просто плотно стоящие за его спиной монстры не дают ему упасть.

Поняли, приняли, меняем тактику. Клинки вылетают из рук и раскрываются. Подбегает стоящим тварям с поднятыми клинками в упор, но не начинаем резню. Рано.

Телотсводит уже привычная судорога. Интересно, а кто-то до нас догадался использовать кислотную ауру для атаки, а не защиты от вирусов и бактерий. Струи кислоты бьют из пор тела перед нами, пробивая тела мутов. Слышатся крики боли, но нам они безразлично. Перед нами три ряда по две-три амфибии, а с боков и позади их ещё больше. И они отходят от последствий акустического удара.

Тварей кислота пробивает насквозь. Тела дергаются, раны от мощного растворителя растут, а тут и клинки начинают собирать жатву. Привычно отсекаем конечности, головы, рассекаем торсы, отбрасываем куски тел в сторону, но рвемся вперёд. Последний мут, что стоит перед нами, получает уже отработанный прямой удар ногой в грудь и отлетает.

Всё, путь чист. Для прорыва нам понадобились считанные биты, путь свободен. Врываемся вперёд. Хорошо, что Дим уговорил нас на эволюцию ног. Мы теперь не только прыгаем высоко и далеко, но и бежим быстрее гепарда. И быстрее тварей, что остались позади. Бежим вперёд и отрываемся от преследователей. Тут не водоём, где они, пользуясь опытом и своей природой, могут нас догнать.

Накаркал. Выпускаем вперёд эховолну и чуть не спотыкаемся, когда видим, что нужный нам нижний уровень затоплен. Понятно, почему амфибии обосновались здесь. Всё нижние уровни живого строения затоплены. И там их гнездо, а также наша цель.

Позади куча тварей, впереди затопленные коридоры. Прокручиваем в голове схему этого живого строения. Можно попробовать прорваться назад, но это мало выполнимо. Ничего для нас не меняется, а значит есть дорога лишь вперед.

Впереди коридор с ребристыми стенами изгибается вниз и впереди уже виднеется вода. Разбегаемся и прыгаем, погружаясь с головой. Хвала моим навыкам, что умел плавать. Дим такими навыками не владел. Руки перед собой, изибаем тело и плывём как дельфин. Кролем, брасом и баттерфляем тут особо не поплаваешь. Хотя, брасом то можно.

Плывём в толще воды, используя эхолот для ориентации. Ещё немного осталось до цели, круглого зала с колонной в центре. Только в воде мы медленнее, чем поселившиеся здесь муты. И они, добравшись наконец до более привычной им среды обитания, стали нас нагонять. Да и в гнезде ещё остались молодые особи, что выплыли откуда-то впереди.

Ни кислотную атаку, ни звуковую мы здесь применить не можем. Метать в воде диски и иглы также не выйдет. Когти, кулаки, клинки – вот эта святая троица точно нас не подведёт. Вот только драться здесь мы не умеем.

Мимо с дикой скоростью проносятся молодые муты. Нас от ударов мотает из стороны в сторону. Амфибии не просто нас толкают в стороны. Болевые ощущения блокируются, но мы знаем, что нас ранили в те уязвимые места, что не прикрыты улучшенным костяным панцирем. Последний, как и клинки, растущие из рук, усилен кристаллической костью. Если бы не это усиление, то из нашего тела уже вырвали бы куски мяса.

Скорость – важное оружие в арсенале вестника. В этом месте от неё мало пользы. Не можем мы наносить сильные удары вися в толще воды. Хотя вон впереди нужный коридор. Он шириной в два метра и ведёт в нужный нам зал. Решение надо принимать быстро, а то нас даже эти молодые и ещё не покрытые чешуёй муты порвут. В районе живота есть даже сквозное ранение. Коготь пробил панцирь димортула и плоть оболочки вестника.

Меняем тактику. Нужный проход впереди, сзади приближается толпа взрослых особей. На нас несётся тройка небольших амфибий. Вытягиваем руки вперёд, на предплечьях в сторонв отходят внешние щитки. Тойли летят вперёд, втыкаются в хитиновый пол и нас начинает тянуть вперед. Да, Дим, я рад, что ты захотел усилить живые гарпуны.

Со скоростью торпеды проносимся меж тварей, сбиваем одну и прижимаем на финише к полу. Попался, гаденыш. Когтистая лапа димортула обхватывает голову и лицо твари, сжимает. Монстр орёт, но через секунду его голова лопается. Мы тем временем отращиваем на ступнях когти, цепляемся ими за пол, поворачиваемся и пятимся назад. Выставленные вперёд клинки встречают атакующих амфибий. Теперь мы снова можем драться.

Это были самые длинные семь метров. Мы пятились спиной, в вязкой среде, и отбивались клинками от мутов. Плохо, что зал круглый – твари заплывали нам за спину. Хорошо, что у димортула глаза на затылке, а значит ничего у низ не вышло.

Быстро заводим руку назад и с помощью тойля, боком вперёд, отцепившись от пола, подтягиваемся ближе к колонне. В последний момент один из мутов бьёт нас головой в грудь, сбивая нас в сторону. Больше противник ничего не сделал, так как мы свободной рукой вырываем ему кадык. Когти у нас острые, а пальцы крепкие и сильные.

Тут наступает самый опасный момент операции. В затопленном зале куча амфибий, но здесь они не толпятся так, как на воздухе. Сильные бойцы пробуют нас атаковать, но клинки собирают с них кровавую дань. Вода мутнеет, тут темно, но мы давно уже ориентируемся здесь лишь с помощью сонара живого доспеха. А как ориентируются в этой мути амфибии?

Вспоминаю, как мы скрылись от детектора Илу. Приседания и пускаем вибрацию по панцирю. Это срабатывает. Отхожу в бок, а в то место, где я стоял, одна за одной бьются гуманоидные амфибии. Они нас потеряли.

Из слияния я вывалился по одной причине. Нужно отдать мысленную команду на открытие колонны в центре зала. Это и есть центральный узел. Я о него в метре. Она толщиной в пол метра. По бокам открылись пазы для кертулов. Последние я уже достал из димортула и сжимаю в кулаках. Времени мало, вне биополя доспеха кристаллические шарики скоро начнут разрушаться, но твари, потеряв меня, словно обезумели. Они, заметив открытие гнёзд, носятся кругами вокруг центрального столба. Что же делать?

Тут я вспоминаю, что акустическую атаку в воде я применял. Тогда, после битвы с обезумевшим кольцом, когда отогнал падальщиков-тритонов. Ползу по полу, а в данном случае по дну. Метр до колонны, ближе не подобраться. Поднимаю голову, мысленно перекрестился, а потом закричал.

Амфибии прыснули в стороны, освобождая мне путь. Но теперь они меня видят. Поднимаюсь на ноги и вытягиваю руки к боковым сторонам колонны узла. Кажется время сейчас течёт очень медленно. Наконец касаюсь руками отверстий с боков и опускаю в них кертулы. Тонкие щупальца сразу обвивают шипастые хрустальные шарики. Получилось.

Поворачиваюсь спиной к колонне и прижимаюсь к ней. Мысленный приказ – пазы узла закрываются. Ещё один приказ – активация связи, подключение живых процессоров. А как ещё их назвать? Мозгами? Так они из хрусталя.

Вот теперь провал в слияние и алинки на изготовку. Амфибии окружили нас так плотно, что трюк с акустической невидимостью тут не поможет. Твари атакуют, а мы отбиваемся.

Бьют нас и с боков. Некоторые твари прицепились к колонне и ползли по ней, обходя нас. Когти вонзились в ногу, ключицу. Когтями разрываем сухожилия на лапах, что хотят вырвать наш общий кадык. Тут пропускаем удары в живот.

Вдруг всё резко меняется. Будто странная волна проносится по помещению. Время словно застывает, слиянием автоматически разрывается и я ощущаю затвлком знакомый взгляд. Теперь в нём ощущается нечто вроде удивления, недоверия и ещё какое-то чувство. А потом он сосредотачивается на рвущих меня на куски мутах.

Внезапно я мысленно ощущаю себя и кого-то ещё спереди, сбоку, позади, везде. Не знаю, как это объяснить. Такое надо прочувствовать, чтобы понять. Объяснить такое сложно, но мне понятно, что это такое. Так ощущается сознание на кертулах.

Одно могу сказать – Трагас, вернее его разум, проходит проверку на вшивость. Быстро оценивает ситуацию, советуется с моей копией и действует. Зал блокируется, закрываются входныеимемьраны. Вода начинает покидать помещение с дикой скоростью.

Как только моя голова показалась над водой, наношу ещё один звуковой удар. Это для тварей ощутимее. Вырываясь из захвата и притягиваюсь тойлем к стене. На потолке открываются знакомые раструбы. Такие были в шпиле перерождения. Их я и заметил ранее в коридоре, где дрался с разведчиками амфибий.

Белесая пыль разлетается по помещению. Сейчас я могу наблюдать воочию, как работает биологическое оружие Творцов. И это жутко. Через считанные секунды муты начинают дёргаться, скрести когтями по горлу, а потом падают на пол осушенного помещения. Такое творится внутри всей биоформы шахтного комплекса.

Немного подвергавшись, амфибии замирают. По шкуре димортала струится кислотный туман, а дыхание он задержал. Вскоре из раструбом начинает струится знакомый двм. Противник уничтожен, а значит пришла пора дезактивации.

У меня куча ран, полученных в этой схватке, но есть запас питательных веществ. Нет сил даже вырывать мясо из мутов. Да и не стоит их есть после атаки био оружием. Ловлю где-то вдалеке мысли Стрелка. Успеваю ответить, что всё хорошо, а потом падаю и отключаюсь.

Однако на мгновение меня скручивают рвотные спазмы. Адреналин отступает и я понимаю, что сделал. Не каждый день отдаешь команда на применение орудия массового поражения. Пусть и против монстров.

Прсыпаюсь от того, что меня хлопают по лицу. Точнее по маске димортула. Открываю глаза и оглядываюсь вокруг. Это не внутренности живой шахты, а знакомые пещеры.

– Наконец-то то ты очнулся. Тут столько новостей.

Стрелок поднимается и смотрит с балкона на строение, которое мы хотели очистить от амфибий. Оно изменилось. Поверхность шахты сверкала огнями биолюминисцентных ламп. Само строение дрожало, а по его поверхности скользили непонятно откуда взявшиеся щупальца.

– Хорошо, что Тэй нет. – Медленно встаю на ноги. – Она бы мне за этот фокус голову оторвала.

– А она и хотела, – усмехнулся Стрелок, который, сложив руки на груди, изучал изменения в ожившем строении. – Только Ури помешал.

– И что малыш такого невероятного сделал, что я ещё жив и не покалечен?

– Принёс дурные вести, Нико.

Забываю, как дышать. Стрелок поворачивается ко мне.

– Малыш проверил тот ход, с помощью которого они с Хауфи обошли блокаду. Снаружи были Знающие и он из подслушал. – Стрелок замолчал и снял свою шляпу, чтобы стряхнуть с неё пыль. – Там началась война, Нико.

Это слово он произнёс так спокойно, а у меня душа ушла в пятки. Нет, я знаю, что она на месте, на Тау-137, а моё сознание здесь.

– Фракции разделились. Не знаю, что произошло, но Резаки и возможно Воины Пещер атакуют Последний Приют. Это был нейтральный город, но его собираются атаковать. Там много Искателей и Тэй ушла к своим. Мы опоздали, Нико. Мир катится…

Глава 14

Как всë-таки верно один классик назвал свое произведение. Горе от ума – вот что меня мучило в данный момент. И ещё, куда же без неё родимой, аналитическая жилка. Но то, что хорошо для специалиста инспекционного отдела, плохо для носителя димортула и звания вестника. Меня, закинув мою руку себе на плечо, тащил на себе Стрелок, а я себя изводил. Ведь результат беглого анализа ситуации говорил об одном – война в Танате началась после перерождения здесь некоего Нико.

Накручиваю ли я себя? Такое очень возможно. Вот только мысленно пробегаюсь по цепочке событий, что привела меня сюда. Нет, на обнаружение исследовательским кораблём Даль разведки Тау-137 повлиять было не в моих силах, но вот всё остальное…

Почему я не приказал сразу эвакуировать группы следопытов с этой планеты? Не было бы того случая с ребятами Чеса, которые попали под воздействие врат. Подготовь я операцию перехвата чуть обстоятельнее, а не впопыхах, то может мы в тех пещерах и действовали иначе? Мне бы в шлем не прилетел булыжник, который разбил тот блокиратор излучения. Если бы в первый момент появления в Танате я не выбрал по наитию лысую оболочку, то не запустился бы «гениальный» алгоритм Трагаса. Не открылись бы врата в заблокированный сектор и сюда не хлынули бы отряды разных кланов и группировок. Сюда не пришёл бы Даргул, который до этого походя истребил группировку матёрых наёмников. Открытие закрытого сектора и стало спусковым крючком тех событий, которые стали спусковым крючком событий по изменению расстановки сил в Танате.

Тут я почувствовал себя так, словно меня хорошенько облили ледяной водой. В голове раздался знакомый скрипучий голос. Сразу перед внутренним взором возник облик высокого и худощавого мужчины с проницательными серыми глазами и сединой на висках – Старый Ворон. Так между собой мы называли руководителя инспекционного отдела Департамента. Спокойный норвежец прочёл тогда новичкам, то есть мне и Дмитрию, лекцию о том, что мы не боги. Мы просто маленькие люди, которые иногда делают большие дела, но над судьбой и толпой мы не властны. Так он сказал тогда. Долго не понимал этих слов, но потом мы вскрыли тот исследовательский бункер, где произошла утечка и персонал «гуманно» убили, пустив удушающий газ в вентиляцию.

Что касается толпы, как это обозвал Старый Ворон. Если куча людей в прошлом так хотела повоевать, то мы, окажись там, не смогли бы им помешать. Разве кланы Таната отличаются от руководителей Сенткома? Вон, один из кланов образовали бывшие солдаты этой ЧВК. Да и нельзя так быстро организовать уничтожение группы матёрых наёмников или организовать нападение на крупный город. Нет, это явно всё готовили давно. Просто некоторые люди, а вернее разы, сочли, что время сейчас подходящее. Вот и всё.

Спасибо тебе, Халвар Стром, за науку. Соберись, Нико. Что-то ты раскис, рисконавт. Ты просто маленький человек, что иногда творит великие дела. Так что, как тут говорят, не расслабляйся, раз. Биолампы ещё ярко не погасли.

Кстати о последних. Меня тянет за собой Стрелок, а я рассматриваю коридоры и пещеры, которые мы проходим. Может мне только кажется, но свет вокруг стал ярче.

– Стой. Пусти. Я сам пойду.

– Очухался? И хорошо. Тэй, пока мы твою бренную тушу по тем коридорам волокли, грозилась мне голову открутить, а потом приживить обратно и всё повторить.

– За то, что я сделал в одиночку? Думал, что она убьёт тебя на месте.

– Нет, – усмехнулся этот головорез. – Тут я легко отбрехался. Изобразил удивление, когда снова услышал твои мысли. Это было несложно. Ты где-то под водой, а кругом куча мутов носится.

– И Тэй поверила?

– Первым моим словом в той ситуации было обещание отпинать твой труп. Поэтому она и сказала, что я должен не дать тебе умереть. Я не ожидал, что ты в такое говно влезешь. Да ещё и в буквальном смысле нырнешь поглубже.

– Так, вода была мутной от крови, а не чего-то другого.

– Ага. Она нас чуть не смыла, когда ты запустил главный нерв. Представь, в стене, в том месте, куда ты нас послал, открывается отверстие, и бурный поток чуть не отправил нас в пропасть. Вовремя на тойлях поднялись. Ты точно не специально нас туда отправил?

– Эм, я правда не знал, что там сброс будет. Так что потом было?

– Когда поднялись обратно, а там туман не осёл. Мы поняли, что ты решил поиграть в Творца. Теперь я в любом месте буду проверять, а есть ли на потолке такие странные шту…

– Я понял. Потом пошёл дезактиватор.

– Так, хватит ругаться умными словами. Дураком себя чувствую.

– С потолка полилась вакцина. Так лучше?

– Вполне. Как осел туман, мы и рванули к тебе. Скажу одно, трупов там было много. И не мало тел, которые кромсал некий маньяк. Скажу как профессионал, что это впечатляет. Такие точные и смертоносные уколы и разрезы.

– Э-э-э, мы оба старались, спасибо. – Так я намекаю на Дима. – Так что было после того, как заразу убрали?

Дальнейший рассказ был коротким. Мы медленно шли по тоннелю пока я, вернее димортул, залечивал раны. Эх, опять теряем жир, что нажили таким непосильным трудом. Плохая тенденция однако. Вроде мы побеждаем, но нам периодически навешивают. И это мы ещё в большой мир не выбрались, а там война.

Дим, спасибо ему, имел свой церебральный кимбар для связи. Обычно он его для шпионажа использовал, но в данном случае он провёл ребят по коридорам до зала с контрольным нервным узлом. Я лежал в углу, они подхватили меня под руки и потащили наружу. Просто с живом строении начался некий процесс.

Пока мы не отошли от того обрыва, я помнится ощущал странные… Ну, мурашки, допустим. Притом изнутри черепной коробки, что говорило о их ментальной природе. Словно некто проснулся, обнаружил проблемы с телом и стал делать зарядку. Вот примерно такие у меня ощущения от этого присутствия.

Но внешне это всё выглядело, как выразился Стрелок, слегка апокалиптично. При этом он мешал в кучу слова родного английского и местного языков. Понять его можно. Не каждый день ты видишь, как живое строение начинает пожирать самого себя.

Коридоры дрожали. В тот момент мои спутникидействительно поняли, что окружающиц их мир действительно живой. Просто он по большей части спит. Но в тот миг из-за моих действий он проснулся. Активировались некие спящие органы и плоть стен в некоторых местах стала сереть и растворятся. По описанию Стрелка напоминало это кусок сахара, который таял в струе горячей воды. Растворялось всё чуть ли не до первичного бульона, который сразу всасывался открывшимися внутренностями биоструктуры.

Потом отовсюду повылазили, а точнее по вырастали щупальца, которые стали разрывать тела амфибий и утаскивать в открывшиеся повсюду отверстия. Однако моих спутников и меня самого эти отростки избегали. Наоборот, там, где они проходили, метаморфозы живого здания словно останавливались на время. Однако пара коридоров на нашем пути в буквальном смысле схлопнулась, потому пришлось идти в обход.

У пролома наружу и вовсе произошло не что странное. Перед обрывом вдруг появилось длинное и широкое щупальце, которое замерло перед несущими меня ребятами в пригласительном жесте. Те переглянулись, подхватили моё бренное тело получше и сделали шаг вперёд. Живой манипулятор бережно перенёс нас всех через пропасть до знакомого балкона. Там нас уже ждал Ури, который смотрел на это зрелище с открытой пастьюпастью, дергающийся глазами и даже ушами.

– Нико, – закончил свой рассказ Стрелок, – скажу честно одно. Как хорошо, что я тогда сбросил балласт в тот золотой нужник. Понимаешь, о чем я?

Ну, я понимаю, что он имеет ввиду. Пока он, разыскивая что-то, хлопает себя по карманам ковбойского плаща, анализирую услышанное. Стрелок был единственным источником информации. Как это не странно, но мы с Димом оба отключились. Если так подумать, то…

– Ипутся кандибобрики.

– Ты уже использовал это выражение и я его не понимаю.

Вот как ему это объяснить? Начать с того, что слово это скорее произошло от такого головного убора, как кандибобер. Вовсе не от любви бобра и канделябра, как это понял Дим. Но видимо от стресса озвучиваю собеседнике как раз второй вариант. Тот замирает, смотрит на меня, а потом достаёт из кармана знакомую местную сладость, что завернута в водоросль и молча кидает в пасть.

– Надеюсь это просто выражение и такое в вашем мире в реальности не происходило. Но если такое есть, то теперь мне понятно, чего ты такой странный. Чтобы спасать этот мир, надо быть долбанутым, а тут у нас долбанутый герой из долбанутого мира. – Стрелок активно работал внутренними челюстями, пережевывая конфетку в пыль. – И зачем мне только восстановили память?

– А это тут к чему?

– Да я понял, что жую эти штуки не потому, что они вкусные. Они просто напоминают мне жевательный табак. Его я в той жизни жевал если не было возможности затянуться. Нико, – наёмник приблизил ко мне свою напоминающую маску физиономию, – я умираю, как хочу курить.

– В Танате не то, что табака, даже огня нет, – киваю я в ответ.

– Точно. Так что ты понял? Насчёт этого цирка с самоедством что-то?

– Именно. У био структуры, всех или большей части, есть скрытый функционал. Это не самоедство, а само организация очень высокого уровня.

– То есть? Почему тогда раньше они такое не показывали? – произнёс наёмник, но тут же осёкся, догадавшись о причинах. – Кертул одного из Создателей Таната. Он это знал.

– Именно, – поднимаю вверх указательный палец. – Своим слугам из других миров они не могли доверить такое знание. А соплеменники, которых они…

Тут я не нашел подходящих слов, но Стрелок мне помог:

– Несчастные ублюдки, которых они сделали рабами для мозгов им уже были не нужны. Они решили ослабить и убить Танат, пока он их не превзошёл.

– Вроде того. Так что даже Хранители по сути просто охранники и дежурные. Если понимаешь, что я имею ввиду?

– Да не совсем дурак. То есть любое здание в Танате может начать сходим образом мутировать и перестраиваться? Или эти отростки, – Стрелок кивнул головой себе за спину, – у них всех где-то припрятаны?

– Насчет первого – да. Второе… Ох, не уверен. Вероятно шахта отрастила их под решение конкретной задачи. То есть убрать трупы, разобрать завалы отмершей плоти, отправить все в биореактор. Это мы не можем себя модифицировать усилием мысли, нам нужен один или инъекции кимбаров из ульма. А тут можно взять какой-нибудь орган переработки руды и эволюционировать его в… Да во что угодно. Да хоть выращивать летающие киль мы. И потому, не имея возможности улучшить питание, кертулы, мой и Трагаса, занялись оптимизацией.

– Я чуть в штаны не навалил от этой их затеи. Ты думаешь, что они убрали там всё ненужное и отмершее, чтобы залечить раны?

– Именно так.

– Не боишься теперь отдать им шпиль? – Стрелок потряс кефлами, что висели у него за спиной. – Кстати, Ури сказал, что Хауфи нашёл такой узел на шестьдесят третьем уровне, но не смог его открыть. Видимо это лишь тебе под силу. Надорваться, бегая по всему Танату, не боишься?

Вот ехидный говнюк. Но он мне нужен, а я ему. Так, надо кое-что ещё проверить.

– Помнишь то место, где мы дрались?

– Где я тебя размазал? Помню. Зря не добил. Меньше проблем получил.